Помоги проекту - поделись книгой:
• хорошие витамины;
• правильное дыхание.
Как вы могли заметить, я и не вспоминаю про отдых. Мне не от чего отдыхать, потому что я занимаюсь любимой работой. Это и есть философия, которую многие не понимают. Когда вы делаете то, от чего получаете настоящее удовольствие, можете ли вы от этого устать? Хотите ли вы отдохнуть от удовольствия? Нет! Многие люди хотят отдыхать, потому что занимаются не своим делом, потому что они плохо себя знают. Еще древние говорили, что самая большая победа – это победа над собой. Я победил себя в 18 лет, когда умер и вернулся. Поэтому у меня нет необходимости в отдыхе. Я, конечно, сплю, ем, смотрю телевизор. Но все мои действия имеют какой-то смысл.
Для успеха бизнеса важен, во-первых, личный вклад, во-вторых, вклад твоей команды, в-третьих, воля Бога. Я глубоко верующий человек. Бог – это серьезно. Вера – очень важный момент жизни, поэтому надо не гордиться, а благодарить за то, что имеешь. Гордость означает, что твое эго зажралось и скоро начнется падение. До́лжно благодарить Бога и стремиться к большему, но ни в коем случае не гордиться. Гордость равна глупости. У меня несколько принципов жизни:
• зарабатывай сам и дай заработать другим;
• делай больше, чем другие, и успех не заставит себя ждать;
• будь искренен с людьми, и они начнут к тебе тянуться;
• будь честным, и тогда люди будут тебе верить;
• держи слово, и тогда ты будешь успешен;
• надо быть Человеком с большой буквы;
• не надо малодушничать. Любой страх – это малодушие. Неверие в себя – малодушие. Надо быть человеком, который верит в себя и других. Верит в свою команду, в то, чем он занимается, верит в Бога.
В жизни важен баланс между работой и семьей. Женщины требуют внимания не меньше, чем бизнес. Если супруга не понимает стремления уделять больше времени бизнесу, то рано или поздно придется делать выбор. У меня есть сын. Ему 12 лет. Его воспитанием занимается мама. Я принимаю мало участия. Хотелось бы больше, но, думаю, и сейчас вполне достаточно. Возможно, это связано с моим детством. Я был самостоятельным, поэтому считаю, что лучшее воспитание – дать ребенку реализоваться самому, лишь немного подсказывая и предостерегая. Нельзя навязывать, как надо жить. У каждого свой путь, и когда ты не даешь ребенку жить самостоятельно, то живешь вместо него. В ответ он зажимается, комплексует. Потом он не скажет тебе спасибо. Ребенок должен привыкать к ответственности с детства, тогда он будет формироваться как личность. Покажи ему пример, направь его. Но не надо сюсюкать.
Человек может находиться в состоянии счастья не только когда радуется, но даже когда страдает. Мы творим свою судьбу сами. Имеем то, что является результатом наших предыдущих действий. Счастье – не в конечной цели. Как только она будет достигнута, ты будешь недоволен, потому что тебе либо захочется большего, либо расслабишься и начнешь деградировать. Полагаю, абсолютного счастья не существует. Это иллюзия для тех, кто занимается не своим делом. У них есть ощущение внутренней неудовлетворенности, и, чтобы появилась надежда, подсознание рисует им иллюзию того, что для счастья чего-то не хватает. Я же уверен, что счастье – в действии, счастье – в пути.
Глава 2
Делай, что должен, и будь что будет
Строительный торговый дом «Петрович» работает на рынке торговли строительными материалами с 1995 года. На сегодняшний день компания имеет 15 торговых баз в Северо-Западном регионе и четыре офиса продаж. По данным аналитического агентства Infoline, «Петрович» занимает в Санкт-Петербурге около 12 % рынка DIY[1], что является существенной долей при высокой конкуренции на этом рынке. В компании развито собственное производство стройматериалов.
Я был непростым ребенком. У меня со старшим братом небольшая разница в возрасте. И мы все время с ним были на контрасте. Он – обязательный и дисциплинированный, а я не то чтобы безответственный, но неглубоко копал по жизни. Анализируя свое поведение в детстве, понимаю, что терпению родителей можно позавидовать. Поэтому сейчас, когда моя старшая девятилетняя дочь проказничает, знаю: есть в кого, – и не сержусь. Вспомню себя – и становится легче.
У нас была типичная офицерская семья. Мы много ездили по Советскому Союзу. Жили и на Крайнем Севере, и в Узбекистане, Афганистане, Украине. Не могу сказать, что всегда жили дружно. Были и жесткие моменты в отношениях родителей, но они всегда оставались вместе. Для мамы не стоял вопрос, ехать за отцом или нет. Она понимала, что семья – это два взрослых человека со своими взглядами на жизнь. Их интересы не всегда совпадают, но они должны уживаться.
Многие истории из детства, некогда казавшиеся мне смешными, сейчас воспринимаю как поучительные. Например, однажды мы купили в универсаме десяток яиц. Пришли домой, а в мешочке оказалось на одно яйцо больше. Мама заставила меня идти в универсам и вернуть лишнее яйцо. Никто даже не думал о том, что магазин от одного яйца не обеднеет. Это было дело принципа.
