Помоги проекту - поделись книгой:
Я ценил, начинать не смея битвы,
И подъятым не раз упругим древом
И свои, и твои пронзал одежды?
Чтоб, пылая напрасным ожиданьем,
Чахнул с кровью взволнованной, несчастный?
Два последующих столетия напрочь лишают поцелуй ореола святости, он становится исключительно способом стимуляции сексуального возбуждения. «Поцелуй возбуждает похоть, желание слить двух в одно». Искусство целовать в эпоху рококо не уступает в изощренности «Камасутре». Обширная литература трактует о «флорентийском поцелуе» («берут особу за оба уха и целуют»); «девичьем» (состоящем в целовании грудей и ореолов сосков); влажном (означающем, что целующий «обуреваем желаниями»); и, наконец, знаменитом «французском», при котором соприкасаются языки, — «женщины, склонные к любви, предпочитают такого рода поцелуй».
Еще более «выпрямили» связь между поцелуем и половым актом китайцы. Поцелуи, не ведущие к дальнейшим сексуальным действиям вплоть до оргазма, они считали оскорблением начал Инь и Ян. Первые европейцы, начавшие селиться в Шанхае, повергали местных жителей в недоумение тем, что приветствовали друг друга поцелуем. Если муж целовал жену, то вслед за этим ему, по представлениям китайцев, следовало извлечь «яшмовый черенок» и поместить его,в «нефритовую беседку». Уж вовсе бесцельными сексуальными приготовлениями представлялись жителям Поднебесной поцелуи в щеки, которыми, к примеру, два француза награждали друг друга при встрече.
Доказательством «биологичности» поцелуя можно считать нравы горных арапешей (Новая Гвинея), описанные выдающимся этнографом Маргарет Мид. У арапешей нет поцелуев, однако с детства они привыкают играть с губами. Ребенок оттягивает верхнюю губу большим, указательным и средним пальцами и хлопает ею; раздувает щеки и сжимает их пальцами; выпячивает нижнюю губу языком; лижет свои руки и колени. Старшие дети играют с губами младших, существуют десятки отработанных способов игры со ртом. Эти игры служат выражением любви, расположения и, по мнению Мид, закладывают основы удовлетворенной половой жизни в будущем. Губы детей настолько привыкают к постоянной стимуляции, что, когда мальчики проходят обряд посвящения (после которого игры со ртом считаются неуместными), они
заменяют детскую привычку курением или жеванием бетеля.
Почему же все-таки именно лобзанья слаще мирра и вина, а не, например, щелканье пальцами или почесывание в ухе? В последнее время опубликовано немало результатов замеров физических параметров при поцелуе: учащается пульс, усиливается работа желез внутренней секреции, расширяются зрачки и т.д. Действительно, по данным французских исследователей, в области губ (особенно верхней) находится множество нервных окончаний, импульсы с которых посылаются непосредственно в отдел мозга, «заведующий» сексуальными реакциями. В то же время следует признать, что учащение пульса, активизация выработки гормонов и другие физиологические проявления — обычная реакция на, к примеру, свидание. Однако никому не придет в голову считать квартиру возлюбленного или возлюбленной «имманентно эротичной». Возбуждающая роль поцелуя в огромной степени обусловлена исторически сложившейся традицией, воспитанием, научением. С детства поцелуй семантизируется как замещение кои-тальной активности (пример тому — заповеди вроде «не давай поцелуев без любви»). Утверждение многих, что поцелуй определенных областей (например, сосков) «отзывается в гениталиях», свидетельствует скорее о том, что выработан и закреплен определенный сигнальный механизм, нежели о действительной «биологической» связи. Если бы мы с детства привыкли думать, что самая интимная зона нашего тела — подмышка и почесывание ее указательным пальцем есть сексуальное действие, — это действие отзывалось в гениталиях бы точно так же, как и поцелуй.
Наконец, о безопасности. Эпоха СПИДа внесла коррективы в технику поцелуя. У ВИЧ-инфицированного вирус содержится и в слюне, однако в незначительном количестве. Чтобы заразиться, нужно проглотить пять литров инфицированной слюны, а при поцелуе изо рта в рот передается всего около 10 мг жидкости. Однако если во рту каждого из целующихся есть кровоточащая ранка, передача вируса становится вполне вероятной. В последнее время вместе с презервативами и латексными штанишками, покрывающими всю перитониальную область и не допускающими непосредственного соприкосновения, выпускаются и специальные пленки для поцелуев. Они сделаны в виде эластичной маски, закрывающей рот. Неожиданное применение эти маски нашли в сообществе так называемых «кожаных людей» — приверженцев модных сейчас игр в садомазохизм. Роль традиционного для S/М кляпа теперь выполняет защитная повязка (ее называют limen`a, которая одновременно не дает «жертве» кричать, позволяет ее целовать и предохраняет от инфекции. Концы limen'a пропускаются сквозь серьги в ушах, что позволяет одновременно с поцелуем стимулировать мочку уха...
В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ ВМЕСТЕ С ПРЕЗЕРВАТИВАМИ И ЛАТЕКСНЫМИ ШТАНИШКАМИ, ПОКРЫВАЮЩИМИ ВСЮ ПЕРИТОНИАЛЬНУЮ ОБЛАСТЬ И НЕ ДОПУСКАЮЩИМИ НЕПОСРЕДСТВЕННОГО СОПРИКОСНОВЕНИЯ, ВЫПУСКАЮТСЯ И СПЕЦИАЛЬНЫЕ ПЛЕНКИ ДЛЯ ПОЦЕЛУЕВ.
Эх, даже добродетельный герой лирической советской песни признавался: «И от поцелуя, и от поцелуя словно захмеле-ею...» Потому мы здесь прервемся и спустимся от всех этих изысканностей на родимый чернозем. Увы, до сих пор не потерял актуальности практический совет: пить или есть что-нибудь остро-пахнущее (например, чеснок) следует всем участникам «сплошного целованья», буде такое намечается. А то ведь кто-нибудь запоет другую песню: «Подойди ко мне, ты мне нравишься, поцелуй меня, не отравишься», а кто-то в ответ подумает: «Как знать, как знать...»
Этот сюжет принято считать пикантным, хотя его следовало бы признать типичным. Во всяком случае, не редким. Недаром он так любим литературой всех стран и времен: от библейской истории про Сусанну и старцев до «Русской красавицы» Виктора Ерофеева и от лесковской «Воительницы» до Теннесси Уильямса. Однако повторяемость сюжета нисколько не уменьшает количества комплексов, сомнений и кривотолков. Потому попробуем ответить на такой вопрос: каковы особенноста секса у партнеров со значительной разницей в возрасте?
Во-первых, сразу отбросим случаи, когда в основе возрастного мезальянса лежит материальная заинтересованность одной из сторон. Секс за деньги — удел профессионалов, и не будем вдаваться в тайны их ремесла. Поговорим о тех. кем овладело искреннее и обоюдное желание распространить возникшую близость и на сексуальную сферу.
Увы, в обществе существует ряд стереотипов отношения к сексу в, скажем так, весьма зрелом возрасте. Считается, что у пожилых людей не может и не должно быть сексуальных желаний, а если они даже и есть, то нет возможности их осуществить: секс в старости будто бы вреден для здоровья; старое тело физически непривлекательно и потому не может быть желанным; сосредоточение пожилого человека на сексе стыдно; уж совсем позорно «вожделение к молодой плоти» — и т. д.
Прежде всего заметим, что аджизм (от age — возраст) — одна из форм дискриминации, означающая пренебрежительное отношение к старикам, отказ им в праве испытывать какие-либо желания, кажущиеся молодым «неприличными в этом возрасте». На самом же деле сексуальность — свойство человеческого тела, и потому она рождается и умирает вместе с ним. Валенсийская декларация сексуальных прав, принятая летом 1997 года XIII Всемирным сексологическим конгрессом, в частности, манифестирует следующее: «Сексуальность присутствует на всем протяжении жизненного цикла, гармонизируя личность, создавая и укрепляя межличностные связи». Возраст — характеристика индивидуальная, можно, в тридцать быть равнодушным к сексу и, напротив, до семидесяти оставаться пылким любовником. Ведь любовь, как известно, волшебная сила и способна компенсировать возрастные изменения. Да и любящий глаз многое простит.
Однако любовь не только творит чудеса, но и диктует определенные обязанности. В пожилой чете, как правило, складывается отношение к сексу как к исполнению супружеского дожа, он перестает быть важной частью жизни, отступает перед простой привычкой, привязанностью друг к другу. Занятие же сексом с партнером/партнершей значительно моложе себя, напротив, требует специального внимания и специальных усилий. Нужно следить за собой, заниматься своим телом, тратить на это время, тренироваться, наконец. Не стоит бояться выглядеть «молодящейся старухой» — ведь так можно назвать пожилую женщину, прибегающую к вульгарному неумеренному макияжу, а никак не делающую гимнастику. Согласитесь, вряд ли кому придет в голову величать старухами многих кинозвезд на седьмом десятке.
К сожалению, в обществе действует двойной стандарт старения. Принято думать, что мужчина может брать интеллектом, опытом и т. д. У женщин же главное — внешность, и поэтому они становятся старыми сразу после того, так перестают быть молодыми. На Западе эти представления — предмет справедливой борьбы феминисток, у нас же, вероятно, преодоление таких стереотипов — дело времени.
Теперь посмотрим, что же происходит с организмом человека при старении.
У женщин в период климакса, в постменопаузе из-за снижения уровня эстрогенов в крови понижается, в свою очередь, кровоснабжение влагалища, что ведет к уменьшению вагинальной любрикации (увлажнения). Одновременно снижается эластичность стенок влагалища. Эти естественные изменения можно компенсировать применением препаратов, содержащих эстрогены, или искусственных любрикантов (хоть бы и обыкновенного оливкового масла). Кроме того, существует специальный комплекс упражнений, разработанный гинекологом Кегелем, для поддержания тонуса мышц влагалища, промежности, да, кстати, и пениса. Мастере и Джонсон приводят данные о том, что активная половая жизнь в постменопаузу служит лучшей защитой от старения половых органов, поскольку способствует созданию благоприятного гормонального фона.
При этом чувствительность клитора в период климакса и после его завершения никак не меняется, способность испытывать оргазм сохраняется до 50—60 лет, а по некоторым данным, и позже. На выбор и диапазон сексуальных позиций возраст никак не влияет. Единственное — молодому и страстному партнеру стоит помнить об этих изменениях в организме женщины и проводить половой акт более бережно, чтобы не повредить слизистую.
Пик мужской сексуальной активности, как известно, приходится на 25—28 лет. После сорока половая функция начинает постепенно угасать. После 55, как правило (хотя нужно оговориться, что временные рамки очень индивидуальны), уменьшается сила эрекции и скорость ее возникновения, снижается интенсивность семяизвержения и количество эякулята, увеличивается рефрактерный период, то есть промежуток между двумя эякуляциями. Уменьшается и мышечное напряжение во время полового акта. При этом способность спермы к оплодотворению сохраняется до глубокой старости, о чем молодой, не утратившей фертильности партнерше следует помнить и не пренебрегать мерами защиты от нежелательной беременности.
Из стареющих мужчин так называемый мужской климакс переживают только 5%, неприятные физиологические ощущения этого периода снимаются введением тестостерона, естественный уровень которого с возрастом снижается. При этом лишь треть мужчин после 60 считают себя импотентами. Оставшимся двум третям, продолжающим сексуальную жизнь, полезно знать, что в этом возрасте не следует во что бы то ни стало стремиться к эякуляции, а партнершам — не принимать ее отсутствие за свидетельство «некачествен-ности» секса.
Вообще говоря, если человек жил не зря, с возрастом к нему приходит опьгг, в том числе и сексуальный. Известная шутка: «пока у меня есть палец и язык, я не буду импотентом» — совершенно справедлива. Действительно, опытный мужчина сумеет доставить партнерше радость пальцем, языком и другими способами, не требующими юношеской железобетонной эрекции.
При этом молодой девушке, разумеется, не стоит ждать и требовать от партнера в возрасте неизменной силы эротических проявлений. В начале романа пожилой мужчина обычно выглядит сексуально активнее, затем наступает естественное угасание физиологических реакций, а отнюдь не охлаждение.
Оргазм недаром называется в некоторых странах «маленькой смертью». Распространена и другая шутка о «лучшей смерти для мужчины». На самом деле умереть во время полового акта мало кому удавалось, поскольку для этого надо обладать так называемой соматической отягогощенностью. Обычно же человек в прединфарктном или прединсультном состоянии избегает нагрузок, в том числе и сексуальных. Для женщин в пожилом возрасте, по данным тех же Мастерса и Джонсон, секс практически безопасен.
Что касается стимулирующих препаратов, подбора эректора да и вообще любых сомнений и тревог — безусловно, нужно обратиться к специалисту. Смело и без всякого стеснения.
Добавлю, пожалуй, к этим советам еще два слова. Несомненно, секс, юмор и ум живут в одной стране, а глупость и ограниченность — в воюющей с ней державе. Потому позволю себе привести еще одну точку зрения на рассмотренный вопрос — не с тем чтобы кого-нибудь задеть, уязвить (упаси Бог!), а исключительно чтобы позабавить читателей. Точка зрения принадлежит Козьме Пруткову.
ДРЕВНЕЙ ГРЕЧЕСКОЙ СТАРУХЕ,
ЕСЛИ Б ОНА ДОМОГАЛАСЬ МОЕЙ ЛЮБВИ
Подражание Катуллу
Отстань, беззубая!., твои противны ласки!
С морщин бесчисленных искусственные краски,
Как известь, сыплются и падают на грудь.
Припомни близкий Стикс и страсти позабудь!
Козлиным голосом не оскорбляя слуха,
Замолкни, фурия!.. Прикрой, прикрой, старуха,
Безвласую главу, пергамент желтых плеч
И шею, коею ты мнишь меня привлечь!
Смех продлевает жизнь и умножает красоту. Чего безусловно всем желаю.
Этот вопрос задала мать шестилетнего сына психологу кризисной службы: «Он играет все время с мальчиками, они заглядывают друг другу в трусы. Может быть, это признаки гомосексуальности?» В прелестной книге Льва Кассиля «Кондуит и Швамбрания» одна из главок названа «Самоопределение Оськи». Речь там вот о чем: «Мы разве евреи? — удивляется Оська. — Как будто или взаправду? Скажи честное слово, что мы евреи... Мама, — спрашивает Ося, уже садясь на постели, — мама, а наша кошка — тоже еврей?»
Жизнь дает бесчисленные доказательства того, что полузнание хуже незнания. Не претендуя на полноту, попробуем все-таки ответить на вопрос, тем более что для нашего времени он представляется характерным.
Прежде всего нужно дифференцировать: гомо- что? Гомосоциальность является необходимым элементом социализации, значительная часть жизни человека проходит в однополых компаниях, в большей степени это-свойственно мужчинам (охота, рыбалка, мужские клубы и т.д.). Социально-психологическое понятие «гомоэротичность» также в той или иной степени применимо ко всем: и мужчины, и женщины легко оценивают, например, эротическую привлекательность лиц своего пола для представителей пола противоположного. Наконец, при рассмотрении собственно гомосексуальности важно оценивать и самоатрибуцию, и представление об индивидууме его социального окружения.
Хорошо известно, что в разных обществах отношение к детской сексуальности и к тем ее проявлениям, которые условно можно назвать «гомосексуальными», неодинаково и коррелирует с общей сексуальной терпимостью. Скажем, в европейской культуре Нового времени эротические интересы у детей признавались «нездоровыми» и всячески табуировались. С другой стороны, у многих народов других континентов они — необходимые элементы половой социализации. Например, вполне нормальными считают генитальные игры австралийские аборигены йолнгу, народы бала в Конго, полинезийцы, жители острова Пасхи, маори, лесу и Другие.
В некоторых обществах гомосексуальный контакт предписывается в рамках ритуала инициации, в других считается необходимым аспектом более или менее продолжительного процесса социальной адаптации подростков. Пример первого — однократный или повторяющийся несколько раз орально-генитальный или анально-генитальный контакт (в котором взрослый обязательно выполняет маскулинную роль) символизирует передачу мальчику физических и психических (мужество, смелость, ум и т.п.) свойств взрослого мужчины. Такие верования распространены среди народов Океании, Новой Гвинеи. Пример второго отношения — греческая цивилизация, где взрослый свободный мужчина являлся для мальчика воспитателем и наставником. На древнем Крите и в Коринфе существовал обычай похищения мальчика, затем сексуальная инициация сочеталась с воинским обучением, после чего мальчик, снабженный оружием, возвращался домой. В Спарте союз мальчика между 12 и 16 годами и взрослого мужчины был обязателен, рассматривался как брачный и продолжался, пока у юноши не вырастали борода и волосы на теле. Важно заметить, что подростковый гомосексуальный опыт никак не препятствовал дальнейшей гетеросексуальной жизни, а гомосексуальные отношения между взрослыми вовсе не приветствовались.
Широко распространен был гомосексуализм в Китае еще во времена великой Ханьской империи (II в. до н. э. — II в. и. э.). При этом гомосексуальные контакты с мальчиками обуславливались не столько природными склонностями хозяев гаремов, сколько их пресыщенностью. Профессиональный подростковый гомосексуализм был в Китае элитарным дорогостоящим удовольствием. Вместе с тем лесбийские отношения не только не порицались, но созерцание ласк, расточаемых друг другу женщинами, служило одним из сильных средств возбуждения господина-мужчи-ны. Кроме гаремных сестер, каждая жена непременно имела персональную служанку, которая нередко также становилась наперсницей госпожи в любовных утехах. Разумеется, подобная терпимость к девиациям (по европейским понятиям) была следствием не растления, а воспитывалась с детства — как часть общесоциального конструкта.
Таким образом, опираясь и на исторический опыт, и на данные исследований XX века (прежде всего Кинзи, выяснившего, что 48% опрошенных американских мужчин хотя бы один раз в жизни имели гомосексуальный контакт, а 25% опрошенных женщин испытывали эротические чувства к представительницам своего пола; а также Ханта, Молля), нужно признать, что гомосексуальный опыт в отрочестве и юности может быть существенным и несущественным фактором психосексуальной биографии индивида, но такой опыт сам по себе отнюдь не делает его гомосексуалистом — так же, как никто не назовет садистом ребенка, разбившего нос товарищу. В любом случае рассмотрение этой проблемы корректно не ранее пубертата — времени полового созревания, и даже начиная с 15— 17 лет.
Что же касается детей, до начала пубертатного периода выбор поведения (в том числе полоспецифического) прежде всего реализует личностно-характериологические особенности ребенка. Если мальчик предпочитает девчоночьи игры, это значит только то, что по складу характера он тяготеет к тихим спокойным занятиям. Кроме того, общество девочек может быть выбрано им потому, что там его не дразнят за полноту, неуклюжесть и т.д. Хотя и мальчики, и девочки нередко демонстрируют поведение, несвойственное их полу. Особенно осторожного и квалифицированного подхода требуют мальчики. «Мальчикоподобное» поведение девочек чаще всего совпадает с ориентацией общества на нормативность эмансипационных установок женщин (проще говоря, родители, как правило, больше рады «бойкой» дочери, чем «тихоне» и «рохле»). Кроме того, нормативность для женщин вообще шире, и диапазон приемлемости вариаций женского поведения больше, чем мужского.
Нужно помнить, что детские игры часто кажутся родителям более сексуальными, чем таковыми являются, — ребенок копирует только внешнее поведение, а вовсе не внутреннее содержание. И уж конечно, никакие родительские тревоги ни в коем случае не должны приводить к невротизации ребенка.
В пубертатный период наступает определенная психологическая фаза, когда ребенок перестает идентифицировать себя с родителями и в процессе освобождения от семейного влияния ищет новый объект идентификации. Часто «кумиром» становится подросток постарше или взрослый человек. Гомофилия, т.е. ориентация скорее на сходство, чем на дополнение, является общеизвестной психологической закономерностью, которая не ограничивается сферой взаимоотношений полов. Людям свойственно искать близости с теми, кто кажется им похожим на них.
Если же подростку самому приходит в голову вопрос о направленности его влечения, его не следует пугаться. Сексуальная ориентация не является одномерным и неизменным понятием, особенно когда речь идет о таком возрасте. Тем более не должен акцентироваться имевший место гомосексуальный опыт, осознание происшедшего не должно приводить к стигматизации, «заклеймению». Такая реакция почти наверняка вызовет тяжелейшую психологическую травму и чревата дальнейшими психосексуальными расстройствами.
В НЕКОТОРЫХ ОБЩЕСТВАХ ГОМОСЕКСУАЛЬНЫЙ КОНТАКТ ПРЕДПИСЫВАЕТСЯ В РАМКАХ РИТУАЛА ИНИЦИАЦИИ.
Это достаточно общий экскурс в обширную и сложную тему. Лучше всего, если такие проблемы в семье или у ребенка возникли, не пытаться разрешать их самостоятельно и обратиться к психологу.
В доказательство сложности, неоднозначности всего, что происходит с человеком в процессе его «лепки», приведу следующую классическую сцену. Вот скажите, есть тут «что-то такое» или нет?
«— Да не тому еще рада, что ты на себя сказала, я рада тому была, что ты за меня посидишь! Думаю: плачет она теперь, а я-то ее как люблю! Завтра буду так ее целовать, так целовать! И ведь не жалко, ей-богу, не жалко было тебя, хоть я и поплакала.
— А я-то вот и не плакала, нарочно рада была!
— Не плакала? Ах ты злая! — закричала княжна, всасываясь в меня своими губками.
— Катя! Катя! Боже мой, какая ты хорошенькая!
— Не правда ли? Ну теперь что хочешь со мной, то и делай! Тирань меня, щипли меня! Голубчик мой, ущипни!
— Шалунья!
— Ну, еще что?
— Дурочка...
— А еще?
— А еще поцелуй меня.
И мы целовались, плакали, хохотали; у нас губы распухли от поцелуев».
Это, если кто забыл, «Неточка Незванова» Ф. М. Достоевского.
А ведь сколько было дискуссий: «Рафаэль или петролей?» В течение всей буржуазной эпохи не утихает спор о том, что важнее: польза или красота. Красота идей социальной справедливости неизбежно оборачивалась полезными, но и чрезвычайно уродливыми формами бытовой среды. Применительно к вопросу, который нам предстоит рассмотреть, этот спор решается просто. Радетели пользы выберут теплые панталоны с начесом. Остальным же — поборникам красоты — попробуем рассказать об эротическом белье.
Античность не знала разнообразного и изысканного белья - в нем ввиду особенностей климата просто не было необходимости. Однако один из главных принципов эротической моды — pars pro toto (часть вместо целого) - был хорошо известен. Апулей в «Метаморфозах» описывает «гладенько выбритое женское место», которое слегка камуфлировалось «скорее для того, чтобы искусно оттенить его, чем для того, чтобы прикрыть стыдливо». Историк Полибий приводит описание пира у царя Антигона, на котором гостей услаждали танцовщицы: «Танец делался все более сладострастным и жгучим. Они снимают покрывала с головы и плеч, и теперь они совершенно нагие, если не считать крохотных панталон, которые едва прикрывают среднюю часть туловища».
Китайцы, много преуспевшие в искусстве «весеннего дворца», также полагали неполное обнажение более эротичным, чем состояние «в чем мать родила». На картинках XIII—XIV веков изображены любовники в коротеньких кофтах, иногда оба, иногда кофточка надета лишь на женщину. Маньчжурские изображения более позднего периода показывают женщин в своеобразных «наживотниках» на тоненьких завязочках. Принципиально важной и исключительной особенностью китайского эроса нужно считать закрывание стоп специальными лентами-бинтовками. Самой интимной и волнующей игрой было разбинтовывание ножек, именно оно означало полное обнажение.
Чтобы полностью раздеть японскую проститутку, требовалось снять с нее традиционный шелковый «листок», прикрывающий вульву. Шелк использовался потому, что этот материал лучше всего сохраняет «женский» запах, который японцы (да и не только они) считали возбуждающим.
Эпоха Ренессанса не обогатила европейскую «бельевую» моду, поскольку не знавшая удержу свобода нравов позволяла полностью обнажаться в постели (господствовал обычай спать без рубашки), во время купания, в бане и т.д. В лучшем случае в таких ситуациях мужчины носили маленький передник, а женщины — только браслеты, ожерелья и драгоценности в прическе.
В XVII и XVIII веках появляется нижняя юбка, заглядывать под которую кавалерам было тем интереснее, что никаких панталон дамы не надевали. Возбуждающую функцию нижнего белья выполняют башмаки, чулки и подвязки. Возникает целое «искусство показывать ногу» — retrousser. Подвязки переносятся выше колен и снабжаются девизами, чтение которых, вернее, предоставление возможности их прочесть, становится важной частью эротической игры.
В XIX веке происходит настоящая бельевая революция. Нижнее белье все меньше служит гигиеническим целям и все больше — эротическому возбуждению. Панталоны, заменившие нижнюю юбку, делают совсем маленькими, они никогда не доходяг ниже колен. При этом панталоны украшают всевозможными рюшами, бантиками и т.д., в поисках новой эротической привлекательности изобретают всевозможные комбинации панталон с рубашкой или юбкой. Чулки продолжают оставаться важным средством воздействия на мужчину. Словарь «Эрос» (1820) утверждает, что «тонкий белый чулок, облегающий благодаря своей эластичности икры и ногу так плотно, что прекрасные пышные формы этих частей тела выступают нежно-округлыми, способен... прямо очаровать. Темные болтающиеся чулки производят как раз обратное впечатление».
Мода, как ей и положено, меняется — сейчас черный цвет принято считать наиболее подходящим для эротического белья наравне с белым, господствовавшим в XIX веке. Для мужчин стимуляторами служат предметы одежды, плотно обтягивающие женскую грудь и ягодицы. Женщины слабее реагируют на такого рода конкретные раздражители, для них главный возбудитель — сам мужчина. Однако половые органы, четко обрисованные плотно прилегающими трусами, могут действовать как стимулятор.
Возбуждение — сложный и достаточно индивидуальный механизм. Одних волнует облегающая, с особой структурой ткани одежда, подчеркивающая выступающий лобок, волосы на нем. Другие «заводятся» от «угрозы», которую символизирует черный цвет, кожа и пряжки. Современная промышленность способна удовлетворить любые, самые изысканные или самые причудливые запросы в этой области. Например, каталог американской фирмы «Doc Johnson» — крупнейшего производителя сексуальных игрушек и аксессуаров — содержит десятки моделей эротического белья. О фасонах говорят их названия: «Fifi, the french made» — «Фифи, французская девушка» (полупрозрачный комплект из трусиков и рубашечки с сердечками, кружевами и т.д.); «тигрица», «unveiled» — можно перевести как «раскрываемая, доступная проникновению» (прозрачные колготки с окантованной кружевом прорезью между ног); «after dark» — «как стемнеет» (черные трусики с хорошеньким белым семафором в области лобка); «темная нимфа»; «дикая игра»; «плюшевый медвежонок» и т. д.
Мужское эротическое белье — в основном трусы (за исключением некоего подобия борцовского комбинезона из черной кожи). Как правило, сделаны они из ткани, выглядящей мокрой, т. е. подчеркивающей формы; или сетки (почти кружева), эти формы прямо обнаруживающей. Названия моделей подчеркнуто брутальны: «радость джунглей» (с застежкой-молнией спереди); «охранник»; «игрун»; «копьеносец»; «м-р Жеребец» (в английском названии «шг. Stud» — игра слов, означающая еще и заклепки: ими покрыта вся поверхность трусов); опять-таки семафор — на этот раз «after six», то есть дело начинается не как стемнеет, а сразу после шести; и т. д. В США женское белье стоит $10—35, мужское $10— 50 (самая дорогая, пятидесятидолларовая модель — кожаный комбинезон). В российских секс-шопах цены могут быть какими угодно, в зависимости от города и алчности владельцев. Как и вся продукция крупных фирм, работающих в этой области, белье проходит тщательную гигиеническую и сексологическую проверку.
Наш экскурс в область эротического белья вынужденно краток, история моды и эротики сохранила огромное количество материалов (и даже выкроек). Добавлю лишь, что вообще-то спор между красотой и пользой представляется бессмысленным, потому что бесполезной, красоты не бывает. Ведь если что-то, по слову Пушкина (которое сказано хоть и о другом предмете, но идет к делу),
...пророчествуя взгляду
Неоцененную награду,
Влечет условною красой
Желаний своевольный рой,—
наша жизнь станет богаче на одно восхитительное, а значит, небесполезное переживание.
ТО, КАК ЗВЕРЬ, ОНА ЗАВОЕТ, ТО ЗАПЛАЧЕТ, КАК ДИТЯ...
Нимфомания
«Как ласковая кобра я, ласкаясь, обовьюсь...», «Хочу быть голой, хочу быть белой...» — история поэзии сохранила множество экспрессивных до чрезмерности женских любовных... как бы ловчее сказать?., воплей. К ним существует и довольно распространенный бытовой комментарий: «Ей все равно кто, лишь бы в штанах. Прям нимфоманка какая-то». Попробуем разобраться, кто тут в самом деле нимфоманка, а у кого просто большое сердце.
Многие историки, касаясь темы древних культов, частью которых были всевозможные оргиастические праздники, склонны видеть в беспорядочном совокуплении женщин с десятками партнеров именно нимфоманию. Такое совокупление сопровождало ночные празднества в честь сирийских, вавилонских и прочих малоазиатских богинь. По свидетельству Геродота, дочь Хеопса построила себе пирамиду высотой в 147 метров из камней, которые приносили ее бесчисленные любовники, каждый по одному. Оргиям же предавались евреи, пренебрегшие заветами Авраама: во время праздника Астарты «в чаще лесов раздаются нечеловеческие крики бьющихся в судорогах женщин». Сходным образом вели себя римлянки во время празднеств Изиды, перенятых у египтян. (Описание такого мероприятия можно найти, например, в «Золотом осле» Апулея.)
Во времена Ренессанса местом проведения оргий становятся монастыри. Исторические документы пестрят свидетельствами самого изощренного и необузданного сладострастия, присущего монахиням. Авторы знаменитого «Молота ведьм» (1487) считают, что именно женщины чаще всего предаются дьяволу в силу своего ненасытного телесного зуда. Эрнст Фукс в своей известной «Истории нравов» рассказывает о монастырских эпидемиях, когда монахини бешено кусались, срывали с себя одежду и т.д.
Ученые трактаты XVIII века объясняют похотливость женщины ее физическим и анатомическим строением, а причину «бешенства матки» видят в «длительном неудовлетворении любовного томления». В 1720 году вышла книга «Адам и Ева без фигового листа», где целая глава была посвящена «помешанным на мужчинах незамужним женщинам».
Множество картин и гравюр того времени изображают дам, изнемогающих от вожделения. Об этом же не без ехидства пишут поэты: «Красавица Дорида поклялась отдаться тому, кто ей понравится, а поскольку ей нравятся все, она всем и отдается». Лозунг эпохи: «Наиболее счастливы те женщины, в списке которых значится наибольшее число мужчин». В моду входят petites maisons, парковые или лесные домики, специально предназначенные для оргий, описания которых в изобилии можно найти в галантных романах того времени.
Так кто же такие все эти маркизы, получающие удовлетворение только от введения в вагину полуметровых приборов, наполненных теплым молоком, и никак иначе? Прежде всего нужно подчеркнуть, что сам по себе абсолютный показатель частоты половых актов, хоть и является основным критерием, не может служить индикатором патологии. Интенсивная сексуальная жизнь, сочетающаяся с профессиональной, творческой активностью, лишь отражает общий высокий уровень витальности личности. Нимфоманию можно определить как неконтролируемое стремление к сексуальным контактам с любым человеком независимо от возраста, внешности и даже пола. Абсолютный промискуитет отличает женщину, страдающую нимфоманией, от женщины, проявляющей выраженную сексуальную активность, но с определенным отбором партнеров (своего рода относительный промискуитет).
Признаком нимфомании может служить невозможность завершить цикл сексуальной разрядки: сексуальный контакт не приносит удовлетворения. Дело тут не в отсутствий или наличии оргазма, как считают некоторые авторы, а в принципиальной «ненасыщаемо-сти». Эго уместно сравнить с процессом еды: даже обжора наедается, а вновь хочет есть лишь через меньшее по сравнению с обычным человеком время. Тот же, кто болен булимией, вообще не может почувствовать себя сытым. Таким образом, нимфомания — своего рода сексуальная булимия.
Чаще всего нимфомания — следствие органического заболевания головного мозга, расстройства функции его височных долей. Это возможно, например, при прогрессирующем параличе, то есть сифилисе мозга, при маниакальной фазе маниакально-депрессивного психоза, шизофрении, других психических болезнях. Нимфоманию могут вызвать также серьезные гормональные нарушения или наркотические интоксикации (кокаин, героин, мескалин и др.).
От всех этих явлений следует отличать внесексуальную мотивацию сексуальной активности — стремление все время получать подтверждение своей сексуальной состоятельности даже в тех случаях, когда интенсивность сексуального влечения снижена. Состояния «сверхнормативного» сексуального возбуждения могут возникать при вынужденном половом воздержании, стремлении подавить влечение (в тех же монастырях, в заключении, на зимовке и т.д.) — в этом случае они не являются признаком психических или соматических болезней и чаще всего снимаются при помощи мастурбации.
Поделиться книгой: