Дальняя разведка. Борьба миров

— Пришлось адмиралу Щербакову обращаться за помощью ко всему человечеству. Через Вселенские Кортесы он, разумеется, обратился с просьбой о помощи космофлоту Европы в том, чтобы тот смог бы противостоять вражеским силам вторжения. В одном из своих писем в Кортесы, он так и написал: «что, если человечество хочет приостановить, повернуть вспять галактическую экспансию рептилий вьедов, то оно должно сплотиться, создать единые вооруженные силы». По его мнению, неотделимой частью этих вооруженных сил человечества должны были стать флоты всех звездных систем, в которых проживали представители человечества. Вселенские Кортесы разумно восприняли это обращение адмирала Щербакова, вот уже полгода, как к нам в звездную систему Аврелий потоком идут космические корабли различных рангов и с экипажами, из которых Александр Михайлович усиленными темпами сколачивает новые флоты и флотилии в рамках своих Европейских ВКС.

— Тебе же, Ник, слегка не повезло, что ты остался без своего корабля, но через три месяца в свое командование поступит такой эсминец, что ты будешь глубоко этим удовлетворен. Тридцать человек войдут в его экипаж, у него будет такая высокая скорость хода, что этот эсминец сможет, особо не торопясь, догнать и обогнать любой тип космических истребителей, существующих в нашем мире на данный момент! Уже сегодня набраны кандидаты на должности, существующие в его экипаже. Тебе остается только встретиться с ними, переговорить и принять окончательное решение о включении их в экипаж твоего эсминца. Но адмирал Щербаков принял личное решение особо не спешить с вводом в строй этого эсминца, а достроить его таким образом, что он не потерял ни единого своего преимущества перед вражескими кораблями аналогичного класса. Тебя же он решил отправить на курсы повышения квалификации, организацией работы которых занимается департамент разведуправления, которым я командую.

В этот момент майор Сумская сделала паузу в своем рассказе, отошла к окну, в который начала что-то внимательно рассматривать на время, забыв о моем существовании. Я нутром почувствовал, что наступила главная минута этой наше встречи и разговора, что именно сейчас мне расскажут, чем же именно я буду заниматься до момента вступления в командование эсминца, который на деле оказался модифицированным космическим торпедным катером или большим морским охотником огневой поддержки. Со временем выяснится и точный класс, ранг этого корабля, а сейчас мне должны рассказать о том, где и как я будут учиться на этих курсах.

— Ты прав и не прав, Ник, одновременно! — Вдруг послышался голос в моей стороне. — Это будет странная, непривычная для тебя учеба. Ты возглавишь небольшую разведывательную группы из четырех индивидуумов, двух человек, опытных десантников, и двух коттис, которые также не раз и не два раза совершали разведывательные миссии в глубокий тыл врага.

2

Сегодня последний день нашей подготовки к отправке в разведку во вражеский тыл. Мне осталось завершить всего несколько дел, а вечером я планировал хорошенько поужинать в компании какой-либо симпатичной девчонки. На следующие утро я со спокойной совестью должен был прибыть в одно здание, которое находилось на секретном учете разведуправления флота. В этом здании я должен был пройти последнее медосвидетельствование, после чего залечь в специальную медицинскую капсулу. Эта капсула в автоматическом режиме будет присматривать за физическим состоянием моего тела, пока мой разум в компании разумов других разведчиков будет путешествовать по вражеским тылам.

Как мне на прошлой неделе объяснила майор Сумская, разведуправление Европейских ВКС принимало непосредственное участие, от начала до полного завершения финансировало разработку специальной медицинской программы. В рамках этой программы посредством пяти уколов производилось воздействие на главную нервную систему, головной мозг человека или коттиса. Этот человек или этот коттис в результате уколов впадали в искусственно регулируемую кому. Во время такого летаргического сна у человека или у коттиса возникали ложные иллюзии о его поведении и действиях под влиянием внешнего источника. Мощный компьютер формировал, вводил в разум человека или коттиса установочные данные о том, где испытуемый находится, какими обладает знаниями и жизненным опытом, какую задачу он должен решить в каждой отдельной разведывательной миссии, чтобы добиться позитивного результата.

В свое время я немало поиграл в такие игры на своем планшете, поэтому спокойно воспринял предстоящее задание. Меня только беспокоило, сколько же времени будет продолжаться это мое обучение искусству разведки, что в это время будет происходить с моим телом?! После гибернационных ванн, в которых людям приходилось проводить время во время межзвездных перелетов, всегда ощущалось, насколько сильно ослабевала мускулатура любого тела, если должным образом о ней не заботились. Майор Сумская правильно поняла эту мою озабоченность, не смотря на свою повседневную занятость, она нашла свободный промежуток времени, чтобы вместе с мной съездить в то здание и показать мне ту автоматическую ванну капсулу.

Сотрудник лаборатории мне объяснил и показал, как эта ванна наполняется какой-то маслянистой жидкостью. Как внутри этой ванны работают массажные щетки и валики! Как тело человека, спящего легким летаргическим сном, меняет позы, переворачивается в различные стороны. Одним словом, эта демонстрация произвела на меня должное впечатление, я перестал задавать вопросы по этой тематике. Майор Сумская к концу этой нашей совместной поездки чему-то очень развеселилась, она даже предложила мне раздеться и немного полежать в этой ванне. Чувствуя какой-то подвох в этом ее предложении, я отказался, тогда эта женщина сказала, что она сама готова раздеться, чтобы наглядно продемонстрировать все возможности этого секретного оборудования.

Какая-то фальшь пробивалась в веселости этой женщины, большого начальника разведуправления флота. Мне даже показалось, что ее поведение наиграно, что на деле ее разум в этот момент обеспокоен каким-то неизвестным мне обстоятельством. Я внимательно посмотрел женщине в глаза и, заметив капельку слезинки в ее красивых глазах, попросту сказал:

— Товарищ майор, я думаю, что не стоит вам этого делать! Люди в лаборатории этого не поймут!

На что услышал в ответ:

— Какие же вы все-таки, мужики, дураки! Не понимаете простейших вещей! Пока вам не скажут, вы сами не способны ни до ничего додуматься!

Маргарита Сумская замолчала, она не разговаривала со мной до тех пор, пока мы не приехали обратно в разведуправление. Покидая глайдер, она сказала его водителю, чтобы он меня доставил в гостиницу, а после этого возвращался бы в разведуправление. По дороге водитель глайдера, капрал Юра, вдруг поинтересовался:

— Господин капитан, что вы такого сделали с нашей майоршей, она на себя не похожа! Ведет себя, как молодая и неопытная девчонка, хотя три раза уже была замужем!

Немного подумав, я решил не отвечать на вопрос водителя, так как сам не понимал возникшей ситуации. Когда глайдер остановился у моей гостиницы, то было всего семь часов вечера. Мне опять предстояло в полном одиночестве провести и этот вечер на своей родине. Я так ничего не ответил водителю глайдера, покинул глайдер и прошел в автоматически распахнувшиеся двери гостиницы. Внутри меня приняла приятная прохлада, но успокоения в голове и в теле не наступили. Проходя гостиничное лобби, я вдруг увидел смазливую девчонку лет двадцати. Она чем-то напомнила мне ту первую девицу в бикини, которая повстречалась мне в городе практически сразу же за порогом этой гостиницы.

Не раздумывая, я подошел к ней, чтобы поинтересоваться:

— Привет, красавица! А ты сегодня вечером свободна?

— Привет, смазливый мальчик! Я и сейчас свободна, думаю вот немного пройтись по городским улицам, убить свободное время!

— Ничего, кроме адского пекла там нет! Хочешь вместе со мной провести сегодняшний вечер?

— Поэтому я и оделась столь легко! А ты, кроме постели, можешь ли мне чего-нибудь стоящего предложить? — Невинно хлопая ресницами век, поинтересовалась девчонка.

— Ну, мы можем вместе поужинать?!

— Мне это неинтересно! Я могу также хорошо поужинать и без тебя!

Наша беседа становилась все более интересной, она даже заставила меня задуматься над тем, как бы эту девчонку все-таки заинтересовать в том, чтобы она этот вечер и ночь провела бы со мной! Мой опыт общения с девушками и женщинами был равен моему возрасту. Я искренне полагал, что мужчины должны влюбляться и жениться, только достигнув тридцатилетнего возраста, когда начнут получать достаточно денег, чтобы содержать свою жену и детей. До этого же возраста юноши и мужчины вправе заводить на стороне любовные интрижки и короткие связи!

— Знаешь, я могу предложить тебе сегодняшний вечер провести со мной в городском парке культуры и отдыха. Я там еще не был, всего несколько дней провел на Европе, но много слышал о том, что это чудесный парк, там много интересных аттракционов и ресторанчиков, где мы могли бы поужинать, когда проголодаемся!

— Это последнее твое предложение мне показалось привлекательным, интересным, смазливый мальчик! Да, между прочим, а ты имеешь какое-либо другое имя, или предпочитаешь, что я продолжала называть тебя «смазливым пареньком»?!

— В принципе, я не против своего нового имени. Но, если ты хочешь, то называй меня Николаем или попросту Ником!

— Это имя тебе больше подходит, Ник! Ну, а меня ты можешь называть просто Ритой!

Я едва не вздрогнул всем своим телом, еще неделю не пробыл на этой планете, а мне уже встретилось две Маргариты! Что происходит на этом белом свете, неужели все русские женщины имеют имена «Маргарита» или «Рита»? Тем временем, Рита продолжала о чем-то говорить. Я постарался успокоить свои возбужденные нервы, прислушаться к тому, что мне говорила Рита.

— В общем, Ник, я принимаю твое приглашение этот вечер провести вместе с тобой, но при одном условия. Я и только я сама буду решать вопрос, стоит или не стоит этот вечер мне проводить в одной постели с тобой. Постарайся меня не уговаривать или постарайся не заставлять меня этого делать своей силой внушения! Ты согласен на такое условие Ник?

В этот момент у меня и у Риты вдруг чуть ли не в унисон зазвонили мобильные коммутаторы. Не сговариваясь, мы оба почти одновременно достали свои коммутаторы, приложили их к ушам. В моем коммутаторе послышался голос дежурного офицера по разведуправлению, который мне сообщил:

— Капитан Рассел, информирую вас о том, что на 18.00 назначена встреча-сбор членов разведывательной группы «Чарли 21–21», командиром которой вы назначены. Встреча произойдет в помещении кабинета майора М.А. Сумской. Вам приказано прибыть к майору Сумской за десять минут до начала встречи. Подтвердите прием этого сообщения!

Я нажал кнопку подтверждения приема сообщения, оглядываясь вокруг! Риты рядом со мной уже не было. Сколько бы я не всматривался в лица людей, в тот момент находившихся в гостиничном лобби, становилось ясным, что Риты там тоже не было. Она исчезла, так и не оставив номер своего мобильного коммутатора. У меня же оставалась еще последняя надежда на портье гостиницы, который мог бы мне помочь установить номер, в котором остановилась эта девчонка. Но этот вопрос я мог бы выяснить только после того, когда снова вернусь в гостиницу из разведуправления, так как я уже увидел глайдер с флотскими звездами на своих боках, который в этот момент приближался ко входу в гостиницу. Этот глайдер, наверняка, прибыл за мной!

Майор Сумская громко и весело рассмеялась, когда увидела мое грустное лицо после того, как я переступил порог ее кабинета. Она была совершенно одна, никаких других офицеров в кабинете еще не было. Поэтому я не выдержал этого разудалого женского хохота, начал улыбаться, еще шагая по ковровой дорожке, которая была синтетической, не такой хорошей, как, скажем, в кабинете адмирала Щербакова.

— Ник, что с тобой случилось? У тебя такое грустное выражение лица! Мы расстались с тобой всего час назад, тогда ты не выглядел таким несчастным и брошенным на произвол судьбы человеком! Тогда ты еще, правда, тоже не улыбался, но на душе у тебя было все спокойно. Сейчас же ты выглядишь человеком, у которого прямо-таки изо рта только что вытащили лакомый кусок мяса. Мне так тебя жалко, что я готова пожертвовать своим свободным временем и сегодняшний вечер провести с тобой. Скажем, мы можем немного повеселиться в городском парке культуры и отдыха, а затем там же поужинать в каком-либо маленьком ресторанчика. Обычно в таких ресторанах готовят очень вкусно. Так, что ты скажешь на это мое предложение, Ник? Ну, что ж хорошо, пока, Ник, не спеши с ответом на мое предложение! Сейчас мы встретимся с разведчиками твоей группы, ты с ними познакомишься, а потом мы снова вернемся к этому вопросу.

В этот момент приоткрылась дверь кабинета, на пороге показались два коттоси. Эти гуманоиды были настолько похожи, что их было невозможно отличить друг от друга, разве что отличие имелось в насыщенности оттенка их подшерстка. У одного он был темно-коричневым, а у другого — светло-коричневым, что заставило меня подумать о том, что передо мной стояли мужская и женская особь коттоси.

— Познакомься, Ник, — заговорила майор Сумская, — лейтенант Фриза и главный старшина Бард. Они в совершенстве владеют всеми специальностями разведчика-диверсанта, но лейтенант Фриза совершенствуется в стрельбе из любого огнестрельного и лучевого оружия на дальние дистанции. Главный старшина Бард может одними голыми руками взорвать любой вражеский объект, независимо от его размеров.

В этот момент снова постучали в дверь майорского кабинета, на его пороге возникли два человека. Причем, один из них был мужчиной, а второй была — Ритой, она была почему-то одета в темный камуфляж разведчика морской пехоты.

Продолжая улыбаться, майор Сумская даже защебетала от избытка хорошего настроения и детского восторга:

— Ник, познакомься со старшим лейтенантом Филовой, с рядовым Гузнамом.

Майор еще продолжала что-то говорить, но я ее уже не слушал, так как своих глаз не мог отвести от лица старшего лейтенанта Филова. Могу сказать только одно, что фамилия моей знакомой Риты мне совершенно не понравилась!

3

В тот вечер мне так и не удалось снова поговорить с Ритой, чтобы договориться о том, как бы нам вместе провести один из вечеров, остававшихся до нашего ухода в разведку. В тот вечер все наши личные и служебные планы, как бы перемешались в одну большую кучу недоговоренностей. И все это стало происходить во многом благодаря поведению и спешке, которые стала проявлять майор Сумская, ураганом ворвавшейся в наши жизни, направо и налево заваливая нужные и ненужные деревья на своем пути. Должен откровенно признаться в том, что я даже не предполагал, что глава одного из основных и такого важного департамента разведуправления флота окажется столь неподготовленной.

Майор Сумская показала себя неорганизованной и совершенно непредсказуемой особой особенно в тех случаях, когда у меня в сознании только начинала формироваться мысль о том, чтобы встретиться и с Ритой договориться о нашем совместном времяпрепровождении. В такие моменты наш командир обязательно объявляла что-либо срочное, авральное мероприятие, требующее немедленного исполнения или присутствия с нашей стороны. Я заметил, что в подобных случаях наши действия повторялись с идиотической аккуратностью, точностью, именно так, как они произошли во время еще моей первой встречи с Ритой в гостинице.

Если вы помните, тогда мы с Ритой только начали договариваться о том, чтобы тот, по крайней мере, вечер провести вместе, как мобильными коммутаторами пришло сообщение о том, что майор Маргарита Сумская созывает встречу, срочный сбор членов моей диверсионно-разведывательной группы в штабе флота. Мы все вовремя прибыли на место встречи, представились нашему командиру, друг другу, после чего вдруг выяснилось, что нам больше нечего делать в этом кабинете, не о чем разговаривать! Вся информация, необходимая для выполнения задания, само здание, будут введены в наше сознание за несколько минут до того, как мы отправимся на выполнение самого этого задания!

Мы сидели в кабинете майора Сумской и, хлопая ресницами глаз, пытались разобраться в том, чтобы еще можно было сделать положительного во время этой встречи, но ничего умного так и не приходило нам в головы! Тогда Маргарита Сумская предложила нам всем вместе поужинать в каком-либо хорошем кабаке, расположенным на центральной улице столицы Весты, неподалеку от штаба флота. Так и не переодевшись, прямо в полевых камуфляжах мы все шестеро, разумеется, майор Сумская не могла оказаться в стороне от этого необычного приключения, вошли в двери самого разухабистого столичного ресторана.

Встречавшие нас швейцары, метрдотели и официанты ресторана были настолько поражены нашей воинской одеждой, нашим не очень-то хорошим настроением, что они так и не сумели оказать нам достойного сопротивления! Как всегда случается в таких случается, нам достался стол, который был расположен в самом центре помещения ресторана, у всех его посетителей на виду. Не обращая внимания ни на посетителей, ни на официантов, мы неспешно рассаживались по местам за этим столом. Занимаясь этим делом, мы вдруг выяснили, что это, казалось бы, простое дело оказалось весьма сложным, сварливым и скандальным! Снова сказался характер нашего командира, майора Сумской!

Она, как крупный командир разведуправления флота, командовала всей ситуацией, рассаживая нас по местам за этим столом! Причем, она постоянно держалась моего плеча, не отходила от меня ни на шаг. Я же в свою очередь старался держаться поближе к Рите Филовой. Мне хотелось и за столом в ресторане сидеть с ней рядом, чтобы иметь возможность время от времени перебрасываться с ней ничего не значащими словами. Какими бы не были майорские версии нашей рассадки за этим проклятым столом, каждый раз оказывалось, что старший лейтенант Филова сидит, как можно в дальнем от меня углу. Рядом же со мной постоянно располагалась госпожа Сумская своею собственной персоной.

Наша группа в шесть человек зловещим темным пятном резко выделялась на фоне разноцветных, в пух и прав разодетых посетителей этого кабака. В ресторане были не одни только люди, но и много гуманоидов, которые были в такой вечерней одежде, что нам оставалось только закрывать на это факт глаза! Кожей всего моего тела я ощущал, как мы своим присутствием, давили на сознание, сдерживали поведение этих ресторанных посетителей, которые пришли сюда поесть, потанцевать, повеселиться. Эта ресторанная публика явно нас сторонились, далеко стороной обходили наш центральный столик, к который к этому времени был завален деликатесными блюдами, закусками и бутылками вина. Правда, мы пили совсем немного этого превосходного вина, а между собой разговаривали совсем мало, так как только что познакомились, поэтому мало чего друг о друге знали. Мы обменивались только редкими репликами, в основном касавшихся поведения окружающих нас людей и гуманоидов.

Вдруг один из наших коттис поднятием руки, привлек к себе наше общее внимание. Кажется, это был главный старшина Бард или, может быть, лейтенант Фриза?! Сегодня коттис для меня были одним и тем же лицом, поэтому я был не совсем уверен в том, кто же именно из этих гуманоидов сейчас старался привлечь наше внимание. Смешно коверкая русскую речь, делая неправильное акцентирование слогов, этот гуманоид каким-то невообразимо веселым образом ломал произношение всем привычных русских слов так, что я с большим трудом его понимал.

Этот гуманоид по имени, не то Бард, не то Фриза, высказал следующую интересную мысль:

— Друзья, сегодня мы впервые встретились, познакомились. Сейчас мы вместе, люди и коттисы, славно проводим свое свободное время. Но разговариваем посредством голосовых связок и слов! Такой разговор очень труден для понимания! Вскоре нам предстоит долгое путешествие в запретные миры, в этом месте я, возможно, неправильно понял этого коттиса, произносящего застольную речь. Там будет опасно пользоваться голосом и словами при общении друг с другом, нас может услышать врач! Мы пока еще не стали едиными, или Едиными! Чтобы на деле стать Едиными, нам еще предстоит совершить много великих деяний и подвигов. Но уже сегодня мы можем подняться до некоторого уровня, чтобы уверенными ногами встать на великий путь братства и славы! Уже сегодня мы все можем сделать шаг в верном и правильном направлении. Мы, коттисы, можем своим товарищам по разведгруппе, людям, подарить священный дар мысленной речи. Мысленная речь позволит нам исчезнуть из поля вражеского зрения, позволит нам всем общаться между собой и с другими гуманоидами не только посредством голоса и слов.

Я всеми фибрами своей души ощутил великое значение предложения, которое нам сделал этот гуманоид коттис, но пока не понимал смысла самого предложения. Склонившись к самому ушку майора Сумской, я прошептал:

— Товарищ майор, что же конкретно этот гуманоид нам предлагает?

Дамочка офицер своими губами слегка коснулась моего уха, прошептав в ответ одно только слово:

— Телепатию!

Я знал, кое-что слышал о телепатии, много о ней читал. В книгах телепатию всегда соотносили с существованием магии в нашей мире. Естественные же науки уже давным-давно доказали, что никакой магии не может существовать в нашем реальном мире! Что в свою очередь означало, что эта самая телепатия тоже не могла существовать в этом нашем универсальном мире!

В этот момент я обратил внимание на одно обстоятельство, что я продолжаю сидеть, проглотив язык, взоры ребят, всех членов моей диверсионно-разведочной группы сейчас были устремлены на меня. Эта ситуация напомнила мне, что время идет и никто из нас, людей, пока еще не дал прямого ответа на предложение гуманоидов коттоси. Тогда я медленно поднялся на ноги, внимательно осмотрел всех тех, людей и коттоси, кто сейчас сидел за нашим столом. Проглотив образовавшийся ком в горле, я заговорил на русском языке, а не на интерлекте:

— Большое вам спасибо за только что сделанное предложение! Я думаю, что телепатия позволит нам принимать мгновенные решения в критической ситуации, на поле боя и в разведке. Поэтому мы с искренней благодарностью принимаем ваше предложение, друзья. Большое вам спасибо!

Я опять-таки попал впросак, так как полагал, что нас четверых человек, если в число реципиентов включить и майора Сумскую, будут превращать в телепатов где-нибудь в другом месте, так как эта процедура займет некоторое время. Поэтому процедура этого превращения произойдет завтра или послезавтра, а сегодняшний вечер мы проведем в этом кабаке, разговаривая и понемногу выпивая! Вышло же совершенно не так, как я предполагал!

Как только я снова устроился на своем стуле, то на ноги поднялись оба наших гуманоида. Поначалу они подошли к старшему лейтенанту Филовой и рядовому Гузнаму, каждый из коттоси в свои четырехпалые руки взяли головы людей. Причем, они свои ладони расположили таким образом, чтобы их центр приходился бы на височные доли черепов обоих человек. Минуты две — три гуманоиды стояли неподвижно, внимательно всматривались в глаза двух людей, их губы при этом что-то нашептывали. Затем гуманоиды разжали свои ладони, но некоторое время они помогали людям удерживать свои головы в нормальном положении, не позволяя головам упасть на стол. Еще через минуту и старший лейтенант Филова, и рядовой Гузнам пришли в себя, в их глаза вернулся разум, они снова стали хозяевами головы и своего тела, перестали нуждаться в какой-либо поддержке со стороны.

Я своими собственными глазами наблюдал картину, как Рита некоторое время смотрела в глаза главному старшине Барду, а потом внимательно выслушивала его ответ на свой вопрос. Ни одного слова в этой пантомиме так и не прозвучало! В этот момент ко мне подошел Фриза, властно посмотрел мне в глаза. Где-то в самой глубине моего сознания, как мне показалось, прозвучали и тут же растаяли слова:

— Ну, человек настала и твоя очередь стать одним из нас! Расслабься, положи руки на стол!

Что я и сделал! Таким образом, я во второй раз стал телепатом!

В этот момент руки Фризы обхватили мою черепушку. Должен вам откровенно признаться в том, что массаж, который этот гуманоид тут же начал делать, да еще массаж, делаемый пальцами его рук, покрытыми мягким подшерстком, производили невообразимо приятное впечатление. На некоторое время во мне вдруг наступила полная тишина, которая внезапно прорезалась какими-то непонятными звуками.

В этих звук прослушивался и шелест листы крон деревьев, и тишина наступающего рассвета, и какой-то непонятный дальний разговор нескольких людей. Затем все сконцентрировалось на этом разговоре, он начал приближаться, я смог уже определить, что этот разговор ведут четыре человека! Внезапно этот разговор непонятно как сорвался, словно он порвался на куски, исчез в пространстве, вместо него послышался лебединые крики. Я машинально поднял голову, чтобы в небесной вышине рассмотреть стаю пролетающих лебедей, но, разумеется, ничего не увидел!

Именно в этот момент мою голову и шею пронзила острая боль, но такая, которая ничем не походила на ту боль, когда у тебя болит голова! Разумеется, эта боль совершенно не была приятной или той болью, на которую не стоило бы обращать внимания. Но эта головная боль сопровождалась каким-то непонятным тремором, мне даже показалось, что этим тремором возбуждались какие-то нервные окончания, которые ранее не использовались, находились в абсолютном покое. После того, как эта боль совсем ушла, мое сознание наполнилось новым содержанием. Снова послышались неясное множество голосов, один из которых вдруг четко и раздельно произнес:

— Ну, вот и ты, Ник Рассел, стал истинным телепатом! Добро пожаловать в наше сообщество телепатов!

Я открыл глаза, чтобы осмотреться кругом, но голова внезапно закружилась, к моим глазам стремительно начала приближать поверхность стола, уставленная пустыми тарелками. Огромным напряжением силы воли мне удалось сдержать эта произвольное падение своей головы, заставить ее снова занять свое центральное положение, стать частью моего всего человеческого организма.

Я продолжал сидеть на своем прежнем месте за столом с бойцами диверсионно-разведывательной группы, которые со временем станут моими новыми приятелями и друзьями. Мне потребовалось несколько секунд для того, чтобы оглядеться и понять, что в чем-то я стал несколько другим человеком. Нет, вы только не подумайте о том, что я свободно стал «читать» мысли других людей! Повторяю, ничего подобного не произошло, но первое, на что мне следовало бы обратить внимание и более тщательно изучить, так это было то, что теперь я как бы температурно ощущал отношение людей к самому себе.

Чем лучше человек относился к тебе, тем выше поднималась эта температурная планка?! Теперь я мог сравнить телепатию, которой владел раньше, с той телепатией, которую мне подарил лейтенант Фриза. Расширились ее технические параметры, я стал гораздо лучше воспринимать передаваемые мне мысли другими людьми. И мне показалось, что я получил дополнительную возможность влиять на ход чужих мыслей, влиять на поведение людей. По крайней мере, теперь я хорошо знал, когда мне говорят правду, лгут или пытаются ввести в заблуждение!

И второе, если бы я этого хотел, то мог бы войти в сознание любого человека, но для этого должен был предпринять определенное действие, которое выражалось в том, чтобы я специальным мысленным зондом коснулся бы сознания того человека. Такое мое действие принесло бы положительный результат только в тех случаях, когда работе моего мысленного зонда не противился бы сам этот человек, или доступ к его сознанию не был бы блокирован другим телепатом!

— Ну, вот, дорогой и любимый Ник, ты сделал главный шаг в своей учебе на наших спецкурсах диверсантов и разведчиков. Теперь ты можешь отправляться в путь, дальняя разведка ждет твою команду «Чарли 2121». Во время этой миссии ты встретишь много интересного и увлекательного, но ты должен оставаться чрезвычайно осторожным, так как можешь погибнуть, как и любое живое существо, совершая то или иное действие!

Глава 3 Экипировка бойца разведчика

1

На мне было светлая тенниска с длинным рукавом, короткие синие шортики и мягкие резиновые тапочки кеды. Именно в таком виде я должен был отправиться в глубинную разведку, в руках у меня не было никакого фазерного оружия, с собой я не брал даже станка-спрея для бритья.

Сегодня нас четверых человек, — меня, лейтенанта Фриза, главного старшину Барда, старшего лейтенанта Филову и рядового Гузнама, — тревожными звонками подняли с постелей гостиничных номеров очень рано, примерно, в четыре часа утра. Мы только успели принять контрастный душ, одеться в привычный полевой камуфляж, чтобы с армейскими баулами, в которых были все наши пожитки, спуститься вниз в гостиничное лобби, где нас уже ожидали четыре флотских матроса. Они из наших рук приняли армейские баулы, вместе с которыми, весело переговариваясь, загрузились в бронированный армейский глайдер-грузовичок, который тут же отъехал от гостиницы. Нам же потребовалось еще несколько минут для того, чтобы своими армейскими карточками расплатиться за проживание в гостинице.

Когда наша четверка вышла на улицу, то та еще не успела раскалиться от мощного светового потока, сейчас изливаемого Аврелием. У самых дверей гостиницы стоял несколько удлиненный шикарный пассажирский глайдер. Водителем этого адмиральского глайдера был матрос в гражданской одежде, а в пассажирском отсеке уже сидела майор Сумская, которая, как я только шагнул в отсек, схватила меня руку, усадила рядом с собой.

Как только в салон глайдера оказалась вся моя четверка бойцов, которая расселась по своим местам. Тут же щелкнули застежки ремней безопасности, приковав нас к сиденьям. Водитель плавно тронул свой глайдер с места и, мгновенно набрав высокую скорость, отправился к нашей конечной цели. Я сидел рядом, чуть ли не в материнских объятиях майора Сумской. Мои же товарищи по разведгруппе комфортно устроились через ряд кресел, они явно старались держаться подальше от меня и майора. Как позже они мне объяснили это свое поведение, что своим присутствием они не хотели нарушать флотскую субординацию, беседу своих командиров.

Нам так и не пришлось ехать куда-либо далеко, уже вскоре глайдер сошел с полотна скоростной дороги, стал замедлять скорость, чтобы через арку влететь во внутренний двор десятиэтажного здания. Краем глаза я успел заметить интересную и все разъясняющую надпись кириллицей на фасаде этого здания: «Научно-исследовательский институт Европейского Космофлота» и никаких других объяснений. Нас же порадовал внутренний двор этого НИИ, сплошь засаженный южными экзотическими деревьями и кустарником. Наш глайдер, подобно змее скользнул по центральной аллее этого внутреннего дворика, чтобы тут же спуститься в поземный паркинг, откуда мы прошли к лифту, чтобы подняться на седьмой этаж. На этом этаже какая-то пожилая женщина строгим голосом приказала нам переодеться, быть полностью готовыми к процедуре, а то «дохтора», как она выразилась, нас долго ждать не будут!

Каждого из моих разведчиков развели по комнатушкам, где ничего кроме одежного шкафа не было! В такой шкаф я должен был повесить свое военное обмундирование, чтобы переодеться в другую одежду, которая сейчас висела на спинке стула. Чуть позже я должен был натянуть на свое тело эту маячку и шортики, а также кеды, которые стояли перед стулом!

Майор Сумская повсюду меня сопровождала, она ходила за мной, словно мы были какой-то веревочкой привязаны друг к другу! Впервые я особо не возражал против такого ее сопровождения, в ее присутствии мне было как-то легче готовиться к отправлению в неизвестное. В моем распоряжение оставались еще около десяти дополнительных минут! Маргарита, войдя в эту комнату, оставила меня в покое, а сама бросилась осматривать, ощупывать мою тенниску и шорты, висевшие на спинке стула! Она пыталась их примерять, прикладывая майку и шорты к определенным частям своей фигуре.

Если шорты, может быть, ей и подошли, то моя тенниска Маргарите была явно мала! Заметив мой любопытствующий взгляд, майор Сумская неожиданно страшно раскраснелась, видимо, засмущалась, а затем она неожиданно заботливым голосом сказала:

— Ник, тебе уже пора переодеваться, скоро наступит время, когда вам будут делать уколы перед отправлением.

Мне хватило минуты на то, чтобы скинуть свой полевой камуфляж, на самого себя натянуть летнюю «пионерскую» форму, эти подозрительные тенниску и шортики. Я не замедлил своих движений, не попросил Маргариту отвернуться в сторону, когда снимал свое нижнее белье и натягивал шорты. Вскоре мы оба уже шли по широкому светлому коридору. В этот момент где-то глубоко внутри меня родилось желание, насладиться видом идущего впереди меня красивого женского тела. Поэтому я отстал на два шага от Маргариты, что увидеть ее красивые бедра, плотно обтянутые форменными флотскими брюками. В образе тусклого флотского майора Сумской прямо на моих глазах начала зарождаться настоящая женщина, ее бедра начали так искушенно покачиваться, что я не в силах был оторвать от них взгляда.

Да и она вся в этот слишком краткий момент нашей совместной жизни принадлежала мне и только мне. Видимо, мы настолько были увлечены друг другом, что не заметили, как переступили порог и оказались в общей комнате, в которой находились только пять больших ванны, больше похожие на древнеегипетские саркофаги. Крышки этих ванн были откинуты вверх наподобие фонарей кабин истребителей. Из обслуживающего персонала в этой комнате присутствовали одни только две удивительные красивые медсестры, которые сейчас стояли у окна и о чем-то самозабвенно щебетали. Правда, при нашем появлении они моментально прекратили свое щебетание, вытянувшись по стройке смирно, как профессиональные матросы флота.

За нашими спинами послышались хлопанье открываемых и закрываемых дверей, в комнате один за другим появлялись остальные мои товарищи по разведывательной миссии. Вскоре рядом со мной стояли лейтенант Фриза, главный старшина Бард, старший лейтенант Филова и рядовой Гузнам. Майор Сумская, смущаясь, она не являлась членом нашего коллектива, одетого в белые маячки, синие шортики и пионерские кеды сорок пятого размера. Медсестры продолжали тянуться во фрунт, но с их стороны временами доносилось эдакое женское пофыркиванье, уж очень чудно здоровые дядьки выглядели в этой пионерской форме.

Послышался трель звонка, зазвучавший в динамике мужской голос, скомандовал:

— Членам команды «Чарли 21–21» раздеться догола, занять места в анабиозных ванных! Исполнять немедленно!

В мгновение ока мы, люди и коттоси сбросили с себя одежу, с ног — кеды, чтобы тут же разбежаться по ванным. Я уже заранее выбрал себе ванну, расположенную в центре комнаты, находившуюся как бы в окружение других четырех ванных. Сейчас совершенно голым, как и другие четверо разведчиков, я стоял рядом с этой ванной, искоса посматривая на маслянистую жидкость ее заполнявшую, ожидая следующего приказа. Маргарита отошла в дальний угол комнаты, откуда наблюдала за мной, украдкой смахивая слезы из глаз. Что-то было не так в ее поведении?! Эта женщина не должна была плакать сейчас на моих проводах! Ведь, со мной ничего не должно было случиться, я не мог погибнуть в ходе этой учебно-тренировочной разведывательной миссии?!

Я так не успел сформулировать свои мысли в ментальном диапазоне, чтобы в форме вопроса отправить их Маргарите. В этот момент в динамике послышалась новая команда:

— Членам команды «Чарли 21–21» занять места в ванных! Вы должны с головой погрузиться в жидкость, оставив на ее поверхности только нос для дыхания! Приказываю исполнять!

Мне так и не пришлось свою голову удерживать таким образом, чтобы из жидкости торчали бы только одни ноздри моего носа, оказывается, эта ванна имела специальный подголовник. Моя голова уютно покоилась на этом подголовнике, а носом я продолжал спокойно дышать! Нам никто не приказывал закрывать глаза после погружения в маслянистую жидкость, поэтому я в ней лежал, через тонкий слой этой жидкости, наблюдая за тем, что происходило прямо над моей головой. Вот показалось лицо Маргариты, она, по-прежнему, плакала, но вот ее лицо уплыло в сторону, а надо мной мелькнула узкая девичья рука. Эта рука на верхнюю часть моего лица наложила что-то вроде полумаски.

Я еще почувствовал укол, сделанные в области моих висков, а затем всего меня захватила страшная и мертвая темнота.

Не могу сказать, сколько времени я пребывал в этой мертвой темноте. Видимо, не столь уж много, по крайней мере, я оставался уверенным в том, что мое сердце продолжало биться в привычном ритме. Потом в моем сознание родилось ощущении того, что хватит мне лежать и бездействовать, по крайней мере, я должен открыть глаза!

Когда поднялись веки моих глаз, то я, по-прежнему, находился в темноте, но это же была простая темнота ночи, в которой прямо передо мной проглядывалась дорога, которая проходила по окраине большого лесного массива. Над головой и этой дорогой светили две луны, которые своим светом относительно ярко высвечивали большой участок дороги. По освещенному участку дороги сплошным и мощным потоком двигались колонны грузовиков, бронетехники.

В моей голове что-то громко щелкнуло, я сразу же осознал всю ситуацию, что в настоящий момент вместе со своей разведгруппой веду наблюдение за дорогой, по которой двигалась вражеская армия! Причем, по своему усмотрению я мог это наблюдение сменить на ситуацию «действия по противнику из засады». В этот момент я лежал, прикрываясь громадным валуном, за крупнокалиберным пулеметом. Пулемет стоял на стальной треноге, понизу этой треноги имелся большой ящик, который, как я почему-то уже знал, был энергетическим аккумулятором для этого фазерного пулемета, из которого можно было бы вести огонь по противнику пулями и боевыми лучами.

— Капитан, — вдруг послышалось в моей голове, — сейчас мы еще сможем нанести огневой лучевой удар по противнику. Потом наступит рассвет и с этого места нам придется убегать на своих ногах. Пока мы свое запрятанное оборудование не нашли. С рассветом нам предстоит пробежка на семьдесят километров, которые следует пробежать за два часа, чтобы оторваться от противника.

— Кто наш противник? — Также мысленно я поинтересовался у главного старшины Барда, который только что выходил на мысленную со мной связь.

— Вьеды! Сейчас мы находимся на планете Луизитания, основное население которой составляют гуманоиды слейторы. На этой планете также имеются поселения землян, которых около шести миллионов семей. Вьеды из космоса энергетическими ударами разгромили и уничтожили основные узлы сопротивления слейтерской армии, в результате этих ударов сама армия практически была полностью уничтожена. Капитан, почему вы меня об этом спрашиваете, разве вы не получили предварительной информации перед нашей высадкой на планету?