Противостояние

— Звучит как план, — прокомментировал Люк.

Проигнорировав его, я обогнула лестницу и стала по ней подниматься. Я ненавидела сидеть и ничего не делать. Я ненавидела, что каждый раз, когда я открывала парадную дверь, Люк или Арчер, были там, чтобы остановить меня. И что я ненавидела больше всего — это тот факт, что они могли остановить меня.

Я могла быть гибридом, мутировавшим со всей этой особой силой Лаксенов, но они были Истоками, и они могли пнуть меня под зад отсюда до Калифорнии, если бы дошло до этого.

Наверху лестницы было тихо и темно, и мне не нравилось находиться здесь. Не знаю почему, но крошечные волоски на затылке поднимались каждый раз, когда я поднималась сюда и проходила по длинному, узкому коридору.

Бет и Доусон заняли последнюю спальню с правой стороны с первой ночи, как мы оказались здесь, и здесь Бет продолжала оставаться с тех пор... с тех пор, как он ушел.

Я не знала, все ли было с ней в порядке, но я знала, что она через многое прошла, когда была под контролем Дедала, и так же не верилось, что она была здесь самым стабильным гибридом, но это была не ее вина. И я ненавидела признавать это, но порой, она пугала меня.

Остановившись перед дверью, я постучала в нее, вместо того, чтобы просто зайти в комнату.

— Да, — донесся тонкий, пронзительный голос.

Вздрогнув, я толкнула дверь. Бет выглядела ужасно, и когда я полностью увидела ее, я поняла, что ей совсем плохо.

Она сидела напротив изголовья кровати с горой одеял нагроможденными вокруг нее, у нее были темные синяки под глазами. Ее бледные, словно у бездомного, черты лица были заостренными, а волосы немытыми, спутанными в беспорядке. Я старалась дышать неглубоко, потому что в комнате пахло рвотой и потом.

Я остановилась у кровати, потрясенная до глубины.

— Ты больна?

Ее расфокусированный взгляд покинул меня, остановившись на двери, примыкающей к спальне ванной комнаты. Это не имело смысла. Гибриды... мы не могли заболеть. Ни простудиться, ни чем-то более опасным, типа рака. Как и Лаксены, у нас был иммунитет ко всем видам болезни, но Бет? Она выглядела совсем нехорошо.

Огромное чувство тревоги расцвело в моем животе, сжав мои мышцы.

— Бет?

Ее влажный взгляд, наконец, вернулся ко мне.

— Доусон еще не вернулся?

Мое сердце стукнуло так сильно, почти болезненно. Они прошли через многое, большее, чем я и Деймон и это... Боже, это было нечестно.

— Нет, он еще не вернулся, но что с тобой? Ты выглядишь больной.

Она подняла тонкую, бледную руку к горлу и сглотнула.

— Я чувствую себя не очень хорошо.

Я не знала, как плохо все было, и почти боялась выяснить это.

— Что случилось?

Она пожала плечом, и это выглядело так, словно потребовало от нее огромных усилий.

— Тебе не следует волноваться, — сказала она низким голосом. Она подобрала подол одеяла. — Это не большая проблема. Я буду в порядке, когда Доусон вернется, — ее взгляд покинул меня снова, и когда она выронила один край, то наклонилась, положив свою руку на живот, прикрытый другим одеялом, и сказала, — мы будем в порядке, когда Доусон вернется.

— Вы будете... ? — я замолчала, мои глаза расширились. Моя челюсть отвисла, и я изумленно уставилась на нее.

Я уставилась на место, где лежала ее рука, и смотрела с расцветающим ужасом, как она растирала живот медленными, равномерными кругами.

Ох, нет. Ох, черт возьми, нет в десятой степени.

Я двинулась вперед, а затем остановилась.

— Бет, ты… ты беременна?

Она откинула свою голову к стене и прикрыла глаза.

— Нам следовало быть более осторожными.

Мои ноги неожиданно почувствовали слабость. Постоянно сонная. Истощенная. Все это имело смысл. Бет была беременна, но сначала, как полная идиотка, я не понимала как.

Затем здравый смысл взял верх, и мне захотелось закричать, закричать о том, где были их презервативы? Но это был вроде как спорный момент.

В моей голове возник образ Мики, маленького мальчика, который помог нам с Деймоном сбежать из Дедала. Мика, маленький ребенок, который ломал шеи и уничтожал разум одной силой мысли.

Святые инопланетные младенцы, она была беременна одним из них? Одним из тех жутких детей — жутко опасных и смертельных? Предположим, что и Арчер с Люком, вероятно, были одними из тех жутких детей однажды, но не думать об этом было некоторым утешением, потому что новая партия Истоков, которых создавал Дедал были не такими, как Люк и Арчер, они были намного сильнее.

И Люк, и Арчер были до сих пор своего рода жуткими.

— Ты смотришь на меня так, словно расстроена, — сказала она мягко.

Я натянула улыбку на лицо, догадываясь, что вероятно выглядела немного спятившей.

— Нет, я просто удивлена.

Слабая улыбка появилась на ее губах.

— Да, мы были тоже удивлены. Это действительно не подходящее время, не так ли?

Ха! Какое преуменьшение проблемы.

Пока я смотрела на нее, с ее лица медленно сошла улыбка. Я понятия не имела, что ей сказать. Поздравить? По некоторым причинам это было неуместно, но и не сказать этого было бы неправильно. Знали ли они об Истоках? О детях, которые были у Дедала?

Будет ли этот ребенок как Мика?

Господи, неужели? Стоило ли нам беспокоиться об этом прямо сейчас? Моя грудь сжалась, и мне показалось, что у меня начнется паническая атака.

— На... На каком ты месяце?

— На третьем, — сказал она, с трудом сглатывая.

Мне нужно присесть.

Черт, мне нужен кто-нибудь взрослый.

В моей голове появились мысли о грязных пеленках и маленьких недовольных мордашках. Будут ли это тройняшки? Когда мы узнали об Истоках, мы не думали об этом, но у Лаксенов всегда рождаются тройняшки.

Святая лама драма, три ребенка?

Бет опять встретилась со мной взглядом, и то, что я увидела в ее взгляде, заставило меня содрогнуться. Бет наклонилась вперед, положив свою руку опять на живот. — Они вернутся другими, да?

— Ты о ком?

— О них, — сказала она. — Доусон, Деймон и Ди. Они будут другими, да?

* * *

Спустя тридцать минут, я спускалась вниз, словно в тумане. Парни сидели там же, где и были, когда я покинула их — на диване, наблюдая за новостями.

Когда я вошла в комнату, Люк просто посмотрел на меня, а Арчер выглядел так, словно получил пинок по очень неприятному месту.

Я знала, в чем дело.

— Вы знали о Бет?

Я хотела врезать им, когда они тупо уставились на меня.

— И ни один из вас не удосужился рассказать мне?

Арчер пожал плечами. — Мы надеялись, что это не будет проблемой.

— О, мой Бог.

Не будет проблемой? Как беременность инопланетным ребенком-гибридом может быть пустяком и просто, я не знаю, исчезнуть? Я опустилась на стул, закрыв лицо руками.

Что дальше? Серьезно.

— У нее будет ребенок.

— Так случается всегда, когда занимаешься сексом без предохранения, — прокомментировал Люк. — Рад, что вы двое поговорили, хотя бы потому, что я так не хотел быть тем, кто расскажет тебе эту новость.

— У нее будет один из этих жутких детей, — я погладила кончиками пальцев лоб. — У нее будет ребенок, а Доусон даже не здесь, и весь мир разваливается на части.

— Она только на третьем месяце, — Арчер прочистил горло. — Не паникуй.

— Не паниковать? — прошептала я. Головная боль становилась все хуже. — Есть вещи, которые ей нужны, как, я не знаю, доктор, чтобы убедиться, что беременность протекает нормально. Ей нужны витамины, и еда и, вероятно, соленые крекеры и соленые огурцы, и...

— И мы можем достать это для нее, — ответил Арчер, а я подняла голову. — Все, за исключением доктора. Если кто-нибудь возьмет ее кровь— это станет проблемой, особенно учитывая все, что происходит.

Я уставилась на него.

— Подожди, моя мама...

— Нет, — Люк повернул голову в мою сторону, — Ты не можешь связаться со своей мамой.

Моя спина напряглась.

— Она могла бы помочь нам. По крайней мере, дать нам общее представление о том, как ухаживать за Бет.

Как только эта идея пришла в мою голову, я ухватилась за нее. Я была полностью честна с собой. Одной из причин, почему идея казалась мне такой замечательной, было то, что я хотела поговорить с ней. Мне нужно было поговорить с ней.

— Мы уже знаем, что нужно Бет, и о том, как ухаживать за беременным гибридом, твоя мама знает не больше, чем может сказать нам Гугл.

Люк вытянул свои ноги на кофейном столике, и они коснулись пола.

— И это опасно — связываться с твоей мамой. Ее телефон могут прослушивать. Это одинаково опасно, как для нас, так и для нее.

— Ты действительно думаешь, что Дедалу сейчас есть до нас дело?

— А ты готова рискнуть? — спросил Арчер, встретившись со мной взглядом. — Ты готова поставить всех нас под угрозу, включая Бет, основываясь лишь на надежде, что у них полно работы? Ты готова рискнуть мамой?

Мой рот закрылся, и я недовольно уставилась на него, однако бойцовский дух покинул меня, словно воздух из сдувшегося шарика. Нет. Нет, я бы не рискнула этим. Я бы не рискнула нами или мамой. Слезы щипали мои глаза, и я заставила себя сделать глубокий вздох.

— Я работаю над кое-чем, что, надеюсь, доставит Нэнси проблемы, о которых придется позаботиться, — объявил Люк, но единственное, над чем, как я видела, он работал, было просиживание задницы.

— Ладно, — сказала я, желая, чтобы головная боль ушла, а горькая паника отступила. Я старалась держаться, но тот темный угол выглядел все лучше и лучше. — Нам нужно достать необходимые вещи для Бет.

Арчер кивнул.

— Мы достанем.

Меньше, чем через час, Люк протянул список всего необходимого, который нашел в интернете. Вся ситуация заставляла меня чувствовать себя так, словно я осталась на внеклассные занятия.

Мне хотелось рассмеяться, когда я положила кусок бумаги в задний карман джинсов, но тогда я, вероятно, не смогла бы остановиться.

Люк остался с Бетани на случай... ну, на случай если случится еще что-то плохое, а я собиралась пойти с Арчером. В основном, потому что я думала, что выбраться из дома будет хорошей идеей. По крайней мере, так мне казалось, что я что-то делала, и возможно... возможно, выход в город, мог бы дать нам хоть какие-то подсказки о том, куда исчезли Деймон и его семья.

Я убрала свои волосы под бейсболку, которая скрывала большую часть моего лица, так что шанс быть узнанной был совсем небольшим. Я не представляла, чтобы кто-нибудь мог бы меня узнать, но я не хотела рисковать.

День клонился к вечеру, воздух стал прохладным, и я была благодарна тому, что надела одну из громоздких рубашек Деймона с длинными рукавами. Даже в воздухе, наполненным сильным сосновым ароматом, стоило бы мне глубоко вдохнуть, и я бы могла уловить его неповторимый аромат: смесь специй и свежести.

Моя нижняя губа задрожала, стоило мне забраться на пассажирское сиденье и пристегнуться дрожащими руками. Арчер бросил на меня быстрый взгляд, и я заставила себя перестать думать о Деймоне, о чем угодно, что я не хотела делить с Арчером, что было почти всем прямо сейчас.

Поэтому я подумала о танцующих танец живота лисах, одетых в травяные юбки.

Арчер фыркнул.

— Ты странная.

— А ты грубый.

Я наклонилась вперед, выглянув из окна в тот момент, когда мы выезжали по подъездной дороге, и напряглась, стараясь разглядеть что-нибудь среди деревьев, но там ничего не было.

— Я говорил тебе раньше. Иногда сложно этого не делать, — он останавливался в конце гравийной дороги, проверяя оба направления, прежде чем двинуться дальше. — Поверь мне, порой я жалею, что могу читать мысли.