Ислам и политика: Сборник статей

С исламизмом заигрывают режимы ряда западноевропейских государств. В международном экспертном сообществе есть подозрения, что ряд государств предоставляют исламистам убежище в расчете, с одной стороны, на то, что на территории этих государств исламисты не будут совершать терактов и ограничатся антизападной риторикой, а с другой, что сами эти государства будут использовать исламистов во внешней политике как инструмент давления на страны, откуда родом те или иные исламистские группы. Протесты со стороны, например, Египта адресовались Великобритании, на территории которой действовали и, к слову сказать, продолжают действовать египетские исламисты, а также исламистские группы (сирийские, иорданские, пакистанские, кашмирские), которые бравируют своей связью с Усамой бен Ладеном. Высказывались соответствующие подозрения в отношении Швейцарии, в которой, как утверждают некоторые западноевропейские журналисты, знаменитая Карла дель Понте препятствовала преследованию алжирских исламистов, подозреваемых в совершении терактов во Франции в середине 90-х годов.

Своего рода драмой революционной интеллигенции в странах распространения ислама и в эмиграции стала исламизация ее части (во многом из-за краха идеи мирового коммунизма). Олицетворением этой тенденции стал знаменитый революционер-террорист «Карлос» (Ильич Рамирес Санчес), принявший ислам и бывший до ареста в Судане на службе у исламистов.

Усложняет картину и то, что исламисты, подчиняясь логике политической борьбы, вступают в союзы и блоки, ищут союзников и тому подобное. Уж насколько был противоестествен союз исламистов (арабского экспедиционного корпуса) с воплощением их исторического врага – Запада в лице США во время афганской войны! Однако перетерпели…

Но общее правило следующее. У исламистов в модернизирующемся мире (на Западе и на Востоке) нет стратегических союзников, есть только стратегические противники. Более или менее тесный союз с исламистами на внутриполитическом и международном уровнях заканчивается превращением тактического союзника в противника. Так было с убийством в 1975 году короля Фейсала, которое имело своей причиной сложные отношения сотрудничества между ним и воинствующими ваххабитами, ставшими сопротивляться модернизации саудовского общества. Так было с египетским президентом Анваром Садатом (убит исламистами в 1981 году). Так неоднократно было с США (взрыв «арабскими афганцами» здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке в 1993 году, взрыв людьми Усамы бен Ладена американских посольств в Танзании и Кении в 1998 году, антиамериканская трансформация движения «Талибан»), Так стало и с Россией (в целом с бывшим СССР) – от Чечни до постсоветской Центральной Азии (на постсоветском пространстве воюют «арабские афганцы» – при том, что СССР никогда не совершал враждебных действий против арабских стран и народов, в том числе против исламистского движения в этих странах).

Как противостоять исламизму

В исторической перспективе исламизм в той форме, в которой он сформировался в последней трети XX века, обречен – если изменится глобальная конъюнктура на рынке углеводородного сырья, если исчерпаются существующие и/или будут открыты новые источники нефти и газа, альтернативные тем, которые имеются на Ближнем и Среднем Востоке; если будут открыты безопасные, дешевые и эффективные источники энергии и тому подобное.

Это совсем не значит, что нужно ждать этого времени и сидеть сложа руки. Необходимо международное сотрудничество в противостоянии глобальной опасности. Есть большая группа государств, которые борются, правда, без должной координации, против исламизма в его крайних формах – Египет, Турция, Иордания, Алжир, Судан, Марокко, Тунис, Южная Африка, США, Франция, Германия, Израиль, Индия, Китай, многие другие.

Но уже в настоящее время с целью обеспечить внутриполитическую стабильность и региональную безопасность Россия самостоятельно должна предпринять ряд мер, направленных на ограничение и/или ликвидацию исламистской опасности, учитывая то обстоятельство, что исламизм уже проник на территорию страны и паразитирует на российском исламе. Среди этих мер, которые должны обсуждаться на уровне экспертного сообщества, – деполитизация ислама и деисламизация политики (через введение соответствующих положений в законодательство об общественных объединениях и о свободе совести и религиозных объединениях); исключение вмешательства в социально-политическую сферу исламистских организаций (как российских, так и иностранных); ограничение или полный запрет деятельности иностранных исламских религиозных организаций (конкретно – распространяющих исламизм в форме ваххабизма или хомейнизма) на территории России; последовательное проведение в жизнь конституционного, то есть основополагающего принципа российского государства – его светскости (что означает, в частности, равноудаленность государства от всех конфессий при гарантии гражданам всех религиозных прав и свобод, предусмотренных Конституцией и законодательством); пересмотр внешнеполитических приоритетов в пользу сотрудничества с государствами, либо вообще не использующими исламизм во внешней политике, либо как минимум не использующих его против России.

Впервые: Независимая газета. 2000. 12 октября

Самоопределение исламского мира

Существует ли исламский мир в качестве консолидированного субъекта международной политики? Этот вопрос напрашивается сам собой при рассмотрении всех тех различий, противоречий и конфликтов, которые наблюдаются в регионах распространения ислама – как между государствами, так и даже внутри каждого из них.

Критерием наличия подобного консолидированного субъекта на первый взгляд может быть существование международных организаций исламского мира. Самая известная и влиятельная – Организация Исламская Конференция (ОИК)1. Среди других международных исламских организаций – Исламская комиссия Международного Красного Полумесяца, исламский аналог Международного Красного Креста; Исламский банк развития (ИБР), аналог Международного банка развития; Исламская организация по образованию, науке и культуре (ИСЕСКО), исламский аналог ЮНЕСКО; Исламская федерация спортивной солидарности – исламский аналог Всемирного олимпийского комитета, Исламская комиссия по правам человека как дублирующая Комиссию по правам человека и так далее.

Нелишним было бы сразу подчеркнуть, что исламские международные организации имеют четкую тенденцию к тому, чтобы стать системой организаций, дублирующих международные организации глобального масштаба. Даже «семерке» индустриально развитых стран Запада в 1996 году тогдашним премьером Турции исламистом Недж-меттином Эрбаканом была найдена альтернатива, задуманная в рамках им же разработанной стратегии «справедливого исламского порядка» – «исламская восьмерка» (в составе Турции, Ирана, Пакистана, Египта, Бангладеш, Малайзии, Индонезии и Нигерии).

Есть и дублирующие (альтернативные) документы: например, вместо Всеобщей декларации прав человека – Исламская декларация прав человека. Или другой пример: в дополнение к комплексу международно-правовых актов, направленных на борьбу против международного терроризма (или в качестве альтернативы им?), в рамках ОИК разработан исламский, составленный в соответствии с шариатом, договор о борьбе против международного терроризма, который начали подписывать государства-члены (первым подписантом в мае 2000 года стало Королевство Саудовская Аравия).

Во всем этом просматривается относительная альтернативность всей системы международных организаций исламского мира и норм, которыми они руководствуются, – по отношению к называемой западной, то есть предполагаемо неорганичной для исламских государств, системе международного права и международных отношений. Не случаен тот факт, что поводом для возникновения ОИК стало одно из проявлений неразрешимости с использованием международного права и международных инструментов проблемы Иерусалима в желательном для арабских государств духе.

Важной характеристикой исламского мира как относительно консолидированного субъекта международных отношений могло бы быть формирование устойчивой и нацеленной на перспективу системы интересов, приоритетов и целей, определяемых провозглашаемой «исламской солидарностью», то есть декларируемой принадлежностью к одной религии (исламу). И кажется, такого рода характеристика присуща исламскому миру. Приведем в качестве примера только один процесс, который в принципе предполагал бы очень большие риски, если бы участники этого процесса не были уверены в собственной консолидированности, в том числе на перспективу. Речь идет об исламской атомной бомбе и об исламских ракетах. Пакистан, который обладает и тем и другим, заявляет (как сделал, например, президент Пакистана Рафик Тарар в апреле 1998 года) о необходимости реализации на практике концепции «единого исламского мира» для совместного использования ресурсов всех принадлежащих к нему государств в целях коллективной защиты их интересов. Тем самым Тарар дал понять, что создаваемые в Пакистане новейшие ядерные и ракетные вооружения призваны прежде всего служить укреплению оборонного потенциала всех исламских стран, которые, в свою очередь, должны будут предоставить экономическую, научную и другую необходимую помощь для дальнейших пакистанских разработок современных вооружений.

«Исламская солидарность» пригодилась Пакистану уже летом того же, 1998 года. Тогда США ввели против Пакистана, испытавшего ядерное оружие, санкции, предусматривающие, в частности, ежегодное замораживание почти полутора миллиардов долларов многосторонних займов Пакистану. С целью компенсировать эти финансовые потери Пакистана в июне 1998 года лидеры Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов заверили премьер-министра Пакистана Наваз Шарифа, что окажут Пакистану финансовую помощь на сумму 3 миллиарда долларов. В сентябре того же года Исламский банк развития (ИБР) и консорциум исламских банков приняли решение об учреждении специального Фонда в размере 1,5 миллиарда долларов для оказания помощи Пакистану. Примеры подобной поддержки (а мы перечислили не все) предполагают уверенность в том, что Пакистан никогда и ни при каких условиях не переступит через «исламскую солидарность» и станет использовать ракетно-ядерное оружие, если вообще будет использовать его, только против немусульманских государств.

Впрочем, данный пример можно рассматривать и как складывание в рамках широко понимаемого исламского мира некоего системообразующего ядра, формируемого, в частности, упомянутыми выше государствами – Пакистаном, Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами. И тогда «исламская солидарность» окажется в данном случае имеющей ограниченную сферу применения даже в рамках исламского мира. Говоря иными словами, нельзя исключать, что «исламская атомная бомба», если она вообще будет использоваться, может обрушиться и на территорию тех государств, которые причисляемы или причисляют себя к исламскому миру, но не ассоциируют себя с этим предполагаемым системообразующим ядром. А конфликты разной интенсивности сотрясали в недавнем прошлом и, вполне возможно, будут сотрясать в будущем государства, входящие в пресловутый исламский мир. Достаточно вспомнить кровопролитнейшую ирано-иракскую войну. Да и идущая в настоящее время на территории Афганистана война между силами, верными режиму Исламского Государства Афганистана (ИГА), и движением «Талибан» рассматривается представителями ИГА как проявление агрессии Пакистана, совершенной силами «талибов».

В настоящее время, на рубеже XX и XXI веков, исламский мир как консолидированный субъект международной политики существует только виртуально, в качестве некоего проекта, точнее, проектов, которые, реализуясь, придают этому становящемуся миру противоречивые характеристики. Различные уровни социально-экономического развития, разные геостратегические интересы, унаследованные и вновь возникающие конфликты, личная конкуренция лидеров, наконец, отсутствие единого ислама, существующего только в конкретных, «страновых» или региональных проявлениях, и соответственно разная форма и степень исламизации общественной жизни (а в некоторых случаях и далеко зашедшая ее секуляризация), – все это и многое другое приводит к наличию альтернативных проектов формирования исламского мира. Эти альтернативные проекты просматриваются в наличии разных, исходно «страновых» организаций, претендующих на международный (или глобальный) охват.

Показательный пример такого рода организации – Народная исламская конференция (другое название в литературе по-русски – Исламский народный конгресс). В апреле 1991 года в Хартуме прошел первый конгресс Исламо-арабской народной конференции (ИАНК). В его работе приняли участие представители исламских и исламистских организаций из полусотни стран. Участники конгресса официально провозгласили создание ИАНК. Хартумский конгресс учредил руководящие органы ИАНК– Постоянный совет и Временный генеральный секретариат. Постоянный совет состоял из 50 человек по числу представленных в ИАНК стран. Во Временный генеральный секретариат вошли 15 человек, которым Судан предоставил дипломатические паспорта. При ИАНК было создано Международное исламское агентство новостей (МИАН), дублирующее и своим названием, и функциями соответствующее агентство при ОИК. Генеральным секретарем ИАНК на первом конгрессе был избран известный исламистский лидер Хасан ат-Тураби. Были проведены три конференции ИАНК (в 1991, 1993 и 1995 годах). На последней из них присутствовали делегаты из 80 стран мира. Тогда же организация была переименована в Народную исламскую конференцию (НИК).

ИАНК противопоставляет себя всем наиболее крупным арабским и исламским международным организациям. НИК замышлялась и была построена как своего рода народная альтернатива ОИК. (Это идея была заложена и в само название организации, перефразирующее название ненародной, то есть созданной на межгосударственном уровне ОИК.) И те 80 стран, которые были представлены, например, на ее конгрессе в 1995 году являлись в основном членами антисистемных организаций и групп, оппозиционных правительствам в соответствующих странах, экстремистских, автономистских, сепаратистских, ирредентистских, действующих там, где проживают мусульмане и арабы. (В работе НИК участвовали и представители России – из Москвы и Чечни.) Еще один объект противостояния для НИК – саудовская Лига исламского мира (о ней ниже).

Политические цели НИК сформулированы в рамках глобального плана противостояния все тому же «Западу» – освобождение Иерусалима (всего, включая и его западную часть) и оккупированных Израилем территорий, поддержка освободительных движений мусульман в различных странах мира. В рамках последней задачи НИК безоговорочно поддерживала то, что называлось «освободительной борьбой мусульман» в Боснии, Косове, Кашмире и Чечне.

Народный исламский конгресс патронировался Ираном, естественно, Суданом, на территории которого он находился, и международной сетью «афганцев», ветеранов войны в Афганистане, ассоциирующейся с именем Усамы бен Ладена. В феврале 2000 года правительство Судана, начавшее проводить курс на пресечение деятельности экстремистских исламистских организаций на своей территории, объявило о денонсации соглашения о пребывании на территории этой страны штаб-квартиры НИК.

