i_8e24c74a9ae34e0c

— Да, спасибо. А вы как? Я сначала подумала, что убила вас, а вы растворились в снегу и улетели в неведомые дали, — очень серьезно ответила девушка, и голос у нее был на диво мелодичный, так что весь бред, который только что прозвучал, Ирка восприняла вполне нормально.

— Ты чо это на велосипеде тут ездишь? Проезд запрещен, штраф платить надо, — скрестив на груди руки, сурово изрекла Ирка, почуяв в блондинке родственную душу; в конце концов, не каждый день ты встречаешь человека, который несет такой же бред, как и ты.

Услышав слово «штраф», девушка замолчала и, судя по тому, как забегали ее глазки, придумывала возможные пути отступления. Поняв, что потом последует фраза, в которой эта суровая рыжая девушка потребует компенсацию за физический и моральный ущерб, светловолосая решила предпринять попытку к бегству. К сожалению, с велосипедом далеко не убежишь, а сделать ноги от Тигра еще никому не удавалось.

Ирка перехватила девушку и, сузив глаза, только собиралась что-то сказать, но незнакомка тотчас же треснула рыжей — и треснула очень метко — по ноге, потом зарядила чем-то по голове и, подхватив велосипед, скрылась в подъезде, в котором жил Вася. Ирка, ойкнув от неожиданности, на какое-то мгновение зависла.

— Ну все, мелочь, сейчас ты у меня допрыгаешься, и ни милый голосочек, ни милое личико тебя не спасут!

С воинственным кличем, тем самым перебудив всю округу, рыжая ринулась в подъезд. Разумеется, девушка с велосипедом воспользовалась лифтом. Пришлось забыть о том, что у Ирки болит нога, так что рыжая, превозмогая боль и чувствуя себя копом, который преследует преступника, ринулась по лестнице. Добежав до этажа, на котором находилась квартира Васи, рыжая заметила, как парень, стоя у дверей, сонно смотрит на девушку с велосипедом.

— Вася, держи ее! Не дай ей уйти! — рыкнула Ирка и бросилась на девушку.

Незнакомка и обернуться не успела, как рыжая, перепрыгнув через велосипед, повалила девушку на пол. Вася при виде такого зрелища полностью проснулся и попытался разнять девушек, но поняв, что хватка Тигра просто железная, крикнул:

— Ирка! Пусти ее! Она моя младшая сестра!

Рыжая, услышав это, сразу же остановилась и поплатилась за это. Девушка, лежавшая под Иркой, пихнула ее в живот и, кошкой выскользнув из-под стонавшего тела, спряталась за спиной брата и свирепо смотрела оттуда на Ирку. Рыжая, впервые в жизни проигравшая в борьбе — и то, девчонке! — была разбита и морально раздавлена.

— Знакомься, эт Настя, сеструха моя! — произнес блондин, широко улыбаясь. — Ну вся в меня ж, скажи! Только волосы ежом не делает, ей с такими длиннющими этого не провернуть! Но скажи ж, красавица, вся в меня! Ты рада знакомству? Те ж приятно, а? Давненько хотел тебя с Настенькой познакомить.

Вася был добряком, выступал за мир во всем мире и был против насилия, особенно против насилия в отношении его младшей сестры. Ругаться парень не умел, злиться на сестру не мог, потому что он очень ее любил, а злиться на Ирку было себе дороже, хотя и в рыжей Вася души не чаял.

— Обделаться как приятно! — зло выкрикнула Ирка. — Странная у тебя сеструха: на велосипеде ездит зимой, меня, всю такую возвышенную и божественную, сшибает в сугроб, падает сверху, потом колошматит и убегает! И теперь еще пнула! Ну… не будь она твоей сестрой, я бы ее…

Ирке было досадно за то, что она подумала сначала, что увидела в Насте родственную душу, хотя впоследствии так оно и оказалось, но пока рыжая об этом ничего не знала. Бросая озлобленные взгляды прямо на Настю, которая уже умудрилась затащить в квартиру Васи велосипед, Ирка мысленно придумывала, как она будет разделываться с этой мелочью. Но вот что странно: рыжей, которой труда не составляло придумать что-то кровавое, как-то не фантазировалось. То ли Ирка уже не та стала, то ли дело было в Насте, но Тигр упорно не желал признавать поражение и просто молча сверлил взглядом Настю.

— Э… эй! А извиниться никто не хочет? — крикнула Ирка.

— Ну сейчас! — вспыхнула Настя. — Я тебе сигналила, а ты ворон считала, так что сама виновата! — показав Ирке язык, девушка скрылась в одной из комнат.

— Не, ну ты слышал? — рыжая указала в сторону комнаты.

— Ирк, расслабься… Слуш, а чо ты тут забыла, а? Вроде ж как домой ушла! — озадаченно произнес Вася.

— Я тут забыла кое-что, — грозно бросила Ирка и, обойдя парня, зашла в квартиру.

Внезапно раздался строгий голос:

— Вася! Что тут делает чей-то лифчик?!

Сказать, что парень стал цвета выбеленной на солнце кости, это ничего не сказать. Не зная, что ответить сестре, не понимая, откуда в его квартире обнаружился сей удивительный предмет гардероба, Вася ловил ртом воздух. Серые глаза в ужасе перебегали с пуфика на люстру, с люстры на Ирку. Посмотрев на последнюю, он стал догадываться, кому принадлежит эта несомненно очень важная вещь.

Указав пальцем на Ирку, наивно полагая при этом, что его сестра видит сквозь стену жалкие оправдания брата, Вася попытался облегченно вздохнуть, но не вышло. Сочувствующе похлопав друга по плечу, Ирка повесила на него свою куртку, кинула где-то обувь — впопыхах она обула дома кроссовки — и преспокойно пошла отбирать у Насти законно принадлежавший ей лифчик.

Зайдя в комнату, она без слов отобрала у девушки свой лифчик, который та держала двумя пальцами с таким видом, словно это была дохлая крыса, и начала снимать с себя майку. Заливаясь краской, Настя выскочила из комнаты так, будто ее ошпарили кипятком. Девушка захлопнула дверь комнаты и, прислонившись к ней спиной, требовательно воззрилась на брата. Тот уже пришел в себя и лишь развел руками, мол, Ирка она такая Ирка.

_________________________________

*Boobs (англ.) — грудь

====== Пересеклись два времени ======

Я два озера встретил на дальнем пути… ©

Марина Цветаева

Руслана вопреки рассуждениям Ирки вовсе не пошла спать, хотя очень хотелось. Экзамен никто не отменял, так что надо было готовиться. Понятное дело, подготовка — сугубо личное дело каждого студента, но все же прочитать весь материал хотя бы раз просто необходимо, именно так думала девушка. Однако в семь утра в воскресенье желание учиться дремлет так крепко, что для того, чтобы его разбудить, необходимо иметь твердую волю, сильное желание и огромный заряд бодрости.

Приняв холодный душ, стуча зубами каждый раз, когда струи-иголки, словно колючки, вонзались в тело, Руслана кое-как прогнала остатки сна — Морфей, поняв, что ничего доброго от такой девушки ждать не придется, свернул свое сонное царство в трубочку, упаковал в чемоданчик и уехал. Решив, однако, что этого недостаточно, Руслана захотела еще выпить крепкого кофе. Щедро насыпав, девушка наполнила кружку только до половины и, не добавив ни молока, ни сливок, ни даже крупицы сахара, чуть подождала, пока бодрящий напиток остынет, а затем залпом выпила горький крепкий кофе.

Все эти будничные дела отвлекали Руслану от ненужных мыслей, которые только и ждали того момента, когда девушка зависнет и можно будет наброситься на нее всем скопом. Но она преспокойно вымыла кружку, мысленно повторяя про себя выученный накануне материал. Половину Руслана не вспомнила, что ее порядком огорчило.

«Нет, ну вот и чего ради я так долго учила этот вопрос? Все равно же ничего уже не помню. Зато помню первую двадцатку. Это несправедливо! Почему все первые вопросы человек знает практически всегда, а последние, которые прочел совсем недавно, совсем не помнит? В этом определенно что-то есть. Вот бы мне память, как у Ирки, вот уж кто может прочитать за день все вопросы и прекрасно воспроизвести потом любой из них! Хотя… может, малая шпоры пишет? Да нет! Мы же с ней поспорили: кто напишет шпоры, тот целый месяц будет дежурным… и готовить целый месяц…. Бр-р, нет, Ирка бы не стала так рисковать.

О Господи, я уже целых пять минут мою одну несчастную кружку! Это же какой расход воды!.. А, впрочем, фиг с ним. И с каких пор меня стал интересовать расход воды?..» — озадаченно думала Руслана, выключая кран с водой, вытирая кружку кухонным полотенцем и ставя ее на место.

Легонько повертев голову из стороны в сторону, Руслана тихо вскрикнула от боли в шее. Несомненно, она больше не будет спать на клавиатуре и не станет засыпать с ножом для рубки мяса в руке.

«Кстати, а куда это подевался нож? Ах, вот он… Блин, и откуда он у нас взялся? Что-то я его не припоминаю… а если я кого-нибудь убила? А если я лунатик, который заходит ночью к соседям и… Черт, да о чем я вообще думаю? Какие еще соседи? Какой еще лунатик? Что я несу? Все, хватит с меня крепкого кофе и холодного душа. Пусть вопрос о ноже останется открытым, пока заниматься этой проблемой я не собираюсь. Может, это вообще Ленин нож… Блин, а если я ее…. Да нет, никого я не убила! Джимми мне свидетель».

Руслана как-то неуверенно усмехнулась и посмотрела на пол, видимо, на предполагаемое местоположение бегемотика. Джимми отчего-то не проронил ни слова, и это не понравилось Руслане. Девушку прошиб холодный пот, и она решила сходить в комнату Ирки и проверить, жива ли Лена. Джимми согласно кивнул, одобряя выбор Русланы. Девушка подумала, что пора им с рыжей завязывать с невидимыми зверями, и на цыпочках стала пробираться к комнате Ирки.

Свет нельзя было включать, поэтому Руслана, тихо приоткрыв дверь на расстояние, достаточное для того, чтобы она могла свободно вместе с Джимми пройти через проем, вошла в комнату и прислушалась. Что хотела услышать девушка, осталось загадкой даже для бегемотика. Может, она стремилась различить жестокий храп или, на худой конец, девчачье сопение? Никто не знал ответа на этот чрезвычайно важный и жизненно необходимый вопрос.

Подкравшись к кровати, Руслана медленно наклонилась над спавшей. Лена дрыхла без задних ног, ее лицо выражало полнейшее спокойствие и безмятежность. Наклонившись над девушкой, Руслана замерла и прислушалась. Лена была живее всех живых и действительно просто спала. На кровати не было никаких признаков того, что ночью Руслана напала на девушку и пыталась порезать Лену на несколько маленьких копий. Облегченно вздохнув, девушка только засобиралась уходить, но заметила, что, судя по всему, разбудила Лену. Понимая, что бежать к двери нельзя — проход загородил невидимый бегемотик Джимми, — Руслана, недолго думая, нырнула под кровать, при этом клянясь расчленить Ирку на несколько маленьких сувенирчиков: под кроватью у рыжей было много места, там спокойно мог поместиться любой человек, но вся беда состояла в том, что под кроватью у Ирки был отдельный «шкаф». Чего только Руслана не нащупала: и коллекцию супергероев — женщина-кошка впилась девушке в лопатку, но в тот момент Руслана молилась, как бы ее тушка не придавила всех непобедимых героев, — и куклу Барби — у той не хватало одной руки и головы, все остальное было чем-то проколото и изрисовано, — и учебник по радиационной безопасности, и кучу исписанных ручек, и несколько радиоуправляемых машинок — в общем, чего только не было у Ирки под кроватью. Теперь помимо игрушек там была и Руслана.

Слыша, вернее, чувствуя, как прогнулся матрац, она затаила дыхание и стала ждать. Лена, зевнув, присела на кровати и недоуменно огляделась. Неужели ей показалось, что кто-то склонился над ней и замер на несколько мгновений? Пожав плечами, девушка встала и побрела на кухню — очень хотелось пить.

Руслана, дождавшись, пока девушка скроется за поворотом, с горем пополам выбралась из-под кровати и поспешила ретироваться из опасной зоны. Вся спина болела, и создавалось такое впечатление, будто девушку заставили лежать одновременно на камнях и на иголках. Выйдя из комнаты и сделав пару шагов, Руслана чуть не навернулась о чемодан Лены. На звук прибежала обладательница большого чемодана.

— Доброе утро, — как ни в чем не бывало ляпнула Руслана и сделала вид, что ее ну очень уж интересуют обои, которые в данный момент являлись величайшим произведением искусства.

— Доброе… а ты… как ты тут оказалась? — озадаченно спросила Лена.

— Как я оказалась в своей квартире? — стараясь увести разговор в сторону, тут же среагировала Руслана. — Очень просто! Аграфена Георгиевна дала мне ключи и…

— Кто? Прости, о чем ты?

— Да так, о наболевшем, — отмахнулась Руслана, понимая, что с каждым произнесенным ею словом ситуация становится все глупее и глупее.

— И все-таки… тут же только один коридор. Неужели я тебя не заметила, когда выходила из комнаты? — все с таким же неподдельным удивлением спросила Лена. — Наверное, я просто еще не совсем проснулась, прости.

— Да все путем, — девушка произнесла это таким голосом, как будто кто-то только что наступил ей на ногу, но она простила человека и не стала его убивать. — Я понимаю, ты не проснулась. Еще уставшая слишком, мало отдыхала… Тебе еще спать надо, а мне нужно идти дальше к экзаменам готовиться… Почему ты на меня так смотришь?

Лена как-то чересчур пристально смотрела на плечо девушки. Этот напряженный взгляд совсем не понравился Руслане, и она на всякий случай отошла на полшага, но так, чтобы это выглядело естественно.

— У тебя на плече…

Руслана повернула голову и заметила, что у нее на майке и правда что-то было. Оно представляло собой счастливо улыбавшегося однорукого человека, у которого был выколот один глаз, из одежды были только штаны, а в руке была алая бензопила. Взяв этот прелестный объект, являвшийся просто чудом индустрии игрушек, Руслана с умным видом взглянула на него и охотно пояснила Лене:

— А, это. Это всего лишь добряк Джей. Мы с ним готовимся к экзаменам вместе. Есть еще Джимми, но он излишне молчалив, но то, что он не болтает, впрочем, тоже хорошо. Все-таки молчание золото.

— На плече…

— Да-да, я его частенько ношу на плече, чтобы он не потерялся. А то понимаешь, сбежит еще с этой бензопилой, а потом ходишь и удивляешься, почему у игрушек то ноги не хватает, то руки… а вообще на той неделе он кукле одной голову спилил. Подчистую!.. — сказала Руслана, а затем в сторону добавила: — Что я несу?

— Рус…

— Да-да.

— Да паук у тебя на плече! — наконец-то Лена не выдержала того, что ее перебивают и слова не дают сказать. — Паук! Не на этом плече, где твой Джей сидит, а на другом плече!

Руслана посерела, потом побледнела, потом уронила добряка Джея на пол — тот, впрочем, ничему не удивился — и с огромной мольбой в глазах посмотрела на Лену. Этот щенячий взгляд был полон такого страдания, что люди, не рыдающие на индийских сериалах, зашлись бы непомерными ручьями слез при виде Русланы. Девушка сделала шаг в сторону Лены, но та предусмотрительно отошла, не сводя глаз с паука.

— Лен…

— Нет, — выставив руки вперед, отозвалась девушка.

— Ле-е-ен…

— Нет, и не смотри на меня так. Ты знаешь, что я их на дух не переношу!.. Руслана, стой, где стоишь!

— Ну Лен… — жалобно всхлипнула девушка.

— Ты же лев, вот и будь им! — Лена решила заговорить девушке зубы и стала нести первое, что приходило ей в голову. — Львы бесстрашные! Они цари зверей, а потому и не боятся маленьких паучко… господи, он шевелится!

— Лена, сними его!

— Ладно, ладно… Только стой и не двигайся! — произнесла Лена.

Она стала искать глазами что-то, что помогло бы ей снять паука с девушки. У Русланы болела шея, так что она не могла повернуть голову и взглянуть на паучка. При всей боязни этих маленьких существ, девушка не хотела их убивать, а потому и не могла сама стряхнуть его с плеча — а то вдруг убьет ненароком? От мыслей Руслану оторвала Лена, которая уже успела сбегать на кухню. В руках у нее блеснуло лезвие ножа, того самого, с которым заснула Руслана. Девушка сглотнула, взглянув на нож для резки мяса. Не зря говорят, что у страха глаза велики. Сейчас лезвие казалось Руслане больше, чем у огромного недомужика-недозомби, как называла его Ирка, из четвертой части фильма «Обитель зла».

— Лен…

— Да.

— Ле-е-ен…

— Да, потому что другого подходящего предмета я не нашла!

Теперь роли поменялись, и Руслана постепенно отступала, внимательно следя за каждым движением девушки. Лена была настроена решительно. В зеленых глазах была холодная сосредоточенность и вера в то, что она совершает благое дело. Паучок, если бы знал, сколько вокруг него подняли шуму, покраснел бы, а потом, увидав здоровенный ножище, бросился бы со всех ног куда подальше от двух ненормальных девушек.

— Ты же его убьешь! — задохнулась от возмущения Руслана. — И меня заодно! Я еще жить хочу! Я слишком молода, чтобы умирать! У меня еще два экзамена!..

— А у меня в эту сессию было всего два экзамена.

Это стало последней каплей.

— Два? У тебя было всего два экзамена?! Отдай сюда нож, я тебя прибью! Это несправедливо!

Забыв про паука, который, к слову, уже на паутинке успел спуститься на пол и смело побежал в свой домик — под Иркину кровать, — Руслана угрожающе двинулась в сторону Лены. Светловолосая девушка, забыв о том, что в ее руках было преимущество, решила не связываться со свирепым львом и, круто развернувшись, быстро пошла на кухню. Руслана двинулась следом.

— Тебе не стыдно заявлять такое человеку, у которого почти каждую сессию по пять экзаменов?!

— Что поделать. Это жизнь, — пожала плечами Лена. — А что наша жизнь? Игра.

— Ага, — злобно раздалось из коридора; вскоре на кухне появилась взлохмаченная Ирка, — без возможности сохранения. Блин! Вот придумали бы такую функцию в жизни, я бы тогда смогла отмотать время назад и как дать этой блондинистой стерве по колесам, чтоб в полет отправилась! Это ж надо! Поднять на меня руку и остаться безнаказанной! Я ж ей даже врезать не смогла! Рука-та, собака такая, дрогнула! Видите ли, голос у нее миленький, личико как у ангела… а сама сущий дьявол! Странно, что она родилась блондинкой! Тьфу!

Руслана мигом забыла о том, что она собиралась наехать на Лену по поводу ее учебы, а та только и рада была. Сразу же переключившись на рыжую, девушки замерли в недоумении. Ирка, видимо, успевшая побывать в какой-то очень жестокой схватке, выглядела сейчас взъерошенным воробьем: короткие огненно-рыжие волосы растрепались и торчали во все стороны, часть косички расплелась, так что Иркин «хвост» сейчас и правда больше походил именно на хвост, бровь разбита, одной рукой рыжая держится за живот, да и вообще было странно видеть Ирку хромавшей.

Руслана присвистнула, оглядывая подругу.

— Дай угадаю, еще и по всему телу синяков уйма, а?

— Привет, Ир, — подала голос Лена. — Кто тебя так?

Рыжая подозрительно молчала, хотя по ней было видно, что очень многое сейчас вырывается наружу. Однако не желая ругаться матом и не собираясь говорить о том, что ее отделала какая-то девчонка, Ирка все же выдавила сквозь зубы:

— Настя… чтоб у нее мужика не было!

— Какая Настя? — удивленно спросила подруга.

— Да сестра Васюхина… Блин, от же кровь, а? Один прямо ангел, а другая…

— Дьявол? — подсказала Руслана.

— Да вообще! Нет, ну вы прикиньте. Да, Лена, привет, и с прошедшим тебя, — быстро произнесла Ирка, пока не забыла. — Так вот! Иду я такая вся, никого ж реально не трогаю, а тут на велике выезжает эта, блин, да как в меня врежется со всей дури, я аж за километр отлетела! Думаю, ну щас встану, велик в жопу этому придурку, который катается зимой на этой жертве музея, засуну, а смотрю… Развалилась! Лежит себе такая невиновная! Кровь из носа капает, и все! Я, понимаешь, добрая такая душа, думаю, дай-ка я этой няшечке помогу…

— Кому, прости, поможешь? — спросила Лена.

— Да стерве этой малолетней! — зло исправила сама себя Ирка. — Короче. Пошла искать вату, чтоб дыру эту заткнуть, — рыжая показала себе на ноздрю. — Подхожу к Сан Санычу, а этот обомлел и кошелек мне протягивает! Я что, на ворюгу похожа? Плюнула, пошла к этой блондинке. Смотрю, уже очухалась, сидит, глазами морг-морг и строит из себя невинную овечку… Овца какая, а?! Я тут, понимаете ли, ее на себя приняла…

— Что, прости, ты сделала? — вновь спросила Лена.

— Так эта блондинища на меня ляснулась, когда с велика упала!

— Блондинища? Она что, такая огромная? — спросила Руслана с таким видом, словно брала у Ирки интервью с места происшествия, в действительности же девушка старалась, откровенно говоря, не заржать.

— Да она ваще мелкая, зато самомнения и дерзости столько, что они в одной комнате бы не поместились! Это ж надо, такую красивую девушку да такой падлючей душой наградить!

— Да ладно тебе. Может, она еще извинится? У ребенка, наверное, шок, — пожала плечами Руслана.

— Ты меня чо, предать решила? В лагерь к этой переметнуться захотела? Щас! — рявкнула Ирка. — А так утро хорошо начиналось!

— Ты лифчик забрала? — Руслана решила увести разговор в сторону, наивно полагая, что здесь рыжая не станет вспоминать Настю, но не тут-то было.

— Лифчик? — удивилась Лена.