Проклятье русалки

Когда Анна и Егор нашли его, он не смог говорить, только всхлипывал и размазывал по лицу грязь.

Егор обругал его, Анна молча взяла за руку и повела прочь из трясины по одной ей известной тропе. Как ни старался Пашка, а слова не складывались во фразы, и он никак не мог рассказать о том кошмаре, который только что пережил.

Маша. Русалочий гребень

– Наташ, сколько времени прошло? – в который раз спросила Маша.

– Не знаю, – с досадой ответила она. – Посмотри на часы.

Маша посмотрела. Уже поздно. Ребята должны были давным-давно вернуться.

– Не понимаю, может, случилось что-нибудь. – Маша с надеждой взглянула на Наташину спину. Наташа, не оборачиваясь, невнятно бросила: «Не нагнетай».

– Я же не специально, – сидеть молча и пялиться в темное окно Маша больше не могла. Она схватилась за телефон и начала по очереди обзванивать Илью, Анну, Пашку. В ответ неизменно получала «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети…».

– Издевательство какое-то! – бормотала она. – Наташ, попробуй ты позвони, а?

Наташа молча достала трубку, вызвала, раздраженно набрала текст эсэмэс и отправила каждому.

– Когда-нибудь они это получат, – объяснила Маше. – Знаешь, если бы они могли позвонить, то позвонили бы. Мы просто бессмысленно суетимся.

– Ничего подобного! Мы используем все наши возможности! – вспылила Маша. – Если ничего не делать, а только оправдываться, то ничего и не получится!

– И что ты предлагаешь?

– Я еще не придумала, – с вызовом ответила Маша, – но я все время думаю, например, что, если нам пойти и поднять всех, кто есть в деревне?

– Кого? – невесело усмехнулась Наташа. – Трех полуживых старушек?

– Неправда! Вовсе не полуживых! Мы с Пашей видели старушку, она была вполне еще живая, и других жителей видели, у одного забора даже машина стояла.

– Маш, чем они нам помогут? – устало спросила Наташа.

– Я не знаю, – воскликнула она, – но попробовать стоит. У нас случилась беда, пропали два парня, заблудились, попали в капканы, утонули, мало ли что! Давай позвоним в МЧС, вызовем вертолет, команду спасателей, они прочешут лес…

У Наташи побледнело лицо, и она произнесла тихо, но очень разборчиво:

– Непременно вызовем. Но я очень надеюсь, что до этого не дойдет.

– И чего же мы ждем? – так же тихо и разборчиво переспросила Маша.

– Мы ждем, когда вернутся Анна и Егор.

Маша встала с табурета и прошлась по комнате. От возмущения ей не хватало воздуха.

– Я выйду, – бросила Наташе. И не слушая ее, выбежала в сени.

В сенях сырость ощущалась еще сильнее, чем в горнице, там было душно, а здесь холодно. «Надо на улицу», – подумала Маша, подходя к двери.

Она откинула засов, дверь, скрипнув, отворилась… В нос ударил сильный гнилостный запах протухшей рыбы.

Маша столкнулась с ней лицом к лицу. Русалка стояла за дверью, словно знала, ждала, когда же Маша откроет.

Синеватое нагое тело, чуть светящееся в темноте, все облепленное мокрыми длинными волосами или водорослями, не поймешь. Длинные гибкие руки, одной русалка сразу же вцепилась в дверь, другой медленно поманила Машу.

Узкое лицо, черные провалы вместо глаз, черные же губы.

У Маши отнялся язык и подогнулись колени. Она не могла ни отступить назад, ни крикнуть Наташе.

– Отдай, – услышала она. Русалка не произнесла ни звука, «отдай» прозвучало прямо у Маши в голове.

«Ей нужен гребень», – Маша догадалась почти сразу, ей вспомнился и рассказ Анны, и ночной кошмар, только теперь она понимала, что ее сон на самом деле был вполне реальным, русалка пришла второй раз, пришла потому, что Маша сама ее позвала. Но ведь она же не хотела, не думала, не верила!

– Отдай мое! – потребовала русалка.

– Я сейчас… принесу, – Маша слабо махнула рукой в сторону горницы, – там, – сказала она, отступая.

Она пятилась задом, русалка наступала. Вот она перебралась через порог, тяжело шлепая босыми ступнями. С нее струями стекала вода или слизь, оставляя лужи на полу, она издавала ужасный запах, она была так близко, что могла дотронуться до Маши, но почему-то не делала этого, хотя Маша видела, как она тянет к ней руки.

Дверь из сеней распахнулась сама собой, Маша чуть не упала через порог, удержалась на ногах, успев подумать, что будет с Наташей, если она сейчас выйдет из комнаты и увидит.

Гребень лежал под подушкой на топчане. Это Маша точно помнила.

Топчан у стены. Маша, очень медленно пятясь, приблизилась к топчану и, не глядя, начала шарить под подушкой, нащупала не сразу, успела испугаться, вдруг пропал!

– Нашла! – Маша вытащила гребень и хотела показать его русалке. Но в дверях никого не было. Из сеней несло грибной сыростью, холодом и немного рыбой.

У Маши гулко стукнуло в ребрах, и она без сил опустилась на топчан.

Сидела так, не замечая времени и не двигаясь. Мысли мутились, ее бросало то в жар, то в холод. «Это болезнь, я простудилась, – текли вялые мысли, – наверно, у меня температура, я в бреду…»

Взгляд ее упал на перламутровый гребень, зажатый в руке. Вот он – источник ее бреда. Надо от него избавиться.

– Маша! – позвала ее из комнаты Наташа. – Ты где?

– Я здесь, – ответила Маша, вставая и направляясь к выходу, – сейчас приду…

Она вышла на крыльцо, залитое водой, в воздухе висела водяная пыль, с козырька текли потоки, косые струи секли землю и траву, дождь висел густой завесой, мешаясь с вечерним сумраком.

– Вот твой гребень, – крикнула Маша, протягивая находку куда-то в пустоту, – ты здесь, я знаю, возьми его и отстань от меня!

– Верни на место, – потребовала русалка. И Маша сразу же успокоилась. Конечно! Она должна была отнести гребень и положить его на прежнее место. Она так и хотела сделать, да дождь помешал. Хорошо, она отнесет его сейчас. Так даже лучше. Здесь ведь рядом, Наташа не успеет спохватиться, как она уже вернется.

Когда Наташа выглянула в сени, Маши там не было. Она несколько раз окликнула ее – безрезультатно. Удивившись, вышла на крыльцо, но и там никого не оказалось.

Маша исчезла.

Где все?

– Не бойся, я не сумасшедшая.

Она склонилась к Илье, так что из-под накинутого капюшона мешковатой куртки свисали посеребренные пряди волос. Нелепая женщина. Она протягивала ему маленькую узкую ладонь:

– Вставай.

От помощи ее почти детской ладошки Илья отказался, смог сам встать на ноги.

– Я и не боюсь, – буркнул он, отводя глаза. – Откуда вы тут взялись, следите за мной, что ли?

Женщина нисколько не смутилась:

– Вообще-то – да, я за тобой присматривала.

– Видели, кто на меня напал? – оживился он. И вдруг до него дошло. – Погодите-ка, это вы их пугнули? Выходит, спасли меня, да? Или вы с ними заодно?

После этих слов женщина испуганно отшатнулась, отмахнулась от него березовой веткой:

– Что ты, что ты! Как я могу быть с ними заодно!

Илья покосился на ветку:

– Вы в баню, что ли, собрались?

– В какую баню? Нет, тут нет бани, с чего ты взял? – и она тоже посмотрела на ветку. – Ах это… это березка.

– Я вижу, что не дуб, – съязвил Илья.

– Освященная березка, от нечистой силы помогает, – спокойно объяснила сумасшедшая.

– Ну да, так вы, значит, тут нечистую силу гоняете? – уточнил он.

– Так ведь кроме меня – некому, – с горечью поделилась она, – каждый год приезжаю сюда.

– Наслышан, – кивнул Илья, – что ж, удачной охоты, спасибо за помощь еще раз, я пойду… Да, кстати, вы тут не видели парня, такого, ростом с меня, чуть плотнее, волосы густые, темнее моих?

– Друг твой? – зачем-то спросила женщина.

– Да, Павел, Пашка, ушел на станцию, а я не догнал.

Женщина подумала и покачала головой:

– Нет, Пашка твой на станцию не проходил, другой проходил.

– Какой – другой? Егор? Витя? Давно проходил?

Женщина насупилась:

– Тот, что с ней, – ответила, – с этой… проходил не знаю когда, давно, недавно, до того, как тебя закружили. – Она шагнула к нему, поднялась на цыпочки, вцепилась в дождевик, притянула к себе. – А ты вот что, – зашептала горячо, – ты забирай своих друзей, и уезжайте отсюда. Нельзя вам здесь быть! Девочку свою увози!

Илья с трудом оторвал от себя ее цепкие пальцы.

– Да-да, хорошо, мы решим этот вопрос, обязательно, как скажете. Извините, мне надо идти, правда.

Он рванул от нее прочь, проговаривая про себя: чокнутые, все тут чокнутые, и я с ними с ума сойду.

Только выбравшись на дорогу, Илья вспомнил, что у него нет фонаря, между тем ночь наваливалась стремительно, да еще проклятый дождь. И еще он подумал, а вдруг Пашка вернулся? А что, вполне могло такое быть. Они разминулись, Пашка где-то пересидел, перебесился и пришел домой. А Илья тем временем нарвался на пьяных бомжей и чудом спасся, благодаря сумасшедшей тетке, спугнувшей нападавших. Кому рассказать – не поверят. Маленькая тетенька, к тому же абсолютно безумная, разогнала банду отморозков березовой веткой. Надо написать пост и опубликовать в блоге.

Как бы теперь вернуться в деревню незамеченным для сумасшедшей тетеньки, а то привяжется опять.

Илья, озираясь по сторонам, с опаской повернул назад и быстро побежал через поле, ориентируясь на редкие огоньки деревни.

А ведь местные совершенно беззащитны перед всякими бандитами, заявится такая гоп-компания в деревню и будет творить беспредел. Интересно, зачем они вообще тут собираются? Может, живут в заброшенных домах? А в лесу что делали? Самогонку гнали, что ли? Нет, что-то тут не вяжется одно с другим.

Илья пересек поле и побежал по узкой тропинке между заброшенными садами.

Вот и знакомая изба. Калитка почему-то распахнута. Илья прыгнул на крыльцо и толкнул дверь.

– Народ! – крикнул с порога. Никто не отозвался.

Илья влетел в сени, распахнул дверь:

– Але! Люди!

Повсюду горел свет, но никого не было.

– Не понял, – растерянно произнес Илья, оглядываясь. – Это шутка такая, да?

С улицы послышались голоса, потом заскрипели доски на крыльце, шаги в сенях. Илья выскочил навстречу и увидел входящих: мокрого и грязного до неузнаваемости Пашку и Анну с Егором, не таких грязных, но изрядно промокших.

– Ну слава богу! – воскликнул Егор, увидев Илью. – А то мы уж собирались и тебя идти искать.

– Да чего меня искать, я тут был, неподалеку, – быстро ответил Илья и кинулся к Пашке, схватил за плечи. – Ты где был?! Я весь лес обегал.

– В болоте, – хмуро изрек друг.

– Что ты там забыл? – удивился Илья. Пашка вяло отмахнулся, сел прямо на пол и начал стаскивать с себя кроссовки и штаны.

Анна прошла в комнату, но быстро вернулась и спросила:

– А девочки где?

Егор насторожился:

– В смысле?

– Без смысла, – отчеканила Анна, – их нет.

Пашка перестал раздеваться, поднял голову: