Литовские народные сказки

Однажды жил силач. Он очень хотел бороться, но в той деревне не было крепких мужчин. Ему было скучно одному. Однажды он вздумал идти в мир и искать крепкого мужчину, с которым он мог бы побороться.

Он шел, шел, шел, но нигде никого не встретил. Наконец, он увидел вдали избушку. Он пошел прямо к ней. Когда он вошел в избушку, [то] нашел [в ней] стариков и стал расспрашивать о силачах. Старики сказали, что их сыновья очень сильные. Они придут и принесут сажень дров.

Силач не поверил и думал, что он осилит сыновей. Под вечер он на самом деле увидел, что возвращаются сыновья. Один из них нес две сажени дров, а другой — одну сажень дров, а на дровах нес лося.

Когда они пришли к избушке, сняли дрова и стали жарить лося. Они дали [мяса] и тому силачу.

После ужина все улеглись. Оба сына легли на одну кровать, а силач — у их ног. Оба сына заснули, а у того силача стали ноги дрожать. Он понял, что не выкрутится, и стал думать, как убежать. И он придумал. Когда все заснули, он поднял одну ногу и пукнул, поднял другую ногу и пукнул. Сыновья проснулись. Силач стал просить, чтобы его выпустили наружу. Сыновья приподняли избу и сказали:

— Лезь наружу.

Силач вылез. Он оглянулся, убедился, что его никто не видит, и пустился бежать, сколько ноги несут, куда глаза глядят. Он бежал, бежал без отдыха.

Наконец, он остановился, огляделся и увидел такую дыру. Он быстро залез в эту дыру. Но когда он залез, уже не мог вылезть. Он огляделся и увидел, что залез в мед. Он не мог вылезть и стал ждать, пока кто-нибудь придет. Через некоторое время пришел медведь, сунул в эту дыру свой хвост и стал помахивать. Силач схватил за хвост и не отпускал его. Медведь выскочил и вытащил силача из меда. Испуганный медведь убежал.

В это время братья стали догонять силача. Силач опять побежал. Он бежал, бежал по полям и увидел пашущего поле пахаря. Пахарь был об одной руке и об одной ноге, но он был самый сильный. Силач подбежал к пахарю, рассказал ему о происшествии. Пахарь успокоил его. Через некоторое время они увидели, что прибегают сыновья. Они подбежали и хотели поймать силача, но пахарь одной рукой как кинул [их] в сторону и убил.

Силач поблагодарил пахаря за спасение и веселый вернулся домой. Он обещал больше ни с кем не бороться. Он жил с соседями дружно и весело.

К 1.1.1.3. / AT 650В1. П. Матулис, деревня Малдучяй, волость Дебейкяй, уезд Укмерге. Зал. Б. Раманаускайте (сборник Пятраса Лапене, 1934). LTR469/61/.

Вариант записан учащейся гимназии; в нем доминирует письменный язык. Имеется 4 варианта. В одном варианте пахарь кладет силача в свой карман и борется с сильными братьями; те возвращаются.

Медведь вытаскивает человека, застрявшего в дупле дерева, — фрагмент сказки-небылицы (К 1.1.2.4. / АТ 1900).

40. Сестра девяти братьев

Ну, как-то был дед с бабой. У них было девять сыновей, десятая дочь. Ну, прошло сколько лет — случилась какая-то война или какая-то революция. Ну, их всех забрали; всех взяли, осталась одна девушка. А эта девушка была самая младшая. А родители были старые. Отец умер; ну, пару лет пожила та девушка с матерью, умерла и мать.

Ну, и что остается делать? Она плачет, плачет; раз сходила покушать к соседу, другой раз. Раньше люди бедно жили, ничего не имели. Ну, говорят, нечего есть. У них была лошадь. Запрягла и говорит:

— Поеду искать своих братцев.

И поехала. Она едет днем, едет ночью, едет еще один день. Она доехала до темного леса — всякие звери свистят, рычат. Смотрит — неведомо какой зверь бежит, с несколькими головами, [она] не знает, как и назвать, — девятиглавый.

Ну, она влезла на дуб. Ну, тот девятиглавый прибежал и ест все подряд, повозку ест.

А девушка поет:

Девять братьев охотятся, охотятся, Десятая сестрица на дубе сидит, на дубе сидит, Девятиглавый [змей] повозку ест, повозку ест.

Ну что, [он] съел повозку, ест и лошадь. Девушка боится и снова поет:

Девять братьев охотятся, охотятся, Десятая сестрица на дубе сидит, на дубе сидит, Девятиглавый [змей] лошадь ест, лошадь ест.

Самый младший братец услышал, говорит:

— Кто там? Послушайте вы — то ли поет, то ли какой-то голос?

Все встали — тихо, ничего.

Ну, тот девятиглавый съел лошадь — стал дуб грызть. Эти братья стоят и слушают. Она начала:

Девять братьев охотятся, охотятся, Десятая сестрица на дубе сидит, на дубе сидит, Девятиглавый [змей] дуб грызет, дуб грызет.

Все [братья] услышали, говорят:

— Наверное, наша сестрица, — говорят. — Поедем!

И все — на коней верхом! Прискакали — девятиглавый [змей] уже кончает грызть дуб. Как они подошли, дуб и эта их сестрица упали. Они [подскочили] к девятиглавому [змею] — отрубили все головы. Братья запрягли лучшую лошадь, посадили сестру в повозку, а сами кругом — кто в повозке, кто верхом. Приехали домой и стали все из дома уходить, жениться по всем краям. И сестра осталась дома с младшим братцем. Братец женился, она вышла замуж за молодца. И жили очень хорошо. И все.

К 1.1.1.4. / АТ 312. Стасис Шеймис, 41 года, деревня Книстушкес, Гервяты, Беларусь. Зап. и шифр. Леонардас Саука, 1970. GP 141.

Записано 68 вариантов сюжета. Варьирует начало сказки: сестра едет навестить братьев и в лесу встречает девятиглавого змея / ведьма заворачивает змея в клубок ниток и кладет в повозку сестры / ведьма велит сестре лезть на яблоню и нарвать яблок, а сама обкручивает нить вокруг ствола яблони — появляется девятиглавый змей / сестра бросает клубки ниток в сусек; когда она бросает девятый клубок, появляется змей. В части вариантов звери предлагают змею свою помощь и возвращают дереву прежнюю толщину (см. № 41). В 10 вариантах присоединяются элементы сказки о сестре, которая едет к девяти братьям, а лауме-ведьма надевает ее одежду; братья не сразу узнают подмену (К 2.2.1.1. / AT 451A, см. № 94, 95).

К братьям едет обедневшая сестра — редкое начало сказки.

41. О девяти братьях, десятой сестре и девятиглавом змее

Было девять братьев, десятая сестра. Все братья выехали на войну, а сестра осталась у одной ведьмы. Эта ведьма знала змея о девяти головах в лесу. Поэтому она насильно выгнала сестру будто бы искать ушедших на войну братьев. Она не думала о войне или о чем-то другом, она только послала сестру, чтобы девятиглавый змей ее поймал и проглотил.

Она послала сестру первой, а сама шла следом, ибо хотела знать, что с нею будет, когда [на нее] нападет девятиглавый змей.

Эта девушка влезла на лесную яблоню, а девятиглавый змей стал грызть эту яблоню. Одна голова грызла, вторая. Та устала — стала [грызть] третья, и так далее, все девять голов. Пришел медведь:

— Бог в помощь, девятиглавый! Что ты здесь делаешь?

— Жаркое на яблоне сидит, так я яблоню грызу, чтобы перегрызть и поесть.

— Отдохни, я вместо тебя погрызу.

Тот лег на землю — отдыхает, а медведь бегает вокруг яблони и поет:

Становишься[21] толще, становишься толще, яблонька, Толще, чем была, в два, в три раза!

А кукушка:

Ку-ку, девять братьев, ку-ку, Езжайте быстро, ку-ку, Ваша сестрица, ку-ку, В лесу зеленом, ку-ку, На яблоньке, ку-ку, Девятиглавый грызет, ку-ку, Уже прогрыз, ку-ку, Уже до коры, ку-ку, Уже до шелков, ку-ку.

А эта ведьма прогоняет [кукушку]:

— Ай, шиви, шиви[22], каналья, что на беду поешь?

Тем временем медведь бегает вокруг яблони, кукушка кукует. Эта ведьма прогоняет кукушку, а девятиглавый лежит на земле, положил все девять голов и слышит, что земля дрожит:

— Что тут стучит, что тут гремит на земле короля?

Тем временем кукушка сидит на ветке и так поет:

Пускай стучит, пускай гремит — Может быть, едут сестрины братья.

Девятиглавый поднял одну голову, смотрит, что эта яблоня, которую он грыз, [стала] в три раза толще, чем была прежде. Он прогнал медведя, опять грызет.

Прибежала лиса, говорит:

— Бог в помощь, девятиглавый! Что ты здесь делаешь? Тот опять по-своему ответил, что жаркое на яблоне сидит:

если перегрызу, так поем.

Лиса тоже говорит ему:

— Приляг ты, девятиглавый, я вместо тебя погрызу.

Но тот ответил:

— Может быть, и ты хочешь мне сделать так, как медведь сделал?

— Нет, я этого не сделаю!

Тот опять лег. Лиса бежит и опять поет:

Становишься толще, становишься толще, яблонька, В два, в три раза, чем прежде была!

Кукушка снова стала петь:

Ку-ку, девять братьев, ку-ку, Езжайте быстро, ку-ку, Ваша сестрица, ку-ку, В лесу зеленом, ку-ку, На яблоньке, ку-ку, Девятиглавый грызет, ку-ку, Уже прогрыз, ку-ку, Уже до сердцевины, ку-ку, Уже до шелков, ку-ку.

Эта ведьма опять гонит кукушку:

— А шиви, шиви, ты каналья, какую беду ты кукуешь?

А тот [девятиглавый] слушает и опять говорит:

— Что тут стучит, что тут гремит на земле короля?

Уже [братья] совсем близко. Тогда кукушка опять запела:

Пускай стучит, пускай гремит: Может быть, едут братья сестры?

Тут появились у яблони все девять братьев — воины с мечами, в латах.

Тут же срубили тому девятиглавому змею все девять голов. Они сняли с яблони свою сестру, а эту ведьму привязали к дереву и сожгли. Все.

К 1.1.1.4. / АТ 312. Город Сенапиле [Мариямполе]. Зап. Антанас Руцявичюс. LMD I 323/5/.

См. № 40.

42. [Брат хочет жениться на сестре]

Было двенадцать братьев и одна сестра. У всех было по отдельной комнате.

Старший брат решил жениться. Он ездил повсюду, по всему свету, но не нашел девицы такой красивой, как их сестра. А сестра была очень красивая: солнце было во лбу, а луна — на затылке. Тот брат говорит:

— Мы поженимся.

А эта сестра говорит:

— Как мы можем жениться, ведь мы брат и сестра? — Говорит: — Ты поезжай, ищи себе девицу и женись.

Брат ездил по всему свету, но не нашел такой, как его сестра. Приехал домой и говорит сестре:

— Я не нашел такой, как ты, — мы должны жениться. — И тут же [он] подал на окликанье[23].

[Он] уже приготовил все для свадьбы, и уже поедут на венчание. Что ей делать? Она пошла в клеть, одевается и с плачем говорит:

Расступись, земля! Расступитесь, полы дубовые! Разлучи, Боженька, Меня, молодую, с братцем!

Брат пришел ее звать, она должна идти, чтобы поехать. Она пришла к повозке, говорит:

— Я забыла кольцо в клети.

Она пошла, чтобы взять кольцо, заперла дверь, кольцо надевает и опять так говорит:

Расступись, земля! Расступитесь, полы дубовые! Разлучи, Боженька, Меня, молодую, с братцем!

Вдруг расступились полы, и она провалилась. А те братья ждали, ждали — не пришла. Они пришли к клети — дверь заперта. Открыли дверь — клеть пустая, нет сестры. И уже не до свадьбы.

А она нашла тропинку; той тропинкой шла, шла, дошла до избушки. Она вошла в избушку и нашла другую девушку такой же красоты, как она сама. [Эта девушка] говорит:

— Ведьма принесла меня себе вместо дочки. Но ты зачем сюда пришла? Ведьма прилетит и тебя разорвет. Она скоро вернется.

Та девица обмазала ее хлебной закваской и накрыла дежой. Ведьма прилетела и говорит:

— Кто тут человечиной воняет?

А та девушка говорит:

— Кто тут будет вонять? Может быть, у тебя за щекой есть какая-то нога человека?

Ведьма говорит:

— Посмотри, детка, может быть, найдешь.

Девица взяла кочергу, поковыряла у нее во рту, вытащила человеческую ногу.

— Теперь, — говорит, — принеси мне обед.

Та подала, она поела.

— Теперь, — говорит, — детка, я уеду на семь месяцев.

Ведьма села в ступу и уехала. А девица взяла щетку и полотенце, и обе побежали от этой ведьмы. Но ведьма почуяла, что они бегут, уже ей не до поездки — надо их догонять! Эти [девушки] увидели, что ведьма [их] догоняет, девица бросила щетку. Из той щетки стал лес такой густой, как та щетка. Ведьма прибежала к тому лесу — не может пролезть! Она побежала домой, принесла топор и прорубила дорогу. Она не хотела оставлять топор, чтобы кто-нибудь [его] не украл. Она отнесла топор домой, прибежала, пробралась по этому лесу. Те видят, что ведьма их догоняет, — девица бросила полотенце. Неоглядное море стало из этого полотенца! Ведьма прилетела в ступе и увидела, что не сможет перейти. Сказала:

— Пей, ступа, воду, и я пью! Пей, ступа, воду, и я пью!

Ведьма пила и лопнула. А девушки пошли в ту клеть. А тут полы — они не могут выйти. Они стали кричать, звать. Брат пришел, разобрал полы, и они вошли в клеть. И она говорит своему брату:

— Ты так долго искал себе девушку, но не нашел. А я только что ушла и нашла тебе девушку.