Мама и дедушка по ее линии были очень щепетильными людьми. Мама не любила сплетничать, всегда проходила мимо скамейки с тетушками во дворе. Отец был весь в работе. По дому делал немного, зато любил мастерить.
Вспоминаю случай, когда к концу срока службы отца в Афганистане родители решили остаться в этой стране еще на год: не потому, что там больше платили (у нас в семье никогда не водилось много денег), а из-за того, что это было интересно. Отец понимал, что служба – то, ради чего он живет и ради чего учился.
Невозможно сказать, кто из родителей внес больший вклад в мое воспитание. Воспитание, как портрет, создается из миллиона мазков. Говорить, какой из них важнее, не приходится. Заложенные родителями штрихи формируют наше ощущение жизни: что такое хорошо и что такое плохо, что можно и чего нельзя. Одновременно могут творить несколько художников: казалось бы, все действуют одинаково, но у одного выходит шедевр, а у другого – ерунда.
Выбор жизненного пути
До 17 лет не знал, кем хочу быть. Мечтал стать то рок-музыкантом, то футболистом. Хотя брат сразу решил, что, как отец, пойдет по военной стезе. Не могу сказать, что болезненно относился к тому, что никем не хочу становиться в профессиональном плане. Брат за меня больше переживал. Я, честно говоря, не заморачивался.
Решил поступать в Петербургский экономический университет (ФИНЭК). Не помню мотивацию, которая меня побудила выбрать именно этот вуз. Экономика мне всегда была интересна. Вспоминаются слова итальянского математика Луки Пачоли: «Кто не умеет вести учет своим деньгам, будет блуждать, как в потемках, и не миновать ему больших убытков». Но в ФИНЭК я не поступил. Тогда передо мной встала другая задача – закрепиться в Петербурге. На тот момент я приехал из Узбекистана, потому что отец там служил. Поступил в техническое училище на машиниста. Но отец убедил меня в том, что лучше учиться на сварщика, потому что эта профессия всегда сможет меня прокормить. Год отучился, поступил в Политехнический институт, и через год меня срочником забрали в армию.
Для меня не стоял вопрос, идти в армию или нет. Есть закон: 270 тысяч человек отправляется служить. Чем же я необычен, что в армию не пойду? Возможно, повлияло то, что отец военный. Некоторые оправдываются тем, что откосили от армии, потому что там делать нечего. Ясен перец, там нечего делать. Но кто-то же должен туда идти! Отслужил и вернулся на учебу.
Собственная капитализация
В институте я учился десять лет, учитывая перерыв на службу в армии и длительное написание дипломной работы. В итоге получил специализацию инженера сварных конструкций. Уже работая в СТД «Петрович», продолжил образование. Собственник компании порекомендовал пройти краткосрочные курсы для коммерчес-кого директора. Понятно, что их уровень был невысоким, но это дало толчок. Потом я узнал о президентской программе подготовки управленческих кадров и в 2007 году поступил туда. Для того времени – достойный уровень образования, но мне опять показалось этого мало. Решил, что надо получить степень МВА в Стокгольмской школе экономики. Для этого нужно было знать английский язык. У меня об английском на тот момент были только воспоминания из школьной программы. Поэтому я занимался с репетитором по три часа четыре раза в неделю полтора года. В итоге язык освоил, вступительный экзамен сдал, поступил и отучился. Это очень важный этап в моей жизни, который изменил мою жизнь.
После получения степени МВА образовался умственный вакуум, потому что исчез приток знаний, и я взял для себя за правило два раза в год проходить модульное обучение в европейских вузах. В последний раз ездил в Лондонскую школу бизнеса, послушал про стратегический маркетинг. Такое регулярное краткосрочное обучение очень полезно. В хорошем смысле отвлекаешься от работы и в то же время не отключаешь мозг полностью, как в отпуске. Идет поток информации, который частично относится к работе. Слушаешь и гоняешь в голове мысли: а как бы это у нас функционировало? Плюс ко всему есть возможность полученные знания применить на практике. Например, прошел курс по управлению цепями поставок. Приехал, рассказал. Внесли коррективы в работу. Это был существенный прорыв в деятельности компании.
Обучение – собственная капитализация. Без этого никуда.
Обычное везение
В 1996 году брат отца пригласил меня поработать у него в бизнесе по продаже меховых головных уборов. Как сейчас понимаю, работал я тогда отвратительно. Но это позволило понять основы рыночных отношений. Потом нашел место в компании, которая занималась дистрибуцией цемента. Начальник меня заметил, предложил возглавить направление. Но в этой компании были вечные проблемы с деньгами, поэтому я оттуда ушел. Тогда я познакомился со стилем работы СТД «Петрович». Мне понравилось.
Это было 14 лет назад. На тот момент компания была маленькой, имела всего два склада. Я встретился с собственниками, выразил желание с ними работать. Сказал, что буду поставлять цемент по такой-то цене, зарплату можете мне не платить. Как заработать – моя проблема. Через некоторое время мне предложили минимальный оклад логиста на базе. Это взаимодействие с клиентами, раздача доставок водителям. Потом мне предложили управлять базой на Рощинской улице. Затем отдали управление второй базой, потом третьей. Дальше вопрос уже не обсуждался, вся торговля автоматически уходила под мое начало.
Я уверен, если бы тогда не было меня, появился бы кто-то другой. На мое положение повлияла совокупность факторов. Во-первых, я оказался в нужное время в нужном месте. Во-вторых, смог ничего не испортить и даже что-то дать. Рынок тогда очень быстро рос, и те вещи, которые мы делали, оказались правильными. Понятно, что родители постарались, вложили какие-то основы, сам что-то взял из учебы, службы в армии, но даже не предполагал и тем более не планировал стать директором или коммерсантом.
Делать больше других
Залог успеха «Петровича» – в напряженной работе. Знаете, англичане говорят, что ухаживать за газонами легко. Их надо просто каждый день подстригать – и так 200 лет. В управлении организацией принцип тот же. Думаю, что в «Петровиче» большинство управленцев работают в среднем процентов на 20 больше, чем в других компаниях. Поэтому мы чуть лучше. Когда люди приходят на работу и готовы тратить времени больше, чем обычно, значит, им нравится их дело и они верят в результат. Люди перестают просто отсиживать время.
Один из наших принципов развития – постоянное улучшение. Для этого недостаточно написать свод правил, по которому будет жить компания. Надо создать внутреннюю среду, позволяющую идеям вноситься и произрастать.
Пусть расширение нашей сети торговых баз не такое быстрое, как у «Леруа Мерлен», «ОБИ» или «Метрики». Причина этого в том, что мы – российская компания с частным капиталом и вход в каждый регион для нас ощутимо затратный. У нас нет иностранных капиталов, которые мы можем инвестировать в расширение. Также мы не можем просто арендовать какой-то спортзал и организовать торговлю. У нас существует определенный бизнес-процесс, свой формат. Мы строим под себя. Это требует немалых средств. Для нас расширение – вопрос не скорости, а сохранения темпов. Если мы будем, как сейчас, открывать по две-три базы в год, то через 50 лет у нас будет 150 магазинов. И к тому времени у нас действительно сложится одна из самых больших сетей.
Кроме увеличения количества точек продаж мы планируем в ближайшие годы построить завод по производству сухих строительных смесей в Ленинградской области. Лично я не являюсь фанатом производства и вертикально интегрированных цепочек. Но практика показывает: когда есть собственное производство, то по этой группе товаров наблюдается существенный рост продаж. Мы давно выпускаем смесь цемента с песком в больших количествах. Но поскольку продукт недорогой, то зарабатывать на нем не получается. Сейчас компания арендует территорию, где стоит линия по производству сухих смесей за 1,2 миллиона рублей в месяц. При таких условиях ясно, что в долгосрочной перспективе мы будем несостоятельны. Поэтому решили строить свой завод – это сократит наши ежемесячные расходы. Сейчас мы ведем переговоры по поводу аренды земли. У нас заложен на это определенный бюджет, в который мы должны вписаться. Если не получится – отложим. Это не приоритет, подобный введению новых сервисов, открытию новых точек продаж, это задача, решение которой может подождать. При ограниченных ресурсах надо понимать, что ты сейчас себе можешь позволить, а что нет.
Деловые привычки
Вот уже 12 лет два воскресенья в месяц я лично провожу инвентаризацию на базах. Еду на склады и там вместе с управляющим директором проверяю, считаю, смотрю… Понятно, что выходных никогда не бывает много. Но люди видят, что подобная жертва выходным днем не напрасна, она вознаграждается, она эффективна, поэтому делают это вместе со мной: кто-то с охотой, кто-то без желания, кто-то с сожалением, но делают. Жена тоже меня понимает, знает, что у нас есть определенные правила, по которым мы живем и работаем.
В конце каждого года мы с коллегами проводим работу над ошибками. Собираем совет директоров: вспоминаем, обсуждаем, что было сделано правильно, что – нет. Ошибки надо озвучивать, чтобы они стали чем-то осязаемым; признать факт их существования, чтобы не совершать их снова.
В одной лодке
Конкуренция на нашем рынке чувствуется. Нельзя сказать, что она свирепая, но достаточно жесткая. Поэтому за деятельностью других компаний следим: мы – за ними, они – за нами.
Отношения с конкурентами в разных регионах складываются по разным сценариям. В Питере мы – старожилы рынка. И если в 2008 году нас воспринимали как выскочек, то уже в 2009-м в нас видели понятных игроков с определенной долей. Мы росли вместе с рынком, участвовали в формировании и его, и привычек покупателей. С нами здесь считаются. Кто-то нас боится, кто-то уважает. У меня со многими руководителями компаний-конкурентов в Петербурге нормальные отношения. Неприязни нет. Бизнес для меня больше игра, чем война. Кто-то сильнее сегодня, кто-то – завтра. Как в спорте. Если ты достойно бьешься, не жульничаешь, не делаешь подлостей, то результат определяется уровнем мастерства, степенью подготовки и крепостью нервов.
В других городах отношения с конкурентами выстраиваются иначе. Где-то с нами играют в очень некрасивые игры. Понятно, мы приходим в новый город, в котором есть уже свои устоявшиеся игроки, традиции. Очевидно, нас там не ждут, поэтому конкурировать значительно сложнее. Но дорогу осилит идущий, поэтому делаем то, что можно сделать. Мы пришли работать и зарабатывать. В первую очередь нам надо быть достойными наших покупателей: не обманывать, не подводить, нести ответственность за свои поступки, понимать, как рынок развивается, а дальше покупатель сам решит, за кого голосовать кошельком.
Что значит «быть лучшим»? Критериев, основываясь на которых можно назвать себя таковым, невероятно много. Одни говорят, определяющий параметр – доля рынка. Другие – что самое важное – доход на вложенный рубль. Может быть. Третьи считают, что главное – отзывы на Яндекс. Маркете. Бесспорно, и это классная штука. Все зависит от того, как себя мерить и какие задачи себе ставить. Например, если мы решим, что основной критерий успеха – величина торговой сети, тогда мы успешны. Рассуждать, правильно это или не правильно? Зачем? Есть семь миллиардов человек: каждый определяет критерии успешности по-своему. Для одного это значит – ничего не делать. Для другого – становиться лучше. И попробуй их переубедить…
Не люблю слово «партнер», потому что по факту российская экономика еще слишком юна, чтобы вести речь о наличии каких-то стабильных партнерских союзов. Зачастую понятие «партнер» многими используется просто как красивое слово. Российский рынок еще далек от того, чтобы быть окончательно структурированным. Расклад сил меняется динамично. Поэтому говорить, кто стратегический партнер, а кто нет, преждевременно.
В политику нашей компании заложены основные принципы и ценности работы с поставщиками. Это открытость, честность, ответственность за то, что мы делаем. Если мы сказали «да», то, чего бы нам это ни стоило, мы все сделаем, как договорились. Мы держим слово. Если мы говорим «нет», то это твердое «нет», без компромиссов. Понятно, что мы сидим в одной лодке, в то же время у каждого из нас свои интересы. Мы пытаемся сильно не давить, но свои интересы блюдем достаточно жестко.
Мы очень трепетно относимся к нашим клиентам. Они у нас делятся на две основные группы. Это корпоративные клиенты и владельцы карт Клуба друзей Петровича. С корпоративными клиентами происходит выстраивание индивидуальных долгосрочных отношений, закрепление менеджеров, анализирование сделанного для понимания необходимых дальнейших действий. Стараемся слышать наших клиентов. Клуб друзей Петровича – это система накопления баллов за покупки, предоставление определенных выгод.
Наш основной сегмент – b2b. Это устоявшаяся среда покупателей. Для нас попытки привлечь новых не имеют особого смысла. Нам важнее поддерживать лояльность существующих клиентов, их уровень удовлетворенности нашей компанией. Два года назад мы практически перестали давать рекламу в печатные издания и справочники по строительным материалам. Думаю, что еще через три-четыре года ими вообще перестанут пользоваться. Сейчас все, что надо, можно найти в Интернете, поэтому инвестируем в него. К тому же 40 % наших клиентов даже не приходят на базу за покупкой, делая заказ по телефону. Наша бизнес-модель заточена на дистанционные продажи. Сейчас мы стремимся переключить покупателей с телефонов на Интернет. Это позволит сократить издержки и повысить уровень обслуживания. Например, время обслуживания клиента диспетчером по телефону занимает 10 минут, а обработка заказа, полученного через сайт, – около одной.
Помогаем друг другу зарабатывать
Моя должность – исполнительный директор. Почему не генеральный? Потому, что генеральный директор в нашей компании выполняет функции, связанные с интересами собственников. Я же занимаюсь вопросами оперативной деятельности. Я ближе к земле.
Команда у нас интересная. Есть люди, которые работают по семь – девять лет. Средний возраст коллектива – 35 лет. В большей степени это связано с моим возрастом. С ровесниками легче общаться. Это на уровне подсознания.
Европейцы удивляются молодости менеджеров не только в «Петровиче», но и в целом в России. Приезжали к нам иностранные коллеги и спрашивали, почему все молодые. Я им привел пример. Представьте, говорю, что если бы сейчас отменили гравитацию и мы все оказались подвешенными в воздухе и не знали бы, что делать. Большое преимущество в этой ситуации получили бы дети: для них не существует правил о том, как надо ходить по земле. И чем моложе люди, тем легче они адаптируются к изменениям.
Топ-менеджмент компании сформирован из тех, кто пришел в «Петрович» на линейные должности и со временем дорос до руководящих постов. Четыре года назад мы сознательно уменьшили весомость этой практики, потому что для обеспечения роста не хватает внутренних ресурсов: нужны люди со стороны, с новыми идеями. К тому же мы перешли порог уровня доходов, поэтому «за ценой не постоим»: если человек нам нужен, то мы договариваемся о той зарплате, которую он желает. Поэтому люди и идут к нам работать. Сегодня СТД «Петрович» – это не три грязные базы, а бренд и признание. Многие сотрудники наших партнеров говорят нам, что готовы у нас работать. Мы договариваемся. В то же время у нас периодически сменяются люди на руководящих постах. Недавно расстались с управляющим сетью, который проработал в компании 12 лет. Просто пришло время. Он быстро нашел новую работу, и я уверен, что у него все будет хорошо. Каждый из нас вносит определенный вклад в дело до определенного момента.
Люди у нас в коллективе разные. Мы не близкие друзья. Мы не проводим вместе выходные. За все время работы у меня в гостях были всего три-четыре человека. Но это скорее исключение. Мы общаемся на работе. Уважаем и ценим друг друга. Но в то же время держим дистанцию, которая позволяет понимать, что здесь мы прежде всего помогаем друг другу зарабатывать деньги. Как только кто-то перестает это делать, значит, извини… Не всегда прощаемся с этим человеком. Смотрим, может он еще что-то дать компании или нет. Что ему мешает? Я вообще сначала анализирую, что сам сделал. Может быть, это моя недоработка. Как говорится, нечего на зеркало пенять, коли рожа крива. Правда, бывают ситуации, когда очевидно, что дальше идти вместе нельзя. Уже случались такие ошибки, когда внутренне понимал, что с сотрудником надо расставаться, но шел на компромисс, думая, что без него не справимся. В итоге получали результат хуже, чем если бы сразу прекратили сотрудничество.
Сложность мотивации
Как о мотивации не говори, никогда не расскажешь о ней точно. Понятно, что должен быть баланс между доходом, содержанием работы и вкладом руководителя в ощущение сотрудником того, что тот состоялся как профессионал. Мы изначально понимаем, какие люди приходят к нам в компанию и что их будет мотивировать. Если человеку важно учиться и расти, значит, он получит здесь такую возможность. Если важно увеличивать свой доход, вносить свой вклад в деятельность компании, мы дадим ему это. Не меньше мотивируют и понимание перспективы развития компании, понимание того, что здесь ты становишься сильнее.
Мы осознанно не идем на очень высокие зарплаты. Для меня это обусловлено в первую очередь тем, что существует риск в определенный момент оказаться среди людей, которые здесь ради денег, а в реальности на рынке стоят не больше 30–60 % от суммы заработка. Причем с таким отношением они быстро переходят из состояния «зарабатывать» в состояние «получать». Дальше начинается крысиная возня, когда люди лишь стремятся управлять впечатлением, выглядя более эффективными, чем есть на самом деле, вместо того чтобы действительно бороться за успех компании.
Иждивенцы есть, были и будут. С ними нет смысла бороться. Просто их не должно быть больше определенного уровня. Причем переход одних людей в эту категорию подразумевает, что другие из нее выходят. Если восемь человек будут совершать заплыв на какую-то дистанцию, то кто-то все равно будет последним. Наверное, люди, показывающие не лучший результат, в определенный момент теряют мотивацию и начинают воспринимать работу как дурную привычку, а не то, что позволяет им расти. В иерархии компании есть определенные уровни, где теоретически иждивенцы могут присутствовать. Как правило, их оттуда быстро выживают. Есть уровень, где таких людей не может быть в принципе. Потому что они туда просто не добираются.
У нас есть корпоративный университет для сотрудников с потенциалом. В его программу входит модульное полугодовое обучение управлению людьми, маркетингу, финансам, искусству презентации, работе в стрессовых ситуациях и прочему. Также проводим много тренингов для линейных специалистов по ассортименту товара, правилам общения. Есть факультативы по риторике: мы хотим, чтобы каждый научился правильно формулировать свои мысли, причем так, чтобы это не оскорбляло других. Есть обучение для конкретных людей. Есть гранты, рассчитанные на тех, кто желает получить платное высшее образование. Мы оплачиваем его, понимая, что этот человек у нас надолго. Сейчас около восьми сотрудников проходят программу МВА. Наша компания «заточена» под развитие, потому что ежедневная рутина очень сужает кругозор человека. Он начинает фокусироваться только на чем-то одном. Его мир становится узконаправленным. Это мешает общему движению вперед.
Моя идеальная модель управления – принцип демократии, когда у людей большие полномочия и такая же большая ответственность. Можешь делать? Пожалуйста! Но ты должен понимать степень ответственности. Мне кажется, я как руководитель проявляю заботу о людях, но в это же время требую от них многого. Не люблю идти на компромиссы. Не люблю, когда мне пытаются что-то «втюхать», «впарить». Меня это выводит из себя. Моя основная проблема – темперамент, который не всегда позволяет оставаться в рамках. Хотя за последние три года я улучшил свои показатели в самообладании. Сейчас я больше доверяю людям, больше делегирую. Но и коллектив у нас теперь более крепкий. Я становлюсь идейным лидером, который дает основное направление, а люди на местах уже понимают, что надо делать. И у каждого достаточно полномочий, знаний и инструментов для этого. Люди приходят советоваться. Думаю, для них важно мое мнение. Мои слова влияют на конечный результат.
В сотрудниках я ценю честность, ответственность, креативность, открытость, умение сказать то, что есть на самом деле, а не думать, накажут или не накажут, хорошо это или плохо. Для меня важны люди, которые думают о деле, а не о чувствах руководителя.
Без компромиссов
Считаю, что мой личный успех – это 70 % везения и 30 % моего труда. Смотрите, я родился в стране, которой не стало, когда мне было 15 лет. Правила гравитации перестали действовать. Тогда большое число людей оказалось вне поля активности. По сути, исторические события расчистили пространство для нового поколения, как бы неоднозначно это не звучало. Сейчас в нашей стране сильны реваншистские настроения, потому что активный электорат – люди за 50–60 лет. Они чувствуют себя ненужными в этой стране. Я их не осуждаю. Это данность. Мне же повезло, что я несколько раз оказался в нужном месте. Потом повезло в том, что мне понравилось брать на себя ответственность и добиваться результата. Это всегда вознаграждается. Мне нужно было просто удержать темп.
Я не могу сказать, что испытываю какие-то стрессы. Не пришло время серьезных испытаний. Компания показывает неплохой темп развития. Случаются расстройства из-за каких-то ситуаций, которые нельзя было предвидеть, пожар например. Не чувствую, что на меня что-то давит. К счастью, в жизни не происходило событий, которые можно назвать «точкой» или «закрытым пространством». Были только барьеры и препятствия.
Очищать энергетику помогает футбол. Играю раз в неделю. Еще у меня семья хорошая: одной дочке девять лет, другой – три года. Когда прихожу домой, понимаю, зачем все делаю и чего хочу.
После второй операции на колено стал ходить в бассейн. Вообще я не люблю бегать или плавать бесцельно. А тут жизнь заставила, за что я ей очень благодарен. Таким образом тренирую то, чего мне не хватает в характере: усидчивость и способность к длительной концентрации. Как-то на вопрос дочки о самочувствии пришлось признаться: «Тяжело. Встаю в 6:30 утра, к 7:00 – в бассейн. Самое трудное – подняться с кровати, а можно было бы проснуться на час позже. Потом надо заставить себя встать под душ. Потом этот омерзительный промежуток – из душа в бассейн. Холодно же! Потом плывешь, считаешь про себя: “Раз!”. А нужно проплыть 20 кругов. Ловишь себя на мысли о том, что не хочется этого делать. На седьмом круге думаешь: может, вылезти? А зачем тогда сюда пришел? И не плыть нельзя». В работе также. Ты не можешь сегодня прийти и поработать наполовину. У тебя могут быть разные мысли: не хочешь, не нравится, не получается. Это никого не волнует! Потому что сегодня у меня плохое настроение, а завтра будет хорошее. Но то, что я сегодня не доделал, я завтра уже не сделаю. Нельзя идти на компромисс! Нельзя работать в полсилы! Нельзя не доводить до конца! Ты можешь делать что-то без улыбки, скрипя зубами. Иногда тебя трясет, но ты должен справиться. Это похоже на строительство дома. Этаж за этажом. Ты не можешь сегодня плохо положить раствор на седьмом этаже, потому что, когда дойдешь до 15-го, образуется трещина. Я всегда буду работать так.
По сути, без других людей я – никто, потому что своими руками мало что могу сделать. Не могу погрузить, выписать, обеспечить… Более того, нет ни одного процесса, которым управляю непосредственно я. Есть отделы качества, снабжения, маркетинга… Моя задача – связывать все это воедино, чтобы мы шли в одном направлении, к понятной цели и каждый вносил максимальный вклад.
Решения я принимаю быстро, но старюсь не спешить. Когда едешь на велосипеде, быстрые решения помогают. Когда управляешь большим кораблем, взвешенные решения дают возможность избежать лишних потрясений. Когда от твоего выбора зависит много людей, нужно быть уверенным, что цепочка последствий не будет сокрушительной.
Управление впечатлением
Говорят, талантливый человек талантлив во всем. Это рассматривается через призму успеха человека. Человек обычно не фокусируется на недостатках. Например, ты успешен, руководишь компанией и хорошо играешь в футбол, но плохо владеешь гитарой. Ты же не станешь перед всеми бренчать и петь «Кондуктор, не спеши», а пойдешь гонять мяч. Все посмотрят и скажут: «Талантливый человек талантлив во всем». Это всего лишь управление впечатлением. Успешный человек никогда не будет делать то, что у него получается недостаточно хорошо, а займется тем, что у него получается прекрасно, потому что так он экономит свое время.
Кроме работы, я горжусь своими детьми. Не потому, что они умные и красивые, а потому, что я их люблю. Считаю, что с женой мне повезло. Горжусь, что за год выучил английский, достаточный для того, чтобы получить образование на нем. Если бы затянул изучение хотя бы на год, не факт, что у меня все было бы так, как сейчас.
Мой основной принцип в жизни и бизнесе – делай, что должен, и будь что будет.
Для счастья мне всего хватает. Повезло, что родители и жизнь многое дали. Так что ответственность за собственное счастье полностью лежит на мне. Если я в чем-то не дотягиваю – это мои проблемы. Моя жизнь – это моих рук дело и воля Божья. К Нему какие могут быть претензии? А к себе? Работай, старайся больше, – и все получится.
Книжная полка
Из всех книг, что я когда-либо не дочитал до конца, подавляющее большинство – о бизнесе. Кажется, что у современных авторов деловой литературы основная задача – написать 300 страниц. После 20-й уже все понятно, а ты читаешь, надеясь на вдруг, но к концу книги понимаешь, что ничего нового не узнал. Из достойных книг могу порекомендовать «Стратегию голубого океана» Чана Кима. Нравится и то, как она построена, и то, о чем в ней говорится. Хороши книги Джима Коллинза «Построенные навечно» и Фила Розенцвейга «Эффект ореола». Книги об одном и том же, но с противоположных сторон.
Нравится читать журналы, потому что там статьи всего на три-четыре страницы. Есть конкретный кейс, идеи. Люблю Harvard Business Review.
Художественные книги я не позволяю себе не дочитывать. Когда служил в армии, прочитал всю школьную программу. Толстого, Достоевского… Творчество Гарсиа Маркеса тогда для себя открыл. Когда пришло время работать, жизнь разбилась на фрагменты. Сегодня у меня не получится читать книгу долго. Потому что есть семья, с которой я провожу все вечера, работа, на которой я не могу читать. Не думаю, что это плохо. Я не считаю себя ни духовно бедным, ни очень интеллектуальным человеком. Я вот такой. И у меня тот набор характеристик, который присущ именно мне.
Глава 3
Бизнес должен быть отражением руководителя
Агентство деловых коммуникаций 4D – один из самых заметных игроков на рекламном рынке Санкт-Петербурга. В настоящий момент агентство обладает собственным креативным бюро, рекламным, маркетинговым, PR, дизайнерским и ивент-департаментами. Агентство проводит деловые мероприятия высокого уровня, в том числе организует ежегодную церемонию вручения премии «Глобальная энергия». Специалисты агентства разработали рекламные компании для петербургских отелей Taleon Imperial Hotel, Radisson, Reval Hotels и многих других. Среди клиентов бренды Jaguar, Range Rover, Boucheron, ITLV, English First.
Я была активным ребенком. Росла со старшим братом, поэтому все детство провела на футбольном и хоккейном полях, стоя на воротах, и в прочих развлечениях для мальчиков: тарзанки, санки, пруды, загорания, лыжи, стадионы… У меня было простое, отличное, душевное детство. Родители нам многое разрешали. К нам домой часто приходили гости – родственники, друзья, спортсмены, художники, иностранцы. Атмосфера располагала быть живой и энергичной.
Папина судьба сильно отразилась на нас с братом. Папа был мастером спорта по пятиборью. Это достаточно сложный вид спорта для выносливых людей. Он включает плавание, бег, стрельбу, фехтование, верховую езду. Поэтому мы с детства много времени проводили в спортзалах, на стадионах, в бассейнах. Брат занимался пятиборьем, я – плаванием. Отплавала семь лет. Тренировки были шесть раз в неделю. В какой-то момент начала «косить», потому что после школы хотелось гулять с друзьями. Родители меня поймали и закинули обратно в бассейн. Но через какое-то время сказали: «Заставлять не будем. Не хочешь – не ходи». После плавания занималась большим теннисом, легкой атлетикой, греблей. Спортсменов из нас никто делать не собирался, но спорт многое привнес в наше воспитание. Это было полезно и для поддержания здоровья, и для развития характера. В спорте ты постоянно с кем-то конкурируешь. Стремишься стать лучше. Движешься вперед. Это борьба с собой.
В свое время папа закончил Мухинское училище. Его дипломной работой были пиктограммы для Олимпиады-80. Они оказались уникальными по композиции и известны не меньше, чем Олимпийский мишка. После окончания института он продолжил работать в сфере промышленного дизайна. На волне первых коопераций, в 1985 году, когда Горбачев объявил перестройку и стало возможным зарабатывание денег, папа с товарищами открыл кооператив. Они начали делать веселые наклейки на автомобили: «Пристегни ремень», «Не хлопай дверью» и прочее по три – пять рублей за штуку. До них никто такого не делал. Потом были Чаки Норисы, Ван Дамы, всякие прикольные штуки. Для меня эти наклейки в школе были как валюта, потому что их можно было поменять на все что хочешь.
Папа растил из меня девочку. Всегда хвалил, подсказывал, как одеваться, делал комплименты, учил живописи, рисованию. Папа много дал в понимании религии. И в церковь водил, и про Бога рассказывал. Сам постился и вегетарианствовал. И мы все дружно присоединялись к нему.
От мамы мне достались терпение и житейская мудрость. Сейчас понимаю, что она на себе тащила весь дом, обеспечивала все наши тусовки. Мама всегда старалась одеться со вкусом, хотя это было сложно в те времена. Она по профессии инженер-дизайнер.
Так случилось, что папу убили в 1996 году. Трагедия произошла 21 мая, а 24-го у меня был последний звонок. Все плыло перед глазами. Экзамены в школе, в институте… В общем, все поехало в разные стороны. Волею судеб я поступила в Ленинградский электротехнический институт (ЛЭТИ) на факультет «Связи с общественностью», на который набирали студентов лишь второй год. Хотя вступительные экзамены были почти теми же, что и выпускные в школе, поступление требовало от меня особых усилий.
Студентам нового факультета очень повезло. У нас был прекрасный преподавательский состав. Декан, профессор Кира Алексеевна Иванова, создала программу совместно с Бостонским университетом. К нам приезжали американские профессора, читали лекции на английском. Поэтому в дополнение к диплому нашего института мы получали сертификат Бостонского университета. До сих пор общаюсь со многими однокурсниками. Практически все работают в сфере маркетинга и рекламы.
PR на практике
Окончив университет, я устроилась работать в пивоваренную компанию «Балтика». Работала там почти три года и доросла до руководителя пресс-центра. Это была безумно интересная работа, потому что компания находилась на пике роста. Рынок стремительно развивался. Было неимоверное количество проблем: тут налоги, тут ограничивающие деятельность законы, тут говорят, что пиво убивает, там утверждают, что спирт в пиво добавляем, и прочее, прочее, прочее. Было сложно работать.
Пиво как продукт, который мы продвигали, не вызывало у меня отторжения. По-моему, не настолько вредно, как, например, сигареты. Основная проблема, с которой мы работали, – отсутствие у людей культуры потребления пива. Мы много объясняли, как и в каких количествах нужно пить пиво, с какой едой сочетаются разные сорта. Проблема культуры потребления до сих пор не решена. С одной стороны, в плане потребления пива у нас нет исторического наследия, как, например, в Германии. С другой – причина в том, что наши граждане оказались в сложных информационных условиях на пике развития рекламы в российских СМИ. Огромное количество рекламы прошло лавиной. Люди не были готовы отсечь ненужное и понять, что это – воздействие на мозг. Ни школа, ни институты, ни родители не смогли этого объяснить. Неудивительно, что многие до сих пор не научились делать правильный выбор.
Работа в «Балтике» для меня была отличной практикой. Я до сих пор пользуюсь полученными тогда связями в журналистской и предпринимательской среде. Но все-таки решила уволиться из компании, потому что хотелось движения вперед, попробовать себя в чем-то новом.
Впереди меня ждал интересный проект. Московский холдинг «Группа ИМА» открывала офис в Петербурге и искала директора представительства. Это компания, которая специализируется в сфере коммуникаций, консалтинге, производстве полиграфии и рекламы. Два года мы работали вместе. Один из самых ярких наших проектов – организация «Глобальной энергии» – церемонии вручения лично Президентом России премии за достижения в области энергетики. Это как Нобелевская премия, только проводится в Константиновском дворце в Стрельне. В 2003 году, когда я первый раз занималась организацией, на мероприятие собралась вся элита – Горбачев, Ходорковский, Лебедев. После ухода из «ИМА» я продолжаю помогать в организации мероприятия. Я сделала уже 11 церемоний. Сейчас премия вручается в рамках Петербургского международного экономического форума.
В роли предпринимателя
По сути, сейчас я продолжаю семейное дело, начатое папой в 1985 году. Созданный им кооператив просуществовал до 2004 года. После гибели папы дело подхватил мой брат, потому что были проекты, клиенты. Впоследствии брат отстранился от дел. Тогда я приняла решение, что надо попробовать и себя в роли предпринимателя, пока есть такая возможность. Взялась и потихоньку все настроила, наладила.
Конечно, было много неудач и ошибок, потому что всему приходилось учиться по ходу дела. Со временем стала и бухгалтером, и кадровиком. Предпринимателю приходится обо всем думать самостоятельно: где взять работу, как ее сделать, как найти ресурсы. Поэтому основные проблемы возникали, когда я забывала что-то принять в расчет. Вторая сфера, где было набито много шишек, – персонал. Все люди – разные. Случалось, что сотрудники воровали заказы, клиентов и уходили. Из-за этого я очень расстраивалась. Казалось, я к человеку с открытой душой – приходи, работай. У нас есть заказы и ресурсы. Только тебя не хватает. А в ответ получала подлость. Так, однажды обнаружилось воровство, когда ко мне попали от клиента документы на другую компанию с нашим заказом. Теоретически и сейчас такие ситуации могут произойти. Естественный способ избежать подобных вещей – контроль, прогнозирование и анализ результативности сотрудников. Если видишь, что человек работает, а результата нет, значит, что-то неладно.
Естественно, появлялись люди, которые хотели просто получать зарплату и ничего не делать. Были ситуации, когда уволенные сотрудники писали письма в прокуратуру. Однажды к нам пришел молодой дизайнер с хорошим портфолио. Уровень его профессионализма нас устроил. Проходит месяц. Коллеги начинают жаловаться, говорят, что работать с ним некомфортно, делает долго и не выдает идей. Ну что вы, говорю, жалуетесь, нормальный парень, ставьте задачи четче. Оставили его еще на месяц. Оказалось, что его портфолио ворованное. Он, конечно, обладает определенными навыками, но далеко не на том уровне, о котором было заявлено. При увольнении выплатили ему зарплату за два отработанных месяца. После чего он нажаловался в прокуратуру и трудовую инспекцию, что мы не дали ему отпускные. Нам устроили дополнительные проверки.
Случалось, что мы брали заказ, начинали делать, а нам его не оплачивали. Конечно, это очень обидно. Иногда любой заказ – на вес золота, в зависимости от этапа развития и сезонности.
Поделиться книгой: