Мое сломанное счастье

- Я знаю. - Улыбаясь, ответил я.

Мой ответ, пропитанный детской непосредственностью и медовой улыбкой, поставил мою собеседницу в ступор. Растерянная Эмили - еще более забавное зрелище. Она несколько раз подряд, то открывала, то закрывала свой соблазнительный ротик, пытаясь подобрать слова, чтобы мне ответить. Но ответа у нее так и не нашлось, от чего я еще больше рассмеялся. Щеки Эмс вспыхнули алой краской.

Эмили стояла неподвижно, с любопытством рассматривая меня с головы до ног. Ее голубые глазки остановились на моем запястье, прямо на том месте, где изображена «метка ангела». Она не должна ее видеть, но судя по всему, видит. Испугавшись, она резко отпрянула и, потеряв равновесие начала падать навзничь. Но я успел ее подхватить.

- Не время падать в обморок, красавица. Нам надо убираться отсюда, через минуту здесь будут очень не хорошие люди.

Белокурые пряди упали на ее лицо, прилипая к бесцветному блеску на ее губах. Он по прежнему пахнет малиной и вызывает во мне волну ностальгии.

Ее небесно-голубые глаза широко распахнуты, а тело отзывается на каждое мое прикосновение.

Она не помнит меня, но чувствует. Ее лишили воспоминаний, но сердце... Сердце все еще помнит меня и любит. И осознание этого придает мне чувство неуязвимости.

Она любит. Она все еще любит меня, хоть и не помнит об этом.

И сейчас, когда я держу ее в своих руках, мне кажется, словно не было этих долгих месяцев. Словно мы с Эмили ни когда не расставались. Тепло ее тела, нежность кожи, запах волос по-прежнему опьяняют меня.

«Стоп, Кайл!».- Мысленно я говорю себе, смотря в глубину ее больших голубых глаз. Я должен держать себя в руках. Эмили ни когда не будет моей. И я должен сделать так, чтобы она держалась от меня подальше, а я в свою очередь был по другую сторону ее сердца.

У Эмс не должно даже мысли возникнуть о том, что между нами может что-то быть. Иначе ОНИ заново перепишут всю ее историю. И уж после этого я наверняка больше ни когда в жизни не увижу ее прекрасного лица.

Глава 8

Откуда-то издалека, будто бы из-под воды до меня доносится истерический звук дверного звонка. Голова разрывается от боли. Такая тяжелая, словно внутри находится бетон. Единственное, что я помню, так это то, что ко мне в гости пришли Дин и Митч, и у каждого из них в руках было по две бутылки текилы. Судя по тому, как сильно меня тошнит, мы прикончили их все. Просто замечательно.

В комнате темно, лишь за окном где-то вдалеке показываются первые проблески рассвета.

Кряхтя и постанывая, я сполз с кровати. И практически на ощупь принялся прокладывать себе путь в сторону входной двери. Мои босые ноги шлепали по холодному, деревянному полу отдаваясь в голове раскатами грома. Если даже этот малейших звук вызывал у меня невыносимую головную боль, то про дверную трель я вообще молчу.

- Кого же там черт принес, в такую рань? - Бубнил я, подходя к звери и отпирая замок. Наверняка это Митч со своим синдромом «ищу друзей».

Я распахнул дверь.

По ту сторону порога на меня смотрели большие, небесно-голубые глаза. Ее глаза.

- Эмили? - От шока мои глаза распахнулись, и я почти выкрикнут ее имя, от чего голову пронзила неимоверно сильная боль, а от запаха перегара из моего рта, меня затошнило еще больше.

- Эдисон. - Мягко поправила меня девушка, стоящая на пороге. Она дрожала так сильно, словно лист на ветру. Ее одежда промокла до нитки, а белокурые волосы крупными, мокрыми прядками прилипли к ее бледному, посиневшему лицу. Она сильно продрогла. Мне пришлось хорошенько проморагаться, чтобы образ Эмили отступил, и я смог хорошенько рассмотреть лицо ее дочери.

- Прости, кажется, последняя бутылка текилы вчера вечером была лишней. - Собирая в себе все остатки трезвости, сказал я. - Что ты тут делаешь?

- Кайл, прости мне за столь ранний визит. - Бледно-синими губами заговорила она. - Я собиралась тебе позвонить перед приездом, правда собиралась. Но побоялась, что ты мне откажешь в помощи. А мне больше не к кому обратиться.

- Эдисон, стоп. - Я прервал ее поток несвязной речи. Во-первых, она лепетала слишком быстро, ее голос дрожал и местами срывался, а во-вторых, все ее слова, словно резиновые мячики, отскакивали об стеклянный купол алкогольного опьянения.

- Я ни черта не понимаю. Давай ты сейчас зайдешь внутрь, мы тебя переоденем, я приму душ, слегка протрезвею и ты мне объяснишь, что у тебя случилось. Хорошо?

- Ладно.

Я простоял под потоком ледяных струй где-то около получаса. Отчаянно надеясь хоть немного протрезветь и заставить мир вокруг меня перестать вращаться. Я оставил Эдисон в своей спальне, у полного шкафа вещей. И хотя вся одежда в шкафу мужская и будет на пару десятков размеров больше не обходимого, но зато сухая.

Я вышел из ванной с более или менее ясной головой. Эдисон была в гостиной, сидела на диване в моих спортивных штанах и красной толстовке и прижимала к губам большую, дымящуюся кружку с кофе. Вторая точно такая же стояла на кофейном столике и, судя по всему, предназначалась мне. Рядом с кружкой лежали две небольшие белые таблетки.

- Выпей их, - сказала Эдисон, проследив за моим взглядом. - Тебе станет гораздо легче.

- Сомневаюсь, что мне когда-нибудь станет легче. Чтобы я еще раз выпил хоть что-то крепче кефира, да ни когда. - Я сгреб в ладонь две белые таблетки, закинул в рот, запивая их горечь сладким кофе.

- Все мы так говорим, но все равно время от времени набираемся до отключки.

Эдисон, улыбнувшись, покачала головой, отодвигаясь чуть в сторону, чтобы освободить мне место на диване.

- Ну, давай, рассказывай, что именно тебя привело в такую даль. - Сказал я, усаживаясь на диван.

- Мой бывший муж увез Мию. - Сдерживая слезы, заговорила девушка, смотря мне прямо в глаза. - Она гуляла во дворе, а когда я вышла позвать ее обедать, то обнаружила, что Мии нигде нет. Соседи сказали, что видели, как она садилась в машину моего мужа. Уже несколько недель полиция ищет их по всем штатам, но все безрезультатно. Генри и Мия, словно сквозь землю провалились.

Не смотря на то, что Эдисон заметно старалась не расплакаться передо мной, в уголках ее голубых глаз, собрались прозрачные бусины слез.

- Эстер посоветовала мне обратиться к тебе. Я правда, хотела тебе позвонить, но решила, что смотря мне в глаза тебе будет сложнее мне отказать. Кайл, мне больше не к кому обратиться. Полиция бессильна, я просто подумала, может ты воспользуешься своими связями. Там...

- Там?

- Ну да. - Эдисон возвела глаза к потолку. - Там, наверху.

Я расхохотался.

- В Эдеме?

- Точно, в Эдеме.

- Я не имею туда доступа. Можно сказать меня выперли оттуда. Но я, кажется, знаю, кто может нам помочь.

- Правда?

- Да, дай мне, пожалуйста, номер своего племянника.

- Племянника? Бобби или Николаса?

- Николаса.

- Но чем Николас может нам помочь? - Спросила Эдисон, набирая на моем телефоне номер племянника.

- Николас нам не нужен, нам нужен кое-кто другой.

- Я не понимаю.

- Сейчас поймешь. - Я забрал из ее рук мобильник и нажал кнопку вызова.

Спустя несколько долгих гудков по ту сторону телефона наконец-то взяли трубку.

- Лий, брат, мне нужна твоя помощь и я знаю, что тебе нельзя со мной общаться, но я не для себя прошу. Ради Эдема, помоги мне.

Я даже не успел отключиться, как напротив меня во весь свой рост материализовался брат. Эдисон сидевшая на диване взвизгнула и отпрянула еще дальше. Брат одним сильным ударом выбил из моей руки мобильник, другой же не менее сильный кулак угодил мне в челюсть.

Если честно я не защищался и даже не пытался дать сдачи или каким-либо образом поставить на место своего младшего брата. Я прекрасно знал, что заслужил подобный прием.

- Не смей так говорить, Кайл. - Тыча в меня пальцем, яростно шипел брат. - Ты отрекся от Эдема год назад, так будь добр не пачкать его своим поганым, «падшим» ртом.

- Ты совсем больной? - Крича, Эдисон бросилась на Лия, отталкивая его, прочь от меня. Ее маленькие кулачки, словно барабанные палочки, били ангела в грудь. Тот же стоял истуканом, удивленно уставившись на разъяренную женщину. Брат совершенно не осознавал, что именно происходит в данную минуту, пока его глаза окончательно не сфокусировали на лице бьющей его девушки. Лий побелел, приобретая четкий оттенок свежевыпавшего снега.

- Да ты братец молодец. - Едко заявил Лий. - Не получилось с матерью, решил попробовать с дочерью? Сообразительный ты, однако. И куда делась твоя хваленая, всеми воспетая любовь? Прошла словно ветрянка?

Его слова, словно крупный, бетонный кулак ударили меня прямо под дых, перекрывая воздух. Кулачки Эдисон замерли где-то на полпути, так и не достигнув намеченной цели.

- Думай что говоришь! - Предупреждающим тоном заговорил я.

Мы с братом сверлили друг друга взглядом, пока растерянная девушка непонимающе переводила с одного из нас на другого свой растерянный взгляд. Осознание слов, сказанных Лием, словно в зеркале отражалось на ее лице и глазах, ставших размером с Атлантиду. Всего полчаса назад, выползая из своей постели в совершенно разбитом состоянии, мне казалось, что хуже просто быть не может. Как оказалось границы этого «хуже» весьма обширны.

- Ах ты, чертов больной ублюдок. - Выругалась девушка и оставила увесистую пощечину на лице моего брата. Звук шлепка заставил меня вздрогнуть, тем самым развеяв пелену ярости. - Ты в своем уме?

- А что я такого сказал? - Уже с более меньшим пылом спросил брат.

- Что ты такого сказал? - Возмутилась Эдисон. - Этот мужчина, был возлюбленным моей мамы, гипотетически он даже мог бы быть моим отцом и ты еще спрашиваешь, где ты налажал? - Продолжала свою тираду Эдисон, отчитывая Лия, словно нашкодившего мальчишку. И как не странно именно так он сейчас и выглядел.

Мне стала жаль своего младшего брата. Я и забыл, что ангелы не понимают разницы человеческих отношений, особенно если учесть тот факт, что в центре них сейчас находится «падший» ангел, добровольно сложивший крылья ради своей возлюбленной. Само это для него ненормально, а уж об остальном я и вовсе молчу.

- Эдисон. - Тихо позвал, кладя свои руки на ее хрупкие плечи. - Эдисон, он не понимает.

- Не понимает? - Растерялась девушка.

- Нет. - Я покачала головой. - Это долгая история, но просто поверь мне, не стоит злиться на его слова. Я и сам был таким.

Лий заметно успокоился, как и Эдисон, которая минуту назад была вулканом возмущения.

- Брат. - Спокойным, размеренным голосом заговорил я. - Я позвал тебя не для того чтобы ругаться. Нам, правда, нужна твоя помощь.

- С какой стати мне тебе помогать? - Брат гордо вздернул подбородок.

- Я не прощу у тебя помощи для себя. - Объяснял я. - Я прощу тебя помочь Эдисон.

Взгляд его колких глаз переместился на хрупкую фигуру девушки, стоящую бок о бок со мной и утопающую в безразмерных, мужских вещах. Ее холодные, голубые глаза наполнились прозрачными слезами. Но она не заплакала.

- Мия пропала. Уже несколько недель полиция разыскивает девочку по всем штатам. - Продолжал я.

- Она с отцом. - Легко парировал брат.

- Мы знаем, но он забрал ее тайно. Украл можно так сказать. - В глазах парня отразилось совершенное непонимание.

Боже, как же объяснить брату, чтобы он понял?

- Ммм, по закону, девочка находится под опекой матери. - Медленно проговаривал я, стараясь донести до брата суть проблемы так, чтобы он понял всю серьезность положения. - Забрав Мию у матери, без ее ведома и тем более разрешения, Генри нарушил закон.

- Нарушил закон? - Заинтересовано переспросил брат.

- Именно. - Боже, бинго! До него дошло. - Именно поэтому ты должен помочь нам ее найти.

- Я сделаю все возможное. - Серьезным, деловитым тоном ответил брат и в туже секунду исчез.

- Он ушел? - Ошарашено, с ноками паники в голосе спросила Эдисон. - Почему он ушел? Он не может просто так исчезнуть.

- Не волнуйся. - Я обнял девушку за плечи, стараясь хоть как-то внушить ей чувство спокойствия и надежды. - Он найдет ее, вот увидишь.

- Чертовщина какая-то. - Прыснула девушка, осматривая пустой воздух на месте, которого еще секунду назад был Василий. - Он такое хамло.

- Не вини его. - Вся эта ситуация меня безумно расстраивала. Я совершенно не узнавал своего брата, но понимал то, почему он так себя везет. Много лет назад я и сам относился к «падшим» ангелам не лучшим образом. А сейчас став им, предав свою семью и свой вид, я смею требовать от брата обратного. - Поведение брата, лишь громкое эхо моих поступков.

- Значит, это семейный реванш, а не ненависть к моей семье? - Подвела итог Эдисон.

- Совершенно верно. - Подтвердил я. - К тому же Лий охраняет жизнь и здоровье твоего племянника. - Как будто бы он смог бы отказаться, если бы захотел. Сомневаюсь, что у кого-то из нас, когда-либо в истории был выбор. Непреклонное подчинение старейшинам - вот наш путь.

- Просто в голове не укладывается.

Эдисон подошла к дивану и с легкостью пушинки опустилась на него, прижав к груди большую подушку. Я потерял дар речь, уставившись во все глаза на эту картину. Мое «разбитое» сердце предательские забилось. Мне пришлось вцепиться в край дивана, чтобы сохранить равновесие, сильная волна дежа вю чуть ли не сбила меня с ног. Внутри меня все заболело так, словно я наелся битого стекла.

- Кайл, - тихо позвала девушка, на ее фарфоровом лице отобразилась тревога. - Ты в порядке?

- Да, просто... - Я замолчал, подбирая слова, но так и не отвел взгляда от ее лица. - Просто ты так похожа на свою мать.

- Наверное, очень тяжело, проходить через это.

- Это невыносимо.

Мои последние слова повисли в воздухе и летали по комнате из угла в угол. Мы молчали, погрузившись каждый в свои мысли.

- Он же найдет ее, верно? - Вдруг ни с того ни с сего спросила Эдисон. В ее огромных, голубых глазах отразились бездонные просторы надежды.

Я не знал наверняка, получится ли у моего брата отыскать малышку, но я не мог высказать свои сомнения вслух.

- Обязательно. - Улыбнувшись, ответил я. - Он ее обязательно найдет.

Глава 9

Когда я вернулся из кухни, держа в руках поднос с двумя кружками дымящегося кофе и большой тарелкой с сэндвичами, Эдисон крепко спала, обнимая руками диванную подушку.

Принеся из спальни большой, теплый плед я набросил его на Эдисон, накрывая так, что из-под него торчала только белокурая макушка. Через пару минут моя гостья полностью расслабилась и ее дыхание стало мягким и размеренным.

Задернув все занавески, чтобы в комнату не проникали лучи рассвета, я взял кружку с почти остывшим кофе и уселся в громоздкое кресло, стоящее прямо напротив дивана. Признаки похмелья еще осталось и от запаха еды меня снова замутило, но глотая кофе, чувствуя, как его тепло распространяется внутри меня, мне становится понемногу легче.

На мгновение я задумался, а кого это было бы сидеть в этом кресле и знать, что в метре от меня, прижимая к груди большую, мягкую подушку спит не просто красивая незнакомка, а моя дочь? Плоть от плоти, кровь от крови. Мое дитя, мой мир, моя жизнь.