Помоги проекту - поделись книгой:
– май 1920 г.: Всероссийский съезд по борьбе с детской беспризорностью;
– 1923 г.: II Всероссийский съезд социально-правовой охраны детей и подростков и детских домов.
Рекомендации съездов легли в основу многих решений, направленных на создание государственной системы органов и учреждений, в функции которой, кроме прочего, входила профилактика детской безнадзорности и правонарушений.
Следующим шагом по обеспечению прав детей было издание Президиумом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов РСФСР 27 января 1921 г. постановления, согласно которому при Всероссийском Центральном Исполнительном Комитете Советов образовывалась Комиссия по улучшению жизни детей. В комиссию входили представители Наркоматов просвещения, здравоохранения, продовольствия, рабоче-крестьянской инспекции. При Народном комиссариате образования была создана Детская чрезвычайная комиссия (ДЧК), которая разрабатывала концепцию работы по борьбе с голодом (создание столовых, приемников, эвакуация детей)[19].
Таким образом, можно констатировать, что до 1922 г. законодательство РСФСР по вопросам защиты прав и свобод детей, профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних не было кодифицировано, а нормы права в данном сегменте содержались в декретах, а иногда и в актах подзаконного характера.
Гражданская война, принесшая народу разрушения и голод, вновь остро поставила вопрос детской безнадзорности. В стране в тот период насчитывалось более 5 млн беспризорных детей, потерявших родителей. Они нуждались в комплексной социальной помощи и заботе. В 1921 г. уже при каждой губернии стали создаваться детские приемники-распределители. В годы советской власти основную функцию содержания и обучения детей-сирот взяла на себя система интернатов (учреждений интернатного типа).
Государственным регулированием и попечением о детях, оставшихся без попечения, занимались различные ведомства: Наркомздрав, Наркомпрос, Народный комиссариат внутренних дел, профсоюзы, комсомол, партийные органы, женотделы и т.д. Кроме того, учет беспризорников велся в органах милиции, уголовном розыске, а также в их транспортных подразделениях.
Такая неурегулированность и бессистемность в деле контроля работы социальных учреждений не способствовала ее эффективности. Основную заботу о регулировании деятельности интернатов несли местные органы народного образования (ОНО). Однако и в этом случае имело место дублирование функций, что затрудняло эффективное осуществление государственного регулирования деятельности интернатов и содержания детей-сирот в целом. При каждом органе народного образования были созданы отделы социально-правовой охраны несовершеннолетних (СПОН), в структуру которых входили стол опеки, детский адресный стол, юрисконсультская часть и комиссия по делам несовершеннолетних («комнес»).
Кроме того, существовали детские социальные инспекции (ДСИ). Отличие работы отделов СПОН от ДСИ заключалось только в подходах к работе. Первые занимались в основном бумажной и циркулярной работой и проведением заседаний. Вторые в качестве народных дружинников работали «на ногах», проводили облавы на беспризорников, обследовали условия содержания детей в приютах, несли дежурства в местах скопления беспризорных. В результате недостаточного финансирования деятельности такого количества учреждений и организаций произошло резкое сокращение штатов (в 1922 г. на всю страну было около 400 детских инспекторов).
Приказ Народного комиссариата внутренних дел РСФСР от 6 декабря 1922 г. № 574 «О борьбе с детской беспризорностью и правонарушениями» установил, что милиция занимается правонарушителями старше четырнадцати лет. Подростки, не достигшие такого возраста, а также беспризорные дети (независимо от возраста) подлежали незамедлительной передаче в ближайший детский приемный пункт или местный отдел народного образования. Приказ разрешил привлекать милиционеров-женщин для борьбы с беспризорностью, административными правонарушениями несовершеннолетних и детской преступностью, но наряду с исполнением основных обязанностей.
Несмотря на принятые меры сотни тысяч человек гибли от последствий Гражданской войны, разрушений и голода. Трагический факт в истории нашей страны – страшный голод в Поволжье вызвал огромный поток беженцев в Сибирь. Голодных, обездоленных детей и подростков, оставшихся без попечения родителей, подбирали на вокзалах, чердаках и подвалах сотрудники милиции. Милиционеры проводили недели «беспризорного ребенка», в ходе которых отчисляли часть свой заработной платы детям, ремонтировали помещения, устраивали шефские спектакли, оказывали иную помощь. По всей стране открывались сотни, тысячи детских домов и приемников-распределителей. И все же проблема в тот период полностью решена не была. На улицах все еще находилось большое количество беспризорных детей, которые попадали под влияние уголовных элементов и совершали тяжкие преступления.
Создавшаяся ситуация требовала применения радикальных мер, и 17 июля 1929 г. Совет Народных Комиссаров РСФСР принимает решение о возложении обязанностей по ликвидации таких негативных явлений на органы милиции, которые уже к 1931 – 1933 гг. стали основными субъектами этой деятельности. После задержания несовершеннолетние должны были направляться в комиссию по делам несовершеннолетних или приемный пункт.
Новый импульс эволюции отечественных государственных органов по превенции девиантного поведения не достигших совершеннолетия лиц был дан постановлением Совета Народных Комиссаров РСФСР от 11 июля 1931 г., которым было утверждено Положение о комиссиях по делам о несовершеннолетних[20]. Основными задачами комиссий были определены охрана прав и интересов подростков, борьба с безнадзорностью и правонарушениями несовершеннолетних путем применения к ним мер медико-педагогического характера. В юридической литературе отмечается, что отсутствие в рассматриваемый период реальных мер, которые могли бы быть применены к подросткам в зависимости от тяжести совершенного ими правонарушения, негативно отразилось на работе комиссий и привело к снижению их роли в предупреждении преступности лиц рассматриваемой категории[21].
Переломным моментом в деле профилактики правонарушений несовершеннолетних является создание специализированных органов правопорядка по борьбе в первую очередь с правонарушениями лиц не достигших совершеннолетия. Постановлением Совета Народных Комисаров и ЦК ВКП (б) от 31 мая 1935 г. «О ликвидации детской беспризорности и безнадзорности» в структуре Главного управления Рабоче-крестьянской милиции были созданы детские комнаты милиции. С этой даты начинается история подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел[22] (31 мая официально признан Днем подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел Российской Федерации). Данным постановлением, наряду с закреплением ряда мероприятий по устранению причин, порождающих преступность несовершеннолетних, установлению уголовной ответственности взрослых подстрекателей к совершению подростками преступлений, были ликвидированы созданные в 1918 г. комиссии по делам несовершеннолетних, и вся деятельность по ликвидации беспризорности и безнадзорности, устройству несовершеннолетних возлагалась на милицию.
Середина 30-х годов XX в. – начало сложного периода в истории нашей страны. Волна репрессий охватила все регионы. С 1935 по 1941 г., по примерным оценкам историков, число репрессированных достигло нескольких миллионов человек, многие были убиты либо погибли под пытками. В это время были внесены существенные изменения в законодательство об уголовной ответственности лиц, не достигших совершеннолетия. Законом от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних» было установлено привлечение за тяжкие преступления к уголовной ответственности, вплоть до расстрела, подростков с двенадцатилетнего возраста. Этим же законом устанавливалась строгая ответственность за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность.
В 1937 г. в стране функционировало более 60 детских колоний, в том числе семь тюрем. Начиная с 1935 г. в разбирательствах, связанных с правонарушениями несовершеннолетних, стали участвовать прокуроры, следователи и адвокаты, специализирующиеся только на правонарушениях лиц, не достигших совершеннолетнего возраста. Эффективность указанных мер была очевидна, так как количество осужденных несовершеннолетних в 1940 г. по сравнению с 1931 г. сократилось примерно вдвое. Тем не менее накануне Великой Отечественной войны проблема ликвидации безнадзорности, устройства детей, оставшихся без родителей, еще не была решена.
Направление ужесточения уголовного законодательства нашло свое отражение в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 10 декабря 1940 г., согласно которому к числу преступлений, ответственность за которые также устанавливалась с 12-летнего возраста, были отнесены действия несовершеннолетних, которые могли вызвать крушение поезда, например развинчивание рельсов, подкладывание под рельсы различных предметов.
В юридической литературе отмечалось, что «установление уголовной ответственности за ряд преступлений начиная с двенадцатилетнего возраста, видимо, было продиктовано желанием указать несовершеннолетним, что советская власть предъявляет серьезные требования к своим подрастающим гражданам»[23]. Ужесточение уголовных репрессий не способствовало применению к несовершеннолетним мер воспитательного воздействия, что приводило к негативным последствиям в силу отрицательного воздействия мер уголовного наказания на психику и поведение осужденных. По мнению Е.В. Болдырева, концепцией Закона от 7 апреля 1935 г. о возможности ликвидации преступности в стране усилением мер судебного воздействия был отброшен весь громадный положительный опыт применения воспитательных мер к несовершеннолетним правонарушителям[24].
Ряд новых серьезных вопросов в сфере борьбы с правонарушениями несовершеннолетних возник в период Великой Отечественной войны, когда многие тысячи детей были лишены жилья, семьи, родителей. Срочно на восток эвакуировались детские дома, в регионах Поволжья и Урала значительно возросло их число, а следовательно, возросли и заботы о воспитании детей, их трудоустройстве. Детские дома формировались в кратчайшие сроки, они были переполнены, испытывали значительный недостаток в продовольственном и вещевом снабжении, вследствие чего воспитанниками детских домов совершались кражи и грабежи, обмен имущества детских домов на базарах, хулиганства. Постоянно росло число беспризорных и безнадзорных детей и как результат количество преступлений в среде несовершеннолетних.
Итак, в период Великой Отечественной войны Правительством Советского Союза и Народным комиссариатом внутренних дел СССР был принят ряд постановлений и приказов, определивших меры борьбы с беспризорностью несовершеннолетних, борьба с детской безнадзорностью находилась в центре внимания местных партийных и комсомольских органов, принимались меры для устройства детей, потерявших родителей.
Приказом Народного комиссариата внутренних дел СССР от 1941 г. № 312 были введена инструкция «О работе детских комнат милиции». Детские комнаты милиции организовывались при городских, районных и линейных отделениях милиции для приема детей на время, необходимое для выяснения причин беспризорности и безнадзорности, передачи родителям, лицам, их заменяющим, или направления в соответствующие детские учреждения. Работники детских комнат были введены в штат отделений милиции, при которых организовывались детские комнаты.
23 января 1942 г. Совет Народных Комиссаров принял постановление «Об устройстве детей, оставшихся без попечения родителей», в котором подчеркивалось, что планомерное проведение мероприятий по предупреждению детской беспризорности является важным государственным делом. Согласно постановлению при исполкомах местных советов учреждались комиссии по устройству детей, оставшихся без попечения родителей, была существенно расширена сеть интернатов, приемников-распределителей.
Директивой Народного комиссариата внутренних дел СССР от 22 сентября 1942 г. № 403 штат детских комнат милиции в зависимости от объема работы устанавливался не более двух единиц: инспектор и помощник инспектора. Им выделялось денежное содержание и вещевое довольствие, а комплектовались детские комнаты за счет работников милиции, по своим служебным качествам соответствующим этой работе и не подлежащим призыву в армию. Работниками детских комнат милиции являлись в преобладающем большинстве женщины. В последующие годы сеть детских комнат постоянно расширялась. Приказ Народного комиссариата внутренних дел СССР от 12 июня 1943 г. № 0231 объявил штаты детских комнат милиции при органах транспортной милиции.
Изучение поствоенных лет показывает, что безнадзорность и беспризорность наряду с тяжелым экономическим положением страны являлись основными причинами правонарушений несовершеннолетних. Несмотря на это, в те годы большое внимание уделялось и вопросам раннего предупреждения совершения правонарушений подростками. Указанное положение нашло отражение в принятых Советом Министров СССР постановлениях от 8 апреля 1952 г. № 1708 и от 30 января 1954 г. № 171 «О мероприятиях по улучшению работы детских домов».
В 1950 г. во всех крупных городах и промышленных центрах были созданы детские комнаты милиции. Их работа осуществлялась в полном взаимодействии с комиссиями по делам несовершеннолетних. В практику работы вошло создание детских комнат на общественных началах, кроме того, серьезную помощь в работе сотрудникам милиции стал оказывать созданный институт внештатных инспекторов детских комнат. В короткий срок детская комната милиции стала центром борьбы с детской безнадзорностью. Над решением этих задач работали и представители общественности. Кроме того, детская комната милиции помогала несовершеннолетним в трудоустройстве, в продолжении учебы.
Прогрессивным шагом в превенции преступлений среди не достигших совершеннолетия лиц можно считать принятие Советом Министров РСФСР «Положения о комиссиях по устройству детей и подростков при Советах Министров автономных республик и исполкомах краевых, областных, окружных, городских, районных Советов депутатов трудящихся» от 4 октября 1957 г.[25] Этим Положением на комиссии была возложена обязанность устройства всех нуждающихся детей, а не только детей, оставшихся без родителей. Они координировали работу органов народного образования и социального обеспечения, в том числе по оказанию материальной и педагогической помощи нуждающимся семьям. В соответствии с Положением комиссии (кроме районных) имели право направлять детей и подростков в воспитательные колонии Министерства внутренних дел союзных республик. Помимо того, данное Постановление обязывало создавать детские спортплощадки при школах и домоуправлениях, родительские комитеты и комиссии содействия при всех домоуправлениях для организации работы с детьми, трудоустраивать подростков, достигших 16-летнего возраста, обязывая при этом руководителей предприятий принимать на работу подростков, направляемых комиссиями.
Следующим этапом в развитии профилактики правонарушений несовершеннолетних явилось подписание 3 июня 1967 г. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР «Об утверждении Положения о комиссиях по делам несовершеннолетних» (далее – КДНиЗП)[26], которые действуют и по сей день. Лейтмотивом принятия данного нормативно-правового документа являлась необходимость координации деятельности всех субъектов системы превенции правонарушений лиц, не достигших совершеннолетия. Главными задачами комиссий по делам несовершеннолетних закреплялись организация работы по предупреждению безнадзорности, правонарушений несовершеннолетних, их устройство и охрана прав, координация усилий государственных органов и общественных организаций по указанным вопросам, рассмотрение дел о правонарушениях лиц этой категории и осуществление контроля над условиями их содержания и проведением с ними воспитательной работы в учреждениях Министерства внутренних дел и специальных учебно-воспитательных учреждениях. Согласно указу комиссии по делам несовершеннолетних создавались при исполнительных комитетах районных, городских, районных в городах, окружных, областных, краевых Советах народных депутатов, при Советах министров автономных республик и при Совете Министров РСФСР.
17 декабря 1968 г. Коллегией Министерства внутренних дел СССР совместно с Бюро ЦК ВЛКСМ было принято Постановление «О совместной работе комсомольских организаций и органов Министерства внутренних дел СССР по предупреждению безнадзорности и преступности среди несовершеннолетних». Положение об оперативных комсомольских отрядах дружинников было утверждено Постановлением ЦК ВЛКСМ от 5 ноября 1974 г., деятельность которых была направлена непосредственно на борьбу с правонарушениями молодежи и подростков в тесном взаимодействии с работниками органов внутренних дел, прокуратуры, юстиции, судов, комиссий по делам несовершеннолетних.
Созданные еще в 1940 г. детские комнаты милиции в советский период претерпели многочисленные изменения, но при этом продолжали занимать центральное место в системе предупреждения безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Среди принимаемых в тот период нормативных документов, регламентирующих деятельность данного субъекта, интерес представляют прежде всего следующие: Приказ Министерства внутренних дел РСФСР № 285 от 5 июля 1961 г. «Об изменении организации работы по борьбе с преступностью несовершеннолетних и детской безнадзорностью», Указ Президиума Верховного Совета СССР от 15 февраля 1977 г. «Об основных обязанностях и правах инспекций по делам несовершеннолетних, приемников-распределителей для несовершеннолетних и специальных учебно-воспитательных учреждений по предупреждению безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». С 1973 г. началось создание центральных детских комнат милиции в службах профилактики уголовного розыска горрайлинорганов. В 1974 г. в Управлении уголовного розыска Министерства внутренних дел СССР и аппаратах уголовного розыска Министерств внутренних дел, Управлений внутренних дел союзных и автономных республик, краев и областей для всемерного улучшения организации работы детских комнат милиции были созданы отделения по руководству ими.
15 февраля 1977 г. детские приемники-распределители, детские комнаты милиции были реорганизованы в приемники-распределители для несовершеннолетних, инспекции по делам несовершеннолетних.
Заканчивая исследование ретроспективы превенции правонарушений несовершеннолетних в советский период отметим, что субъектам по предупреждению правонарушений несовершеннолетних в то время был присущ постоянный, плановый характер работы с несовершеннолетними и, что важно, предупредительные меры были
Важной вехой в комплексной деятельности по профилактике асоциального поведения, безнадзорности, административных правонарушений и преступлений лиц, не достигших восемнадцати лет, стало принятие Указа Президента Российской Федерации от 6 сентября 1993 г. № 1338 «О профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»[27]. Данный нормативный акт в настоящее время утратил юридическую силу (диапазон действия его полной редакции: с 21 сентября 1993 г. по 13 января 2000 г.), но именно он заложил основу для развития законодательства о профилактике правонарушений и защите прав несовершеннолетних и предусматривал создание государственной системы профилактики безнадзорности и правонарушений лиц, не достигших совершеннолетия. По данному нормативному документу государственную систему профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защиты их прав составляли комиссии по делам несовершеннолетних, органы опеки и попечительства, аппараты управления и специализированные учреждения (службы) органов социальной защиты населения, образования, здравоохранения, органов внутренних дел, службы занятости населения, а также иные органы и учреждения, осуществляющие в пределах своей компетенции меры по профилактике административных и иных правонарушений несовершеннолетних и защите их прав.
Дальнейшая эволюция законодательства, регламентирующего как правовой статус не достигших восемнадцатилетнего возраста лиц, так и деятельность органов системы противодействия правонарушениям лиц, не достигших совершеннолетия, безусловно, связана со своевременным принятием на федеральном уровне важнейших нормативных актов, среди которых особо следует выделить Уголовный кодекс Российской Федерации[28], Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях[29] и Федеральный закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ[30].
В 90-е годы XX в. органы милиции, координирующие деятельность по профилактике правонарушений несовершеннолетних, носили различные названия (30 июня 1991 г. инспекции по делам несовершеннолетних были реорганизованы в подразделения по предупреждению и пресечению правонарушений несовершеннолетних, которые, в свою очередь, 26 мая 2000 г. были переименованы в отделы по делам несовершеннолетних; 2 апреля 2004 г. центры временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей были переименованы в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел – ЦВСНП), имели разнообразную структуру.
К настоящему моменту низовое звено подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел представлено центрами временного содержания несовершеннолетних правонарушителей и отделами по организации деятельности участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних, состоящими из руководящего звена отдела и иных должностных лиц, которые в совокупности должны контролировать правонарушения несовершеннолетних на территории обслуживания – инспектора (старшие инспектора) полиции по делам несовершеннолетних и школьные инспектора (старшие школьные инспектора) полиции.
Итак, можно сделать вывод, что история развития отечественных государственных органов по профилактике безнадзорности и правонарушений лиц, не достигших совершеннолетия – не что иное, как генезис принципа индивидуального подхода к данной категории правонарушителей, возведенный в ранг государственной политики.
Анализ исторического принципа индивидуализации в данном контексте показывает, что мы имеем дело с поступательным его развитием, пиком которого, как представляется, стал советский период. Во-первых, несмотря на то что этот период характеризуется борьбой абстрактно гуманистической идеи максимальной экономии репрессии и идеи усиления как административной, так и уголовной репрессии как основного способа быстро покончить с административными правонарушениями и преступностью в среде несовершеннолетних, особая заслуга в сохранении и развитии специфического подхода к несовершеннолетним правонарушителям принадлежала в период ужесточения административного и уголовного законодательства практике, которая смягчала в процессе правоприменения жесткие требования закона. Во-вторых, в это время государство не только обеспечивало деятельность по предупреждению правонарушений несовершеннолетних, но и одновременно занималось обеспечением детей.
Однако в период реформ конца XX в. и перехода к новому укладу экономики государство оказалось не способным осуществлять дальнейшую поддержку этой системы. Таким образом, деятельность по профилактике и предупреждению административных и других правонарушений несовершеннолетних оказалась на пороге полной деградации и разрушения, так как в условиях сложившихся реалий исполнение поставленных задач могло обеспечиваться только посредством рыночных механизмов, которые еще не сформировались. Кроме того, для получения конкретных позитивных результатов профилактической работы необходима научно-обоснованная координация деятельности всех субъектов профилактики и, в частности, всех подразделений органов внутренних дел при четком правовом разграничении их функций и полномочий.
Итак, в 1990-е годы центр тяжести социально-превентивной работы в исследуемой сфере сместился в сторону подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел. Неудивительно, что в сложившихся условиях особую актуальность приобретает вопрос о том, каков потенциал этих подразделений в предупредительной деятельности, все ли резервы в законодательстве и иных государственных правовых механизмах задействованы с целью более успешной профилактической деятельности в сегменте правонарушений несовершеннолетних.
§ 3. Зарубежный опыт организации и функционирования системы превенции правонарушений и привлечения к ответственности несовершеннолетних, перспективы его использования в Российской Федерации
В целях предупреждения правонарушений несовершеннолетних и организации воспитательно-профилактической работы среди них необходима взаимосвязанная система мер, направленная на выявление каждого совершенного подростком административного правонарушения и преступления, своевременное и правильное реагирование на противоправное поведение несовершеннолетнего и организация эффективного контроля над его дальнейшим поведением.
Полемика и дискуссии ученых и практических работников сферы противодействия противоправным проявлениям несовершеннолетних по данной проблематике ведутся давно, но единый подход пока еще не выработан.
Итак, в нашей стране действует комплексная система профилактики правонарушений лиц, не достигших восемнадцатилетнего возраста, однако специализированных государственных органов, призванных расследовать уголовные дела в отношении несовершеннолетних, и судебных органов, рассматривающих материалы о совершении несовершеннолетними преступлений, в Российской Федерации пока не существует. Деятельность следственных подразделений органов внутренних дел в этом направлении аккумулируется лишь у отдельных следователей, у которых помимо уголовных дел в отношении несовершеннолетних в производстве могут находиться и материалы на подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений совершеннолетних лиц. То же самое имеет место и в органах дознания, схожим образом организована работа следователей прокуратуры.
На уровне негосударственных формирований, общественных организаций, трудовых коллективов регулярно делаются попытки создания негосударственных ювенальных судов чести с профилактической направленностью, однако этот опыт не был в полном объеме перенесен на государственный уровень, и преступления, совершенные несовершеннолетними, рассматриваются судами общей юрисдикции.
Есть и отдельные исключения из правила, но они носят чаще всего временный характер. Как отмечено в сообщении Председателя Кингисеппского городского суда Ленинградской области «в связи с приведением российского законодательства в области обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетних в соответствии с общепризнанными нормами международного права и международными договорами, с февраля 2006 года Кингисеппский городской суд начал активную практическую работу по введению и развитию элементов ювенальной юстиции в уголовное судопроизводство по делам несовершеннолетних. С этого времени работает отдельный состав ювенального суда: ювенальный судья, секретарь судебного заседания. Также впервые в Ленинградской области в Кингисеппском городском суде с февраля 2006 года введена должность помощника судьи с функциями социального работника и постоянно работает психолог, трудоустроенный в Комитете по образованию администрации МО "Кингисеппский муниципальный район"».
Ювенальный суд располагается в специальных помещениях городского суда. Выделен отдельный кабинет для работы психолога и помощника судьи с функциями социального работника. Изменился подход к рассмотрению дел в отношении несовершеннолетних: ювенальный судья строго индивидуально подходит к рассмотрению дел и выбору наказания, чтобы оно максимально способствовало исправлению и ресоциализации конкретного несовершеннолетнего, отвечало интересам общества и обеспечивало его защиту, безопасность. Помощником судьи с функциями социального работника осуществляется глубокое и всестороннее исследование личности несовершеннолетнего подсудимого, условий его жизни и воспитания, а также выявления причин и условий совершения им преступления. Помощник судьи с функциями социального работника допрашивается в судебном заседании, а его отчет в виде карты социально-психологического сопровождения о проведенном социально-психологическом обследовании несовершеннолетнего приобщается к материалам дела. С учетом результатов этого обследования судом подбираются наиболее рациональные меры по реабилитации и ресоциализации несовершеннолетнего и назначается ему наказание[31].
Интересен и опыт ювенальной юстиции Ростовской области, однако еще раз подчеркнем: наличие специальных государственных органов по привлечению несовершеннолетних к уголовной ответственности – это лишь пилотные проекты, и федеральная правовая база по ним сегодня отсутствует.
Таким образом, в Российской Федерации действуют две относительно обособленные друг от друга системы, первая из которых занимается комплексом превентивных профилактических мер в сфере безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, преимущественно с использованием административно-правовых средств воздействия, вторая же действует в сфере привлечения несовершеннолетних к ответственности в случае совершения ими преступлений и основывается на уголовном законодательстве и уголовно-правовых средствах воздействия.
Рассматривая цели, задачи, функции и правовой статус органов, входящих в звенья цепи этих систем, мы видим их различную направленность, что в конечном счете и обусловливает низкий уровень их взаимодействия и никак не может способствовать решению комплексной глобальной проблемы профилактики правонарушений несовершеннолетних в нашей стране. Следовательно, пока невозможно говорить о целостной политике руководства Российской Федерацией в отношении лиц, не достигших совершеннолетия как в сегменте профилактики асоциального поведения, безнадзорности, беспризорности, административных правонарушений несовершеннолетних, в сфере привлечения подростков к административной и уголовной ответственности, так и в направлении защиты их законных прав и интересов.
Анализ правовых систем и норм, касающихся профилактики правонарушений несовершеннолетних, в развитых зарубежных странах показывает, что там практически везде действует единая скоординированная, целостная система профилактики и предупреждения безнадзорности и правонарушений лиц, не достигших совершеннолетия, и привлечения их к юридической и иной ответственности. Усилия всех государственных органов в данном случае взаимосвязаны и направлены на решение одной сложной глобальной задачи.
Общепринято, что в развитых и развивающихся зарубежных странах данный многогранный вид деятельности именуется ювенальной юстицией. Анализ определений понятия «ювенальная юстиция» в отечественной доктринальной литературе показал их противоречивость; определения зависят от объема элементов, включаемых в рассматриваемую систему, что затрудняет процесс правотворчества. Предельно простое и общепонятное определение ювенальной юстиции приведено Т.Ю. Новиковой: «Ювенальная юстиция представляет собой систему органов государственной власти и управления, осуществляющих деятельность в отношении несовершеннолетних в целях защиты их прав и интересов и восстановления социальной справедливости»[32]. В каждом государстве ювенальная юстиция организуется по-разному, но в целом она призвана обеспечить:
– законность и справедливость каждого правового решения любого органа государственной власти в отношении несовершеннолетних ;
– справедливую охрану прав, свобод и законных интересов лиц, не достигших совершеннолетнего возраста при разрешении административных и уголовных дел, связанных как с содержанием, воспитанием, обучением, так и с правонарушениями, совершаемыми несовершеннолетними;
– осуществление максимальной социализации личности подростков в наиболее благоприятных условиях жизнедеятельности.
По мнению Э.Б. Мельниковой, принципы ювенальной юстиции определяют отличие ее от юстиции общей (общеуголовной и общегражданской). Специфическими принципами ювенальной юстиции являются:
1.
2.
3.
К системе ювенальной юстиции, как правило, относятся органы и учреждения, моделирующие и принимающие законодательство по защите прав и свобод не достигших совершеннолетия лиц, осуществляющие правосудие по делам несовершеннолетних, а также органы и учреждения, исполняющие принятые постановления, приговоры и решения, вынесенные в отношении несовершеннолетних.
В самом начале существования судов для несовершеннолетних автономная ювенальная юстиция была создана в США, Канаде, Англии, Бельгии, Франции, Греции, Нидерландах, России, Польше, Венгрии, Египте, Японии, Австралии, Новой Зеландии, кантонах французской Швейцарии.
В Германии, Австрии, Испании, Португалии, кантонах немецкой Швейцарии функции опекунских судов были соединены с функциями судов по делам несовершеннолетних, что выдвинуло на первый план задачу судебной защиты прав несовершеннолетних, а не задачу борьбы с преступностью, как это произошло в судах первой группы стран.
Пошли по пути создания специализированных составов судей по делам несовершеннолетних Ирландия, Италия, Греция, Швейцария (кантон Женева), Япония, Новая Зеландия[34].
Базируясь на аргументированной концепции О.Н. Ведерниковой, отметим, что в современной отечественной юридической литературе принято выделять две основные модели действующей за рубежом ювенальной юстиции: англосаксонскую, в которую входят Англия, США, Канада, Австралия, и континентальную, основанную на правовых системах Германии, Франции, Бельгии, Румынии, Польши и других европейских государств. Подчеркивается, что основное различие между данными системами состоит в различной подсудности судов по делам лиц, не достигших совершеннолетия. Так, в странах, принадлежащих к англосаксонской системе, суды по делам несовершеннолетних рассматривают только те административные правонарушения и преступления, которые не являются тяжкими и особо тяжкими, а все дела о совершении тяжких преступлений рассматриваются судами общей юрисдикции. Напротив, в континентальных странах все виды административных правонарушений и преступлений несовершеннолетних подсудны только специализированным ювенальным судам, и передача дел для рассмотрения судом общей юрисдикции не допускается.
В свою очередь, англосаксонская, или, как ее еще именуют, англо-американская, модель функционирования системы профилактики, предупреждения правонарушений не достигших совершеннолетия лиц и привлечения их к ответственности имеет две основные разновидности: американскую и английскую. Кроме того, есть свои особенности у канадской и австралийской систем, которые находятся в постоянном реформировании, преимущественно под влиянием систем, действующих в Англии и Соединенных Штатах Америки.
Обращаясь к истории Соединенных Штатов Америки, можно видеть, что именно это государство явилось родиной одного из первых обособленных государственных органов по профилактике правонарушений несовершеннолетних, а именно – судов по делам несовершеннолетних. В 1899 г. в Штате Иллинойс были созданы первые специализированные судебные органы данной направленности. При этом следует учитывать, что в Соединенных Штатах Америки в конце 80-х годов XX в. наступило определенное разочарование в системе специализированного правосудия для несовершеннолетних, вызванное ростом антиобщественных, противоправных проявлений и преступности среди лиц данной категории, в том числе насильственной и организованной, связанной с использованием огнестрельного оружия.
Помимо этого, проявилось несовершенство процессуального законодательства, рассчитанного на «неформальную» процедуру судебного разбирательства, что не обеспечивало надлежащей защиты процессуальных прав несовершеннолетних обвиняемых. В результате в последующий период в большинстве штатов суды по делам несовершеннолетних были фактически ликвидированы. В период с 1992 по 1997 г. в большинстве штатов были приняты законодательные положения, существенно ограничивающие юрисдикцию специализированных государственных органов по профилактике правонарушений несовершеннолетних. Из них более чем в половине штатов был расширен перечень исключительных обстоятельств, позволяющих рассматривать дела о правонарушениях и преступлениях несовершеннолетних в общих судах. При этом во всех без исключения штатах законом предусмотрен механизм передачи определенной категории дел о преступлениях несовершеннолетних в юрисдикцию общих уголовных судов. В таких случаях закон штата, как правило, учитывает возраст нарушителя, тяжесть совершенного противоправного проступка и его неоднократность.
Особенностью американской модели ювенальной юстиции является и наличие в четырнадцати штатах конкурентной или совпадающей юрисдикции уголовных судов общей юрисдикции и ювенальных судов, в результате чего определенная категория дел является одновременно подведомственной как обычному, так и специализированному ювенальному суду. Причем сфера конкурентной юрисдикции включает не только тяжкие, особо тяжкие насильственные и неоднократные преступления, но и малозначительные деяния, в том числе связанные с нарушением законов конкретного отдельно взятого штата. В конкурентной юрисдикции вопрос о том, в каком суде должно рассматриваться данное дело, решается посредством прокурорского определения.
Неоднозначно разрешается в различных штатах вопрос о возрастных критериях ограничения юрисдикции ювенальных судов. В связи с наличием в каждом штате своего уголовного законодательства и уголовного кодекса минимальный возраст уголовной ответственности и возраст совершеннолетия существенно различаются: в двадцати двух штатах и федеральном округе Колумбия минимальный возраст уголовной ответственности не установлен; в шестнадцати штатах несовершеннолетние могут предстать перед судом по достижении четырнадцати лет; в других штатах минимальный возраст уголовной ответственности составляет от десяти до пятнадцати лет. При этом в некоторых штатах суды по делам несовершеннолетних могут применять такие же меры наказания, которые установлены для взрослых лиц, используя так называемые «смешанные санкции».
Кроме того, следует учитывать, что в тринадцати штатах верхний возрастной предел, ограничивающий юрисдикцию ювенальных судов, установлен на уровне пятнадцати и шестнадцати лет и не включает преступления лиц, достигших, соответственно, шестнадцати– и семнадцатилетнего возраста, что также является отступлением от общепризнанных международных стандартов, согласно которым несовершеннолетними признаются лица в возрасте до восемнадцати лет[35].
Начиная с 1908 г. в Канаде к молодежи, в отличие от взрослой части населения, принят другой подход и, соответственно, отдельная система правосудия. С того времени система ювенальной юстиции претерпела значительные изменения; в 1984 г. в Канаде принят Закон «О молодых преступниках» (Young Offenders Act). Переход от Закона «О несовершеннолетних преступниках» (Ju-venile Delinquents Act), который действовал с 1908 г., к Закону «О молодых преступниках» (YOA) в 1984 г. имел философское значение – по сути, это был переход от модели социального патронажа к более традиционной модели правосудия, где правам несовершеннолетних уделялось больше внимания и уголовные дела рассматривались в открытом ювенальном суде. Такой подход в судебной системе получил дальнейшее развитие в 2003 г. с принятием самого последнего канадского Закона «Об уголовной ювенальной юстиции» (YCJA)[36].
В современной Англии профилактика правонарушений лиц, не достигших совершеннолетия, начинается с того, что полицейский вправе задержать любого подростка школьного возраста, находящегося без уважительных причин в учебное время в неположенном месте, и препроводить его домой либо в школу. Одним из самых важных изменений, произошедших в Англии в системе ювенальной юстиции за последнее десятилетие, является все возрастающее применение полицейского предупреждения, а значит, и ранней профилактики. Но так было не всегда. Первые суды ювенальной юстиции по делам несовершеннолетних Англии и Уэльса появились на десять лет позже, чем в США, – в 1909 г. в результате принятия специального закона о детях 1908 г. Сложившаяся позднее система ювенальной юстиции получила распространение на территории Англии и Уэльса, основного региона Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, где проживает 90% населения страны. В другой части страны – Шотландии, в начале XX в. сложилась особая система профилактики, предупреждения правонарушений несовершеннолетних лиц и привлечения их к ответственности, которая носила не судебный, а скорее, административный характер, в виде специальных комиссий, осуществляющих специальные «слушания по делам детей» (Children's Hearing). Основные черты данной системы сохранились и в современной Шотландии.
Отличительная черта английской модели ювенальной юстиции проявляется в гибкой системе мер административно– и уголовно-правового воздействия на несовершеннолетнего, дифференцированной в зависимости от возраста подсудимого и тяжести совершенного правонарушения. В результате, например, к детям от десяти до четырнадцати лет, совершившим общественно опасное деяние, запрещенное административным и уголовным законодательством под угрозой наказания, применяются главным образом меры, связанные с помещением под надзор работника пробации с возложением обязанности регулярно присутствовать в специальном Центре посещений в течение установленного срока либо обязанности воздерживаться от совершения определенных действий.
К несовершеннолетним возраста шестнадцати и семнадцати лет, наряду с указанными выше мерами воздействия, могут быть применены некоторые виды наказаний, используемые в правосудии для взрослых: пробация, предоставление услуг обществу, комбинированная санкция (пробация и предоставление услуг обществу), комендантский час с электронным мониторингом или без такового, лечение от наркотической или иной зависимости, штраф, лишение свободы[37].
В Германии основные положения уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних определены в Законе «О ювенальных судах» 1953 г., в соответствии с которым несовершеннолетние дифференцированы по субъектному составу на три возрастные группы: первая – это дети (или малолетние), т.е. лица, которые не достигли возраста четырнадцати лет; вторая – это подростки от четырнадцати до восемнадцати лет; к третьей группе относится молодежь в возрасте от восемнадцати до двадцати одного года. Возрастная специфика субъектов ювенального права является определяющим фактором при рассмотрении дел о правонарушениях и преступлениях не достигших совершеннолетия лиц, и предполагает действие принципа индивидуализации, на котором основываются все правовые предписания, начиная с решения вопроса об административной и уголовной ответственности и заканчивая особыми правилами судопроизводства и вынесения приговора.
В Германии предусматривается три вида санкций к несовершеннолетним правонарушителям: принудительные меры воспитательного воздействия, исправительные меры и наказание. Принудительные меры воспитательного воздействия подразделяются на указания о перевоспитании (предписания подросткам и запреты, касающиеся времени препровождения несовершеннолетнего), а также использование содействия в воспитании (которое выражается в обязательстве согласовывать меры по решению социальных сторон жизни подростка). К исправительным мерам относятся предупреждение несовершеннолетних правонарушителей, обязательство совершения определенных действий и арест. При этом исправительные меры воспитательного воздействия по отношению к подросткам могут сочетаться с исправительными. Наказание представляет собой лишение свободы несовершеннолетнего и применяется в тех случаях, когда с учетом склонности лица, не достигшего возраста 21 года, к совершению преступлений и тяжести его вины, есть основания полагать, что применение по отношению к нему принудительных мер воспитательного, психологического воздействия и исправительных мер окажется недостаточным.
В случаях применения любого вида санкций первостепенное значение имеет вопрос их воспитательного воздействия. Законодательством Германии устанавливается в качестве основополагающего принцип преимущественного воспитательного характера санкций, которые применяются с целью предотвращения дальнейшего негативного развития несовершеннолетнего. Санкции по отношению к лицам данной категории применяются с учетом всех обстоятельств дела, а также личности преступника с целью обеспечения наибольшей вероятности перевоспитания.
В Германии суды по делам несовершеннолетних не являются в полном объеме ювенальными, т.е. обособленными судебными органами, а представляют собой специализированные отделы общеуголовного суда. Вместе с тем они образуют систему, обладающую всеми признаками самостоятельности, включающую особый состав и структуру судов, специальную подсудность, особые принципы судопроизводства, собственную правовую базу.
Исследованием личности подростка занимается специально уполномоченный на то орган – Jugendgerichtshilfe (дословный перевод: «помощь для несовершеннолетних в суде»), который по результатам своей деятельности представляет отчет прокурору, полиции и суду. Создание в системе органов ювенальной юстиции Германии специальной социально-психологической службы – это значительный шаг вперед на пути установления взаимоотношений с подростком, основанных на взаимопонимании и доверии, поиска индивидуального подхода в каждой конкретной ситуации, для достижения целей объективности расследования, справедливого рассмотрения дел в судах, предупреждения совершения новых преступлений[38].
Изучение зарубежного опыта показало, что во многих развитых и развивающихся странах применяется новый подход к реагированию на административные правонарушения и преступления, совершенные несовершеннолетними, в виде так называемого восстановительного правосудия, когда судом или другим государственным органом, наделенным соответствующими полномочиями, дается шанс на договорной основе возместить моральный, материальный и физический ущерб пострадавшего, и, таким образом, принять ответственность за совершенное преступление, что очень актуально для несовершеннолетних.
С этой целью в Румынии по месту работы и жительства несовершеннолетних правонарушителей действуют судебные комиссии, рассматривающие дела о проступках несовершеннолетних и молодежи. В Польше созданы семейные суды, которые рассматривают дела в отношении несовершеннолетних как совершивших преступления, так и находящихся в состоянии деморализации. В Австралии, например, используется механизм, получивший название «семейные конференции», которые предполагают совместное обсуждение членами семей несовершеннолетних преступников и их жертв вопроса об адекватной форме возмещения причиненного вреда. Восприятие своих поступков как отклонение от нормы, возможность самому исправить случившееся, чистосердечное желание не попадать никогда в подобную ситуацию – главный урок, который должен вынести подросток после применения правосудием мер наказания.
Рассмотрим особенности ювенальной юстиции Франции. Дела несовершеннолетних, которым вменяется совершение противоправных действий, квалифицируемых как преступление или правонарушение, рассматриваются только ювенальными судами или ювенальными судами присяжных. Однако дела тех, кому вменяется в вину совершение правонарушений 5-й категории, будут рассматриваться судебными органами для несовершеннолетних (правонарушения с 1-й по 5-ю категории являются преступлениями небольшой тяжести).
Французским уголовным правом принята следующая классификация правонарушений: простое нарушение (contrevention), проступок (délit), преступление (crime), которой соответствуют и три вида судов для несовершеннолетних. Кроме того, учитывается признак персональной подсудности: достижение или недостижение несовершеннолетним возраста шестнадцати лет. Только дела шестнадцатилетних могут рассматриваться судами присяжных по делам несовершеннолетних[39]. Подсудность суда для несовершеннолетних определяется возрастом подследственного или обвиняемого на момент совершения преступления или правонарушения, а не на момент привлечения к ответственности. До принятия решения судья по уголовным делам должен изучить и решить вопрос о вменяемости несовершеннолетнего; в противном случае его решение будет признано недействительным.
В каждом конкретном случае ювенальный суд и ювенальный суд присяжных назначат соответствующие меры защиты, надзора и содействия или меры воспитательного воздействия. Но если, по мнению этих судов, обстоятельства или личность правонарушителя требуют принятия решения об уголовном наказании, они принимают такое решение в отношении несовершеннолетнего старше тринадцати лет.
Ювенальный суд может выносить приговор о тюремном заключении, в том числе условно или с отсрочкой исполнения, только приведя достаточно аргументов в пользу такого решения.
Если, приговаривая несовершеннолетнего моложе шестнадцати лет, обвиняемого в сознательном совершении насильственных действий, к уголовному наказанию, судьи мотивировали это решение следующим образом: «на основании полученной информации суд считает необходимым осудить его», – такой мотивировки вполне достаточно.
Если несовершеннолетний осуждается условно с установлением испытательного режима (пробация), то это делается для того, чтобы дать ему шанс «перевоспитаться» с помощью педагога и избежать, таким образом, применения серьезного уголовного наказания.
Несовершеннолетний моложе тринадцати лет не может быть задержан. Тем не менее несовершеннолетний десяти-тринадцати лет, против которого существуют серьезные улики, позволяющие предположить, что он совершил или пытался совершить преступления или тяжкое правонарушение, карающееся минимум семью годами лишения свободы, может быть задержан на срок, определенный магистратами, но не более 10 часов.
Если несовершеннолетний или его законные представители не наняли адвоката, прокурор, судья, ведущий следствие, или офицер судебной полиции должны незамедлительно и любым способом проинформировать об этом в момент задержания нарушения председателя коллегии адвокатов для того, чтобы тот назначил адвоката.
Итак, в системе французской юстиции исключительное право «детского» суда рассматривать дела несовершеннолетних полностью реализуется в континентальном суде, где не допускается передача дела несовершеннолетнего в суд общей юрисдикции. Все виды правонарушений несовершеннолетних Франции, подсудны только суду по делам несовершеннолетних.
Согласно уголовно-процессуальному и уголовному законодательству Франции общий возраст уголовной ответственности наступает с шестнадцати лет, а от тринадцати до шестнадцати лет применяются меры судебной защиты. В исключительных случаях судья может снизить уровень уголовной ответственности.
Судебная процедура в суде несовершеннолетних включает три стадии:
– вызов к судье, его беседа с несовершеннолетним, принятие судьей решения относительно дальнейшего движения дела или его прекращения и освобождения подростка от судебной или несудебной процедуры;
– собственно судебное разбирательство, проводимое единолично судьей или коллегией судей; вынесение приговора;
– исполнение приговора, где роль суда заключается в осуществлении судебного надзора (в этой стадии также сохраняется руководящая роль суда, его активность)[40].
Эти три стадии отражают соответствующую компетенцию юрисдикции по делам несовершеннолетних: судьи для детей, трибунала по делам несовершеннолетних и суда присяжных по делам несовершеннолетних. Современная французская ювенальная юстиция отличается от той, что была создана во Франции в 1914 г., хотя бы потому, что вначале не было системы судов для несовершеннолетних, действовал только единоличный судья. В дальнейшем Ордонанс от 2 февраля 1945 г., модифицированный Законом от 24 мая 1951 г., и Ордонанс от 22 декабря 1958 г. окончательно создал во Франции автономную судебную систему по делам несовершеннолетних. Ее юрисдикции принадлежат все дела несовершеннолетних без изъятий, в том числе и их дела в соучастии со взрослыми.
Обычно судебная процедура в судах для несовершеннолетних во Франции рассматривается применительно к указанным выше их видам. Французский судья для детей – это магистрат суда большой инстанции, назначаемый на эту должность на три года с возможностью возобновления срока. При отборе кандидатур учитывается интерес магистрата к вопросам детства. По общему правилу в департаменте имеется один судья для детей. Однако в департаментах, важных по значению, их может быть и больше. При каждом трибунале по делам несовершеннолетних первый президент апелляционного суда назначает еще и следственного судью по делам несовершеннолетних. Дела между судьей для детей и указанным следственным судьей распределяются так: оба они могут рассматривать дела о проступках и простых правонарушениях, тогда как дела о преступлениях и иных правонарушениях относятся только к компетенции следственного судьи[41].
Итак, в мировой практике существовали две основные тенденции в административной и уголовной политике при решении вопросов о направлении несовершеннолетних, совершивших общественно опасные деяния, на путь дальнейшего законопослушного поведения. В определенных моментах исторического развития в некоторых странах наметился отход от мер воспитательно-исправительного характера к мерам карательного воздействия. К настоящему же времени наблюдается тенденция к максимальному ограничению применения в отношении несовершеннолетних мер, связанных с изоляцией от общества.
На формирование ювенальной юстиции в России существует много точек зрения. Так, одни считают, что это предполагает работу по созданию связок между органами правосудия и различного рода практиками ресоциализации детей группы риска и несовершеннолетними правонарушителями, а также службами помощи детям, испытывающим различного рода трудности[42]. Система включает и работу со взрослыми, ответственными за воспитание детей, и создание на основе этого целого комплекса обеспечивающих учреждений. Именно такая практика (уже частично апробированная) может явиться и ограничителем карательных мер в отношении несовершеннолетних правонарушителей, и стимулом к вниманию в отношении детей группы риска и детей, находящихся в опасности.
Приведем мнения еще некоторых юристов[43]. А.В. Плеханова (Воронежский институт МВД России) считает необходимым формирование целостной системы международных и национальных механизмов, осуществляющих дополнительную и специальную защиту прав несовершеннолетних (создание специальных комитетов и комиссий, занимающихся обеспечением прав несовершеннолетних в ситуациях социальной напряженности), создание международного института постоянного политического консультирования с участием представителей государств, уполномоченных принимать решения по вопросам разработки международно-правовых актов целевого назначения о защите прав несовершеннолетних в ситуациях социальной напряженности.
Н.И. Федотова (Волгоградская академия МВД РФ) считает необходимым становление единой целостной системы ювенальной юстиции, включающей административный ювенальный суд для подростков до тринадцати лет, уголовный суд для несовершеннолетних, ювенальную административную коллегию, а также ювенальную прокуратуру и адвокатуру, что, безусловно, будет способствовать более эффективному осуществлению правосудия в отношении несовершеннолетних, обеспечению и защите их прав и свобод, законных интересов.
Поделиться книгой: