Помоги проекту - поделись книгой:
- В «рудной долине» всего есть три направления. Их трудно перепутать. Все они идут от центральной развилки, возле огромного элеватора. Одно направление – сюда, к селению и старым шахтам. Другое – к большому отвалу, туда свозили породы из больших шахт. И последнее – к дальним шахтам, через ущелье. Туда вам и надо. Только… путь давно никто не осматривал, никто не знает в каком оно виде.
- Веселая ситуация, - иронично ответил Рауль.
- А вот и он. – священник подошел к сараю, в который уходили наспех собранные рельсы. Открыв нехитрый замок, он отворил ворота. Свет высветил из темноты нехитрую конструкцию с небольшими колесиками, паровым котлом и площадкой для машиниста и угля. Впрочем, на ней вполне могли разместиться еще пара человек.
Совместными усилиями дрезину вытолкали из сарая и смахнули пыль. Климент ловко заправил масленки и залил воду в котел из небольшой цистерны в углу сарая. Устало вздохнув, он подозвал поближе журналиста, который закончил разбираться с рычагами и убрал старую грязь.
- Все готово, за исключением главного. Топлива у меня нет. Но – это угольные шахты, так что найти будет не проблема. Вроде как немного я видел на главном складе, каких пару мешков. Раньше было больше – да только ваш голем поглотил большую часть. Еще и разворотил стену.
- Я займусь этим. А где главный склад?
- Хорошо. Главный склад – массивное двухэтажное строение с плоской крышей - вон там. Пройдешь пару сотен метров и выйдешь прямо туда. А я, пожалуй, вздремну немного. С каждым годом все тяжелее проживать дни.
Священник задумался, а затем снова обратился к журналисту.
- Послушай… Эта женщина – кто она? Почему идет с тобой? Ведь не за этой грудой железа она гоняется.
- За этой, увы, за этой…
- Зачем это ей? Я понимаю – сейчас пришло такое время, что женщины хотят быть наравне с мужчинами – но здесь я просто не нахожу смысла.
Рауль вздохнул и вкратце рассказал о встрече с Ноэль и ее просьбе. Священник ответил недолгим молчанием, но вдруг произнес:
- Такие вещи противны Богу… Но времена меняются – и люди уподобляются вещам. Так поступил и этот человек. А вот что касается женщины… «Обреченные могущественны в своем отчаянии». Да-да.
- И как же это понимать?
- Она обречена, друг. Она ищет того, кого уже и быть не может. Она ищет того мужчину, которого она запомнила в прошлом, а найдет лишь одушевленную груду железа. Но она в отчаянии, ведь считает себя виновной. И в нем она сильнее и тебя, и меня. Не стоит ей мешать, но… берегись.
Климент неторопливо пошел к своему дому, а Рауль, тяжело вздохнув, направился на поиски угля. Склад оказался неподалеку, привлекая внимание своими темными деревянными стенами, ничуть не похожий на легкие домики в один - два этажа вокруг. Сверху он напоминал лежащую гайку без отверстия с резьбой, с «насечками» - бревнами на гранях. Казалось, что стены уходят глубоко под землю, а сам склад был лишь вершиной огромной закопанной башни.
Журналист подошел к массивным воротам склада – на них висел тяжелый засов, сдвинуть который требовалось немало усилий. Вспомнив про автоматон, он обошел по периметру здания и сразу же наткнулся на большой пролом в мощной стене. За ней была темнота неосвещенного помещения. Фонаря под рукой не оказалось, и Маршанд не нашел другого выхода, как дать глазам время привыкнуть и не спеша отправиться исследовать склад. Внутри он был просто огромен, но поразительно пуст – вдоль стен кое-где стояли небольшие штабеля ящиков, кучи мешков. На проверку они были заполнены никому не нужным хламом и дешевыми припасами. Воздух здесь был на удивление сухим – склад строили на совесть. Рауль пнул один старый мешок – из него посыпалась непонятная труха. В ящиках тоже не оказалось ничего полезного. Наконец возле одной из опорных колонн он нашел несколько мешков с содержимым, очень похожим на искомое топливо. Вокруг пол был засыпан толстым слоем неизвестного порошка. Понять что-либо точнее Рауль не мог – слишком уж плохо было видно в таком темном месте.
- Что поделать, придется подсветить, - вздохнул он и достал из кармана свою бензиновую зажигалку. После пары неудачных попыток огонь брызнул из форсунки и заплясал маленьким факелом в его руках. В желтоватом свете Рауль убедился – это именно то, что он искал.
Однако беда подкралась незаметно. Погасив и убрав обратно зажигалку, журналист заметил внизу еще один маленький огонек. Он был среди рассыпанной угольной пыли и быстро рос. Очевидно, брызги вспыхнувшего бензина из старой зажигалки упали сюда и теперь могли дать поживиться огненной стихии. Рауль спешно начал затаптывать пламя – но оно, словно убегая от пыльных подошв, перекидывалось на новый уголь, а затем охватило и ткань одного из мешков.
- Вот же ж черт! – на эмоциях воскликнул журналист, отпрянув от горячего языка огня.
Ситуация выходила из под контроля. Тушить разгоравшийся пожар среди угля и без достаточных средств, да еще и в полной темноте было для Маршанда непосильной задачей. Он решил по возможности выполнить хотя бы то, за чем он пришел, а именно – схватившись за углы нетронутого огнем мешка, Рауль спешно потащил его к выходу, пятясь как рак и спотыкаясь о разбросанный хлам. Пламя с воем захватывало все новые территории, а самое опасное – выделяло клубы темного едкого дыма, из-за которого помещение темного склада становилось еще более непроглядным. Начало щипать глаза, а горло сотрясать непроизвольный кашель. Но уже через пару секунд журналист вывалился на улицу с мешком в обнимку.
Поток прохладного свежего воздуха окатил его лицо, быстро приведя в чувства. Поднапрягшись, Рауль натужно поволок тяжелый мешок в сторону сарая с дрезиной, тяжело дыша и поглядывая на злополучный склад. Его темная громада понемногу окутывалась дымом, исходящего из вентиляционных фрамуг под крышей. Чувство некоторой обиды и преследования судьбой возникло в голове журналиста, встав словно кусочек мозаики на свое место.
- Словно череда испытаний, раз за разом, - уже вслух сказал он, волоча уголь. – Только что я должен понять от всего этого, черт возьми!
На оставшиеся несколько сот метров ушло добрые полчаса. Мешок лежал рядом с дрезиной, а Рауль устало вытирал пот со лба, стараясь отдышаться и поглядывая на ставший гигантским столбом дыма и огня склад. Такое зрелище могли заметить не только посетители Уайтторна и шахт, но и случайные зрители с десятка миль вокруг. «Только любопытных лиц мне здесь не хватало», - подумал Маршанд и спешно выгрузил содержимое мешка в загрузочный бункер дрезины. Потратив еще десяток минут на розжиг котла, он спешно направился к дому Климента, оставив паровую машину набираться сил.
- Что там произошло? – взволнованно спросила Ноэль, встречая журналиста с порога дома. Рядом стоял невозмутимый священник.
- Непредвиденные обстоятельства, - ответил Рауль, пытаясь отдышаться, и зашел в дом. – Главное, что мы можем двигаться дальше. Поспешим.
- Склад жалко конечно, но в конце концов он был бесполезен, - сказал Климент, прохаживаясь по комнате и отряхивая одежду. – Вот только дым может привлечь непрошенных гостей. Возможно, вам стоит действительно поспешить.
Забрав вещи, Рауль и Ноэль спешно попрощались с Климентом и быстрым шагом направились к ожидающей их дрезине. И вовремя – давление пара в котле уже достигло высокой отметки, лишние минуты могли повредить котел. Журналист сбросил излишний пар через клапан, который тугой струей ударил в землю рядом. Ноэль с недоверием взглянула на яростно шипящий транспорт.
- Признаю, в нашем пути вы выбираете все более оригинальные средства передвижения. Обязательно двигаться на этом?
- Если вам жаль свои ноги и вы хотите действительно дойти до нужного места – пожалуй, не стоит привередничать.
- Я ведь ничего не сказала, - обиженно ответила Ноэль и резво запрыгнула на дрезину.