Еще один проект исламского мира реализуется в деятельности организации Всемирное исламское народное руководство (ВИНР, создано в Ливии в сентябре 1989 года). Руководитель – лидер Ливийской революции (она с некоторых пор называется «Исламская революция Первого сентября») Муамар Каддафи. Провозглашенные цели и задачи – единство мусульман как субъекта взаимоотношений с иными субъектами на международном уровне, противостояние «крестовому походу» (подразумевается враждебный «Запад») и сионизму в мировом масштабе, помощь исламским движениям и мусульманским меньшинствам в мире и тому подобное. Реально ВИНР является одним из инструментов проведения проливийской политики в различных странах – как мусульманских, так и тех, где мусульмане составляют меньшинство или представлены землячествами. Характерный пример деятельности ВИНР – предоставление Муамаром Каддафи лидеру организации «Нация ислама» (США) Льюису Фаррахану одного миллиона долларов на ведение исламской пропаганды в Соединенных Штатах. В свою очередь, Фаррахан ведет лоббистскую деятельность в пользу Ливии. В частности, он выступал в США с призывами прекратить санкции в отношении Триполи в связи с предполагаемой причастностью ливийских агентов к «делу Локкерби» (о взрыве самолета компании Pan American в небе над Шотландией), совершает пропагандистские вояжи по другим странам с разоблачением «несправедливостей США против мусульманских стран, включая несправедливые санкции против Ливии». Россия представлена в ВИНР отдельными исламскими организациями.

Лига исламского мира (в русскоязычных публикациях иногда называется Всемирная исламская лига, Рабита аль-алям аль-ислами) – саудовская организация, являющаяся инструментом проведения внешней политики Саудовским королевством. ЛИМ была создана в 1962 году как «народная (popular), международная, исламская и неправительственная организация, в которой представлены мусульмане всего мира». Главными целями Лиги (в частности, на официальном сайте ЛИМ в Интернете) провозглашаются: исламская пропаганда и исламское просвещение, защита исламского дела, реализация интересов и устремлений мусульман, решение их проблем, борьба против ложных обвинений в адрес ислама, опровержение утверждений врагов ислама, стремящихся уничтожить единство мусульман и посеять сомнение в мусульманском братстве.

Практическая деятельность ЛИМ осуществляется через региональные координационные советы – для Европы, Азии, Африки, Северной и Южной Америк. ЛИМ имеет официальные представительства в трех десятках стран, где мусульмане составляют большинство населения, в ней представлены исламские организации более сотни стран мира, а вообще объектом контактов и воздействия ЛИМ являются местные неправительственные организации (общины, учебные заведения, мечети и тому подобное). ЛИМ их создает там, где они не конституированы. Лига координирует деятельность исламских благотворительных фондов, созданных в Саудовской Аравии или при активнейшем участии этого государства и действующих во всем мире. Среди этих фондов – «Аль-Харамейн», «Ибрахим Аль Ибрахим» и другие. Указанные фонды действуют в России (на Северном Кавказе и в других российских регионах). Лига исламского мира стоит за распространением по миру ваххабизма (формы ислама, являющейся государственной идеологией в Саудовской Аравии). Лига используется как инструмент вмешательства во внутренние дела ряда государств, среди граждан которых есть мусульмане.

Корпус стражников исламской революции, силы «Коде», входят в систему органов, проводящих международную политику Исламской

Республики Иран. Эта система контролируется лидером (рахбаром) страны и верховным главнокомандующим Али Хаменеи. Именно ему непосредственно подчиняется Высший совет культурной революции (под его патронажем находятся Министерство исламской ориентации и культуры, Министерство иностранных дел, Министерство информации, в которое входит Главное управление внешней разведки). Ему же подчиняется и Высший совет национальной обороны (в руководстве этим советом также участвует президент). Через Высший совет национальной обороны, а также непосредственно верховный главнокомандующий управляет как вооруженными силами, так и важнейшим инструментом политико-идеологического действия внутри страны и за рубежом – Корпусом стражников исламской революции (КСИР). Организационно именно в состав КСИР входят так называемые Силы «Коде» (от Аль-Кудс, одно из арабских названий Иерусалима), занимающиеся непосредственным экспортом исламской революции с использованием нетрадиционных методов. Непосредственно деятельностью Сил «Коде» руководит по должности главком КСИР. В Силах «Коде» есть девять управлений: по Турции и Закавказью; по Ираку; по Ливану; по Центральной Азии, СНГ, Пакистану, Индии и Афганистану; по Северной Африке; по Центральной и Южной Африке; по Европе, Северной и Южной Америке; по странам Персидского залива; по специальным операциям. Практическими и широко известными результатами деятельности КСИР и Сил «Коде» явились исламские опорные пункты в Ливане и (до недавнего времени) в Судане (в форме НИК).

Особого внимания – как минимум из-за научной непроработанности этой темы, которая крайне идеологизирована, – достоин такой инструмент проведения внешней политики, как ваххабитско-талибский альянс, международное объединение с гибкими организационными связями, которое сформировалось в последней четверти XX века в первую очередь на территории Афганистана, но затем проникло едва ли не во все страны распространения ислама, создав ячейки этого движения не только в этих странах, но и в таких на первый взгляд неожиданных регионах, как Британские острова, Австралия, Южная Европа, Северный Кавказ и так далее.

Установленным историческим фактом является то, что началом создания этой международной структуры стали действия, предпринимавшиеся в Афганистане Соединенными Штатами, Саудовской Аравией, Пакистаном в 1979 году. И процесс создания, отметим попутно, начался не после введения советских войск на территорию Афганистана по просьбе тогдашнего режима Демократической Республики Афганистан, а в соответствии с секретной директивой, подписанной президентом США Джимми Картером с подачи помощника по национальной безопасности Збигнева Бжезинского за полгода до введения советских войск. В ходе афганской войны сформировался исламский экспедиционный корпус численностью примерно в 25 тысяч человек, деятельность которого на афганской территории направляло «Бюро по обслуживанию муджахедов» (Мактаб хидамат аль-муджахидин). Его руководителем после гибели в результате теракта палестинца по происхождению Абдаллы Аззама стал саудовский подданный Усама бен Ладен.

В тренировочных лагерях в Афганистане иностранцам-новобранцам в ходе «курса молодого бойца» преподавались (и преподаются до сих пор) специфические идеи, облеченные в форму концепции «Симпатии и антипатии» (Аль-валяа ва-ль-бараа). Эта концепция имеет своим источником идеи движения Ибн-Абд-аль-Ваххаба (XVIII век), распространялась саудовскими эмиссарами или под саудовским контролем, и можно спорить только о том, называть ли их ваххабитскими или, скажем, неоваххабитскими, или салафитскими, или неосалафитскими. Суть этой концепции, если оставить в стороне наличествующие в ней теологические вопросы, заключается в том, что обязанностью мусульманина является участие в джихаде (священной войне) против «неверных», который рассматривается только и исключительно как вооруженная борьба. Но ключевым моментом этой концепции является то, что «неверными» провозглашаются не только коммунисты-безбожники, христиане («крестоносцы»), иудеи («сионисты»), а и все те мусульмане, которые подчиняются неверным, общаются с ними, не согласны с идеями ваххабитов, например, с их трактовкой джихада. Эта идея такфира (то есть провозглашения неверными мусульман) понадобилась для того, чтобы оправдать вооруженную борьбу муджахедов против афганцев-мусульман, которые с оружием в руках защищали, – не станем сейчас вдаваться в то, почему и под влиянием каких факторов, – режим Демократической Республики Афганистан, а таковых, по самым заниженным оценкам, было не менее полутораста тысяч человек (находившиеся под ружьем военнослужащие армии, полиции-царандоя и служб безопасности).

Иностранный исламский экспедиционный корпус продолжал существовать после вывода советских войск (декабрь 1989 года), но с начала 90-х годов стали предприниматься попытки высылки из

Афганистана и Пакистана так называемых «афганцев». Это привело к резкому всплеску насилия и дестабилизации ситуации на родине муджахедов – террористические акты имели место в Саудовской Аравии, Египте, других странах, а в Алжире началась гражданская война, длящаяся до сих пор. Один из секретов этого антирежимного насилия заключается в том, что «афганцы», воспитанные на идеях такфира, увидели, что режимы в разных арабских государствах никак не соответствуют строгим ваххабитским критериям. Например, после «Бури в пустыне» саудовское королевское семейство предоставило свою территорию для размещения американских войск на постоянной основе, то есть полностью подпало под такфир – как этот принцип сформулирован в концепции «Симпатии и антипатии».

Анализ событий, происходивших в 90-х годахXX века, показывает, что правящие режимы в тех странах, выходцами из которых были возвращавшиеся «афганцы», сделали все для того, чтобы те не осели на родине. «Афганцы» стали возвращаться в Пакистан, а также в Афганистан – на территории, контролируемые созданным к тому времени движением «Талибан». Секретом Полишинеля является то, что и это движение было создано Пакистаном, Саудовской Аравией и Соединенными Штатами. На этот счет, если не перечислять многочисленные свидетельства, есть известное заявление бывшего премьер-министра Пакистана Беназир Бхутто, сделанное в то время, когда она занимала пост главы правительства и наверняка знала, о чем говорит. На территориях, контролируемых талибами, стали создаваться лагеря для подготовки муджахедов нового поколения (так называемые «новые афганцы»), либо прибывавших из разных стран, либо остававшихся в рядах «Талибана», либо возвращавшихся в страны проживания, либо перемещавшихся со «старыми афганцами» в различные конфликтные регионы мира. (Исследователи даже ввели новое понятие для их обозначения – бродячие террористы.)

Одновременно происходило сращивание ваххабитско-талибского альянса с уже ранее существовавшими экстремистскими исламскими партиями и движениями. Например, под патронажем этого альянса активизировалась партия «Тахрир», или «Исламская партия освобождения» (Хизб ат-тахрир аль-ислами, штаб-квартира в настоящее время находится в Лондоне), которая стала действовать на территории постсоветской Центральной Азии. Ваххабитско-талибский альянс обрастает своего рода вспомогательными движениями, которые сами непосредственно в насильственных акциях или терроре не участвуют, но занимаются пропагандой, сбором информации, вербовкой в пользу альянса. Наиболее характерный пример организации подобного рода– таблигиты (Таблиги-Джамаат, Джамаат-э-Таблиг), одна из мощнейших в мире и по замыслу аполитичных миссионерских организаций, руководимая пакистанцами и имеющая филиалы едва ли не во всех странах мира.

Ваххабитско-талибский альянс – реальность международной политики, проявляющаяся в том, что в дополнение к укрепленному плацдарму (территория Афганистана) на территориях независимых государств создаются форпосты этого альянса – неконтролируемые соответствующими государствами зоны, в которых применяются определенным образом (в ваххабитском или неоваххабитском духе) толкуемые положения исламского права (его не совсем точно называют шариатом). Яркий пример такого форпоста – независимое от властей Республики Дагестан и российского федерального Центра образование – отдельная исламская территория, которая была создана ваххабитами на территории Кадарской зоны (села Карамахи, Чабанмахи и Кадар). Такая же зона существовала на территории Чечни (в Урус-Мартане), ваххабиты предпринимали попытки превратить всю Чечню в свой форпост. Подобные неконтролируемые государством исламистские зоны существовали, существуют или находятся в процессе создания в ходе вооруженной борьбы и террористических кампаний в разных концах мира – в Боснии, Косове, Синьцзяне, Кашмире, на Филиппинах (движение «Абу-Сайяф»), на Суматре (движение «Свободный Ачех»), в России (на территории Чечни, Дагестана), в Узбекистане, Таджикистане и Киргизии («Исламское движение Узбекистана») и так далее.

Нельзя не упомянуть и о совершенно специфическом форпосте ваххабитско-талибского альянса, который расположился в Великобритании. Он представляет собой частично выведенное из-под юрисдикции британской Короны объединение исламистов разных стран, представленных в таких организациях, как «Мухаджиры», «Международный исламский фронт», «Исламская партия освобождения» и тому подобное. Топографически эта зона ограничивается отдельными мечетями Великобритании, рядом предприятий, представляющих собой «крышу» для нелегальной деятельности. Люди, расселенные дисперсно, но включенные в эту зону, живут по исламскому праву (для них решающей идеологической и судебной инстанцией является так называемый «шариатский суд Великобритании»), совершенно не скрывают своей связи с сетью Усамы бен Ладена, организовывают вербовку на британской территории добровольцев для ведения джихада на стороне вахха-битско-талибского альянса (например, в Кашмире, Чечне и тому подобное), их переправку в лагеря альянса на территории Афганистана, участвуют в подготовке террористических актов за рубежом и так далее. Кстати сказать, этот исламистский анклав широко использует возможности Интернета, связывая один с другим и поддерживая в рабочем состоянии форпосты, имеющиеся или формирующиеся в разных концах мира.

Если ваххабитско-талибский альянс является инструментом внешней политики, то возникает вопрос, кто за ним стоит. Приходится говорить об этом потому, что сейчас, в 2000 году, он своего рода сирота, от которого все отказываются, подбрасывая его друг другу. Ни Пакистан, ни Саудовская Аравия, ни Соединенные Штаты, отцы-основатели альянса, не признают его своим. Но важно, что у этого альянса – собственное представление об исламском мире, его границах, сущностных характеристиках, перспективах, характере взаимоотношений с миром неисламским и так далее. Важно также, что этот альянс располагает ресурсом для реализации этих целей. Все эти вещи не являются секретом, о них члены ваххабитско-талибского альянса открыто говорят. Это идеологическая, политическая и территориальная экспансия.

Обращает на себя внимание тот факт, что в названиях и программах перечисленных в качестве примеров «страновых» организаций, действующих в качестве международных и реализующих определенные проекты исламского мира, часто фигурирует слово народный. Какое отношение эти и подобные организации имеют к народу (или народам) – большой вопрос. Но этот провозглашенный статус данных организаций позволяет соответствующим государствам прямо или опосредованно проводить определенную политику на международной арене, нередко в нарушение международного права, и уходить от ответственности за вмешательство во внутренние дела других государств.

Исламский мир не является единым – не только в смысле различий в уровне социально-экономического развития, политической ориентации и так далее, но и в том отношении, что в настоящее время его судьбы и характер отношений с внешним миром определяет внутренняя борьба трех проектов – либерального (модернизаторского), джихадистского (фундаменталистского) и традиционалистского.

Либеральный (модернизаторский, вестернизированный и тому подобное) проект предполагает перенос на почву исламских стран так называемых общечеловеческих (реально – западных по своему происхождению и сути) форм социальной жизни – от парламентов до ограничения рождаемости при одновременном изменении самого ислама с тем, чтобы он был идеологией, мобилизующей граждан или подданных на реализацию этих форм. Этот проект характерен в первую очередь для правящих режимов в странах распространения ислама.

Джихадистский (фундаменталистский и так далее) проект сформировался во многом в качестве альтернативы – и Западу как таковому, и либеральному исламскому проекту, реализуемому правящими режимами. Этот проект оппозиционен. Для него характерна опора на жесткое толкование предписаний ислама. Для джихадистского ислама характерна экспансия – экспансия политическая (стремление к установлению истинно исламской власти в странах распространения ислама) и территориальная (продвижение на новые для этой формы ислама территории). Правда, нередко эта экспансия трактуется как возвращение ислама на те территории, которые в прошлом были исламскими, как восстановление некой «исторической справедливости». (Правда, с «исторической справедливостью» не все так просто. Достаточно вспомнить о том же Иерусалиме, который является городом трех религий, а не одного ислама.) Джихадистский проект не некое отступление от ислама, как это пытаются утверждать его противники, а один из его вариантов, черпающий право на существование в тех источниках, которые одни только и могут быть авторитетами для мусульманина– Коран, Сунна Пророка Мухаммада, опыт Праведных Халифов.

Оба эти проекта реализуются в ходе взаимной борьбы на фоне традиционалистского (традиционного) ислама, то есть такого, который является оправданием сложившегося на нынешний день status quo и не предполагает никаких резких трансформаций.

Исход борьбы между различными исламскими проектами важен для судеб отдельных исламских государств и исламского мира в целом. Однако не может не привлечь внимания то, что самоопределение исламского мира как относительно консолидированного субъекта международных отношений происходит в немалой степени через конфронтацию. Конфронтацию не столько с реальными противниками, совершающими агрессию против того или иного исламского государства, сколько с государствами, территории которых рядом исламских государств и «страновых» исламских организаций, действующих на международном уровне, целиком или частично включаются в границы «исламского мира». (Достаточно посмотреть на карты, издаваемые Лигой исламского мира.)

И тут нередко наблюдается если и не сотрудничество, то как минимум совпадение векторов действий либерального (модернизированного) и джихадистского (фундаменталистского) ислама. Ярчайший пример – Косово, где в борьбе против югославских войск и законных органов власти, при решающей поддержке НАТО, участвовали не только албанские сепаратисты из Освободительной армии Косово (ОАК), но и исламские добровольцы-муджахеды из разных оппозиционных режимам джихадистских организаций, а также офицеры, состоящие на действительной военной службе в армиях ряда исламских государств– Объединенных Арабских Эмиратов, Кувейта, Катара, Омана. А благотворительные фонды из Саудовской Аравии, Кувейта, других исламских арабских стран финансировали подготовку, вооружение и обеспечение боевых групп ОАК2.

Идущую в настоящее время войну на российском Северном Кавказе в одном из ее аспектов необходимо рассматривать тоже как следствие вмешательства в дела России носителей особого проекта исламского мира. Более того, стало очевидно, что агрессию против Российского государства и государств постсоветской Центральной Азии совершают одни и те же силы. И надо полагать, что характер отношений России с исламским миром, находящимся в процессе становления и самоопределения, будет определяться тем, каким именно будет этот мир.

Примечания

Впервые: Ислам и политика: Взаимодействие ислама и политики в странах Ближнего и Среднего Востока и в Центральной Азии. М., 2001.

1 ОИК основана в сентябре 1969 года на конференции глав государств и правительств мусульманских стран в Рабате (Марокко), на которой присутствовали делегации 22 государств, а также наблюдатели от Организации освобождения Палестины. Непосредственным поводом для встречи в Рабате послужил поджег в августе 1969 года иерусалимской мечети Аль-Акса, считающейся третьей по значению святыней исламского мира после мечетей Мекки и Медины. Фактически ОИК начала свою деятельность с 1971 года, когда был окончательно сформирован ее рабочий орган – Генеральный секретариат. Членом ОИК фактически может быть любое государство, заявляющее о своей принадлежности к исламскому миру (не во всех государствах-членах ислам имеет конституционный статус государственной религии, удельный вес мусульман в общей численности населения колеблется от подавляющего большинства в Саудовской Аравии до нескольких процентов в ряде африканских стран). Существует также статус наблюдателя при ОИК, который предоставляется международным организациям (Лига арабских государств, ряд мусульманских организаций), некоторым государствам, государственным образованиям, не признанным мировым сообществом (Турецкая республика Северного Кипра), отдельным освободительным движениям и организациям (например, Организация освобождения Палестины, филиппинский Фронт освобождения Моро).

В настоящее время членами ОИК являются полсотни государств. Цели ОИК были сформулированы в основном на конференциях глав мусульманских государств в Рабате (1969) и Мекке (1981), где была принята Мекканская декларация. Согласно документам этих встреч, основными целями деятельности ОИК являются: укрепление исламской солидарности; развитие разносторонних связей между исламскими государствами; содействие ликвидации расовой дискриминации и колониализма; поддержание мира и международной безопасности; оказание поддержки народу Палестины в его борьбе за свои права, включая освобождение оккупированных территорий; поддержка борьбы всех исламских народов за независимость и национальные права; создание условий для сотрудничества между государствами – членами ОИК и другими государствами.

2 Исаев М. Наземная война против Югославии уже давно идет // Независимая газета. 1999.22 мая.

«Зеленый internetционал»

СМИ изображают афганское движение «Талибан» как сборище ретроградов. То нам сообщат, что талибы используют колбы от керосиновых ламп в качестве прибора для измерения достаточной, по их трактовке исламского шариата, длины бороды у мужчин. (Если волосы заполняют колбу, правоверный может отправляться дальше, если нет, талибанский патруль оправит его на отсидку в тюрьму – на то время, пока борода не достигнет полагающейся длины.) То нам расскажут, что талибы, ревностные сторонники шариата, велели афганцам отказаться от использования телевизоров и видеомагнитофонов. И жители Кабула, чтобы смотреть так любимые ими индийские фильмы, используют спутниковые антенны, замаскированные под брошенные на крыши велосипедные колеса, электровентиляторы и тазы.

Но талибы не чураются достижений научно-технического прогресса. У них есть свой веб-сайт1 в интернет-сетях. И если более-менее внимательно посмотреть, что происходит в Интернете, окажется, что он стал глобальной компьютерной средой распространения исламизма. Под исламизмом подразумевается теория и практика политических движений, ставящих перед собой цели приведения общественного и государственного устройства в тех странах, где живут мусульмане, в соответствие с установлениями ислама, которые, правда, разными движениями толкуются по-разному. Кстати сказать, в самих странах распространения ислама, например, арабских, различие между мусульманами и исламистами вполне осознается, принимается (в том числе самими исламистами) и находит свое выражение в употреблении разных слов – муслимун (мусульмане) для обозначения тех, кто понимает и практикует ислам как религиозную веру, и исламийюн (исламисты) для называния тех, кто рассматривает ислам как теорию и практику по преимуществу политического действия.

Интернет предоставляет возможность познакомиться с исламом. Желающие могут найти интересующую их информацию об исламе на нескольких сайтах2. Если пользователь Интернета захочет разнообразить исламскую духовную пищу, он может двигаться от любого сайта, например, набрать http://www/geocities.com/Wellesley/7261 /links.html. Есть прекрасный сайт3, с которого можно выйти на четыре сотни других, преимущественно шиитских сайтов, включая и такой, экзотический, который содержит текст Корана на китайском языке. Но сейчас предмет нашего интереса иной – не ислам, а исламизм.

Исламисты в кибер-пространстве

В Интернете находятся сайты практически всех более или менее крупных исламистских организаций, в том числе радикального толка. Вот несколько примеров.

«Исламский фронт спасения» (ИФС), Алжир4. Партия создана в 1989 году, после первого тура парламентских выборов (декабрь 1991 года), на которых ИФС получил 46,27 % голосов. После этого ИФС был запрещен, а второй тур выборов отменен. В начале 1992 года партия перешла к тактике вооруженной борьбы, создав «Исламскую армию спасения». Первоначально действовала в сотрудничестве с «Вооруженной исламской группой», созданной в Алжире из ветеранов войны в Афганистане. По официальным данным правительства АНДР, с 1992 по 1997 год в Алжире погибли до 27 тысяч человек из числа гражданского населения и военнослужащих. Представители военного командования Алжира оценивают общее число потерь за тот же период в 40–45 тысяч человек, западные источники – в 100 тысяч человек.

«Исламская группа» (Аль-Гамаа аль-исламийя), Египет5. Организация возникла первоначально в университетской среде в середине 70-х годов и поощрялась властями (при Анваре Садате) в противовес влиянию левых групп. Активизировалась в 1992 году, после возвращения в Египет муджахедов, воевавших в Афганистане. Ставит перед собой цель свержения режима президента Хосни Мубарака и установления исламского государства в Египте. (В июне 1995 года члены группы совершили неудачное покушение на египетского президента в Аддис-Абебе, Эфиопия.) Члены «Исламской группы» совершили террористический акт против западных туристов в египетском городе Луксор 17 ноября 1997 года. (68 убитых, среди которых 58 иностранных туристов, 24 раненых). «Исламская группа» и союзная с ней организация «Священная война» держат в напряжении египетские власти, совершая террористические акции на территории страны. Итог – в Египте в 1992–1998 годах убито 1200 человек.

«Исламская партия освобождения» (Хизб ат-тахрир аль-ислами или просто Хизб ат-тахрир), международная6 – суннитская исламистская – организация, основана в 1952 году в Иерусалиме Таки-д-Дином ан-Набахани. Главное политическое требование – свержение светских режимов в разобщенных исламских государствах и восстановление единого исламского Халифата на всем пространстве исламского мира. Филиалы партии давали о себе знать в Египте, Иордании, Тунисе, Кувейте, на оккупированных арабских территориях в Палестине, а также в Турции. Активно действует в Западной Европе.

«Мухаджиры» (Аль-Мухаджирун)7. Организация основана сирийцем Омаром Бакри Мухаммедом в 1983 году. Родственна в политикоидеологическом отношении указанной выше «Исламской партии освобождения». Мухаджирами, то есть совершившими хиджру, называют в исламе тех, кто вместе с Пророком Мухаммадом (VII век) покинул Мекку идолопоклонников, чтобы в последующем возвратиться в нее победителями. Это слово означает также эмигранты.

«Международный исламский фронт» (МИФ), другое название – «Международный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев»8. Представляет собой созданное в 1990 году объединение радикальных исламистских организаций, среди которых упомянутые выше «Исламская группа» и «Мухаджиры», а также «Священная война» (Аль-Джихад, Египет), «Армия Пророка Мухаммада» (Иордания), «Движение партизан» (Харкат-уль-ансар, действует в Пакистане, Афганистане, индийском штате Джамму и Кашмир) и другие. Считается, что организация МИФ самым непосредственным образом связана со спонсором всемирного исламистского движения радикального толка Усамой бен Ладеном. Именно главы организаций, входящих в «Международный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев», издали в феврале 1998 года фетву (религиозное заключение алимов – знатоков ислама), предписывающую убивать американцев и их союзников в любой точке земного шара. Считается, что люди, близкие к МИФ, совершили теракт в Найроби (Кения). Взрыв, прозвучавший 7 августа 1998 года около посольства США в Кении, унес жизни 247 человек, из которых 12 – американцы, в результате его 5 тысяч человек были ранены. Урон, нанесенный этим взрывом, оценивается в 500 миллионов долларов. Одновременно с этим взрывом прозвучал взрыв возле посольства США в Дар-эс-Саламе (Танзания), в результате которого погибли 11 танзанийцев и были ранены 72 человека.

Не имея возможности характеризовать каждую исламистскую организацию, представленную в Интернете, просто перечислю их, указывая их веб-сайты. Это «Исламское сопротивление», Ливан (в частности, «Партия Аллаха»)9, «Исламская группа» (Джамаат-э ислами), Пакистан10, «Армия освобождения Косово»11, «Ассоциация распространения ислама» (Джамаат-э Таблиг), Пакистан12.

Есть целая серия сайтов, не представляющих непосредственно ту или иную конкретную организацию. Вот несколько примеров. «Сторонники шариата» (Supporters of Shariah, SOS)13. «Халифат» (Khilafa)14. «Исламское возрождение» (REVIVAL)15. «Пробуждение» (As Sahwa)16. «За возрождение уммы» (Quest to Revive the Umrmah)17, «Призыв ислама» (Ni-da’ul Islam)18. OBM (буквы латинские, инициалы имени Омара Бакри Мухаммада, основателя и главы организации «Мухаджиры»)19. «Абдалла Аззам»20. Абдалла Аззам – исламистский деятель родом из Египта. Учился и работал в Египте, Сирии, Иордании. С 1979 года участвовал в войне в Афганистане. Вместе с Усамой бен Ладеном руководил так называемым Хозяйственным бюро, которое занималось переправкой добровольцев из разных исламских стран в Афганистан, их обучением и распределением. Погиб в результате террористического акта в 1989 году в Пешаваре (Пакистан). Является автором ряда сочинений о джихаде, популярных среди членов радикальных исламистских организаций.

Эти сайты представляют своего рода узлы в интернет-сетях, объединяющие целые группы родственных исламистских организаций. Так, сайт «Исламское возрождение» с первой страницы предоставляет выход на сайты таких организаций, как «Мухаджиры», «Исламская партия освобождения», «Братья-мусульмане», «Путь Сунны» (Минхадж ас-Сунна), «Исламская группа» (организации с таким названием существуют в Египте, Пакистане, Бангладеше и других странах), ХАМАС (Палестина), «Исламская организация» (Танзим-э ислами, Пакистан), «Путь Корана» (Минхадж аль-Куран), «Талибан», «Сторонники шариата». На все родственные организации исламистского толка можно выйти и с сайтов «Сторонников шариата»21 или «Пробуждения»22.

Виртуальный джихад

Большинство перечисленных сайтов образует специфическую сеть (или, если можно так сказать, подсеть) в Интернете. Этот «зеленый Internetционал» является по своей направленности джихадистским, то есть распространяющим идеи джихада, борьбы против двух главных врагов исламистов – Запада (США, Израиля) и правящих режимов в исламских странах, которые обвиняются в отходе от ислама. Откройте главную страницу едва ли не любого исламистского сайта, и вы обязательно обнаружите материалы о том, что такое джихад, против кого, за что и как нужно его вести23. Можно поступить иначе. В какой-то поисковой системе задать для поиска слово jihad, и в результате относительно несложных операций у вас появится список сайтов, приведенный выше, что еще раз выявит наличие единой джихадистской подсети в Интернете.

Какие задачи реализует «зеленый Internetционал»? Мы отвлекаемся от такой требующей специальной информации темы, как использование Интернета радикальными исламистскими группировками в качестве средства связи. Так, по утверждению специалистов из израильской контрразведки Шин-Бет, некие люди, характеризуемые израильтянами как «террористы», передают через электронную почту в зашифрованном виде инструкции, карты, схемы, пароли и тому подобное24. Главные цели исламистской подсети – это, во-первых, информационно-пропагандистское воздействие и, во-вторых, организационная деятельность. Первая задача успешно решается путем размещения на сайтах соответствующих материалов – программных, исторических, иллюстративных, дискуссионных и так далее. Вторая задача, организационная, осуществляется на двух уровнях. Один – локальный. Например, на соответствующих сайтах помещаются объявления о собраниях, конференциях и тому подобное25. В объявлениях и листовках приводятся в дополнение к номерам телефонов-факсов и адреса электронной почты разных организаций, что позволяет установить обратную связь26. Еще один уровень – глобальный. В связи с упомянутыми выше терактами в Кении и Танзании специалисты заговорили о международной исламистской организации нового типа. Ее цементируют не четкие организационные связи, а единая информационная среда. Складывается впечатление, что эта организация создана по модели самого Интернета – обширного сообщества совершенно свободно взаимосвязанных элементов (сетей и отдельных компьютеров), располагающихся в разных точках земного шара, которые придерживаются некоего «протокола» (и в интернетовском значении слова, и в смысле идеологического единства), используемого как lingua franca (языка взаимопонимания) для обмена информацией.

Правь, Британия, над сетями?

Вернемся к афганскому движению «Талибан». Где расположен сервер, с которым мы связываемся, когда набираем http://taliban.com/? Я могу точно сказать, что не в Афганистане. По данным на начало 1999 года, в Афганистане нет ни одного интернетовского сервера. Серверы полностью отсутствуют в большинстве исламских стран – Иране, Ираке, Омане, Сирии, Судане, Йемене и так далее. В других странах (например, в Алжире, Ливии) один сервер приходится на миллион человек населения. По кодам стран или другим признакам в адресах некоторых веб-сайтов можно установить, что соответствующие серверы находятся в Австралии («Призыв ислама»)27, США («За возрождение уммы»)28.

Но настоящим средоточием серверов и обслуживаемых ими исламистских организаций является Великобритания. Этот парадоксальный аспект «зеленого Internetционаа» выявился с особой остротой в последнее время. В Йемене месяца полтора назад была арестована группа британских подданных арабского и пакистанского происхождения. Они обвиняются йеменскими властями в том, что проникли на территорию страны с целью проведения террористических актов. Власти этой арабской страны требуют также от Британии выдачи Абу-Хамзы аль-Масри (Мустафы Камеля), известного лондонского проповедника из мечети в районе Финсбери-парк. Этот ветеран войны в Афганистане, потерявший в боях обе руки и глаз, является руководителем виртуальной организации «Сторонники шариата». На веб-сайте этой организации29 помещались объявления о курсах военной подготовки при мечети, которыми руководил отставной британский офицер, принявший ислам. Именно Абу-Хамзу йеменские власти подозревают в том, что он является организатором и вдохновителем группы, которая была заброшена на юг Аравийского полуострова.

Привлечение внимание к Британии как к стране, где свободно живется исламистам радикального толка, выявило интересную и в некотором смысле удивительную вещь. Именно в Британии находится большинство центров радикальных исламистских организаций и обслуживающих их интернет-серверов. Это касается упоминавшихся выше «Мухаджиров», «Исламской группы», «Священной войны», «Исламского фронта спасения», «Вооруженной исламской группы», «Исламской партии освобождения», «Международного исламского фронта» (МИФ). Кстати сказать, между исследователями ведутся споры относительно того, где был создан МИФ – то ли в Саудовской Аравии, то ли в Пакистане. Но на первой странице веб-сайта МИФ30 указывается, что он был создан 15 августа 1990 года в Лондоне. В Лондоне есть и члены палестинской организации ХАМАС – именно их израильские спецслужбы обвиняют в передаче из Лондона электронных посланий по интернет-сети. В Лондоне дислоцировано и «Движение за исламскую реформу в Аравии»31, и «Комитет защиты законных прав» (КЗЗП)32, и «Исламское сопротивление». На специальной странице в Интернете33 британская теле-радиокорпорация Би-би-си сообщает, что эти расположенные в Лондоне организации «имеют связи с террористическими группами». Более того, Би-би-си уведомляет, что глава КЗЗП Мохаммед аль-Масари, как считается, связан с Усамой бен Ладеном, «тесные связи», по сведениям Би-би-си, имеет с ним и группа «Священная война». При этом государственная британская корпорация любезно предоставляет прямой выход с указанного выше сайта на сайты соответствующих организаций.

«Империя-2». Некомпьютерная игра

Великобритания не просто приютила на своей территории радикальных исламистов из разных стран мира. Похоже, что Лондон активно их использует в качестве инструмента внешней политики. В августе прошлого года разразился скандал. Бывший сотрудник британской контрразведки MI-5 Дэвид Шейлер заявил, что спецслужбы Соединенного Королевства затратили 100 тысяч фунтов стерлингов (свыше 160 тысяч долларов) на попытку физического устранения ливийского лидера Муамара Каддафи. Британская внешняя разведка MI-6 передала эту сумму ливийским исламистам. Акция была проведена, но погиб не Каддафи, а его охранники. Бывший британский контрразведчик собирался, но не успел разместить в Интернете материалы об использовании радикальных исламистов спецслужбами его страны. Официальный представитель Foreign Office решительно опроверг утверждения о наличии какого-либо заговора против Каддафи, сделанные Шейлером (тот сейчас находится в британской тюрьме и ждет суда по обвинению в разглашении государственной тайны, а не, скажем, по обвинению в клевете). Но причины сомневаться в опровержениях британского МИДа у наблюдателей остаются: ливийская исламистская организация «Воюющая исламская группа» (ВИГ, Аль-Джамаа аль-исламийя аль-мукатиля) стоит на том, что ее боевики совершили покушение на Каддафи, а руководитель ливийской ВИГ Абу-Абдаллах ас-Садик живет не где-нибудь, а в Лондоне. Есть сведения и о том, что проживающий в британской столице глава «Мухаджиров» Омар Бакри Мухаммад имеет тесные связи с британской внешней разведкой MI-634.

Власти Великобритании, участвовавшей вместе с США в нанесении ракетно-бомбовых ударов по Ираку, не скрывают, что из Лондона действует так называемый «Иракский национальный конгресс» (ИНК), объединяющий ряд иракских оппозиционеров-эмигрантов, включая исламистов. В соответствии с «законом об освобождении Ирака», утвержденным Конгрессом США, ему пойдет основное финансирование (97 миллионов долларов), предназначенное на проведение акций в отношении Ирака. ИНК призван совершить вторжение в Ирак с территории ряда соседних государств, например Турции, организовывать взрывы теле– и радиостанций, а также предприятий, являющихся центрами жизнеобеспечения. Это должно вызвать всеиракское восстание и свержение (а если получится, то и уничтожение) Саддама Хусейна. Тем самым британские власти подтверждают, что они готовы использовать исламистские организации, нашедшие приют на островах, против иностранных государств и политических деятелей.

А если принять во внимание географию тех мест, выходцами из которых являются исламисты, обосновавшиеся в Великобритании, то окажется, что на серверах, расположенных в Лондоне, воспроизводится в виртуальном виде ушедшая в прошлое Британская империя. Ведь лондонские исламисты представляют едва ли не все страны исламского мира. С одним важным дополнением – не просто те или иные страны, а оппозицию существующим режимам в этих странах. Возьмем свежий пример, выловленный в Интернете. Вот листовка-объявление, помещенная на сайте, – естественно, лондонском, – As Sahwa (его мы кратко охарактеризовали выше) – «The Yemeni Authority on Trial»35. Она посвящена проведению 26 февраля 1999 года в Лондоне конференции «движений исламского возрождения». В листовке указаны время проведения и место конференции, а также контактные телефоны (включая мобильные, среди которых телефон главы «Сторонников шариата» Абу-Хамзы аль-Масри), номер факсов, адрес электронной почты (в качестве таковой приводится адрес «Мухаджиров»), Основное содержание листовки – обвинение йеменского режима в том, что он неисламский и антиисламский в связи с тем, что в этой арабской стране идет судебный процесс против исламистов-британцев, обвиняющихся в подготовке террористических актов на территории Йемена в сотрудничестве с местной «Исламской армией Адена-Абьяна». Но для нас представляет интерес одна фраза. «О, мусульмане! Мы обязаны сказать правду и действовать соответственно. Йеменский, египетский, иракский, саудовский, иранский, суданский и другие режимы незаконны!..» Особо умиляет используемое в листовке выражение «и другие». Список тех режимов в исламских странах, против которых могут быть использованы исламистские организации, находящиеся в Британии, не закрыт.

Протесты руководителей Египта, Алжира, других государств в адрес Великобритании, которая позволяет действовать со своей территории группам, запрещенным в соответствующих странах, остаются без ответа. Более того, аналитики отмечают, что в последнее время в Европе наблюдается своего рода «переток» радикальных исламистов в Лондон. Там в настоящее время собрались лица, ранее проживавшие в Женеве, Париже, Брюсселе и Риме.

Все происходящее имеет один аспект, о котором британские власти, по-видимому, не задумываются. В настоящее время в Великобритании реализуется проект «Cafe Medina», в соответствии с которым коммерческая фирма Internet Service Provider (ISP) обеспечит связь всех мечетей и исламских медресе страны между собой, а вся эта сеть будет подключена к Интернету. (Предполагается, что в дальнейшем в единую сеть будут объединены все мечети мира.) Расходы по реализации проекта взяла на себя британская общественная организация «Мусульманский парламент».

В Великобритании мирно живет и трудится полтора миллиона мусульман – выходцев из арабских стран, Пакистана, Индии, Ирана и так далее. Подключение мечетей к Интернету будет означать, кроме всего прочего, что любой мусульманин, владеющий азами компьютерной грамотности, сможет выходить на сайты радикальных исламистских организаций. А эти организации, например «Сторонники шариата», считают Великобританию «территорией войны». Время покажет, чем обернется для Лондона участие в формировании «зеленого Internetционала».

Примечания

Впервые: Независимая газета. 1999. 24 марта.

1 http://taliban.com

2 http://www.islaam.com; www.rsi-enterprises.com/links.htm#orgs; www.usc.edu/dept/MSA

3 http://www/geocities.com/Wellesley/7261 /links.html

4 http://www.fisalgeria.org

5 http://www.almurabeton.org/, а также http://www.almurabeton.net

6 http://www.hizb-ut-tahrir.org

7 http://www.ummah.net/AIMuhajiroun; http://www.almuhajiroun.org;

http://almuhajiroun.com/; http://almuhajiroun.net

8 http://www.obm.clara.net/iif-main.htmp

9 http://www.moqawama.org

10 http://www.jamaat.org

11 http://www.juniku.com/; http://www.zik.com

12 http://www.acc6.its.brooclyn.cuny.edu/~jabedi/tabligh.html

13 http://www.ummah.net/sos

14 http://www.intellipage.com/khilafa

15 http://www.islamic-revival.com

16 http://www.as-sahwa.com

17 http://www.acc6.its.brooclyn.cuny.edu/~jabedi/movement.html

18 http://www.islam.org.au