Помоги проекту - поделись книгой:
Решающая битва произошла 18 июля 1815 г. при Ватерлоо, в центральной Бельгии. Сражение первоначально складывалось не в пользу союзников. Во время второй атаки кавалеристы маршала Нея сумели захватить укрепленную позицию англичан, но удар Блюхера по правому флангу французов позволил Веллингтону в ходе контратаки вытеснить противника с поля боя. Это была победа. Союзники потеряли около 22 тыс. человек, Наполеон – 32 тыс. После этой победы союзные армии вторглись во Францию и вновь заняли Париж. Наполеон бежал в приморский город Рошфор. После заключения 2-го Парижского мира Веллингтон с согласия всех союзных монархов был назначен главнокомандующим союзными войсками во Франции и остался там до конца оккупации. За эту победу он получил звание генерал-фельдмаршала и от Александра I.
В 1814–1815 гг. английский полководец привлекался к работе Венского конгресса, когда европейские монархи делили между собой наполеоновскую империю. В 1818 г. он участвовал в Аахенском конгрессе четырех государств – России, Пруссии, Австрии и Англии, – который возобновил союзный договор, направленный против перемен во Франции, а в 1822 г. – в конгрессе в Вероне, где обсуждались меры борьбы против революционных движений в Европе. В 1826 г. Веллингтон был послан в Россию для поздравления императора Николая с восшествием на престол.
Со следующего года и до конца жизни великий полководец оставался главнокомандующим королевской армией, а с 1828-го по 1830 г. занимал пост премьер-министра Великобритании. Его правительство состояло из правых тори. Сам он считал, что существующий в Англии политический строй является совершенным. Тем не менее, уступая обстоятельствам, правительство Веллингтона приняло на себя в 1829 г. инициативу эмансипации католиков. Но против парламентской реформы полководец выступал со своим обычным упорством, что вызвало в народе такое негодование, что Веллингтон подвергся публичному оскорблению и в 1830 г. вынужден был уйти в отставку. В 1834–1841 гг. он возглавлял министерство иностранных дел, а в 1841–1846 гг. был членом британского правительства в ранге министра без портфеля. Кроме того, герцог Веллингтон являлся лордом-хранителем пяти гаваней и канцлером Оксфордского университета. Он не был гением, но обладал недюжинным умом, сознанием долга и непреклонной твердостью. Сама королева обращалась к нему за советами в затруднительных случаях. Вскоре прежняя непопулярность герцога была забыта, и он по-прежнему пользовался уважением народа. Ведь для Великобритании Артур Уэлсли Веллингтон являлся национальным героем. Умер он 14 сентября 1852 г. и был похоронен в соборе Святого Павла с поистине королевскими почестями.
Вильгельм I Завоеватель
(род. в 1027 или 1028 г. – ум. в 1087 г.)
Вильгельм, герцог Нормандский, был побочным сыном и преемником знаменитого Роберта (Рольфа) Нормандского, прозванного за жестокость и буйный нрав Дьяволом. О матери будущего короля Англии известно только то, что она была дочерью кожевника.
Свой характер Вильгельм, несомненно, унаследовал от отца. Тот был сыном одного из конунгов викингов. Следуя обычаям соотечественников, он совершил немало набегов и не стеснялся грабить даже в собственном отечестве. За это отец обрек его на вечное изгнание. Тогда Рольф во главе дружины отправился на материк, чтобы основать собственное государство. С согласия французского короля он обосновался в Руане, женился на французской принцессе Гизелле, принял христианство и твердой рукой стал править в Нормандии. При нем в стране прекратились разбои, возобновилось действие законов, утвержденных еще Карлом Великим, и были введены новые законы против воровства, отличающиеся крайней жестокостью. Гнева герцога боялись как огня. Предание гласит, что как-то Роберт, чтобы испытать подданных, повесил в лесу на дереве золотой браслет. Снять его не посмел никто до самой смерти герцога.
Таким образом, Вильгельму было с кого брать пример. Но и собственных ума, силы и мужества ему было не занимать. Когда мальчику было всего семь лет, Роберт умер вдали от двора, по пути в Иерусалим. В стране сразу же разгорелась жестокая междоусобная борьба за власть. Многие бароны не хотели подчиняться бастарду, а по сути сами стремились к герцогскому титулу. В это время Вильгельм находился при французском дворе, якобы для совершенствования образования, а скорее всего для того, чтобы уберечь юного герцога от удара кинжалом или яда.
В 1042 г. Вильгельм не без помощи французского королевского двора был торжественно посвящен в рыцари и обрел реальную власть в Нормандии. Первым делом он издал ордонанс (государственный указ) о наказании виновных в убийствах и грабежах, а также велел мятежникам сложить оружие, обещав амнистию. Однако многие бароны не желали подчиниться незаконнорожденному. В 1044 г. они вновь подняли мятеж, который был подавлен с помощью французского короля Генриха I. Решающей оказалась победа в битве при Валь-де-Дюне (совр. департамент Кальвадос), в ходе которой многие из мятежников переметнулись на сторону Вильгельма.
С усмирением собственных баронов участие в военных действиях для Вильгельма не закончилось. В 1048 г. он вынужден был идти на помощь Генриху II в кампании против графа Жоффруа Анжуйского, в которой оба завязли до 1054 г. Современному читателю некоторые факты, связанные с образом действия Вильгельма, могут показаться вопиющей жестокостью. Речь идет об осаде Алансона, когда герцог, оскорбленный выкриками защитников города, намекающими на его низкое происхождение от простого кожевника, приказал отрубить руки и ноги пленникам и перебросить их через городские стены. Однако подобное допускали многие военачальники и до и после Вильгельма. Особенно это касается викингов, потомком которых он был.
Примерно в 1056 г. Вильгельм задумал жениться и посватался к красавице Матильде, дочери одного из самых влиятельных вассалов французского короля Болдуина Фландрского. Брак с герцогом Нормандским никак не мог считаться мезальянсом, но Болдуин почему-то ответил отказом. И тут предание сообщает совершенно невероятную историю. Оскорбленный Вильгельм якобы пробрался в собор, где находилась Матильда, жестоко избил ее, а потом вскочил на коня и скрылся. Пришедшая в себя девушка заявила, что выйдет замуж только за него, и отец вынужден был согласиться.
Что бы ни говорила легенда об обстоятельствах этого брака, он оказался удачным. Известно, что герцогиня умела смягчать нрав своего не в меру крутого и гневливого мужа. В знак любви она на свои средства снарядила герцогу для похода в Британию корабль, богато изукрашенный резьбой, с шелковыми разноцветными парусами. Матильда подарила ему сыновей. Старший, Роберт, потом правил в Нормандии, средний, Вильгельм II Рыжий, унаследовал Англию, а после его смерти на трон взошел младший – Генрих I Ученый, вновь объединивший под своей властью Нормандию и Англию.
В это время Генрих II, испуганный усилением союзника, стал подумывать о походе в Нормандию. В 1056 г. Вильгельм разбил отряд французских рыцарей под Мортимером, после чего французы покинули Нормандию. Однако в 1059 г. Генрих заключил союз с графами Анжуйским, Пуату и Мэн против герцога Нормандского. При переходе союзного войска через р. Дива норманны внезапно напали на часть вражеского войска, уже переправившуюся на другой берег, и разбили ее, взяв огромное количество пленных. Генрих был вынужден наблюдать за разгромом, не имея возможности прийти на помощь. Видимо, он так и не смог оправиться от этого поражения, так как уже в следующем году умер.
Английским королем Вильгельм Завоеватель стал при несколько необычных обстоятельствах. Король Британии Эдуард Исповедник, сын сестры Роберта Дьявола, во время своего правления окружил себя норманнами и, к неудовольствию подданных, придерживался норманнских обычаев. Своих детей у него не было, и он предполагал передать трон Вильгельму, единственному родственнику. Однако на смертном одре он изменил свое решение и объявил наследником графа Гарольда, вошедшего в историю как Гарольд II Несчастный. По другой версии, Гарольда избрало собрание вельмож, недовольных норманнским засильем при дворе, что более вероятно.
Вильгельм считал себя законным наследником престола не только по праву родства с покойным королем. Еще при жизни Эдуарда, когда Гарольд потерпел крушение у берегов Нормандии и попал в руки Вильгельма, герцог взял с него клятву над мощами святых в том, что тот поможет Вильгельму наследовать трон. Когда корона английских королей оказалась вакантной, нормандец напомнил Гарольду об этом. Однако честолюбивый граф заявил, что клятва была насильственной, и сослался на волю народа. Тогда Вильгельм объявил его клятвопреступником и узурпатором, а сам начал готовиться к вторжению на Британские ост– рова.
Видимо, законность притязаний Вильгельма на английский престол в Европе признавали. Недаром поход осуществлялся с благословения папы. Под знамена герцога охотно встали не только нормандские бароны. К войску присоединилось много французских и нидерландских рыцарей, жаждавших богатой добычи и приключений.
Поход начался 27 сентября 1066 г. Берега Нормандии покинули 400 больших парусных и около тысячи транспортных судов. На них плыло хорошо обученное и вооруженное шестидесятитысячное войско.
Уже на следующий день армия Вильгельма Нормандского высадилась на побережье современного графства Восточный Сассекс, приблизительно в 10 км к югу от устья р. Ротер.
Герцог сошел на берег последним. По преданию, он споткнулся и упал. Это показалось окружающим недобрым знаком. Но Вильгельм заявил: «Я обнял эту землю моими руками и клянусь Божьим величием, что она будет ваша».
Войско приободрилось и двинулось в направлении к Гастингсу. По пути начались грабежи. Вояки, совсем недавно с благоговением взиравшие на хоругвь, данную Вильгельму в качестве благословения папой, не гнушались громить даже церкви. Однако Вильгельм, рассматривавший Англию как свою вотчину, жестоко расправился с мародерами и навел порядок.
Главная битва между войсками нормандцев и англичан состоялась 14 октября 1066 г. при Гастингсе. Нормандское войско значительно превосходило английское не только количественно (у Гарольда было не более 15 тыс.). Оно было лучше вооружено, обучено и дисциплинированно. По преданию, в ночь перед битвой соратники Вильгельма молились и исповедовались, а англичане пили пиво и пели воинственные песни.
Ранним утром нормандские рыцари выстроились для битвы. Вперед выехал воин, который запел Песню о Роланде, бросая меч в воздух и подхватывая его. Все войско вторило ему.
Англичане, вооруженные длинными секирами, укрылись на холме за специально выстроенными палисадами. Вильгельм приказал бросать копья и ввел в дело лучников. В первые же минуты король Гарольд лишился глаза. Однако взять укрепление Вильгельму не удалось. Тогда он пошел на хитрость, приказав своим воинам сделать вид, что они спасаются бегством. Англичане погнались за неприятелем и были окружены воинами, сидевшими в засаде. Большинство из них было перебито. Погиб и король Гарольд. Герцог Нормандский двинулся на Лондон, там был коронован и вступил во владение Англией.
Вильгельм был убежден, что овладел троном, принадлежащим ему по праву. Поэтому он действовал не как завоеватель, которому по законам войны следовало отобрать владения у всех, кто противостоял ему. Он ограничился конфискацией имущества Гарольда и его наиболее активных приверженцев, так как считал их мятежниками. Позже к этому имуществу были присоединены владения тех, кто посмел восстать против власти нового короля. Однако в первое время они не пострадали, хотя и не оказали Вильгельму никакой помощи во время войны с Гарольдом. Конфискованные земли были розданы 300 дружинникам, среди которых 40 получили очень значительные лены[6] в обмен на обязательство поставлять рыцарей для королевского войска. Подавляющее большинство из них были нормандцами.
Однако после гибели короля Гарольда сопротивление Вильгельму не прекратилось. С 1067-го по 1071 г. ему пришлось заниматься усмирением страны. В Лондоне новый король возвел знаменитый Тауэр, ставший оплотом его могущества, а в 1068 г. начал военные действия против непокорных жителей королевства и легко захватил берега Сомерсета и Глочестера. Потом Вильгельм двинулся на север страны, ставший главным оплотом противника, и взял Оксфорд, Лейчестер и Дерби. Возле Ноттингема его встретило объединенное войско англосаксов и шотландцев. И вновь военное превосходство нормандцев помогло им одержать победу. Следующим пал Йорк, где нападавшие, взбешенные ожесточенным сопротивлением, истребили всех жителей от мала до велика.
В 1069 г. объявились сыновья Гарольда, Эдвин и Годвин, нашедшие поддержку в Ирландии и Дании. С небольшим войском они высадились у Соммерсета, где к ним присоединилось местное население. Вскоре на подмогу прибыли 240 датских кораблей. Принцы овладели Йорком, уничтожив несколько тысяч норманнов. Эдвина провозгласили королем.
В этом случае Вильгельм стал действовать не только силой оружия. Он сумел договориться с вождем датчан Осборном, и тот весной вернулся в Данию. В начале 1070 г. нормандцы вновь подошли к Йорку, взяли его и двинулись на север, опустошая все вокруг. Перезимовав, Вильгельм двинул войско в Честер, преодолев считавшуюся непроходимой для конницы горную цепь, и завершил усмирение страны.
Казалось, теперь можно царствовать спокойно. Некоторое время так и было. Король попеременно жил то в Англии, то в Нормандии, где постоянно находилась его жена Матильда. Но проблемы поджидали Вильгельма в его собственной семье. Старший сын Роберт потребовал у отца свое наследство, Нормандию. Король отказал. Тогда Роберт, несмотря на увещевания братьев, принявших сторону отца, бежал в Нормандию. Там он попытался захватить Руан, чудом избежал плена и вместе с другими противниками Вильгельма укрылся в замке Герберуа. После неудачной попытки примирения отец проклял сына и лишил его наследства.
Матильда была удручена происшедшим. В 1083 г. она умерла, оставив сотканный ею огромный ковер, на котором были изображены сцены из жизни Вильгельма. Смерть жены потрясла Вильгельма. Ушло из жизни единственное существо, которое благотворно влияло на него. Он становился все неуживчивее и подозрительнее.
Последние годы король провел, занимаясь реформами, которые пришлись не по душе и знати, и простому люду. Вильгельм приказал составить так называемую «Великую книгу», которую англичане предпочитали называть «Книгой последнего Суда». Это был всеобщий реестр земельной собственности, на составление которого ушло 6 лет. В него были внесены имена всех собственников или держателей земли, а также их имущество. Этот реестр юридически закрепил земли, отторгнутые у мятежных саксов, и закрепил их за нормандцами и теми из англичан, кто поддерживал нового короля в период междоусобиц. Тем не менее, выходцы с материка остались недовольны. Ведь король обязал нормандцев платить подати наравне с коренным населением, что казалось им верхом несправедливости.
В 1087 г. французский король Франсиск I захватил Вексенское графство в Нормандии. Однако, как считали недоброхоты, война между Франсиском и Вильгельмом началась вовсе не из-за этого. Король Англии якобы обиделся из-за того, что французский собрат назвал его толстяком.
Эту войну Вильгельм тоже выиграл, но в захваченном нормандцами Манте король упал с лошади и поранил живот. После долгих мучений 8 сентября 1087 г. он умер, поделив в завещании свои владения между сыновьями, включая и Роберта. Согласно его предсмертной воле, все пленные были отпущены, церкви переданы большие суммы денег на восстановление сожженных им храмов. Надругательства над церквами Вильгельм считал главной причиной своей смерти – наказанием за этот грех.
Когда тело короля опускали в землю, по традиции священник спросил, не имеет ли кто-либо претензий к покойнику. Вперед вышел какой-то дворянин, который заявил, что земля, где вырыта могила, когда-то была его собственностью, а потом отнята Вильгельмом. Присутствующим на похоронах пришлось спешно собрать деньги, чтобы выкупить землю у истца.
Врангель Петр Николаевич
(род. в 1878 г. – ум. в 1928 г.)
«Беспристрастная история в будущем укажет, что наши жертвы были принесены для восстановления государства и в то же время послужили защитой Европы от красного террора», – писал в мемуарах Петр Николаевич Врангель – больше известный в советской истории как «черный барон». От своих именитых и воинственных предков, участвовавших еще в Крестовых походах, он унаследовал храбрость, хладнокровие и полководческий дар. Бароны Врангели верой и правдой служили магистрам Ливонского рыцарского ордена, шведскому королю Карлу XII и прусскому Фридриху II. Когда их земли в Лифляндии и Эстляндии отошли России, они стали защищать российскую корону.
Отец Петра, Николай Георгиевич, был чуть ли не единственным из династии, отказавшимся от военной карьеры. Он стал директором страхового общества. Петр родился 15 августа 1878 г. в Ново-Александровске Ковенской губернии (Литва), а жил и учился в Ростове. После окончания реального училища он поступил в Петербургский горный институт и в 1900 г. получил специальность горного инженера. Молодой барон – прекрасный собеседник, танцор, видный кавалер – блистал в высшем свете и на балах. Как все российские подданные, он был обязан отбыть воинскую повинность. «Вольноопределяющийся» Врангель выбрал местом службы элитную часть – лейб-гвардии Конный полк. Он полностью соответствовал «лицу полка»: двухметровый брюнет великолепно смотрелся на холеном вороном коне. Через год службы, сдав экзамен на чин корнета, Петр Николаевич уволился в запас (1902 г.) и служил чиновником по особым поручениям при иркутском генерал-губернаторе.
На войну с Японией Врангель ушел добровольцем. Проявив отвагу и дерзость в бою, бесстрашный кавалерист закончил войну с орденами Св. Станислава 3-й степени и Св. Анны 4-й степени «За храбрость». Следующий шаг он сделал сознательно – поступил в Академию Генерального штаба и закончил ее (1909 г.) седьмым среди лучших выпускников. После Офицерской кавалерийской школы (1910 г.) ротмистр Врангель был назначен командиром эскадрона Его Величества в лейб-гвардии Конном полку.
Военная карьера, как и семейная жизнь, началась удачно. Петр Николаевич, еще учась в академии, обвенчался с дочерью камергера императорского двора и фрейлиной императрицы Александры Федоровны, Ольгой Ивановной Иваненко. К баронскому титулу небогатого жениха вовремя добавилось солидное приданое невесты. Полковая веселая и необременительная служба недолго портила семейные отношения. Супруг быстро остепенился, когда в семье появились трое детей: Елена, Наталья и Петр.
Характер и мировоззрение Врангеля окончательно сложились к началу Первой мировой войны: храбрый, самоуверенный, в чем-то даже амбициозный и нелицеприятный человек, монархист до мозга костей, ревностный исполнительный службист, приверженец старого порядка и дисциплины. Выглядел он всегда безупречно и подчеркнуто спокойно, как бы ни складывались обстоятельства. В первом же бою ротмистр Врангель поднял свой эскадрон под непрекращающимся пулеметным огнем и захватил батарею противника. Он оказался в числе первых награжденных орденом Св. Георгия 4-й степени в этой кампании. А в дневнике Николая II есть ценная запись о том, что «10 октября [он] принял ротм. л. – гв. Конного полка бар. Врангеля, первого Георгиевского кавалера в эту войну».
Императорская семья привечала храброго и преданного монархии офицера. В декабре 1914 г. следует его производство в полковники, а в 1916 г. – пожалование во флигель-адъютанты Его Величества. Даже служа при штабе вне фронтовых действий, Врангель получил орден Св. Владимира 4-й степени. Но Петр Николаевич не был «тыловой крысой». В октябре 1915 г. он принял 1-й Нерчинский полк Забайкальского казачьего войска и с «исключительным блеском» вел операции в Галиции против австрийцев. Генерал Гартман дал Врангелю-командиру прекрасную аттестацию: «Выдающейся храбрости. Разбирается в обстановке прекрасно и быстро, очень находчив в тяжелой обстановке. Смел и решителен в боевых действиях, но действует всегда обдуманно и даром не рискует».
В 38 лет Врангель уже командовал Уссурийской дивизией и за боевые отличия был произведен в генерал-майоры. Воюя в Бесарабии, он узнал об отречении императора и, хотя присягнул на верность Временному правительству, для себя решил: «Это конец, это анархия». Петр Николаевич не скрывал своих убеждений, в советах и солдатских комитетах видел врагов армии и государства. Он оставался в строю. На его глазах разваливался фронт, но с солдатами вверенного ему корпуса у генерала установилось «психологическое единство». Командира ценили и подчинялись его приказам. Во время отступления Юго-Западного фронта в августе 1917 г. Врангель в жестоких арьергардных боях, используя маневры и нанося стремительные контрудары, прикрыл отход 7-й и 8-й армий. Постановлением солдат его Сводного корпуса генерал был награжден солдатским Георгиевским крестом 4-й степени, хотя никогда не заигрывал с подчиненными.
В августе 1917 г. Врангель был на стороне «корниловских мятежников», но присоединиться к их действиям не успел. Он остался без назначения, так как Керенский ему не доверял. После большевистского переворота, узнав о позорном сепаратном мире с Германией, Врангель решил уйти «со сцены». Петр Николаевич с семьей уехал в крымское имение жены. 10 января 1918 г. барон был арестован большевиками. Ольга Михайловна настояла, чтобы ее отправили в заключение с мужем. Председатель трибунала матрос Вакула был поражен такой стойкостью и верностью и «даровал» жизнь ее супругу. Не раз пожалели потом большевики о своей «мягкости» и недальновидности.
Год Врангель оставался не у дел. Он убедился, что его бывший полковой командир, а ныне гетман Украины Скоропадский скорее отдаст «самостийную» Малороссию немцам, чем будет на стороне «единой и неделимой России», и отказался от сотрудничества с ним против большевиков. В сентябре 1918 г. Петр Николаевич решил присоединиться к белому движению, которое к тому времени стало серьезной угрозой красным на Дону и Кубани. Деникин сразу доверил Врангелю руководство огромной казачьей конницей. Удачная идея Петра Николаевича использовать в своих пластунских батальонах пленных «принесла ему в рядах армии громкую славу». Это показало всем, сколько сомневающихся и сочувствующих Белому движению в краснопартизанских отрядах, а усиленная таким образом дивизия Врангеля отстояла Армавир и отбила Ставрополь. В ноябре он уже командовал корпусом и наголову разбил в кубанских степях отступающую Таманскую армию на минимуме боеприпасов и физических сил. За эти бои Деникин произвел Врангеля в генерал-лейтенанты. Полководец всегда тщательно просчитывал каждую операцию и маневр – воевал красиво. Именно боевые действия врангелевского корпуса по предотвращению наступления большевиков под Ставрополем были продемонстрированы английским и французским представителям Антанты в надежде на союзническую помощь. Он сумел показать, «как кубанцы бьют большевиков».
В январе 1919 г. белогвардейская армия была разделена на две части. Крымско-Азовская Добровольческая ушла в Донецкий бассейн. Командование Кавказской Добровольческой было поручено самостоятельно мыслящему Врангелю. С этого момента проявились серьезные разногласия в вопросах стратегии между главверхом Деникиным и бароном. Петр Николаевич настаивал на необходимости похода на Поволжье для соединения с Колчаком, но вынужден был подчиниться и вел затяжные, изматывающие обе стороны бои на Маныче. Только с третьего раза он сумел форсировать реку, придумав «подводную» переправу артиллерии при помощи переносных щитов. Ускорив тем самым переправу, он с наскока почти полностью разбил красных конников Думенко и устремился на Царицын. Пехота и артиллерия не успевали за продвижением казачьих частей, Деникин поздно помог с резервами, но через три недели непрекращающихся боев город пал.
Следующий деникинский план – наступление на Москву – Врангель воспринял как «забвение всех правил стратегии» и считал его гибельным. Он оказался прав: большевики перебросили против его сильно растянутых частей большие силы, включая конницу Буденного с «усмиренного» колчаковского фронта. Население Поволжья белых не поддерживало. Добровольцы отступали с тяжелыми боями. Поход на Москву провалился, и непонимание между Врангелем и Деникиным достигло своего пика.
Ухудшилось положение на Украине. В войсках началась паника. Верховный главнокомандующий перебросил туда Врангеля с задачей остановить отступление. Барон только сумел предупредить серьезные поражения и отвести части белогвардейцев, сохранив их дееспособность. В этом вопросе мнения Деникина и Врангеля вновь разделились. Первый был за отвод войск на Кубань, второй предлагал Крым. В декабре 1919 г. Петр Николаевич попытался сместить главкома, не осознающего размеры поражения, но его не поддержали. Деникин отстранил Врангеля.
«При этих условиях, сознавая, что мною воспользоваться не хотят и дела для меня ни в армии, ни в тылу не находится, не желая оставаться связанным службой и тяготясь той сетью лжи, которая беспрестанно плелась вокруг меня, я решил оставить армию», – вспоминал Врангель. Деникин же не сомневался в вине барона: «Для подрыва власти и развала Вы делаете все, что можете… Когда-то во время тяжелой болезни, постигшей Вас, Вы говорили Юзефовичу, что Бог карает Вас за непомерное честолюбие… Пусть Он и теперь простит Вас за сделанное Вами русскому делу зло». Разрыв был окончательным. Врангель уехал в Одессу, затем в Крым и «во избежание дальнейших недоразумений» – в Константинополь, собираясь с семьей в Европу. Но, узнав о разгроме белого движения на Черноморском побережье Кавказа и отказе Деникина 4 апреля 1920 г. от полномочий главнокомандующего, Петр Николаевич был вынужден отложить отъезд. Военный совет в Севастополе избрал его преемником Деникина.
Врангелю досталось тяжелое наследство: из 150 тыс. белогвардейцев, «столпившихся» в Крыму, боеспособными оставались около 25 тыс. Большей частью армия была деморализована, в тылу процветали грабежи, мародерство и разгул. Жестокими мерами Врангель попытался навести порядок. Из наиболее боеспособных частей была сформирована Русская армия. Барон мыслил укрепиться в Крыму и искал союзников. При посредничестве англичан он пытался заключить перемирие с РСФСР, договориться с Петлюрой или Махно, найти общий язык с Польшей – ничего не вышло. Обещал крестьянам землю за выкуп и рабочим 8-часовой рабочий день – но большевики все это уже дали. Для армии требовались огромные поставки оружия. В долг не давали, и Врангель расплачивался крымским хлебом. Прокормиться на полуострове было невозможно. Положение становилось критическим. Пора было действовать, и барон решился. 13 мая 1920 г., воспользовавшись вторжением белополяков в Белоруссию и на Украину, Врангель начал наступление в Северной Таврии. Против него стояла только 13-я армия И. П. Уборевича с сильным конным корпусом Д. П. Жлобы. Преимущество в силе было на стороне белых. Они разбили конницу и упорно продвигались к каховскому плацдарму. Это был последний значительный успех Врангеля. Попытка в августе вновь поднять Дон и Кубань при помощи десантов окончилась провалом. 28 октября 1920 г., после заключения перемирия РСФСР с Польшей, Красная армия начала наступление со злополучного, так и не захваченного белыми плацдарма. Пять общевойсковых и две Конные армии в союзе с Махно мощным ударом отбросили врангелевцев в Крым. Ценой огромных жертв красноармейцы 8 ноября 1920 г. перешли Сиваш и взяли Перекоп с его прославленным Турецким валом.
Десять дней спустя разбитая Русская армия на 126 судах (145 тыс. человек) эвакуировалась в Турцию. Чтобы рассчитаться за перевозку и как-то первое время прокормить эмигрантов, Врангель продал французам и туркам имевшиеся в его распоряжении военные суда и подводные лодки Черноморского флота. В дальнейшем каждый устраивался как мог. Врангель с семьей обосновался в Югославии, а затем переехал в Бельгию. С большевизмом он не смирился. Создал в 1923 г. Русский общевоинский союз (РОВС), который объединил экстремистски настроенных белоэмигрантов, участвовавших в подготовке и проведении террористических актов и диверсий. Затем передал руководство РОВСом великому князю Николаю Николаевичу.
В последние годы жизни Петр Николаевич был нелюдим, писал мемуары. Ранения, контузии, постоянные нервные перегрузки серьезно подорвали его здоровье. После продолжительной болезни 12 апреля 1928 г. Врангель скончался. Для победивших большевиков он был «черным бароном», для потерпевших поражение белогвардейцев – «белым рыцарем» и «белым орлом». А мог стать рядовым горным инженером…
Ганнибал (Аннибал) Барка
(род. в 247 (246) г. – ум. в 183 г. до н. э.)
«Снимем наконец тяжелую заботу с плеч римлян, которые считают слишком долгим и трудным дождаться смерти ненавистного им старика…» Как отмечал Тит Ливий, это были последние слова Ганнибала. Преследуемый своими извечными врагами, он предпочел яд постыдному плену. Талантливый полководец умирал непримиримым противником Рима, вполне сдержав свою клятву…
Ганнибал родился в 247 (246) г. до н. э. в семье карфагенского полководца Гамилькара Барки, одного из видных государственных мужей древности. Детство его проходило в условиях жестокой войны между торговым центром Средиземноморья Карфагеном и Римской республикой. Будучи пятилетним ребенком, он с интересом слушал рассказы о подвигах отца, о бездарности карфагенских аристократов – его политических противников. В доме царила атмосфера ненависти к римлянам, которую Гамилькар прививал своим сыновьям – Ганнибалу, Гасдрубалу и Магону. Весь Рим знал о том, что Гамилькар вскармливает своих детей, как львов, натравливая их на римлян.
Когда Ганнибалу исполнилось девять лет, отец заставил его прийти в храм и принять участие в жертвоприношении: его сын должен был стать наследником и его ненависти. Будущий полководец перед алтарем поклялся всю жизнь быть непримиримым врагом Рима. В дальнейшем эта клятва получила название ганнибаловой и стала нарицательной.
Мальчик рос в военном лагере, поэтому стал искусным бойцом, отважным наездником, отличался в беге, был гибким, имел крепкое телосложение. Но вместе с тем он никогда не забывал о своем образовании. Известно, что Ганнибал с помощью спартанца Зозила в совершенстве овладел греческим языком.
В 22 года Ганнибал стал начальником конницы у своего зятя Гасдрубала, а через четыре года после его смерти был избран командующим. Молодость и горячность сочетались в нем с настойчивостью, решительностью и лукавством. Казалось, само небо благоволило к молодому полководцу: после смерти его отца Гамилькара осталась полная казна и сильная армия, преданная своему вождю.
По словам Тита Ливия, Ганнибал «насколько… был смел, бросаясь в опасность, настолько же бывал осмотрителен в самой опасности. Не было такого труда, от которого бы он уставал телом или падал духом. И зной, и мороз он переносил с равным терпением; ел и пил ровно столько, сколько требовала природа, а не ради удовольствия;…покою уделял лишь те часы, которые… оставались свободными от трудов. Одеждой он ничуть не отличался от ровесников; только по вооружению да по коню его можно было узнать. Как в коннице, так и в пехоте он далеко оставлял за собою прочих; первым устремлялся в бой, последним оставлял поле сражения».
Ганнибал обладал даром властвовать над людьми. И в этом он был достойным преемником отца. Используя все свои козыри, молодой полководец решил, что пришло время свести счеты с Римом. Но открыто начинать войну было небезопасно – карфагенское правительство не разделяло взглядов Ганнибала. Тогда он решил действовать хитростью и попытался прибегнуть к провокации – нарушить мир со стороны испанской колонии Сагунт, находившейся под опекой Рима. После восьмимесячной осады она была захвачена армией Ганнибала. В ответ Рим объявил войну, которая вошла в историю под названием 2-й Пунической войны, или Ганнибаловой войны (218–201 гг. до н. э.).
Ганнибал давно понял, что бороться с Римом можно лишь в Италии. Оставив в Испании своего брата Гасдрубала с войском, он выступил из Нового Карфагена с 80 000 человек пехоты, 12 000 всадников и 37 боевыми слонами. Несмотря на потери в битвах между р. Сками и Пиренеями, полководец упрямо продвигался со своей армией дальше по восточному побережью Испании и югу Галлии. Целью Ганнибала было проникновение в Италию с севера. Римские армии направились навстречу карфагенянам, поняв, что те собираются пересечь Альпы и вторгнуться на Апеннинский полуостров.
Перевести через Альпы по обледенелым кручам сквозь снежные бури большую армию с боевыми слонами было чрезвычайно рискованным предприятием. Но Ганнибалу удалось осуществить свое намерение. Он обратился с речью к солдатам, сказав, что горы – это стены самого Рима, а преодоление их – залог будущей победы. Через две недели после начала перехода, потеряв около половины войска, полководец вышел на равнины Италии. Во вражеской стране армия Ганнибала одержала ряд блестящих побед: к западу от реки Тичино (Тицин), у реки Требии.
Успехи военачальника привлекли на его сторону союзников – племена цизальпийских галлов и лигуров. Римские войска пытались защитить проходы в Апеннинских горах, но Ганнибал обошел их позиции, пройдя через болотистую долину реки Арно. Этот переход тяжело дался его армии, принес огромные потери. Сам полководец получил глазную инфекцию и впоследствии ослеп на один глаз. Но у Тразименского озера в 217 г. до н. э. Ганнибал разгромил армию римского консула Гая Фламиния. А в августе 216 г. до н. э. на реке Ауфид в Апулии, в местечке Канны произошла одна из известнейших битв древнего мира. Армии карфагенян удалось окружить и почти полностью уничтожить римлян. В ходе сражения погиб консул Эмилий Павел. Беспорядочное бегство римской армии смог остановить лишь молодой военный трибун Публий Корнелий Сципион, которому в будущем было суждено стать победителем Ганнибала.
Успехи карфагенской армии можно объяснить тем, что во главе ее стоял не только талантливый, но и хитрый полководец, который неоднократно прибегал к разным ловушкам, всегда тщательно изучал характер своих противников. Даже в Риме у Ганнибала были шпионы, что позволяло ему неплохо ориентироваться во вражеских планах.
Для стратегии полководца была характерна хорошая организация продолжительных переходов войск, создание основных и промежуточных баз как на пути движения армии, так и на завоеванных территориях. Это уменьшало зависимость войск от далекого Карфагена. Кроме того, Ганнибал блестяще организовывал разведку, умело использовал недовольство италийских союзников Рима для привлечения их на свою сторону.
Основой армии талантливый военачальник считал сухопутное войско, главной силой которого была африканская конница, количественно и качественно превосходившая римскую.
В битве при Каннах впервые в истории военного дела главный удар был нанесен не на одном фланге, а на двух, где были сосредоточены конница и наиболее боеспособная часть пехоты карфагенян. Вот как описывал полководческое мастерство Ганнибала в своих «Сравнительных жизнеописаниях» древнегреческий историк Плутарх: «Во время битвы Ганнибал применил несколько военных хитростей. Во-первых, он так расположил своих солдат, что ветер дул им в спину. А ветер этот был подобен знойному вихрю – вздымая на открытой, песчаной равнине густую пыль, он проносил ее над рядами карфагенян и бросал в лицо римлянам, которые волей-неволей отворачивались, нарушая строй. Во-вторых, на обоих крыльях он поставил сильнейших, самых искусных и отважных воинов, а самыми ненадежными заполнил середину, выстроенную в виде выступавшего далеко вперед клина. Отборные получили приказ: когда римляне взломают центр, который, естественно, подастся назад, принимая очертания впадины, и ворвутся внутрь карфагенского строя, совершить поворот и стремительно ударить им в оба фланга, чтобы полностью окружить неприятеля. Это, по-видимому, и было главной причиной чудовищной резни. Когда центр карфагенян стал отходить, и римляне, бросившись в погоню, оказались в глубине неприятельских рядов, строй Ганнибала изменил форму и сделался похож на полумесяц, и тут лучшие отряды, выполняя приказ начальников, быстро повернули – одни направо, другие – налево, – напали на обнаженные фланги противника и, соединившись, истребили всех, кто не успел выскользнуть из кольца». Все это помогло достичь полного окружения и уничтожения противника и сделало Ганнибала одним из величайших полководцев мира.
Однако, как писал Тит Ливий, карфагенский военачальник наравне с «…высокими достоинствами обладал и ужасными пороками. Его жестокость доходила до бесчеловечности… Он не знал ни правды, ни добродетели, не боялся богов… не уважал святынь». До нашего времени дошел рассказ о том, как Ганнибал однажды расправился со своими солдатами, перебежавшими к неприятелю. Он объявил, что сам послал их в стан врага. Эта информация предназначалась для римских лазутчиков, которые были в лагере карфагенян. Римляне отрубили перебежчикам руки и выдали несчастных Ганнибалу…
Вдобавок следует отметить, что полководец строго относился не только к солдатам, но и к самому себе, отдаваясь без остатка военному делу. Так, он никогда не предавался разврату с блудницами и всячески боролся с подобным в армии, считая, что это подрывает силы солдат, столь необходимые для будущих сражений.
После победы при Каннах к Ганнибалу перешло множество итальянских областей и мелких общин, а также такие большие города, как Тарент, Сиракуза и Капуя, которые полководец удерживал около 12 лет, несмотря на частые осады римлян.
После Канн Ганнибал предпринял наступление на Рим, но средств для осады у него было недостаточно: карфагенское правительство мало помогало полководцу. Удобный случай раздавить римлян был упущен…
Не удалось военачальнику получить помощь и от брата Гасдрубала, которого он вызвал из Испании. В результате консул Клавдий Нерон одержал победу над Ганнибалом при Грументуме. Затем, соединившись с другим консулом, Ливием Сампатором, разбил Гасдрубала. Последнему отрубили голову.
Ганнибал отступил в Бруциум, где еще три года боролся со своими врагами. Но было уже ясно, что теперь гегемония Рима над Италией несокрушима и военный план полководца потерпел поражение. Он был вынужден вернуться в Карфаген, которому угрожал Публий Корнелий Сципион, ставший к тому времени консулом.
В 202 г. до н. э. при Заме состоялась решающая битва, в результате которой 2-я Пуническая война закончилась полным поражением Карфагена. В 201 г. до н. э. был подписан унизительный мирный договор, согласно которому Карфаген лишался всех своих заморских владений, военного флота, боевых легионов и должен был выплатить Риму огромную контрибуцию в 10 тысяч талантов.
В это сложное для отечества время Ганнибал стал главой республики и обеспечил выплату контрибуции. Но мысли о мести Риму по-прежнему не покидали его. Ганнибал начал вести тайные переговоры с сирийским царем Антиохом III, пытаясь уговорить его начать боевые действия против Рима. Карфагенский сенат не поддержал своего героя в этом начинании, и он был вынужден бежать из города.
Между тем Корнелий Сципион нанес поражение Антиоху III. По условиям договора, заключенного между ними, последний должен был выдать Ганнибала врагам… Полководцу снова пришлось бежать (189 г. до н. э.). По некоторым источникам, он одно время жил при дворе армянского царя Артаксия, затем на о. Крите. Но удача отвернулась от своего избранника. Измены и горести неотступно преследовали его. Царь Прузий (Прусий) предал Ганнибала. Узнав об измене, тот принял яд, который всегда носил в перстне.
Так бесславно окончилась жизнь великого полководца и патриота. Он всегда оставался верен своей клятве: бороться с ненавистным Римом до конца дней. Но, как говорят, нет пророка в своем отечестве – Ганнибал окончил свой путь, отвергнутый Карфагеном, которому посвятил всю свою жизнь. Недаром древние историки утверждали, что сам полководец говорил: «Не Рим, а карфагенский сенат победил Ганнибала».
Гудериан Хайнц (Гейнц) Вильгельм
(род. в 1888 г. – ум. в 1954 г.)
Хайнц Вильгельм Гудериан, одна из самых неординарных и интересных фигур Третьего рейха, появился на свет 17 июня 1888 г. в городке Кульме на берегу Вислы, в то время принадлежащем Германии (ныне Хелмно, Польша). Все предки будущего полководца по обеим линиям были либо помещиками, либо юристами, и лишь его отец, Фридрих Гудериан, обер-лейтенант 2-го Померанского егерского батальона, стал первым кадровым офицером в роду. Он был женат на Кларе Кирхгоф и имел двоих сыновей (младший, Фриц, родился в 1890 г.). Военная служба отца вынуждала семью постоянно переезжать с места на место. Так, первые 6 лет Хайнц учился в г. Кольмар (Эльзас), но в 1900 г. Фридрих Гудериан был переведен в Санкт-Авольд (Лотарингия), маленький городок, в котором не было даже средней школы. В своих мемуарах Хайнц Гудериан писал, что отец всю жизнь являлся для него «образцом человека и солдата», поэтому неудивительно, что, когда в 1901 г. возник вопрос, где продолжать образование детей, оба сына выказали желание идти по его стопам и были определены в кадетский корпус для младшего возраста, находившийся в Карлсруэ. По достижении 15 лет братья один за другим перешли в Гросс-Лихтерфельд вблизи Берлина, где обучались мальчики постарше.
Поделиться книгой: