Вера образованных людей. Символ веры с толкованием

Святитель Николай Сербский

Вера образованных людей. Символ веры с толкованием

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви ИС 12-217-1540

© «Никея», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Предисловие

В наше время многие люди, особенно молодые, после долгих и мучительных духовных скитаний и поисков открывают для себя православную веру, ее богодухновенную истину, ее неоценимое значение для жизни и спасения каждого человека. Между тем, чтобы начать жить в этой истине, необходимо узнать о ней из подлинных, достоверных источников, от истинных свидетелей веры, но по возможности современных читателю и близких ему в его духовных стремлениях. Итак, вера от слышания, а слышание от слова Божия (Рим. 10: 17).

Основанная на слове Божием, записанном в Священном Писании, проповедь веры, хранимая и передаваемая в Церкви из поколения в поколение опытом церковной жизни и спасения, прежде всего в святой литургии, представляет собой одну из главных задач и для нынешнего поколения пастырей и богословов; это важно особенно сегодня, когда умножаются ложные пророки и самозванные учителя веры, люди извращенного ума и далекие от истины, горделивые невежды, не следующие здравым словам Господа нашего Иисуса Христа и учению о благочестии, зараженные страстью к состязаниям и словопрениям (ср.: 1 Тим. 6: 3–4). Подлинное церковное учение о вере, то есть истинно православный, апостольский и святоотеческий катехизис, является сейчас насущной потребностью как для тех, кто только вступает на путь веры, так и для тех, кто вырос и воспитан в Православии с детства, но не имел возможности получить более глубокие знания о вере. Такой катехизис должен быть неотделим от церковной проповеди, вдохновленной словом Божиим, но в то же время простой, доступной и убедительной не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы (1 Кор. 2: 4). Таким был катехизис раннехристианских веков, самый известный из которых написан святым Кириллом Иерусалимским. Святоотеческий катехизис, как правило, был адресован катехуменам (оглашенным, то есть тем, кто изучает веру для принятия Святого Крещения) или новокрещеным и толковал Символ веры, краткое исповедание основных истин христианской веры, которое произносится перед Таинством Крещения.

Наиболее полным, вселенским и обязательным для всех символом веры является Никео-Цареградский Символ веры, названный так потому, что был сформулирован и принят в качестве непогрешимого выражения церковной веры святыми отцами Первого Вселенского Собора, состоявшегося в Никее в 325 году, и Второго Вселенского Собора, состоявшегося в Цареграде в 381 году. С тех пор на каждой литургии мы, православные христиане, исповедуем сущность своей веры его словами. Мы не найдем ни одного православного молитвослова, ни одной церковной публикации поучительного характера, где бы не содержался Символ веры.

Эта небольшая книга, которую ты, дорогой читатель, держишь в руках, является именно таким церковно достоверным и святоотечески вдохновенным, но и живым современным катехизисом, то есть изложением и объяснением содержания Символа веры, богодухновенного текста, свидетельствующего нам веру, однажды преданную святым (Иуд. 1: 3), веру во единаго Бога, во Святой Троице славимого, и во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. Автор этой книги святитель Николай (Велимирович) (1881–1956), один из величайших современных проповедников Слова Божия, епископ Охридский и Жичский, более известен как владыка Николай.

Мы хотели бы обратить внимание читателя и на само название книги, которое владыка Николай дал своему непревзойденному комментарию, катехизису православной христианской веры, — «Вера образованных людей». Кто-то может спросить: «Разве Православие представляет собой веру только для образованных, разве оно не для всех? И разве существует одна вера для образованных, а другая для необразованных?» Ответ прост: таким названием автор хотел без непосредственной полемики ненавязчиво указать на одно роковое и очень распространенное, особенно в среде нецерковной интеллигенции, заблуждение, что Православие привлекательно только для «примитивных» и «необразованных», в то время как так называемые «образованные» могут и должны заниматься «современными системами» оккультно-магического или синкретическо-сектантского направления. Очень важна игра слов и тонкая ирония владыки, назвавшего свою книгу именно так, — для непосвященных она может остаться незамеченной: владыка Николай хотел сказать, что духовно и сущностно образованный человек не тот, кто более или менее начитан, не тот, кто в тщеславии копит знания, а тот, кто образован внутренне, всем сердцем, всем существом, кто сообразен образу Божиему, тот, кто христоподобен, преображен, обновлен, обожен. Исполненный благодатью человек — небесный человек уже здесь, на земле. В таком толковании наша вера, вера Церкви, вера святых апостолов и святых отцов, вера православных христиан, воистину — вера образованных людей.

Мы уверены, что эта книга поможет каждому читателю веровать православно, истинно и спасительно.

Епископ Бачский Ириней (Булович), декан богословского факультета Белградского университета

Верую во единаго Бога

Кто посеет семя доброе на ниве невспаханной? Разумный не посеет. Разумный сделает по слову Божию: он прежде очистит ниву от сорняка и на ниве вспаханной семя доброе посеет. Нива — душа человеческая, сорняки — многобожие, семя доброе — вера во единаго Бога.

Сейчас вера во единаго Бога кажется нам простой и естественной, а многобожие смешным и безумным, но так было не всегда. Были времена, когда на целом свете в Него верило лишь несколько человек, а затем пришло время, когда во единаго Бога верил только один народ на земле. Идолопоклонники, имеющие богов для всякой потребности, смотрели на верующих во единаго Бога с презрением богача, взирающего на нищих: они считали, что такая вера ущербна и бедна. Верующие же во единаго Бога смотрели на язычников с удивлением и сожалением, как смотрят на тех, кто, имея много, не имеет ничего.

Веру во единаго Бога нужно было почерпнуть из истинного источника, получить от надежного свидетеля и затем сеять ее в человеческих душах, словно на ниве. Самым надежным Свидетелем единобожия является Сам Бог, живой и истинный. Он Сам свидетельствует о Себе через избранных Своих, говоря: Я Господь, Бог твой, да не будет у тебя иных богов кроме Меня (ср.: Исх. 20: 2–3).

Единый, живой и истинный являл Себя постепенно. Среди сорняковых зарослей многобожия Он находил малые нивы и сеял на них доброе семя веры. Это были души праведников, души, подобные высоким свечам, которые Он зажигал пламенем веры, чтобы они светили во мраке многобожия. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин. 1: 5). Авель, Енох, Ной, Авраам, Исаак, Иаков, Иов, Иосиф, Моисей, Исаия, Даниил — вот свечи Божии, верой возжженные!

Единый живой и истинный явил Себя народу Иакова, или Израилю. По милости Своей Он являл Себя вначале в Египте, в земли чуждей (Пс. 136: 4), затем в пустыне и, наконец, в Ханаане, в Земле обетованной. И некогда весь народ Израиля исповедовал веру во единаго Бога.

Но народ Божий стал колебаться в истинной вере, и мрак идолопоклонства снова стал угрожать свету во тьме (ср.: Ин. 1: 5).

Единый Живой, Истинный, милосердный и многомилостивый, видя эту опасность, послал к людям Сына Своего Единородного, Господа Иисуса Христа, чтобы Он рассеял тьму многобожия, укрепил сердца человеческие для восхождения к горнему и посеял доброе семя веры в Бога Единого Живого и Истинного.

Святые апостолы, трудолюбивые пчелы Христовы, разнесли эту веру, этот посев Божий, по всему миру. Воистину, как медоносные пчелы Божии, разлетелись апостолы из Иерусалима на все четыре стороны мира, по народам и племенам, чтобы, словно медом, напоить души человеческие благовестием о едином Живом и Истинном. Очищали они нивы душ от сорняка идолопоклонства, от веры в духов и божков. На возделанных нивах сеяли они святую веру во единого Живого и Истинного. Трудным и опасным был их труд! Поверьте мне, миссионеры Бога единого: эта невиданная прежде брань стоила пота и слез, ран и крови.

С большим трудом расставались люди с верой в своих вымышленных идолов и принимали веру во единаго Бога. В смущении от множества природных явлений и противодействия их во вселенной им легче было поверить в существование разных богов, нежели в Бога единаго. Плененные обманом неопытные дети, они считали, что множество разных богов сильнее одного Единого, что помощь от многих сильнее, чем от одного Единого.

Против апостолов восстало две группы людей, а в то время их и было две: те, кто питал свои души ядом идолопоклонства, и те, кто питал свои тела изготовлением статуй идолов. И последние сопротивлялись не меньше первых.

Например, некто серебряник, именем Димитрий, делавший серебряные храмы Артемиды и доставлявший художникам немалую прибыль, собрав их и других подобных ремесленников, сказал: друзья! вы знаете, что от этого ремесла зависит благосостояние наше; между тем вы видите и слышите, что не только в Ефесе, но почти во всей Асии этот Павел своими убеждениями совратил немалое число людей, говоря, что делаемые руками человеческими не суть боги. А это нам угрожает тем, что ремесло наше придет в презрение (ср.: Деян. 19: 24–27).

Одни опасались за свою душу, другие за кошелек, но так или иначе все народы земные, за редким исключением, были в плену идолопоклонства. Те же, кто составлял исключение, предавались жестокой казни, как было с греческим философом Сократом.

Чем выше была культура народов, тем более совершенными и дорогими были изображения идолов, а порабощение ими более глубоким. Когда святой апостол Павел был в Афинах, то возмутился духом при виде этого города, полного идолов (Деян. 17: 16). То же возмущение духа испытали и апостолы Андрей в Самарии, и Матфей в Эфиопии, и Варфоломей в Индии. Идолы на площадях, идолы у входа в дом, идолы в домах — всюду идолы. Неисчислимое множество идолов, которым поклонялись люди. Идольское терние в кровь ранило и уязвляло святых апостолов. Но они мужественно пропалывали и возделывали нивы душ, а на место, очищенное от сорняка и терния, сеяли доброе семя веры во единаго Бога, единого, живого, истинного. Этот титанический труд и подвиг апостолы совершали словом, чудесами, любовью и жертвой. Где не помогало одно, они прибегали к другому, когда не помогало ни одно, ни другое, они шли на смерть, своей мученической кровью, словно огнем, сжигая идолов.

Единый Живой, Истинный благословил слово, подвиг, слезы и жертвы Своих апостолов. Семя, ими посеянное, принесло добрый плод. Плод этот в том, что сейчас вера во единаго Бога кажется нам простой и естественной, а многобожие смешным и безумным.

Я Господь, Бог твой, да не будет у тебя иных богов кроме Меня. Вот первое свидетельство Бога о Самом Себе, первое откровение людям о Боге от Бога и первая заповедь Божия. Да не будет у тебя иных богов кроме Меня, — заповедал Господь, ибо, если поклонишься другим богам, двойная пагуба тебя постигнет. Первая — вера в ложных, несуществующих богов. Другая в том, что благоговение и любовь, которые целиком должны принадлежать одному Единому, отдашь идолам. И тогда помрачится в тебе вера в Единого и охладеет любовь к Нему; Он, оскорбленный и униженный, удалится от тебя. И станешь безбожником, даже если, имея многих богов, будешь считать себя набожным. Ибо безбожник и идолопоклонник суть одно и то же: и тот, и другой без Бога единого, живого, истинного.

Вера во единаго Бога, единого, живого, истинного Творца, — вера смиренных и разумных, ибо гордые обожествляют или тварь, или самих себя; гордость рождает безумцев. Чем смиреннее человек, тем он разумнее, чем тщеславнее, тем безумнее. Гордым Господь противится, а смиренным дает благодать и разум. Чем больше смиренный смиряется перед Господом, тем больше одаривает его Господь разумом. Разум суть свет, ведущий к Богу единому, живому, истинному. Блаженны имеющие разум видеть тленность мира и человека. Блаженны нищие духом, ибо Господь возвысит их до высшего познания — познания бытия и величия Бога Вышнего.

Это ваша вера, христоносцы, вера отцов ваших, смиренных и разумных. Пусть станет она и верой детей ваших, из рода в род, до конца времен. Вера непостыдная, православная, спасительная. Ею спасались отцы ваши, не постыдились они ее, и она их не постыдилась. Воистину, вера во единаго Бога, единого, живого, истинного, — вера образованных, тех, кто несет в себе образ Божий. Не постыдится он ни на Страшном Суде, не постыдится ни перед праведником, ни перед ангелом, но приимет славу и благословенным наречется.

Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым

Со страхом и трепетом заглянем за приоткрытую завесу вечности… Приоткрыта она не слабой рукой человеческой, а Самим Богом, Богом единым, живым, истинным. Если бы по милости Своей к людям Он не сделал этого, кто бы другой дерзнул? Все умы человеческие, все силы поднебесные ни на волосок не сдвинули бы ее. Три луча света протянулись к людям, носящим в себе образ Божий. И вострепетали от небесной радости образованные, ибо Он явил Себя как несравнимый, то есть равный только Себе Самому. Единый, живой, истинный явил Себя как Отец Вседержитель и Творец.

Ваша беспокойная мысль спешит с вопросом: чей Отец? С каких пор Отец? Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец превечный. Прежде сотворения мира был Он Отцом. Прежде времен и временных тварей, прежде Ангелов и сил Небесных, прежде солнца и луны, прежде рассвета и заката Отец родил Сына Своего Единородного. А, говоря о Вечном, смеем ли мы произносить слово «когда»? Он — вечный Бог, вечный Отец, в Нем нет «когда», Он вне колеса времени.

Всевышний являет Себя сначала Отцом, а потом Вседержителем и Творцом. Вам, образованным, это очевидно. Родительство Его относится к Его совечному Сыну, а вседержительство и творчество — к тварному миру, видимому и невидимому. Сначала Отец, а уже потом Вседержитель и Творец. В вечности никто не мог назвать Бога Отцом, кроме Сына Его Единородного.

А во времени? И во времени никто не может. Слушайте же древнюю историю рода человеческого и примите ее в сердце свое. Она даст радость душе и свет разуму.

Со времен сотворения мира, с момента изгнания Адама из рая за тяжкий грех непослушания Творцу никто из смертных не решался назвать Бога своим Отцом. Дивные избранники именовали Его величайшими именами: Вседержитель, Судия, Всевышний, Царь и Господь, только не Отцом, именем сладким.

Лучшие в роде человеческом ощущали себя творением единого всемогущего Творца, сосудом Божественного Горшечника, но никогда не представляли себя чадами Небесного Отца. Это право было дано людям только с приходом Господа нашего Иисуса Христа, и дано было не всем, но тем, кто Его принял. А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими (Ин. 1: 12). То есть усыновленные получили право обратиться к Господу: Авва, Отче! (Гал. 4: 6; Рим. 8: 14–16).

Усыновление, дар милости Божией, открыл и принес людям Иисус Христос в самом начале Своего земного служения. Он открыл людям, что отныне они могут называть Бога своим Отцом, говоря: Отче наш, сущий на небесах! (Мф. 6: 9). И с тех пор миллионы отроков и старцев на всем белом свете изо дня в день взывают: Отче наш!

Бесы не смеют именовать Бога Отцом, нераскаянным грешникам трудно выговорить сладкое слово: Отче! Только праведным и кающимся дано право и дерзновение в молитвах своих всем сердцем воскликнуть: Отче наш! Тем же, кто восстает на Господа и закон Его мыслью ли, словом или делом нарушает, не выговорить утешительное и сладкое слово: Отче!

Триста восемнадцать святых отцов, составивших Символ веры для всех вас, образованных, носящих в себе образ Божий, именовали Бога прежде Отцом, а потом Вседержителем и Творцом. Они сделали это, исполнившись Духом Святым, сделали, ибо им было открыто, что Отец Всевышний — Отец прежде начала времен и сотворения мира. Сделали, ибо Сын Божий, воплотившись, принес в дар людям, последователям Своим, усыновление, то есть право именовать Его Отца своим Отцом: Отче наш! Есть ли большая радость для сердца вашего, о образованные, носящие в себе образ Божий? И Господь наш, Сын Божий, не только позволил вам именовать Всевышнего, единого, живого, истинного, Отцом своим, но и оставил заповедь: и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах (Мф. 23: 9). О радость неизреченная! Родительство истинное на небесах, над солнцем и звездами, а земное родительство лишь тень и символ.

Радость ваша в том, что Отец ваш — Господь Вседержитель и Творец! Святые отцы никейские, исполнившись Духа Святаго, назвали Всевышнего прежде Вседержителем, а уже потом Творцом! Вы скажете: «Разве не логичнее назвать Его сначала Творцом, а потом Вседержителем?» Нет, так лишь со стороны кажется, но не судите поверхностно, когда об Истинном говорите. Господь суть Вседержитель. Прежде сотворения неба и земли Бог Вседержитель носил в Себе замысел сотворения, от пылинки до вселенной, всех сил, всех законов, всего порядка. Разве сотворение стало бы возможным без этого замысла?

Когда же величественный Творец создал два мира, видимый и невидимый, Он явил Себя Вседержителем, удерживая в Своей всеобъемлющей воле все силы и законы двух миров: Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего (Мф. 10: 29); и волос с головы вашей не пропадет (Лк. 21: 18), — опять же без воли Вседержителя. Своей крепкой десницей Господь держит все силы, даже отрицающие Его и восстающие на Него. Все их действия против законов Его и против верных Его Он оборачивает к добру, по Своей мудрости и силе, и приводит в согласие со Своим замыслом.

Ни одна праведная слезинка, в море капнувшая, не останется забытой. Ни одно слово, доброе или злое, не останется без ответа Божиего, тайного или явного. Отец, Вседержитель, Творец — вот Бог ваш, единый, живой и истинный. Творец, создавший небо и землю, все видимое же и невидимое. Святые толкователи всегда понимали под «небом» мир Ангелов и всех Небесных сил бесплотных, видимых Богу и невидимых для нас. Под «землей» понимались творения земные и те, что под землей, вокруг земли, доступные нашему чувственному зрению.

Все видимое и невидимое создано Богом. Другого Творца, кроме Всевышнего, не существует ни на небе, ни на земле. Так же как не существует и ничего тварного, от атома до вселенной, что было бы создано кем-то другим, а не Всевышним. Он единственный Творец в полном и истинном смысле этого слова. В полном и истинном смысле Творец Тот, Кто создал предметы и их формы, подвижное и неподвижное, Кто все наполнил таинственной силой существования, взаимосвязанности, влечения и отторжения, дыхания и жизни.

Поэтому, когда вы слышите о том, что Творец сотворил все сотворенное, следует понимать, что Он не просто создал творение из некой существующей материи, но и саму материю. Вся полнота Божественной творческой силы проявлена именно в том, что Им создано и то, и другое. Состояла ли эта материя из четырех великих стихий — земли, воды, огня и воздуха, как думали древние, или они были единой праматерией электрического свойства, по версии современных ученых? Разве мы с вами будем рассуждать об этом? Очевидно одно: источник и основа всякой ткани вселенской — плод мысли и творчества великого Бога Творца.

Чудо и величие той ткани может ли постичь мысль человеческая? Могут ли глаза охватить? Могут ли уши расслышать? Может ли язык высказать? Формы, цвета, числа и размеры, музыка и песня, радость и боль, блики на воде, лучи солнца, пронизывающие пыль, отблески света в воздухе, огненный звездный хоровод не призывают ли вас, образованные, к молитвенному молчанию более, чем к словам?

Но знайте, что все видимое великолепие и величие вселенной напоминают лишь торжественный караул пред вратами царского дворца, пред вратами мира невидимого, Царства духовного, ангельского. А уже там, за теми вратами, находится настоящее чудо, чудо из чудес, величайшее из великого. Там, где вместо солнца сияет Сам Всевышний, Царь царей! (см.: Откр. 22: 5). Там бессильны мысль, слух, зрение и язык. Великий апостол был вознесен духом до третьего неба и восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать (ср.: 2 Кор. 12: 2, 4).

Сей видимый мир по сравнению с невидимым словно сон и реальность, словно символ и дух, словно слова и смысл, словно письмо изгнаннику с далекой родины. Но и тот, и другой мир созданы одним и тем же Творцом. Он один удерживает оба мира Своей неутомимой десницей Вседержителя — единственный Вседержитель. Он один ведет их таинственными путями к таинственным целям, которые ведомы лишь Ему — благому Отцу Господа Иисуса Христа и всех избранных чад Своих.

Православие — это вера заплаканных, плачущих об истине и жизни. Никогда не будет оно верой слуг лжи, неправды и смерти, друзей веселья, конец которому — отчаяние. Это вера плачущих о немощи своей и немощи рода человеческого, ищущих Источник правды, истины и жизни. И этот Источник открывается им. А тогда слезы печали претворяются в слезы радости, ибо обрели они драгоценнейшее из сокровищ — Отца, Вседержителя, Творца. Что еще остается искать им, если, найдя Его, обретают всё? Единственное, что им остается, — слезы покаяния, которыми омываются они от всякой неправды, лжи и защищаются от вечной смерти. Омытые слезами покаяния, они стяжают благость и милосердие к братьям своим, спутникам к вечному Отечеству. И помогают им познать истинного Бога — Источник правды, истины и жизни.

Это ваша вера, христоносцы, вера отцов ваших, не жалевших ни труда, ни слез, пока ко Господу не приблизились и утешение от Него не приняли. Пусть она станет верой и детей ваших, из рода в род, до конца времен, вера непостыдная, православная, спасительная. Воистину, она вера подлинно образованных людей, носящих в себе образ Божий, и на Суде Божием легко им будет, ибо назовутся благословенными.

Отец. Вседержитель. Творец.

И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век

Новый свет осветил вас, образованные, носящие в себе образ Божий. Сквозь завесу, приоткрытую десницей Всевышнего, новый луч света упал на вас, и вы светитесь, словно чада Божии. Этот свет открывает вам вечную тайну, радостную тайну вечного родительства и вечного сыновства. Этот свет низводит благословение на вас, и елей утешения изливается на ваши заплаканные глаза.

Один единый Господь Иисус как Христос и как Сын Божий. Как Христос, в смысле Мессия, Он один-единственный от начала до конца времен. Другого Мессии человечество ни искать, ни ожидать не может. Многие придут под именем Моим, и будут говорить: «я Христос», и многих прельстят (Мф. 24: 5). Так предрек Единственный, Неложный и Прозорливый. Ложных мессий было немало, есть они и сейчас, и, чем ближе конец рода человеческого, будет их все больше. Но истинный Мессия — один-единственный, неложный Христос, непостижимый Человеколюбец. Этот Истинный, Неложный и Непостижимый есть Мессия для всех народов и племен во всем мире на все времена. Один-единственный Мессия и для живых, и для мертвых, для тех, кто был, и для тех, кто будет.

А вы, образованные, призваны к тому, чтобы возвестить племенам и народам: «О племена и народы, среди вас могут быть великие люди, величайшие из великих, среди вас могут быть выдающиеся сыновья и дочери, лучшие из лучших, но Мессия — один для вас. И другого не ждите и не ищите. Воистину, если придет другой под Его именем, другой, кроме Него, единственного, будет ложь и сын лжи. Тогда, — говорит единственный истинный Мессия, — если кто скажет вам: вот, здесь Христос, или там, — не верьте (Мф. 24: 23). Не будьте как евреи, которые ждут своего еврейского мессию. Не придет другой мессия: ни еврейский, ни американский, ни индийский, ни русский. Ибо главное качество истинного Мессии — Его всечеловечность. Он придет ко всем, Он выше всех и ради всех.

Такой есть у вас Мессия, о народы и племена, такой, словно ослепительное солнце на небесном своде. И подобно тому как солнце освещает всех вас, белых, черных, желтых и красных, так единый Мессия светит всем вам, светит всем, служит всем, господствует над всеми. Будет ли кто-нибудь из вас искать иного солнца? Нет. Для чего же тогда искать иного мессию, если свет Мессии Иисуса Христа ярче солнечного света, ярче, щедрее, животворнее, радостнее, спасительнее?

Берегитесь других мессий, о народы и племена, берегитесь многих мессий, ибо они суть душегубы и слуги нечестивого. Диавол старается умалить значение и величие Господа Иисуса, а потому стремится звание Мессии, Христа, звание единственное и неземное, превратить в орден, чтобы присвоить многим и многим. Но вы знайте, что носить боевые ордена и быть истинным полководцем не одно и то же.

Берегитесь мессий, которые без креста явятся. Ваш Мессия одно знамение носит, одно отличие — Крест. Крест как знамя победы. По нему узнаете Мессию своего, единственного, истинного, Который однажды согбенным вступил на ниву, чтобы засеять ее, но Который еще раз вступит на нее восклонившимся, чтобы с Ангелами собрать жатву».

Единственный Мессия, Спаситель мира — Сын Божий, Единородный, Иже от Отца рожденный прежде всех век. Это Его печать небесная и залог истинности Его мессианства. Кто отречется от Мессии Господа, тот будет уличен во лжи.

Об этом же, но еще строже, говорит вам апостол, который возлежал у груди Иисуса. Вот его слова: Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? — то есть Мессия (1 Ин. 2: 22). Разве может быть Мессией кто-то меньший Сына Божия? Разве люди могли бы принять за Мессию меньшего, чем Сын Божий?

Нужно было Кровью Своей омыть одряхлевшее и истлевшее древо человечества. Кровь ни одного из смертных не была ни достаточно чистой, ни достаточно сильной и животворящей, чтобы облагородить и укрепить старое древо. Ничья кровь не могла сделать этого, кроме Крови Сына Божия, в которую Он, словно в багряницу, облачил Свое вечное Божество.

Вознесите ныне ум ваш, образованные, носящие в себе образ Божий, к Сыну Божию, Единородному. Вы сразу узнаете Его через образ Божий, который в вас, и, узнав, возрадуетесь. Единородным Сыном Божиим Христос именуется потому, что Он есть Сын Единственный, от Бога Отца рожденный. Когда называете Всевышнего Отцом, тогда подтверждаете существование Сына. Не называют отцом или родителем бездетного. Того, кто не рождает.

Так говорит Всевышний устами пророка Своего: Доведу ли Я до родов, и не дам родить? говорит Господь. Или, давая силу родить, заключу ли утробу (останусь без плода)? (Ис. 66: 9). Да не усомнится никто, что Господь — Родитель; да не усомнится никто в Сыне Божием, Единородном. Может ли быть что доброе на свете, что не в Господе и не от Господа? А рождение всегда благо. Потому рождение у Бога не как идея, но как реальность, реальность вечная, ибо Бог вечен.

Господь — Свидетель. Сам Бог Отец свидетельствует о Сыне Своем, сначала через пророка, говоря: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя (Пс. 2: 7). И это днесь Божие — вечно! А потом Сам возвестил о Нем на реке Иордане и горе Фаворе: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте (Мф. 17: 5). А Сам Господь Иисус Христос говорит о Себе: Я Сын Божий (Ин. 10: 36). Так же как никто из земнородных не может назваться отцом, не имея сына, так не назовется и сыном, отвергая отца. Может ли быть бездетным родитель и сын без родителя? Об этом снова говорит вам тот, который возлежал у груди Господа: Всякий, отвергающий Сына, не имеет и Отца; а исповедующий Сына имеет и Отца (1 Ин. 2: 23).

Некий богатый человек имел сына единственного. И был тот человек весьма милостив: узнав, что в округе много сирот, он сжалился над ними, пошел и собрал их, и привел в свой дом. И сделал свой дом их домом, свое богатство — их богатством. И когда обращался к ним, говорил: чада мои! Так же как, обращаясь к сыну своему, говорил: чадо мое! В чем разница?

Вам, образованным, нетрудно ее увидеть. Она очевидна: тот человек по естеству имел одного сына, а по милости назвался отцом всем сиротам, которых усыновил в доме своем. Родство по естеству и родство по дару усыновления — вот в чем разница.

Это сказано вам, просвещенные, для того чтобы вооружились вы на непросвещенных, говорящих дерзко: мы признаем Христа Сыном Божиим, так же как себя считаем сынами Божиими! Спросите их кротко и смиренно: как же вы считаете всех сынами Божиими — и себя, и Христа? Всех ли по милости или всех по естеству? Ответьте нам: как может безгрешный Христос быть сыном по милости и как вы, грешные, сынами по естеству? Господь безгрешен, это вы признаете. Безгрешный может родить только Безгрешного. Как может родиться грешный от Того, Кто не имеет греха? Кто может дать то, что не имеет сам? А кто из сыновей жены без греха? И кто же из вас может назваться сыном Божиим по существу?

По естеству, или существу, Сыном Божиим может назваться лишь Тот, Кто носит в Себе Божественные свойства и Божественную силу Бога Отца. Иными словами, Сыном Божиим может быть только Бог. Не свидетельствует ли вам в один голос вся природа, что рожденный всегда одного естества с рождающим? От дуба рождается дуб, от голубя — голубь, от льва — лев, от орла — орел, от человека — человек, и такой порядок во всем царстве живой природы. Кто может родиться от Бога, если не Бог? Вечный Сын Божий рожден от Бога Отца; следовательно, Он — Бог. Да, таков порядок, о котором говорит вся живая природа, о котором свидетельствует Сам Господь. И если безгрешный Господь Иисус Христос — Сын Божий по существу, то вы можете быть сынами Его только по дару, по милости, по усыновлению.

А прежде всех век рожден Бог Сын от Бога Отца. Сам Сын Божий засвидетельствовал это перед евреями, гонителями Своими, сказав: прежде нежели был Авраам, Я есмь (Ин. 8: 58). И снова, когда спросили Его: кто же Ты? — ответил им: от начала Сущий (Ин. 8: 25). Этими словами Господь хотел указать на Свое вневременное происхождение, Свое вневременное вечное сыновство. Он, Единородный, Сущий от начала всего творения, от начала ангельских кругов и телесных существ. Нельзя говорить ни об одном из явлений, не указав на его начало. Сын Божий — Начало. Если Всевышний вечен, вечно и родительство Его, а вечному родительству подобает и вечное сыновство. Посему верно исповедуете, когда говорите, что веруете во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век.

Это вера исполненных любовью душ, трудно принять ее душам, не имеющим любви. Родители, беззаветно любящие своих детей, и дети, беззаветно любящие родителей, с радостью принимают ее. Необъяснимую и глубочайшую тайну о привязанности родителей к детям и детей к родителям озаряет свет Божиего родительства и Божиего сыновства. Только в таком свете дети и родители могут постичь тайну своей взаимной любви, только в таком свете могут они постичь то, что их любовь небесного происхождения. Она загорелась от вечного пламени любви Отца и Сына, и потому родители, беззаветно любящие своих детей, и дети, беззаветно любящие родителей, с радостью принимают веру в вечного Отца и совечного Ему Сына на небесах.

Это ваша вера, христоносцы, и вера ваших отцов, любивших вас. Пусть станет она верой и ваших детей, которых вы любите беззаветно, вера непостыдная, православная, спасительная. Воистину, это вера образованных людей, носящих образ Божий в себе. В Судный день Христов будут они помилованы и названы благословенными.

Иисус Христос. Мессия. Сын Божий.

Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша

И пророк, и тайнозритель, прозревая вечность, видели Его: то не было сияние солнца, и не свечение луны или звезд, но все-таки некий неизреченный Свет проникал всюду и освещал всё (см.: Ис. 60: 19; Откр. 21: 23). Знаете ли вы, образованные, что это за Свет? Да, вы догадались, это вечный Свет лица Всевышнего. Это Свет вечного Родителя, и Свет вечного Сына, и Свет вечного Духа Святаго — один Свет, одно Божество, одна Красота.

Святые никейские отцы, просвещенные этим вечным горним Светом, определили отношение Господа Иисуса Христа к Отцу Небесному и Его отношение к творению в шести словах. Четыре слова определяют первое, а два последующих — второе.

Первое слово — Света от Света. Великий тайнозритель сказал: Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы (1 Ин. 1: 5). Если Родитель — Свет, чем может быть Его Сын, если не Светом? Если вечный Отец — Свет, то и Сын Его — Свет. Свидетельство Сына о Себе гласит: Я свет миру (Ин. 8: 12). Блаженны вы, если можете назвать себя просвещенными этим Светом!

Второе слово — Бога истинна от Бога истинна. Однажды апостол Филипп дерзнул попросить Господа: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас, на что Господь ответил ему: Видевший Меня видел Отца, — и добавил: — Верьте Мне, что Я в Отце и Отец во Мне (Ин. 14: 8–11). И снова сказал: Все, что имеет Отец, есть Мое (Ин. 16: 15), и опять: Я и Отец — одно (Ин. 10: 30), — сказал, когда евреи хотели побить Его камнями, говоря Ему: за то, что Ты, будучи человек, делаешь Себя Богом (Ин. 10: 33). Как они, ослепленные грехом, видели, так и говорили. А видели они во Христе только тело человеческое, а то, что таилось за телесной завесой, за багряницей плоти, было сокрыто от их глаз. Ведь медный провод, проводящий электричество, переносящий мысль и голос, и обычная медная проволока, что валяется на земле, для неопытных и неразумных людей выглядят одинаково. Пелена застилала их духовное зрение, и не видели они Божественного естества за естеством человеческим. Его могли видеть только крещеные, освященные и очищенные. Его видели святые апостолы и все духовные люди на протяжении многих веков, такие, как святые никейские отцы. Бог во Христе… — свидетельствует апостол Павел (2 Кор. 5: 19). Это Божие откровение. Но то, что Рожденный от Бога — Бог истинен от Бога истинна, становится очевидным из явления родительства в царстве живой природы. Бог истинный мог родить только Бога истинного.

Слово третье — рожденна. То есть Сын Божий рожден от Бога. Свет рожден от Света, Истина рождена от Истины, Жизнь от Жизни, Слава от Славы, Бог истинен от Бога истинна. Человеческий разум до некоторой степени способен понять телесное рождение плоти от плоти, но понять рождение духа от духа ему трудно. Знайте, образованные, что телесное рождение лишь тень или символ рождения духовного. Довольно вам, христоносцы, знать, что Мессия и Спаситель наш не смерть от смерти, не тьма от тьмы, не тлен от тлена, не немощь от немощи, но Свет от Света, Бог истинный, рожденный от Бога истинного. А поскольку Он рожден в вечности, то и вам, когда оставите этот мир и врата его захлопнутся за вами, явится Он в вечности.

Сказано вам однажды, что Мессия ваш — Сын Божий, Единородный, единственный рожденный от Бога Отца, да будет вам радость сполна снова услышать о Нем как о рожденном. Ибо рождение — значит любовь. Прежде было сказано вам, что Он — единственный, от Бога по естеству рожденный, Вышний от Вышнего, прежде всех век рожденный от Всевышнего. Он может походить на творение, но Он нетварен.

Слово четвертое — единосущна Отцу, то есть одного естества с Отцом. Разве это не разумеется само собой после всего сказанного о Нем? Ибо, если говорится, что Он Сын Отца, эти слова уже заключают в себе то, что Он одного существа, одного естества с Отцом. И если сказано: Света от Света, то этим снова подтверждается, что Свет, рожденный от Света, равен по сущности и естеству рождающему Свету. И когда говорится: Бога истинна от Бога истинна, эти слова подтверждают истину о том, что Сын единосущен Отцу. Наконец, когда мы произносим: рожденна, несотворенна, этим еще ярче подчеркивается сказанное прежде. Ибо рожденное всегда одного естества с родителем, в то время как сотворенное иного существа и естества, чем сотворивший. Посмотрите и увидите, что рожденное дитя того же естества, как его отец, а меч иного естества, нежели кузнец, ковавший его.

Вот два слова, которыми святые отцы никейские определили отношение в вечности Сына Божия Иисуса Христа к Своему Отцу. А вот два слова, которыми они определили отношение Сына Божия к тварности.

Первое слово — несотворенна. Небеса, и земля, и все видимое и невидимое на ней, все, что вне существа Бога, единого, живого, — все это тварно. Один только Творец нетварен. И так же как нетварен Отец, так же нетварен и Сын. Рожден, а не сотворен. От начала Он — делатель, а не дело, виновник творения, а не тварь. Совечен Отцу и единосущен Отцу. Отец — Альфа и Омега, и Он — Альфа и Омега. Отец безначален, и Он — безначален. Вне времени, вне пространства, вечен и бессмертен. Его существо неразлучно с существом Отца; Его свет и слава неотделимы от света и славы Отца. Сила Отца и Его сила. Не следует ли из этого, что Сын Всевышнего нетварен? Ибо как может быть тварен Тот, Кто вечен? И кем мог быть сотворен Тот, Кто совечен Отцу?

Подобно тому как невозможно говорить о солнце без света или источнике без воды, невозможно говорить и об Отце без Сына или о Сыне без Отца. Поэтому сказано, образованные, что Спаситель ваш нетварен. Ибо будь Он тварен, то и Он, как и все мы из тварных, нуждался бы в Спасителе. Будь Он тварен, Он не был бы Сыном, а одним из сыновей, был бы не Сыном, а одним из усыновленных. Но Он воистину Сын, а не пасынок. И если бы был Он пасынком, тогда Отец не имел бы родного Сына, не мог бы Он называться Отцом и не существовало бы вечного родительства. Не существовало бы тогда и вечной любви. Не существовало бы сыновства вечного, и родительства вечного бы не было — двух столпов вечной любви. Но да радуются сердца ваши, чада Божии, ибо существуют и родительство, и сыновство, и — любовь. Да согревают вас лучи вечной любви!

