Помоги проекту - поделись книгой:
Людмила Николаевна Воронихина
Эдинбург
Редактор М. В. Дмитренко.
Художественный редактор Я. М. Окунь.
Технический редактор М. С. Стернина.
Корректоры Н. Д. Кругер и А. Б. Решетова.
ГОРОДА И МУЗЕИ МИРА
Издательство «Искусство», 1974 г.
На форзацах:
Дома Старого города. Гравюра С. Лейси по рис. Т. Шеперда. 1829.
Эйнсли-плейс. Гравюра Дж. Джонстона по рис. Т. Шеперда. 1830.
На суперобложке:
Принсес-стрит. Памятник Вальтеру Скотту.
Грейфреарз Бобби.
Эдинбург-столица Шотландии, один из древнейших городов на территории Великобритании, сохранил в большом количестве историко-культурные и художественные памятники, пользующиеся широкой известностью. О них и рассказывает книга Л. Н. Воронихиной. Читатель узнает о Старом городе, побывает в знаменитом Эдинбургском замке, посетит дворец Холируд, принадлежавший Марии Стюарт, познакомится с другими памятниками, а также музеями города, в которых хранятся первоклассные коллекции произведений изобразительного искусства (работы Рафаэля, Тициана, Веласкеса, Рембрандта).
Вступление
Бывают на свете города, которые, как иные люди, располагают к себе с первого взгляда. Таков Эдинбург. Стоит только покинуть вагон поезда на центральном вокзале Уэйверли-стейшн, названном по имени героя романа Вальтера Скотта, и, поднявшись по одноименной лестнице, выйти на главную улицу Эдинбурга Принсес-стрит, как сразу же попадаешь в центр города, и кажется, что вот он – весь как на ладони, и чувствуешь, что не сможешь не покориться его красоте.
Эдинбург очень живописен. Он лежит на холмах, вернее, на холмистых грядах, тянущихся почти параллельно друг другу. Через долины переброшены улицы-виадуки. Природные красоты и архитектурные ансамбли великолепно выявляют и дополняют друг друга, делая Эдинбург одним из самых замечательных городов Европы.
Большое своеобразие Эдинбургу придает контраст между Старым и Новым городом. Старый город начал расти еще на заре средних веков. Новый город тоже уже насчитывает более двухсот лет, и оба они составляют историческое ядро современного Эдинбурга.
Прямая, как стрела, Принсес-стрит – улица Принцев, – красивейшая и ныне главная улица города, делит его на две части. К югу от Принсес-стрит, с гребня скалистой гряды сползает Старый город. Над ним, и как бы над всем Эдинбургом, высится суровый Эдинбургский замок – символ города и его колыбель.
К северу от Принсес-стрит расположены строгие кварталы Нового города.
В давние времена у подножия Замковой скалы между Старым городом и нынешней Принсес-стрит плескалось озеро Нор Лох. Теперь по дну бывшего озера, осушенного в конце XVIII – начале XIX века, железнодорожные пути бегут под крышу Уэйверли-стейшн. А параллельно им, вдоль Принсес-стрит, радуя глаз изумрудной зеленью лужаек и густых крон деревьев, раскинулись сады Принсес-стрит, западный и восточный.
Восточный сад легко узнается по памятнику Вальтеру Скотту – затейливому архитектурному сооружению в духе готики, под которым помещена статуя знаменитого писателя. Вдали, за памятником, отделяя друг от друга сады Принсес-стрит и соединяя Старый город с Новым, тянется большая насыпная дамба Маунд, которая служит как бы пьедесталом для двух чинных классических зданий с колоннами – почти близнецов. Это Королевская академия (художеств) и Национальная галерея Шотландии, хранящая первоклассную коллекцию картин. Выстроенные из розоватого песчаника, оба здания четко выделяются на фоне свежей зелени листвы и почерневших за века стен замка.
Замок стоит на западной оконечности гряды, застроенной домами Старого города. Восточный конец гряды упирается в крутые холмы Солсбери Крэгс, воспетые Вальтером Скоттом. Над ними возвышается базальтовая скала, которая носит романтическое название Трон Артура. У его подножия, окруженный парком, стоит дворец Холируд, в прошлом – свидетель трагической судьбы королевы Марии Стюарт, в настоящем – изысканная шотландская резиденция британского двора.
На востоке, в конце Принсес-стрит, высится еще один отовсюду видный холм – Кэлтон-хилл, на вершине которого собралась целая «коллекция» архитектурных памятников XIX века.
Давно уже вышел Эдинбург за пределы своего исторического ядра, но по-прежнему Старый и Новый город определяют его лицо.
Вокруг Эдинбурга, насколько хватает глаз, – зеленые холмы, поросшие вереском; в хорошую погоду на севере, за Новым городом, можно увидеть широкий залив Ферт-оф-Форт и вечерами – огни порта Лит, нынче входящего в состав Эдинбурга.
Эдинбург – древний город. Его история, не очень ясная, уходит корнями в глубь веков и начинается с замка. Очевидно, еще в V веке н. э. пикты, коренное население Шотландии, выстроили на Замковой скале укрепление, за которое в течение двух веков сражались со своими соседями с юга – племенами англов и саксов, пришедшими на Британские острова с континента. В VII веке саксы надолго овладели крепостью, и вплоть до XI столетия Эдинбург находился в подчинении Нортумбрии, самого могущественного из англо-саксонских королевств, сложившихся на территории Британских островов в средние века. Вообще расположение Эдинбурга в южной, равнинной части Шотландии (Лоулэндс), граничившей с Англией, наложило отпечаток и на характер развития города, и на его исторические судьбы, и даже на его название.
Первоначально город был известен как Данэдин (Dunedin), что по-кельтски означало «крепость, стоящая на склонах гряды». Но возможно, что в средние века созвучие с именем нортумбрийского короля Эдвина (VII в.) дало основание англосаксам именовать свой город Эдвинсбургом (Edwinesburgh). Очевидно, соединение обоих названий привело впоследствии к современному имени города.
В течение многих веков Шотландия, маленькая, небогатая, но гордая страна, вела неустанную борьбу за свою независимость и за утверждение своей самостоятельности. На долю Эдинбурга в этой борьбе досталось многое.
Пусть нашествие римских легионов на Южную Шотландию в I || и III веках н. э. фактически не коснулось Эдинбурга, так как города тогда еще не существовало. Он остался в стороне и от скандинавских нашествий IX-XIII веков, затронувших Северную и Западную Шотландию. Но зато на протяжении почти всего средневековья, с того времени как прослеживается история Эдинбургского замка, Эдинбург, южный форпост Шотландии, был вовлечен то в бесконечные войны с Англией, длительные и кровавые, то в утомительные пограничные конфликты. Близость города к границе долгое время мешала ему стать постоянной резиденцией двора. И хотя в XII веке Эдинбург был уже крупным торгово-ремесленным центром, а с конца XIII века являлся правительственной резиденцией, лишь в середине XV века он стал полноправной столицей Шотландии.
Борьба за свою самостоятельность продолжалась и после того, как при Якове VI, вступившем в 1603 году на английскии трон под именем Якова I, 1* обе страны оказались объединены под властью одного короля. Шотландия продолжала еще сохранять свой общественный и политический порядок. Реформация, осуществившаяся в XVI веке, приобрела здесь своеобразные формы. В отличие от Англии, королевская власть не выиграла в Шотландии от перемены религии: плодами Реформации воспользовались дворянство, получившее церковные земли, и буржуазные круги.
Эдинбург оказался в центре исключительно важных событий, развернувшихся в стране в XVI-XVII веках.
В Шотландии, как во многих странах в XVII столетии, политическая борьба проходила под религиозными лозунгами. Сопротивление королевской власти внутри страны и борьба против посягательств английского абсолютизма на политическую независимость Шотландии приняли здесь форму борьбы против католицизма и склонявшегося к нему англиканства, борьбы «за истинную протестантскую веру», то есть за кальвинизм, и одновременно за отстаивание идей Реформации.
Попытка введения в Шотландии англиканского молитвенника послужила поводом к восстанию, вспыхнувшему в Эдинбурге 23 июля 1637 года. Движение приняло вскоре национальный, всенародный характер. В марте 1638 года в стране началась кампания за подписание торжественного обязательства – Ковенанта, что фактически означало создание национального союза против абсолютистской Англии. Последовавшая война с Англией послужила толчком к событиям английской буржуазной революции.
Положение в Шотландии оставалось напряженным в течение почти целого столетия. Как только усиливалась угроза подчинения Англии и утраты независимости или назревала опасность возрождения католицизма, страна отвечала восстаниями. А так как в самой Шотландии действовали противоборствующие силы, то восстания вспыхивали и против английской республики, и против королевской власти, в зависимости от того, какая политическая ситуация складывалась на Британских островах. Так, в 1650 году шотландские пресвитериане-ковенанторы, придерживавшиеся умеренных взглядов, напуганные результатами английской революции и казнью Карла I, выступили в союзе с роялистами против английской республики. Мятеж возглавил маркиз Аргайл, еще годом раньше бывший союзником Кромвеля. В ответ на эти события армия Кромвеля вторглась в Шотландию и оккупировала Эдинбург. А в 1685 году, в эпоху Реставрации, сын Аргайла снова поднимает Шотландию на восстание, на этот раз против Якова Стюарта, известного своей ненавистью к протестантизму и стремлением восстановить абсолютизм. Известие из Лондона о перевороте 1688 года и свержении Стюартов, в целом с удовольствием встреченное в экономически более развитой равнинной Шотландии, вызвало, однако, волнения среди отсталых горных кланов. Опираясь на кланы Северной Шотландии, роялисты не раз поднимали голову и в XVIII веке. В 1715 году внук Карла I пытался вторгнуться в Англию со своими шотландскими сторонниками. А в 1745 году шумное оживление в Эдинбурге вызвало появление правнука Карла I, юного Чарлза Эдуарда Стюарта, остановившегося со своей армией в городе перед походом на Англию. Это была последняя попытка Стюартов вернуть себе трон – попытка, самим ходом истории обреченная на провал.
Исследователи неоднократно отмечали роль Эдинбурга и в демократических движениях на Британских островах. Откликом на французскую буржуазную революцию здесь явилось создание в конце XVIII века ряда революционных ассоциаций и клубов. Именно в Эдинбурге 29 октября 1793 года по инициативе Шотландского Общества друзей народа собрался съезд делегатов революционных корреспондентских обществ Англии и Ирландии, высказавший солидарность с французскими революционерами.
В 30-40-х годах XIX века Эдинбург, наряду с Глазго, был активным очагом чартизма. И в дальнейшем, во второй половине XIX столетия, а также в XX веке, город продолжал активно участвовать в рабочем движении Шотландии.
Издавна Эдинбург был известен и как один из самых значительных культурных центров на Британских островах. В 1582 году начинает свою историю Эдинбургский университет; в конце XVI века создается прославленный медицинский колледж; еще в 1507 году в южных кварталах города была открыта первая книгопечатня Шотландии, да и нынче по изданию книг Эдинбург занимает второе место после Лондона.
Переезд шотландского двора в Лондон в 1603 году, а затем и утрата собственного парламента после унии с Англией в 1707 году привели к тому, что Эдинбург в последующее время не стал крупным центром политической жизни. Однако, расположенный поблизости от устья большой реки, впадающей в Северное море, Эдинбург и до наших дней сохранил за собой важную роль в торговле и промышленности страны. Нынче – это крупный транспортный узел, средоточие банков и страховых компаний. Ранее самостоятельный порт Лит входит теперь в состав города. В Эдинбурге развиты легкая промышленность и машиностроение. Дым фабричных – не только каминных – труб, который, бывает, висит над Эдинбургом, и теперь оправдывает прозвище Старый дымокур, данное городу еще двести лет назад.
Но главным образом Эдинбург развивался как город просвещения, искусств, науки, подарив миру немало выдающихся деятелей в этих областях. Издавна составляли его славу медицина и юриспруденция.
Улицы и площади, ансамбль древнего, средневекового замка, знаменитый дворец Холируд и многие здания Старого и Нового города красноречиво повествуют о бурных событиях прошлого и примечательны не только своими архитектурно-художественными достоинствами, но являются интереснейшими историко-культурными памятниками. Обо всем этом и будет рассказано в данной книге.
Старый город
Эдинбургский замок
Знакомство с городом естественно начать с замка. Без замка нет Эдинбурга. Крутая базальтовая скала, из которой, кажется, замок вырастает, как бы сама подсказывала необходимость построить на ней укрепления, тем более что всего лишь в нескольких километрах находилась естественная гавань залива Ферт-оф- Форт, а с севера Замковую скалу защищало озеро Нор Лох.
Вплоть до середины XVIII века история замка – это история Эдинбурга.
Первые достоверные сведения о замке восходят к XI столетию, ко времени правления Малькольма III, сына короля Дункана, согласно легенде убитого Макбетом. Памятью об этом периоде истории замка и города осталась скромная часовня св. Маргариты на вершине Замковой скалы, названная в честь набожной жены Малькольма. Но, как об этом уже было сказано, здесь, вполне вероятно, еще и раньше стояла какая-то крепость, из-за которой местное население – пикты – сражалось с англосаксами из соседней Нортумбрии.
Как многие средневековые крепости, Эдинбургский замок подвергался неоднократным разрушениям и вновь отстраивался, обретая все большую и большую мощь. Нынче он представляет собой комплекс разновременных построек, достаточно хорошо сохранившихся, несмотря на бурную в прошлом историю. Самое раннее на его территории строение, часовня св. Маргариты, относится к XI веку, основные укрепления сооружены в XVI столетии, дворец начат в XV веке и отчасти видоизменен в XVII веке, а несколько зданий появилось совсем недавно, уже в XX столетии.
Укрепления и жилые помещения Эдинбургского замка выстроены по всем правилам фортификационной науки прошлых столетий; при этом они привлекают не только своей мощью, но и живописностью расположения, вполне отвечая представлениям, которые обычно ассоциируются у нас с понятием «замок».
Путь в эдинбургскую твердыню лежит через широкий плац, дошедший до нас в облике, приданном ему в первой четверти XIX века. Этот плац, или, как его называют в Эдинбурге, эспланада, занимает узкий перешеек между скалой, на которой стоит замок, и более низкой частью гряды, застроенной домами Старого города, выросшего у подножия замка и находившегося под его защитой. Эспланада образует как бы мост между замком и Старым городом – мост, поднятый на головокружительную высоту и еще больше позволяющий почувствовать неприступность замка. В прошлом это было место для повседневных военных упражнений гарнизона крепости. Нынче на эспланаде проводятся блестящие сводные парады шотландских войск в дни всемирно известных эдинбургских фестивалей.
Если смотреть на замок со стороны эспланады, то хорошо видны почти все его главные строения: могучая Батарея-полумесяц, справа от нее – башня Аргайла, слева – дворец, как бы вырастающий из самой скалы. Глубокий ров отделяет замок от эспланады. Переброшенный через него мост – в давние времена подъемный – ведет к укрепленным входным воротам, так называемому внешнему барьеру. Старинные ворота не сохранились. Находящаяся на их месте надвратная башня – вход в замок – возведена уже в XX столетии, по своему облику, однако, вполне соответствуя суровому духу средневековой крепостной архитектуры. Стена надвратной башни увенчана зубчатым парапетом, под которым размещены скульптурные украшения в виде средневековых химер-водосливов. Узкие щели окон напоминают бойницы. Трехстворчатое окно под аркой похоже на те, что встречались в английских надвратных башнях XVI века. Об архитектуре XVI столетия заставляют вспомнить и нависающие над этим окном две круглые башенки, характерные для шотландских «баронских» замков, и высокая черепичная крыша самой надвратной башни.
Внимательный глаз, однако, заметит, что все эти элементы декоративны, да и кладка стены сильно отличается от старинной кладки возвышающихся за надвратной башней крепостных сооружений. Вход как бы сторожат две торжественно застывшие в нишах статуи, установленные здесь в 1929 году. Одна из них изображает Ричарда Уолласа, возглавившего всенародное восстание шотландцев против ига англичан в 1297 году, в период многочисленных попыток английских королей Эдуардов I, II и III подчинить себе Шотландию. Другая статуя изображает Роберта Брюса, короля Шотландии с 1306 по 1329 год. Брюс продолжил дело Уолласа, одержав ряд побед над английскими войсками. В битвах с Эдуардом II ему удалось даже завладеть северными графствами Англии, и в 1328 году, за год до смерти Брюса, по Нортхэмптонскому договору Шотландия была признана независимым королевством.
Обе эти статуи напоминают об одном из самых тревожных периодов в истории замка. В конце XIII – начале XIV века крепость не раз переходила из рук в руки и выдержала много атак, но ни разу замок не был взят открытым штурмом, а разве лишь хитростью. Некоторые нападения на замок особенно запомнились шотландцам и за много веков стали легендой.
В 1296 году английский король Эдуард I захватил замок, совсем еще не похожий на тот, что мы видим теперь. В руках англичан он оставался семнадцать лет. Архив и ценности короны были вывезены в Лондон. Отвоевание замка Брюс поручил графу Морею. Согласно преданию, в войсках Морея оказался солдат, который еще до захвата замка англичанами, будучи в замковом гарнизоне, обнаружил путь по неприступной скале, чтобы вечерами спускаться в город на свидания к своей возлюбленной. Он-то и помог Морею всего лишь с тридцатью шотландскими воинами ночью тайно подняться по скале. Англичан захватили врасплох. Замок был взят, все замковые сооружения, за исключением часовни св. Маргариты, оказались почти полностью разрушенными.
А в 1336 году, при сыне Брюса Давиде II, шотландцам опять пришлось отвоевывать вновь отстроенный замок у англичан, и снова шотландцам, уступавшим англичанам в силе и численности войска, помогла смекалка. В замок послали группу переодетых воинов, якобы с целью продажи вина и провизии. «Торговцы» так расположили свои товары, что помешали закрыть ворота, и это позволило ворваться шотландским войскам. (В остальном, однако, в войнах с Англией Давид II потерпел поражение, что положило начало столетию пограничных конфликтов между Шотландией и Англией.)
С конца XIV века, с приходом к власти династии Стюартов, замок служил и королевской резиденцией и тюрьмой для непокорных феодалов, а после того как в 1501 году, при Якове IV, был выстроен загородный замок-дворец Холируд, Эдинбургский замок в основном стал королевским убежищем во время битв и придворных распрей, особенно бурных в конце XVI – начале XVII века.
Как раз к этому времени и относятся замковые сооружения и стены, которые возвышаются за надвратной башней и хорошо видны с эспланады.
Дворец, суровый и мрачный, был начат в XV веке, а в XVII столетии несколько видоизменен и надстроен. Его следует осматривать со стороны замкового двора, уже войдя в крепость, но с эспланады вид на него оставляет особенно сильное впечатление. К тому же с этой стороны облик дворца очень характерен для эдинбургских средневековых зданий: благодаря холмистому рельефу местности задние фасады многих домов Старого города часто нависали прямо над обрывом.
Особенно выделяется находящаяся за надвратной башней могучая Батарея-полумесяц. Не очень высокая, она кажется несокрушимым каменным монолитом. Это один из характернейших примеров крепостных сооружений того периода, когда вместо осадных машин появилась артиллерия, обладавшая большей пробойной силой, в результате чего в крепостном строительстве стали отдавать предпочтение не высоте, а толщине стен. Батарея была выстроена в 1574 году при ликвидации разрушений, нанесенных замку английским флотом во время так называемой Долгой осады.
Эта осада, также запомнившаяся шотландцам, была связана с событиями, развернувшимися в стране после рождения сына Марии Стюарт Якова. Восставшие против Марии Стюарт, королевы-католички, шотландские пресвитериане объявили Якова королем Шотландии, и в стране образовалось две партии: прокоролевская, как ее называли, якобитская, стоявшая за короля Якова, и партия Марии Стюарт, к которой принадлежал и комендант замка. В 1571 году началась двухлетняя, Долгая осада, которая, может быть, ни к чему бы и не привела, если бы не английский флот, посланный королевой Елизаветой в подкрепление якобитской партии. При бомбардировке с кораблей замок снова сильно пострадал и затем вновь, в который уже раз, возродился к жизни, естественно, еще более укрепленным.
Вот тогда и была сооружена Батарея-полумесяц. Одновременно с ней возвели и вторую надвратную башню, которую нынче знают как башню Аргайла. Это небольшое сооружение под высокой черепичной крышей видно со стороны эспланады справа от Батареи-полумесяц. Издали его можно было бы принять за мирное жилище, если бы не почти полное отсутствие окон. Но, если пройти через замковые ворота и направиться к этой второй надвратной башне, впечатление сразу меняется. Здесь особенно полно ощущаешь суровую атмосферу средневековой крепости. Каменистая крутая дорога проходит под стеной Батареи-полумесяц, целиком находясь под ее контролем. Вторая надвратная башня вырастает на пути как непреодолимая, глухая стена. Сама эта башня имела четыре защитных барьера: две двойные наружные двери, железную решетку, которую опускали, блокируя доступ атакующим, и внутреннюю двойную дверь. Железная решетка сохранилась и до настоящего времени. Выстроенная в 1574 году, башня уже позднее была названа в память маркиза Аргайла. Несмотря на союз с роялистами в 1650 году, он был казнен в годы реставрации монархии Стюартов как бывший сторонник Кромвеля и, по преданию, ночь перед казнью провел в этой башне.
Здесь же в 1680-х годах был заключен и его сын, выступивший против Якова II Стюарта.
Поделиться книгой: