Пленница любви

Тайнан врезал Гамильтону еще раз, причем так, что у того из разбитой губы потекла кровь.

— Я устал от твоего вранья. Мне плевать, что ты делаешь со своими родственниками, но я несу ответственность за эту малышку и хочу знать, где она.

— Кто она? Диану Эскридж убили.

Тайнан одной рукой сжал Оуэну шею.

— Не сомневаюсь, ее убил ты, но пусть этим преступлением занимаются власти. Где Крис?

Оуэн не ответил. Тогда Тайнан еще раз ударил его в лицо, достал пистолет и приставил к его виску.

— Ну, чего ты согласен лишиться? Руки или ноги? Думаю, мне удастся сделать так, чтобы ты долго-долго истекал кровью и у тебя хватило времени ответить на мой вопрос. Итак, спрашиваю в последний раз: где она?

— Ее забрал Дайсен.

Эта новость настолько удивила Тайнана, что он даже слегка ослабил хватку.

— А что от нее нужно Дайсену?

— Не знаю. Он приехал сюда ради своего кузена, — Оуэн скосил глаза в сторону, — и решил, что ему нужна женщина, изображающая из себя Диану. — Он снова перевел взгляд на Тайнана. — Он и твою жену увез.

— Пилар? — уточнил Тайнан. — Кто он такой?

Его схватка ослабла настолько, что Оуэну удалось высвободить шею. Он принялся тереть саднящее горло и вытирать носовым платком кровь.

— Он из тех, с кем не очень приятно иметь дело. Я мало знаю о нем. Он приезжает сюда раз в год и покупает у меня пиломатериалы и лошадей, а потом исчезает. Я никогда не отваживался расспрашивать его, где он живет.

— Однако он похитил Крис, — проговорил Эшер. — Как ты думаешь, может, он похитил ее ради выкупа?

— Выкупа? — удивился Гамильтон. — А кто она такая?

— Дочь Дэла Мэтисона, — процедил Тайнан.

— О Боже, — выдохнул Оуэн и тяжело опустился в кресло. — Она сразу показалась мне дрянной актрисой, и я заподозрил, что ей что-то нужно. — Он посмотрел на Тайнана. — Как ты нашел мои бухгалтерские книги?

Тайнан не счел нужным ответить на этот вопрос.

— Что ты можешь рассказать мне о Дайсене? Я хочу знать, где его найти.

— Я же говорил, что ничего не знаю. Он появляется, а потом исчезает. Он оказал, что ему нужны эти две женщины, а я не стал спорить. Все вы пытались одурачить меня — то следили за мной, то шарили в моем кабинете, то изображали из себя моих родственников. Какая мне разница, что он хотел с ними сделать? Ну, понадобились они ему — мне-то что? Я даже не предполагал, что она дочь Мэтисона. Если Мэтисон узнает… — Оуэн замолчал.

— Открой кассу, — велел Тайнан. — Мы поедем за ними, а для этого понадобятся деньги.

— Я не желаю участвовать в ограблении, — вдруг заявил Эшер.

— А тебя никто и не просит. Гамильтон, на твоем месте я бы не испытывал мое терпение. Давай сюда деньги.

Оуэн поспешил вы полнить требование Тайнана. Он отпер маленький сейф, спрятанный за картиной, которая висела позади письменного стола.

— Тебе не удастся отыскать его. Он тебе не по зубам. Таких дешевых преступников вроде тебя он съедает на завтрак.

Тайнан взял толстую пачку денег.

— Если так, он получит сильнейшее несварение желудка. А теперь снимай ремень.

Тайнан снял с шеи Гамильтона платок и завязал ему рот, затем обмотал ремень вокруг его запястий, а длинный конец оставил для того, чтобы зацепить его за крюк, который он ввернул в потолок.

— Это задержит тебя на несколько часов. Бухгалтер передаст свой отчет поверенным, ведущим дела Лайонела. У меня такое ощущение, что в тех книгах, которые ты показываешь им, цифры другие. И кроме того, не закрыт вопрос, касающийся убийства Эскриджей.

Оуэн попытался вытащить руки из ременной петли. Он дергался, а его ноги едва касались пола.

— Я скажу Юнити, чтобы она отвезла мальчика к Мэтисону, пока все не прояснится. Я собирался поехать с ней, но сейчас вряд ли поеду. Я очень надеюсь, что в ближайшее время к тебе кто-нибудь зайдет и освободит тебя. Если же нет, то часа через два тебя будут мучить страшные боли.

Тайнан направился к двери, и Эшер отступил в сторону. К его полному изумлению, Тайнан вытащил из кармана ключ, отпер замок, а когда они вышли, запер дверь снова.

— Но я думал, что…

— Не верь всему, что видишь или слышишь, — бросил ему Тайнан и спустился в кухню.

Юнити, белая от страха, сидела у стола, Лайонел стоял рядом с ней.

— Я не хочу уезжать, — заявил мальчик. — Это мой дом, и я намерен остаться здесь. Ты не можешь заставить меня.

Не произнеся ни слова, Тайнан схватил мальчика в охапку и понес наружу к поджидавшему его фургону, в который были запряжены две лошади.

— Ты поедешь. Более того, ты будешь помогать Юнити. Прескотт поедет с тобой и позаботится о том, чтобы ваше путешествие было безопасным. Прости, но я с вами поехать не могу.

Эшер тронул Тайнана за локоть.

— Я хочу поехать с тобой.

— Ни под каким видом. Мне не нужен спутник, который все время будет ныть и спорить со мной. Кроме того, — с презрением добавил он, — мне нужен человек, который знает, из какого конца стреляет ружье.

— Позволь? — сказал Эшер, кивком указав на пистолет Тайнана.

Тот подал ему оружие.

Эшер взял пистолет, потом вдруг резко повернулся и одним выстрелом срезал с дерева тонкую, всего в полдюйма толщиной ветку.

— Были и другие причины для того, чтобы Мэтисон нанял меня, — сказал он, отдавая пистолет Тайнану. — Я умею обращаться с любым имеющимся в мире оружием. Я могу из ружья отстрелить хвостовые перья у ласточки. Возможно, у меня нет такого опыта, как у тебя, но стрелять я умею.

Тайнан спокойно перезарядил пистолет и посмотрел на Юнити. Лайонел, сидевший на облучке, наблюдал за мужчинами с открытым ртом.

— Прескотт поедет со мной. Есть ли здесь кто-нибудь, кто мог бы сопровождать вас?

— Я… я не знаю, кому можно доверять, — со слезами в голосе проговорила Юнити. — Мой брат живет примерно в десяти милях отсюда. Может, он… — Она замолчала, когда Тайнан вытащил из кармана несколько скомканных купюр.

— Найми его. Когда доберетесь до Мэтисона, расскажи ему все. Возможно, ему понадобится послать кого-нибудь сюда. Скажи ему, что я поехал за его дочерью и что если я не вернусь с ней, то только потому, что меня уже нет в живых, — ничто другое меня не остановит. — Он перевел взгляд на Лайонела. — Если я услышу хоть одну жалобу на тебя, будешь отвечать. Когда вы доберетесь до Мэтисона, можешь там паясничать сколько угодно. Мэтисон позаботится о тебе. А теперь в путь. — Тайнан хлестнул лошадей, и фургон покатил вперед.

Тайнан покачал головой и повернулся к Эшеру.

— Надеюсь, я не сделал ошибку. Если у тебя есть оружие, прихвати его с собой. Буду ждать тебя у конюшни. Мы возьмем двух лучших лошадей Гамильтона.

Глава 17

Целых три дня похитители куда-то везли Крис и Пилар. Их почти не кормили, не разрешали им уединяться, чтобы справить нужду, не давали передохнуть. По ночам им связывали руки, поднимали их над головой и привязывали к дереву. В такой позе спать было невозможно. Разговаривать им запрещали. А утром все начиналось сначала. Они снова ехали на север, только теперь Крис и Пилар ехали вдвоем на одной лошади, которую однажды вечером привел тощий похититель. Крис подозревала, что он украл ее.

Несмотря на усталость, Крис старалась запоминать путь, которым они ехали. Однако на второй день похитители завязали ей глаза, а Пилар велели управлять лошадью И смотреть, чтобы животное не оступилось, а Крис не свалилась с седла. На следующий день они завязали глаза Пилар, а управлять лошадью поручили Крис.

Хотя девушки не разговаривали, общая беда сплотила их. Присутствие другой давало каждой хоть призрачную, но надежду. Сначала Крис отнеслась к Пилар враждебно, отвергала ее помощь, выражала недовольство ее присутствием. Пилар, казалось, понимала ее и не докучала ей, пока однажды Крис едва не упала с лошади и, чтобы удержаться, не ухватилась за Пилар.

— Нам будет проще выдержать все, если мы перестанем быть друг другу врагами, — прошептала ей Пилар и тут же получила удар по лицу за то, что осмелилась заговорить.

После этого враждебность Крис стала таять. Ну, с чего ей сердиться на Пилар? Тайнан — это единственное, что связывает ее с этой женщиной, а Тайнан дал ясно понять, что не желает иметь дело с Крис. Если ему нужна Пилар, что ж, у него есть свобода выбора.

Шел третий день их путешествия. Поздно ночью похитители наконец-то осадили лошадей, спустили своих утомленных пленниц на землю, взяли их за руки и повели внутрь какого-то мрачного дома, который нельзя было рассмотреть в темноте. В доме они сразу устремились к лестнице. Поднимаясь наверх, Пилар случайно оступилась, и похититель в сердцах дернул ее за руку.

— Мы можем идти сами! — возмущенно воскликнула Крис, поддерживая Пилар.

Похититель, тащивший ее за собой, не произнес ни слова. Они преодолели три пролета и добрались до четвертого этажа. Тот, кто вел Пилар, снял со стены кольцо с ключами, отпер массивную, в несколько дюймов толщиной, дубовую дверь и втолкнул девушек в комнату.

В комнате не было света, но глаза Крис уже успели привыкнуть к темноте. Она услышала, как дверь за ними закрылась, и огляделась. В центре помещения она увидела очертания большой кровати.

Восторженно вскрикнув и едва не расплакавшись от радости, она бросилась вперед. Пилар поспешила за ней. Девушки рухнули на кровать и мгновенно заснули.

На следующий день, проснувшись, Крис по солнцу определила, что время уже перевалило за полдень. Она еще немного полежала, разглядывая комнату с крохотными окнами, потом принялась изучать ссадины на руках и ногах. На запястьях была содрана кожа. Одни раны болели, а другие уже успели покрыться струпьями. Кроме ран, много неприятностей доставляли укусы слепней.

Крис повернула голову, посмотрела на спящую Пилар и ужаснулась. Неужели она тоже так жутко выглядит? Одежда девушки была грязной, под запавшими глазами залегли темные тени, а кожу на открытых участках тела уродовали раны и порезы.

Пилар приоткрыла один глаз.

— Уходи, — пробормотала она и повернулась на другой бок.

Крис лежала и ждала, и спустя несколько мгновений Пилар повернулась к ней лицом.

— Этого не может быть, — сказала она. — Я думала, что это страшный сон. — Она попыталась приподняться на локте, но застонала от боли и рухнула навзничь. — Где мы? А еще важнее, почему мы здесь? Как ты думаешь, здесь есть ночной горшок?

Крис села и огляделась. Каждое движение отдавалось мучительной болью в мышцах.

— Там стоит ширма, может, за ней?

— Что ж, этого никто за меня не сделает, придется вставать, — вздохнула Пилар и стала медленно слезать с кровати.

Крис тоже встала. Ей пришлось ухватиться за изножье, чтобы не упасть, — так сильно закружилась голова.

— Мне кажется, я уже никогда не буду прежней.

Как выяснилось, комната была круглой. Свет падал из трех окон, расположенных в стене напротив кровати. Справа от кровати была дверь, а слева — ширма. Этим обстановка и ограничивалась.

Крис медленно пошла к окну. Вдали она увидела густой лес, под окном же ничего не смогла разглядеть, поняла только, что комната находится как минимум на четвертом этаже.

— Ну, сбежать отсюда ничего не стоит, — грустно пошутила Пилар, выходя из-за ширмы и глядя на верхушки деревьев. Морщась, она доковыляла до окна и встала рядом с Крис. — Неужели я выгляжу так же ужасно, как ты?

— Еще хуже, — совершенно серьезно ответила Крис и направилась к ширме.

Пилар с сожалением вздохнула, вернулась к кровати и легла.

— Ты хоть представляешь, что происходит?

— Нет, — проговорила Крис из-за ширмы. — Я надеялась, что ты что-нибудь знаешь. Они ничего не говорили, когда похищали?

Пилар покачала головой:

— Думаю, тебе известно больше, чем мне. У Тайнана были определенные причины для того, чтобы наняться садовником к Гамильтону, но мне он о них не рассказывал.

— Да? Ты просто поехала с ним, когда он поманил тебя?

— Я у него в долгу, он не раз выручал меня. Послушай, мы будем играть в кошки-мышки или договоримся о сотрудничестве? Я хотела бы понять, что происходит, но если тебе интереснее драться из-за Тайнана, предупреди меня, чтобы я успела выйти из игры.

— У меня нет причин драться из-за мистера Тайнана. Он умер для меня. Он твой. — Крис проигнорировала многозначительный взгляд Пилар, сделала вид, будто не заметила ее изогнутую бровь. — Я газетный репортер и пишу под именем Нола Даллас. Я приехала…

— Ты — та самая Нола Даллас? Та, которая сама нарывается на неприятности, чтобы потом рассказать о них?

— Боюсь, это так, — сказала Крис.

Пилар протянула ей руку.

— Рада познакомиться. Значит, мы сейчас участвуем в одном из твоих рискованных предприятий, и в любую минуту появится кто-то, кто нас спасет?

Крис грустно улыбнулась:

— Наверное, будет лучше, если я все тебе расскажу.

И она рассказала Пилар обо всем, что произошло с того момента, как она нашла тела Дианы и Уитмана Эскридж, и до того момента, как Тайнан заявил, что они немедленно покидают дом Гамильтона.

Пилар села, подтянула колени к груди и обхватила их руками.

— Думаю, Тай что-то разузнал. Он постоянно уезжал куда-то по ночам, а однажды ночью вернулся с огромной книгой под мышкой. Потом он читал ее до рассвета, а утром ушел, и я больше его не видела.

— А что было в книге?

— Цифры. Она очень похожа на ту, что есть у Рыжей.

— У Рыжей? — спросила Крис. — Ты имеешь в виду ту женщину, с которой знаком Тайнан, которая живет…

— Да, в публичном доме. — Пилар, прищурившись, посмотрела на Крис. — Там, где я работала.

— О, — только и смогла вымолвить Крис.