Помоги проекту - поделись книгой:
— Не опоздаешь?
— Нет.
Слегка обескураженный таким предметным отпором, я, тем не менее не утратив педагогических интонаций, попрощался и почему-то уверовал, что моим поискам и мытарствам пришел конец.
На следующий день, по-видимому в связи с законом мировой справедливости, я сам опоздал к назначенному часу. Всего на пять минут, но мне было чрезвычайно неловко. У входа в училище я столкнулся со своим студентом Миколасом Орбакасом (1945), который тоже опаздывал непосредственно на урок, за что немедленно получил от меня разнос (23-летний Орбакас тогда учился на 4-м курсе. —
Ждавшая меня в фойе девушка как-то пристально, со значением глянула на Орбакаса и потом смотрела на него не отрываясь. Ее поведение показалось мне немного странным, равно как и блеск ее зеленых, с бесовщинкой на дне зрачков, глаз.
Много позже выяснилось, что накануне Алла встречалась с композитором Кириллом Акимовым и поэтессой Кариной Филипповой, уповая на их помощь в формировании собственного профессионального репертуара. В конце встречи, когда все деловые вопросы были оговорены, Карина, по национальности цыганка, предложила Алле погадать:
— Будет у тебя завтра встреча в казенном доме, и первый мужчина, которого ты встретишь, станет твоим мужем.
Волею случая, первым мужчиной, которого встретила Алла, стал не я, а обогнавший меня Орбакас. Этим-то и объяснялось ее до странности пристальное внимание к его персоне…»
А вот как вспоминает о той судьбоносной встрече сам Миколас Орбакас:
«Олег Наумович Непомнящий шел с Аллой через манеж, ая на них с балкона смотрел. А в перерыве я вышел покурить. Вдруг мимо меня идет какая-то девчонка. Ничего из себя — рыжая, в черном костюмчике, в белой блузке. Рядом с ней Олег Наумович. И вот перерыв закончился.
Гастроли циркачей проходили летом. Именно там между Пугачевой и Орбакасом пробежала первая искра взаимной симпатии. У них начался роман, но чисто. платонический. Сегодня это звучит более чем странно: такого рода романы в нынешней эстрадной среде уже не практикуются. Однако тем и отличается нынешнее циничное время от советского: целомудренности тогда было больше. По словам М. Орбакаса:
«На этих гастролях мы очень сблизились с Аллой.
Но однажды утром Алла разбудила меня и сказала: «Ну что, пойдем делать предложение.». Речь шла о визите к родителям.
Тем не менее отвертеться ссылками на несолидный гардероб мне не удалось. Алла сказала, что ничего страшного, что, мол, пора поближе познакомиться с ее родителями.
Мама Аллы, Зинаида Архиповна, сразу же спросила: «А где вы будете жить?». А ее отец, Борис Михайлович, тут же подсказал выход: «У нас по соседству освободилась комната, пока что никто не занял. Не зевайте! Просите ее как молодая семья!». В общем, мы уже начали обсуждать детали, как тут началось итальянское кино!
Раздается звонок в дверь. Кто бы вы думали пришел? Еще один жених!!! Это был Валера Романов. Русский парень из Риги. Валерий после института служил военным переводчиком в Египте, а до этого ухаживал за Аллой. И вот он и решил сделать ей сюрприз: вернулся на родину без всякого предупреждения.
Реакция у присутствующих была разная. Алла, например, дико хохотала, слезы текли градом. Мама ее то бледнела, то краснела, то улыбалась, то морщилась. У папы вдруг нашлись срочные дела на кухне… Видя такую неловкую ситуацию, я тоже быстро раскланялся. Помнится, у меня еще мелькнула мысль: вот она судьба!
С этими мыслями я поехал в общежитие в Кунцево, к своим самым близким друзьям. Они стали утешать, сбегали в гастроном за бутылочкой. Мы выпили и легли спать.
Рано утром часов в семь меня будят. Надо мной стоит Алла и спрашивает: «Ты чего? Мы ведь решили идти в ЗАГС подавать заявление…».
Свадьба состоялась 8 октября 1969 года. Пугачева сменила фамилию на Орбакене, что было поступком с ее стороны — все-таки фамилия Пугачевой на тот момент была уже известна в эстрадной среде. И вдруг на тебе — Орбакене! Денег, которые молодые заработали во время летних гастролей, хватило, чтобы сшить жениху свадебный костюм, а невесте купить платье. На оставшиеся деньги была снята столовая на Крестьянской заставе, куда было приглашено 90 человек. Подавляющая часть гостей были из Москвы. Из Литвы приехало человек пять — родители жениха и друзья. Свидетелями на свадьбе были: со стороны жениха - художник-сюрреалист Виктор Кротов, со стороны невесты — ее сокурсница по училищу Наталья Лебедева, работница «Мосфильма» (это она потом познакомит Пугачеву с супружеской четой в лице Александра Орлова и Аллы Будницкой, и те снимут певицу в главной роли в фильме «Женщина, которая поет»).
С жильем молодым повезло: они получили его очень быстро — ту самую комнату в двухкомнатной квартире, про которую говорил отец Аллы (вторую комнату тоже занимала молодая семья: муж работал поваром, жена — продавцом). Помогла ее получить директор Музыкального училища имени Ипполитова-Иванова Гедеванова, которая была еще и депутатом Ждановского района. Условия жизни были почти спартанские: из всех благ цивилизации только центральное отопление, водопровод и канализация. Горячей воды не было. Чтобы искупать ребенка или постирать пеленки, приходилось греть воду. Мыться же молодые ходили в Воронцовские бани, которые находились поблизости.
Спустя полтора года после свадьбы — 24 июня 1971 года — у молодых родился ребенок — дочка Кристина. А буквально через месяц молодым родителям дали новую квартиру — на Рязанском проспекте (отметим, дали бесплатно, поскольку такие были в СССР порядки). Родители Пугачевой устроились в доме напротив, что было очень удобно: молодые — на пятом этаже, родители — на восьмом, окно откроешь, помашешь рукой и никакого телефона не нужно.
В конце 1972 года молодая семья вновь получила новую квартиру: двухкомнатное жилье в девятиэтажке на Новокузьминской улице, рядом с мебельным магазином. Именно в последнем молодые приобрели первую значительную вещь — польский гарнитур из 12 предметов. К тому времени Орбакас зарабатывал на эстраде по 350–400 рублей, а Алла, будучи солисткой в оркестре Олега Лундстрема, — около 180–200 рублей.
Как ни странно, но переезд в новую квартиру не смог уберечь молодую семью от развода. Причиной его было множество факторов, в том числе и творческие. Имеются в виду растущие аппетиты Пугачевой по части карьерных амбиций. Ее манила слава эстрадной звезды и Орбакасу в этих планах места не было. То, что он мог дать Пугачевой (ребенка), он уже дал, а в остальном проку от него было мало.
Логическая развязка во взаимоотношениях Пугачевой и Орбакаса наступила осенью 1973 года — молодые развелись.
По иронии судьбы развод выпал на тот же день, в какой расписались — 8 октября. М. Орбакас вспоминает:
«Все получилось как-то само собой. Помню, я вернулся из Ленинграда, а на столе — записка от Аллы: «Я уехала. Буду такого-то». Недели через полторы она появилась. Мы в отпуск собирались. А тут она говорит: «Я опять уезжаю». Ну ладно… Я отправился отдыхать один… Недели через две меня отозвали на работу. Потом вернулась Алла. Мы поговорили и решили пожить отдельно. Подали заявление на развод. Алла нашла вариант размена, и я переехал в Марфино. Единственное, что взял из старой квартиры, — матрас, подушку, телевизор «Горизонт» и китайский обливной таз. Причем сразу после переезда я уехал на гастроли. Потом, когда вернулся, начал обустраиваться: купил топчан, шкаф, стол, стулья.
Сначала Алла злилась на меня и заявила, что с ребенком я видеться не буду. Но потом, через четыре месяца сама позвонила и спросила: «Ты почему дочь не навещаешь?». И тогда я стал «воскресным папой» и стал принимать достаточно веское участие в воспитании Кристины, пока она не выросла.».
В этом рассказе есть одна загадка: почему Пугачева разозлилась на Орбакаса и что именно стало последней каплей, переполнившей чашу ее терпения. Много позже, в 2006 году, во время съемок в фильме «Любовь-морковь», Кристина Орбакайте проболтается об этой истории своему партнеру по фильму Гоше Куценко. В его изложении эта история будет выглядеть следующим образом:
«Жили Алла с Миколасом очень скромно. Алла копила деньги на детскую кроличью шапку для Кристины — 25 рублей. По тем временам это было целое состояние (средняя зарплата в первой половине 70-х в СССР равнялась 130–140 рублям. —
Развод с Орбакасом, случившийся за два года до триумфа Пугачевой на «Золотом Орфее», можно назвать закономерным. Главное свое предназначение — произвести на свет дочку — Орбакас выполнил, после чего стал для Пугачевой обузой. Она методично шла к своей славе, и накануне ее завоевания возле нее должны были находиться мужчины, которые могли бы ей что-то дать — не только по части физиологии (элементарного секса), но и по части идейного наполнения (творчески).
В феврале 2000 года, в интервью «Экспресс газете», Орбакас так охарактеризовал свои нынешние отношения с бывшей супругой:
«С Аллой Борисовной у нас отношения никакие. Последний раз мы виделись с ней в ресторане, когда она отмечала свое 50-летие. Но нам даже не удалось толком поговорить. Мы перекинулись парой фраз. Там же сидели 300 человек. Для Аллы каждому два слова сказать — на полтора часа разговоров. Она приглашала меня на юбилей не лично, а по почте. Вы же понимаете. У нее своя жизнь. Для меня она как далекая планета. К сожалению, наши орбиты не соприкасаются.».
Композитор из большого кино.
Весной 1969 года состоялся дебют Пугачевой-певицы в большом кинематографе. А протежировал ее туда композитор Микаэл Таривердиев. Он пришел в большое кино еще во второй половине 50-х, написав песню к фильму «Человек за бортом» (1956), причем эту песню исполнила студентка ВГИКа Людмила Гурченко, которая вскоре станет звездой всесоюзного масштаба.
Спустя десятилетие на счету Таривердиева было уже несколько фильмов: «Юность наших отцов» (1958), «Мой младший брат» (1962), «Прощай» (1967), «Пассажир с «Экватора» (1970) и др. У него уже было имя в киношной среде, поэтому выбор режиссера Павла Арсенова, который взял его композитором в свою картину «Король-Олень», был понятен: ему хотелось, чтобы фильм по-настоящему «прозвучал». Так и вышло. Причем свою руку к этому успеху приложила и Алла Пугачева, которую пригласил на съемки Таривердиев. Последний вспоминал:
«Вадим Коростылев написал сценарий по сказке Гоцци, и они с Пашей Арсеновым предложили мне сделать кинооперу. Мы начали работать, это было очень интересно именно потому, что это был не мюзикл, а опера. Незадолго до этого прошла картина Деми «Шербурские зонтики», и мы хотели сделать нечто подобное. Где был бы минимум текста и максимум музыки. Как раз в это же время я работал над своей первой оперой «Кто ты?», и весь курс Бориса Покровского из ГИТИСа, который принимал участие в ее постановке, мы задействовали и на съемках «Короля-Оленя». Все хоровые вещи пели они. Конечно, картина снималась так, что все сначала было записано, а потом уже были съемки. Именно тогда впервые появилась Пугачева, юная, никому не известная девчушка лет восемнадцати (на самом деле ей тогда исполнилось 20 лет. —
Одну из трех вокальных партий — «Дуэт короля и Анжелы» — Пугачева записала в апреле 69-го на «Мелодии». Съемки фильма должны были начаться сразу после майских праздников, но случилась заминка: павильон оказался не готов к сроку. И тогда, чтобы не терять время, была записана вся оставшаяся музыка (Пугачева спела еще две песни: «Тарантеллу» и «Балладу Анжелы»). Как вспоминает сама певица: «Первая работа в кино далась мне нелегко. С музыкальной точки зрения это вроде бы и удача, ибо по настроению все получилось совершенно точно. А вот по актерскому воплощению характера кто-то из нас допустил неточность: либо я, либо исполнительница роли Анжелы актриса Малявина. Когда я записывала вокальную партию Анжелы, еще не было никакого отснятого материала, и мне в некотором роде пришлось работать вслепую. Более всего я ориентировалась на композитора: Микаэл Таривердиев расписал мне буквально в каждой песне, что и как нужно делать. Наша Анжела была инфантильной и подчас капризной принцессой. Представление об этом образе героини у Валентины Малявиной поначалу тоже укладывалось в такие рамки. Эта актриса обладает очень своеобразным тембром голоса, и я пыталась максимально приблизиться к нему. В результате пела не своим голосом. Словом, получилось то, что нужно было композитору, но не совсем то, что нужно было для фильма. Потому что, как выяснилось в ходе съемок, режиссер видел в Анжеле натуру резкую, настойчивую, прямолинейную…».
Следующая творческая встреча Пугачевой и Таривердиева произойдет через пять лет — осенью 1974 года. Пугачева только что заняла 3-е место на Всесоюзном конкурсе артистов эстрады, а Таривердиев в эти же дни работал над музыкой и песнями к телефильму Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С легким паром!». В самом конце сентября съемочная группа вошла в подготовительный период, во время которого выбирались места натурных съемок, подбирались актеры, писалась музыка. Вернее, музыка была написана Таривердиевым чуть раньше, но исполнители ее подбирались именно тогда. Волею судьбы ими стали Сергей Никитин и Алла Пугачева. Отметим, что до этого Таривердиев хотел отдать женскую вокальную партию в фильме своей тогдашней пассии — молодой 25-летней певице Валентине Игнатьевой, которая одно время пела в оркестре Л. Утесова, а потом устроилась работать в Московский экспериментальный театр-студию Юденича в качестве драматической актрисы. Однако она не бросала и пение, чем и привлекла внимание Таривердиева. По ее же словам:
«Нас с Микаэлом познакомили общие друзья, когда он пришел на один из моих спектаклей и остался на вечерний банкет. И сразу завязался недолгий роман, но какой мощный! Страсть Микаэл мог разжечь в любой женщине. даже самой холодной. А я сама-то была как июльский день. Однажды он приехал ко мне в театр и предложил спеть несколько песен в «Иронии судьбы». Как я тогда намучилась и наплакалась, песни давались с большим трудом. Из-за нехватки времени я успела разучить и записать всего две песни, и на мое место пригласили в то время еще малоизвестную Аллу Пугачеву. Это теперь я понимаю, какую ошибку совершила!..».
А теперь послушаем рассказ самого М. Таривердиева: «Когда начались съемки «Иронии судьбы», мы стали искать певицу.
В «Иронии судьбы.» Пугачева спела четыре песни: «По улице моей» (стихи — Б. Ахмадулина), «На Тихорецкую» (стихи — М. Львовский), «Мне нравится» (стихи — М. Цветаева), «У зеркала» (стихи — М. Цветаева). Отметим, что записывались они весной 1975 года — за два месяца до триумфа Пугачевой на «Золотом Орфее». А широкая публика услышала их во время всесоюзной премьеры фильма в январе 1976 года, когда имя Аллы Пугачевой уже стало известно. Но эти романсы добавили изрядную долю славы молодой исполнительнице, показав ее публике с другой стороны — романсовой. Стало понятно, что этот «арлекин» умеет не только громко радоваться, но и тихо грустить. Короче, новая встреча с Микаэлом Таривердиевым оказалась для Пугачевой куда более знаковой, чем первая. Правда, встреча эта длилась недолго. После премьеры «Иронии судьбы.» Пугачева стала выступать с песнями из фильма в различных аудиториях, где позволила себе внести в их звучание собственные изменения, которые не понравились Таривердиеву. Между ними произошел конфликт, который развел в стороны этих талантливых людей. Во всяком случае, так гласит официальная версия их взаимоотношений.
Еще один режиссер.
Дебютный фильм Пугачевой «Король-Олень» еще только готовился к премьере (он выйдет на экраны страны в декабре 1970 года), когда ее в качестве певицы за кадром пригласили в очередную ленту. На этот раз это был телефильм, причем двухсерийный. Его режиссерами выступили двое кинематографистов — Александр Орлов и Леонид Пекур. Поскольку в жизни Пугачевой особая роль будет принадлежать только первому, о нем и расскажем.
На момент съемок Орлову было 30 лет (он родился в 1940 году в семье футболиста киевского «Динамо» Сергея Орлова), и это была его дебютная картина. А до этого он, закончив ВГИК (1962), был актером, снявшись в таких фильмах, как «Внимание! В городе волшебник!» (1964; Волшебник), «Хоккеисты» (1965; Введенский), «Герой нашего времени» (1966; молодой офицер) и др.
С 1965 года Орлов стал работать преподавателем пантомимы в своей «альма-матер» — ВГИКе, а спустя пять лет подался в режиссуру, согласившись снять фантастическую сказку «Удивительный мальчик» для ТВ. А поскольку фильм был музыкальный (в нем должны были звучать восемь песен), они с композитором Эдуардом Артемьевым все ноги себе сбили в поисках нужного вокалиста. Пока однажды кто-то не посоветовал им пригласить в картину 21-летнюю Аллу Пугачеву, которая только что на Киностудии имени Горького блестяще спела песни для фильма «Король-Олень». Далее послушаем рассказ самого А. Орлова:
«Как сейчас перед глазами картина: мы с композитором Эдуардом Артемьевым приехали на его стареньком «Запорожце» к Алле на Крестьянскую заставу знакомиться. Она выпорхнула из подъезда — 20-летняя, рыжеволосая, в коротеньком платьице, на высоченных каблучках. И мы сразу с ней поехали к инструменту…»
В «Удивительном мальчике» из восьми песен Пугачевой достались пять: «Начинается наш рассказ», «Королевская дочь», «Развязала веревки», «Шаг, шаг, еще шажочек» и «Вот и кончился наш рассказ». Причем пела наша героиня на все лады — и за мальчика, и за девочку, и за взрослых. Правда, советские телезрители смогли наслаждаться этим пением всего лишь единожды — в день премьеры фильма 1 января 1971 года. После чего картину было решено положить на полку, то ли по причинам идеологического, то ли эстетического характера. И в следующий раз фильм выйдет на телеэкраны уже в наше время — в апреле 2011 года.
Но в жизни Пугачевой эта картина сыграет свою благотворную роль. Она познакомится как с Орловым, так и с его женой — актрисой Аллой Будницкой, с которой они станут подругами. И знаменитое платье-балахон, с которым Пугачева победит в 1975 году на «Золотом Орфее», сошьет ей мама Будницкой — профессиональная портниха. Что касается Орлова, то он привлечет Пугачеву к съемкам в двух своих последующих картинах. Так, в телефильме «Стоянка поезда — две минуты» (1972) она вновь появится за кадром, исполнив четыре песни Геннадия Гладкова на стихи Юрия Энтина: «Или-или», «Песенка официантки», «Мой городок» и «Предчувствия». Две последние станут шлягерами, по-настоящему украсившими этот милый и незамысловатый по сюжету фильм.
Наконец, в 1977 году Орлов и Пугачева сойдутся на съемочной площадке снова, но уже более основательно. В те годы в СССР были очень популярны музыкальные фильмы, в которых блистали звезды зарубежной эстрады: испанский «соловей» Рафаэль (фильм «Пусть говорят» 1970 года выпуска), румынский певец Дан Спатару» (фильм «Песни моря» 1971 года выпуска) и др. На этой волне и было решено снять советский художественный фильм, где в центре сюжета была судьба эстрадной певицы. В итоге в 1977 году именно Орлов на «Мосфильме» и запустился с фильмом «Женщина, которая поет», где в главной роли снялась Алла Пугачева (в образе певицы Анны Стрельцовой). Проект полностью себя оправдал, заняв в прокате 1979 года 1-е место, собрав на своих сеансах 59 миллионов 400 тысяч зрителей. Причем отметим, что смета у фильма была всего 383 тысяч рублей, а прибыль он принес многомиллионную. Правда, сама Пугачева с проката ничего не получит, удовлетворившись гонораром за съемки, составившим 3 740 рублей (53 съемочных дня). Это были вполне сносные деньги, если учитывать, что другие партнеры певицы по фильму получили куда меньшие суммы: А. Будницкая заработала 683 рубля (11 дней), Николай Волков — 538 рублей (15 дней), Александр Хочинский — 458 рублей (12 дней).
«Дуэтный» мужчина.
Примерно с конца 60-х на отечественной эстраде как грибы после дождя стали появляться разнополые дуэты. Причем в основном это были семейные пары, что вполне объяснимо: какой муж (или жена) отпустит свою вторую половину на длительные гастроли с чужим человеком, поющим с ним (с нею) в дуэте. Самыми популярными дуэтами первой половины 70-х были: Алла Иошпе — Стахан Рахимов, Вероника Круглова — Вадим Мулерман, Екатерина Шаврина — Михаил Котляр. Видимо, отдавая дань моде, в 1974 году решила встать на этот же путь и Алла Пугачева. Ее второй половиной стал молодой певец Юлий Слободкин, с которым она познакомилась осенью 1971 года, когда они вместе выступали в составе ВИА «Москвичи». А попали они в него при следующих обстоятельствах.
Ансамбль был создан летом того же 71-го при Росконцерте, а его режиссером был назначен давний знакомый героини нашего рассказа Олег Непомнящий. В короткие сроки была подготовлена программа, с которой новый коллектив должен был отправиться на свои первые гастроли. Однако эта поездка была сорвана, едва начавшись. Вокалист ансамбля оказался большим любителем «зеленого змия» и практически с первых же гастрольных дней не отрывался от бутылки. А поскольку заменить его было некем, в итоге выступления пришлось отменять. Ансамбль вернулся в Москву, где солист был тут же уволен. Взамен него Непомнящий вскоре нашел другого человека — солиста популярного ВИА «Веселые ребята» Юлия Слободкина (руководил ансамблем его старший брат Павел Слободкин).
В последнее время Юлий стал тяготиться своим присутствием в «Веселых» и вынашивал планы начать самостоятельную карьеру. И предложение Непомнящего оказалось как нельзя кстати. «Веселые» в те дни гастролировали в Чехословакии, однако в телефонном разговоре Слободкин пообещал Непомнящему сразу после приезда в Москву написать заявление об уходе из ансамбля. И не обманул. Однако когда начались репетиции, вдруг выяснилось, что программа явно не получается. При том репертуаре, который был у «Москвичей», одного вокалиста было мало, требовался еще один, причем Непомнящий хотел, чтобы это была женщина. Вот тогда он и вспомнил про Аллу Пугачеву. Несмотря на то что у нее на руках была полугодовалая дочка, она согласилась работать в ансамбле.
Тогдашний тандем Пугачева — Слободкин просуществовал недолго — всего лишь несколько месяцев. После чего в самом начале 1972 года Пугачева ушла в другой коллектив — в оркестр Олега Лундстрема. Но прошло еще два года, как Пугачева и Слободкин вновь воссоединились в том же ВИА «Москвичи» в качестве вокального дуэта. Именно тогда в эстрадной тусовке и возникли слухи о том, что между ними существует любовный роман. Но это было не так. Рыцарем Пугачевой в то время был совсем другой мужчина — руководитель «Москвичей» Виталий Кретюк (сценический псевдоним Кретов). Однако самим участникам дуэта слухи об их романе были даже выгодны. Ведь трудно найти отклик у слушателя, который знает, что оба исполнителя, поющих проникновенные песни о любви друг к другу, на самом деле всего лишь коллеги по сцене и не более.
Одно из первых появлений дуэта Пугачева — Слободкин в Москве состоялось той же весной 1974 года. Если быть точным: 19–22 апреля в ЦДКЖ прошли концерты под названием «Поют молодые», приуроченные к 17-му съезду ВЛКСМ. В том концерте, помимо наших героев, принимали участие: Валентина Толкунова, Екатерина Шаврина и многие другие молодые звезды столичной эстрады. Видимо, для начинающего дуэта дебют на сцене Клуба железнодорожников стал вполне успешным, и они после этого еще несколько раз приезжали туда с выступлениями. А с наступлением лета принялись «окучивать» другие эстрадные площадки — в столичных парках Сокольники, ЦПКиО. Так, с 21 по 30 июня Пугачева и Слободкин приняли участие в сборных концертах, проходивших в Зеленом театре Парка имени Горького, где компанию им составили: Геннадий Хазанов, ВИА «Ариэль» и др. В начале июля дуэт выступал в парке Сокольники, в киноконцертном зале «Варшава» и т. д.
Вспоминает В. Ярушин (бывший руководитель и участник ВИА «Ариэль»): «Летом 74-го мы впервые отправились на гастроли в Москву. Там я впервые увидел Аллу Пугачеву. Зеленое, до полу, облегающее платье, стройная фигура, копна длинных, вьющихся волос, на голове — шляпа-котелок шансонье — как она была не похожа на советскую певицу! Костюмерных не хватало, и нам с Аллой, с ее музыкантами выделили спортзал. Алла в основном жаловалась на постоянные «постельные» намеки в ее адрес: мол, только в этом случае ее ждет успех. А она не хотела быть «постельной» певицей. В то время она выступала в дуэте с певцом Юлием Слободкиным, певшим в кобзоновском стиле. Их «альянс» был в общем никакой. И Алла это хорошо понимала…».
Именно к этому же времени относится и первая большая рецензия, посвященная творчеству дуэта Пугачева — Слободкин. Она принадлежала перу Т. Бутковской и была помещена в № 18 журнала «Музыкальная жизнь». Автор писала диаметрально противоположное тому, что прозвучало из уст В. Ярушина:
«Настоящим событием в нынешнем эстрадном сезоне стало появление молодого вокального дуэта — Аллы Пугачевой и Юлия Слободкина. Кроме отличных голосов, несомненного драматического дарования (каждая их песня — маленький спектакль), они обладают качествами, в последнее время не так уж часто встречающимися на эстраде: в дуэте Аллы Пугачевой и Юлия Слободкина мужчина мужествен, а женщина — женственна. От их искусства веет чистотой, трепетностью, влюбленностью. Свою программу в Сокольниках артисты начинают песней В. Шиманского «Береза белая», соответствующей программе вечера и очень характерной для их лирических героев. Драматическое дарование актеров особенно полно раскрылось в музыкальной миниатюре «А я говорю» Э. Ханка. В этой, на первый взгляд, немудреной песне им удалось создать точные портретные характеристики героев…».
Несмотря на столь похвальную рецензию в одном из самых именитых журналах, пишущих о музыке (а их тогда было раз, два и обчелся), звезд с неба дуэт Пугачева — Слободкин не хватал. Сольных концертов у них не было, и очень часто Москонцерт просто затыкал ими дыры. Гастроли тоже были соответствующие — по самой отдаленной российской глубинке, где в гостиницах редко бывает горячая вода, зато полно тараканов.
В августе 1974 года Пугачева и Слободкин снова выступали в Москве. Их концерты проходили на разных площадках: так, 16–18 августа этим местом стал зал в гостинице «Советская», 31-го — киноконцертный зал «Октябрь». В каждом из этих концертов компанию их дуэту составлял другой дуэт — юмористический — в лице Романа Карцева и Виктора Ильченко. Причем последние тогда были в большом фаворе у публики, а Пугачева и Слободкин шли как «довесок». Вот как об этом вспоминает один из очевидцев — журналист «Московского комсомольца» Лев Никитин (Гущин):
«Тогда только что взошла звезда Карцева и Ильченко, и они давали сольный концерт в Москве. С боем взяв билеты, мы с приятелем примчались в киноконцертный зал «Октябрь», и только тут выяснилось, что концерт не вполне сольный. Проворные организаторы «прицепили» к одесситам двух молодых певцов, которые и занимали все первое отделение. Певцами этими были Юлий Слободкин и Алла Пугачева. Они пели порознь и вместе, весело и грустно, громко и не очень. В зале царила тягостная тишина, прерываемая жидкими аплодисментами. Мы с трудом дождались конца их выступления и во втором отделении получили то, зачем пришли.».
В качестве «довеска» к популярному юмористическому дуэту Пугачева и Слободкин были прицеплены до осени. Например, 3-11 сентября состоялись их концерты в ЦДКЖ. Народ и там ломился на Карцева — Ильченко, а певческий дуэт слушал, что называется, вполуха. Вообще, если бы Карцев и Ильченко выступали в первом отделении, то зритель отсидел бы только его, и певческому дуэту пришлось бы выступать в полупустом зале. Такова была тогдашняя реальность, в которой вынуждена была существовать будущая звезда номер один советской эстрады Алла Пугачева.
В конце сентября Карцев и Ильченко покинули столицу, и Пугачева со Слободкиным перекочевали в другие сборные концерты. Так, 20–22 сентября они выступали в «Октябре», где компанию им составили Жанна Бичевская, Мария Кодряну и др. Однако уже со следующего месяца Пугачева и Слободкин добиваются своих первых «сольников»: 5–6 октября они выступили на сцене Дома офицеров имени Жуковского. Пришедшие на эти концерты зрители не знали, что видят этот дуэт в последний раз: к тому моменту Пугачева уже приняла однозначное решение покинуть своего партнера, поскольку не собиралась всю оставшуюся жизнь выступать в качестве «довеска» к более именитым коллегам. Ведь даже несмотря на то, что им стали разрешать давать «сольники», Пугачева не верила, что их дуэт имеет хорошие перспективы.
В последующем Пугачева будет неоднократно петь дуэтом с разными артистами: Валерием Леонтьевым, Владимиром Кузьминым, Филиппом Киркоровым, Максимом Галкиным и другими. Однако не стоит забывать, что ее первым «дуэтным» мужчиной был Юлий Слободкин, которого можно смело назвать одной из первых «ступенек», по которым Пугачева забиралась на эстрадный Олимп.
Поэт: и не друг, и не враг…
В самом начале 70-х Пугачева познакомилась с поэтом, дружба и творческое сотрудничество с которым сыграет в ее карьере огромную роль. Речь идет об Илье Резнике. Он родился в 1938 году в Ленинграде и окончил актерский факультет ЛГИТМиКа (1962). Одно время играл в Театре Комиссаржевской, а попутно писал стихи и песни к спектаклям. Затем решил попробовать свои силы и на поприще эстрадной поэзии, написав в 1966 году стихи к песне «Золушка» на музыку И. Цветкова. Спустя три года эту песню исполнила певица Таисия Калиниченко, после чего «Золушка» стала шлягером. Это сподвигло Резника уйти из актерства и сосредоточить свои силы на песенном жанре. Так он оказался в ансамбле «Дружба» с Эдитой Пьехой в роли солистки. Для нее Резник написал песни «Край березовый», «Веронику». А в 1972 году судьба свела Резника с Аллой Пугачевой. Вот как в его собственных воспоминаниях выглядит их знакомство:
«В первый раз
— Алла, а ты мне понравилась, — важно сказал певице автор двух отгремевших шлягеров — «Золушки» и «Карлсона». — У меня к тебе дело.
— Песню принесли? — серьезно спросила певица.
— Да. Слушай.
И я спел ей песню, в которой говорилось о том, что как аукнется, так и откликнется, что я с тобою остался из жалости, что только сердце-то, сердце не свыкнется с тем, что вся доброта расплескалася.
— Это мне? — растроганно спросила Алла.
— Нет, — проникновенно ответил я. — Но мы сейчас ее с тобой выучим. И пойдем к N-ой.
Показ провалился.
Наверное, мы слишком волновались, когда пели в два голоса перед вальяжно раскинувшейся в кресле звездой, может, мы просто пришли не вовремя, а может быть, она почувствовала в этой худенькой рыжей девушке будущую грозную соперницу.
А тогда моя новая компаньонка расстроилась больше меня.
— Не переживай, — сказал
— Не переживай, — сказала она мне…
— Знаешь, Алла, возьми тогда себе эту песню, — великодушно предложил я.
Но она неожиданно отказалась:
—
Этим другим станет песня «Носидим-поокаем» (композитор А. Муромцев), которая в 1975 году станет вторым звездным шлягером Пугачевой после «Арлекино». Не случайно в том же году эти песни вышли на одном миньоне, имевшим колоссальный успех у слушателей. Следом Пугачева спела еще одну песню на стихи Резника — «Это очень хорошо» (музыка все того же А.
Муромцева), которая тоже была весьма популярна в середине 70-х, звуча чуть ли не из каждого окна. Во всяком случае, лично у меня сложилось именно такое впечатление: как ни включишь радио, обязательно там «Это очень хорошо». Эта песня вселяла в людей оптимизм, впрочем, не во всех. Например, в пику ей рок-музыканты сочиняли грустные баллады, чтобы разбавить всеобщий оптимизм порцией своего скепсиса.
Но вернемся к содружеству Пугачевой и Резника. Во второй половине 70-х оно расстроилось из-за некоего творческого разногласия. И песен на стихи Ильи Рахмиелевича героиня нашего рассказа не исполняла в течение нескольких лет. И только в самом конце 70-х они вновь воссоединились. Тогда в репертуаре Пугачевой появились три песни на его стихи: 1978 — «Ты возьми меня с собой» («Песенка журавлика»; музыка — Э. Ханок), «Взлети над суетой» и «Звездное лето» (обе — музыка А. Пугачевой).
Однако наиболее плодотворно сотрудничество Пугачевой и Резника начало складываться в самом начале 80-х, когда Резник познакомил певицу с латвийским композитором Раймондом Паулсом. У Резника с Латвией были давние связи: еще в 1963 году он стал печатать свои стихи в латвийской газете «Советская молодежь». А чуть позже начались контакты Резника и с латвийским радио — молодежной передачей «Дзиркстеле». Наконец, в самом конце 60-х именно в Латвии, в издательстве «Лиесма», свет увидела его книга прозы — повесть для детей «Тяпа не хочет быть клоуном». Короче, в этой республике Резник в те годы бывал довольно часто, поэтому просто не мог не познакомиться и не начать сотрудничать с одним из самых популярных там композиторов Раймондом Паулсом. А когда к их тандему примкнула Пугачева, равных ему по славе в тогдашнем СССР просто не оказалось.
Творческое трио Пугачева — Паулс — Резник просуществовало до 1984 года, после чего остался тандем Пугачева — Резник, причем героиню нашего рассказа все сильнее тянуло в композиторство. И на протяжении нескольких лет (до 1992 года, когда Резник уехал в Америку) тандем выдавал «на-гора» одну песню за другой. Назову лишь некоторые из них: 1984 — «Мне судьба такая выпала» (музыка — А. Пугачева), «И в этом вся моя вина» (музыка — А. Пугачева), «Пришла и говорю» (музыка — А. Пугачева), «Куда все уходят» (музыка — А. Пугачева), «Только в кино» (музыка — А. Пугачева), «Иван Иваныч» (музыка — А. Пугачева), «Окраина» (музыка — А. Пугачева), «XX век» (музыка — И. Николаева), 1985 — «Делу — время» (музыка — Р. Паулс), «Без меня» (музыка — Р. Паулс), «Годы мои» (музыка — Р. Паулс), 1986 — «Балет» (музыка — И. Николаев), 1987 — «Все хорошо» (музыка — А. Пугачева), 1988 — «Уважаемый автор» (музыка — А. Пугачева), «Гитара, гитара» (музыка — Р. Горобец), «Старый друг» (музыка — Р. Паулс), 1989 — «Три счастливых дня» (музыка — А. Пугачева), «Фотограф» (музыка — А. Пугачева), 1990 — «Полнолуние» (музыка — А. Пугачева), 1991 — «Я ждала тебя так долго» (музыка — Р. Паулс), 1992 — «Россия» (музыка — Голда).
Поделиться книгой: