Помоги проекту - поделись книгой:
- Действительно, - согласился я. - Было бы странно, не побеспокойся он о своем народе. Продолжай, Лара.
- Герцога и главу рода зовут Орин. Ему всего тридцать восемь лет. Его жена Ортия на три года младше. В семье трое детей: двенадцатилетний сын Салей и две дочери.
- А почему не представляешь дочерей? - спросил я.
- Кому интересны девушки? - мотнула она головой. - Но если тебе интересно... Младшей Даре шестнадцать лет, а старшей Оле - восемнадцать. Только имей в виду, что у нас между герцогскими родами браки не приняты. Бароны в приграничных землях, бывает, породнятся, а уже графам такое запрещено.
- А что с отцом герцога? - не понял я. - Умер или сам все отдал сыну?
- Ни то, ни другое, - ответил мне Сигар. - Он сошел с ума. Причем это не фантазии сына, потому что его невменяемость подтвердил совет графов. Бывшего герцога отвезли в отдаленное имение и там охраняют. Говорят, что его жена после этого перессорилась с родственниками и уехала к мужу.
- У него много воинов? - задал я последний вопрос по семье Дарминов.
- Не больше, чем у других, - ответил Сигар. - У самого герцога стража и гвардия, ну и дружины его графов и баронов. Если собрать всех, тысяч пять наберется. Есть еще стража в городах, но ее за ворота не выгонишь.
- И у нас столько же воинов? - удивился я. - Чего-то я в вашей жизни все-таки не понимаю. Может мне кто-нибудь объяснить, какие привилегии дает сан Повелителя?
- Каждый из герцогов обязан выделять в его казну десятую часть доходов на общие нужды, - начал перечислять Сигар. - Это в первую очередь войско. Даже не знаю, было ли оно когда-нибудь у Повелителей.
- Это уже лучше, - сказал я. - Доходы - это я понимаю. Значит, герцоги платят деньги, и все они оседают в нашей казне. Теперь ответьте на вопрос: а они там нужны?
- Золотом забиты все хранилища, - мрачно сказал Сигар. - Ты прав в том, что в подобном накоплении нет смысла. Нам свое золото некуда тратить.
- А что еще, кроме золота?
- В годину бедствий, - продолжил он. - Повелитель ведет свой народ...
- Пока бедствий нет и вроде не предвидится, - прервал я его. - Или есть что-то, чего я не знаю?
- Честь... - начал Сигар.
- С честью все ясно, а что еще?
- Повелителю не может отказать ни одна женщина, - неуверенно сказала Лара. - По крайней мере, так было раньше...
Наверное, это была все-таки истерика. Я так ржал, что упал с кровати и зашиб колено о каменный пол.
- Ну вас! - отдышавшись, сказал я оторопевшим собеседникам. - Чуть не сдох! И нога теперь будет болеть. Надо будет распорядиться, чтобы возле кровати на полу постелили ковер.
- Ты меня неправильно понял! - возмущенно сказала принцесса. - В обычае говорится не обо всех женщинах, а только о незамужних!
- Это многое меняет, - согласился я. - Послушайте, что я вам скажу. Ваши обычаи, по крайней мере те, о которых мне известно, это анахронизм. В вашем языке такого слова нет, поэтому я его поясню. Ни один обычай не появляется просто так, все они являются результатом жизни народа в каких-то условиях. Прошли сотни и тысячи лет, и эти условия полностью изменились. Не изменились только вы и ваши обычаи, в которых сейчас нет никакого смысла.
- Может быть, ты в чем-то и прав, - сказал Сигар. - Но это наша жизнь, и она нас полностью устраивает. А ты еще знаешь слишком мало, чтобы судить.
- Скоро узнаю больше, - ответил я. - Но я уже сейчас вижу, что в вашей жизни нет движения. Вы рождаетесь, вырастаете и умираете, оставляя после себя потомство, для которого ничего не меняется, или меняется так мало, что об этом можно не упоминать. Тысячу лет назад вы появились на этом материке с уже сложившимися обычаями и какой-то историей.
- Жрецы учат иному, - предостерегающе сказал Сигар. - Не стоит подвергать сомнению догмы веры. У нас не слишком религиозный народ, во всяком случае, в городах, но жрецы будут недовольны, а у них достаточно возможностей показать свое недовольство даже сыну Повелителя, тем более младшему.
- Я это приму к сведению, - пообещал я. - Я пока не выступаю перед народом, а говорю только вам двоим. Народы, как и их обычаи, не возникают в одночасье. Ваши предки, несомненно, где-то жили, откуда и были кем-то переселены сюда. Интересно, никто никогда не задумывался, для чего это было сделано?
- Такие мысли не поощряются, - сказал Сигар. - Давай ты больше узнаешь о нашей жизни, а потом будешь думать. А поговорить о твоих мыслях я советую с Зантором. Старик очень много знает, любопытен и любит почесать языком. Только пусть он перед такими разговорами проверяется магией. Нам для полного счастья не хватало только неприятностей со жрецами.
- Давайте я лучше расскажу о Гардарах? - предложила Лара.
- В другой раз расскажешь, - оборвал ее Учитель. - Посмотри на часы. Порядочным девушкам в это время уже нужно быть в постели, причем в своей. Пошли, я тебя провожу.
Они ушли, а я сходил в свой совмещенный санузел, лег в кровать и задумался. Действительно, чего ради я прицепился к Учителю с вопросами о смысле жизни? Все началось с того, что я убедился в полной бессмысленности этой их борьбы за трон Повелителя. По сути, победитель не получает ничего, кроме утоления честолюбия. Ну и что? В чем-то это сродни нашему спорту, только не нынешнему профессиональному, а тому любительскому, который когда-то был в СССР. Ведь многие тоже всю жизнь отдавали для того чтобы мгновения постоять на заветном месте чемпиона. И наверняка эта борьба придает смысл жизни многим дворянам. И при смене власти одни что-то теряют, а другие, наоборот, приобретают. На Земле дворянство тоже играло в такие игры сотни лет. Зацепило меня другое. Даже с моими куцыми знаниями местной жизни было видно, что эльфы или совсем не развиваются, или следы их развития нужно отыскивать с увеличительным стеклом. На Земле такое тоже бывало, но там всегда были соседи, которые рано или поздно заставляли консерваторов менять обычаи и шевелиться. Хорошим примером такого могла быть Япония. Но здесь в соседях были только динозавры, которые на роль ускорителя прогресса не годились. Или я все-таки неправ? Сейчас всех тварей что-то сдерживает, а если этот невидимый барьер пропадет? Ладно, Сигар прав: я еще слишком мало знаю, чтобы поднимать вопросы о смысле жизни эльфов, поэтому не буду ломать себе голову и подожду результатов работы Зантора. С этой мыслью я и уснул.
Когда я проснулся, часы показывали без десяти семь, что по местным меркам было поздновато. Завтрак мне подавали в половине восьмого, поэтому я не стал валяться в кровати, как это обычно делал в последние дни, а принялся приводить себя в порядок. На завтрак был сюрприз - какие-то овощные оладьи, поджаренные до хрустящей корочки, с самой настоящей сметаной, которой я на своем столе еще не видел. Здорово, а то мясные завтраки, несмотря на разнообразие соусов и самого мяса, начали уже приедаться. Поев, я отправился в спальню дожидаться мага. Он не заставил себя долго ждать, но, появившись, повел себя очень странно. Перешагнув порог спальни, Зантор улыбнулся и хотел мне что-то сказать, но вдруг напрягся и приложил руку ко рту, показывая, что мне следует помолчать. Походив кругами по комнате, он подошел к часам, заглянул за них и чему-то удовлетворенно кивнул, а потом поманил меня рукой к выходу. Мы молча вышли в гостиную, которая мага тоже чем-то не устроила, поэтому наши хождения закончились в гардеробе.
- Здесь ничего нет, - с облегчением сказал он. - А в твоей спальне и в гостиной - есть!
- И что же вы обнаружили? - спросил я. - Подслушивающие устройства?
- Да, - кивнул он. - И очень неплохие. В них довольно сложная магия и запас силы, достаточный для работы в течение пары месяцев. И пока я не выясню, чья это работа, убирать их не стоит.
- Непонятно, кому понадобилось тратить время и силы, если известно, что вы ко мне ходите и обнаружите эту закладку при первом же визите? - задал я вопрос. - Вчера ведь их не было?
- Все не так просто, как ты думаешь! - нахмурился он. - Эту, как ты ее называешь, закладку могли сделать и год назад. Пока она не работает, ее вообще нельзя обнаружить, а запустить можно и на расстоянии. Вот для того чтобы ее выключить, уже нужно прийти сюда. Но и работающую закладку найти трудно из-за магической маскировки. Это под силу далеко не всякому магу. А вчера, когда я от тебя уходил, она точно не работала.
- И кто бы это мог, по-вашему, сделать? - спросил я.
- Могу пока назвать только тех, кто этого делать не стал бы, - ответил он. - Повелителя и наследника тебе в этом опасаться нечего. У них достаточно других возможностей узнать о твоих делах и, при необходимости, стереть тебя в порошок. Ларе с Сигаром это тоже не нужно, да и не смогли бы они такое организовать без посторонней помощи. А магия какая-то странная... Кажется, я уже сталкивался с чем-то таким лет сто назад, когда у отца нынешнего Повелителя были трения с одним из жреческих братств. Надо будет посмотреть свои записи...
- А у вас, помимо храмов, есть еще и братства?
- У нас много чего есть, - сказал Зантор. - Сигар мне вчера рассказал о вашем разговоре. Обмен был мысленный, да и общались мы совсем недолго, но я понял, что тебя беспокоит. Кое в чем ты прав, но, не зная нашей жизни, все сильно упрощаешь. Мы с тобой на эту тему обязательно побеседуем, но не сейчас, а когда ты будешь больше знать.
- Может тогда пойдемте заниматься к вам, - предложил я. - И вам не придется потом никуда возвращаться. Я же видел, как вы вчера устали. Там ведь можно говорить обо всем?
- Там можно говорить о многом, - поправил он меня. - Есть темы, на которые сай может говорить только сам с собой или с богом. Мы как-нибудь очертим то, где и на какие темы можно болтать. А пока тебе лучше меньше говорить и больше слушать! Ладно, идем ко мне, только я сначала предупрежу о закладках всех, кого сочту нужным, чтобы они в твоих комнатах не болтали лишнего.
Глава 5
Апартаменты Зантора находились тоже на втором этаже, но в другом крыле дворца. Они, как и мои, состояли из четырех комнат и никем не охранялись. Когда я спросил, почему здесь все так беспечны, особенно после открывшегося заговора, маг ответил, что все дело в традициях.
- Понимаешь, Кирен, - говорил он мне, пропуская в гостиную. - Тысяча лет это очень большой промежуток времени, и за весь этот срок не было ни одного случая, когда Повелителя или членов его семьи убили бы в их доме. Такое просто не принято. Конечно, комнаты Повелителя и глав герцогских семей охраняют гвардейцы, но не столько из-за какой-то опасности, сколько из-за обычая. В отношении всех остальных таких обычаев нет, поэтому наследник даже в случае явной опасности...
- Ну и глупо! - припечатал я. - Извините за то, что перебил. Стоит кому-то хоть раз наплевать на ваши обычаи, и он получит громадное преимущество перед всеми остальными. И не нужно мне говорить, что все станут плевать ему в след. Все можно проделать так, что никто не узнает, чьих рук это дело. Было бы всего два центра силы, тогда всегда можно на кого-то показать пальцем, но у вас-то их три! А вы, в случае заговора, являетесь самой очевидной фигурой на устранение.
- Мы с тобой встретились для учебы, а не для обсуждения заговора, - напомнил он мне. - Этим вы занимайтесь с Сигаром. Давай я для начала проверю, активизировалась ли предыдущая порция знаний, а потом мы продолжим. Для начала назови мне все крупные реки Ахрамии.
- В Гардии это Сегмел, Омиргал и Аруша, - начал я вспоминать карту материка. - В Дарминии это Сенгала и Марда, а у нас - Мардук и Леша.
- Прекрасно, - довольно сказал Зантор. - Вчера Лара дала тебе краткую характеристику герцогов Дарминов. Охарактеризуй так же род Гардаров.
- Глава рода у них - это герцог Дорин, которому шестьдесят два года, - продолжил я свой отчет. - Его жена Гали на пять лет моложе. У них два сына: старший Пар, которому тридцать один год, и двадцатилетний Левес. Их столица Алтумар стоит на берегу пролива в самой западной части материка. Да, родители Дорина погибли, когда ему было пятнадцать. Во время морской прогулки корабль удалился от берега дальше обычного и стал жертвой одного из чудовищ.
- Почему до сих пор не женат наследник? - спросил маг.
- Не может пропустить ни одну смазливую мордашку, - ухмыльнулся я. - Жеребец еще тот. Говорят, что отец его до сих пор собственноручно колотит и грозит лишить наследства в пользу младшего сына, у которого с семьей все в порядке. Случай в герцогских семьях уникальный.
- Так и есть, - кивнул Зантор. - Сам был свидетелем и могу подтвердить, когда он здесь на зимний праздник чудил. Ладно, все ты усвоил, поэтому ложись на кровать, а я, как и прошлый раз, сяду рядом.
Все повторилось еще раз: и шум в голове, и мое сонное состояние. И опять старый маг сильно устал.
- Теперь ложитесь вы, - сказал я ему, освобождая кровать. - А я немного посижу рядом и побегу. У нас на сегодня намечена прогулка.
- Еще вопросы? - догадался Зантор. - Что на этот раз?
- Сущая ерунда, - сказал я. - Вопрос связан со сроком вашей жизни. Когда мне сказали цифру в двести лет, я подумал, что очень неплохо прожить в два с половиной раза дольше, чем живут мужчины в моем мире. Но сегодня утром я посчитал продолжительность вашего года и убедился, что он в два с лишним раза длиннее нашего. Ваш день тянется для меня непривычно долго, хотя я уже начал привыкать к большим перерывам между едой. Получается, что вы живете раз в пять дольше нас. То, что мне скоро восемнадцать, но до сих пор нет никакой реакции на женщин, связано с этим?
- Вот что тебя беспокоит! - засмеялся он. - Здесь все нормально. Восемнадцать - это возраст мужской зрелости и обычно к нему уже все исправно работает. Но не у всех: иногда созревание задерживается на год-два. Его можно ускорить, но я бы не советовал этого делать.
- А у женщин?
- Самостоятельными они признаются с шестнадцати лет, - ответил маг. - С этого возраста их обычно начинают отдавать замуж. Такая уже может зачать, но вряд ли испытает от этого радость. Подобное к ним приходит позже, хотя бывают и исключения. Женщины рождают детей до сорока лет, а потом стараются этого не делать из-за того, что здоровье и долголетие позднего потомства оставляют желать лучшего. Я ответил на твои вопросы? Тогда иди, а я буду отдыхать.
Я хотел задать еще вопрос насчет пробуждения моих магических способностей, но Зантор уже прикрыл глаза, и я решил, что спрошу об этом позже. К своим комнатам я возвращался чуть ли не бегом.
- Ну сколько тебя можно ждать? - бросилась ко мне подпрыгивающая от нетерпения Лара. - Все готовы, один ты задерживаешься!
- Тебе сколько лет? - засмеялся я. - Ведешь себя, как девчонка! Сейчас быстро возьму все, что нужно, и поедем.
- Мужчинам хорошо, - пробурчала она. - А меня отец никуда без братьев не отпускает даже с охраной! А Герту хватает воды в ванной, и он вечно чем-нибудь занят. Когда мы были маленькие, ездили часто, а сейчас хорошо, если за все лето выберемся три раза.
- А как к морю относился Кирен? - спросил я, откладывая нужное оружие и боеприпасы в одну из найденных в гардеробе принца кожаных сумок.
- Когда как, - ответила она. - В последние два года брат даже в семейных выездах не участвовал. А до этого он меня часто выручал. Наверное, я одна из всей семьи люблю море.
- А осенью купаться нельзя? - спросил я, застегивая сумку и вешая ее через плечо. - Пойдем, договорим по пути.
- Пойдем! - она вцепилась в мою руку и потащила к выходу. - До середины осени вода еще теплая, но часто штормит, и дуют сильные ветра. В такое время уже не покупаешься, но хорошо ходить возле прибоя. Такая свежесть, особенно после летней жары! Вот к прибою отец любит ездить.
Мы сбежали по лестнице к парадному входу возле которого стояли два экипажа и десяток конных гвардейцев. В одном из экипажей сидел чем-то недовольный Сигар, а во втором - красивая девушка того же возраста, что и принцесса. Судя по взглядам, которые Учитель бросал на прелестницу, она и была причиной его недовольства.
- Объяснишь? - спросил я принцессу. - Что это еще за девица?
- Это моя подруга, - шепнула она мне. - Ты ее прошлой зимой видел на балу, но танцевать отказался, хоть она и приглашала. Это дочь графа Вальша. Я тебе о ней потом расскажу.
- Отодрать бы тебя ремнем по заднице! - так же шепотом сказал я. - У нас не просто прогулка к морю! Ладно, как ее хоть зовут?
- Адель ее зовут. Пошли, а то задерживаться дольше уже неприлично.
- Здравствуйте, Учитель! - поздоровался я с Сигаром. - Мое почтение, графиня! Вы, как всегда, очаровательны!
Я помог Ларе забраться в экипаж к подруге, а сам, к разочарованию девушек, сел к Сигару. Эскорт разделился пополам и первая пятерка поскакала впереди нашего кортежа к дворцовым воротам, а вторая следовала за экипажами. Как только мы выехали на дворцовую площадь, девушки надели темные очки.
- Она меня поставила перед фактом, - негромко сказал Учитель о Ларе. - То умная девушка, то иногда выкинет такое...
- Кто эти графы Вальши? - спросил я, особо не скрывая разговор.
Окованные железом колеса экипажей грохотали даже по сглаженной брусчатке, да и лошади своими копытами добавляли шума, поэтому говорить можно было о чем угодно: ни девушки, ни гвардейцы нас бы не услышали.
- Это род с севера, - сказал Сигар. - Так получилось, что Адель и ее младший брат Серт остались сиротами. Сейчас в их имении всем распоряжается назначенный Повелителем управляющий. Мальчишку он воспитает графом, а девушку отправил сюда. И правильно, потому что без семьи ей там делать нечего. Она, вообще-то, ничего, только слишком проказливая. И в этой поездке она будет мешать.
- Ладно, все равно уже ничего не поделаешь, - сказал я, посмотрев на ехавший впереди экипаж. - Она всегда такая непосредственная?
Девушки пересели так, чтобы ехать лицами к нам, сняли очки и сейчас молоденькая графиня обстреливала меня улыбками и, кажется, даже пару раз подмигнула.
- Девчонки, - безнадежно сказал Учитель. - У них у всех ветер в голове, а эта еще три года жила без родителей. У дворян с севера и так не все в порядке с головой, иной раз и женщины берутся за мужские дела. Эта, по-моему, из таких. Пусть себе улыбается, а мы с тобой пока поговорим о своих делах.
- Что-нибудь удалось узнать о цирюльнике? - спросил я.
- Нашли его тело, - ответил Сигар. - Ты оказался прав: его убили ударом кинжала и сбросили в погреб. Семьи дома нет и никто не видел, как они уезжали. В службе охраны трона ничего не знают о неприятностях с Киреном, поэтому проверять цирюльника отправили одного из слуг. А вызвали мастера Мрея по личному приказу наследника.
- А кто ему подал эту идею?
- Герт отказался говорить на эту тему. Сказал, что разберется сам. Судя по его ответу, в этом замешана женщина.
- Зря он так, - недовольно сказал я. - Вы мне можете сказать, что у принца с женщинами? Не мнитесь, Сигар, я все-таки в некотором роде член семьи и не знать такое...
- Невесты пока нет, а любовницы регулярно меняются, - нехотя ответил Сигар. - Последняя что-то долго задержалась. Отец в его личную жизнь не вмешивается. Я бы тоже не вмешивался, когда сыну всего двадцать четыре года.
- А как на такое смотрят родители девушек? - спросил я. - Это не считается позором? И что будет, если кто-нибудь из них забеременеет?
- Какой позор от развлечений с наследником? - удивился Сигар. - Молодежь дарит друг другу радость без всякого принуждения. Ну и всегда присутствует надежда, что именно их дочь станет для него единственной. Кому-то действительно повезет. А зачатие... Для него нужно, чтобы этого хотели оба партнера, иначе ничего не получится. Это простая и доступная каждому магия. Именно из-за нее у дворянства весьма легкие нравы.
- Этим пользуются только дворяне?
Поделиться книгой: