Цветы и воды

— Стережёте что?

— Вещь.

Этот парень явно был немногословен. Я понял, что, если и дальше буду вытягивать из него по одному слову, то не далеко продвинусь в поисках. Я попросил Азамата повторить трюк с печатью.

— Хранитель должен был доставить вещь! — прокричал дёргающийся в лучах голубоватого света дух.

— Вопрос третий: как вы с этим связаны?

— Напасть! Отобрать! — вопило существо.

Я поднял руку, и Азамат прекратил пытку.

— Так стеречь или отобрать?

Мононоке снова неподвижно повис в воздухе. Видимо, его молчание следовало расценивать как ответ.

— Интересно, — снова пробормотал я, потирая подбородок. — Ещё кое-что, если ты не против. А ты ведь не против, так?

Дух молчал.

— Вы, ребята, сами до этого додумались, или кто-то помог? Короче, кто ваш хозяин?

И тут мононоке словно с цепи сорвался. Он начал шипеть, метаться внутри круга и биться об его границы. Азамат покачнулся и завалился набок; в тот же момент дух вырвался из ловушки и взлетел высоко в воздух, явно собираясь атаковать. Я подхватил Азамата за шкирку и сильно встряхнул, пытаясь привести его в чувство.

— Подняться можешь? — спросил я парня, едва тот разлепил глаза.

Он пробубнил что-то нечленораздельное в ответ, но на ноги встал.

Я толкнул его в сторону.

— Беги и не оглядывайся! Я отвлеку его. Давай!

— Нет, — бормотал Азамат, — я не оставлю…

— Пошёл! — рявкнул я.

Он замотал головой, но на ногах еле стоял. Мне пришлось ещё несколько раз толкнуть Азамата, прежде чем он наткнулся на стену и, держась за неё, заковылял наконец прочь.

Я достал из кармана куртки оторванный автобусный билет и посмотрел на номер. Ярко-зелёные цифры ободряли — уровень магии здесь был достаточным, чтобы обеспечить мне путь к отступлению. Набрав в грудь побольше воздуха, я прокричал:

— Ну, иди сюда! Ты же хотел попробовать меня? — и, не дожидаясь реакции духа, я вытянул в его сторону руку и произнёс: — Effrego.

Поток разрушительной энергии с лёгким хлопком сорвался с пальцев и понёсся в сторону мононоке. Но тот даже не пытался увернуться — удар скользнул по нему, не причинив никакого вреда. Дух свернулся в большой чёрный шар, из которого потянулись извивающиеся щупальца, и обрушился на меня. Тогда я собрал всю волю в кулак и, преисполнившись решимости, повторил заклинание, вложив в голос столько сил, сколько мог.

Шар подбросило вверх, его щупальца ударили по земле в полуметре от меня, раздробив асфальт. Дух вернулся на исходную позицию и приготовился атаковать во второй раз. Но, как только он двинулся в мою сторону, кто-то сказал полным власти голосом:

— Брысь!

Мононоке зашипел, вернулся в форму «покрывала» и… просто исчез.

Я повернул голову и увидел среднего роста азиата, как потом понял — японца, в серой шляпе. Он слегка поклонился.

— Здравствуйте, Виктор Тесла. Найти вас оказалось сложнее, чем казалось.

— Кто вы? — спросил я, ещё не успев отойти от фокуса, который он проделал со злым духом.

Азиат улыбнулся.

— Это не имеет значения.

Я вопросительно выгнул бровь, ожидая разъяснений. Он молча смотрел на меня. Тогда я выпрямился, поправил одежду, приводя себя в презентабельный вид, и спросил:

— Так… вы меня искали. Зачем?

— О! Это очень просто, — он обернулся назад и произнёс: — Кумико.

Я даже не успел понять, что произошло. В следующий после его слов момент рядом со мной уже стояла рыжеволосая девушка.

Она как-то странно держала руки.

У меня в груди похолодело. Не в переносном смысле — там действительно было что-то холодное. Я опустил глаза и увидел, что в меня по рукоять воткнута катана, которую и держала девушка. Она повернула её — я почувствовал, как металл скребнул по ребрам — и одним движением выдернула.

Горло быстро наполнялось густой горячей жидкостью. Мне потребовалось время, чтобы понять, что это моя кровь. Дышать стало невозможно. Я потерял равновесие и упал на землю, больно ударившись об асфальт. Теплая кровь пропитала одежду и растекалась вокруг. Чувство усталости полностью завладело мной. Хотелось закрыть глаза и просто уснуть.

Девушка встала надо мной, подняла меч для второго удара. Слабеющими пальцами я нащупал в кармане автобусный билет и, сжав его, прохрипел:

— Домой.

Она резко опустила катану. Приближающееся лезвие сверкнуло в лунном свете.

А потом стало темно.

Глава 5

Все мы учимся. Независимо от того, хотим или нет. Независимо от того, сколько нам лет. Мы учимся с рождения: говорить, ходить, мыслить. Одни знания получаем в теории — из книг или от других людей. Другие — на практике, как первый поцелуй. Учимся делать выбор, пусть даже он не всегда оказывается правильным. Я где-то слышал, что неудачи делают нас немного старше… Пожалуй, так и есть, ведь мы учимся даже на ошибках. Но есть и такой опыт, который не каждый захочет получить.

Я, например, умер.

Холод пронизывал меня до костей. Белесые облачка пара поднимались над губами. Они зависали на месте и не спеша растворялись в воздухе.

Я лежал в поле, где всё было покрытым инеем, сверкающим ярким, но холодным и даже каким-то колючим светом. Здесь не было ни солнца, ни неба. Только серебристая масса нависшего тумана.

Первым делом я дотронулся до груди в том месте, где меня проткнула рыжая девица. Раны не было, хотя рубашка оказалась порванной и пропитанной чем-то ещё слегка тёплым и липким. Я поднёс руку к лицу. Среди обилия серых и сизых тонов тёмно-красная кровь казалась чем-то неестественным.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы подняться с земли. Ноги вдруг стали непослушными и тяжёлыми, будто были налиты свинцом. С высоты человеческого роста место, где я стоял, выглядело не так уныло, а туман казался не таким густым. Кое-где торчали высокие раскидистые деревья, густо покрытые серебристой листвой.

Я повернул голову направо и увидел Таро. Он слегка поклонился и сказал:

— Прошу прощения, господин Тесла. Я был слишком беспечен.

Хмыкнув, я попытался идти. Это оказалось не так просто, как обычно: отрывать ноги от земли почти не получалось, я то и дело спотыкался, и просто шаркал, продвигаясь по несколько сантиметров за шаг.

— Куда вы идёте? — обеспокоенно спросил Таро.

— Ну, не стоять же на месте, — ответил я. — Однажды это поле должно закончиться. Ты со мной?

Шинигами кивнул и медленно пошёл рядом. У него это получалось гораздо лучше, чем у меня.

— Что это ещё за парочка была?

Таро пожал плечами.

— Знаете, когда мононоке прорвал печать, там такое творилось, что я, к сожалению, просто не успел разглядеть…

— Может быть, ты хочешь рассказать мне что-нибудь ещё? Ну, знаешь, всякие важные вещи вроде того, как не быть убитым. Блин! Да ты хоть своё настоящее имя мне назвал?

Мне показалось, что на губах шинигами мелькнула лёгкая улыбка.

— Дело в том, господин Тесла, что «Таро» очень распространённое имя. Оно быстро приходит на ум.

— Первое попавшееся, значит?

Он кивнул.

— Ты снова мне солгал.

— Не совсем так. Вам это сложно понять… есть много подобных мне, но я такой один.

— Хочешь сказать, что у тебя вообще нет имени?

— В человеческом понимании, нет. Шинигами не нужны имена, каждый из нас уникален.

— Бред какой… — поморщился я.

— Для мононоке имя также не важно. Это просто злой дух, — продолжал Таро. — А что касается того странного человека… Он назвал только свою спутницу.

— И как это понимать?

— Пока не знаю.

Проклятье! Таро, фактически, не обманывал меня, он просто недоговаривал. Однако того, что он недоговаривал, оказывалось слишком много.

— Из-за тебя меня проткнули мечом. Насквозь, — бесстрастно проговорил я. — А знаешь, что самое странное, Таро?

— Что?

— Мне следовало бы злиться на тебя. Но я не сержусь. Совсем.

— Быть может, потому, что именно это вы и искали? — предположил он. — Я заметил, что вы не проявляли осторожность. Только интерес. А бросаться в море, не научившись плавать, опасно.

Я бросил на него гневный взгляд.

— Я умер и пытаюсь тебе тут душу изливать, а ты мне мораль читаешь?

Таро замотал головой в знак отрицания.

— Умерли или нет, это вам решать.

Я встал как вкопанный.

— Что?

— Я хотел сказать, что лучше оставаться на месте, но вы меня не слушали.

Вырвавшаяся из-под земли тёмно-зелёная лоза обвила мои ноги и, повалив на землю, быстро обвила меня плотным коконом. В наступившей темноте было не пошевельнуться; какие-то шипы впивались в кожу, разрывая одежду, лоза сжималась всё сильнее и сильнее, сдавливая меня до тех пор, пока я, как мне показалось, не разлетелся на части.

Воздух с шумом ворвался в лёгкие, обжигая их подобно кипятку. Я дёрнулся, пытаясь подняться, однако был будто бы связан, а боль в груди от движения стала ещё сильнее.

Открыв глаза, я увидел, что лежу у себя дома, в спальне, переодетый и перебинтованный. Увидев, что я пришёл в себя, ко мне сразу же подбежала Кария.

— Очнулся! Виктор, что случилось? Видел бы ты, в каком состоянии прибыл! — тон её голоса стал вдруг строгим. — Прыгать с пробитым лёгким было плохой идеей, Виктор. Нельзя телепортироваться с такими ранениями.

— Это меня спасло, знаешь ли, — просипел я.

Кария смягчилась.

— Возможно. Возможно, тебя спасло ещё и то, что после прыжка, в момент сборки часть твоих ран затянулась. Но ты потерял много крови. А оставшейся — едва не захлебнулся. Лечить тебя было сущим кошмаром: пришлось долго сращивать ткани, соединять проломленные кости…

— Кари, — тихо позвал я. — Это ты вытащила меня с того света?

В её глазах блеснули слёзы, и дриада отвернулась. Быстрым движением руки Кария смахнула капли с ресниц.

— Я слишком долго живу, — сказала она. — Я уже успела устать от бессмертия. Всё-таки работать с тобой веселее, чем проторчать в каком-нибудь бревне ещё сотню лет, — Кария села на край кровати и приложила ладонь к моему лбу. — У тебя жар, Виктор. Тебе ещё надо отдыхать. Ты спи. А я буду тебя лечить.

В последних словах мне послышалась особенная нежность.

— Учти, — пробормотал я, чувствуя, как снова проваливаюсь в темноту, — если позволишь себе лишнее, я всегда могу огреть тебя стулом и сбежать в окно.

— Спи, — повторила она.

И я заснул.

Тёплое лучи весеннего солнца падали на лицо, пробиваясь сквозь веки и прогоняя сон. Что-то почти невесомое коснулось моей руки. Я вздрогнул и открыл глаза.

— Доброе утро, Виктор, — поприветствовала Кария. — Я вижу, тебе уже гораздо лучше.