Литовские народные сказки

Собака:

— Вытаращены ли глаза?

Кот:

— Вытаращены.

Собака:

— Дыбом ли волосы?

Кот:

— Дыбом.

Собака:

— Вытянут ли хвост?

Кот:

— Вытянут.

Потом собака как кинется на лошадь! А та лошадь хорошо подкована, как даст подковой собаке в лоб! Как брыкнула, так собака и упала, уже неживая. Кот увидел, что его учитель собака не поднимает ни головы, ни хвоста, и побежал домой. И все.

К 1.2.2.18. / AT 47D. Деревня Трумпайчяй, волость Йонишкис, уезд Шяуляй. Зап. Матас Сланчяускас, конец XIX в. LMD I 1060/217/.

Имеется 7 сходных вариантов; 2 из них записаны М, Сланчяускасом. 2 варианта — соединения с другими сюжетами.

32. Про деда и бабу, которые хотели иметь много добра

Были дед и баба. У деда был петух, а у бабы — курица. У деда не было чем кормить своего петуха. Он выгнал его на заработки. Петух терпеливо служил, служил и принес много денег. Петух кричит под дверью:

— Дедушка, дедушка, открой дверь! Дедушка, дедушка, открой дверь!

Дедушка открыл.

— Дедушка, дедушка, открой другую [дверь]!

Он открыл.

— Дедушка, дедушка, подними меня на кроватку!

Поднял.

— Дедушка, дедушка, накрой меня!

Накрыл.

— Сыпь, хвост, деньги, и я сыплю! Сыпь, хвост, деньги, и я сыплю!

Ого! Петух насыпал столько денег, что зазвенели — блестящие, разные! Баба только смотрит, только косится. Как начала баба драться с дедом! Дед бабу за волосы, баба деда за грудь и из избы!

И баба выгнала свою кошку[19] служить.

— Иди, ленивица, служить, чтобы принесла мне денег! Без денег ни ногой в мою избу!

И ушла кошка нога за ногой в люди. Служила, служила, служила, служила и наловила полный мешок мышей. Она пришла домой, мяукает под дверью:

— Бабушка, бабушка, открой дверь!

Бабушка открыла.

— Бабушка, бабушка, открой другую [дверь]!

Открыла.

— Бабушка, бабушка, подними меня на кроватку!

Подняла.

— Сыпь, хвост, мышей, и я сыплю! Сыпь, хвост, мышей, и я сыплю!

И бабина кошечка насыпала полную кровать мышей. Как начала баба свою кошку бить, как начала колотить! А дед:

— Не кошку, а тебя, не кошку, а тебя!

К 1.2.2.18. / AT 219Е*. Юзе Матусявичюте, деревня Склодонис, приход Родуне (современная Беларусь). Зап. Юозас Айдулис, 1933. LMD III 46/6/.

См. № 3. Подражать петушку пытается не только курочка, но и котик.

33. [Лошадь и лев]

Однажды был голодный год. И была зима. У одного хозяина было много лошадей. У него были и молодые лошади; он не имел чем их кормить. Так он велел своему батраку увести одну лошадь в лес. Батрак пошел к лошади, чтобы ее увести, а та не идет. Батрак пришел к хозяину и сказал:

— Лошадь не идет.

Тогда сам хозяин пошел выводить лошадь. Лошадь не пошла и сказала:

— Вели подковать меня стальными подковами, тогда пойду.

Тогда хозяин велел батраку отвести лошадь в кузницу, чтобы ее подковали. Батрак отвел лошадь, ее подковали и отпустили. Лошадь пошла в лес. Она стала разрывать снег и есть траву. Пришла к реке, пробила лед и пила воду.

Лев прослышал, что в лесу есть какая-то незнакомая лошадь, и пошел ее искать. Он нашел лошадь и спросил:

— Кто ты?

Лошадь ответила:

— Я лошадь.

— Что ты ешь?

Лошадь ответила:

— Я разрываю снег и ем.

— А что ты пьешь?

— Я пробиваю лед и пью.

— Иди и пробей [лед]: и ты, и я напьемся.

Лошадь пришла к реке, пробила лед, и оба напились. Потом лошадь сказала льву:

— Теперь ты достань воды: я хочу пить.

Лев кинулся, стал царапать когтями, грызть зубами — ничего не получилось. Тогда лев опять сказал:

— Сделай огонь!

Лошадь отвела льва к камню и стукнула ногой в камень — огонь выскочил. Тогда лошадь сказала:

— Ты сделай огонь!

Лев кинулся царапать когтями, кусать зубами — ничего не сделал. Лев испугался и стал убегать: он боялся, чтобы лошадь его не убила. Лев убежал далеко за кустарник и встретил волка. Волк спрашивает у льва:

— Куда идешь, светлый цесаревич?

— Ай, как я испугался! — сказал лев.

— Чего? — спросил волк.

Лев ответил:

— Лошади.

— Да брось! Я ее задеру!

— Нет, — сказал лев, — она делает огонь и воду; ты ее не задерешь.

— Нет, — сказал, — я ее не боюсь. Пошли поближе.

Подошли ближе — и лев показывает лошадь волку. Лев видит, а волк нет, так лев поднял волка, чтобы и он увидел. Поднимая, лев так сдавил волка, что у того испражнения стали течь по ногам льва. Лев кинул волка на землю и убил.

Если бы лев не бросил волка на землю, тот задрал бы лошадь.

К 3.1.0.15. / АТ 118. Уезд Паневежис. Зап. Йонас Палукайтис, 1916. LMD I 505/3/.

Весьма стабильный сюжет зафиксирован в 36 вариантах. Лев безуспешно пытается повторить действия лошади только в публикуемом варианте. В 2 вариантах механически (изображается тот же зверь) присоединяется сюжет «Лев убеждается, что человек опасен» (К 1.2.1.26. / АТ 157, см. № 17), а в 3 вариантах — «Рак выигрывает состязание со львом» (К 3.1.0.15./АТ 275).

34. Пчела, орел и ворон

Пчела с орлом поспорили: пчела сказала, что далеко увидит, а орел — что далеко услышит. Ворон схватил зернышко, поднялся под небеса за облака и бросил [его] на землю. Потом спросил, кто что видел, что слышал. Орел сказал:

— Я не могу ясно сказать — [упало] то ли в какой пруд или в колодец, потому что плюхнулось.

Пчела сказала:

— Ни в пруд, ни в колодец, а только девушка шла с пастбища и несла ведро молока — туда и упало [зернышко].

К 3.1.0.13 / АТ 238. Сильвестрас Сланчяускас, деревня Рудишкес, волость. Йонишкис, уезд Шяуляй. Зап. Матас Сланчяускас, 1887. SlŠLP 26.

Имеется 9 вариантов; 4 из них записал М. Сланчяускас. В одном варианте особым зрением и слухом обладают люди — муж и жена.

Соединения типов

35. После исповеди

Кот опрокинул горшок со сметаной. Хозяйка это увидела, схватила кота за шею, била, била и выгнала из дому. Выгнанный бедняга что будет делать? Идет, идет по полям и встречает лису.

— Котик, куда ты идешь? — спрашивает лиса.

— Куда иду? Я разлил сметану, хозяйка выгнала [меня] из дому. Я вижу, что согрешил, иду на исповедь.

— Твой грех меньше моего. Сколько я гусят, куриц задрала! Раз ты знаешь, куда надо идти на исповедь, и я пойду.

Идут вдвоем — кот и лиса.

По дороге встретили волка.

— Куда вы оба идете? — спрашивает волк.

— Так и так. Идем на исповедь.

— Ваши грехи меньше моих грехов. Сколько я ягнят, поросят унес! Если вы идете, и я пойду.

Все идут и подходят к волчьей яме. Через яму лежит жердь.

— Ну, здесь все будем исповедаться, — говорит кот. — Кто перейдет по жерди через яму, тот без греха, а кто упадет, тот грешник. Я как самый большой грешник пойду первым.

Кот пиц-пиц! — и перешел по жерди через яму. Лиса пошла. Шла, шла до середины. Как только дошла до середины, и упала в яму. Пошел волк. Тот опять шел, шел до середины. Как только дошел до середины, бах! — и тот упал. Кот пошел и пошел восвояси. Волк бился, бился в яме, потом как-то выскочил и ушел.

Лиса осталась одна в яме. Она маленькая, не могла выскочить из ямы. Она билась, билась — не может выскочить, и баста. Потом она стала оглядываться и увидела на краю ямы иву. На той иве были высижены воробьиные дети. Лиса подошла к воробью, сидящему на своих детях, и сказала:

— Я твоих детей съем, если ты не освободишь меня из этой ямы.

Воробей думал, думал: жалко детей.

— Освобожу, только погоди немножко.

Воробей отлетел от ямы, немножко полетал и вернулся со стаей других птиц. Птицы налетели как туча, стали нести всякие щепки. Несли, несли — нанесли полную яму. По этим щепкам лиса вылезла из ямы.

Лиса вылезла на край ямы такая голодная! Всю ночь не имела во рту ни соленой крупицы, исповедь ее попутала. Она подошла к воробью и говорит:

— Ну, если ты мне дашь хозяйский завтрак, я не съем твоих детей, а если не дашь, съем их.