Журналист так же занял место рядом и привел паровую машину в движение. Дрезина резко дернулась, а затем неспешно покатилась по кривым старым рельсам, уходящим в «рудную долину». Облако пара, рассеиваясь в воздухе, прошло над головами двух пассажиров. Скорость плавно росла но оставалась разумной для такого негостеприимного пути.
«Рудная долина» на самом деле оказалась весьма мрачным местом. В тени от высокой вершины, серые кучи породы достигали высоты в несколько метров. Рельсы, уложенные шахтерами без особой подготовки и точных измерений, постоянно змеились и делали поворот за поворотом. Старые шпалы трещали под тяжестью дрезины, которую трясло и метало из стороны в сторону. Скорость то падала, то возрастала – на пути рельсы преодолевали небольшие возвышенности и вновь спускались в проходы между отвалами. Колеса лязгнули на соединениях путей – здесь к основной линии выходило ответвление, уходящее вверх по склону отвала.
Над головами пронеслась ветхая деревянная арка с креплениями для фонарей. В темное время суток они должны были размечать путь впереди, но сейчас оказались просто бесполезны. Слева донесся угрожающий скрежет – звук шел от элеватора для сортировки руды, превратившегося в прибежище ветра. Вскоре перед глазами из-за горы битого камня появилась долгожданная развилка. Пути здесь расходились в разные стороны.
- Который из них наш? – Ноэль взволнованно озиралась вокруг.
- Этот. – Рауль указал рукой в перчатке на правый путь. Затем указал на высокую насыпь, виднеющуюся за левой дорогой – Там мы ничего не найдем.
Дрезина приближалась к развилке. Журналист замедлил ее ход, спрыгнул на ходу и подбежал к механизму переключения стрелок. Решительный рывок заржавевшего длинного рычага - и направление со скрежетом сменилось. Вернувшись на свое место, Рауль вновь увеличил подачу пара и дрезина повернула в сторону скал, где рельсы уходили в до того незаметное узкое ущелье. Внезапно на земле рядом с рельсами Ноэль увидела огромные тяжелые следы, о чем тут же сообщила Раулю.
- Да, мы на верном пути, - ответил тот. - Теперь сомнений быть не может.
Через несколько минут отвалы сменились высокими стенами ущелья, закрывающими обзор и солнечный свет. Шахтеры в свое время укрепили склоны деревянными опорами, но это была скорее мера предосторожности. Каждый поворот пути теперь был неизвестностью.
Пока Рауль с тревогой наблюдал по сторонам, Ноэль сидела совершенно без эмоций на лице. Она вновь ушла в свои воспоминания, годы детства, которые она проводила с заботливой мамой. Отец много времени проводил на работе и на встречах с важными людьми, а потому был незнаком с мыслями и всем, чем жила его дочь. А вот мама всегда могла поддержать ее и окружить заботой... Может потому ее детство ассоциировалось и Маршанд мамой и ярким уютным садом за домом. Эти воспоминания были такими теплыми, что Ноэль невольно улыбалась сама себе.
Рауль тоже это заметил. Он оставил управление дрезиной, и повернулся к женщине.
- Надо же, я уж подумал, что не увижу вас с улыбкой на лице.
- Почему же? - Ноэль заинтересованно взглянула ему в глаза.
- Вы постоянно были замкнуты, и уж простите, я если честно к этому даже привык.
- Да, вы правы, последнее время в моей жизни происходило много плохого. Иногда мне кажется, что это - плата за ошибки прошлого.
- Пути Господни неисповедимы, вроде так говорится в писании? - усмехнулся Рауль. - Если это так, то мне было бы интересно - за какие грехи я составляю вам компанию.
- Зря вы так, - грустно ответила Ноэль. - Ничего в жизни не происходит просто так. Это всё наши тяжелые уроки, исправление ошибок прошлого.
- Ох, держитесь! - Маршанд испуганно схватился за регулятор и спешно сбросил скорость. Прямо впереди путь пересекала глубокая расщелина, и рельсы шли через нее через хрупкие деревянные рамы. Не успел Рауль подумать, как выйти из этой ситуации, как дрезина осторожно выкатилась на опасный участок. Дерево под рельсами угрожающе затрещало и просело, и путешественники испуганно ухватились за все, что было рядом. Треск усилился, пути резко просели еще на пару сантиметров. Журналист перевел регулятор на полный ход, и дрезина начала ускоряться. В этот момент рамы крякнули последний раз и часть пути рухнуло в темнеющую глубину. В это же мгновение задние колеса дрезины выехали на твердо стоящий путь.
- Кажется, пронесло. - вздохнул Рауль и шумно выдохнул. - Вот только назад мы этой дорогой уже не вернемся.
Ноэль ответила молчанием. Затем задумчиво задала вопрос.
- Зачем вы отправились с Самюэлем в этот самый подземный город? В чем ваш интерес?
- Много причин. Во-первых, профессиональный интерес, шанс открыть что-то новое, - дрезину качнуло на неровности пути и Раулю пришлось ухватиться за стойку корпуса. - Во-вторых, захотел узнать его как человека.
- И как, удалось?
- Я понял, что этим человеком двигала одержимость своим делом, которой он прикрывал свою беду. Одиночество и потери. Тогда я и понял, насколько страшно быть одному.
- А вы не хотели признавать, что это жизненный урок. - ответила мадам Линсингтон и устремила взгляд вперед. Через секунду на ее лице промелькнуло любопытство. - Взгляните, нам сюда?
Рауль повернул голову и увидел вход в шахту. Это были широкие укрепленные ворота, которые сейчас были открыты и куда уходили рельсы. Рядом стояла неизвестная деревянная конструкция с огромными железными колесами вверху и деревянные столбы по сторонам от путей. Ущелье здесь расширялось до небольшой площадки, в углу которой возле скалы был обрыв вниз. Здесь возле небольших кустов тек небольшой ручей с замшелыми камнями на дне. Левее входа в шахту ущелье продолжалось, правда уже без рельсового пути.
Путешественники сразу же заметили неподалеку от входа несколько белеющих скелетов. На них виделись обрывки одежд, скорее всего балахонов. Возле одного лежала железная дубина, рядом с другим- присыпанный каменной крошкой кинжал. Возможно, эти люди погибли совсем недавно - здешние птицы быстро расправляются с такой легкой добычей.
- Кто это? - спросила Ноэль, когда дрезина проехала мимо.
- Наверно те самые фанатики, о которых говорил Климент. На шахтеров они мало похожи.
- Но ведь и не шахтеры их отправили на тот свет.
- Я тоже так думаю. Нам следует быть осторожнее.
Дрезина заехала внутрь шахты и в глаза путешественников ударила тьма. Пока глаза привыкали к таким условиям, дрезину зашатало из стороны в сторону, а затем и вовсе встала как вкопанная. От неожиданного торможения ее пассажиры едва не налетели телами на раскаленный котел. Натужно засвистел пар.
Журналист спешно спустил пар и затушил топку, заблаговременно использовав еще горящее пламя для розжига красной керосиновой лампы. Она использовалась как сигнальная на дрезине, но теперь ей приходилось быть единственным источником света в руках путешественников. Придя в себя, они забрали вещи с уже бесполезного транспорта и неторопливо направились вглубь шахты.
Шахта пугала своей оглушительной тишиной. Казалось, что ни звука не проникало сюда из-за толщи тяжелого камня. Лишь едва слышное шипение и треск доносились из потушенного котла дрезины, да шорох мелких камушков под ногами эхом отражался от узких стен штольни.
- Куда мы теперь?
- Не знаю. Мне известно не больше вашего.
- Тогда зачем мы здесь?
- Вы же сами видели следы...
- Но здесь их уже нет.
- Возможно, что он пошел не в шахту, а по скалам. В отличие от нас, его возможности куда выше.
- Но откуда он тогда знает о том, куда идти?
- Не знаю, - раздраженно отмахнулся журналист. И тут его осенила догадка. - Хотя... Кажется, я понимаю в чем дело.
Ноэль терпеливо ждала ответа.
- Когда мы с Самюэлем были в Ирдишхорте, то на пути встречали много различных документов... Да, в одной комнате мне попалась одна бумага, там говорилось о некотором северном проходе, который не достроили, о подземной гавани... Вот!
- О чем вы?
- В своей последней записке Самюэль говорил - когда он обретет новую жизнь в механическом теле, он уйдет в "тихую гавань". Вот что он тогда имел ввиду! Подземную лабораторию в прибрежных горах с выходом к морю, где долгое время управлялись ученые- просто идеальное для него место. А главное - у того документа с обратной стороны была схема... Наверно это путь к этому месту, и Самюэль его изучил. Сейчас бы этот документ был бы только кстати!
- Кажется, я начинаю понимать, - заинтересованно сказала женщина.
- Климент говорил о том, что шахтеры что-то нашли в этой шахте, после чего их закрыли... Идем. Мы должны найти это место.
Они двинулись дальше, двигаясь вдоль остатков рельс в глубину штольни. Кое-где были разбросаны инструменты, в небольшом ответвлении обнаружилась даже заваленная набок старая вагонетка. Чувствовался легкий запах сырости и другой, незнакомый, вызывающий отторжение. В красном свете лампы узкая штольня казалась одной из дорог в ад. Но мертвая тишина не вписывалась в эту картину.
- Мы как будто в кошмарном сне, - сказала Ноэль, перебирая ногами за спиной журналиста. - Только он все никак не заканчивается.
- Кто знает, может мы реально спим – и когда-нибудь придется проснуться! – усмехнулся Рауль и устремился вперед.
Вскоре прямая штольня сменилась пологим длинным спуском. В темноте его конца не было видно, путешественники заволновались. К тому же тишина сменилась едва слышимым гулом. Ноэль стала нервничать и теребить в руках лямку сумки с неприятным скрипом.
- Спокойнее, - недовольно сказал Рауль. И в то же мгновение откуда-то впереди раздался металлический стук, эхом прокатившийся по шахте.
Напуганные неожиданным звуком, они осторожно пошли вперед. Через сотню метров штольня вышла в вертикальную шахту-колодец, диаметром с десяток метров. Свет сюда проникал с поверхности через железные решетки вверху колодца. Внизу стояло неизвестное сооружение из металла, по возрасту такого же как и все механизмы шахт. В нем было множество массивных шестерен и тускло поблескивающих труб, назначение которых было трудно объяснить. Из колодца в другом направлении был еще один проход.
- Здесь пахнет сыростью, - сказала Ноэль, и провела пальцами по старому металлу. На пальцах остался слой ржавчины. – Я не хочу здесь больше оставаться.
- Хотите вернуться? – с насмешкой спросил Рауль. – Ну, сейчас это конечно будет очень кстати.
- Вам смешно? Ну конечно же, я ведь безумна – так вы считаете. Бросила все, доверилась незнакомцу и полезла прямиком в ад – что уж тут скажешь. Но раз так – зачем вы согласились идти со мной?
- Потому что… - начал было Рауль и задумался. – Потому что… я считаю это своим долгом. Хотя бы перед собой.
- Тогда вы поймете меня. – ответила Ноэль и отвернулась. - Идемте же дальше.
- Стоять. – раздался мрачный суровый голос за их спиной, заставив обоих вздрогнуть от неожиданности. – Не так быстро.
Слова были настолько внезапно и странно нарушили тишину, что Ноэль буквально впала в ступор. Ошарашенный журналист медленно повернулся назад, в сторону механизма. Рядом с ним стоял крепкий мужчина среднего роста, одетый в кожаную куртку и в небольшой шляпе надвинутой на глаза. Такие шляпы носили обычно охотники-егеря – с узкими, поднятыми сзади и к краям полями и высокой тульей. Через плечо у мужчины висела косая сумка, а в руке был направленный в сторону Маршанда револьвер.
- Кто вы такие и что здесь делаете? – вновь сказал незнакомец.
- Мы в праве задать тот же вопрос, - ответил Рауль.
- Не стоит спорить.
- Соглашусь. Мы, эм… исследователи из горной компании, ищем здесь одно место. А вы?
- Исследователи? Камушки изучаете, значит? Это хорошо. – мужчина опустил револьвер и подошел ближе. Свет осветил его мощное лицо с небольшой небритостью. – Вот хозяева шахты и их люди –другой разговор.
- Чем же они плохи?
- Жадные слишком, - незнакомец протянул руку журналисту. – Я Смит. Ищу приключений на свою душу, хех! А если честно – что-нибудь ценное из того, что осталось от шахтеров. Тут полно полезных штуковин.
- Занимаетесь мародерством? – язвительно спросила Ноэль.
Поделиться книгой: