Помоги проекту - поделись книгой:
Месье Бенуа, седовласый, представительный мужчина, сделал знак троим собеседникам – чернокожему карлику, смирному японцу и нагловатому с виду европеоиду – занять свои места и сел во главе сорокаместного антрацитового стола.
– Господа, – проговорил начальник, – позвольте представить вам моего лучшего специалиста по расследованиям преступлений в киберпространстве – Леонид аль-Дагит. Он будет представлять Интерпол в этом задании.
Троица незнакомых Леониду мужчин скрестила на нем взгляды.
– Леонид, – продолжил месье Бенуа, – для меня честь представить господина Бартоломью Феста из Отдела Европола по расследованию киберпреступлений.
Чернокожий карлик с лицом интроверта сухо кивнул, словно ему в который раз показали давно обрыдлое зрелище.
– Сугимото, Интерпол Японии, – представился японец самостоятельно. – Рад знакомству.
Его примеру последовал третий, блондин, как оказалось американец. Со вкусом, словно репетировал перед зеркалом, сочно произнес:
– Джон Беннет. Контрразведка США.
«Контрразведка?! – Перед глазами Леонида предстал огнедышащий Дракон, опалил жаром сердце. – Война началась, что ли?»
– Очень приятно, – кивнул он вежливо, старательно сдерживая дрожь.
– Хорошо, – прервал начальник, – не будем терять время. Начнем, пожалуй?
Возражений не последовало.
– Леонид, ты слышал что-нибудь о группе, называющей себя Internet Hate Machine?
Глава 5
Особые навыки
– Широкоплечий, среднего роста, похож на самбиста, – проговорил незнакомец. – Именно так мне вас описали, Галл. Кстати, теперь я понимаю, откуда у вас такое прозвище – вы действительно подходите на роль галла.
Андрей не ответил. Обстоятельства встречи и сам собеседник ему не нравились. Что-то подозрительное и неприятное есть в людях, с легкостью демонстрирующих деньги. Хотя этот хлыщ может быть и обычным перекупщиком хабара…
«Нет, – подумал Андрей спокойно, – не может. Рожей не вышел».
И правда, для торговца гость себя держал слишком достойно. На нем хороший костюм, кажется, ничего особенного, но качество не скроешь; спокойствие в глазах, излучающих силу, морщинки в углах рта, говорящие, что их обладатель имеет крутой и жесткий нрав. Вдобавок эти трое сзади: не качки, но сразу видна особая пластика, присущая только постоянно тренирующимся в боях людям.
Что могло привести сюда богатого человека в компании бодигардов? Вспоминать что-то плохое Андрей и не пытался, даже в своем незаконном бизнесе он предпочитал вести дела честно, поэтому серьезных врагов, в отличие от Тесака, так и не нажил. И все же почему от всего этого так веет неприятностями?
– Кто вы?
Человек огляделся, звонко прихлопнул комара на шее, с неприязнью вытер ладонь носовым платком.
– Может быть, поговорим в менее… э-э… живописных условиях?
Андрей с радостью послал бы гостя обратно, откуда бы тот ни приехал, но все же, подумав, кивнул на палатку. Точнее – на здоровенный шатер с тремя «комнатами» за полиэстеровыми перегородками: спальней, общим холлом и так называемой кладовой. Телохранители остались снаружи.
Пока они с гостем шли к палатке, тот успел три-четыре раза размазать по коже одуревших комаров. Наконец под пальцами Андрея прожужжала молния москитной сетки, он отбросил полог и нырнул следом за гостем в обманчивую, не охлаждающую тень и недвижимый воздух. На коже моментально выступили мутные капли пота, едкие и токсичные от репеллента.
– Впечатляющий улов, – сказал гость, заметив аккуратно разложенный на брезенте хабар. – Есть спрос?
– Спрос всегда есть.
Они расселись на карематах, стилизованных под татами. Даже в такой обстановке и в таком положении незнакомец выглядел вполне достойно. Костюм сидел как влитой, что говорило о статусе гостя. В отличие от «офисной живой мебели» – менеджеров, псевдоспециалистов и прочих, – на которой костюм смотрится как на болонке пижама, гость явно привык носить одежду с непринужденностью человека, свободного от обязательств и мод. И это наблюдение только закрепило лед у Андрея под сердцем.
– Кто вы?
– Меня зовут Илья Новиков, – представился гость дружелюбно. – Имя вполне обычное, ничем не примечательное. На громких тусовках не бываю, в политической жизни не участвую. В общем, обычный скромный деловой человек.
За свои тридцать шесть лет Андрей повидал всякого, о чем с удовольствием бы забыл. И развал могучей империи, и рождение в митинговых кровавых родовых муках новой страны; безработицу и отчаянное безумие дикого рынка. В свое время, когда родители пытались выжить в условиях внезапно свалившейся демократии, он вдоволь насмотрелся на наглых жлобов в малиновых пиджаках, с глазами бешеных животных, готовых и идущих на любое преступление ради наживы. Теперь таких почти не осталось. Зато пришло новое поколение: вот такие «обычные скромные деловые люди». Те же самые малиновые пиджаки, но остепенившиеся. Утерли чужую кровь с губ, сменили наряд и назвались «деловыми людьми». Андрей знал, что менее опасными они от этого ребрендинга не стали, наоборот – набрались опыта, зачастую вросли в государственные структуры, затаились, хреновы серые кардиналы!
– Очень приятно, – ответил Андрей сухо. – Но по-прежнему не понимаю, чем обязан? Медальку хотите купить, рарик[9] какой?
В улыбке Ильи странным образом сплелись вежливость и ядовитые змеи.
– Не могу сказать, что мы совсем откажемся от некоторых ваших находок, но все же в процессе понадобится кое-что другое. Ваши
– В процессе чего?
– Выполнения заказа.
– Что…
– Секундочку, – прервал его Илья. – Оставим вопросы на потом. Давайте кое-что проясним.
Андреево молчание Илья посчитал согласием.
– Итак, Галл, ваше настоящее имя Андрей Панков. Тридцать шесть лет. Вы родились в столице отечественной химии – в городе Дзержинске Нижегородской области. Образование высшее. Закончили политехнический университет по специальности «инженер-механик» с красным дипломом, что, кстати, мало объясняет вашу противозаконную деятельность с черной археологией. Вашу обаятельную супругу зовут Ольга… Что еще? В молодости сочиняли стихи, но кто из нас не был замечен в этом порочном увлечении?.. Гм… Что ж, адреса и контакты называть не стану, верно? Думаю и так достаточно?
И вновь в вежливой улыбке проскользнули чешуйчатые плети змеиных тел.
– Это я не хвастаюсь нашими возможностями, если что, – пояснил Илья. – Просто сообщаю, что мы вас очень тщательно отбирали и проверяли. Нам нужны только специалисты, что отчасти объясняет высокий гонорар, который мы готовы предложить.
Слов было сказано много, но Андрей верно уловил намек в неслучайной фразе про «противозаконную деятельность». Внезапно в его голосе прорезалась хрипотца, кулаки сами собой сжались:
– Вы мне угрожаете?
Илья притворно удивился:
– Разве в этом есть нужда?
– Тогда, я считаю, разговор окончен. У меня уже есть работа.
Андрей собрался было подняться, когда наткнулся на все такой же добродушный взгляд гостя.
– Конгруэнтность никогда не шла на пользу переговорщикам, – произнес тот наставительно. – Я все понимаю, Галл, но теперь уже ничего не изменить. Выбрали именно вас. И уберусь я лишь тогда, когда мы все решим. Разве не обрадуется ваша супруга лишней сотне тысяч долларов? Нет? Тогда я точно знаю, чему она
Ситуация странная, если не сказать хуже. Андрею пришлось напрячь волю, чтобы не взорваться. В голове загудело от множества мыслей, среди которых ярко выделялись две: нежелание работать на вот таких людей и беспокойство. Слишком много неизвестных в данной цепи. Для чего его выбрали? В порядке ли Ольга? Что именно стало известно этому хлыщу? И…
Андрей вдруг отчетливо понял – выхода нет. Вот почему его камрад Гофман…
«Все зубы выбью!!»
…так долго ездил за продуктами. Ну не мог он просто взять и притащить незнакомого человека в лагерь, пусть и за сто баксов. Эх… а ведь правду сказал Новиков, кажись, его действительно тщательно выбирали.
Наконец, Андрей спросил:
– Чего вы хотите?
Илья Новиков улыбнулся:
– Я же сказал – нам нужны ваши особые навыки. Вы ведь уже бывали в Японии?
Глава 6
Когда утопающих слишком много
Едва получив номер в отеле, еще не успев разобрать вещи, Даля приняла душ, переоделась и тут же сбежала. Даже не выслушала все пункты Даниловых наставлений о нужном поведении в этой загадочной стране (по его мнению, кстати, очень важных наставлений). Жаль, конечно, но и ее можно было понять: не до нравоучений Дале, устала после перелета, ее даже подташнивало.
Пришлось самому хозяйничать в номере, мысленно пожелав Дале удачи на предстоявшем собеседовании.
Арубайто[10] ей предложили, не без ходатайства Данила, в одном из модных японских домов развлечений, занимающихся практически тем же самым, что и приснопамятный «Синий джинн». Единственное отличие – масштаб. Корпорацию под названием «MYM» («Mugen-Yume-Muchu») знали во всем мире благодаря исключительной вежливости, точности и дотошного внимания к деталям заказов. Если верить весьма солидному списку на их сайте, исполнение желаний заказывали чуть ли не все политики и кинозвезды Европы и США. И вот теперь «MYM» решили открыть представительство в России, для чего и пригласили Далю на собеседование.
Данил ни секунды не сомневался, что, с Далиным послужным списком и ответственным подходом к работе, ей не составит труда получить должность.
Когда Даля ушла, Данил отправился в душ. Стоя под массажными прохладными струями, несколько минут приходил в себя. Пережитое нервное напряжение нехотя отпускало. Оказалось, что перелет в алюминиевой капсуле с сотней людишек внутри – цветочки! Ягодки начались, когда они с Далей выгрузились в токийском международном аэропорту «Нарита»…
О, этот пережитый ужас!
Толпы, толпы, бесконечные толпы галдящих человеков! Фотографирование и снятие отпечатков пальцев на паспортном контроле, вооруженные полицейские с собаками, рекламная яркость. После многолетнего затворничества в квартире с черными окнами Данилом овладела натуральная паника! Еще бы чуть-чуть – и социопат бросился с криками прочь! И вновь спасла Даля. Отвела в туалет, заставила умыться, нашла в чемоданах успокоительное…
Кошмар, да и только! Вспомнить страшно.
Наконец Данил выключил воду, лениво обтерся полотенцем и вышел. Со всегдашней тщательностью разложил вещи в шкафах и ящиках комода строго по назначению и ровными горками. Потом безалаберно задвинул чемоданы под кровать и, не выдержав, уселся за пауэрбук.
Блог «Записки выжившего после зомби-апокалипсиса», запись номер одна тысяча двести тринадцать:
– Опубликовать.
В ответ на шепот Neo Dolphin’а запись тут же возглавила полотно его постов.
Данил откинулся на спинку кресла, запустил пятерню в гриву черных, недавно остриженных по плечи волос. Скучающий взгляд скользнул по необычно пустому столу, по комнате.
Гостиничный номер, несмотря на солидную цену, выглядел пособием по эргономике – все на своих местах. Все-таки это почти вторая религия японцев.
Бежевые стены, строгие геометрические формы во всем, начиная от мебели и техники, заканчивая кафельной плиткой, джакузи и офуро. В номере стерильная чистота, чуть увлажненный и ионизированный кондиционерами свежий воздух. Только из-за этого Данил согласился терпеть такое количество незакрашенных окон и света. В таком отеле, как этот, ежедневно менялись накрахмаленные простыни, каждый раз появлялось удостоверение, что постельное белье абсолютно соответствует японским стандартам охраны природы.
Словно догадываясь о социопатии клиента, персонал отеля сделал все возможное, чтобы в номере можно было жить автономно. Герметично оградившись от мира, делать вылазки в «общий» мир только через средства коммуникаций, ведь в Японии телевидение, несмотря на глобальный расцвет Сети, все еще пользуется громадным влиянием.
В целом отель в Синдзюку, одном из районов Токио, ему понравился, хотя Данил хотел остановиться в знаменитой гостинице с номерами-капсулами. Столько читал об этом сооружении, выстроенном еще в конце семидесятых в Осаке. Но Даля категорически отказалась.
– Если так хочешь, можешь снять капсулу на ночь в Москве. Они сейчас везде есть.
– Это ж совсем не то! – возразил было Данил, но под взглядом Дали замолчал.
Ладно, в конце концов, это же она мечтала о путешествиях, значит – ей и выбирать отель.
Данил вздохнул и вернулся к пауэрбуку. От нечего делать полез в местную Сеть, настолько запутанную и яркую, как если бы пьяные цыгане решили выстроить лабиринт на обломках Диснейленда.
Соединение почти мгновенное, скорость Интернета в шесть – восемь раз превышала московскую… Это стоило отметить как несомненный плюс нового незнакомого и пугающего мира. Как и то, что Neo Dolphin со своим ростом, и для европейца высоким, здесь настоящий великан. Обычно Данил сутулился, опускал голову на улице, чтобы унять панику от присутствия людей, а здесь… Здесь он вдруг ощутил себя действительно иным, человеком, шагающим сквозь толпы раскосых карликов. Правда, эти карлики даже из-под колена умудрялись глядеть как бы сверху-вниз на гайдзинов. Как это у них получалось – настоящая загадка.
В общем, это пока то немногое, кроме Дали, что держало его в Ниппонии. Многие туристы, поддавшись медиавирусам Голливуда и не имея своей головы на плечах, прилетают сюда, чтобы, так сказать, «причаститься» к «Восточной мудрости» и «Гармонии». Пытаются изучить японскую культуру и язык, обычаи и нравы. А потом очень расстраиваются (или не очень, если мозгов нет совсем), что гордые жители Страны восходящего солнца так по-прежнему не принимают их за полноценных людей. Данила же это не расстраивало. Наоборот. Он и дома привык чувствовать себя иным, не принадлежащим к человечной общности, к ее массовым вкусам и желаниям, к миру, где всем на все плевать. Здесь сущность мегаполисной жизни, когда еще и сами японцы показывали твою чуждость по поводу и без оного, – обнажалась до основания. Чтобы это понять, Данилу хватило тех нескольких часов, что он пребывал в аэропорту, а потом добирался до отеля. Мизантроп в мире, который не поймет никогда, и этот мир ни за что его не примет… гармония саморазрушения, как укоризненно острила Даля.
Пошарив немного в местной иероглифической Сети, он все-таки вернулся к англоязычному сегменту. Осмотрелся, потом привычно «закрыл» от ненужных «взглядов» пауэрбук и набрал адрес.
Пара секунд загрузки…
И Токио обрушился мгновенной вспышкой. Возникло очень правдивое ощущение, что это он, Данил, оказался на улицах. На экране изображение сфокусировано так, что кажется – ты сейчас на улице и все это видишь собственными глазами. Джинглы, рекламные вывески, разноголосый хор автомобильных гудков, трели мобильников и говор, говор, говор. Японское чириканье проникало под своды черепа, пробуждая в сознании панику.
«Не понимаю, – пронеслось у Данила у голове, – как это выдерживает Далька?!»
На экране пауэрбука цветастое полотно прохожих, почти полностью скрывающее тротуар. В бурном потоке совсем не чувствуется, что обладатель очков дополненной реальности движется. Создается впечатление, будто его несет потоком бурной реки.
Взгляд гугл-очков – еще одного подарка науки и корпораций для эскапистов, любящих подглядывать, – на миг метнулся вверх. Данил сообразил, что человек взглянул на грязно-полосатое небо: синюю даль и рваные облака.
Человек в гугл-очках свернул. Изображение улицы сменилось городским парком, напоминающим по невероятной чистоте и ухоженности зимний сад олигарха. В прудах колыхались лилии, сверкали плавники карпов. Везде невероятный порядок и четкое ощущение практичной структурированности. Так бывает в доме людей, живущих в очень тесных условиях и привыкших ценить каждый сантиметр площади.
Обладатель очков с интересом проводил взглядом парочку японских подростков: мальчик с нежностью обнимал девочку, при этом длинные кошачьи хвосты у них прилипали к спинам от удовольствия.
Поделиться книгой: