Маска ангела

Оглянулась на «Мазду», на эвакуатор, около которого уже собиралась толпа, потом снова на Илью, и спросила:

— Ты знал, да? Откуда…

Врать и отпираться было бессмысленно, да и незачем. Вчерашний план, и без того безнадежный, приказал долго жить, и Лера — снова его последний шанс найти убийцу. Истеричный, надо сказать, шанс и своевольный, но другого нет. «Ничего, наука ей будет», — подумал Илья и сказал:

— Знал. Еще вчера вечером, когда приехал сюда. Решил проверить, нет ли сюрпризов, и чудом остался жив. Но готовили его для тебя, не сомневайся. Наш оппонент знает толк в извращениях.

Илья достал ключи от «Мазды», положил их Лере на ладонь. Девушка не двигалась, снова смотрела куда-то в пространство, точно в параллельный мир, и от этого взгляда Илье стало не по себе. Он отошел на несколько шагов, высматривая свой «Ровер», но тот стоял в стороне, удачно прикрытый «Бычком», развозившим по офисам воду. Народу на парковке было полно, точно весь банк бросил работу и сбежался поглазеть на дымящийся остов «Мазды», что покачивался на стреле над площадкой эвакуатора, а издалека, уже хорошо различимый в общем гуле и гудках, слышался вой спецсигналов. Илья обернулся, посмотрел на девушку. Она так и стояла, сжимая в кулаке ключи, и беспомощно смотрела на Илью.

— Готовься, — сказал он безжалостно, — полиция уже близко. Пока есть время, придумай, как ты им все объяснишь, откуда взялось взрывное устройство под днищем твоей машины

Вышло жестоко, Лера, как и вчера, держалась из последних сил, отворачивалась, кусала губы. Минуты бежали, в дождливой мути мелькнул красно-синий всполох.

— И что теперь? Дальше что? Я тебя спрашиваю, ковбой! — выкрикнула Лера, и даже кулаки сжала, точно собиралась напасть, наступала на Илью, глядя ему в глаза. А он с ответом не торопился, прикидывая, как быть дальше. Надо где-то спрятать Леру, домой ей возвращаться нельзя, да и он сам теперь рискует — киллеру известен его адрес, так что всего можно ждать. Обоим надо смываться, и поскорее, но куда — пока вопрос.

— Тебе не дадут уйти, — сказал Илья, — не знаю, что ты натворила, но наш оппонент настроен серьезно, точнее, его наниматель. Тебя будут искать и найдут, пока ты жива, а это может закончиться в любой момент.

Шутка не удалась, Лера побледнела, отшатнулась, Илья дернул ее за рукав, заглянул в глаза.

— Или делаешь, что я тебе говорю, или проваливай. Прямо сейчас, куда угодно, я не расстроюсь. Ну?

— Хорошо, — выпалила Лера, — хорошо, как скажешь. Я согласна.

Губы у нее снова дрожали, так что вышло не очень внятно, но Илья переспрашивать не стал. Оглядел с ног до головы еще раз и добавил:

— Выход вижу для тебя один — вывести меня на заказчика. А в крайнем случае и приманкой придется поработать, тогда у тебя появится шанс выкрутиться, выжить. Это сделка, просто сделка — ты выведешь меня на убийцу Макса, я сделаю так, чтобы тебя не убили. Согласна?

Прозвучало по-людоедски, зато честно, Лера мигом это поняла, оценила и кивнула растрепанной мокрой головой. Закинула сумку на плечо, разжала кулак и недоумевающе уставилась на ключи, что все еще лежали в ладони. Илья забрал их, выкинул в мусорку у входа в палатку, взял Леру под руку и повел к «Роверу». Они пересекли скверик, вышли с другой стороны, перебежали рельсы и оказались около машины, вполне себе целой и невредимой, от осколков не пострадавшей в отличие от других машин, особенно от «Форда»: бедняге досталось по полной. Стекла вылетели, покрышки нахватали осколков, и машина стояла на дисках, на крыше вмятина, на боках глубокие царапины, передний бампер оторван взрывной волной. Высокий полноватый юноша стоял напротив своего покалеченного сокровища и только что не плакал, страдальчески оглядывался на перегородившие дорогу полицейские машины с включенными мигалками. Илья завел «Ровер», выехал на перекресток, не торопясь, развернулся, и покатил прочь.

Лера сидела рядом в обнимку со своей сумкой, девушка оглянулась только один раз, потом уставилась в окно. Илья глянул на нее раз, другой, потом не выдержал:

— Бежать собиралась, прихватив все, нажитое непосильным трудом?

Лера вяло огрызнулась, и было заметно, что сил у нее почти нет, и ругаться неохота, а желание одно — поскорее убраться в безопасное место. Но все-таки ответила, точно одолжение сделала:

— Да, представь себе, хотела уехать. А забрала свое, я эти деньги заработала. Мозгами, между прочим, у меня два высших образования, если ты не знал.

«Откуда!» — Илья сдержался, не озвучил вертевшуюся на языке колкость — сам к перебранке был не расположен, поэтому решил смолчать, включил музыку. Лера глядела на дорогу, а через несколько минут спросила, не глядя на Илью:

— Но ты же не дашь ему меня убить, правда?

Илья глянул на нее, мокрую, похожую на растрепанного воробья в этом плаще, и сказал:

— Это не в моих интересах. И потом — сделка есть сделка, каждый получит свое, как договаривались.

Лера сказала что-то, но Илья не слушал, перебирая в голове варианты, как им быть дальше, обдумывая и отметая один вариант за другим. И так до тех пор, пока не осталось ни одного, хоть мало-мальски пригодного. Домой ей возвращаться нельзя — это понятно, подружки тоже отпадают, как и родственники, если таковые имеются. Все ее контакты, связи, пароли и явки давно известны, убийца следил за ней не один день и знает ее привычки. И где гарантия, что киллер вот прямо сейчас не едет за ними следом? Нет гарантии. Илья глянул в зеркала заднего вида, ничего там подозрительного не углядел: машины как машины, серой «Ауди», кстати, среди них нет, но кто поручится, что «конвой» не поменял транспорт? Ну, это скоро выяснится…

— Куда мы сейчас? Куда едем? — спросила Лера.

«Хороший вопрос», — Илья остановился на «красный», подумал еще немного и сказал:

— В общем, дело такое. Тебе надо на время исчезнуть, переехать в другое место. И сделать это немедленно, сегодня, прямо сейчас. Есть предложения? Варианты? Только быстро, времени у нас нет.

Лера задумалась, смотрела в окно и поправляла волосы. Прошла минута, другая, зажегся «зеленый», поток тронулся по проспекту, когда Илья решил, что у девушки предложений тоже нет, и тут Лера сказала:

— Это надолго?

— Понятия не имею. — Илья решил быть с ней честным и говорил, что думал. Во-первых, врать не имело смысла, а во-вторых, одна голова хорошо, а две лучше. У него, кроме немедленного отступления из Москвы, других предложений не находилось. Вариант бегства казался беспроигрышным: убийца не пойдет за ними, просто потеряет их за МКАД, что не может не радовать. Потеряет и останется при этом безнаказанным, но при деньгах, ведь специалисты такого уровня плату за работу берут вперед, причем в полном объеме. Поэтому вариант отъезда Илью никак не устраивал, а решить эту задачку предстояло немедленно.

— Можно в отель поехать, — сказала Лера, — здесь недалеко, сразу за Кольцевой. Хорошее место, но очень дорогое. Я была там в прошлом году на свой день рождения. У них строгая пропускная система и охрана, два КПП, и на каждом надо показать паспорт. Но отель шикарный: номера, бассейн, спа…

— Отлично, — перебил ее Илья, — это выход. Только вот что…

Он запнулся, думая, как бы поделикатнее сформулировать вопрос, но в голову ничего такого не приходило, поэтому выдал, как подумал:

— Ты там с кем была? С дружком, с подружками? Я это к чему, — пояснил он, глянув на Леру, — если кто-то знает про это место, то туда лучше не соваться. Наш друг, — Илья показал за спину, — профи, он все твои контакты и маршруты давно вычислил. И если знает про отель, то ехать туда я тебе не советую. Хотя охрана — это хорошо.

— Я была там одна, — чуть раздраженно сказала Лера, — сделала себе подарок на день рождения. Провела там два дня, не вылезая из бассейна, делала массаж, ходила к косметологу… Я заплатила слишком дорого, чтобы тащить с собой кого-то еще! Там отдыхают очень состоятельные люди, а я не миллионерша! И вообще я хотела побыть одна, заняться собой, понятно? — со злостью выпалила она, точно Илья обвинял ее в чем-то, принуждая защищаться.

— Хорошо, хорошо, — примирительно проговорил он, перестраиваясь в левый ряд, — я понял. Релакс и уединение, чего тут не понять. Показывай дорогу.

Долетели минут за сорок, учитывая традиционную пробку на выезде с Ярославки, долетели без «провожающих», без «хвоста» — в этом Илья несколько раз успел убедиться. К отелю вела неширокая, идеально ровная дорога, что через полтора километра упиралась в забор. Первое впечатление — за ним не дорогущий отель, а исправительное заведение лайт-вариант, уж больно строга была охрана. Первым делом потребовали предъявить бронь, а когда таковой не оказалось, держали в «нейтральной зоне» еще минут десять, уточняли детали. Хорошо, что Лера догадалась позвонить заранее и застолбить номер на две ночи — дальше пока решили не заглядывать. Этой передышки должно хватить, чтобы определиться и придумать стоящий план. Наконец автоматические ворота разошлись, дальше дорога шла через чистое поле, больше похожее на огромный газон, к лесочку за пригорком, и на въезде в лесочек поджидало еще одно КПП. Только вместо брутальных охранников в черном здесь гостей встречали молодые вежливые люди, еще раз попросили документы, проверили бронь и пожелали приятно провести время.

Подъехали к главному зданию, выстроенному подковой, фасадом выходившей на пруд, а тылом — в тот самый лесок, в березки и осинки, что трепетали под осенним ветром, прошли на ресепшен. Девушка за стойкой улыбалась так, точно только их двоих и ждала с самого утра, выдала ключи-карточки и уже собралась передать гостей сопровождающему, когда Илья передумал. План отеля висел за спиной администратора, Илья с минуту разглядывал карту местности, потом сказал:

— Нам нужен другой номер. Вот этот. Да, да, справа вверху нам подойдет.

Девушка посмотрела на Илью, на Леру, та глянула на «кавалера» и кивнула. Потом еле слышно вздохнула, открыла сумку, покопалась в ней, достала пачку купюр и принялась отсчитывать деньги. За отдельно стоящий двухэтажный коттедж — именно он, по мнению Ильи, идеально подходил, чтобы отсидеться в безопасности, — выложить пришлось в три раза больше, чем за номер в главном здании. Но коттедж того стоил — располагался на отшибе неподалеку от забора, но в достаточном отдалении от него, и этот самый коттедж был главной высотой на местности, не считая главного корпуса, но стоял он метрах в трехстах. Окна первого этажа почти полностью скрывала плотная живая изгородь, дорожки, ведущие к дому, отлично просматривались, и Илью все это вполне устраивало. Но — не Леру, на нее было жалко смотреть — она только что рассталась с немаленькой суммой денег и теперь старательно изображала счастливую подружку разборчивого кавалера.

Она первой вошла в дом, скинула плащ на кресло и пошла осматриваться. Илья двинул следом, интересовался в основном видом из окон, задернул шторы на всех и вернулся в гостиную или что-то вроде того: огромную комнату с камином и мебелью из светлого дерева. Лера сидела на диване и листала яркий каталог, потом потянулась к телефону.

— Далеко собралась? — Илья устроился в удобном мягком кресле, прикидывая: развести огонь сейчас, благо дрова на полке у камина имеются, или отложить на вечер, когда совсем стемнеет. Он не упускал малейшей возможности посидеть у костра или у камина, как сейчас, посмотреть на живой огонь. И заранее знал, как все будет — наступит что-то вроде транса после медитации, когда окружающее отступает, растворяется в темноте, и остается только бело-рыжее пламя, яркое и теплое, очищающее душу, стирающее усталость и боль. «Карму почистить», — вспомнились слова Макса, Илья отогнал воспоминание, подошел к полке с дровами, взял растопку, и тут Лера поднялась с дивана.

— Я на массаж, — сказала она, — вернусь через час. Если в бассейн потом не зайду. Ну, не скучай…

— Валяй, топай, — отозвался Илья и присел на корточки перед камином, сложил дрова «домиком», сунул под них ворох сухой бересты. — Если что — кричи, может, я и услышу.

Чиркнул спичкой, поднес огонек к растопке, и та мигом занялась, вспыхнула, перекинулась на сухие поленья. Затрещала кора, запахло вкусным дымком, Илья зажмурился и втянул в себя воздух. Красота, одно слово. Но как же дорого, черт ее дери…

Лера стояла в дверях комнаты, теребила в пальцах пояс от плаща. Постояла, шагнула в коридор, потом вернулась и спросила:

— Ты думаешь…

— Ничего я не думаю, — отозвался Илья, протянул ладони к огню и зажмурился от удовольствия. Никакая батарея не сравнится, никакой обогреватель — горячий воздух ласкает кожу, точно лижет ее упругим шершавым языком. Стало жарко, Илья отодвинулся и повернулся к девушке. Та все еще стояла на пороге, смотрела на огонь, потом подошла к столу, открыла каталог, закрыла и подошла к камину. Илья сел в кресло напротив, вооружился изящной кованой кочергой, довольно тяжелой и сделанной точно ему по руке, поправил дрова в камине и сказал:

— Чего тут думать. Ты не отдыхать на курорт приехала. Если жить надоело, то иди куда хочешь. Тебе мало всего, что уже было? Пулю в голову хочешь поймать? Валяй, конечно, я не против, вернее, против, ты мне еще пригодишься, а потом делай что хочешь. Поэтому сиди здесь, чтоб я тебя видел.

Лера плюхнулась на диван, расстегнула плащ, потом снова схватила каталог, отшвырнула и высказалась злым шепотом:

— Я не могу просто так сидеть и ждать, когда меня придут убивать…

— Ага, пусть он тебя в бассейне утопит, — отозвался Илья, — а хозяева сего заведения свалят все на несчастный случай. Знаешь, есть киллеры, элита среди профи, они как раз по таким делам специалисты, ножу и пуле предпочитают случайность и сами ее организуют. Но это дорого, не думаю, что тебе такая честь выпадет…

— Смешно. — Лера отвернулась, закинула ноги на диван, растянулась на нем и тут же соскочила на пол. Прошлась от окна до двери, развернулась на пятках, вернулась к камину и сказала:

— Я так не могу, я с ума сойду. Пойдем со мной в бассейн, ну пожалуйста. Ты тоже поплаваешь, это полезно, снимает напряжение…

— Не пойду, — сказал Илья, придвигая не обгоревшие еще края поленьев к огню, — не пойду, и тебе не советую. А если невмоготу, то вызови массажистку сюда и расслабляйся сколько влезет. Или массажиста…

Лера фыркнула, скинула плащ, схватила каталог и принялась листать его. Нашла в прайсе нужную строку, обсудила детали по телефону, и через четверть часа в коридоре звякнул домофон. Илья посмотрел на экран — за дверью стояла китаянка, или тайка, или кто-то вроде того: изящная узкоглазая коротышка с улыбкой до ушей. Илья провел ее в спальню рядом с ванной и бесцеремонно открыл голубенький чемоданчик, который массажистка принесла с собой. В нем оказались терпко и сладко пахнущие пузырьки, гладкие камни, какие-то тюбики и прочая муть. В руках тайка держала ворох полотенец, Илья перетряхнул их все, и после этого запустил в комнату Леру. Тайка заулыбалась ей еще шире, просто на пределе возможностей, а на Илью смотрела пугливо и с уважением, приняв его за ревнивого бдительного мужа. Лера принялась стягивать через голову водолазку, но на полпути остановилась, посмотрела на Илью

— Все, барышни, — он отступил в коридор, прикрыл за собой дверь, — развлекайтесь. И окна не открывать! — крикнул он уже через дверь. Лера неразборчиво буркнула в ответ, что-то прочирикала, точно соглашаясь, тайка. Илья проверил входную дверь и вернулся к огню, положил в камин еще пару поленьев — и уставился на пламя. Так и расслаблялись, каждый по-своему: Лера в руках массажистки, а он — глядя в полусне на огонь.

Тайка упорхнула часа через два, Лера появилась еще минут через пятнадцать, вошла в белом халате, пушистых тапках, умиротворенная и расслабленная, подняла руки к волосам, и высокий пучок развалился на множество мелких кудряшек. Девушка плюхнулась на диван, прикрыла глаза и пробормотала:

— Как же хорошо, мама дорогая. Плевать на деньги, если жива останусь, еще заработаю…

От нее умопомрачительно пахло ванилью, корицей, чем-то пряным и острым, Илья отвернулся и глядел на огонь, точно искал в нем спасения. Но запах преследовал его, плавал по комнате и у огня становился гуще, кружил голову. Накатила тоска и злость, Илья толкнул кочергой полено и уже собрался выйти на свежий воздух, когда Лера сказала:

— Есть хочется. Пойдем в ресторан? Я плачу.

«Еще чего не хватало», — Илья осмотрел Леру с головы до ног, усмехнулся и сказал:

— Так в халате и пойдешь? Тебя не пустят, тем более без бриллиантов.

Потом взял каталог, быстро перелистал его, кинул девушке:

— Вот, доставка еды в номер. Хочешь — из ресторана «Дворянский», хочешь — «Купеческий». Закажи себе что-нибудь.

И направился к двери, накинул куртку.

— А ты что будешь? — Лера вдумчиво изучала меню.

— Все равно.

Он проверил, на месте ли карточка от двери, и вышел на крыльцо. Было уже довольно темно, по синему небу неслись черные обрывки туч, кусты и деревья таинственно шелестели, по дорожкам ветер таскал желтые листья. Илья обошел коттедж, глянул на темные окна второго этажа, на тепло-желтые фонарики вдоль дорожек, на корпус главного здания, освещенный, как «Титаник». Оттуда доносилась музыка, довольно приятная и мелодичная, голоса и смех. Илья прошелся еще немного, постоял на развилке трех дорог, посидел на лавочке под фонарем, замерз и пошел обратно. И подумал, что пора заканчивать это сладостное ничегонеделание, они не могут себе позволить и минуты безделья, а день тем временем уже почти прошел. У них остались сутки покоя, и эти сутки надо использовать с толком, придумать, как быть дальше. И ключ ко всему — Лера, за ней охотится убийца, он может вывести на заказчика. Наверняка киллер рыщет сейчас по городу, проверяет адреса «объекта» и бесится, обнаружив, что там пусто. «Флаг тебе в руки». — Илья открыл дверь и оказался в прихожей.

Ароматы пряностей никуда не делись, но теперь из комнаты с камином пахло едой, поджаренной мясной корочкой и еще чем-то в том же духе, от чего слюна закипала во рту. «Ого, когда это они успели? Я не заметил». — Открытие неприятно кольнуло, напомнив о собственной беспечности, но что сделано, то сделано. Илья скинул куртку и пошел к столу, Лера в том же халате сидела на стуле и постукивала черенком вилки по скатерти.

— Наконец-то, — девушка потянулась к крышке над большим блюдом, — сколько можно ждать. Ты что будешь — мясо или курицу?

«И то и другое, и можно без хлеба». — Илья изо всех сил старался держаться в рамках приличий. Голод только сейчас дал знать о себе и отступил после того, как Илья прикончил салат и взялся за отлично приготовленное мясо. Лера аккуратно резала на кусочки куриную грудку и посматривала на Илью. Потом опустила глаза, не успев, впрочем, спрятать улыбку, и сказала:

— Я еще вино заказала, французское. Очень хорошее, одну бутылку. Будешь?

Илья только сейчас заметил на дальнем краю стола изящную, примерно литровую емкость из белого стекла с бордового цвета содержимым и протянул руку.

— Давай. — Взял бутылку, выдернул торчавшую из горлышка пробку и разлил вино по бокалам, принюхался. Пахло виноградом и медом, зрелым, предосенним, сладким и хмельным. Илья сделал пробный глоток, потом спохватился и коснулся своим бокалом Лериной посудины.

— Ну, за успех нашего безнадежного дела. — Он отпил немного, повторил и поставил бокал на стол. Лера невесело усмехнулась, сделала небольшой глоток и сказала:

— За успех.

Помолчали минут пять, причем Илья успел опустошить свою тарелку, а Лера никак не могла разделаться с курицей, точно силой проталкивала в себя небольшие кусочки, запивала вином. Илья отпил еще немного и почувствовал, как хмель ударил в голову, стало легко и спокойно, точно и не караулит их обоих смерть за двумя кольцами охраны этого благословенного местечка. Но именно сейчас можно подлянки не ждать и отвлечься, например на светскую беседу.

— Ты давно в банке работаешь? — спросил Илья. Лера откинулась на спинку стула, поставила полупустой бокал на ладонь.

— Шесть лет, — сказала она, глядя на огонь, — даже больше. После института приехала в Москву, устроилась сначала кассиром, потом меня повысили, потом я получила должность заместителя…

Она осеклась, но Илья прекрасно знал, что та хочет сказать: должность, которую занимал твой брат. Но то ли вино было виновато, то ли свыкся он со своим горем, но боли не почувствовал, так, слабый отголосок былого ужаса, рвущего душу в клочья.

— Понятно, — сказал Илья, — молодец, отличная карьера. Так я понял, ты приехала в Москву? Понаехавшая, значит? Откуда, если не секрет?

Лера допила вино, поставила пустой бокал на стол и многозначительно постучала ногтем по стеклу. Илья немедленно наполнил его, вылил себе остатки и поставил пустую бутылку на ковер. Отпили, помолчали и Лера сказала:

— Огорелье, это в Новгородской области. У нас красиво, есть мост через реку, монастырь и старое кладбище с купеческими памятниками. И все, больше ничего нет. В нашем городе хорошо умирать, но жить невозможно, все, кто не уехал, — спились. Я не хотела спиваться и приехала в Москву. В городе остались мои родители, я отправляю им деньги, родители проедают их. Отец готовит, он любит этим заниматься, потом они едят, а мать вяжет варежки. Целыми днями вяжет эти чертовы варежки, которые никому не нужны, но она все равно вяжет, потому что больше ничего не умеет. Я не знала, что твоего брата убьют, а потом будут стрелять в меня. Я не знаю, кто это сделал. Я испугалась и хотела вернуться домой…

— Чтобы умереть? — бухнул Илья, и тут в коттедже погас свет.

Стало так тихо, что слышался треск огня в камине, на полу скакали черные тени, пахло дымком и мокрыми листьями, вино в бокалах стало черным на просвет и густым, как нефть. Илья очень тихо поставил свой бокал на стол и поднялся на ноги. Фактор неожиданности почему-то не сработал, сердце не колотилось, мысли не метались, как напуганные кошки. Он точно ждал этого момента, готовился к нему и не хотел упустить шанс, что сейчас дает ему темнота.

— Это на подстанции что-то… — Илья шикнул на Леру, оглядел стол, еле заметно мерцавшие в отблесках огня приборы на нем. Нет, не то, все не то, не подходит. Против лома, в смысле бесшумки, нет приема, и все же попытаемся.

Илья скользнул к камину, взял теплую от огня кочергу, прикинул ее вес, устраивая поудобнее в ладони, и дернул Леру за рукав халата.

— Быстро, быстро. — Он почти потащил ее за собой, девушка споткнулась о край ковра, ее мотнуло, Илья распахнул дверь ванной и втолкнул Леру внутрь.

— Там сиди, — прошептал он, — к двери не суйся. Лучше всего в угол, вон там.

Он бесцеремонно толкнул Леру к здоровенной, «королевской», как было сказано в описании номера, джакузи, закрыл дверь и вышел в коридор. Глаза уже привыкли к темноте, да и та была несерьезной, разбавленной отблесками огня, от него на стенах и потолке плясали тени, шевелились в каждом углу, сбивали с толку. Илья втянул в себя воздух — пахло мокрыми листьями и дождем, точно где-то открыли и быстро закрыли окно. Или дверь, например входную.

Илья на носках подошел к ней, толкнул, навалился плечом — нет, закрыто, значит, показалось, или сквозняк принесло со второго этажа. Но там он лично проверил все засовы, и наверх никто не поднимался, ни он, ни Лера, ни массажистка. Значит, показалось, хотя еще остается крыша…

На газон у дома что-то упало, глухо стукнуло о землю и затихло. Илья выждал еще немного, приоткрыл дверь и выглянул наружу. Там тоже темень, не горит ни один фонарик, хотя вся остальная территория, как и главный корпус, сияет огнями. Значит, обесточен только их коттедж и его периметр. Грамотно, что уж там, убийце зачет, дело за малым — занести ему благодарность, как говорили в армии, в грудную клетку. Или в голову, или везде и сразу. Хотя — стоп, киллер нужен ему живым, так что благодарность отменяется.

Илья шагнул на крыльцо, огляделся в полумраке, но ничего не происходило. Шевелились под ветром кусты, махали ветками деревья, пролетел, коснувшись щеки, опавший лист и спланировал под ноги. На краю изгороди как-то очень шумно треснули ветки, Илья вытянулся, насторожился, и тут в комнате зазвонил телефон. Илья сначала не понял, что это за звук, потом сообразил, вернулся в коттедж, побежал к телефону, схватил трубку.

— Это администратор, — извиняющимся девичьим голосом сказала трубка, — простите, временные неполадки. Дежурный электрик уже идет к вам, он все исправит…

Она щебетала еще что-то, но Илья ее не слушал. Тени все еще шевелились по углам, прыгали, дрожали, но уже угасали — некому было добавить дров. А одна тень не двигалась, она вжалась в стену и кралась вдоль нее, гибкая и шустрая, как и остальные, рядом с ней. И тут что-то коротко прошипело, треснуло, раздался звон, потом все повторилось, потом Илья пришел в себя, кинулся на звук.

А тень рванулась ему навстречу, Илье сначала показалось, что перед ним вырезанный из бумаги плоский человеческий силуэт, невысокий, резкий и черный, как зимняя полночь, и у него нет лица. Зато он дышит, причем довольно тяжело, точно с полной выкладкой пробежал стометровку, а по комнате расползается душный запах пороховой гари. Илья отшвырнул с дороги стул, коротко замахнулся и врезал кочергой по черному силуэту. Попал — человек шарахнулся вбок и вниз, присел на корточки, и Илья в последний момент сумел увернуться от захвата. Но равновесия не удержал, рухнул на одно колено и кочергой подсек тень, дернул на себя.

Человек каким-то непостижимым образом устоял на ногах, хоть и мотнуло его основательно, сумел отпрыгнуть вбок, развернулся в полете, снова раздалось шипение, треск и звон. Илья сообразил, что это убийца стреляет сквозь дверь ванной, пригнувшись, ринулся туда, ударил наугад, попал во что-то мягкое, прыгнул вперед, и тут раздался стук в дверь.

— Аварийная служба! — бодро доложили из-за двери. — Разрешите войти, мы сейчас все наладим…

Тень перекатилась по полу и кинулась к столу, Илья дернулся следом, попытался схватить человека за ногу, но рука скользнула по гладкой ткани. «Ниндзя, мать его…» — Илья чертыхнулся, кинулся дальше. Тот, в черном, сиганул через стол в потрясающем прыжке, Илья такой грацией похвастаться не мог, поэтому просто врезал кочергой по силуэту, вернее, по тарелкам, блюдам, ножам, вилкам и бокалам. Перегнулся через стол, и тут от боли перед глазами полыхнуло белым и зеленым — хорошо, что успел отдернуться чисто рефлекторно, а так бы запросто глаза лишился от удара в лицо, что пришелся по касательной. Кожу на скуле обожгло, Илья тронул ее пальцами, и они стали липкими от крови. Он перемахнул через стол, но время ушло, раздался звон, грохот, стук в дверь, и сноп искр из камина; последнее, что видел Илья, это была черная змея, что моментально ввинтилась в дымоход и пропала. Из-за стенки раздался шорох, но быстро стих. Илья выскочил на крыльцо, и едва не сшиб с ног двух мужиков в форменных комбезах. Аварийщики расступились, Илья вылетел на дорожку, уставился на крышу, потом обежал коттедж, но без толку. Убийца точно растворился в ночном небе или улетел в него, вертикально стартанув непосредственно с крыши. «Сволочь!» — едва не проорал Илья, но сдержался и вернулся в дом.