Помоги проекту - поделись книгой:
| М | Команда | И | В | Н | П | Мячи | О |
|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | ЦДКА (Москва) | 22 | 17 | 3 | 2 | 55-13 | 37 |
| 2 | Динамо (Москва) | 22 | 16 | 1 | 5 | 68-17 | 33 |
| 3 | Динамо (Тбилиси) | 22 | 15 | 3 | 4 | 47-26 | 33 |
| 4 | Торпедо (Москва) | 22 | 11 | 5 | 6 | 44-29 | 27 |
| 5 | Динамо (Ленинград) | 22 | 10 | 4 | 8 | 37-35 | 24 |
| 6 | Спартак (Москва) | 22 | 8 | 5 | 9 | 38-40 | 21 |
| 7 | Крылья Советов (Москва) | 22 | 5 | 8 | 9 | 14-24 | 18 |
| 8 | Трактор (Сталинград) | 22 | 6 | 4 | 12 | 22-40 | 16 |
| 9 | Зенит (Ленинград) | 22 | 5 | 5 | 12 | 22-45 | 15 |
| 10 | Крылья Советов (Куйбышев) | 22 | 3 | 8 | 11 | 16-52 | 14 |
| 11 | Динамо (Минск) | 22 | 3 | 7 | 12 | 22-43 | 13 |
| 12 | Динамо (Киев) | 22 | 4 | 5 | 13 | 18-39 | 13 |
1947
Счёт шел на сотые балла
9-й чемпионат. 1947 год. 2 мая — 26 октября.
Участники: 13 команд. 278 футболистов.
Проведено 156 матчей, забито 465 мячей (в среднем 2,98 гола за игру).
Лучшие бомбардиры — В. Бобров и В. Николаев (оба ЦДКА) — по 14 мячей.
В чемпионате зафиксировано 12 автоголов, назначен 31 пенальти, удалено 12 футболистов.
Игры первенства обслуживали 20 арбитров.
Средняя посещаемость — 25000 зрителей.
Победитель турнира дублёров — ЦДКА.
На Новый год принято делать подарки. Эта приятная и столь же трудоёмкая функция в нашей стране, возлагалась на Деда Мороза, которому в новогоднюю ночь приходилось обходить миллионы ребятишек. Перед новым, 1947-м, годом Дед Мороз работал так энергично и вдохновенно, что выполнил план досрочно, и у него осталось ещё время, чтобы преподнести сюрприз футбольным судьям: правила игры в футбол в новой редакции.
Целых два сезона (1945 и 1946) наши судьи пользовались довоенными правилами, которые несколько отличались от международных. В 1946 году Всесоюзная коллегия судей создала специальную комиссию, призванную идентифицировать свод футбольных законов с международным. Комиссия не очень-то себя утруждала, и работа, рассчитанная на два-три месяца, растянулась на неопределённый срок. Некоторые арбитры, вдохновляемые довольно популярным в те годы мичуринским изречением («мы не можем ждать милостей от природы…»), проявили инициативу. Раздобыв первоисточник, они занялись переводом, не обладая, как вы понимаете, профессиональными навыками, поэтому одно и то же правило в интерпретации некоторых московских арбитров и эстонца Э. Саара отличались не только по форме, но и по содержанию. Плоды деятельности «переводчиков» отразились, естественно, и на их практической работе на футбольном поле, что не могло пройти мимо бдительного ока ВКС. В итоге энтузиастам досталось за индивидуальную трактовку отдельных параграфов футбольных правил. Инициатива, как обычно, оказалась наказуема.
Наконец, перед новым сезоном проблема благополучно разрешилась. Оставалась лишь самая малость: тщательно проштудировать новый свод законов и добросовестно придерживаться его.
По новым правилам любое проявление грубости в пределах штрафной площади (независимо от местонахождения мяча) каралось одиннадцатиметровым ударом. Кроме того, судьям вменялось в обязанность при нарушении правила 9 метров предупреждать, а затем и удалять провинившихся футболистов и т.д.
Были внесены изменения и в Положение о розыгрыше первенства СССР. В новом сезоне разрешалась только замена вратаря. Тренеры уже не имели права располагаться за воротами своей команды. Им надлежало находиться, как минимум, в четырёх метрах от боковой линии поля.
Подарок в 1947 году был сделан не только судьям. В июле ко Дню физкультурника его получили и спортсмены. Не все, а лучшие из лучших. Так как летом Дед Мороз находится в отпуске, его функции исполнил Совет Министров СССР, который
Всесоюзный комитет тут же провёл разъяснительную работу среди чемпионов и рекордсменов, назвав тех, кому именно они обязаны за поистине царское воздаяние:
«Постановление Совета Министров СССР является ярким проявлением заботы государства, большевистской партии и лично товарища Сталина о всестороннем физическом воспитании, укреплении здоровья трудящихся и росте достижений советских спортсменов».
После опубликования Постановления ситуация в турнирной таблице казалась настолько ясной, что вывод напрашивался однозначный — первыми «золотодобытчиками» в истории советского футбола станут московские динамовцы.
Начали они сезон полные решимости вернуть утраченное звание. Чувствовалось, что прошлогодний урок пошёл команде впрок. Выходили динамовцы на каждый матч предельно отмобилизованными, уверенными в себе. Ни тени зазнайства, шапкозакидательских настроений. Вновь труднопроходимыми стали пути к воротам Хомича, вновь с необычайной лёгкостью преодолевали оборонительные заслоны соперников их форварды. Чувствовалось, что М. Якушин снова твёрдо держит в руках «вожжи». Всё это не могло не сказаться на результате. А был он на удивление впечатляющ: после четырнадцати игр имели динамовцы 26 очков, 37 забитых мячей и всего восемь пропущенных.
После такого же количества игр ЦДКА потерял 7 очков, тбилисцы — 9. Ответ на главный вопрос, казалось, был получен, всем остальным участникам турнира оставалось решать локальные задачи.
Не сложилась игра в первом круге у армейцев, из-за чего их тренеру Аркадьеву пришлось на Всесоюзном совещании по футболу, проходившем в начале июля, выслушать немало обидных и несправедливых упрёков.
Но прежде несколько слов о самом совещании. На повестке дня — два вопроса: 1. О ходе первенства СССР по футболу 1947 года и 2. Обсуждение предложений о развитии футбола в СССР.
Основным докладчиком по этим вопросам был заместитель председателя Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта И. Никифоров.
Не буду утомлять читателя пересказом доклада физкультурного сановника. Однако пройти мимо рекомендаций касательно тактики, техники, физической и волевой подготовки, должных, по мнению докладчика, способствовать росту советского футбола, никак не могу:
«Что становится нетерпимым — это стандарт и примитивность тактики. Вы извините меня, самый маленький мальчик, интересующийся футболом, знает, какую тактику будет применять «Торпедо», знает, что будет на Пономаря ставить. Надо, товарищи, думать и менять тактику. Надо строить тактику не только на одного Пономарёва, надо, чтобы он менял позиции, путал шансы. Нельзя строить тактику только на тарана, на столба. Минчане раскусили это дело, прикрепили Голицына. Голицын, как говорят, снял Пономаря в первом тайме. В результате минское «Динамо» сыграло с «Торпедо» 0:0. Мне кажется, торпедовцам нужно очень внимательно пересмотреть это дело…
Я думаю, что есть аксиома, о которой нужно сказать, что при всех прочих равных условиях выигрывает команда та, которая физически хорошо подготовлена.
При хорошей физической подготовке тренировку надо строить специализированно. Скажем, нападающий должен обладать скоростью. Югославы в Ленинграде чуточку быстрее выбегали, и это всё решило. На одну долю десятых нападение будет бегать лучше, и это всё решит. Причём, повторяю, здесь надо подходить специализированно — нападающему обязательна скорость, защите и полузащите — выносливость. Это очень серьёзный вопрос.
Вопрос техники. Опять здесь надо подходить специализированно. Одним надо особенно отработать удар головой, другому надо отвести удар, ну и, товарищи, волевые качества. Я думаю, что наши команды, выезжавшие за границу, продемонстрировали, что такое воля к победе. Это же игра. Причём в игре надо иметь немного нахальства, то есть волю, исключительную волю победить».
Невольно вспоминается лекция, в которой Остап Бендер объяснял васюкинцам разницу между дебютом и идеей. Но есть здесь и существенная разница: уровень теоретических познаний товарища Бендера в области шахмат ненамного уступал уровню его благородных слушателей. И для того чтобы изложить их, сыну турецкого подданного хватило нескольких минут.
А каково было ведущим нашим специалистам, тренерам, футболистам выслушивать на протяжении часа подобные поучения и нравоучения. Каково было деликатному, интеллигентному Борису Андреевичу Аркадьеву, обвинённому чуть ли не в провале тренировочного процесса, в отсутствии в команде дисциплины, в постоянном нарушении ведущими игроками режима (а попросту пьянке) и в слабой физической подготовке коллектива. По словам Никифорова, армейские футболисты уже через пять минут после начала матча «бегали с открытыми ртами». И это говорилось о команде, которая в те годы значительно превосходила соперников прежде всего физической подготовкой.
Упомянул я здесь о Всесоюзном совещании не из желания уязвить или унизить очередного спортивного функционера. Надеюсь, приведённые здесь факты в определённой мере воссоздадут атмосферу, в какой приходилось работать нашим тренерам.
Надо же такому случиться. После завершения совещания команда ЦДКА провела 13 игр без единого поражения, набрав 25 очков из 26 возможных! Никак наставник армейцев использовал в своей работе ценные указания, содержащиеся в отчётном докладе?
Практически судьба чемпионата могла решиться 14 августа во встрече московского «Динамо» с ЦДКА. В случае победы динамовцев разрыв между соперниками увеличивался до семи очков, и ликвидировать его за оставшиеся девять туров было немыслимо. Наверное, ничего не имели бело-голубые и против ничьей. Победа больше нужна была армейцам, и они с самого начала пошли вперёд. Желания забить гол было предостаточно, но в действиях нападающих, из-за отсутствия Федотова, недоставало слаженности. И всё же во втором тайме чемпион добился своего. Бобров пробил по воротам, мяч отскочил от штанги, но набежавший Вячеслав Соловьёв из пределов вратарской площадки добил его в ворота. Динамовцы потерпели первое поражение в чемпионате. Отрыв от команды ЦДКА сократился до трёх очков, и всё же их перспективы казались куда радужнее. Но произошло непредвиденное. После встречи с московскими «Крылышками» на табло красовались те же цифры «1» и «0». Последняя — под надписью «Динамо». Преимущество над главным конкурентом свелось к одному очку. Прошло ещё два тура, и лидер снова проиграл «Крылышкам», на сей раз куйбышевским, всё с тем же счётом 0:1. Всего восемь очков потеряла команда Якушина в чемпионате 1947 года и шесть из них во встречах с «Крыльями Советов» — из Москвы и Куйбышева, соперникам, значительно уступавшим ей в классе. А ведь совсем недавно одну из них динамовцы обыграли с двузначным счётом, а куйбышевцам в прошедшем чемпионате в двух матчах забили 15 мячей, а сами не пропустили ни одного. Что это, недооценка соперников, или те после сокрушительных поражений ждали случая отомстить?
Вели себя обе команды в чемпионате тихо, мирно. Несмотря на наличие «крыльев», высоко взлетать им не удавалось. А во встречах с «Динамо» вдруг превращались они в могучих орлов, взлетали на неведомые им высоты и оттуда камнем обрушивались на свою жертву, нанося ей смертельный удар. Отомстили-таки они своим обидчикам, да уж очень неподходящий момент был для этого выбран. Впрочем, армейцы наверняка придерживались на этот счёт прямо противоположного мнения и использовали подарок судьбы на все сто процентов.
Правда, победы давались им с превеликим трудом. В пяти из шести первых матчей второго круга они побеждали с минимальным преимуществом. Сказывалось отсутствие Федотова. Можно себе представить, что пережил в это время центрфорвард армейцев, как рвался он в бой!
После поражения московского «Динамо» от куйбышевской команды впервые в чемпионате шансы армейцев стали предпочтительнее. А тут ещё поспел и Григорий Федотов. Вышел он на поле с незалеченной до конца травмой. Да разве можно было его удержать. И что тут началось! В первом же матче после его возвращения разнесли армейцы динамовцев Ленинграда — 7:0, затем столичные «Крылышки» — 5:0 и наконец «Зенит» — 8:1. Всё та же травма не позволила Федотову участвовать в игре со «Спартаком». И едва не потерял ЦДКА очко. Выручил Бобров, забивший решающий гол во втором тайме. Наступила кульминация. «Золотоискателям» осталось провести по два матча на выезде с одними и теми же соперниками — тбилисским «Динамо» и «Трактором». Первыми начали динамовцы. Довольно уверенно обыграв грузинскую команду (4:0), они долгое время не могли вскрыть оборону «Трактора». Всё решилось во втором тайме, когда в течение одной минуты Савдунин и Трофимов забили по голу. 5 октября матчем в Сталинграде динамовцы завершили чемпионат, набрав 40 очков. Армейская команда узнала об этом уже в Тбилиси, где через день им предстоял матч с местным «Динамо».
К этому времени тбилисцы уже обеспечили себе третье место и на большее не претендовали. Но во встрече с ЦДКА они проявили столько темперамента, азарта, самоотверженности, желания победить, словно сами боролись за золотые награды. Хозяева провели этот поединок так же честно, бескомпромиссно, как на финише предыдущего первенства московское «Торпедо» играло с ними. Тбилисцы в первом тайме забили гол. Он был отыгран Бобровым только в середине второй половины игры. Прошло всего четыре минуты, и нападающий южан Махарадзе забил второй гол. Зрители ещё ликовали, приветствуя успех своей команды, когда Бобров вновь выравнял положение. Минут за десять до конца кто-то из тбилисцев вышел к воротам Никанорова и мощно пробил в угол. Только отчаянный бросок вратаря помог гостям удержать ничейный счёт. Потерянное в Тбилиси очко резко снизило шансы армейцев. В случае победы в Сталинграде они по набранным очкам могли только догнать динамовцев. По положению при равенстве очков предпочтение отдавалось команде, имевшей лучший коэффициент (забитые мячи делились на пропущенные). У «Динамо» он равнялся 3,80 (57:15). У ЦДКА перед матчем в Сталинграде — 3,50 (56:15). Наверное, уже в раздевалке сразу после игры с тбилисцами армейцы подсчитали, что для решения главной задачи им необходимо выиграть в Сталинграде со счётом 5:0, а если соперникам удастся забить гол, тогда с результатом 9:1. Задача, что и говорить, необычайно сложная.
Когда Николай Латышев протяжным свистком прекратил встречу в Сталинграде, армейцы бросились поздравлять друг друга: на табло значились именно те цифры, которые их вполне устраивали, — 5:0. Повысив благодаря этой победе свой коэффициент до 3,81, они стали чемпионами, опередив конкурентов всего на одну сотую балла! Вы можете вообразить, что в марафонском беге победителя определил фотофиниш? А вот в футболе это случалось.
К рассказу о чемпионате 1947 года подошла бы традиционная фольклорная концовка типа: вот и сказке конец (а разве не сказочным получился сюжет этого турнира?), а кто слушал — молодец. Так бы, наверное, я и поступил, да вот не дают мне покоя иронические усмешки болельщика новой волны. Верит он не в сказки, а в обыденную жизненную прозу. В этом не вина его, а беда. Ну как объяснить ему, молодому и уже достаточно «проницательному», умеющему на определённой стадии турнира безошибочно предсказывать результаты матчей, твёрдо усвоившему, что побеждает тот, кому очки нужнее, а когда нужно и с тем счётом, какой необходим, как объяснить ему, что так было не всегда, что были в нашем футболе и сказочные времена. Не поверит ведь. А я всё же попытаюсь.
Начну с того, что в 1947 году никаких сомнений, подозрений, недомолвок по поводу сталинградского матча не было. Это уже значительно позже участникам того матча стали задавать вопросы, не подозревая даже, что они могут восприниматься как бестактные и оскорбительные.
Незадолго до своей кончины тренер «Трактора» Ю. Ходотов рассказывал о том, что в случае успеха в двух заключительных матчах (с ЦДКА и «Торпедо») у команды был шанс занять место в первой пятёрке. Городские и партийные власти требовали от них успешного результата. Футболисты готовились к матчам очень серьёзно, сделали на поле всё, что могли, но уступили сопернику, превосходящему их в классе.
С Николаем Гавриловичем Латышевым, отлично отсудившим матч в Сталинграде, я не раз беседовал на эту тему. В кратком изложении ответ его сводился к следующему: «Никаких кривотолков по поводу результата того матча не было. Ничего подозрительного в действиях футболистов на протяжении девяноста минут я не заметил».
А вот довод, пожалуй, самый весомый. При счёте 3:0 кто-то из сталинградцев неожиданно ударил по воротам. Никаноров и шевельнуться не успел, а мяч, отразившись от штанги, отскочил далеко в поле. Мы-то с вами знаем, что в договорных матчах так не рискуют. Следовательно, игрок «Трактора» стремился попасть в цель. И, окажись он поудачливее, не забить уж армейцам в оставшиеся двадцать минут шести мячей.
А что это мы всё о матче ЦДКА с «Трактором» толкуем. Если бы закулисные сделки тогда практиковались, результат его не имел бы уже никакого значения. До этого ЦДКА мог провести соответствующую работу в Тбилиси, а чуть раньше московские динамовцы преспокойно нашли бы общий язык с футболистами из Куйбышева, и все вопросы автоматически снимались ещё до финиша. Но, как вы уже знаете, этого не случилось и не могло случиться: достаточно уважительно относились тогда футболисты к себе и к своим поклонникам.
А спортивное и футбольное руководство тех лет не мог застать врасплох вопрос о договорных играх. Им не приходилось испытывать от этого неловкость, опускать очи долу, выдерживать длинные паузы, а затем скороговоркой повторять не раз уже произнесённые дежурные фразы, которым давно никто не верит. Всё это произойдет много позже.
По традиции бросим беглый взгляд на противоположный конец турнирной таблицы. Кто занял последнее место, не так уж важно. Читателей больше, по всей вероятности, интересует другой вопрос: выгнали или не выгнали? Ответ: не выгнали, потому что замкнула таблицу команда ВВС. Возможно, молодому поколению ответ покажется, мягко говоря, маловразумительным, а поколение 40-х годов всё поймёт без слов.
«Лётчики», дебютировавшие в 1947 году в первой группе, сразу же обратили на себя внимание. Не сверхзвуковыми скоростями, не фигурами высшего пилотажа, не массированными бомбовыми атаками позиций соперника… Уже в матче второго тура в Сталинграде игроки этой команды вели себя на поле настолько «раскрепощённо», что привели в необычайное волнение тысячи зрителей. Дабы избежать непосредственных контактов поклонников «Трактора» с приезжими футболистами, судья встречи счёл необходимым прекратить встречу (произошло это на 83-й минуте при счёте 2:2).
Разобрав инцидент. Всесоюзный комитет постановил
Что же касается игры футболистов ВВС, то она вполне соответствовала занятому месту.
Нам остаётся лишь поблагодарить две лучшие команды послевоенных лет за изумительное по своему драматизму и непредсказуемости футбольное действо, державшее в напряжении на протяжении нескольких месяцев миллионы болельщиков, и поздравить команду лейтенантов и их тренера с новым успехом. Не без удовольствия сообщаю имена футболистов, получивших первые золотые медали: капитаны Г. Федотов. А. Гринин, инженер-капитан К. Лясковский, старшие лейтенанты В. Никаноров, А. Прохоров, И. Кочетков, А Виноградов, В. Демин, В. Бобров, А. Николаев, В. Соловьёв, А. Водягин, лейтенант В. Чистохвалов.
| М | Команда | И | В | Н | П | Мячи | О |
|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | ЦДКА (Москва) | 24 | 17 | 6 | 1 | 61-16 | 40 |
| 2 | Динамо (Москва) | 24 | 19 | 2 | 3 | 57-15 | 40 |
| 3 | Динамо (Тбилиси) | 24 | 14 | 5 | 5 | 57-30 | 33 |
| 4 | Динамо (Киев) | 24 | 9 | 9 | 6 | 27-31 | 27 |
| 5 | Торпедо (Москва) | 24 | 9 | 6 | 9 | 36-29 | 24 |
| 6 | Зенит (Ленинград) | 24 | 10 | 2 | 12 | 35-49 | 22 |
| 7 | Крылья Советов (Куйбышев) | 24 | 8 | 6 | 10 | 32-45 | 22 |
| 8 | Спартак (Москва) | 24 | 6 | 9 | 9 | 34-26 | 21 |
| 9 | Трактор (Сталинград) | 24 | 7 | 7 | 10 | 34-39 | 21 |
| 10 | Динамо (Ленинград) | 24 | 7 | 5 | 12 | 32-48 | 19 |
| 11 | Крылья Советов (Москва) | 24 | 6 | 6 | 12 | 22-37 | 18 |
| 12 | Динамо (Минск) | 24 | 5 | 4 | 15 | 17-46 | 14 |
| 13 | ВВС (Москва) | 24 | 3 | 5 | 16 | 21-54 | 11 |
1948
Хет-трик Бориса Аркадьева
10-й чемпионат. 1948 год. 2 мая — 24 сентября.
Участники: 14 команд. 296 футболистов
Проведено 182 матча, забито 637 мячей (в среднем 3.50 гола за игру).
Лучший бомбардир — С. Соловьёв («Динамо» М) — 25 мячей.
