Помоги проекту - поделись книгой:
— С ничтожеством? — Блондинка презрительно усмехнулась и напомнила: — Женщина, мы с вами похожи, как близнецы.
Но голос ее разума потонул в стихии чувств Александры.
— Подонок! — визжала она, стараясь посильнее припечатать мужу ладонью.
— Рыбонька, это не то, что ты думаешь, — оправдывался тот, хватая благоверную за руки. — Мы здесь совсем не тем занимались.
— А чем? — взвизгнула Ася, смачно залепливая Игорю в ухо уже кулаком.
— Мы здесь работали, — промямлил он, пытаясь увернутся от следующего хука, достойного Тайсона.
— Работали?
Ася застыла и несколько раз хохотнула (разумеется, нервно).
— Ха! Ха-ха! Работали они! Так это теперь называется? Лучше не смеши, мерзавец, меня! — возопила она, собираясь просыпать на мужа град новых ударов.
В отчаянии Игорь поспешил обратиться с мольбой к блондинке:
— Александра, скажи ей, подтверди, что я прав.
«Александра? — вспыхнула Ася. — У этой Стерляди даже имя мое!»
Блондинка нехотя подтвердила:
— Да, мы здесь работали.
Не правильно истолковав ошеломление женушки, Игорь воспрял и воскликнул с укором:
— Вот видишь, рыбонька! Мы здесь работали!
«Начинается! — подумала Ася. — Все, как пишут в женских журналах. Сейчас он начнет меня убеждать, что я мыслю низко и пошло, зато блондинка завалилась в мою кровать с высочайшими планами. Конечно-конечно, все именно так. Ведь я для него всего лишь домохозяйка, кусочек раковины, плиты… Стерлядь же, наверняка, идейна и дипломирована — образованно расставляет ноги перед чужим муженьком!»
Ася прищурила один глаз и зло на блондинку выплюнула:
— Бл…дь!
Та оскорбилась и бросилась остервенело доказывать свои честность и превосходство.
— Как ты смеешь, домохозяйка! — завопила она. — Я специалист высочайшего класса!
Ася, подбоченившись, заявила:
— А я про че? Зря нервничаешь, и я же про то!
— У меня три диплома! — не слушая ее, надсаживалась блондинка.
— А у меня четыре шубы и пять пальто!
— Я знаю три языка! — похвастала Стерлядь.
— Для минета хватит и одного, — злорадно заверила Ася.
— Я уникум! Я сто слов в минуту способна запомнить!
— А я — двести сказать! — почти не солгала Ася.
Игорь от женской перепалки пришел в изумление и, обращаясь к блондинке, спросил:
— Александра Ивановна, зачем вы все это сообщили моей жене? Разве не видите, как раз ваши способности и злят ее сильнее всего.
— Так поскорей разберитесь с этой домохозяйкой, — приказала ему блондинка и визгливо добавила: — Времени осталось в обрез!
Ася воскликнула:
— Что я слышу! Александра Ивановна? Ивановна? Эта бессовестная даже отчество мое прихватила! И еще эта б…дь приказывает моему же мужу разобраться со мной! Вот вам! Ха-ха!
И она скрутила роскошную дулю.
— Что это значит? — спросила блондинка, сурово глядя на Игоря. — На что она намекает, домохозяйка твоя?
Тот побледнел и, пожав плечами, промямлил:
— Не знаю. Она способна на все.
— В таком случае быстро уходим! — скомандовала блондинка, вскакивая с кровати.
Игорь дернулся к двери, наткнулся на преградившую путь жену и беспомощно уставился на блондинку.
«Да он же боится эту мегеру!» — прозрела Александра, изрядно струхнув.
Что там «струхнув» — Ася отчаянно запаниковала: «Он мегеру боится!»
Согласно женским журналам означать это могло только одно: Игорь собрался уходить из семьи и жениться на этой наглющей блондинке.
«Все! Крах! — подумала Ася. — Теперь я точно осталась одна! В двадцать восемь! Старуха! Отпетая! Женщина по имени Без! Без денег! Без диплома! Без работы! Без квартиры! Без мужа! Без радости! Без надежды!
И без семьи!
Кому я такая нужна?
Теперь я хуже Танюшки!»
Опыт разведенных подруг весомо ей говорил, что выйти замуж вторично будет ой как нелегко — особенно ей, домохозяйке. Еще труднее ей будет прожить без мужа. Таким пассивным, как она, путь только в уборщицы к богатеям, или в няни к их сопливым детишкам.
И то, если еще повезет.
«Я даже с компьютером не умею работать! — с ужасом подумала Ася и храбро решила: — Надо мужа от глупости удержать! Любым способом!»
Мысль заработала лихорадочно:
«Любым способом, но каким?
Надо родить ребенка — все по женским журналам!
Нет, не успею!
Что еще журналы советуют?
Обратиться к слабостям мужа!
А какие у Игоря слабости?
Господи, да у него их сотни и тысячи! Из одних только слабостей мужчина и состоит!
А времени мало! Как тут всеми воспользуешься?
Журналы советуют выбрать главную!
Какая главная слабость у Игоря?
Да он трус!
Точно, надо его запугать! Кажется, он боится, когда я визжу, вот и буду визжать! Посмотрим, как он себя поведет».
И она завизжала:
— А-ааа! Ты хочешь уйти от меня-яяя! Уйти навсегда! Я руки на себя наложу-ууу!
Игорь действительно испугался, отбросил попытки уйти и добросовестно начал исполнять свой супружеский долг.
Нет, он сделал не то, что вы подумали. Под злобным взглядом блондинки он продолжительно, ласково и терпеливо уговаривал свою обиженную жену. Тема, известная: «Я твой, а ты моя, не верь своим глазам, а верь своим ушам, то бишь моим словам».
Примерно так.
— Рыбка, я скоро вернусь домой. Не волнуйся. Развестись с тобой я не могу, даже если на это решусь, — в конце концов привел он сомнительный аргумент нерушимости брака.
Александра, подтаивая, напряженно гадала, что муж имеет ввиду. А он, завершая проникновенную речь, уверенно сообщил:
— То, что здесь было, это совсем не измена. Мы вообще, рыбка, здесь по долгу службы.
— Какой такой службы? — мгновенно взбодрилась «рыбка», почти убаюканная сладкими речами своего «рыбака». — Какая служба заставила вас обоих завалиться в мою постель?
— Это секрет, — брякнул Игорь.
Ася снова отправилась в бой, не взирая на страх потери супруга.
— Ах вот как! — взвилась она, опять пуская в ход кулаки. — У тебя секреты? С ней? От меня? От жены?
Чем униженней ощущала себя Александра, тем надменней казалась ей эта блондинка. Александра просто зверела. И чем сильнее зверела она, тем беспокойней становилась блондинка. Настала пора ультиматумов. Блондинка первой в эту пору вошла, заявив:
— Игорь, или ты немедленно утихомиришь свою домохозяйку, или мы опоздаем на самолет! А это будет провал! Учти, провалимся оба!
Ася угрожающе нависла над ней и рявкнула со знанием дела:
— Да, будет провал! Отсюда провалишь одна! А мужа я себе оставляю!
Блондинка испуганно отшатнулась, Ася же незамедлительно поставила ультиматум Игорю.
— Или ты немедленно признаешься во всем, или пеняй на себя! — заявила она супругу с такой ядовитой улыбкой, что у Игоря по хребту прошелся мороз.
— Что она собирается делать? — проверещала блондинка.
— Что ты собираешься делать? — скопировал вопрос Игорь.
«И в самом деле, что? Что я могу сделать?» — растерянно подумала Ася и от беспомощности ляпнула первое, пришедшее в голову.
— Я в газету к Иванову пойду. Пускай напишет Иванов про тебя какой ты бессовестный, — пригрозила она, униженно понимая скудность своей угрозы.
Станет ли писать Иванов?
А если напишет, ну и что из того? Игорь не депутат, не прокурор и не министр. Ха, напишут в газете! Нашла чем испугать.
Однако муж изменился в лице — так же поступила и мерзавка блондинка.
Довольная произведенным эффектом, Ася сделала вид, что собирается покинуть квартиру для немедленного осуществления страшной угрозы.
«Уж теперь-то меня не отпустят!» — торжествовала она.
И не ошиблась.
— Сделай же что-нибудь! — закричала блондинка. — Не стой, как истукан! Твоя чокнутая домохозяйка действительно в газету отправится!
Игорь подскочил к двери и, преграждая супруге путь, отчаянно завопил:
— Рыбка! Не уходи!
Ася охотно остановилась и, с монаршим видом поглядывая на перепуганную блондинку, освежила память блудного мужа:
— Или ты честно, по совести мне признаешься или… — нарочно не договорила она, зная что неопределенность хуже всего.
Особенно для мужчины. Женщине что — она всю жизнь в неопределенности той живет. Бедняжка постоянно гадает, поджидая мужа с гулянки, которую тот с важностью называет работой или делами.
«Изменяет он мне или не изменяет? — гадает жена. — Вчера губную помаду обнаружила на пиджаке, но он говорит, что испачкал пиджак в метро. Но почему тогда в кармане его штанов я обнаружила женские трусики? И духами от него постоянно разит. И деньги частенько мой драгоценный теряет.
Изменяет!
Или не изменяет?
Поделиться книгой: