Мы нижеподписавшиеся

Шиндин. Ну и что? Ты сейчас выходи – вернешься через час! До Елино сколько ещё! (Глянул на часы.) Три часа. Все нормально. Успеем!

Малисов. А куда мне уйти?

Шиндин. Да куда угодно, в соседний вагон! Там у тебя знакомый, ты к нему пошел!

Малисов. А потом что?

Шиндин. А потом придешь. Снимешь очки – сделаешь большие глаза: ах, ах, какое совпадение! А мы ничего не знали, и они ничего не знали – все получится естественно и красиво! Давай дуй!

Малисов выходит.

(Подходит к жене, нежно.) Алка, ну ты чего?

Шиндина. Отойди. Мне противно на тебя смотреть!

Вдруг возвращается Малисов.

Шиндин. В чем дело?

Малисов. Книжку возьму! (Достает из портфеля книгу, уходит.)

Шиндина (неприязненно). Лёня, я могу тебе задать один вопрос?

Шиндин. Что такое?

Шиндина. Ты просил Егорова помочь нам с телефоном?

Шиндин. Конечно! Я ж тебе говорил. Он звонил начальнику станции, сейчас нет свободных номеров.

Шиндина. Когда это было?

Шиндин. В пятницу. Нет, в четверг! Точно, в четверг!

Шиндина. Он звонил при тебе?

Шиндин. Ну, конечно. Ты что, мне не веришь?

Шиндина. Расскажи подробно, как это было.

Шиндин. Как подробно? Да сейчас некогда! Ты что?

Шиндина. Расскажи подробно, как он звонил.

Шиндин. Да очень просто! Я ему сказал, он пригласил секретаршу, велел соединить, потом разговаривал с начальником телефонной станции.

Шиндина. А ты стоял рядом?

Шиндин. Я сидел рядом! А не стоял.

Шиндина. Зачем же ты нагло врешь? Я сегодня разговаривала с твоим Егоровым! Он ничего не знает! Ты ему ничего не говорил! Робеешь перед ним, да? Он не стесняется посылать тебя подписывать липовые акты! А ты не смеешь попросить его о маленькой услуге? Такая дружба у вас, да?

Шиндин (все это ему жутко некстати). Да он в этом не виноват! Просто у меня такой характер!

Шиндина. А я не хочу, чтоб у тебя был такой характер! Ты у него холуй, денщик! Все смеются над тобой, – старый Фирс из «Вишнёвого сада»! Столики ему в ресторане заказываешь! Бежишь вперед!

Шиндин. Алла, это неправда. У нас другие отношения.

Шиндина. Какие – другие? Кто угодно получает двухкомнатные, трехкомнатные квартиры! Вовка уже большой! Стыдно уже с ним спать в одной комнате! Егоров что, не знает об этом? Да плевал он на тебя! Зачем ему для тебя что-то делать, если ты ему и так верно служишь?!

Шиндин. Он ни для кого ничего не делает, Алла. Он другой человек, понимаешь! Это просто тебя в отделе (кивнул на дверь, имея в виду Малисова) накручивают против Егорова. И делается это с определенной целью! Ты просто многого не знаешь!

Шиндина. Чего я не знаю?

Шиндин. Многого! Я тебе не рассказываю, потому что у тебя... потому что ты в душе вся с ними! (Опять кивнул на дверь, имея в виду Малисова.) Я вообще уже не могу с тобой откровенно разговаривать! Ты ему доверяешь (снова кивнул на дверь), а он себе на уме!

Шиндина. Это я уже слышала. Тебе всюду мерещатся заговоры против Егорова!

Шиндин. Не мерещатся, к сожалению!

Шиндина (махнула рукой). В общем, так: завтра мы возвращаемся в Куманёво, и прямо с вокзала ты вместе со мной пойдешь к Егорову. Вместе со мной! И при мне пусть он скажет: когда у нас будет нормальная квартира, когда нам поставят телефон, когда тебе повысят оклад. По двадцать часов в сутки вертишься, а получаешь меньше всех! Если ты этого не сделаешь, я завтра забираю Вовку и мы уезжаем к матери в Москву! Мне эта самодеятельность надоела! И твое враньё! А теперь давай сюда акты!

Шиндин. Какие акты?

Шиндина. Которые они должны подписать.

Шиндин. Тебе зачем? Ты что?

Шиндина. Они будут лежать у меня! Я им дам подписать. А Егоров их получит только в том случае, если он четко и ясно ответит на все наши вопросы. А иначе я их завтра порву у него в кабинете! Ему нужны акты, а мне нужна квартира! Мне нужен телефон! Ты для него стараешься, корячишься, пусть он тоже постарается! Давай акты!

Шиндин. Ты за этим поехала?

Шиндина. Да, за этим, Лёнечка! Мне надоело твое враньё! Я сама буду иметь дело с Егоровым. И больше он на тебе ездить не будет! Давай акты!

Шиндин (горько усмехаясь, достает из внутреннего кармана акты, протягивает). На!.. Что с тобой происходит, Алла?

Шиндина. Ничего! Переживёшь! (Прячет акты в сумочку).

Шиндин. Теперь я могу их позвать?

Шиндина. Да!

Шиндин выходит.

Шиндина сидит неподвижно, смотрит в окно – и вдруг начинает плакать. Она закрывает руками лицо, потом, заторопившись, хватает полотенце, сумочку и быстро выходит из купе. Некоторое время в купе никого нет.

Голос Шиндина (из коридора). Юрий Николаевич, смелее! Вы входите первым! Вперед!

Открывается дверь – входят Девятов, Нуйкина, Семёнов. Последним вошел Шиндин.

Семёнов. А где же именинница?

Девятов. Узнала, что ты будешь, и сбежала!

Шиндин (стараясь быть спокойным). Наверно, вышла на секунду. Располагайтесь, товарищи. Сейчас мы её найдем! (Выходит).

Сцена 10.

Коридор вагона. Шиндин подбегает к туалету. Рванул дверь – пусто. Он бежит в противоположный конец вагона. Второй туалет. Рванул дверь – занято. Постоял, помялся.

Шиндин (под дверью туалета, негромко зовет.) Алла...

Никто не отзывается.

Шиндин. Алла...

Открывается туалет – выходит пассажир – молодой полковник авиации.

Шиндин. Извините...

Пассажир  удаляется. Шиндин открывает дверь в тамбур. Заглядывает – в уголочке стоит Алла, курит, лицо у неё холодное, отчужденное.

Шиндин. Опять куришь? Мы ж договорились – не будешь, обещала! Слово дала! Бросай сигарету, пошли. Они уже там.

Алла не отзывается.

Шиндин. Ну хорошо, иди с сигаретой!

Шиндина. Я приду сейчас сама!

Шиндин. Но точно придешь?

Шиндина. Точно, точно.

Шиндин (вздохнув). Ну, чего ты опять? Пошли вместе.

Шиндина. Я сказала: приду сама.

Шиндин. Я прошу тебя: только не тяни. (Уходит.)

Сцена 11.

Купе строителей.

Шиндин (Входит. С наигранной веселостью). Товарищи, Алла Ивановна сейчас предстанут! Они прихорашиваются! Что вы стоите – садитесь!

Семёнов. Минуточку! Рассаживаемся в следующем порядке: здесь будет сидеть, у окошечка, Алла Ивановна, рядом, с вашего позволения, – я. С этой стороны – Виолетта Матвеевна, рядом с ней... как вас кличут, молодой человек?

Шиндин. Ничего, ничего, я сбоку. Пусть сядет Юрий Николаевич.

Входит Шиндина. Совершенно преображенная – причесалась, припудрилась, глаза блестят, улыбается: настоящая именинница! Трудно поверить, что только что мы видели её в тамбуре мрачной и отчужденной.

Шиндина (незаметно бросив в угол полотенце). Добрый вечер, дорогие гости! Большое спасибо, что пришли! Я вам очень рада!

Шиндин улыбается – все идет хорошо.

Семёнов. Примите наши поздравления, Алла Ивановна! Меня зовут Геннадий. А если более официально – Геннадий Михайлович.

Шиндина. Ну, зачем официально! Чем проще, тем лучше!

Девятов (представляется). Юрий Николаевич. Поздравляю.

Шиндина. Спасибо.

Нуйкина. А я Виолетта Матвеевна. Это вам. (Протягивает коробочку импортных духов.) Чудесные духи, но должна вам признаться – два раза пользовалась. Так что не обессудьте – мы же не знали, что в поезде нас ждет день рождения.

Шиндина. Ну что вы... спасибо большое! О, французские! Мне даже неловко брать такой дорогой подарок!

Семёнов. Берите смело! У Виолетты Матвеевны муж профессор, он часто за рубеж выезжает, так что ещё привезет! Берите!

Шиндина (Нуйкиной). Спасибо. (Кладет духи на столик.)

Семёнов. Вот ваше место. Не возражаете, если я буду вашим соседом?

Шиндина. Ну что вы – напротив!

Все рассаживаются, Шиндин наливает коньяк.

Шиндин. Товарищи! Самозванцев нам не надо, тамадою буду я! Нет возражений? Нет! Тогда, товарищи, поскольку всем налито, приступаю к первому тосту! Прошу поднять стаканы, как выражается Геннадий Михайлович! Товарищи, мы сегодня празднуем день рождения Аллы Ивановны! Я хочу сказать про неё несколько слов! Дело в том, что я не просто муж Аллы Ивановны, я работаю в одном кабинете с ней, можно сказать, что мы сидим за одним столом! И я должен сказать, что у Аллы Ивановны замечательный муж!

Семёнов (перебивает). А при чем муж? Сегодня же день рождения у Аллы Ивановны, а не у её замечательного мужа, – правда, Алла Ивановна?

Шиндина. Конечно!

Семёнов. Я так скажу: если бы он был замечательным, её муж, он бы её в день рождения не взял бы её с собой. И вообще предлагаю забыть, что у нас есть мужья, жены, дети и прочее имущество! Мы сейчас просто друзья-товарищи-приятели. Правильно, Алла Ивановна?

Шиндина. Только так!

Нуйкина. Ну почему же? Если в день рождения Аллы Ивановны её супруг считает нужным сказать об их семейных отношениях, это значит, что у них хорошая семья. Мне это как раз очень нравится.

Шиндин. Виолетта Матвеевна, спасибо за поддержку! Так вот о муже Аллы Ивановны. Я считаю, что с мужем Алле Ивановне очень в жизни повезло!..

Семёнов (перебивает). Ну, я не могу! Это ему с ней повезло! Мы же её, а не его день рождения празднуем, товарищи! Алла Ивановна, разрешите взять роль тамады мне? Я вас очень прошу!

Шиндина. Пожалуйста!

Нуйкина. Геннадий Михайлович, ну как вам не стыдно!

Семёнов. Да нет, Виолетта Матвеевна, просто товарищ – неопытный тамада! Мы его уважаем, мы ему благодарны за то, что он нас познакомил с Аллой Ивановной, мы выпьем за его здоровье, но тамада он никудышный! Присядьте, молодой человек, отдохните.