В чемпионате зафиксировано 14 автоголов, назначено 49 пенальти, удалено 11 футболистов.
Игры первенства обслуживали 20 арбитров
Средняя посещаемость — 24000 зрителей
Победитель турнира дублёров — ЦДКА
Начавшийся в 1948 году очередной чемпионат Советского Союза по массовости уступал разве что соревнованиям, известным под названием «Кожаный мяч». Первый футбольный эшелон увеличился более чем вдвое. Юридическое право бороться за титул лучшей команды страны получили представители пятнадцати союзных республик (почему-то не было среди них команды от 16-й республики — Карело-Финской ССР). Фактического же равенства не было и быть не могло: слишком велика была разница в классе. И вот 2 мая эта пёстрая многонациональная армада отправилась в путь. На протяжении 11 дней на широких просторах Отчизны, «от Москвы до самых до окраин», раздавался звонкий гул мячей. Болельщик футбольной периферии был счастлив: появилась редкая возможность наблюдать игру ведущих наших корифеев. Вот только любители футбола никак не могли взять в толк, кто с кем, когда и где играет, ибо единственная центральная спортивная газета держала читателей в неведении относительно условий соревнования, количества участников, не опубликовала ни календаря, ни турнирного положения после сыгранных матчей. А результаты некоторых игр и вовсе не нашли отражения на её страницах. Скажу больше: «Советский спорт» на протяжении 11 дней ни словом на обмолвился о том, что проходят матчи первенства Советского Союза! Правда, некоторые центральные и союзные издания имели на этот счёт более определённое мнение, называя всё происходящее первенством Советского Союза. Что касается других подробностей, разброс мнений был велик. Всё это происходило в каком-то полумраке, в обстановке секретности. Несколько прояснить ситуацию удалось лишь «разведчикам» из грузинской газеты «Ахалгазрда комунисти» («Молодой коммунист» — родной брат «Комсомолки»), раздобывшим известными только им путями информацию о том, что в чемпионате участвуют 30 команд. Играют они в двух зонах по системе «каждый с каждым» в один круг. По четыре победителя зональных турниров образуют финальный турнир, который и определит чемпиона СССР. Не успела эта весть разнестись по многочисленным городам и республикам, как турнир прикрыли. Создаётся впечатление, что и само спортивное руководство не очень-то ориентировалось в происходящем, и когда вдруг поняло, что не контролирует ситуацию, решило отказаться от этой громоздкой и хлопотливой затеи. И опять без каких-либо объяснений. Когда 15 мая читатели, перелистывая страницы «Советского спорта», обнаружили таблицу с 14 привычными названиями команд, то сразу обо всём догадались. Так стоило ли, имея такого понятливого читателя, тратить время и ценное газетное место на какие-то объяснения? Вот только распуская этот пёстрый футбольный «табор», спортивные начальники под шумок забыли препроводить во вторую группу команду ВВС, занявшую по итогам предыдущего сезона последнее место. Причина такой забывчивости была объяснима: слишком высокого покровителя имела команда — Военно-Воздушные Силы. И опять читателям ничего объяснять не следовало: наиболее осведомлённые об этом знали, проницательные — догадывались, а все остальные задавать лишние вопросы не были приучены.
Если у поклонников футбола от одиннадцатидневной свистопляски могла кругом пойти голова, то какие же перегрузки пришлось выдержать тренерам и футболистам, находившимся в полном неведении на протяжении полутора месяцев! Об этом живо и эмоционально на Всесоюзном совещании по футболу рассказывал тренер ленинградского «Динамо» Михаил Бутусов тем, кто ко всей этой неразберихе имел непосредственное отношение:
От себя уже добавлю, что первый матч динамовцы Ленинграда сыграли с… ВВС.
То же самое, с некоторыми интерпретациями, могли рассказать руководители многих команд первой группы, готовившихся к сезону на Черноморском побережье.
Что и говорить, нагрузки нашим тренерам, моральные и физические, приходилось выдерживать колоссальные. Испытание их на прочность началось ещё в первой декаде марта, когда Всесоюзный комитет разродился Приказом № 225, который обязывал поднять на качественно новый уровень политико-воспитательную работу. Вновь возросла в командах роль политруков, призванных неустанно способствовать росту политического сознания своих подопечных, направлять его в единственно верное русло, рассказывать о происках реакционных западных кругов, объяснить, что Тито вовсе не друг, а заклятый враг, предавший свой народ и продавшийся американскому империализму, освежить в памяти «Краткий курс истории ВКП(б)», изучить биографию товарища Сталина…
Для тренеров организовывались месячные сборы для слушания лекций на социально-политические темы. В период между сборами их обязывали самостоятельно работать по единому плану, утверждённому Всесоюзным комитетом, и отчитываться о проделанной работе. Отчитывались они не только перед вышестоящими инстанциями, но с помощью средств массовой информации и перед народом. Вот характерный для того времени образчик:
Однако угодить начальству было нелегко. Один из спортивных сановников, выступая на Всесоюзном совещании, посвящённом итогам чемпионата 1948 года, не без раздражения говорил о том, что
Это уже была прямая угроза. И вот в таком уничижающе-угрожающем тоне говорили с лучшими нашими тренерами. Просто диву даёшься, как только им удавалось в промежутках между изучением жития и деяний несостоявшегося священнослужителя руководить тренировочным процессом, матчами и заниматься многими другими делами, непосредственного отношения к футболу не имеющими. И при всём при этом от них сверху требовался результат, результат сиюминутный. В противном случае… Вы меня поняли? Так вот, в чемпионате 1948 года задолго до его завершения сместили тренеров в шести командах первой группы, причём без ведома физкультурного руководства. А ведь с 1947 года, выражаясь шершавым языком ушедшей эпохи, тренеров ввели в
И, наконец, утопическое:
Один из пунктов Положения тут же был попран: «Спартаку» запретили избрать капитаном Василия Соколова за то, что на предсезонном сборе он увёл команду с поля. Спартаковцы настояли на своём. И победили. Наказать «бунтарей» не решились. Красно-белые одержали очень важную, но не единственную победу в сезоне 1948 года.
