Без лица

Они шли, молча обходя прохожих, которые встречались им на пути. Паб было легко заметить по выкрашенной черной краской двери. Там почти не оказалось посетителей, что, учитывая раннее время, было вполне предсказуемо.

— Что выпьешь?

— Все равно, — ответил Джек. — Но только, Джефф, никакого алкоголя. Я не хочу, чтобы от меня несло спиртным. Это последнее, что мне сейчас нужно.

Джефф кивнул и направился к бару. С момента, как они встретились, в кармане Джека несколько раз вибрировал мобильный телефон. Он не смотрел на него, но и так знал, что это Кейт или Кам. У него не было желания ни отвечать на неизбежные вопросы Кейт, ни слушать отчет Кама о родителях Лили. Ему требовалось время, чтобы прийти в себя, и еще он хотел посоветоваться.

Джек сел за столик возле окна и невидящим взглядом уставился на людную Эрлз-Корт-роуд сквозь немытое стекло.

Джефф вернулся с двумя чашками кофе.

— Это для тебя, — настойчиво сказал он.

Джек сделал глоток, почувствовал привкус чего-то покрепче и вопросительно взглянул на Джеффа.

— Думаю, тебе не повредит, — ответил тот. — Там капля. Выпей, Джек.

Он допил кофе, и тепло от разбавленного виски растеклось по телу.

— Можешь потом заесть мятной конфетой. Или отправляй всех недовольных ко мне, — посоветовал Джефф. — Лучше?

— Да, — признался Джек, хотя понимал, что это ненадолго. На глаза навернулись слезы. Он достал носовой платок и вытер лицо, пытаясь скрыть боль.

— Расскажи, — попросил Джефф.

Джек начал рассказывать, и, к его удивлению, слова приходили с легкостью. В компании лучшего друга он чувствовал себя в безопасности, он мог полностью доверять ему.

— Я встречался с девушкой, с Лили.

— Из цветочного магазина, правильно?

Джек кивнул. У Джеффа была внешность большого плюшевого медведя, и многие думали, что он рассеянный и соображает медленно. Но на самом деле Джек не знал более умного и проницательного человека. Он ненавидел играть с ним в карты.

— Ты запомнил ее, — с грустью ответил он.

— Ты встретил ее года два назад или около того?

— Да, ты прав, мы познакомились два года назад. И несколько месяцев назад начали встречаться.

— Понятно. Еще я знаю, что она китаянка, родилась в Англии и очень красивая. Кажется, ты так ее описывал.

— Именно, Джефф. У тебя исключительная память. Я просто потрясен.

— И?

— И… она мертва, — просто ответил Джек.

Джефф осторожно поставил чашку, откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на Джека.

— Я не знаю, что и сказать. Несчастный случай?

— Нет, ее убили.

Несмотря на всю свою профессиональную выдержку, Джефф не смог скрыть удивления.

— Как это произошло? Когда?

— Думаю, вчера вечером, — ответил Джек, хотя никак не мог смириться с мыслью, что Лили мертва. — И это худшее, что случалось в моей долбаной жизни! — Он в упор посмотрел на Джеффа. — Сейчас идет вскрытие, и я должен присутствовать там. Лили — последняя жертва маньяка. Ему нравится срезать лица.

Джефф был ошеломлен и несколько секунд, которые показались обоим вечностью, не мог ничего сказать. Джек опустил глаза на кофейную гущу, оставшуюся в чашке.

— Операция «Пантера», — наконец пробормотал Джефф.

— Она самая.

— Ты видел тело?

Джефф смутился. Вероятно, подумал Джек, он сожалеет, что задал этот вопрос.

— Да. Но я не знал, что это Лили, потому что у трупа на столе не было лица! — выпалил Джек. Но при чем тут Джефф? — Прости. Ты не можешь представить…

— Нет, не могу. Я действительно не могу это представить. Джек, что я могу сделать для тебя? — Он провел рукой по бороде.

Гнев Джека превозмог его боль.

— Я хочу остаться в деле, — прохрипел он, и это прозвучало как волчий рык.

— Это неразумно.

— Я не хочу этого слышать! Все, что я хочу услышать, — это то, что ты мне поможешь.

Джефф наклонился к нему.

— Джек, черт побери, твою девушку зарезал серийный убийца, ее труп — улика в серьезном деле, которое ты расследуешь. И ты считаешь, что сможешь продолжить работу? О чем ты вообще думаешь?

— Я думаю о Лили, — простонал он. — Она была красива. Она была молода и умна. Она была сексуальна. А он срезал ее лицо! Она собиралась выйти замуж, я говорил об этом?

Джефф с изумлением уставился на него. Джек понимал, что все в этой истории должно казаться его приятелю странным.

— «У нас нет будущего» — так она мне сказала. Она всегда была честной. Но нам было хорошо вместе, и она собиралась выйти замуж за нелюбимого человека. Мы решили, что будем встречаться, пока есть такая возможность. Я не любил ее, но мне нравилось быть с ней, и кто знает, к чему это могло… — Он замолчал и сглотнул ком, стоявший в горле. — Еще несколько недель, и в наших отношениях была бы поставлена точка, но она была особенная, Джефф, понимаешь?

Тот печально кивнул.

— Ты абсолютно уверен, что это…

— Да, это она. Я узнал по родинке. — Джек невольно коснулся своего плеча. — Я ездил на место преступления, чтобы убедиться, что это ее фургон. В морге ее опознали. Это Лили, моя Лили… Она лежит там, на столе, мертвая, без лица.

Джефф сжал его плечо.

— Хорошо, приятель, послушай меня. Я знаю, что ты хочешь найти ее убийцу, но у тебя слишком много эмоций. Это опасно, Джек. Особенно после…

— Не говори о МакЭвой. Это совсем другой случай.

— Нет, это тот же случай. И точно так же у тебя мозги будут забиты эмоциями.

— Я приехал сюда за конкретной помощью, а не за консультацией психолога! — возмутился Джек, но руку Джеффа с плеча не сбросил.

— Джек, я твой друг и как друг могу посоветовать только одно: иди домой и позвони Шарпу. Скажи ему, что отказываешься отдела, и объясни почему. Ты сам знаешь, что так будет правильно, и это корректная полицейская процедура.

— Нет.

— Тогда я сам сделаю это…

— Нет!

— Ястреб…[9] — Джефф замолчал.

— Я рассказал тебе, потому что ты работаешь на «Призраков» и старше меня по званию. Ты сможешь меня защитить.

— Ты с ума сошел?!

— Не знаю. Возможно. Но я собираюсь найти этого урода и…

— Джек, послушай себя! Это просто месть, ты не думаешь головой. Ты не сможешь руководить операцией с этим ядом. Ты можешь разрушить свою карьеру, поставить все дело под угрозу и дать преступнику уйти. И ты сам это прекрасно понимаешь, поэтому и пришел ко мне. Ты хочешь, чтобы я освободил тебя от ответственности, чтобы ты мог выследить его и убить голыми руками или совершить нечто подобное. Я не буду под этим подписываться.

— Я ни разу не просил тебя об одолжении, — сказал Джек, вперившись в Джеффа тяжелым взглядом. Тот опустил глаза, понимая, что так просто он не отступится. — Я не позволю ему уйти от наказания.

Некоторое время они молчали. Наконец Джефф заговорил:

— Ты хочешь, чтобы я навредил делу. Это непрофессионально. — Он покачал головой.

— Послушай, если я расскажу Шарпу, он сегодня же отстранит меня отдела.

— И правильно сделает! А ты думаешь, что если рассказал мне, то уже в безопасности?

— Я всего лишь следую правилам. Я ставлю Шарпа в известность о своих отношениях с последней жертвой, но делаю это через тебя. Я добровольно пришел к тебе и все рассказал — если бы я не сделал этого, ты бы никогда ничего не узнал. Ты старше меня по званию и можешь выбирать, звонить или не звонить Шарпу. Я проинформирую свою команду и таким образом выведу их из-под удара.

— А как насчет меня?

— Джефф, для тебя эта история не будет иметь никаких последствий. Для «Призраков» достаточно знать, что полицейские ведут дела в рамках закона. А я закон не нарушаю. Единственное, чего я хочу, — быстрее поймать этого урода и посадить за решетку до конца его дней.

— Джек, а если узнают журналисты? Они утопят тебя в грязи. Для них ты будешь главным подозреваемым!

Джек нахмурился.

— Откуда они узнают? О нас с Лили никто не знал.

— Никто? — недоверчиво переспросил Джефф.

Джек чуть помедлил с ответом:

— Только ее сестра.

Бенсон вздохнул.

— Ей пятнадцать лет! Она школьница. Элис поклялась хранить тайну, и я знаю, что она ничего никому не сказала и не скажет.

— Ты слишком доверчив. А как насчет родителей? Ты не думаешь, что они все узнают, когда сестру начнут допрашивать? А если найдут что-нибудь в дневниках Лили или в ее личных вещах?

— Она не вела дневник. Ну, насколько мне известно. Лили жила одна. У нее не было близких подруг, она была скрытным человеком. К тому же она никогда бы не рискнула даже намекнуть кому-нибудь о том, что встречается с мужчиной. У нее был богатый жених. Я найду преступника до того, как сестру вынудят рассказать обо всем.

Джефф скептически посмотрел на него.

— Джек, ну почему ты не встречаешься с обыкновенными женщинами, как все мы? В прошлом году у меня была разведенка с двумя детьми, так она радовалась, когда я водил ее в рестораны и целовал на ночь. Я подарил ей розы на День святого Валентина, и она была на седьмом небе от счастья.

— Судя по всему, она очень хорошая женщина, — сказал Джек.

— Она совершенно нормальная женщина. Я больше не встречаюсь с ней, но не об этом речь. Меня интересует, почему ты не можешь завести нормальные отношения? Почему у тебя все должно быть настолько сложным?

Джек покачал головой. Выглядел он растерянным и беспомощным.

— Не знаю. Я думаю, она и была совершенно нормальной женщиной.

— Судя по твоим словам, Лили нельзя назвать домохозяйкой, живущей по соседству!

Джек ничего не ответил.

— О’кей, я запротоколирую все, что ты рассказал, и отмечу, что не вижу причин, по которым тебя нужно отстранить отдела, и что ты будешь вести его с должным профессионализмом. Но я прикрою свою спину, напишу, что у вас не было серьезных отношений. Вы просто иногда виделись, и все это — ужасное совпадение. Хотя, Джек, на тебя уже заведено дело, правда?

— Анна МакЭвой преследовала меня!

— Это не важно, приятель, по документам на тебе висит проступок. Будь осторожен. Мой тебе совет: немедленно откажись от участия в «Пантере».

— Прости, но я этого не сделаю, — ответил Джек.

— Конечно, не сделаешь, — устало сказал Джефф. — Пока, исходя из сложившейся ситуации, у тебя есть разрешение продолжать дело. Кстати, я еду в отпуск.

— Как? — Джек удивленно посмотрел на друга. — Ты же никогда не брал отпуск.

— Ну, меня заставили, потому что, видите ли, у меня много всего накопилось. Считай, что тебе повезло, поскольку я забуду подать свой рапорт. Напишу, отнесу ноутбук домой и, скорее всего, забуду взять его с собой. Я же в отпуске, в конце концов.

Джек с благодарностью кивнул.

— Куда ты поедешь?

— В Шотландию. Немного рыбалки, немного прогулок и много еды, выпивки и сна.

— Один едешь?