Первый повернулся ко мне.

- Как твое имя?

- Марти Бонд. - Я не совершил дурацкой ошибки - не полез в карман за бумажником, чтобы доказать правоту своих слов. По лицу полицейского было видно, что он напряженно вспоминает, где же слышал это имя. Потом спросил:

- Тот мальчуган из отряда добровольных помощников полиции, которого вчера избили - твой сын?

Я кивнул.

Он приблизился к своему напарнику, и они стали шепотом совещаться, а Вилли все это время скулил:

- Полицейские, полицейские, каждый день в магазине одни полицейские...

- Помолчи! - прикрикнул на него первый патрульный. - Где тут телефон?

Ланде кивнул в сторону своего кабинета. Пока полицейский звонил, второй стоял, подперев плечом дверь, и вытирал потное лицо ладонью. Вилли зашептал мне на ухо:

- Прошу вас, мистер, оставьте мня в покое! Я же больной человек! Я не понимаю, что вам нужно... Уйдите!

- То-то и оно, Вилли. От всех этих дел у тебя или случится ещё один приступ, или ты получишь пулю промеж глаз.

Его лицо стало совсем красным, потом побелело как полотно. Он схватился за колоду и осел на пол. Стоящий у двери полицейский изрек:

- Ну вот, жара его доконала. - и пошел было к умывальнику. Потом остановился и крикнул мне: - Эй, что стоишь, принеси ему стакан воды1

Молодец! Хороший полицейский.

Я налил стакан воды и плеснул Ланде в лицо. Когда второй полицейский вышел из кабинета, Вилли открыл глаза и помотал головой, точно отправленный в нокаут боксер.

- Хотите в больницу? - поинтересовался полицейский.

Ланде сел, потом с трудом поднялся на ноги.

- Нет, не надо, - слабым голосом проговорил он. - Я вызову своего врача. У меня в последнее время часто бывают приступы...

- Кто твой врач? - спросил я.

- Помолчи! - крикнул хороший полицейский. и обратился к Вилли. - Вы уверены, что хорошо себя чувствуете?

Да. Да, я в полном порядке. Пойду домой и отдохну. - Вилли огляделся вокруг. - Ребята, может, хотите ливерной колбаски?

- Ничего удивительно, что вы потеряли сознание, - заметил полицейский, который уходил звонить. - На такой жаре колбаса вас в могилу сведет. - Он указал на меня. - Пойдемте, лейтенант Аш ждет вас в отделении.

- Вы что, задерживаете меня?

- Перестаньте паясничать, Бонд. Вы не арестованы. У меня приказ доставить вас в отделение.

- Я полагаю, пешком никак нельзя?

Мы вышли к патрульной машине. На ходу я обернулся: Вилли в дверях не было, и я подумал, кому же это он побежал звонить.

Я влез на заднее сиденье, а хороший полицейский переместил кобуру на левый бок - чтобы она находилась подальше от меня - и втиснулся рядом со мной. Он все делал правльно, да забыл одну мелочь - ему следовало меня обыскать.

До отделения ехать было недалеко6 и всю дорогу мы не проронили ни звука. Дежурный сержант увидел нас и пошел к лестнице, и, заметив, что хороший полицейский двинулся следом за мной, сказал:

- Все, вы свободны, ребята, можете ехать.

У Билла был невыспавшийся вид и впервые за все время нашего знакомства я видел на нем несвежую рубашку. Я сел на стул, он встал, закрыл дверь и, возвращаясь к столу, спросил:

- Марти, скажи на милость, ты совсем рехнулся?

- Давай обо мне потом. Я с самого утра пытаюсь тебя застать. Ты что намерен сделать для обеспечения безопасности Лоуренса помимо охранника под дверью его палаты?

- Скоро мы избавимся от этих добровольных помощников, глаза бы мои их не видели! Я же говорил: не хрена нам их сюда...

- Погоди ты о добровольцаах.... Что с Лоуренсом?

- Я послал детектива опросить его знакомых. Обычная процедура.

- И все?

- Как все? А что же ты от меня хочешь, Марти? Чтобы я снял с задания всех моих ищеек - только потому что какой-то пьянчуга или старый приятель твоего малыша решил свести с ним счеты? У меня забот хвататет со своими малышами - Марджи говорит, сегодня у младшей всю ночь температура была под сорок. Эти хреновы врачи, когда они не понимают в чем дело, всегда говорят: "инфекция"! А тут ещё эта заварушка с Андерсоном. Я уж совсем с ног сбился...

- Да, я вижу у нас тут многое изменилось. В мою бытность, когда совершалось нападение на полицейского в форме, помню, мы готовы были перетрясти весь город вверх дном. Ты пойми: неважно, что на Лоуренсе была самодельная форма. Нападавщий, кто бы он ни был, считал, что малыш полицейский! Уверен, ты ещё даже не опросил его!

- Врачи говорят, что с ним можно будет встретиться только сегодня после обеда. Марти, я всю ночь провел на ногах, с пятерыми ребятами. Проверяли друзей Забияки Андерсона. Марти, я же понимаю, что он твой сын пусть и приемный, но прости Господи, не поднимай бурю в стакане воды. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

- Я хочу, чтобы ты на минуту забыл о своем Забияке Андерсоне и послушал меня. Я разговаривал с Лоуренсом сегодня рано утром. Кто-то позвал его в подъезд дома...

- Да я все знаю. Это был богатый жилой дом, типа многоквартирного особняка, большинство квартиросъемщиов в тот вечер отсутстсоввали. Никто ничего не слшал, не видел - только какой-то артист с третьего этажа, когда за полночь возвращался домой, нашел мальчишку в подъезде. Мы проверили всех жителей. Никто из них мальчшику не знает. Все это приличные люди, никакого отношения к преступному миру не имеют.

- Ты бы лучше здесь поискал, в своем хозяйстве. Кто-то из работников вот этого самого учреждения мог нашептать кому надо, что Лоуренс выходит на внеочередное вечернее дежурство.

- Может, за ним следили, может это просто сведение личных счетов. Марти, у этих гражданских оборонцев своя организация. Начальником у них какой-то отставной вест-пойнтец, крупная общественная фигура - вряд ли замешан в этом нападении. И не надо мутить воду на моем участке своими завиральными идеями.

- У меня есть идея совсем бредовая. Вот послушай: Лоуренс помнит только одно - он мельком видел этого детину, и тот был похож на Дика Трейси...

- На Дика Трейси, Господи воля твоя...

- Слушай, Билл! Мне кажется, это сходство с Диком Трейси - хорошая зацепка. Еще мальчишка помнит, что перед тем как ударить его, неизвестный несколько раз выругалася, назвал его "сволотой" - и при этом как бы рычал, точно злая собака. Я подозреваю, что это был Боб "Деревня" Смит.

Аш вскоичл и ударил ботинком по ножке стола.

- Еще немного, и на меня придется надевать смирительную рубашку! Ну скажи на милость - зачем такому крупному деятелю мафии, как Смит, ходить ночью выслеживать мальчишку из вспомогательного отряда полиции?

- Я пока и сам не знаю, зачем. Но тут я вижу массу нестыковок. Мальчика обработал профессионал, а Боб, как тебе изветно, лучший по этому делу спец. Помнишь, как называли Боба до того, как он стал большой шишкой? Его называли "Красавчик" Смит. У него была смазливая рожа - правильно очерченное, точно вылепленное, лицо. Волевое лицо - как у Дика Трейси. И ещё - он в город попал откуда? Из глухомани, из горной южной деревушки, и манера говорить, и выговор у него простонародный. Я-то помню, что его любимым словечком было "сволота". Не "сволочь", а "сволота"!

- Ерунда, Марти, видно, весь алкоголь, который ты за всю жизнь заглотнул, размягчил остатки твоих мозгов! - плаксиво заговорил Билл, точно обращался к умственно отсталому ребенку. - Да в этом городе миллион смазливых парней. И в одном только Бруклине живет миллиона четыре выходцев из деревни, которые говорят "сволота" вместо "сволочь". А что касается профессиональной работы, то и это ерунда чистейшая. Да какой-нибудь маньяк может отдубасить тебя почище всякого наемного громилы.

- Нет, не может - и не забывай: я же главный авторитет по дракам. Я ещё соглашусь, что псих способен убить быстрее, чем профессионал, но это же было не убийство, а только мордобой, предупреждение. Врач в больнице сказал, что Лоуренса били всего несколько секунд. И нападавший постарался хорошо - это точно был профессиональный громила. Возможно, тебе это покажется моей фантазией, но мне кажется, малыш с этим своим чудным мясником вляпался в какую-то серьезную историю, во что-то слишком опасное вот Боб Смиту и пришлось его пугнуть. А Вильгельм Ланде врет напропалую никогда у него не было никакого сердечного приступа, иначе вот только что с ним должен был бы случиться новый.. Но то, что он чего-то страшно боится, это факт.

Аш кругами ходил пос своему обшарпанному кабинету. Брюки у него были неглаженные, ботинки нечищенные.

- Марти, помолчи минутку, не надо делать скоропалительных выводов. Мне твой мальчуган тоже очень по душе и я не собираюсь это дело спустить на тормозах. Но сам подумай, что ты такое городишь: "Дервеня" Смит - контролер синдиката. Даже если бы он захотел припугнуть мальчишку-добровольца , ну не стал бы он сам мараться. И он же не разгуливает просто так по улицам. Мы ведь искали его в связи с убийством Забияки Андерсона - и нигде не нашли. Что же до этой катавасии с мясником, Марти, ты хоть сам понимаешь, что несешь? Господи воля твоя, да ведь этого Ланде никто и не грабил, это раз: он же не заявил об этом - а теперь ты хочешь мне доказать, будто какой-то жалкий мясничишка нанял лучшего громилу в мафии, чтобы тот набил морду юнцу-добровольцу за то, что тот разнюхивал про ограбление, которого не было?

Я пожал плечами.

- Ну ладно, я же не утверждаю, что так все и было. Да и сам я понимаю, что все это бред полнейший, но все же стоит покопаться. Или что, Боб Смит уж такой великий, что ты боишься лишний раз его потревожить в связи с пустяковм делом?

- Э, не надо так разговаривать со мной. Да я бы что хочешь отдал за то, чтобы поймать за хвост этого громилу - на чем угодно. Марти, ты же меня не первый год знаешь: я не герой, конечно, но я никогда не малодушничал перед опасностью и не давал задний ход. Я поручил одному своему сотруднику работать над делом Лоуренса, но сейчас с этим убийством Андерсона, когда весь город взбудоражен, я прото не могу найти лишних людей. Ты не думаешь, что причиной нападения на мальчишку могла быть тысяча других причин пьяница, городской маньяк, а может ещё кто-то из знакомых мальчишки, о ком мы ведать не ведаем.

- Не надо мне эту туфту лепить, Билл, я уже по уши в этих соплях.

Он перестал ходить по кабинету и подошел ко мне вплотную.

- Ну чего это ты так уперся, почему ты так уверен в своей правоте, а, Марти? Ты Лоуренса видишь в первый раз за последние десять лет, если не больше. Ты же о нем ничего не знаешь. Он хороший парень, и я не хочу сказать, что он в чем-то замешан - пойми. Но в то же время я не собираюсь бросать все дела и поверить в эту чушь про какого-то жалкого мясника и крупного деятеля мафии, которые якобы сговорились подстеречь на улице и избить какого-то мальчишку, у которого в тот вечер не было даже полномочий члена отряда гражданской обороны. Он для нас просто обычный житель Нью-Йорка, пострадавший в уличной драке. Но поскольку я лично знаю этого малыша, я делаю больше того, что был бы обязан сделать для поимки мерзавца, который его отделал.

Я встал.

- Пока, Билл.

- Я тебе больше скажу, Марти. Закрой-ка дверь.

Я захлопнул дверь и прислонился к дверному косяку. Мой желудок подал о себе знак.

Аш бросил взгляд на свою пропотевшую измятую рубашку, точно вдруг осознав, что всю ночь провел без сна. Потом он перевел взгляд на меня и попытался улыбнуться.

- Марти, мне очень нелегко это тебе говорить, потому что как-никак мы с тобой друзья уже много лет. Я знаю: у тебя мерзкий харатер, чуть что, ты срываешься. Может, твоя грубость когда-то служила мне надежным щитом, когда мы с тобой вместе по городу ходили. Марти, я никогда не пытался себя обманывать. Я знаю: мне повезло и ...

- Слишком жарко сегодня для длинных речей - что ты хочешь мне сказать, Билл?

- Только то, что ты больше не служишь в полиции, Марти, и не имеешь право врываться к людям в дом, допрашивать их и раздавать оплеухи. Короче, ты не имеешь права считать себя вершителем правосудия. Твои действия, Марти, не всегда были законными, когда у тебя был значок. Но сейчас-то у тебя и значка нет. Я понимаю, у тебя на душе скверно из-за парня... Черт, Марти, ради твоего же блага, я тебе говорю прямо - не заставляй меня примеить к тебе меры... Здесь мой участок, и я уже давно чувствую себя как карась на раскаленной сковороде. Если я ещё раз узнаю, что ты играешь в полицейского, мне придется тебя посадить.

- Видно, золотой блеск твоего значка свосем тебя ослепил, Билл. Тут есть один нюанс, которого ты не видишь. Для меня в этом деле есть кое-что поглавнее, чем просто месть за мальчишку, вообразившего себя бравым полицейским, - при том, если тут действительно замешан "Деревня" Смит. Мы с тобой загребли в свое время немало молодчиков, иногда среди них попадалась рыбешка покрупнее, но в основном-то попадалась мелкая шантропа, мелюзга, шестерки. И вот наконец мне представилась возможность выловить огрмоную рыбину - целого кита. Может быть, он перевесит всех слюнтяев, за которыми я всю жизнь охотился.

Аш вытаращил на меня глаза, его лицо напряглось, но через секунду разгладилось, и он от души расссмеялся.

- Это что-то новенькое. Вот уж никогда не думал, что стану свидетелем угрызений твоей совести - я-то думал твоя душа выкована из стали. Марти, я тебе нотацию читаю не потому, что мне это нрвится. Но у меня ни на что другое нет времени, пока это дело Андрсона не...

- Смерть Забияки для меня - просто очередная газетная новость из криминальной хроники. Еще одним подонком стало меньше...

Билл вздохнул.

- Ладно, Марти. Расследование смерти Забияки - вот моя работа и мне надо за неё приниматься. Но запомни: я тебя предупредил, чтобы ты перестал играть в полицейского.

- Тогда и я тебя должен предупредить, Билл-приятель. Прочь с моей дороги, иначе тебе будет плохо! - С этими словами я вышел из кабинета. Спустившись на первый этаж, я остановился у стола дежурного сержанта и спросил:

- А где у вас тут сидит ответственнй за бригаду добровольных помощников полицейских?

- Полковник Флэттс сейчас в городском управлении - занимается переводом своих ребят на более спокойный уачсток.

- Флэттс? А зовут его как?

- Фрэнк Ф. Три "ф" - наверное, мать специально так подгадала.

Я вышел на жару, купил пару пачек мятных таблеток, съел мороженое, выпил стакан содовой и поехал на автобусе в бюро лицензий. Мне повезло один из старожилов, который меня помнил - ещё не ушел на обед, и я повел его в ближайшую забегаловку, купил ему большой-пребольшой сэндвич и пару пива, выслушал во всех подробностях рассказ о выпавшей матке у его жены, после чего отдал ему список клиентов Ланде, сказав. что зайду к нему попозже узнать имена истинных владельцев всех этих заведений.

Потом я объехал на такси несколько рюмочных неподалеку от Бродвея в поисках двух хорошх ребят, которые когда-то были моими платными информаторами. Но "когда-то" на самом деле было лет шесть назад и моих ребят, конечно, уже и сле прстыл. Потом я позвонил знакомому детективу в полицейское отделение на Среднем Манхэттене - я хотел попросить его проверить досье на Лу Франкони. Но узнал, что он полгода как уволился, черт бы его побрал.

Тогда я позвонил Дот и спросил, где мне найти девчонку, с которой в последнее время встречался Лоуренс.

- Она работает в приемной адвоката по фамилии Лампкин около Чемберс-стрит. А зачем она тебе? - Теперь голос Дот немного повеселел.

- Да обычное дело, нельзя упустить ни малейшей мелочи - беда в том, что надо бы шестерых таких, как я, бросить на эти мелочи... Ты была в больнице сегодня?

- Я звонила. Лоуренс спокойно спит после того, как ты с ним повидался. Это мне врач сказал. Марти, я вчера ночью была немного перевозбуждена, но поверь: я тебе так благодарна.

- Ладно, ладно. У меня свой резон этим заниматься. Дот, ты не знаешь: мальчик не вляпался ни в какую историю? Я, конечно, знаю, он не такой, но дети сегодня... черт их разберет.... Он не якшался с уличной шпаной, не связался с какой-нибудь шайкой? - Напрасно я задал такой вопрос матери.

- Нет, конечно. И Лоуренс уже не мальчик - он мужчина.

- Это уж точно. Слушай, как зовут его малышку?

- Хелен Сэмюэлс.

- Ты не хочешь его отговорить жениться на еврейке? - спросил я и услышал её тяжелый вздох.

- Марти, ты все никак не повзролеешь.

- Милая, мне уже поздно взрослеть. Увидимся в больнице.

Я отправился на подземке на Чемберс-стрит. В телефонной будке нашел адрес Лампкина. Он снимал этаж на пару с другой командой адвокатов. Симпатичная большеглазя девушка с объемистой грудью сидела за столом в приемной. На её приветствие я спросил:

- Вы Хелен Сэмюэлс?

- Да, - в её глазах возникло то опасливое выражение, которое появляется во взгляде любого добропорядочного гражданина при разговоре с "официальным лицом".

- Я Марти Бонд, отчим Лоуренса.

- Он мне много про вас рассказывал.

- Мы можем поболтать немного? Здесь можно? Или вам тут неловко?

- Можно здесь. Я только что звонила в больницу. Ларри уже получше.

- Послушайте, Хелен, вы про меня знаете - я бывший полицейский. Я самостоятельно пытаюсь выяснить, кто избил Лоуренса. Мне приходится проверять все возможные зацепки, поэтому я задам вам несколько вопросов, которые, наверное, покажутся вам глупыми, но отвечайте мне правду.

- Я понимаю. Что вы хотите узнать, мистер Бонд?