Второе слово — Имже вся быша. Через Него все творение обрело свое бытие. По слову Божию: Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1: 3). Сын Божий, Единородный, следовательно, не просто нетварен, но Он — Творец. Через Него все начало быть, и без Него ничего бы не начало быть, что начало быть. Творение, в котором все, что на небе и на земле, обрело свое существование, — в равной мере дело и Отца, и Сына, так же как и все происходящее находится равно во власти и Отца, и Сына.

Так святые отцы наши выразили Невыразимого. Так, на основании записанного откровения Господа Иисуса Христа и незаписанного откровения Духа Божия Святаго, облекли они в слова веру свою и веру нашу. Но знайте, что Тот, Который невместим во вселенную, не может вместиться и в слово человеческое.

Все, что сказано о Нем, христоносцы, сказано о Боге Всевышнем, сказано о вечно тайном Отце и о явленном Сыне: о Существе вечном, Которое Само Себе родительствует и сыновствует и вне Самого Себя не имеет потребности ни в чем. Сказано о чуде бытия — неизменно и бессмертно, о неугасающем Пламени Божественном, от которого причинно зависит всякий свет в мире, видимый или невидимый.

А дальше последует повествование о Боге Творце, сошедшем к творению Своему, во временность, в пространство, в ограниченность. Подобно тому как мать склоняется к плачущему в колыбели ребенку, так Творец человека склонился и сошел к людям, в долину слез.

Вера наша — вера вдумчивых и молитвенных душ. Трудно принять ее душам чувственным и облепленным мирским прахом. Вдумчивые люди искренне признают ограниченность человеческого разума по сравнению со всё новыми и всё более высокими утесами тайн, вырастающими один за другим. Вот только что с таким усилием поднялись мы на вершину и вздохнули с радостью и облегчением, а перед нашим взором вырастает новая, еще более высокая скала. И так бесконечно, из поколения в поколение.

Смотрят они и видят, что ни одна из уже разгаданных тайн всё еще не «мессия», но лишь «предтеча» — предтеча новых тайн. Всё новое, разгаданное, познанное, еще не открытие, а всё еще завеса, скрывающая новые чудеса — несказанные, неисчислимые, бесконечные. Потому они молитвенно возносят ум свой к Всевышнему и чутко принимают в сердце свое откровение о новых и высоких тайнах, которые Он по любви и мудрости благоволит явить роду человеческому. Приемлют их с радостью и исповедуют с дерзновением. Что ждать молитвенным от чувственных? И что чувственные, вместе с молитвенными странствующие, могут поведать о Божественных тайнах, неслыханных, невиданных, неприступных, сокрытых за бесчисленными скалами тайн природы? Что могут услышать они от чувственных и мирским прахом облепленных? Ничего, кроме того, что уже слышали и — отвергли. Поэтому так любим ими Мессия, единственный и истинный, Который, как личный свидетель, пришел из Царства последних тайн и явил столько, сколько душа человеческая может вместить и понести.

Это ваша вера, христоносцы, вера предков ваших, вдумчивых и молитвенных. Пусть станет она верой детей ваших, из рода в род, до конца пути. Воистину, это вера подлинно образованных людей, тех, которые несут образ Божий в себе. В день Суда Божия они выстоят и оправдаются верой, и чистотой, и добрыми делами своими. И будут названы благословенными.

Свет. Истина. Слово.

Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася

Подобно тому как мать склоняется к плачущему в колыбели ребенку, так склонился и сошел Творец к людям, в долину слез. Чудесному существованию Сына Божия в вечности соответствует и чудесный образ Его сошествия в этот видимый, временный мир. Цель Его сошествия — мы, люди, и наше спасение, а образ сошествия — рождение от Духа Свята и Марии Девы. Кто это сказал? Если бы сказали мы, люди, можно было бы усомниться. Но это сказал Он Сам, в Котором не может усомниться никто из тех, кто несет образ Божий в себе.

Он Сам, истинный, сказал о Себе, что пришел, чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих (Мф. 20: 28). Чтобы послужить, конечно же, людям и отдать Себя в искупление людей. Вот цель Его пришествия. А образ Его пришествия открыл не человек. Кто поверил бы ему? Архангел Божий Гавриил открыл Марии Деве в Назарете: вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя: Иисус. На вопрос Ее: как будет это, когда Я мужа не знаю? — Архангел ответил: Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим. Спросит ли вас кто-то с удивлением: «Как будет это?» — и ему ответит благовестник Божий так, как ответил Пресвятой Деве, говоря: у Бога не останется бессильным никакое слово (ср.: Лк. 1: 28–37). Молчание и радость подобают здесь больше, чем вопрошения и расспросы. Молчание от величия тайны и радость от всемогущей силы Творца и Бога нашего.

Сын Божий и Сын Девы — Рожденный на небесах и на земле. Пребывающий в вечности и во времени. Это ваш Мессия, образованные, и Спаситель ваш. Рожденный в вечности от Отца без матери. Рожденный во времени от Матери без отца.