Помоги проекту - поделись книгой:
— Вы хотите сказать, что ваши девушки еще до свадьбы проверяют, может ли мужчина быть отцом?
— Да, именно так. Иначе, как вы говорите, мы бы все давно вымерли. На Анваре выбор принадлежит женщине. Если мужчина ее интересует, она прямо говорит ему об этом, а если не говорит, мужчина никогда не сделает предложения сам. Я знаю, что это сильно отличается от нравов других планет, но нас такое положение вполне устраивает.
— На Земле все наоборот. — Леа выбросила огрызок и изящно облизала кончики пальцев. — Наверное, вам Земля показалась бы жутким притоном. На планете живет очень много народу. Контроль за рождаемостью установили слишком поздно, и он до сих пор встречает сильное сопротивление — у нас еще достаточно людей, исповедующих архаичные религии. Земля перенаселена — перенаселена сверх всякой меры. Мужчины, женщины, дети, куда ни глянешь — кипящая толпа без конца и края. И все занимаются любовью. Женщины готовы выслушивать самую оскорбительную лесть, а мужчины всегда агрессивны. Правда, до физического насилия дело доходит не часто, но постоянно чувствуешь за спиной чье‑то горячее дыхание. У девушки должны быть наготове острые когти…
— Что должно быть?
— Это просто такое выражение, Брайн. Проще говоря, девушка все время должна быть настороже, если не хочет слишком часто ложиться в постель.
— Это… — Брайн долго подыскивал подходящее слово, — отвратительно! — наконец сказал он, не придумав ничего лучше.
— У вас другие нравы. А мы, к сожалению, настолько привыкли, что уже почитаем это за норму. С точки зрения… — Леа вдруг замолчала и пристально на него посмотрела, глаза ее расширились. — Дура я! Вы ведь говорили обо мне!
— Пожалуйста, Леа… вы не должны…
— Я все поняла, — она радостно засмеялась. — Я считала вас невоспитанным, бездушным занудой, а вы, оказывается, милый и обходительный человек, просто в лучших анварских традициях вы ждали знака от меня. Мы и дальше бы играли по разным правилам, не окажись у вас достаточно здравого смысла, чтобы откровенно ответить на мои вопросы. А я‑то, дура, считала вас законченным холостяком с жуткой ледяной планеты!
Она нежно погладила его по волосам — ей уже давно хотелось это сделать.
— Я не мог вести себя по–другому, — ответил Брайн. — Как я мог вас оскорбить? А обычаев вашей планеты я не знал.
— Что ж, теперь знаете, — мягко сказала Леа. — У нас мужчина выбирает и делает первый шаг. Хотя мне кажется, что ваш обычай лучше. Я только еще не разобралась в деталях. Каким образом я должна сказать, что вы мне очень нравитесь? Вы — настоящий мужчина, я таких нигде не встречала. Сейчас, конечно, не время говорить о браке, но я хотела бы…
Не дав ей договорить, Брайн обнял девушку, и их губы слились в поцелуе.
— Тише… — прошептала она, — мне больно…
Глава 13
— Он отказывается входить, господин директор. Стоит у ворот и твердит, как попугай: «Передайте директору Бренду, что я хочу его видеть.».
— Хорошо. — Брайн взял пистолет и положил в карман запасные обоймы. — Я сейчас уйду и вернусь только утром, пусть к этому времени приготовят вездеход.
На улице было очень темно — кто‑то старательно разбил все фонари в радиусе ста метров — но в слабом свете луны Брайн разглядел темные очертания легкого вездехода.
— Брайн Бренд? — послышалось из машины. — Садитесь.
Как только он захлопнул дверцу, мотор взревел, вездеход лихо пронесся по пустым улицам ночного города и вырвался на простор пустыни. Водитель погнал машину еще быстрее, но фары так и не включил, и было совершенно непонятно, как он отыскивает дорогу в полной темноте. Вскоре начался подъем, а когда они достигли вершины холма, вездеход остановился.
Щелкнул выключатель, и в кабине зажегся свет. Брайн увидел ястребиный профиль своего молчаливого попутчика, потом заметил, что он мал ростом. Очевидно, родовая травма или какая‑то трагическая случайность сильно искалечила этого человека, согнув ему позвоночник и на всю жизнь наградив большим горбом. Брайн впервые видел такое и про себя подивился, как вообще удалось медикам сохранить эту жизнь.
— Удосужились ли эти мудрецы с Ниджора сообщить вам, что они на день приблизили крайний срок? — с горечью в голосе спросил незнакомец и добавил: — Этот мир стремительно катится в преисподнюю.
— Да, я знаю. Поэтому и обратился к вам за помощью. Время уходит…
Горбун пробурчал в ответ что‑то нечленораздельное и уткнулся в экран радара — он проверял, нет ли за ними слежки.
— Куда мы едем? — спросил Брайн.
— В наш лагерь, тут недалеко. Завтра вся планета провалится в тартарары, поэтому я смело могу сказать вам, что это наш единственный лагерь на Дисе. Там сейчас все наши люди, оружие, вездеходы. Хис, наш командир, тоже там. И завтра все погибнет, вместе с этой проклятой планетой. Так какое у вас к нам дело?
— Об этом я буду говорить только с Хисом.
— Как хотите. — Горбун завел мотор, и вездеход тронулся с места. — Только имейте в виду, мы все добровольцы, и друг от друга у нас секретов нет. Секреты у нас только от дураков, которые хотят уничтожить этот мир, — в его голосе вновь послышалась горечь. — Это же надо, принять решение об убийстве миллионов людей!
— Они о вас не лучшего мнения, — заметил Брайн. — Называют вас армией террористов.
— А мы и есть армия! И ведем здесь войну. А эти доморощенные идеалисты на Ниджоре… Поддержи они нас с самого начала, мы бы успели вскрыть все черные замки, обыскали бы каждый закоулок, но нашли бы бомбы. Так ведь нет! Как же можно?! Это, видите ли, насилие!.. А теперь погибнут все.
Он замолчал и напряженно уставился на приборы.
— Но еще не все потеряно, — сказал Брайн. — У нас впереди целый день, а я, кажется, нашел способ остановить войну.
— Вы директор группы ЦРУ, верно? Ну и что вы сможете сделать вместе со своим Центром, когда вам на голову посыплются бомбы?
— Тогда — ничего, но сейчас я сделаю все, чтобы до этого не дошло. А если вы хотите меня оскорбить, то зря стараетесь — у меня высокий порог раздражительности.
Горбун хмыкнул, но ничего не сказал. Вездеход потрясывало на камнях. Несколько минут они молчали, потом ниджорец спросил:
— Что вам надо?
— Мне нужен магт, — немедленно откликнулся Брайн. — Живой или мертвый — неважно. У вас случайно не завалялось подходящего трупа?
— Нет. Мы обычно нападаем на их башни, но они забирают всех своих раненых и даже убитых. А зачем вам труп? Покойник ничего не расскажет ни о бомбах, ни об установке.
— Не вижу необходимости объяснять вам это, раз вы не командир. Впрочем, вы ведь Хис, не так ли?
Горбун раздраженно что‑то проворчал и опять замолк. Наконец он спросил:
— С чего вы взяли?
— Интуиция. Сразу видно, что вам не часто приходится водить вездеход. Конечно, ваша армия может вся состоять из генералов, но мне что‑то не верится. Кроме того, я прекрасно знаю, как дорога сейчас каждая минута и каждый человек. Вряд ли разумный командир стал бы на целый час занимать вездеход с водителем лишь для того, чтобы привезти меня в лагерь. А вот отправиться за мной лично — это другое дело. По дороге можно присмотреться к директору ЦРУ и составить себе определенное мнение об этом человеке. Мне кажется, вы уже приняли решение. Я прав?
— Да… я — Хис. Но вы не ответили на мой вопрос. Зачем вам труп?
— А мы его вскроем и внимательно посмотрим, что там внутри. У меня есть такое подозрение, что магты — не люди. Они живут среди людей, выдают себя за людей, но они не люди.
— Пришельцы что ли?
— Не исключено. Вскрытие покажет.
— Вы или глупы, или некомпетентны, — резко сказал Хис. — У вас, должно быть, мозги поджарились на дисанском солнышке. Я в этом балагане участвовать не буду!
— Послушайте, какого черта вы упрямитесь?! Через день планета погибнет. Вы можете этому помешать? Я предлагаю попробовать, и вы не имеете права отказываться, потому что это последний шанс. Если вы искренне хотите спасти Дис, вы должны мне помочь. Если откажетесь — значит, вы заодно с убийцами, и сам — убийца. Решайте.
Хис долго не думал.
— Вы получите труп. Я в ваши бредни не верю, но не вижу ничего плохого, если в этом мире станет одним магтом меньше. Слушайте меня внимательно. Сегодня последняя ночь, и я всех своих людей отправил в рейды. До утра мы атакуем столько замков, сколько успеем — остается еще слабая надежда, что наткнемся на оружие. Конечно, это все равно, что палить наугад в темноту, но больше мы ничего сделать не можем. Все группы уже ушли, а мой отряд ждет, пока я вернусь. Можете присоединиться к нам. Я собираюсь напасть на небольшую крепость — мы уже побывали там как‑то раз и захватили много оружия. Эти тупицы вполне могут посчитать, что во второй раз мы туда не сунемся. Иногда мне кажется, что у магтов полностью отсутствует воображение.
— Вы даже не представляете, как вы близки к истине.
Вездеход медленно приблизился к большой черной скале. На приборной доске загорелась красная лампочка, и Хис резко затормозил. Выйдя из машины, Брайн споткнулся о какой‑то камень.
Внезапно в глаза ударил яркий свет, Брайн зажмурился. Под самой скалой стояли три мощных открытых вездехода. От посторонних глаз их скрывало поле переносного поглотителя энергии, которое не пропускало никакое излучение ни в ту, ни в другую сторону. В машинах сидели люди, они негромко переговаривались и чистили оружие. При их появлении все вскочили.
— Собирайтесь, — приказал Хис. — Начинаем операцию. Позовите сюда Талта.
Ниджорские добровольцы бросились выполнять приказ. Большинство из них были на две головы выше Хиса, но подчинялись ему беспрекословно. Они были телом армии, а он — ее мозгом.
К Хису подошел плотный коренастый боец и небрежно отсалютовал. Весь он был увешан сумками и какими‑то приборами, карманы его заметно оттопыривались.
— Это Талт, — сказал Хис Брайну, — наш инженер и радиометрист в одном лице. Участвует во всех наших операциях, ищет признаки работы джамп–установки и следы радиации. Выглядит это так: пока мы деремся с магтами в их замках, он сидит около своих приборов и смотрит на стрелки. Пользы от него пока никакой, как и от вас. Я думаю, вдвоем вы составите хорошую команду. Возьмите тот вездеход, на котором мы приехали.
Широкое лицо Талта расплылось в лягушачьей улыбке:
— Терпение, Хис. Только терпение. Однажды эти стрелки оживут, и тогда конец нашим неприятностям. Что я должен делать с этим незнакомцем?
— Этого незнакомца зовут Брайн Бренд. Он хочет получить труп магта. Помоги ему и не отходи от него ни на шаг. Когда все сделаете, возвращайся сюда. Однажды эти стрелки оживут… Да о чем ты говоришь?! Завтра — последний день!
Он резко повернулся и пошел к вездеходам.
— Он мне нравится, — заявил Талт, прилаживая к одной из сумок какую‑то железяку. — Хис — великий человек, но без меня ему все равно ничего не найти. Подержите вот этот прибор.
Брайн помог ему запихать оборудование в машину. Едва они закончили, другие вездеходы тронулись с места — Талт вскочил за руль и поехал за ними следом. Небольшая колонна долго пробиралась между скал, потом скалы кончились и начались песчаные холмы. Здесь вездеходы перестроились и широкой цепью быстро пошли к цели. Талт что‑то бормотал себе под нос и лихо крутил руль, внезапно он замолчал и посмотрел на Брайна.
Брайн не слышал, что спросил у него ниджорец, он как раз собрался подремать, чтобы восстановить силы перед боем, но Талту требовался собеседник, и он сыпал словами, нимало не смущаясь молчанием Брайна.
— Хис — идеалист, — вещал Талт. — Хочет остановить войну, которую не он начал. Они никогда не слушали Хиса, а он с самого начала предупреждал, чем это может кончиться, и оказался прав. Но они считали, что его идеи так же уродливы, как и он сам. Он, между прочим, специалист по военному делу. Военачальник на Ниджоре! Ха! Это все равно, что быть специалистом по льду в преисподней! Но он действительно все знает о войне. И вместо него командующим назначают дедушку Крафта.
— Но ведь Хис командует армией?
— Какая это армия! Горстка добровольцев… Нас слишком мало, и мы опоздали. Мы, конечно, и дальше будем воевать, но я чувствую, что добром это все не кончится. А на родине нас называют мясниками, — в его голосе послышалась обида. — Они там думают, что нам нравится убивать — считают психами. Они не понимают и не хотят понимать, что мы спасаем Ниджор, спасаем всех их от убийства.
В просвете между холмами показалась вершина черной башни, и вездеходы разом остановились.
— Отсюда пойдем пешком, — сообщил Талт.
Сначала они шли, потом, когда холмы кончились, поползли. Впереди, низко пригнувшись к земле, неслышно скользили темные фигуры. Никем не замеченные, террористы быстро достигли крепости и стали взбираться вверх по отвесной стене.
— Индивидуальные подъемники, — шепнул Талт. — Забрасываешь наверх веревку с присоской и поднимаешься при помощи портативной лебедки. Хис придумал.
— Мы пойдем тем же путем? — спросил Брайн. Они уже стояли у подножия стены.
— Нет, мы туда не полезем — мы просто взорвем стену. У меня есть план этой крепости… — Талт тщательно отмерял расстояние от земли. — Здесь!
В этот момент громкий крик прорезал ночную тишину, и яркая вспышка озарила гребень стены. Сразу же гулко загремели автоматные очереди, сверху посыпались обломки камней и какой‑то мусор.
— Началось! — крикнул Талт. — Теперь надо идти, пока магты заняты наверху.
Выхватив из сумки плоскую коробку, он быстро прикрепил ее к стене и нажал какую‑то кнопку.
— Ложитесь! — приказал он Брайну. — Это фугас — пробивает стену направленным взрывом, но иногда срабатывает совсем не в ту сторону.
Раздался грохот, дрогнула земля под ногами, а когда рассеялось облако пыли, они увидели пролом в стене. Талт посветил туда фонариком.
— Все в порядке. Идемте, пока магты не сбежались на шум.
Внутри все было загромождено обломками, и им стоило большого труда перелезть через завал. Талт осветил вход в темный коридор — коридор круто уходил вниз.
— Подземные склады, — пояснил он, — там они обычно прячут оружие.
Черный шар вылетел из коридора и упал у их ног. Талт хотел что‑то сказать, но Брайн, не дожидаясь объяснений, стремительно шагнул вперед и пнул шар ногой — тот улетел обратно в темноту. Брайн и ниджорец бросились на пол — из коридора вырвалось оранжевое пламя взрыва, в потолок полетели осколки.
— Гранаты! — крикнул Талт, вставая. — Раньше магты их не применяли. Надо предупредить Хиса.
Он схватил портативный передатчик и неразборчиво затараторил.
В коридоре что‑то шевельнулось, и Брайн несколько раз выстрелил наугад в темноту.
— Атака провалилась, — сообщил Талт. — Нужно уходить. Идите первым, я прикрою.
— Я пришел сюда за магтом и никуда без него не уйду!
— Вы что, рехнулись! Вас же убьют!
Магты появились неслышно, как призраки — выхватывая длинные ножи, они молча устремились вперед. Брайн увидел пред собой застывшие лица и нажал курок… Двоих он убил сразу. Третий — раненный, но еще живой — сжимая в руке нож, полз к нему, оставляя за собой кровавую полосу.
Брайн не шевельнулся. Сколько еще человек он должен убить? Или это не человек? Но все равно, добить раненого не поднималась рука — Брайн готов был умереть сам, лишь бы не убивать…
Талт прошил магта короткой очередью.
— Вот вам труп — и давайте быстрее!
Вдвоем они вытащили труп наружу. Брайн спиной чувствовал опасность, но ничего не произошло, только со стены бросили гранату, да и то она взорвалась довольно далеко, не причинив им никакого вреда.
Один из тяжелых вездеходов кружил совсем рядом, обстреливая крепость из крупнокалиберного пулемета, и к нему сбегались отступающие ниджорцы. Брайн и Талт тоже бросились к этой машине, волоча за собой труп магта. Талт оглянулся и побежал быстрее.
— Они за нами гонятся! Такого еще не было!
— Наверное, пронюхали, что мы взяли тело, — отозвался Брайн.
— Может, бросим его… тяжело тащить…
— Я скорее вас брошу! — озлился Брайн. — Давайте сюда, я сам понесу. — Он отобрал труп у Талта, который особенно и не сопротивлялся, и взвалил его себе на плечи. — Прикройте меня.
Талт принялся ожесточенно палить в сторону крепости — кто‑то из преследователей упал, другие продолжали бежать. С вездехода заметили, что происходит что‑то неладное, и двинулись им на помощь. Когда машина приблизилась, Брайн первым делом закинул в кузов труп магта, а потом забрался сам. Через секунду подоспел Талт, и вездеход, развернувшись на месте, быстро пошел прочь от крепости.
— Знаете, Бренд, — сказал Талт, немного отдышавшись, — я ведь пошутил… Ну, когда предлагал бросить труп. Вы, наверное, тоже пошутили в ответ?
Поделиться книгой: