Кто-то еще

— Я в туалет сходила! — смущенно хихикает девчонка.

— Положим так, — кивает брат. — Но иногда ты принимаешь какое-то лекарство, так тоже ведь бывает. — Фархад прищуривается, дожидается от сестры серьезности и продолжает: — А что бывает, если разболелся зуб? Представь. Что если разболелся совершенно ненужный, не выросший еще у тебя зуб мудрости, а?

— Ну-у-у…, - Зульфия задумчиво надувает щеки.

— Ты идешь к врачу. Потому идешь, что самостоятельно, собственными пальцами вырвать гадкий зуб — не можешь. Тебе нужна — помощь. Со стороны, врачебная. — Фархад распрямляется, откидывается далеко назад и пристально глядит на Зульфию: — Если уж мы наградили мадам Историю правами живого организма, то должны и относиться к ней, как настоящей, одушевленной плоти. Присматривать. Искать симптомы. Помогать.

Пятилетняя Зульфия была слишком мала, чтобы задать следующий, напрашивающийся сам собой вопрос: "А нужна ли ей наша помощь, брат?" Хроно-дефекты возникли не на пустом месте. Их наплодили — люди. Самоуверенные глупыши, решившие попутешествовать во временах, вмешавшиеся — пусть невольно! — в нормальный исторический процесс.

3 июля 13 часов 27 минут Москва

Корнеева задерживалась. Жуля-Зульфия занервничала. "Господи! Неужели эта бестолковая овца решила смотаться домой, накраситься и приодеться?!"

Перед фонтаном разгуливал, подрабатывающий аниматором студент театрального училища Матвей Духов. "Кот в сапогах", конечно же, и не подозревал, что стал носителем для агента хроно-департамента Фархада Амирова, улыбался и кокетничал с молодыми мамочками.

Но с ним проблем не будет: едва появится Корнеева, Фархад сумеет создать у носителя нужное настроение. Мягко привлечет внимание носителя к симпатичной рыжеволосой девушке, исподволь завяжет флирт. А если повезет, то и пресловутая "любовь с первого взгляда" получится… А паренек и не заметит, что находился под воздействием внедренного интеллекта: в нормальном летоисчислении из Матвея и Лидочки получится первосортный союз, ребята просто созданы быть вместе! Так что "Кот в сапогах" легко войдет под управление Фархада…

Корнеева… Корнеева другое. Вот уже несколько поколений по женской линии ее матери передается определенное психическое заболевание, делающее невозможным подселение второго интеллекта! Корнеева закрыта для перемещения, сиречь — неуправляема.

Когда из отдела архивариусов хроно-департамента пришел сигнал о возникновении прорыва: в следующем поколении не было зарегистрировано рождение важнейшего звена, стала иссыхать ветвь ключевого для истории генеалогического древа (на сленге департамента "бревно затлело"), то никто особенно не забеспокоился — дело, в общем-то, обычное: разминулись два объекта. Подсыхает, тлеет ветвь, раз-два — зальем! Потушим. Восстановим.

На акцию по восстановлению хроно-прорыва отправили начинающую агентессу Зульфию Амирову. Начальство знало, что в московском секторе работает ее родной брат и коли что — поможет. И то, что Лидия Корнеева оказалось закрытой для подселения чужого интеллекта, тоже никого особенно не напрягало, Матвей — открыт и управляем. Ничего опасного не происходит, все поправят и без участия Корнеевой.

Зульфия поработала с архивами. Выбрала нужный момент для появления в прошлом, подобрала носителя — подружку однокурсницу Лидии, собравшуюся отмечать день рождения в пафосном ночнике. Лидия была приглашена на вечеринку.

Фархад, уже ставший одним из ведущих агентов московского сектора, отправил на задание по подселению в Матвея Духова молодого подчиненного. Департамент с легкостью разработал схему по обогащению досадно нищего студента Духова: внушили нуворишу, заказавшему аниматоров на день рождения сына не только щедро расплатиться, но и определенному лицу премию подкинуть. Матвей (увлекаемый чужим интеллектом) "решил" наведаться на пляски в нужный клуб, но неожиданно повел себя, как разошедшийся купец первой гильдии в трактире: кутил, куражился, коктейли всем подряд заказывал.

А Лидия Корнеева на день рождения подруги явилась к шапочному разбору. Слабоватый, малоопытный агент не уследил за носителем Матвеем. Студен неожиданно, буквально с двух стаканов надрался в хлам и выпал в полноценный осадок. Операцию по знакомству двух объектов было решено прервать: Лида девушка воспитанная, с подвыпившими мальчиками не дружит. А рисковать нельзя — если Лидочка запомнит вусмерть пьяного "купца", застопориться на гадливом восприятии, потом проблем не оберешься. Поскольку Лидия закрыта и н е у п р а в л я е м а. Ей память "подтереть" нельзя.

Подобные провалы по обычному "тушению бревна" случались крайне редко.

Ситуацию списали на определенные трудности, возникшие в связи с психическим заболеванием носителя.

От архивариусов шли гневные депеши. К операции было решено подключить "пожарную бригаду": агентов хроно-наблюдения. Зульфию не стали наказывать, исключая девушку из операции. Возможно, брат задействовал какие-то пружины, но вероятнее всего Амирову оставили из соображений целесообразности — агентесса неплохо изучила ситуацию, была накрепко завязана и знакома с "материалом".

Пошла с е р ь е з н а я работа.

"Пожарники" подобрали место, обеспеченное камерами видеонаблюдения: людный сквер с фонтаном. Провели пошаговую разработку: дважды посещали один и тот же временной отрезок, убедились, что Матвей будет находиться в сквере практически весь световой день.

Для Лидии нашли подходящего носителя — Светлану Жукову. Эту девушку можно было безо всяких проблем брать под полное подавление интеллекта: через сутки с небольшим носитель погибнет, то есть будет е с т е с т в е н н о исключен из исторического процесса. Последнюю неделю Света проживет одна в двухкомнатной квартире, так как родители отбыли на курорт. Свободная жилплощадь Жули вписалась в сценарий хроно-разработки преотлично.

Зульфия подбросила Корнеевой идею отправиться к цыганке. Сама же по переадресованному телефонному звонку договорилась о сеансе. Заманила в сквер к фонтану…

Лидии опять запаздывала.

"И что на этот раз?! — ерзая по сиденью скутера, бушевала Зульфия. — В прошлый раз ее соседка уговорила "часик" посидеть с ребенком, пока она на работу смотается. Лида опоздала на целых три часа, не поспела вовремя придти на вечеринку. Что происходит на этот раз?!"

Фия поглядела на Кота в сапогах, беспечно раздающего билетики. Возле Духова уже давно крутилась симпатичная бабенка — толи шалая мамочка, толи развязная нянька — если так пойдет, то никакой Фархад не справится! Бабенка отметет от "котика" любую девушку соперницу!

Глаза Жули-Зульфии встретились с взглядом Матвея-Фархада. На долю секунды брови Духова образовали ровную, как будто "сросшуюся" над переносицей полоску — Фархад отправил сестре знак! попытался успокоить: "Не дрейфь, сестренка, все еще поправится!"

Жуля-Зульфия гневно фыркнула и обернулась к дорожке, ведущей от метро…

По тротуару шагала Лидия Корнеева. Стройная рыжеволосая студентка в белоснежных джинсах и ажурной белой майке на бретельках. Зеленые глаза Лидочки напряженно высматривали с у ж е н н о г о. Руки нервно теребили кожаные тесемки сумочки.

Жуля-Зульфия облегченно выдохнула. Настрой студентки выдавал серьезную решимость. Теперь уж Лида не свернет, дойдет до цели в сапогах.

Миновав людской круговорот на входе в сквер, Лидочка увидела — КОТА. Как и предрекала гадалка, ее СУДЬБА в ботфортах фланировала у фонтана.

На мгновение, как будто не совсем доверяя зрению, Корнеева остановилась. Прищурилась.

Высокорослый ладный "котик" уже избавился от надоедливой мамаши, помахивал веером из пригласительных билетов, радушно улыбался прохожим.

Только что напряженное, чуть нахмуренное лицо Лидии облегченно расправилось.

Матвей не мог ей не понравиться — ее типаж! Широкоплечий и приветливый брюнет с осанкой и манерами!

Как будто растягивая удовольствие, поглядывая на с у д ь б у приятной наружности, Лидочка вдруг свернула в сторону, улыбнулась странностям фортуны… Подошла к аппарату, где торговали мягким мороженым. Купила стаканчик с шоколадной розочкой…

К тому же аппарату побежал мальчишка. Протягивая деньги продавцу, ударил макушкой по локтю замешкавшейся, залюбовавшейся Котом студентки…

Вафельный, наполненный мороженым конус чутко врезался в нос Лидии Корнеевой!

Мягкий коричневый комок скатился с лица, частично провалился в декольте, измазав грудь, частично прокатился по майке и белоснежным джинсам!

Потерянная, готовая разрыдаться Лидочка стояла на выходе из сквера и потрясенно крутила испачканными мороженым руками. Майка, джинсы и лицо заляпали густые коричневый капли…

Нашкодивший мальчишка убежал. Продавец сердечно предлагал неловкой покупательнице полотенце не первой свежести…

Кое-как отчистившись, Лида все же разрыдалась. Идти в таком виде на встречу с СУДЬБОЙ и думать нечего! Скромная приличная студентка Лидия Корнеева выбежала практически на середину автострады, поймала частного извозчика.

Уехала.

Буквально в метре от места, где остановился столичный бомбила тихонько выла Жуля-Зульфия.

Фархад, презрев строжайшие запреты хроно-департамента, полностью подавил носителя, взял под контроль речевые, слуховые и двигательные центры Матвея Духова, и подошел к сестре:

— Езжай на адрес, — приказал негромко и сочувственно. — "Пожарники" постараются по камерам довести мальчишку до места. Вероятно, он и есть — дефект. О нем узнаю все. Кто он, откуда, кто его родители. Если деньги на мороженое пацану дала соседская старушка, проверят и ее!

По лицу Матвея Духова гуляли волны — Фархад разнервничался. Жуля-Зульфия затравленно озиралась, понимая, что глупейший поступок ее начальника и брата-заступника сейчас снимают камеры наружного наблюдения, его проступок занесут в рапорт и позже на Фархада обязательно наложат штрафные санкции!

— Иди, Фархад, иди! — взмолилась Зульфия. — Работай!

"Кот в сапогах" попятился. Поднял руку в прощальном жесте. И отправился развлекать шумную толпу детишек.

3 июля 14 часов 42 минуты Москва

Зульфия почти не помнила, как добралась до дома Светы Жуковой. Дорога сложилась в кошмарные, обрывочные слайды, в памяти агентессы хроно-департамента остались лишь безостановочные приказы разбалансированного рассудка:

"Тихо, тихо, Зульфия, не торопись! Погибнешь вместе с носителем и это — навсегда! бесповоротно! Береги доставшееся тело!"

Кошмар, растянутый на километры закончился лишь во дворе.

Жуля-Зульфия кое-как затолкала скутер в колясочную. Получила привычную порцию презрения от кумушек на лавочке возле подъезда:

— Светка! Опять свой драндулет в дом завозишь! Колясочная не для мотоциклов предусмотрена!

Но отвечать не стала. Сил не достало огрызнуться по установившейся традиции.

Поднимаясь на лифте до четвертого этажа, Фия размышляла — кого увидит на площадке у квартиры? за ней уже п р и ш л и? или ситуацию считают разрешимой малыми силами?

По строгим порядкам хроно-департамента носитель, накрепко задействованный в операции, подлежал уничтожению. Физическое устранение использовали крайне, крайне редко, чаще человеку стирали память, убирая воспоминания о произошедших не по его воле событиях. И потому для долгосрочных операций подбирали носителей, чей жизненный цикл и без того закончен. Особо не наглели, без нужды не злодействовали.

Потенциальная покойница Света Жукова прервет свой цикл завтра днем в два часа. Предполагалось, что Зульфие придется дождаться этого момента. Ее намеревались выдернуть из прошлого буквально в момент аварии (точное до доли секунды время вычислили на пошаговой реконструкции по камерам наблюдения ГИБДД), Зульфия о б я з а н а д о в е с т и носителя до точки прерывания, поскольку тот на несколько суток был насильственно изъят из нормальной жизни. Света Жукова на пару дней выпала из привычной круговерти, пропала для друзей и близких…

После того, как и вторая операция по ликвидации хроно-прорыва влетела псу под хвост, о "мирном" возвращении из под колес рефрижератора придется позабыть.

Не известно, сколько реального, нынешнего времени займет слежка за мальчишкой, но как только о нем поступят первые точные сведения, начнется обратная пошаговая отмотка. В будущем и настоящем могут пролететь недели — вперед-назад, чиновник хроно-департамента (в чужом теле) притопает к квартире Светы Жуковой, едва появится необходимость.

…Необходимость притопала в лице сантехника Сидорова. В процессе разработки операции "пожарники" брали на заметку всех вероятных носителей-потенциалов в ближайшем радиусе. Отменно подготовленные в спец-интернатах агенты запоминали каждое лицо. При встречах — если рядом не было посторонних, — пользовались секундными мимическими сигналами, подсказывая: свой вошел в контакт.

Фия знала, что Валерий Анатольевич Сидоров погибнет послезавтра от удара током. Фархад предполагал задействовать потенциального покойника при случае возникновения нештатной ситуации, поскольку Валерий Анатольевич проживал неподалеку, что называется, под боком обретался — на подхвате. Но привлекать к операции этого носителя агентам не потребовалось.

…Едва выйдя из кабинки лифта, Зульфия попала под колючий взгляд сантехника. Ноздреватый нос умеренно выпивающего Валерия Анатольевича на мгновение хищно выгнул ноздри, в груди младшего агента хроно-департамента Зульфии Амировой помертвело сердце: перед квартирой стоял шеф-директор активного подразделения циклонов — герр Штраус. Рихард Штраус собственной персоной.

Валерий-Рихард дождался пока Жуля-Зульфия, плохо владея онемевшими пальцами, опорет замки, раскроет перед ним дверь…

Заговорил уже в квартире, используя интерлингву — международный язык далекого будущего:

— Рассказывай, — приказал, заходя в гостиную, где на столе все еще стоял хрустальный шар, и усаживаясь на диван.

Зульфия, судорожно стискивая пальцы в кулаки, вытянулась перед шеф-директором. Если бы не рассказы брата, она ни за что не опознала бы мимический сигнал начальника — Зульфия ни разу не встречала Штрауса, работающего в головном тибетском центре! Герр Рихард отвечал за работу в с е х активных подразделений всемирного хроно-департамента, то что он сейчас л и ч н о прибыл в Москву — событие из ряда вон! Перенервничавшая Зульфия, пожалуй бы, упала в обморок, прибудь к ней шеф-директор Восточно-Европейского сектора, появление же САМОГО Штрауса, подстегнуло так, что почти вогнало в ступор! Но, благо, не позволило упасть.

В Москве происходили события мирового масштаба. Только так Зульфия смогла объяснить возникновение перед квартирой Штрауса.

— Тридцать шесть дней назад я получила приказ на ликвидацию хроно-прорыва Духов-Корнеева…

— Я знаю, — отмахнулся шеф-директор. — Меня интересует, почему вы пошагово не отработали предысторию прорыва.

— Мы отработали…, - удивленно промямлила Амирова.

И это было правдой. Едва от архивариусов пришел сигнал о появлении прорыва, ситуацию отмотали назад, нашли точку излома нормального процесса, исследовали причины его возникновения.

По нормальному течению истории Матвей Духов и Лидия Корнеева познакомились бы еще в школе. Лидочка должна была вместе с мамой и бабушкой переехать в другой район, придти в новую школу и там встретить одноклассника Матвея. Сразу после достижения восемнадцатилетнего возраста Матвей и Лида подали бы заявление в ЗАГС, поженились, нарожали "хроно-бревен".

Но Лидочка не переехала. Ее мама Ирина Максимовна внезапно обзавелась недостающей суммой денег и, вместо того, чтобы продать крошечную квартирку в хорошем район и переехать в новостройку на окраине, выкупила у соседки Тани Никодимовой однокомнатную квартиру, объединила два жилища в приличные хоромы.

Начальной точкой излома стали — деньги. Агенты хроно-департамента прошерстили обстановку с момента, когда Ирина Максимовна, по ее словам, выиграла в лотерею приличную сумму. Переместиться непосредственно в носителя Ирину Корнееву не позволило редчайшее заболевание мозга последней. Работать приходилось с окружением Корнеевых: интеллектуально внедрялись в подруг, в родню, в коллег. Но ничего так и не выяснили — Ирина Максимовна оказалась исключительной молчуньей. Она ни с кем не поделилась точной информацией — какая лотерея? когда был розыгрыш? откуда вообще билетик взялся? Деньги внезапно и вдруг появились в ее квартире, словно бы материализовавшись из воздуха. По правде говоря — их вообще никто не видел! Ирина разбогатела внезапно и таинственно. Пришла вместе с соседкой Никодимовой к нотариусу и там оформила договор купли-продажи недвижимости.

На этом — все. В московском секторе хроно-департамента решили бестолку не тратить силы, предположили, что деньги Ирина Корнеева — нашла, украла, либо вправду выиграла… На том и успокоились.

Когда хроно-прорыв не удалось заштопать, познакомив Духова и Лиду в клубе, шибко тоже не встревожились: бывает. Случалось не такое, не каждое "бревно" потушишь с первого же раза. Дефектов в прошлом расплодилось — пруд пруди! Какой-то из дефектов мог вытащить из лотерейного барабана шарик с ненужным номером, какой-то — потерять пакет с деньжищами или тот же лотерейный билетик… Короче — можно прошагать и отмотать назад, с огромными усилиями докопаться до первопричины нарушения процесса, а можно, не тратя сил и времени совершить еще одну попытку.

Попытка у фонтана провалилась.

Зульфия предполагала, что провал грозит штрафными санкциями, понижением Фархада в должности, работой до седьмого пота…

В квартиру Светы Жуковой нагрянул Рихард Штраус. И это отдавало уже отнюдь не потом и не штрафами.

— Господин директор, — мямлила Амирова, — вы же знаете, что у всех женщин семейства Корнеевых латентное психическое заболевание, мы не могли к ним…

Сантехник Сергеев грохнул кулаком о стол, хрустальный шар испуганно подскочил на подставке!

— Я не спрашиваю тебя о поводе для глупости и лени!! Я спрашиваю, почему вы качественно, всесторонне не отработали ситуацию на точке излома?! Почему не проверили окружение соседки Корнеевых, не попробовали зайти со стороны продавца соседней квартиры, а тупо отрабатывали только покупателя?!?!

— Так…, - Зульфия потерянно развела руками…

3 июля 3 часа 58 минут Калифорния

Странный звук доносился откуда-то снизу, пожалуй, из гаража. Джессика встрепенулась, согнала остаток сна и, нашаривая ступнями тапочки возле кровати, набросила халатик. Завязывая на ходу тесемку, поспешила звук.

— Эй, Боб, ты дома?! — негромко, так как в спальнях спали дети, и слегка испуганно выкрикнула миссис Стивенсон. Сегодня ночью ее муж должен прилететь из командировки в Россию, вероятно, это Роберт и шумит в гараже… — Я не ждала тебя так рано!

Джессика осторожно выглянула во внутреннюю дверь гаража…

Блаженно улыбаясь, Роберт Стивенсон сидел на пустой бочке в углу гаража и не делал даже малейшей попытки поприветствовать жену.

— Роберт…, Боб…, что с тобой?.. ты пьян?! — прижимая руки к груди, пораженно проговорила Джессика.

Муж перевел на женщину остекленевший отстраненный взгляд и растянул губы в слюнявом идиотском оскале.

Джессика огляделась по сторонам. Почему-то Роберт стащил брезент с огромного джипа, на котором обычно ездил с приятелями на рыбалку. (Когда она была, эта рыбалка? года полтора назад, не меньше!) Брезент зацепился за стеллаж, с полок, прямиком на пустые канистры рухнули две банки с краской. Отсюда видимо и звук, недавно разбудивший Джессику.

— Боб, ты собираешься на рыбалку ночью?.. Ты пьян?! Напился в самолете?!?!

Едва не теряя шлепанцы, Джессика бросилась к мужу, вцепилась в воротник рубашки, начала трясти, пытаясь привести мистера Стивенсона в приемлемое состояние!

Кусок огромного, вставшего колом брезента зашевелился, показалась спина мужчины, прятавшегося за капотом джипа. Обойдя машину сзади, к Джессике подкрался незнакомец в черной пасторской сутане… Не доходя до женщины одного шага, пастор нашарил на верстаке тяжелый гаечный ключ и… что есть силы опустил его голову миссис Стивенсон!

На лицо Роберта Стивенсона выплеснулись кровяные ошметки мозга его жены. Жирные капли стекали по щекам, по подбородку, мистер Стивенсон продолжал блаженно улыбаться, щуриться, как будто лицо его окропил легкий летний дождик.

Пастор внимательно поглядел на Боба. Чуть нахмурился: