Вторая тактика опаснее. Это ситуация, где бессердечным мучителем предстает партнер, а манипулятор объявляет себя отчаянно влюбленным со всеми вытекающими последствиями, как то: перепады настроения, капризы, детские обиды, бойкоты, беспричинная ревность, истерические припадки, жалобы знакомым, громкие демонстративные уходы, болезни, попытки самоубийства. На первых порах обвал самооценки не так ощутим, как в первом случае, но при продолжительном воздействии психологические травмы у несчастного «мучителя» оказываются серьезнее и исправляются с большим трудом, чем у того, кого просто бросили. В обоих случаях будут завышенные требования к партнеру и огромное количество претензий.
Высший пилотаж манипуляции – умение сочетать или грамотно чередовать эти две тактики. В этом случае бедному партнеру уйти от стервеца можно только на тот свет».
Вот как перверзник разыгрывает из себя жертву:
«Он начинает высказывать мысли о том, что не счастлив из-за того, что партнер не дает ему того, что он хочет, – пишет Наталья Стилсон. – Нет уюта, понимания, партнер отупел, потолстел, перестал быть таким, как был. Нет должного внимания к нему. Все это не обязательно говорится напрямую. Просто нарцисс сидит с кислым выражением лица, делает какие-то нелицеприятные замечания о еде, вздыхает, глядя на партнера и в окно, высказывает мысли, что «последнее время не хочется идти домой». Партнеру внушается мысль, что во всем виноват он, и он пытается стать лучше, понять, осознать. Чтобы найти нарциссу оправдание, люди начинают сильно «психологизироваться». Дескать, у него было сложное детство, он творческая личность, он слишком эмоционален и т. п. Поэтому «надо подстроиться, создать условия, молчать, когда не спрашивают, делать все, как он хочет».
Про «жертвенный» типаж хищника подробно рассказывает Ланди Банкрофт:
«По его словам, его недооценивали, предавали, а его хорошими намерениями мостили дорогу в ад. Он рассказывает женщинам длинные печальные истории о своих прежних партнершах. Мучитель-«жертва» скажет, что женщины преувеличивают и придумывают, или что мужчины не меньше страдают от насилия в семье, чем женщины.
«Жертва» очень концентрирован на себе. Все вертится вокруг его прошлых травм, и он старается все время быть в центре внимания. Конечно же, в вас он тоже видит обидчика. Впрочем, кроме вас, его обижают начальники, родственники, соседи, друзья и прохожие на улице. Все всегда против него, лишь его самого не в чем упрекнуть.
Стандартная история «Жертвы» примерно такова: «Я годами терпел нападки моей жены, но в какой-то момент мое терпение кончилось, и я заставил ее чувствовать то, что она заставляла чувствовать меня. Теперь меня объявили агрессивным. Женщинам всегда все можно, но только мужчина попробует вести себя так же, на него тут же вешают ярлык”. Дальше можно услышать, что женщины вообще правят миром и угнетают мужчин. На замечание, что мужчины явно доминируют среди, например, законодателей и блюстителей закона, Жертва выдает параноидальные версии о том, что хитрые женщины за кулисами дергают за ниточки. Его способность превращать вещи в их полную противоположность и делает его мучителем. Если вы хотите оставить такого человека, вы, скорее всего, чувствуете себя виноватой перед ним, хотя это он оскорблял и унижал вас, а не наоборот».
Посмотрим, как использовала тактику «я жертва» в отношении нашего респондента Светланы ее «подруга» Ольга:
«В ходе одной из бурных ссор я твердо потребовала у Оли прекратить обвинения, нападки и слезы, иначе просто уйду. На что Оля ответила, что тогда она покончит с собой, и я себе ни в жизнь не прощу, что из-за меня во цвете лет погиб человек. Я проигнорировала этот шантаж, и она всю ночь забрасывала меня СМС, что она уже набрала ванну, уже приготовила лезвие, уже написала завещание, и непоправимое вот-вот свершится».
Перверзник контролирует вас тысячей разных способов. Он угрожает, подавляет, намекает, давит на жалость…
«Оля рассказала жалостную историю о том, как ее подставили на прежней работе: на ее имя открыли с десяток фирм и все они сейчас – «помойки» для обналички или же фирмы для мошенников. Но как-то я нашла бумаги с ее подписью на всех документах. Потом всплыла и переписка, в которой Оля обсуждала, сколько она заработает на том, если на нее откроют эти фирмы. Так что никто ее не подставлял. Просто она, как я потом поняла, хотела эти фирмы отжать помаленьку, а ее саму обвели вокруг пальца. Потом, когда мы с ней расстались, она всем рассказывала, что я использовала ее для открытия фирмы».
Еще одна издевательская обесценивающая техника – ввод в игру третьего (четвертого, пятого) участника: мнимого или реального. И в том, и в другом случае перверзник унижает жертву рассказами о достоинствах «соперника», нелицеприятными сравнениями, подстраивает ситуации, чтобы попасться с ним жертве на глаза, сталкивает «соперников» и злорадно наблюдает за их реакциями, а если повезет – то и за выяснением отношений.
«В очередной раз будучи выгнанным в ночь, я через день позвонил Алине и сказал, что не могу жить без нее, – рассказывает Григорий. – Она позволила мне приехать. В дверях ее квартиры я разминулся с молодым человеком, которого она, нисколько меня не стесняясь, подчеркнуто игриво поцеловала на прощание. «Кто это?» – спросил я, когда он ушел. «Матвей, я тебе только что с ним изменила, – злорадно отвечала Алина. – Не устраивает – уматывай».
У меня голова кругом пошла, я стал кричать, умолять ее не делать так больше, ведь мы любим друг друга и собираемся пожениться. Но Алина набрала номер подруги и преувеличенно беззаботно стала договариваться с ней, что неплохо поехать куда-нибудь потанцевать. Вскоре она укатила в ночной клуб, а я остался один, полностью раздавленный и опустошенный. В ту ночь я понял, что достиг «дна».
Кстати, с большой долей вероятности в свое время роль «счастливого соперника» сыграли вы. Когда хищник обольщал вас, он наверняка расчетливо унижал восхвалением ваших достоинств свою «параллельную» жертву. Да, возможно, и сейчас кому-то ездит по ушам, расписывая вас как «чистейшей прелести чистейший образец» или «святую, у которой достает мудрости принимать меня таким, как есть». Послушаем Светлану:
«После одной из ссор Оля рассказала мне о некой Полине. Мне дали понять, что я более не являюсь идеалом, а вот Полина – это совсем другое дело. Но я не реагировала на «Полину». Тогда Оля начала присылать мне «ошибочные» СМС: „Полина, я тебя люблю, ты такая классная, как хорошо, что ты у меня есть“.
Поскольку на этапе Соковыжималки вы уже не заблуждаетесь насчет великодушия и миролюбия вашего «повелителя», он не стесняется открыто или намеками устрашать вас:
«Как бы невзначай, Оля стала рассказывать, как она поступает с теми, кто ее предает, – рассказывает Светлана. – С самодовольной улыбкой она хвасталась тем, что нанимала отморозков, которым надо было на дозу, чтобы они расправились с ее врагом. Частенько она приговаривала, что месть, это блюдо, которое подается холодным, и что нападать надо на жертву через много лет, когда она и думать забыла…»
«Хотела уйти, но тут он мне поведал многозначительно, что давно планирует убийство с расчленением. Чье убийство, он «загадочно» умалчивал, – пишет в Интернете экс-жертва. – Рассказывал, где спрячет труп, как всё обставит, что его никто ни в чем не заподозрит. Но, мол, пока я с ним, он этого не совершит. И я оставалась».
«Одна из моих клиенток пришла ко мне, чтобы разработать план побега, – рассказывает Ланди Банкрофт. – Ее муж не тронул ее пальцем за пять лет, но постоянно говорил ей вещи в стиле: «У тебя осталось шесть месяцев», а на вопрос, что он задумал, отвечал: «Подожди, увидишь». Они умеют держать в страхе при помощи угроз, странных намеков и действий. Один из моих клиентов вырезал из газеты статью о женщине, убитой собственным мужем, и приклеил к холодильнику. Другой отреагировал на намерение партнерши уйти, разлив кровь животного перед порогом. Еще один размахивал ружьем, но потом заявил, что просто собирался его почистить».
Впрочем, запугивание может вестись и гораздо тоньше. Здесь основной посыл жертве: да кому ты такая вообще нужна?
«Он как бы невзначай ведет разговоры о партнере: о его работе, способностях, вкусе, фигуре, – пишет Наталья Стилсон. – Смысл этих рассуждений: ты всегда был негодный, и теперь годен только потому, что я, прекрасный, с тобой. А вот если я тебя брошу, ты умрешь под забором и никому нужен не будешь. Все это выдается малыми порциями. Нарцисс приводит факты, показывающие несостоятельность партнера и с которыми трудно не согласиться. Но на основе этих разрозненных фактов делается глобальный вывод. И партнер этот вывод принимает. Согласившись десять раз с мелочью, трудно отказаться от глобального вывода. И потом, «любимый зла не пожелает…»
Частота и сила скандалов нарастают в режиме крещендо:
«Настал такой момент, когда мы стали ссориться по несколько раз за день, – рассказывает Светлана. – Однажды Оля устроила истерику со швырянием предметов, и мне пришлось на час закрыть офис. Я поставила ей ультиматум: или расходимся, или работаем, соблюдая деловые отношения. Для вида она подержалась недельку и закатила грандиозный скандал на пустом месте, упрекая меня в том, что я расчетливая сука, которая ее нагло использует».
«Большая часть его гнева – это попытка наказать вас за то, что вы сопротивляетесь его контролю, – разъясняет «темпераментность» мучителей Ланди Банкрофт.
На этом этапе перверзник распахивает перед вами чемоданчик со всеми своими тайными инструментами, с которыми шапочно познакомил вас на предыдущих стадиях. Спектр негативных воздействий становится гораздо шире. Например, если раньше в рамках удержания (witholding) вам «всего лишь» запрещалось выражать свои мысли и эмоции, то сейчас перверзник то и дело:
– объявляет вам бойкоты,
– обесценивает ваши эмоции («только дебилы смеются над такими шутками», «какой надо быть нездоровой на всю голову, чтобы расстраиваться из-за таких вещей»), надежды и планы («Ну ты о себе возомнил! Слишком мелко плаваешь»),
– обнуляет ваши достижения («это любой дурак умеет»).
«Оля постоянно говорила: «Я зарабатываю для фирмы деньги, а что делаешь ты? От тебя никакого толку, ты ни одного клиента привести не можешь», – рассказывает Светлана. – Это притом, что мы договаривались: каждый делает то, что умеет лучше. Она хорошо продавала, общалась, но всю остальную работу – бухгалтерию, наем персонала, ведение документации – все это делала я. А Оля говорила, что с этой ерундой любая троечница справится. Хотя для нее было тяжело выписать даже элементарную накладную».
– жестоко шутит, а потом заводит старую недобрую песню о вашей сверхчувствительности и отсутствии чувства юмора,
«Мы с другом поехали на его моторке в открытое море, – рассказывает респондент. – Далеко ушли, берега было не видно. Я поплавал и хотел подняться на лодку, как вдруг мой друг ни с того ни с сего дал полный газ! Я пробарахтался минут 15–20, пока он, наконец, не появился. Еще бы 2–3 минуты, и я бы утонул. На берегу у нас с ним был серьезный разговор. Но он мне заявил, что это был просто розыгрыш, и что у меня совсем плохо с чувством юмора».
«Как-то мне с незнакомого емэйла пришла ссылка на интересный тест, – рассказывает респондент Ольга. – Вопросы удивили меня своей откровенностью. Так, нужно было ответить, в каком возрасте я потеряла девственность, сколько у меня было половых партнеров, был ли опыт секса с девушками, группового секса и т. д. Когда я нажала на кнопку «Обработать результаты», то оказалось, что все мои откровения улетели на ящик… моего жениха. Я была ошеломлена этим невероятным коварством. Он же в ответ на мое возмущение заявил, что мне доступен только юмор Петросяна, а для восприятия столь «продвинутых» шуток я слишком примитивно устроена».
– навешивает ярлыки («ты так говоришь, потому что тупая курица»).
– дает обидные прозвища («старушка дряхлая моя», «доска два соска», «апельсиновая девочка» – с красноречивым намеком на ваш целлюлит и т. д.)
– «бьет» «честностью» («ты не обижайся, но я тебе скажу начистоту: с таким целлюлитом я бы вообще на пляже не показался»),
– вторгается в личную жизнь («Я тут наткнулась на твой дневник. А что, ты там разве что-то неприличное пишешь, что нельзя читать?», «Да, я читал твои СМС-ки, а разве между любящими людьми могут быть какие-то секреты?», «В твоей сумке черт ногу сломит!»),
– предъявляет к вам завышенные требования,
– стыдит вас,
– намеренно создает разные трудные ситуации с целью испытать вас,
– контролирует вас через других (например, просит присмотреть соседей, куда и с кем вы ходите, навязчиво пытается завязать отношения с вашим окружением, подсылает разного рода «казачков»),
Рассказывает Людмила:
«Вдруг вижу – бежит за мной молодой человек и кричит:
– Девушка, постойте, я ничего плохого не сделаю. Только хочу с вами поговорить. Всего две секунды.
Причем достаточно искренне кричит. Что называется – от сердца.
Я остановилась, а он подбегает и говорит:
– Девушка, это судьба. Это судьба! Как бы я хотел с вами познакомиться!
– Что вы, какая судьба! – отвечаю.
– Ну, пожалуйста, очень прошу, дайте мне ваш телефон.
– У меня нет телефона.
– Тогда запишите мой.
– Не буду. Мне очень жаль, но это все-таки не судьба.
– Ну а вдруг Вы передумаете? Запишите на всякий случай.
– Никакого случая быть не может.
Повернулась и пошла.
Тогда совершенно не думала, что это могло быть какой-то проверкой. Но потом вспомнила тот случай. И много раз Володю об этом спрашивала, но он всякий раз уклонялся от ответа».
– преподносит ненужные (а иногда и глумливые) подарки, которыми потом требует пользоваться.
– обвиняет вас в поступках и мыслях, которые на самом деле не ваши, а его,
– использует тон абсолютной правоты,
– не слушает вас, затыкает уши, закатывает глаза, строит рожи,
– отказывается отвечать на ваши вопросы,
– нападает на вас с резкой, злой, незаслуженной критикой.
Другой прием – так называемое гашение (blanking), в основе которого лежит отрицание вашей ценности как личности, пренебрежение вами, отказ в помощи, поддержке. «Гасить» вас перверзник может следующими способами:
– постоянно сильно опаздывать, не явиться на важную встречу, не предоставить нужные документы, мешать вам качественно выполнять работу,
«На свидания я никогда не опаздывала, а он – постоянно. Полтора часа – это было в порядке вещей, – рассказывает Людмила. – Но зная это, я не могла приходить с опозданием. А вдруг, думала я, сегодня он появится вовремя.
Помню, стою в метро. Первые пятнадцать минут опоздания выдерживаю нормально, полчаса – тоже вроде бы ничего. Но когда уже час проходит, а его все нет, то просто плачешь от обиды. А через полтора часа уже вообще не испытываешь никаких эмоций…
Никаких отношений, когда наконец-то появлялся Владимир, я не выясняла. За эти полтора часа переживешь столько, что никаких сил уже не оставалось на эмоции. Так что он измором меня брал, измором».
– не давать денег на насущные нужды,
– самовольно распоряжаться вашими вещами, выкидывать что-то, делать перестановку мебели без вашего ведома.
