Признания Ужасной мамочки: как воспитать прекрасных детей, пока они не свели вас с ума

– Как насчет Ивена? – выдохнул в отчаянии Джефф.

Ивен?

Это было не страшно. Меня не воротило от него.

Хорошо, Ивен. Я привыкну. Мне так кажется.

Ну вот, так он стал Ивеном и остается им по сей день.

Лили, Бен и Ивен. Я думаю, это приятные, солидные имена, а как вам кажется?

Ой.

Забудьте, я ничего не спрашивала.

Глава 7 Пушистый малыш

...

Признания мамаш

• Боюсь, что я не смогу полюбить ребенка, которым я беременна, так же, как старшего.

• Мой первенец в десять месяцев мог написать свое имя и изображал любое животное, которое я ему называла. А третьему уже два года, и он «мама» не может выговорить.

• Я родила шестерых, чтобы они жили дружно и помогали друг другу. Только двое общаются между собой, один уехал за границу, а остальные не поддерживают с нами контакт.

• Я не кормила второго, чтобы первый не таращился на мою грудь.

• Я жду второго ребенка, и меньше всего меня волнует, буду ли я любить его так же, как его брата. А ВОТ КАК МНЕ СНОВА СБРОСИТЬ ВЕС?

• Я старалась, чтобы моя первая не заснула, не поужинав. Если это случалось, я ее будила и кормила. А со второй – я плохо помню, ела ли она вообще.

Лили – наш первый ребенок, но она не претендует на звание нашего первого малыша. Это звание принадлежит единственной и неповторимой Пенелопе – тому самому щенку, которого мы взяли, когда вернулись из свадебного путешествия.

В течение четырех лет до появления детей все в нашем доме вращалось вокруг Пенелопы. Мы сокращали отпуск, чтобы поскорее к ней вернуться, и вставали на рассвете, чтобы ее выгулять. В обеденный перерыв я рвалась домой через жуткий трафик, чтобы вывести ее: мысль о том, что она будет в клетке восемь часов, была непереносимой для меня. Ее дни начинались с часа веселой возни на собачьей площадке и заканчивались часовой прогулкой по прекрасным улицам Джорджтауна. Промежутки заполнялись играми и собачьими лакомствами, включая собачьи пирожные. В следующей жизни, если таковая случится, я хочу быть собакой у бездетной молодой пары. Это просто офигительная жизнь.

За несколько недель до рождения Лили, когда мои гормоны просто зашкаливали, я обнималась с Пенелопой на ковре, вдыхая аромат ее свежевымытой шерсти. «Ты всегда будешь моей малышкой, – ворковала я. – Обещаю, ничто не сможет это изменить».

Это была самая большая ложь в моей жизни. С тех пор для Пенелопы изменилось все .

Пенелопа и сейчас остается любимой собакой, но ее положение в иерархии семьи менялось по мере появления каждого нового ребенка. Я не припомню, когда я последний раз ее вычесывала, и ее шерсть, когда-то мягкая и блестящая, теперь отдает запахом земли и попкорна. Мы выводим ее на прогулку скорее по необходимости, чем из удовольствия, и давным-давно не играли с ней. Поводок сильно износился, и хорошо, если я сама вспоминаю, что ее нужно покормить. Я очень не хочу стать собакой в семье с тремя маленькими детьми в следующей жизни, если таковая случится.

Я вспоминаю, что чувствовала примерно то же, когда была беременна Беном. Несмотря на мое первоначальное безразличие по отношению к Лили, очень скоро я полюбила ее, и она стала центром моей вселенной. Как свойственно каждой матери первенца, я внимательно следила за мельчайшими деталями ее развития, бурно радовалась каждому новому проявлению и страшно переживала, когда мне казалось, что происходит какое-то опоздание. Я часто звонила педиатру просто для того, чтобы убедиться, что все идет нормально, и регулярно вела дневник развития ребенка. Мы играли, ездили по магазинам, занимались и делали фотографии, которые я каждый день посылала Джеффу в офис. Она росла совершенно избалованной любовью и вниманием, как единственный ребенок в семье.

Последний месяц моей беременности ребенком номер два прошел под знаком компенсации скорого конца привычного для Лили порядка вещей. Я не понимала, смогу ли испытывать к новому ребенку такую же любовь. То есть я понимала, что полюблю его, но настолько ли сильно ? Лили всегда останется примерно на тысячу дней старше своего брата – значит ли это, что я всегда буду любить ее в тысячу раз сильнее? Я просто не понимала, что все может быть по-другому .

С рождением Бена я поняла, что материнская любовь к своим детям неисчерпаема. Существует неограниченный источник любви, гордости и восхищения, и каждый ребенок получает их в равной мере. Так, к счастью, мы устроены. Но есть нечто, что не может быть в равной степени отдано каждому ребенку, – внимание.

Поскольку у меня теперь было двое детей, логично было бы представить, что мое внимание будет поровну распределено между ними. Но в материнстве нет логики, и я продолжала убеждаться в этом. Внимание распределялось примерно на 75% в пользу Лили и только на 25% – Бену. И ему это было безразлично. Он казался абсолютно счастливым и вполне удовлетворенным своей ролью зрителя Великого спектакля Лили. Я не беспокоилась о его развитии так, как это было с Лили. Я знала, что он начнет ходить и говорить, когда наступит время, и оказалось, что я права. Вместо дневника я завела для него шкатулку с инициалами, в которую я складывала все памятные вещицы с твердым намерением однажды разобраться в них как следует. В таком спокойном состоянии я ужасно радовалась ему в первые дни, целуя его маленькие ножки и вдыхая запах новорожденного. Я обожала наблюдать за спокойно спящим сыночком, исследуя его пальчики и складочки, которые очень скоро уже не будут такими чистыми и вкусными. Я целовала его шейку и старалась запомнить его пальчики. Я наслаждалась каждым мгновением, которое могла уделить ему за счет Лили.

Когда родился Ивен, я отобрала часть внимания от Лили и Бена, и он получил примерно 10% того, что уделялось его сестре и брату. Он донашивал их вещи и унаследовал от Бена коляску и кенгуру, которые даже как следует не почистили после использования два года назад. Если бы мне предложили использовать подержанные вещи для Лили, я была бы возмущена, но теперь мне казалась не менее возмутительной идея покупки нового инвентаря. Я не вела его дневник и не могу сообщить вам, что именно он ел в тот день, когда сделал свои первые шаги. С Лили я панически боялась выходить из дому в первые несколько недель из опасения грязи и микробов, которые могут попасть на нее от окружающих. С Ивеном мы появились на публике через несколько дней. Мне не терпелось выйти из дому, и мы сделали это вместе. Представляете, что произошло? Он выжил!

Первые два года своей жизни бедный мальчик не получал новых игрушек. На его первый день рождения я просто заменила батарейки в игрушках, которыми он играл, и дом как будто наполнился волшебством. Игрушки осветились? И запели? И двигаются? Он был очарован. Это было действительно трогательное зрелище. До сего дня он остается самым непривередливым из моих детей – он просто прыгает от радости, если верх и низ его пижамки совпадают по цвету.

В положении первого, среднего и младшего ребенка есть свои плюсы и минусы. Черты характера моих детей в немалой степени сформировались под влиянием моего материнского отношения к каждому из них. Лили расстраивается, если не обращают внимания на ее достижения, даже на самые маленькие, или когда ее рисунок немедленно не выставляют на всеобщее обозрение. Это, безусловно, результат моего энтузиазма и внимания, которое я уделяла ей во младенчестве. Бен более безразличен и остается покладистым ребенком. А Ивен в качестве младшего отчаянно старается привлечь к себе внимание какими-нибудь штучками и выходками. Но все они одинаково любимы, обо всех одинаково заботятся, и это самое главное.

Ну, наверное, кроме Пенелопы – ее действительно нужно помыть наконец.

Глава 8 Субъективно отвратительно

...

Признания мамаш

• На полу лежал круглый коричневый катышек. Я решила, что это такая шоколадка, и нагнулась, чтобы ее подобрать. Хорошо, что я инстинктивно понюхала ее – это оказалась вовсе не шоколадка.

• Живу без душа третий день. И не очень хочу его принимать.

• Один из моих детей уронил леденец на пол в магазине и закатил по этому поводу истерику. Чтобы его заткнуть, я подобрала леденец, облизала его, чтобы слегка почистить от грязи, и снова засунула ему в рот.

• Когда сын описался в кроватке среди ночи, я была настолько уставшая, что просто подстелила газетку. Он очень обиделся. Ну ничего, когда я состарюсь, писаться в кровать буду я, а он будет с этим разбираться.

• Я разрешаю детям грызть ногти, чтобы мне не нужно было их стричь.

• Педиатр сказал, что этого делать не надо, но я не могу удержаться от ковыряния серы в ушах у сына. Это зависимость!

• Сосу дочкину пустышку, чтобы ее почистить. Не знаю, становится ли она чище, но меня это успокаивает.

• Я заставляю мужа есть то, что упало со стола. А не надо было мне говорить про экономию.

• Потеряла клизмочку для носа и высосала малышу сопли своим ртом. Это дошло до меня, только когда я выплюнула соплю. Рассказала мужу, а он: «Ты теперь мать, это часть твоих обязанностей».

• Своему восьмилетнему сыну я до сих пор вытираю попу. Все лучше, чем потом избавляться от следов, которые остаются, если он делает это самостоятельно.

• Вчера вечером дочку вырвало на мои волосы. Голову я пока не успела вымыть.

• Мне не кажется, что мой пятилетний сын много чего ломает или портит. Если не считать туалетной бумаги.

• Поменяла памперс, на руке остался кусочек дерьма. Салфетки не было, я вытерла руку о джинсы, да так и проходила весь день.

До рождения детей женщина может быть хорошо ухожена и замечательно причесана, но, став матерью, она превращается в нечто совершенно другое. Нечто находчивое. Нечто впечатляющее. Нечто… гадкое. Материнство каким-то образом моментально сдирает с нас весь девчачий глянец, который мы так старались навести, и возвращает нас прямо в первобытные времена: грязь на лице, еноты на обед, моча в качестве увлажняющего средства.

Вот именно такие гадости нас и сближают.

Матери легко могут использовать собственную слюну, чтобы протереть ребенку лицо, и при всех понюхать его попу, чтобы убедиться, покакал ли он.

Если наш отпрыск проглотил монетку, мы будем рыться в его какашках, чтобы определить, вышла она или нет, и легко принимаем рвоту себе на ладони, если это необходимо.

Мы отрываем аллергические болячки с их головок и находим огромное удовольствие в выкапывании засохшей соплей из носиков. Многие мамаши, включая меня, предпочитают обгрызать ногти у новорожденных, потому что боятся отрезать пальчик, используя ножницы.

Противно, конечно, но приходится… а кто за нас это будет делать?

Я немного противоречива в том, что касается всяких неприятных штук. Я не раздумывая вытру сопливый нос своими руками или поцелуюсь со слюнявым ротиком малыша, но есть вещи, которые я точно не стану делать. Например, допивать за моими детьми. Если мы с Ивеном окажемся в пустыне, я скорее умру от обезвоживания, чем допью воду из бутылочки этого сорванца. Честно, не меньше половины того, что он потребляет за день, возвращается в бутылочку и плавает в ней в виде маленьких белых хлопьев. Отвратительно.

Я знаю многих мамаш, которые доедают за своими детьми. Могу их понять, но я видела, что творят мои дети на своих тарелках, и это самое малоаппетитное зрелище в мире. Они облизывают еду, чихают в нее, возят ее взад-вперед, смешивают в одну кучу, и я в жизни к этому не притронусь, даже если буду очень голодна.

Есть еще одна вещь, которую я и близко не собираюсь пробовать: моя плацента. Неудивительно, скажете вы? Кому в здравом уме может прийти в голову употреблять такую гадость? Однако употребляют же. Женщины делают что угодно, от смешивания ее с витаминами (я бы не додумалась, но, по крайней мере, меня не сразу тошнит от этой мысли), добавления в свои смусси (а вот кому ягодный сюрприз?) и до поедания в сыром виде (боже, держите меня; в жизни больше не притронусь к красному мясу).

Мне стало плохо, когда сестра в роддоме спросила, хочу ли я забрать это домой и закопать там, но есть это ? Видимо, считается, что это минимизирует кровотечение и снижает депрессию естественным (недоказанным) образом. Не уверена, что съесть орган, который в течение девяти месяцев служил для откачки шлаков и удаления газов из организма, может сильно помочь от депрессии, даже если этот же орган помогал питать еще не рожденного ребенка. Думаю, что, если вытечет еще немного крови, потому что плацента перекочевала в контейнер для биоотходов, ничего страшного не произойдет. Во всяком случае, моя всегда туда отправлялась, и ничего.

И несмотря на то что я за защиту природы и охрану окружающей среды, вы никогда не застанете меня за стиркой пеленок или многоразовых прокладок. Ужасно, но я готова обменять несколько сот лет существования планеты Земля на несколько мгновений вменяемости в своей жизни.

Так что простите, если я при вас выковыриваю серу из уха моего ребенка.

Это гадости, с которыми я вполне справляюсь.

Глава 9 У матерей больничных не бывает

...

Признания мамаш

• Иногда я хочу простудиться, чтобы весь день оставаться в постели.

• Мой муж подхватил кишечную инфекцию и сбросил пять килограммов за неделю. А у меня оказался на руках еще один ребенок.

• Я всегда симулирую менструальные боли.

• На прошлой неделе муж почувствовал себя так плохо, что нам пришлось вызвать няньку для ребенка и отправиться вдвоем в пункт неотложной помощи в 10 вечера. Мы проторчали там ЧЕТЫРЕ ЧАСА. Диагноз? Простуда. Попейте нурофенчик. Четыре часа в неотложке из-за простуды. Боже мой!

• На работе я сказала, что заболела, отвезла детей в ясли, сама сходила в кино и сделала маникюр. ЛУЧШИЙ день в моей жизни!

• Когда муж плохо себя чувствует, он постоянно громко стонет. Я не шучу. «Ооооо-уууу-оооо… оооо-уууу-ооо… ооооооо-ууууу-уммммммммм…» В первый раз я решила, что он прикалывается. Он не прикалывается. Я с ума от этого схожу!

• Терпеть не могу запах моих детей, когда они болеют.

• Я говорю, что у меня понос, запираюсь в туалете и читаю журналы или играю в игры на телефоне. Муж умоляет меня срочно сходить к гастроэнтерологу.

• Я плохо себя чувствую и хочу, чтобы приехала мамочка и ухаживала за мной. Мне сорок семь.

• Люблю, когда дети болеют, – не чувствую угрызений совести из-за того, что разрешаю им целый день валяться на диване и смотреть телевизор.

• Материнство – это когда вашу дочку рвет вонючим регидроном прямо в вашу прическу, а потом она кладет головку вам на плечо и говорит: «А где папочка? Хочу папочку!»

Иногда я хочу вернуться на машине времени назад и дать несколько мудрых советов себе самой – пока я еще не стала мамашей. Конечно, эта самоуверенная сучка вряд ли захочет слушать – она типа и так все что надо знает, – но я все-таки попробовала бы. Я бы посоветовала ей спать подольше в выходные – когда появятся дети, возможности выспаться у нее уже не будет. Я бы сказала ей, что нужно радоваться ногам без сосудистых звездочек, использовать побольше увлажнителя и чаще делать глубокую чистку. Я велела бы есть помедленнее, наслаждаясь каждым кусочком, поскольку очень скоро еда превратится из удовольствия в необходимость. Но главное, я посоветовала бы ей чем-нибудь как следует заразиться – облизать ручку двери в общественном туалете, поездить в общественном транспорте с гриппозными пассажирами, посидеть в кафе поближе к посетителям с сильным насморком или кашлем. Хватани микробов, девочка, заболей и используй это на полную катушку. Потому что, когда ты станешь матерью, поболеть тебе никто не даст.

Конечно, матери болеют. На самом деле мы всегда больны, и по-другому быть не может. Мы все время возимся с сопливыми детьми, которые тащат домой из школы или из гостей инфекции, о которых мы слыхом не слыхивали до этого. Зимние месяцы проходят в постоянном подтирании сопливых носов полами наших длинных рукавов, до тех пор пока нам это не надоедает окончательно и мы не переодеваемся в безрукавки. Кабинет педиатра – наш второй дом, а провизоры в аптеке знают нас по имени. Я не помню себя полностью здоровой с момента рождения Лили – то это легкий насморк, то безумная головная боль, то расстройство желудка по полной программе. Я забыла, что значит как следует выспаться, привыкла к тупой боли в плечах и к тому, что всегда нахожусь в слегка заторможенном состоянии. Дети – синоним неважного самочувствия.

Если бы в этой жизни существовала справедливость, то болезнь была бы единственным моментом, когда мать может сделать паузу и не вставать ни свет ни заря, чтобы начать ухаживать за другими, не имея ни минуты времени для себя самой. Попить куриного бульона, даже если его нужно сварить самой, принять долгий горячий душ в одиночестве. Полечиться. Но справедливости для матерей не существует, равно как и больничных. Их нет никогда .

...

Я забыла, что значит как следует выспаться, привыкла к тупой боли в плечах и к тому, что всегда нахожусь в слегка заторможенном состоянии. Дети – синоним неважного самочувствия.

С отцами все не так. Когда они болеют, они могут позволить себе роскошь снова превратиться в детей, только вместо собственных матерей ухаживают за ними их счастливые жены. Вот почему в брачном обете присутствует фразочка «в здравии и в болезни» – я не знаю более серьезной причины расстаться с мужчиной, чем его поведение во время болезни. Нет, я люблю своего мужа. Мы с ним действительно родственные души, моя жизнь без него была бы неполной, он – любовь всей жизни и так далее и тому подобное, но вот когда он заболевает… Мне кажется, я повтыкала бы в него все острые кухонные принадлежности, а потом привлекла бы к этому увлекательному занятию и наших детей.

Когда Джефф простужается, наступает конец света. Он громко стонет, кряхтит, охает и жалуется. Ему нужно питье, пульт от телевизора и массаж головы. Он спит на диване, потому что у бедного мальчика совершенно нет сил дойти до спальни. Его нужно жалеть. Это выглядит как гротеск, и можно было бы посмеяться, если бы я не была единственной жертвой этого дурацкого поведения.

В прошлом году мы оба почувствовали себя неважно и отправились по врачам. У меня диагностировали коньюнктивит, отит и воспаление пазух. Уезжая от врача, я чувствовала легкую радость. Доктор велел не волноваться и как следует отдохнуть. Я уже представляла, как смотрю «Грязные танцы» и «Девочки хотят повеселиться». Буду дремать на диване, пить молочные коктейли, и наконец-то за мной будут ухаживать. Конечно, я отвратительно себя чувствовала, но остальное того стоило. Очень стоило. Я пребывала в радостном предвкушении.

Через час Джефф приехал от своего врача с другим диагнозом. Это была пневмония. Температура 40, постельный режим и внутривенные инъекции. Все, о чем я могла думать, – скотина, он меня снова сделал. У меня глаза на лоб лезут от рези, нос полностью забит, уши не слышат из-за воспаления, а я должна с ним нянчиться! В довершение этого на следующий день затемпературила Лили. Я хотела сброситься с крыши, но побоялась, что выживу, – и тогда придется провести остаток дней в инвалидной коляске, катаясь по кухне, чтобы приготовить на всех завтрак, обед и ужин.

Растить детей здоровыми – задача родителей, а оставлять заболевшего ребенка дома – самое жестокое наказание за ее провал. Поэтому, черт возьми, мои дети всегда идут в школу, кроме случаев высокой температуры, тяжелого поноса или кровавых ран. При этом мне частенько приходится посещать кабинет школьной медсестры, если выясняется, что я ошиблась с определением уровня серьезности заболевания. Пару лет назад я забирала из школы Бена, у которого разболелся животик. Когда взяла на руки своего бледненького мальчика, мне стало ужасно стыдно – как я могла отправить его в школу, если он жаловался на плохое самочувствие уже дома, всего час назад? Вместо того чтобы остаться дома и лечить больного малыша, я предпочла поехать за продуктами и подработать в «Старбаксе». Я просто чудовище!

Возмездие настигло меня в виде большой струи жидкого дерьма, образовавшейся на уровне моей груди и доставшей меня до лифчика. Хорошо настоявшееся, густое дерьмо. Я взяла мальчика за руку и совершила марш позора до машины, провоняв коридоры школы и мысленно клянясь всегда оставлять детей дома, если не уверена, что они абсолютно здоровы. Нет ничего удивительного в том, что на следующее утро я проснулась с кишечной инфекцией в компании троих блюющих детей.

...

Я хотела броситься с крыши, но побоялась, что выживу, – и тогда придется провести остаток дней в инвалидной коляске, катаясь по кухне, чтобы приготовить на всех завтрак, обед и ужин.

По-другому не бывает – больная мать не получает никакого снисхождения. Но это уравновешивается с течением времени – когда я состарюсь, стану немощной и седой, а дети подрастут, заботиться обо мне будут именно они. И все нынешние страдания стоят того, не правда ли?

Да неужели ?

Глава 10 Горячие сэндвичи с сыром, и всё

...

Признания мамаш

• У моих детей всегда одинаковый школьный ланч. Я уверена, что их учительница считает меня плохой матерью.

• Я ем конфеты, спрятавшись в ванной, чтобы не делиться с детьми.

• Мой ребенок не ест ничего, кроме сэндвичей с сыром. Я не преувеличиваю.

• Когда сын отказывается есть что-то, что кажется ему незнакомым, я хочу лопнуть со злости. ЭТО ГРЕБАНАЯ КУКУРУЗНАЯ КАША!

• Когда я грызу мой тайный запас M&M, а сын спрашивает, что я ем, я говорю, что это брокколи.

• Знаете, что хуже, чем дети, которые отказываются от овощей? Их отец, который подает пример.

• Раз в неделю мы завтракаем в ужин. Три раза в неделю, если честно.

• Самое похожее на овощи, что едят мои дети, – кетчуп.

• Я не могу ругать сына за то, что он всегда хочет только куриные наггетсы. Я тоже всегда их хочу.

• Я пытаюсь придерживаться натурального питания, но мы с детьми все время едим вредную пищу. Сегодня завтракали варениками.

• Во все, что едят дети, я подмешиваю вареные овощи. В их любимые шоколадные булочки я добавляю шпинат и сладкий картофель. Я этим безумно довольна!

• Мой постоянный геморрой: дочка НАКОНЕЦ соглашается попробовать кусочек, берет капельку на кончик языка и говорит, что это гадость.

• Я кормлю детей здоровой, сбалансированной пищей, а сама съедаю миску хлопьев каждый вечер.

Есть два типа матерей: одни готовят здоровую еду для всех членов семьи, другие потакают вкусам детей и готовят отдельно им, отдельно взрослым. Какой из этих подходов является более правильным, обсуждению не подлежит. Все вполне очевидно. Я мать, которая готовит одно здоровое, хорошо сбалансированное блюдо, содержащее белки, углеводы и крахмал, на всех, и эти все радостно его сметают.

Выдох.

Такой матерью я должна была быть. В другой, параллельной вселенной я ей и являюсь. Там же я каждый день принимаю душ, не завишу от кофеина и люблю отжиматься от пола. В реальности я готовлю детям отдельный ужин из блюд, которые они точно будут есть, и не заморачиваюсь с тем, что может им не понравиться. (На всякий случай: я не отжималась со времен университета и не каждый день принимаю душ. Но вы, вероятно, это и так поняли.) Каким-то образом я стала хозяйкой, которая готовит по заказу, – а я клялась, что никогда такой не буду . Хозяйкой, которую победили собственные дети.

...

Каждый из моих детей начинал хотеть горячих сэндвичей с сыром с возраста двух лет – как будто их на это запрограммировали.

Так было не всегда. Когда дети были младше, они любили пробовать что-нибудь новенькое и были готовы есть все, что им предлагали. Лососина! Шпинат! Грейпфруты! Кинва! Брюссельская капуста! До двухлетнего возраста у моих детей были отличные вкусы, и я сочувствовала матерям, вынужденным делать горячие сэндвичи с сыром на завтрак, обед и ужин. А потом, вскоре после того как Лили исполнилось два, это началось. «Кушай на здоровье!» – сказала я и пододвинула к ней тарелку с жареной свеклой под козьим сыром – одно из наших любимых блюд. «Гадость! – сказала она, отталкивая тарелку. – Это бяка!»

Я решила, что это случайность. Возможно, она просто не в настроении для новоамериканской кухни именно сегодня, а капризничать ей время от времени позволяли. Но затем она отвергла лазанью с жареными овощами и палтуса со сладким картофелем. «Что же ты хочешь? – возопила я. – Что происходит?» Ее глаза загорелись. «Горячий сэндвич с сыром, вот чего!» – сообщила она. Накануне она ходила играть в гости, и похоже, что именно там моя оборона и была прорвана. В течение следующего года единственная еда, которой она была рада, представляла собой белый хлеб с соевым сыром.

Каждый из моих детей начинал хотеть горячих сэндвичей с сыром с возраста двух лет – как будто их на это запрограммировали. Постепенно из сырных сэндвичей выросли макароны с сыром, арахисовая паста с джемом и френч-фрайз. Типичный детский рацион. Мои попытки вырваться из этой пищевой колеи бесполезны. «Это бяка! – хором кричат они на домашние бургеры с сыром, на которые я потратила несколько часов. – Мы хотим настоящие бургеры, которые из голубой коробочки!» Нет ничего лучше продукции фастфуда, чтобы заставить вас чувствовать себя неудачником в диетологии.

Другой верный способ так себя почувствовать – это поволонтерить на уборке в классе во время и после ланча. Конечно, я часто чувствую себя не одинокой – там попадается немало все тех же сэндвичей с арахисовым маслом и джемом с недоеденными корками, винограда и крекеров «Голдфиш». А некоторые дети каждый день приходят с готовыми ланчами, заставляя меня гордиться своими усилиями слегка разнообразить меню, которые я предпринимаю в пять утра.

Но есть и другие. У некоторых красивые гарнитуры посуды, в которых аккуратно сложены остатки вчерашнего семейного ужина, свежие овощи и фрукты. У других – бенто с произведениями искусства из риса, редиски и ягод. Горячие супы из термосов и сэндвичи на хлебе без корки, которые сошли бы и для спа. В школьном кафетерии можно взять вполне приличный ланч, но вместо него очень часто выбирают пачку запретных чипсов.

Я убеждаю себя, что так не может продолжаться до бесконечности. Постепенно мои дети поймут, что кроме оранжевого сыра, белого хлеба и макарон в жизни есть куча замечательной вкусной еды. В мире есть фаршированная индейка, и пад таи, и буйабэсс, и итальянский омлет с беконом, и тако с рыбой, которые терпеливо ждут, когда с ними познакомятся, и я уверена, что когда-то это произойдет.

А до тех пор все эти вкусности достаются только мне! Поэтому торопиться не надо.

Глава 11 Идеальное фото

...

Признания мамаш

• Снимаю всегда я, и на фотографиях меня нет.

• Мою дочь вырвало прямо на колени Санта-Клаусу. У него было такое забавное выражение лица… получилась моя самая любимая фотография.

• Моим близнецам три года, а у нас до сих пор нет ни одной семейной фотографии.

• Чтобы заставить детей улыбнуться в кадре, я нарочно икаю. Они всегда умирают от этого со смеху.

• Я самая плохая мать в мире: никогда не заказываю школьные фотографии. Тридцать баксов за ужасные вымученные позы? Спасибо, не надо.

• Я послала рождественскую фотографию моей лучшей подруги на сайт «Нелепые семейные фотографии». Вот будет классно, если они ее когда-нибудь опубликуют.

• Я совсем забыла, что в этот день в школе будут фотографировать. Да, это именно мой ребенок с нечесаными волосами и нечищеными зубами.

• Чтобы дети улыбались в кадре, я даю им по шоколадке.

• Мне пришлось фотошопить семейную фотографию из нескольких – все не смогли улыбаться одновременно.

• У меня пятнадцать килограммов лишнего веса, и я стесняюсь фотографироваться. Я расстраиваюсь, потому что дети не увидят меня рядом с собой на снимках.

• Я совершенно уверена, что «идеальное» фото – из области городских легенд.

Когда я еще только собиралась стать мамой, составила длинный перечень того, что буду делать по-другому в сравнении с тем, как это было в моем детстве. Я никогда не буду петь во весь голос, как моя мама, если у моих детей будут ночевать их друзья. Я разрешу моим детям модно одеваться, чтобы они не выглядели в классической одежде как персонажи «Домика в прерии», как это было со мной. Я позволю им смотреть те же телепередачи, что смотрят их сверстники, и не буду выдумывать глупые строгие правила, подобно моим родителям. А еще эти антикварные лавки!

Сколько времени в детстве было проведено в этих лавках, когда мы вдруг съезжали с дороги, чтобы зайти туда и наблюдать, как родители перебирают древний хлам, выбирая себе игрушки. Было безумно скучно (здесь надо закатить глаза), и я не понимаю, зачем мы с братом должны были в этом участвовать. Я поклялась не быть такой же жестокой по отношению к моим детям, и, хотя не смогла избежать этой пытки сама, их мне удается уберечь.

Но моя главная родительская клятва – не фотографировать детей без передышки, как это делали мои родители. Большинство моих детских воспоминаний связаны с образом отца с камерой прямо передо мной, который старается зафиксировать каждое мое движение. Было ужасно неприятно, и я решила, что мои дети будут от такого избавлены, чего бы мне это ни стоило.

Конечно, шансов соблюсти клятву почти не было – так же, как и клятву не разрешать в доме водяные пистолеты и майки с героями мультиков. Я осмелюсь сказать, что я даже хуже, чем мой отец в свое время. Первая фраза Лили было твердое: «Не надо, пожалуйста» – в ответ на мою семнадцатую попытку сфотографировать ее с куклой-пупсом. Но я получила кадр! И он отлично вышел! Он будет украшением ее детского фотоальбома! Если повезет, со временем она оценит его по заслугам – так же, как и я научилась ценить свои бесчисленные детские фото. Ничего не могу с собой поделать. Это врожденное. С камерой я на грани зависимости.

Мне ужасно не терпелось сфотографировать Лили, когда мы первый раз отмечали с ней Хеллоуин. Я буквально выволокла дочку из кроватки после дневного сна, затолкала ее в чудесный костюмчик божьей коровки и потащила на улицу на фотосессию. Моя божья коровка была совершенно не рада всему этому и хмурится на каждой из фотографий, которые я радостно нащелкала. Нам пришлось уложить ее спать пораньше, и мы пропустили соседскую вечеринку и колядки, которые я так ждала: для этого пришлось бы нарушить мое незыблемое правило никогда не будить спящего ребенка. Признаюсь, урок был полезен, но я научилась лишь тому, что, если идеальное фото не получилось сегодня, надо попробовать сделать его завтра. И послезавтра. А если необходимо, то и на следующий за этим день. Мои любимые хеллоуиновские фото в тот год были сделаны через шесть дней после праздника, во время нашей четвертой фотосессии. Я не ищу совершенства, мне понятно, что с детьми это невозможно. Я просто хочу документировать наши чувства, а для этого нужны улыбки на лицах и прекрасное освещение.

Нет ничего хорошего в такой одержимости, но что прикажете делать гордой мамаше? Фотографии предыдущих поколений обосновывались в рамочках на стене или в альбомах семьи и близких друзей, которые разглядывали их раз или два в год. В наши дни мы вешаем их в Фейсбуке, твитим их, рассылаем электронной почтой, а если они уж очень хороши , добавляем фоновую музыку и размещаем на Ютубе. Они везде , и они переживут века. Это очень большая ответственность.

...

Ничего не могу с собой поделать – с камерой я на грани зависимости. Это врожденное.

Мои фотографические навыки становились, так сказать, более зрелыми по мере роста материнского стажа. Я теперь не просто говорю «say cheese» как это было с Лили, я стала намного изобретательнее. Я знаю, что действует на моих детей, и я более чем уперта. Чтобы вызвать улыбки, я ору им: «Пукни!» – я знаю, что это их рассмешит. «Какашки, отрыжки, жопки!» – кричу я, заметив оживление и первые признаки смеха на их лицах. «Поноооо-ос!» – и они катятся со смеху, а я щелкаю. Это не самый корректный способ, и, возможно, он озадачит случайных свидетелей, но в результате я получаю фотографии, достойные самой лучшей рамочки. Абсолютно достойные.

Очевидно, что моя тактика незнакома школьным фотографам, и без плотной опеки с моей стороны дети плохо получаются на школьных снимках.

В этом году Ивен получился почти идеально – милая естественная улыбка, руки спокойно лежат на парте, рубашка чистая, волосы причесаны. В чем же проблема? А в том, что из носу у него свисает огромная сопля. Почему никто этого не заметил?! Такого никогда не случилось бы под моим присмотром. Равно как и свежеиспачканных рубашек, жалобных гримас и полуприкрытых глаз, имеющихся на школьных фото прошлых лет. Я покупаю эти фотографии просто, чтобы поддержать школу, но я совершенно не рада потратить эти тридцать баксов. Качество снимков совершенно не соответствует моим высоким стандартам.

Ну ладно. Я согласна выглядеть дура дурой, чтобы сделать хорошие снимки моих самых любимых. И поскольку я уверена, что мои дети в один прекрасный день пообещают себе не мучить собственных отпрысков так же, как это делаю я, я так же уверена, что обет будет нарушен.

По крайней мере, я на это надеюсь. Я не хочу оставаться фотографом через тридцать лет. Я ужасно устала от этого.

Глава 12 Клуб матерей

...

Признания мамаш

• У меня тройня, но почему я скучаю?

• У меня не стало ничего общего с моими бездетными подругами. Когда я вижу номер кого-нибудь из них на определителе, морщусь. Я знаю, что они будут хихикать над тем, что я теперь не могу просто взять и все бросить.

• Я разочаровалась в своей лучшей подруге, когда увидела, какая она ужасная мать. Ее ребенок – чудовище. Вот уж не думала, что нас поссорят дети.

• Если бы нужно было отказаться либо от подружек, либо от мужа, я отказалась бы от мужа, особенно не раздумывая.

• Я не отвечаю на звонки лучшей подруги: она не в состоянии говорить меньше часа, а лишнего часа у меня нет.

• Я выхожу с подружками в город каждый четверг. Это единственное, что не дает мне свихнуться в течение недели.

• Мне кажется, что, став матерью, я потеряла большинство моих «подружек». С ними у меня теперь ничего общего, а где найти новых, я не знаю.

• Мне больше нравятся виртуальные друзья, чем реальные.

• Говорю с мамой чаще, чем с кем-либо еще. Когда она заменила мне подружек и какого черта вообще это произошло?

• Моя лучшая подруга умеет все, но не умеет обращаться с детьми. Я втайне радуюсь этому.

• Я перестала общаться с лучшей подругой, потому что она живет так, как всегда хотела жить я. Я по ней очень скучаю.

• У моего пятилетнего сына больше близких друзей, чем у меня.

• Мне хотелось бы радоваться тому, что у моей лучшей подруги замечательные дети, счастливый брак и интересная жизнь, но я просто исхожу черной завистью.

• Я думаю, теперь мои лучшие друзья – это мои дети. Мне себя жалко!

В то самое мгновение, когда вы родили/усыновили/взяли на воспитание/и т. п. ребенка, вы вступили в полноправные члены самого большого сообщества на Земле – Клуба Матерей. Поздравляем! В этом клубе полное равенство, нет членских взносов, и в него вступают моментально и пожизненно. Он объединяет матерей любых форм, размеров и цветов на одной-единственной основе: необходимо иметь ребенка.

К сожалению, невозможно одновременное членство в Клубе Матерей и в Клубе Нематерей. Обычно новоиспеченная мамаша хочет оставаться в обоих клубах, пытаясь играть роли беззаботной и необремененной девушки перед своими бездетными подругами и любящей и преданной мамы перед новыми коллегами-матерями.