Герои трёх довоенных чемпионатов, они в середине сороковых как-то затерялись в «толпе». Правда, в спринтерских кубковых забегах им дважды удалось победить (в 1946 и 1947 гг.), но на стайерские дистанции чемпионата «дыхания» не хватало. И всё же «Спартак» мужал, обрастал мышцами и вскоре уважать себя заставил. Быстро набиралась опыта и становилась на ноги пополнившая команду после войны молодёжь (С. Холодков, А. Сеглин, Ю. Седов, И. Конов, О. Тимаков), успешно проходили «акклиматизацию» пришельцы: торпедовец К. Рязанцев, московский динамовец Н. Дементьев, игрок ВВС А. Парамонов, ленинградцы С. Сальников и Б. Чучелов. Вместе с уже ставшими ветеранами вратарём А. Леонтьевым и капитаном команды Василием Соколовым они в 1948 году предприняли дерзкий штурм кажущихся тогда неприступными высот, именуемых ЦДКА и «Динамо».
Блестящий рывок, предпринятый в середине первого круга и продолжавшийся до середины второго (23 очка в 13 играх), позволил «Спартаку» выйти в лидеры. И всего за шесть шагов до заветной цели штурм был отбит. Понеся серьёзные потери (0:2 от тбилисского «Динамо» и 1:5 — от московского), спартаковцы отступили. Но не сдались. Шесть очков, набранных в последних четырёх турах, позволили им впервые после войны взойти на пьедестал. Шесть спартаковцев вошли в число 33 лучших футболистов, а линия полузащиты (Рязанцев — Тимаков) считалась одной из сильнейших в стране.
С одним из них (с Тимаковым) случилась загадочная история. Герой двух победных кубковых финалов, невысокий, но необычайно прыгучий, отлично игравший головой, агрессивный атакующий полузащитник «Спартака» Олег Тимаков в начале осени 1947 года перестал появляться в составе. Не появился он и в начале нового сезона. Его загадочное исчезновение породило множество различных домыслов и слухов. Воспользуюсь лишь официальной версией, изложенной самим полузащитником в покаянном письме, которое, по всей вероятности, его вынудили написать (или подписать) как непременное условие возвращения в команду. Опубликовано оно было 18 мая 1948 года в газете «Советский спорт»:
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ
Уважаемый тов. редактор!
Решением Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта я дисквалифицирован на два года за самовольный уход из команды «Спартак», которая меня воспитала, за игнорирование мнения общественности.
Я глубоко продумал свой проступок и полностью осознал мою вину. Суровое наказание, которое вынесли мне Всесоюзный комитет и всесоюзная футбольная секция, считаю совершенно правильным. В среде советских спортсменов не может быть недисциплинированности, зазнайства, неуважения к коллективу, то есть всего того, что чуждо советскому спорту.
Вместо того чтобы самому как мастеру спорта бороться с чуждыми советскому спорту явлениями, я встал на ошибочный путь, противопоставив узко личные интересы, воспитавшему меня коллективу. Мой неэтичный поступок и последовавшее суровое его осуждение общественностью должны послужить серьёзным предупреждением всем тем, кто забывает лучшие традиции советского спорта — коллективизм и чувство товарищества.
Я глубоко переживаю свою ошибку и искренно хочу исправить её, отдав свои силы коллективу общества «Спартак», перед которым тяжело провинился.
О. ТИМАКОВ.
Верхи содержание письма вполне удовлетворило, и тут же председатель Всесоюзного комитета А. Аполлонов подписал приказ, снявший дисквалификацию с Тимакова и разрешивший ему играть за «Спартак». А он, как выяснилось, всего-то хотел перейти в «Торпедо», но ему не позволили.
Не только спартаковцы в сезоне 1948 года имели виды на первенство. Долгое время не скрывали честолюбивых притязаний и тбилисцы. Весь сезон они провели без своего лидера — Бориса Пайчадзе. И ничего, долгое время тянулись за лидерами. Но, когда из-за травм команду во втором круге покинули сначала А. Гогоберидзе, затем А. Зазрошвили и Г. Джеджелава, игра их разладилась, и в результате — лишь четвёртое место.
Чемпион долгое время находился на вторых ролях из-за проблем в линии нападения — в самом сильном звене команды. Недаром же болельщики расшифровывали ЦДКА как Целеустремлённые Дружные Красивые Атаки. Известно также, что многое в игре нападения зависело от двух выдающихся форвардов — Федотова и Боброва. Они уже третий год никак не могли полностью восстановиться от травм, часто пропускали игры или выходили на поле с незалеченной травмой. Вот и в 1948 году каждый из них пропустил по девять матчей (больше трети чемпионата), только в одиннадцати играх оба находились на поле одновременно. Когда Федотов и Бобров играли вместе, ЦДКА потерял всего два очка. А в отсутствие хотя бы одного из них — 9. Но как бы ни было тяжело команде, сражалась она до конца, не раз добывая очки на последних минутах. Чего стоит хотя бы матч первого круга с «Торпедо», в котором на 87-й минуте автозаводцы вели со счётом 2:1, но в оставшиеся три минуты сначала Дёмин, а затем Николаев забили по голу, и ЦДКА выиграл 3:2.
Перед последним матчем первого круга с «Динамо» армейцы отставали от соперника на четыре очка. Шанс сократить разрыв им использовать не удалось — 2:2. А после проигрыша первой игры второго круга «Спартаку» всем стало ясно — будет новый чемпион. Вот только у Аркадьева и его «подчинённых» имелись на этот счёт некоторые сомнения, хотя ситуация была тяжелейшей. Все мы знаем о бесперспективности погони за двумя зайцами. Армейцам же предстояло гнаться за тремя. Правда, положение их облегчалось тем, что бежали «зайцы» в одном направлении. Чемпиону ничего не оставалось, как мчаться за ними во всю прыть: авось те не выдержат гонки. Так оно и случилось. Через некоторое время «сбилось дыхание» у тбилисцев, чуть позже — у «Спартака». И с 22-го километра, простите, тура, они до самого финиша преследуют только одного «зайца» — московское «Динамо», которое до этого раз споткнулось и даже упало, но лидерства не упустило. Всего в шаге от лидера находился ЦДКА, а достать его никак не мог. Всё должно было решиться в последний день в последнем матче, перед которым у «Динамо» — 40 очков, у соперника — 39.
Составители календарей прошлых лет мало чем отличались от нынешних. Зато какая у них была интуиция! Какой чудесный деликатес приготовили они на десерт футбольным болельщикам!
24 сентября на московском стадионе «Динамо» состоялся финальный матч первенства СССР, в котором должен был определиться чемпион. Вызвал он огромный ажиотаж и породил множество проблем. Самая большая возникла перед болельщиками: как достать билет? Другую решала судейская коллегия с представителями высших спортивных чинов: кому судить? Четыре часа ломались копья вокруг этого вопроса при активном участии самого Аполлонова. Выбор остановили на эстонце Эльмаре Сааре.
Возникли проблемы и у армейцев. Получив травму в предыдущей встрече, не смог принять участия в самом главном матче турнира Григорий Федотов. В связи с этим шансы «Динамо» выглядели несколько предпочтительнее. К тому же их вполне могла устроить и ничья.
Матч этот, державший на протяжении 90 минут в непрерывном напряжении десятки тысяч зрителей и миллионы радиослушателей, словно качели, вздымал вверх то одну команду, то другую. Уже на третьей минуте счёт открыл Бобров. Армейцы взмыли вверх. Через десять минут последовал удар Бескова — и уже парят над землёй динамовцы. В середине первого тайма Николаев бьёт по чужим воротам — ликование в стане армейцев. В середине второго тайма Кочетков бьёт по своим — раскрывают друг другу объятия поклонники «Динамо». До конца матча 20 минут, 15, 10, 5, а «Динамо» всё ещё чемпион. Но вот прозвучал удар гонга. Он и подвиг армейцев на штурм последний и решительный.
Последовал хлёсткий удар Вячеслава Соловьёва. Мяч попал в штангу, и набежавший Бобров направил его мимо беспомощно распластавшегося на земле Хомича в сетку. Качели вновь взлетели вверх и застыли в высшей точке. ЦДКА — чемпион!
А теперь вспомним участников комбинации, решившей исход поединка этих же соперников во втором круге 1947 года. Неспроста я её тогда подробно описывал. Вспомнили? Знакомые все лица, не правда ли? Вратарь динамовцев Хомич, невольно исполнивший роль статиста, и два активных её участника — Вячеслав Соловьёв и Всеволод Бобров. Разница лишь в том, что в 47-м в штангу пробил Бобров, а добил Соловьёв. Два гола-близнеца в матчах одних и тех же команд, в исполнении одних и тех же футболистов, решивших судьбу двух чемпионатов! А ведь расскажешь иноземцам — не поверят. У них такого наверняка быть не могло. Что ни говори — таинственная страна Россия.
Ну что ж, это был сезон ЦДКА, выигравшего всё, что можно было выиграть: первенство, Кубок, турнир дублёров. Борис Аркадьев стал первым тренером, сделавшим со своей командой «хет-трик» — трижды подряд выиграв звание чемпионов. В истории союзных первенств достижение армейского тренера сумеет повторить ещё один большой тренер с не менее блестящей командой. Но это случится ещё не скоро.
А последнее место заняли московские «Крылышки». На сей раз никто их не задерживал. Так и упорхнули «Крылья» из первой группы. Навсегда.
| М | Команда | И | В | Н | П | Мячи | О |
|---|---|---|---|---|---|---|---|
| 1 | ЦДКА (Москва) | 26 | 19 | 3 | 4 | 82-30 | 41 |
| 2 | Динамо (Москва) | 26 | 18 | 4 | 4 | 85-28 | 40 |
| 3 | Спартак (Москва) | 26 | 18 | 1 | 7 | 64-34 | 37 |
| 4 | Динамо (Тбилиси) | 26 | 13 | 7 | 6 | 54-35 | 33 |
| 5 | Торпедо (Москва) | 26 | 15 | 3 | 8 | 58-43 | 33 |
| 6 | Динамо (Ленинград) | 26 | 10 | 5 | 11 | 42-47 | 25 |
| 7 | Локомотив (Москва) | 26 | 10 | 4 | 12 | 38-64 | 24 |
| 8 | Торпедо (Сталинград) | 26 | 7 | 7 | 12 | 28-44 | 21 |
| 9 | ВВС (Москва) | 26 | 9 | 3 | 14 | 33-52 | 21 |
| 10 | Динамо (Киев) | 26 | 7 | 6 | 13 | 32-50 | 20 |
| 11 | Крылья Советов (Куйбышев) | 26 | 5 | 9 | 12 | 22-40 | 19 |
| 12 | Динамо (Минск) | 26 | 5 | 8 | 13 | 38-62 | 18 |
| 13 | Зенит (Ленинград) | 26 | 4 | 9 | 13 | 29-48 | 17 |
| 14 | Крылья Советов (Москва) | 26 | 5 | 5 | 16 | 32-60 | 15 |
1949
Вечные рекорды «Динамо»
11-й чемпионат. 1949 год. 17 апреля — 14 октября.
Участники: 18 команд. 407 футболистов.
Проведено 306 матчей, забито 922 мяча (в среднем 3.01 гола за игру).
Лучший бомбардир — Н. Симонян («Спартак») — 26 мячей.
В чемпионате зафиксировано 17 автоголов, назначен 71 пенальти, удалено 14 футболистов.
Игры первенства обслуживали 33 арбитра.
Средняя посещаемость — 23000 зрителей.
Победитель турнира дублёров — «Динамо», Киев.
Сумбурные, неподготовленные попытки превратить чемпионат СССР в парад республик в 1948 году завершились неудачей. Но идея эта на протяжении всего года продолжала будоражить умы руководства, и к разработке её реализации вернулись на пленуме Всесоюзной футбольной секции, проходившем 9 и 10 декабря 1948 года.
Сезон к тому времени уже завершился. Протрубили медные трубы в честь победителей, с прискорбием сообщили о переходе в турнир иной неудачника, поздравили с новосельем харьковский «Локомотив», взявший верх над победителями зональных турниров второй группы. Короче говоря, соблюли необходимые правила приличия и одновременно внушили законопослушным гражданам, что уж на этот раз и «верхи» нарушать регламент не намерены.
А тем временем на упомянутом чуть выше пленуме всерьёз обсуждался вопрос о значительном увеличении в следующем сезоне состава участников первой группы. С предложениями по этому поводу выступил председатель Всесоюзной футбольной секции К. Андрианов. Основные тезисы доклада председателя сводились к следующему:
а) вторую группу распустить;
б) организовать городские, районные, областные, краевые и республиканские чемпионаты;
в) в первенстве СССР провести однокруговой турнир для 30 команд с обязательным участием в нём представителей всех союзных республик. Интервалы между турами — неделя, что создаст благоприятные условия для правильной организации учебно-тренировочной работы в командах;
г) циркуляция: после завершения чемпионата худшие команды от республик, а также Москвы и Ленинграда проведут переходные матчи с чемпионами республик и обеих столиц. Победители этих встреч и получат право участия в первенстве СССР.
Всеобщего одобрения предложения главы футбольной секции не получили. «Оппозиционеры» подвергли доклад решительной критике и по основным его положениям нанесли аргументированные контрудары:
а) приток большого количества команд сделает наш чемпионат громоздким и малоинтересным. Если и увеличивать первую группу, то незначительно и только за счёт лучших из второй группы, которую расформировывать нецелесообразно;
б) включение представителей всех союзных республик в сильнейшую группу отрицательно скажется на дальнейшем росте развития советского футбола;
в) недельный интервал между турами сохранить не удастся хотя бы потому, что добираться, например, из Риги до Ашхабада поездом предстоит свыше двух недель. Самолётом же из-за многочисленных посадок утомительно и накладно. А частые опоздания приведут к постоянной ломке календаря;
г) для соблюдения принципа равенства и справедливости необходимо, чтобы соперники встречались на своём и чужом полях. При однокруговом турнире соблюсти эти принципы невозможно.
Непримиримая позиция оппонентов не позволила достичь консенсуса. Поэтому решили доработать проект, внести в него дополнительные предложения и к 15 декабря 1948 года передать его на рассмотрение Всесоюзного комитета.
Высшим спортивным сановникам пришлось решать нелёгкие проблемы, связанные с расширением первого футбольного эшелона и принципами его доукомплектования. Какому из них отдать предпочтение — спортивному или национальному? После длительных раздумий, продолжавшихся свыше трёх месяцев, остановились на промежуточном, да и то с некоторыми оговорками. Среди пяти новичков первой группы только харьковский «Локомотив» получил там место по праву сильнейшего. Динамовцев Еревана, бакинский «Нефтяник» и рижскую «Даугаву» пригласили для увеличения представительства союзных республик в чемпионате (их стало семь). А как оказался среди сильнейших «Шахтёр» — неизвестно. Ни по каким критериям он не подходил. Если предположить, что где-то в верхах было выражено компетентное мнение об увеличении квоты от Украины до трёх команд, то в таком случае кандидатура имелась более достойная — днепропетровская «Сталь», занявшая в финальной пульке от двух украинских зон («Шахтёр» туда и вовсе не попал) второе место — вслед за харьковским «Локомотивом». Действенность единственного справедливого критерия — спортивного — подтвердила и сама жизнь. По итогам сезона 1949 года лучшими среди новичков стали харьковчане. А четыре команды, получившие персональное приглашение, расположились на последних пяти ступенях турнирной таблицы. Замкнул же её «Шахтёр».
Поделиться книгой: