Ja - Zivoi!/mi - Zivee Zivix!

Вымыв руки и лицо, я , спустя час, вернулся к первостепенной задаче.

Нужен ломик. Нашел ломик, поудобней устроился, еще раз пристально оценив проделанную мною работу , (учитывая тот факт, что делал это собственными руками впервые в жизни), и теперь уже быстро расковырял нычку. Стоило выбить один кирпич и остальные пошли как по маслу: раствор оказался совсем слабый. Разве что рукой не проломишь.

И взору моему открылась глубокая, сухая ниша заваленная всяким тряпьем. Однако, порывшись в нём основательнее, совсем скоро, не без усилий и должной сноровки, я вытащил на свет свою находку.

Ею оказался увесистый футляр. Темно-коричневая кожа, больше метра в длину, сантиметров пятнадцать в толщину и тридцать по высоте.

Разместить на коленях его не представлялось возможным в достаточно узком окопе ямы и я выбрался из-под "бульки", освободил место на столе, надавил на клавиши... И Меня постигло разочарование. Футляр не открылся.

Приглядевшись внимательнее (я аж включил фонарик), я, расстроенный, вздохнул...По три колёсика с цифрами на каждом замочке.

Присев на табурет, я закурил, не сводя с находки глаз...Пал Палычь, не обмолвился ни словом о шифре... А жаль... Я не хакер и не медвежатник и не вандал, в конце концов, что бы просто попытаться открыть футляр фомкой!... А если там что-то действительно ценное?... "Это вам несомненно поможет выжить. Бороться."...Что мне могло помочь выжить в нынешних условиях? Бесспорно ствол. Хотя бы пистолет... Неужели... Однако для пистолета, на мой взгляд. Футляр был слишком большой. Даже для двух. Охотничье ружье? Я закусил губу.... Никогда не слышал от Пал Палыча ни слова об его увлечении охотой...Да и нашей стране подобного рода огнестрел необходимо хранить в специальных металлических чемоданах - сейфах...А здесь и намёка на сейф нет... Ладно, об этом потом. Сейчас надо шифр разгадать.

Но ни кода, ни подходящего ключа в связке, которую я забрал из квартиры четы Соловьевых, я не обнаружил...Что же делать???... Время шло. За час я перебрал наверное с тысячу комбинаций, однако всё мимо!... Если бы код был столь сложен, Палыч обязательно намекнул мне об этом... И нутром, я чувствовал, ответ был здесь, рядом. Совсем близко. И он настолько очевиден, что и думать особо не надо-то. А я пошел, как всегда в обход, словно настоящий герой!... В сотый раз перечитал письмо... Нет ничего особенного...В пепельнице уже дымилась пятая нервно скуренная сигарета, я затушил её особенно рьяно, вкладывая в незамысловатые движение кисти всю негативную энергию, для того что бы успокоиться. И немного переусердствовал. Надавил подушкой указательного пальца на ещё не затухший кончик окурка и заработал лёгкий , но неприятный ожег. Отдернул руку, связка ключей сорвалась с мизинца и со звоном грохнулась на пол.

А я замер... Ключи... Действительно!... Это же вариант!

Я вспомнил, что и не раз и не два, в разговоре, здесь за кружкой чая, Пал Палыч несколько раз говорил о том, что ключи-эти очень важны для него. Я тогда ещё поинтересовался "зачем так много?", если пара от гаража и один от входной двери...Тогда Пал Палыч и ответил мне примерно так : " Алекс, мои ключи, вся эта связка, от двери в моё прошлое..."... И вот теперь кладка, ниша, клад... Сноп самых различных ключей... Прежде чем подобрать связку с пола, я внимательнее пригляделся к ним, заметив странную закономерность: ни один ключик не был по длине похож на предыдущий... Почитал... Шесть... Как и кругляшей с кодом... Что же ещё привлекало моё внимание?... Что-то в них тайком напоминало мне об одном увлечении Пал Палыча... Я страдальчески наморщил лоб... Физика?... Нет, и точно не литература, хотя именно литература была основной темой наших продолжительных разговоров... Ма!... Геометрия! Вот что! Пал Палычь обожал черчение и геометрические фигуры. Он даже картины писал в стиле кубизма, что ли. Я видел некоторые из них у него дома... Вот она разгадочка-то!...

Положил связку на стол рядом, распределив ключики так, что бы каждый последующий был короче предыдущего... Задался вопросом. От короткого к длинному или наоборот? Решил оттолкнуться от первого варианта. Самый первый ключ, имел треугольную головку, второй пятиугольную, третий опять пятиугольную, четвертый был с круглой головкой, пятый с квадратной, шестой с круглой... И что мы получили? Три-пять-пять-ноль-два-ноль... Несколько секунд погодя замки щёлкнули и я откинул верхнюю тяжёлую половину футляра.

...Несколько толстых тетрадок исписанных красивым каллиграфическом почерком с таблицами и формулами, чертежными и схемами, перекочевали на крышку стола, под тетрадками обнаружилась целая стопка черно-белых и цветных фотографий...Черно белые явно сделаны в времена Великой Отечественной. Они пожелтели от старости, утеряли контрастность... Вооруженные люди в камуфляжных костюмах улыбались незримому фотографу, стоя на руинах огромного смутно знакомого здания. Я перевернул фотографию и увидел дату и место. Берлин. 18 мая 45-го.Рейхстаг... Я покачал головой, вот дела! Вот так живёшь с человеком полтора года по соседству, дружишь и ничегошеньки не знаешь о нём... И таких фотографий было много, однако я уже не смотрел на них, прорываясь сквозь запечатленное прошлое Пал Палыча к спасению своего настоящего... Футляр тяжелый, а тетрадей и фоток не так и много, что бы оправдать его вес.

Я уже внутренне готовился увидеть какой-нибудь трофейный автомат. Что-то вроде знаменитого МП-44. А почему бы и нет? Судя по фоткам, Пал Палыч служил в войсковой разведке или диверсионной группе. Обычные пехотинцы в камуфляже не воевали...И ещё пример... Мой дед, так и не сдал свой личный ППШ, комитетчикам, после войны. Схоронил где-то в болотах белорусских. Так что же мешало Пал Палычу не припрятать и себе нечто подобное на чёрные деньки, вроде тех, что наступили сейчас... Однако, когда я наконец добрался до льняной ветоши и торопливо раскинул её лоскуты в стороны, у меня перехватило дыхание и отвисла челюсть... То, что я увидел, я ожидал увидеть меньше всего на свете. Скорее уж очередные ключи от комплекса СС-22, но ЭТО!...

Поначалу перед моими часто моргающими очами предстали аккуратно разложенные, внушительных размеров эбонитово - чёрные стальные обоймы - пять штук, это внизу и по центру, в правом нижнем и левом верхнем углах, расположились увесистые бумажные упаковки, однозначно не с конфетами - насчитал двадцать, в левом нижнем и правом верхнем углах обнаружились матерчатые подсумки светло-серого цвета, а по середине всего этого, в специально изготовленной нише, обтянутой серым бархатом, покоилась явно не кофеварка!... Обливаясь потом, словно минёр на задании, я распахнул ещё одну промасленную ветошь и увидел винтовку с оптическим прицелом!

Хорошо знакомую любому молодому человеку, игравшему в мало-мальски известный "шутер",и не молодому, послужившему в армии. Да что там говорить, то, что должно было мне помочь "бороться", было известно на весь долбанный мир!

...И Крякнул я: - Если это охотничье ружье, то я папа Римский!

Гладя кончиками пальцев по черной, рельефной ствольной коробке, по деревянному отполированному светлому ложу и скелетообразному прикладу, я не верил ни своим ощущениям, ни глазам, естественно. Потому что ЭТО было Слишком! Даже в играх, что бы заполучить подобную вещицу, надо было постараться, а что бы в реальной жизни, да вот так просто!...

...А просто ли? Задумался Я.если бы не вернулся на помощь. Если бы не прочёл письма. Если бы не унёс ноги от той твари...Я передёрнул плечами... Да нет... Не так всё и просто... Пал Палычь! Как же ты умудрился её сохранить, после развала СССР? Ведь это не пистолет и даже не автомат... Такие "инструменты" везде и всегда на строгом учёте!

Я глянул на часы.

Полдень.

Встав из-за стола и распрямив затёкшие ноги, я тихонько заплясал джигу.

...А в четыре часа дня, с отбитым плечом и подбитым глазом, я был готов к поездке к тёте Алле...

Пал Палыч сдержал слово и одарил меня сколь восхитительным, столь жизненно необходимым "инструментом". Казалось бы, пора исполнить поскорее и свои обещания. Но в то же время, я осознавал, дойди дело до вооружённого конфликта, и стрелять из "плётки", так про себя я наименовал приобретённую винтовку, "от бедра, да по ковбойский манер", совсем не дело. Это не пистолет или дробовик. Ее стихия начиналась минимум с сотни-другой метров.

С местом для импровизированного стрельбища, проблем у меня не возникло. Подходящую, узкую, закрытую со всех сторон деревьями и кустами, дорожку я приметил ещё до Большого Пепца. Гулял там с собакой, когда у неё было "особое настроение". А снарядить обоймы не составило особого труда. Дистанцию в сотню метров, вымерил рулеткой, позаимствованной из гаража Пал Палыча, куда я намеревался теперь вернуться, и не раз.

Мишень, 40 на 40 сантиметров, разрисованную девятью черными, тонкими кругами и пронумерованную, от тройки до восьмерки, закрепленной на холсте треноги, (позаимствованной так же из гаража), установил основательно и приступил к освоению винтовки сразу с оптики. Хоть, может быть и не верно совсем, да снимать прицел, а потом пристреливать совершенно незнакомое оружие я не горел желанием. Тут бы научиться просто попадать с сотни шагов!

Самое трудное оказалось "положить глаз" на "ось прицеливания". Пришлось повозиться со "щекой" на прикладе, потерев об неё щекой собственной. Я многократно приникал к резиновому наглазнику, находясь в самых разных позициях. И лёжа и стоя и с колена. И чем сильнее болели руки, тем лучше у меня получалось.

Патронов было много. Четыреста штук. По двадцать в каждой упаковке. Угрожающе-остроносых, длинных и тяжелых. Но палить во все стороны, подобно ковбоям дикого запада, я не собирался, а собирался ещё как экономить! Решил делать выстрел за десять, по возможности, конечно. Ведь обольщаться по поводу собственных талантов не стоило. Мой опыт ведения огня из снайперского оружия ровнялся абсолютному нулю. Я обладал лишь той частью знаний почерпнутых мною из одной толстой, затрепанной тетрадки Пал Палыча. На темно-синюю обложку которой была наклеена посеревшая от времени цифра "3".

Винтовка и пугала и будоражила мои чувства одновременно. И я, минут двадцать успокаивал в себе это радостное возбуждение, прежде чем начать.

Уложив длинный ствол на предварительно скрученный спальный мешок, я распластался на расстеленном втором "спальнике", снял оружие с предохранителя, немного дрожащими пальцами, оттянул на себя затвор, загоняя патрон в ствол, "насадил" перекрестие мишени на угольник прицела и надавил на курок...Громыхнуло так, что от испуга я ослабил хватку и соскользнувший с плеча приклад саданул больно по скуле, да и в кость ключицы, лягнул он меня неслабо!

Конечно же я не попал. Пуля куда-то улетела, неведомо куда и ещё летела так с километра три, как стрела царя Ивана.

...Приладился к "плётке" вторично. Надавил на курок опять, уже плавней, как положено на выдохе, плотно прижав приклад к плечу, постаравшись слиться с оружием в единое целое, я был готов и к выстрелу и к отдаче, однако ничего не произошло!

Немало удивившись и испугавшись, что винтовка сломалась, я оттянул затвор на себя и стал свидетелем вылетевшей гильзы! Блестящей и дымящейся...

Насколько я знал, СВД была автоматической...А винтовка Пал Палыча нет? Ладно, без паники: разберемся.

За полтора часа, я разобрался. Привык к грозному оружию, подкорректировал прицел под себя маховиком отвечающим за вертикальные поправки, произвел ещё пятнадцать выстрелов из которых последние пять легли в основательно продырявленную цель с минимальным разбросом.

Довольный результатами, я отложил винтовку в салон машины и на перекур. Практика была необходима, но практиковаться уже стоило на зомби. Зомби?... Да нет... Для зомби это слишком много чести! Тут и топорика достаточно!

Прежде чем ехать, я пролистал главу о ведении снайперского огня в городских условиях и установил прицел на "двойку", удовлетворённо буркнув самому себе под нос: - Всё. Точка. Теперь я мужик...

Насколько я понял из письма Пал Палыча, тётя Алла жила недалеко от места, которое я выбрал, под стрельбище. В новом поселке, где-то в трех километрах по дороге на право.

Дорога была новой, асфальтированной, гладкой и пустой.

Открыв окна, я неспешна катился в намеченном направлении. И это меня спасло. Из-за дальнего поворота послышался гул мощного двигателя. Скорее всего, принадлежавшего грузовой и основательно нагруженной машине! Мотор аж подвывал от натуги.

Не думая, я свернул влево и буквально залетел в распахнутые декоративные ворота ближайшего домика, загнал "бульку" за угол постройки и поднял стёкла почти до упора. Оглянулся и встретился взглядом с мертвяком. Вздрогнул от неожиданности. Бородатый старик, был весь изорван, в одной некогда бело-голубой полосатой пижаме. От его лица мало что осталось, выели всё до самой кости... Один глаз таращился на меня другой болтался на нерве. Мертвяк стоял как раз на углу дома! Его могли заметить и пальнуть или ещё чего... Он привлекал внимание, короче, на мой взгляд... Я было потянулся за топориком, преодолевая тошноту, но замер на полпути: грузовик остановился прямо по ту сторону дома. Скрипнули тормоза.

Мертвяк отвернулся от меня и сосредоточился на новых людях.

-Узбек, давай, бери ствол и вынеси этому деду мозги! - услышал я хриплый голос. -Учись стрелять, братан, не всё же им тыквы битой разбивать!

Мертвяк как-то дёрнулся и сделал шаг в сторону грузовика. Прогремел первый выстрел. Мимо. Второй... А затем и без того изуродованная голова деда запрокинулась назад, развалившись на части у меня на глазах.

Я икнул, люди в грузовике заржали одобрительно. - Казах, а ты млять, прям Ворошиловский стрелок! С десяти метров так, красавчик!

-Да пошли вы! - видимо ответил тот самый Казах с заметным и характерным акцентом.

Двигатель взревел и грузовик немедля поехал дальше, быстро набирая скорость.

Выждав пару минут, я тоже поспешно покинул укрытие: на шум выстрела начали сбредаться зомби. Некоторые из них практически побежали за мной, когда я рванул "бульку" по дороге дальше.

Пронесло... Выдохнув, я сбавил скорость и вновь открыл окна.

Кем бы не работала тётя Алла, домик у неё был хоть куда. Кирпичный, в два с половиной этажа, с красивым фасадом, забором и небольшим, ухоженным садиком. И закрытыми воротами. Дом был в самом начале короткой, но весьма благоустроенной улицы упиравшейся в берег искусственного озера.

Я выбрался из машины, достал топорик наизготовку, (винтовка-это крайний случай), и перемахнул через забор. Уже третий раз за день и, по-моему, раз пятый за всю осознанную жизнь.

Окна закрыты и плотно зашторены, двери заперты. Я тихонько обошёл дом, присматриваясь. Не-ет. Всё на первом и втором этажах закрыто... А вот на крыше, люк был открыт! Я бы даже сказал приветливо распахнут. И крупная, молодая, но уже крепкая берёза тянулась к небу совсем рядом. Одна из её веток практически упиралась в выложенный рыжей черепицей, откос.

И я начал подъём, кряхтя, словно старый недовольный, дед. Веса во мне достаточно, так что каждый метр к заветному люку я буквально отвоевывал, сопя и беззвучно

четырехаясь. До крыши оставалось с пару метров, когда я всё-таки решил передохнуть. И ветка удобная подвернулась под попу. Так чего ж не посидеть?