Христофор Колумб

Не понимая, почему до сих пор он не встречал в новооткрытой "Индии" огромных природных богатств, Колумб обратился за советом к ученому-ювелиру, каталонскому еврею. Тот ответил ему: "...Драгоценные камни, золото, пряности и лекарства... привозятся из полуденных стран, где жители черного или коричневого цвета. По-моему, вам до тех пор не удастся найти эти предметы, пока вы не встретитесь с подобными людьми". Поэтому Колумб решил на этот раз держаться ближе к экватору, чтобы, наконец, найти черных людей на заокеанском материке. Об этом материке и о черных людях на нем ему говорили жители Эспаньолы (если он их верно понял); на материк ему указывал поворот берега Кубы, которую он считал полуостровом.

30 мая 1498 г. флотилия Колумба вышла из устья Гвадалквивира к Канарским островам. У острова йерро адмирал послал три корабля прямо к Эспаньоле, а сам с остальными тремя судами взял курс на юго-запад и в середине июля - достиг 5° с. ш. "Здесь ветер стих и начался такой великий зной, - писал Колумб королям, - что мне казалось - сгорят и корабли и люди на них". Штиль продолжался неделю. Когда задул попутный ветер, адмирал поднялся до 10° с. ш. и следовал на запад по этой параллели. 31 июля матрос с мачты адмиральского корабля увидел на западе три холма. Это был юго-восточный берег большого острова, и Колумб дал ему имя Тринидад (Троица). 1 августа корабли перешли к юго-западному мысу Тринидада. На западе была видна земля - часть южноамериканского материка у дельты Ориноко - и Колумб назвал ее "Земля Грасия" (Благодать).

На следующий день к кораблям подошел большой челн (каноэ), в котором находилось 24 воина с Тринидада. "Они были молоды и хорошо сложены, кожей не черны, белее всех кого я видел в Индии, стройны и телом красивы. Волосы у них длинные и мягкие... головы повязаны платками из хорошо обработанной разноцветной хлопчатой пряжи... некоторые были опоясаны этими платками и прикрывались ими вместо штанов".

В тот же день Колумб отправил лодки в пролив для промеров. Оказалось, что глубины достаточны для прохода его судов, а "постоянные течения шли в этом проливе в обе стороны..." При попутном ветре суда прошли пролив, который Колумб назвал Бока-де-ла-Сьерпе (Пасть Змеи). К северу от него воды были спокойны.

Случайно зачерпнув воду, Колумб нашел, что она пресная. Он плыл на север, пока не дошел до высокой горы. "Там пролив сделался очень узким... и течение также шло в двух направлениях и вода бурлила с такой же силой, как и у берегов (южного) мыса. И точно так же вода в море была пресная". Этот северный пролив между материком и Тринидадом Колумб назвал Бокас-дель-Драгон (Пасти Дракона). Он двинулся к западу вдоль гористого берега (южного берега полуострова Парии); и чем дальше он продвигался, "тем все более пресной и вкусной становилась вода". Там, где полуостров расширяется, а горы отступают к северу, суда стали на якорь.

"Туземцы... стали подходить к кораблям на бесчисленном множестве каноэ, и у многих висели на груди большие куски золота, а у некоторых к рукам были привязаны жемчужины... Они сказали мне, что жемчуг добывается здесь, именно в северной части этой земли". Но Колумб не мог долго оставаться здесь, так как припасы, которые он вез для колонистов Эспаньолы, портились, а сам он был очень болен. Он напрасно искал выхода из залива в западном и юго-западном направлениях. "Так я... добрался до очень большого залива, в котором, как оказалось, были четыре бухты средней величины, и в одну из них впадала огромная река". Несомненно, что Колумб достиг западного рукава дельты многоводной реки Ориноко. Благодаря этому открытию разъяснились те странные явления, которые он наблюдал - водовороты в проливах (от встречи морских течений с потоками речной воды), пресная вода в морском заливе (Пария). Зато возникло другое недоумение: где и как могла образоваться такая могучая река?

Однако Колумб не мог медлить. От устья открытой им великой реки он повернул на северо-восток и, воспользовавшись попутным ветром, благополучно вывел свои суда через "Пасти Дракона" в Карибское море. Повернув на запад, он шел два дня "вдоль высокой, очень красивой земли" - северных берегов полуостровов Пария и Арая. Затем корабли подошли к островам, где индейцы занимались ловлей жемчужниц, и матросы набрали у них жемчуга в обмен на безделушки. Самый большой и высокий из этих островов Колумб назвал Маргарита (Жемчужина).

Колумб обследовал северное побережье "Земли Грасии" (т. е. южноамериканского материка) на протяжении всего лишь 300 км, но болезнь и порча припасов не позволяли ему оставаться дольше у этого "Жемчужного берега" этой странной земли. И он повернул от Маргариты прямо на север, к Эспаньоле.

Лежа на койке, обессиленный недугом, полуслепой, Колумб продолжал обдумывать значение своих новых открытий. Из письма, которое он несколько недель составлял для Фердинанда и Изабеллы, можно видеть, как замечательные догадки смешивались в его уме с болезненной и религиозной фантастикой.

Пресная вода в заливе Парии доказывала существование впадающей в залив великой реки, которая могла образоваться только на очень обширной земле, т. е. на материке: "Я убежден, что эти земли величайших размеров и что на юге есть еще много иных земель, о которых нет никаких сведений". Но что это был за материк? И тут с совершенно верным выводом переплетался бред. В официальном письме-отчете, адресованном "католическим королям", Колумб утверждал, что "места эти наиболее высокие в мире и наиболее близкие к небу" и что здесь именно лежит земной рай: "оттуда, вероятно, исходят воды, которые... текут в места, где я нахожусь".

Но среди длинных бредовых рассуждений и ссылок на авторитеты древних авторов и "отцов" церкви, снова проскальзывает трезвая фраза: "если река эта не вытекает из земного рая, то я утверждаю, что она исходит из обширной земли, расположенной на юге и оставшейся до сих пор никому неизвестной...", т. е. течет по неизвестному южному материку.

20 августа 1498 г. показался южный берег Эспаньолы. Адмирал застал там полный развал. "Благородные" идальго отказались повиноваться Варфоломею Колумбу. Они для потехи превращали несчастных индейцев в мишени для стрел, изнуряли своих новых "подданных" работой на плантациях, жили с захваченными ими насильно индианками "в наглом многобрачии", как выражается один испанский историк.

Мятеж закончился унизительным соглашением для Колумба, получившего в это время дурные вести из Испании. Мятежникам была гарантирована уплата жалованья за все время восстания. Каждому мятежнику отводился большой участок земли, к которому для обработки прикреплялось определенное число индейцев. Так Колумб санкционировал широкое распространение той, характерной для начального периода испанской колонизации системы закрепощения индейцев, которая получила название репартимьенто (буквально - распределение, раздел). За побег, по усмотрению владельца, полагалась смертная казнь или обращение в рабство.

Королевская казна продолжала получать ничтожные доходы от "Западной Индии". А в это время португалец Васко да Гама обогнул с юга Африку, открыл путь в подлинную Индию, завязал с ней торговлю и вернулся на родину с богатым грузом (1499). Он действительно видел густо населенную страну высокой культуры, большие города со зданиями чудесной архитектуры, оживленные порты, прекрасно возделанные поля и сады.

Земли, открытые Колумбом, - теперь это было уже вполне очевидно, - не имели ничего общего с богатой Индией. Сам Колумб казался болтуном и обманщиком. Возможно, что и "католические короли" расценивали как неискусный обман его сообщения об открытых им подступах к земному раю. На Колумба посыпались новые доносы и самыми опасными из них были обвинения в утайке королевских доходов. Из Эспаньолы поступили сведения о мятежах и казнях. Испанские дворяне, вернувшиеся ни с чем на родину из колумбовой "Индии", всенародно обвиняли адмирала, открывшего "страну обмана и несчастий, кладбище кастильских дворян".

Испанское правительство прежде всего (к 1499 г.) отменило монополию Колумба на открытие новых земель, чем немедленно воспользовались некоторые из его прежних спутников, ставшие его соперниками. А в 1500 г. на Эспаньолу был отправлен - с неопределенными, но, повидимому, неограниченными полномочиями - Франсиско Бовадилья. Колумб должен был сдать ему все крепости, корабли, лошадей, оружие и запасы. Бовадилья действовал очень решительно. Он поселился в доме Колумба, завладел его вещами и документами. Из денег, найденных у Колумба, он выплатил всем колонистам задержанное жалованье, что, конечно, еще больше расположило колонистов в его пользу. Он арестовал адмирала, его братьев, Варфоломея и Диего, и заковал их в кандалы.

После двухмесячного следствия Бовадилья пришел к заключению, что Колумб был человек "жестокосердный и неспособный управлять страной", и отправил его вместе с братьями в кандалах в Испанию.

В октябре 1500 г. корабль с тремя братьями, закованными в кандалы, вошел в гавань Кадиса.

Очень влиятельные лица, финансировавшие экспедиции Колумба и заинтересованные поэтому в его судьбе, сумели "мобилизовать общественное мнение" в пользу разжалованного, униженного и закованного в кандалы "адмирала моря-океана". Повидимому, до Изабеллы дошли слухи о негодовании в андалузских городах по поводу того, что человек, открывший "Западную Индию", вернулся в Испанию в оковах. Король и королева приказали немедленно освободить Колумба, письменно выразили ему свое сочувствие, лицемерно негодовали против недостойного обращения с ним, приказали выдать ему две тысячи золотых, чтобы он мог явиться ко двору "в приличном виде". Словом, королевская чета поспешила оправдать себя, взвалив всю ответственность за обращение с великим мореплавателем на Бовадилью, который от нее же получил тайные инструкции.

Произошла мелодраматическая сцена, когда Колумб - уже без оков - снова явился перед обоими монархами и упал к ногам королевы. Изабелла будто бы даже разрыдалась, а Фердинанд казался потрясенным. Короли надавали Колумбу много обещаний, но так и не выполнили их. Королевским наместником назначен был Николас Овандо: Бовадилья, повидимому, рассматривался как временный исполнитель королевских поручений.

Между тем в Испанию начало прибывать значительное количество золота, добытого на Эспаньоле, и жемчуга, собранного на Жемчужном берегу. Поэтому сотни новых искателей приключений и легкой наживы устремились в "Западную Индию". Около трех тысяч человек изъявило желание отправиться вместе с наместником Овандо "на ловлю счастья". 23 корабля понадобилось для того, чтобы перевести через океан новых колонистов. В апреле 1502 г. флотилия Овандо достигла Эспаньолы. С этого времени началось массовое заселение испанцами Антильских островов и в невиданных ранее размерах истребление их коренного населения, завершившееся почти полной его гибелью.

* * *

В 1501 г. Колумб просил у короля позволения организовать новую западную экспедицию. Фердинанд рад был избавиться от человека, которого он рассматривал как назойливого просителя. Осенью 1501 г. приступили к снаряжению небольшой флотилии, весной 1502 г. Колумбу приказали немедленно отплыть на запад.

Колумб объявил, что намерен совершить кругосветное плавание. Он взял с собой брата Варфоломея и внебрачного сына Эрнандо, еще мальчика. В его распоряжении были четыре судна, каждое в 50-70 т; экипаж состоял из 150 человек.

Несмотря на королевское запрещение, Колумб направил свои корабли через дугу Малых Антильских островов к Эспаньоле и в конце июня 1502 г. подошел к Санто-Доминго. Овандо, сославшись на королевский приказ, отказал в разрешении войти в порт. На рейде суда Колумба удачно выдержали налетевший ураган.

В середине июля Колумб двинулся прямо на запад вдоль южных берегов Эспаньолы и Ямайки. Вряд ли на этой широте, у 18-й параллели, Колумб рассчитывал открыть желанный проход в Индийский океан: уже тогда европейские картографы предполагали, что пролив начинается у "Золотого Херсонеса" (Малакки), недалеко от экватора, т. е. примерно на 2 тыс. км южнее 18-й параллели. Колумб, очевидно, стремился сначала достигнуть на западе материка, а затем в поисках пролива следовать вдоль берега по возможности в южном направлении. В дальнейшем он так и поступил.

30 июля испанцы открыли остров Гуанаха (лежит против северного берега Гондураса). За ним вдали на юге показались горы. Адмирал решил, что там, на юге, был материк и на этот раз не ошибся. Жители острова казались настоящими дикарями. Но неожиданно к кораблям подошла очень широкая и очень длинная пирога, сделанная из цельного ствола огромного дерева. 25 гребцов, прикрытых спереди фартуками, сидели на веслах. Под шатром из листьев в пироге были сложены разнообразные предметы, указывающие на то, что эти люди стоят на высоком уровне культуры. Там были цветные ткани и одежда, бронзовые и деревянные изделия и большой запас бобов какао, к которым у сидящих в челне было какое-то особенное отношение: если кто-либо ронял боб, то сейчас же бережно подбирал его. (Позднее испанцы узнали, что в Мексике и на полуострове Юкатане бобы какао заменяли монету.)

Колумб не придавал большого значения этой встрече, которая на самом деле была первой вестью о культурной стране народа майя, живущего на полуострове Юкатане. В пироге не было золота и драгоценностей, а когда гребцам показывали золотые предметы, они протягивали руку на юго-восток.

В середине августа корабли подошли к материку близ мыса Гондурас, а затем повернули на юго-восток. Варфоломей Колумб впервые высадился на материк в 100 км к востоку от мыса. Туземцы встречали испанцев дружелюбно, снабжали их плодами и птицей. Все они были татуированы, ходили голые или в короткой одежде из бумажной ткани. В уши они вдевали массивные серьги; этого испанцы не видели у других индейцев.

Колумб все двигался вдоль берега к востоку - против сильного ветра и течения, мечтая найти пролив. Корабли давали течь, снасти и паруса были изорваны. Экипаж выбился из сил. Позднее Колумб писал: "...не прекращалась ужасная буря - такой силы, что от взора были скрыты солнце и звезды... Люди поражены были недугами и удручены... им нередко приходилось видеть бури, но не столь затяжные и жестокие... Болезнь (тринадцатилетнего) сына, который находился со мной, - терзала мою душу... Я тяжело захворал и не раз был близок к смерти..."

В течение сорока дней суда продвинулись от мыса Гондурас всего лишь на 350 км в юго-восточном направлении. В середине сентября берег круто повернул прямо на юг. Ветер подул благоприятный, течение стало попутным. Перед испанцами, казалось, без конца тянулся на юг плоский и низменный берег с широкими речными устьями и большими прибрежными лагунами (Москитовый берег - восточная приморская полоса Никарагуа). Теперь они продвигались гораздо быстрее и за две недели прошли около 500 км. Затем берег снова повернул на юго-восток.

Туземцы часто подходили к кораблям на легких пирогах. Испанцы видели у них золотые пластинки и другие украшения из золота и получали иногда золото в обмен на безделушки. Колумб назвал этот берег "Золотым" (теперь Коста-Рика - "Богатый берег").

Когда флотилия продвинулась на юго-восток приблизительно на 300 км, берег начал отклоняться к северо-востоку. Испанцы достигли страны Верагуа.

В начале ноября корабли стали на якорь в Прекрасной Гавани (Порто-Бельо). Из-за непогоды они на много дней задержались там. Опрашивая туземцев, Колумб получил сведения, будто в девяти днях пути, у другого моря, живет богатый народ. Он-де "ест и пьет на золоте", плавает в море на кораблях и ведет торговлю пряностями и другими товарами. Там мужчины и женщины ходят в богатых одеждах и украшают себя драгоценностями. По словам Колумба, он бы "удовольствовался десятой долей того, что сулят эти рассказы".

Чтобы судить, правду ли говорили индейцы, нужно вспомнить, что в 60 км к югу от Порто-Бельо находится Панамский залив Тихого океана, что в заливе расположены острова, которые до сих пор называются Жемчужными; что далее к югу действительно была огромная страна высокой культуры (Перу).

За Порто-Бельо берег опять отклонился к юго-востоку. Мощное встречное течение сильно замедлило движение судов. Наконец, корабли Колумба подошли с запада к Дарьенскому заливу, куда в 1501 г. с востока, со стороны Тринидада уже доходили испанцы. Продвигаться дальше на восток в поисках пролива было бесполезно. Флотилия Колумба шла вдоль берега Верагуа (300 км) целых полтора месяца. От непрерывных дождей суда начали гнить. Моряки открыто выражали недовольство тем, что они оставили "Золотой берег". 5 декабря 1502 г. Колумб повернул обратно.

Восточный ветер, мешавший до этого флотилии продвигаться вперед, теперь, когда она повернула обратно, неожиданно сменился противным, очень сильным западным ветром, который вскоре достиг силы урагана. Буря свирепствовала в течение девяти дней.

Целый месдц обветшалые корабли продвигались обратно в юго-западном направлении и прошли за это время только 200 км. Для отдыха и для ремонта судов Колумб вошел в устье реки в гавань, которую назвал Белен (Вифлеем). Там, близ золотоносной реки Верагуа, адмирал хотел основать испанскую колонию во главе с Варфоломеем Колумбом. Но восставшие индейцы перебили часть колонистов, остальные вернулись на корабли.

В конце апреля 1503 г. Колумб двинулся в обратный путь с измученным экипажем на трех полуразвалившихся судах (один корабль пришлось бросить в Верагуа). Сначала он взял курс на восток. Матросы и офицеры думали, что Колумб решил плыть прямо в Испанию. Однако у генуэзца была иная цель, и в письме с Ямайки он откровенно писал об этом испанским королям: "...Я шел много дней, повинуясь течению и не видя земли. Затем я следовал вдоль берега материка, - тут я прибегал к помощи компаса и своих знаний мореходного дела... Пусть скажут кормчие, известно ли им, где находится Верагуа... Они только и могут сказать о ней, что это земля, где много золота... Но им неведом путь туда... Чтобы снова достичь берегов Верагуа, необходимо вторично открыть эту землю..." Чтобы сохранить секрет, Колумб отобрал у кормчих карты, составленные ими во время плавания.

В Пуэрто-Бельо пришлось бросить еще один корабль. Дойдя до Дарьенского залива, Колумб переменил курс и пошел прямо на север, к Ямайке. Однако течения снесли суда к западу. Через десять дней показалась группа небольших необитаемых островов (Малые Кайманы, к северо-западу от Ямайки). А еще через двадцать дней, после упорной борьбы с противными ветрами и течениями, - в конце мая, - адмирал обнаружил, что находится в "Садах королевы", т. е. у южных берегов Кубы.

Здесь опять разразился шестидневный шторм. Вода все время прибывала в трюмы, хотя ее днем и ночью вычерпывали. Когда буря промчалась, Колумб повернул на юго-восток, к Ямайке. После многодневного плавания 24 июня 1503 г. он нашел на северном берегу Ямайки удобную гавань, посадил тонущие корабли рядом на мель и связал их вместе. Трюмы сейчас же наполнились водой. Жилые помещения устроили на палубе; вдоль бортов поставили ограждения для защиты от возможных нападений индейцев. Но индейцы были мирно настроены и доставляли испанцам маниок и другие продукты в обмен на безделушки.

Адмирал решил отправить письмо на Эспаньолу к Овандо с просьбой прислать судно за его, Колумба, счет. Послано было несколько испанцев под начальством Диего Мендеса на двух пирогах. С Мендесом адмирал отправил также большое письмо "католическим королям". Мистический бред переплетается в этом письме с восхвалением силы золота, с подчеркнутыми указаниями, что только он, Колумб, знает путь к "Золотой стране", и с недвусмысленными упреками в неблагодарности королей: "...Стеная заснул я и услышал полный сострадания голос, говорящий: ...Господь сделал так, что имя твое стало звучать чудесным образом на Земле. Индии - богатейшие части света - он дал тебе во владение... Он дал тебе ключи от заставы Океана, скрепленной мощными цепями, и подчинил тебе столько земель, а среди христиан ты приобрел почет и славу. Бог никогда не нарушает своих обетов и не отнимает даров своих... Ни одно слово его не пропадет даром, - а все им обещанное выполняется с лихвой..." Но, хорошо зная своих государей, Колумб писал там же: "...В Верагуа я увидел в первые два дня больше признаков золота, чем за четыре года на Эспаньоле... Отсюда будут вывозить золото... Золото - это совершенство. Золото создает сокровища, и тот, кто владеет им, может совершить все, что пожелает, и способен даже вводить человеческие души в рай..."

Прошло много месяцев, а с Эспаньолы не приходила ни помощь, ни даже весть от Мендеса. Испанцы, томимые неизвестностью, полным бездействием и тоской по родине, пали духом. Все растущее недовольство перешло, наконец, в открытый мятеж против Колумба. Мятежники разбрелись по Ямайке, грабя индейские деревни. Почти все люди, оставшиеся с Колумбом, были истощены болезнями и лишениями. Так как они были бессильны против индейцев, то старались мягко обращаться со своими соседями, чтобы те в обмен на различные вещи продолжали доставлять им продукты.

Между тем Мендес выполнил данное ему поручение. Овандо принял его с обаятельной вежливостью, но выразил сожаление, что в настоящее время не может оказать помощи Колумбу, даже за его счет. Вежливый вельможа боялся, что прибытие адмирала на Эспаньолу может вызвать восстание его приверженцев. Только через восемь месяцев Овандо "милостиво" разрешил Мендесу приступить к снаряжению корабля. Но прошло еще несколько месяцев, пока поверенный Колумба мог послать судно на Ямайку. Наконец, туда в июне 1504 г. пришли два корабля. Один из них был снаряжен Мендесом за счет адмирала, другой прислан Овандо: наместник вынужден был послать помощь под давлением некоторых влиятельных людей, которые склонились на сторону Колумба вероятно благодаря рассказам об открытой им "Золотой стране".

28 июня 1504 г., ровно через год после прибытия на Ямайку, Колумб оставил этот остров, но только через полтора месяца из-за встречных ветров его корабль вошел в гавань Санто-Доминго. Овандо встретил Колумба с внешними признаками почтения и поместил у себя в доме.

В сентябре 1504 г. Христофор и Варфоломей Колумб оставили Эспаньолу. Буря за бурей преследовали одинокий корабль. Только 7 ноября 1504 г. он вошел в устье Гвадалквивира.

Колумб был в отсутствии два с половиной года. Ему не удалось совершить первое кругосветное путешествие. Тем не менее во время своего четвертого и последнего плавания адмирал сделал новые великие открытия. Он открыл материк к югу от Кубы, т. е. берег Центральной Америки. Он обследовал юго-западные берега Карибского моря на протяжении около 1500 км й тем самым доказал, что огромный барьер отделяет в тропических широтах Атлантический океан от "Южного моря", о котором он слышал от индейцев. По тем картам, которыми Колумб пользовался, где-то у экватора или близ него, на юго-востоке Азии должен быть проход из Атлантического океана в Индийский. Если бы он слепо верил этим картам, то должен был убедиться, что открытый им материк - не Азия, а какая-то новая часть света. Но, повидимому, он перестал доверять картам и поэтому продолжал считать (или убеждать себя и других), что находится у берегов Восточной Азии. Кроме того, тот пролив, который он так страстно искал, мог быть севернее Гондураса или южнее, открытых испанцами берегов.

Важно также то, что Колумб первый принес вести о новых народах высокой культуры, живущих к северо-западу и югу от Карибского моря. И, наконец, он дважды пересек это море на западе в той части, которая еще не посещалась никем из европейцев.

Тяжело больной Колумб был перевезен в Севилью. Он был в очень мрачном настроении, но все же еще не терял надежды вернуть себе прежнее высокое положение и связанные с ним высокие доходы. Не забывая о тех, кто делил с ним несчастия на Ямайке, он настаивал на уплате им жалованья, потому что "они испытали невероятные опасности и лишения... и они бедны..."

Однако со смертью Изабеллы (в конце ноября 1504 г.) Колумб потерял всякую надежду на восстановление своих прав. Сыновья великого мореплавателя были убеждены, что он всегда пользовался милостивым расположением и покровительством королевы, тогда как король был постоянно равнодушен к нему и даже враждебно настроен.

В конце 1504 г. Колумб писал своему сыну Диего о тяжелой болезни, мешающей ему отправиться к королевскому двору, о нужде в деньгах, так как он истратил все доходы, полученные им на Эспаньоле, на перевозку в Испанию товарищей по экспедиции. В феврале 1505 г. на Эспаньолу был послан приказ - продать все движимое имущество Колумба. В апреле наложили запрещение и на другое имущество, чтобы удовлетворить его кредиторов. Только в середине 1505 г. Колумб получил аудиенцию у короля. Фердинанд вежливо принял его, но ровно ничего не обещал.

Прошел почти год. Дело Колумба было в том же положении. В мае 1506 г. в городе Вальядолиде он утвердил свое завещание. Через несколько дней после этого, 20 мая 1506 г., великий мореплаватель умер. Его смерть прошла незамеченной современниками. Только 27 лет спустя после смерти Колумба в официальном органе города Вальядолида была помещена коротенькая заметка о том, что "названный адмирал умер".

* * *

Подведем теперь краткий итог непосредственным географическим результатам четырех плаваний Христофора Колумба.

Колумб первый пересек Атлантический океан в субтропической и тропической полосе северного полушария, причем открыл "Саргассово море", первый из европейцев плавал в Американском Средиземном (Карибском) море и наблюдал ветви Северного-Пассатного и Гвианского течений. Он положил начало открытию материка Южной Америки и перешейков Центральной Америки и первый принес в Европу известие о лежащем за перешейками "Южном море" (Тихом океане). Он открыл все Большие Антильские острова - Кубу, Гаити, Ямайку и Пуэрто-Рико, центральную часть Багамского архипелага, большинство Малых Антильских островов от Доминики до Виргинских включительно, а также Тринидад и ряд менее крупных островов в Карибском море.

Иными словами, Колумб открыл все важнейшие острова Американского Средиземного моря и положил начало открытию двойного западного материка, который позднее получил название Америки.

Христофор Колумб

В брошюре из серии замечательные географы и путешественники повествуется о Христофоре Колумбе - испанском мореплавателе итальянского происхождения, в 1492 году открывшем для европейцев Америку.

Источник:

Магидович И.П. 'Христофор Колумб' - Москва: Государственное издательство географической литературы, 1956 - с.36