Он поднял глаза и встретил ее встревоженный, молящий взгляд.

– А что значит быть настоящим бойцом? – спросила Люсинда.

– Это значит не терять силы духа, – ответил Нат. – Вы можете научить парня драться, вы можете как следует натренировать его, вы можете выставить его на ринге против гораздо более слабого соперника, но он все равно проиграет, если у него не хватит силы духа. Сила духа и мужество – это самое главное. Мужество, состоящее из оптимизма, веры и, быть может, немножко из суеверия.

Люсинда вздохнула.

– У тебя всегда было достаточно мужества, Нат.

– О да! – ответил Нат просто. – Я всегда держал хвост трубой и верил, что буду победителем. И действительно, редко кому удавалось меня побить.

– И у Джо тоже есть мужество, – продолжала Люсинда, – недаром он твой сын.

– Я думаю, что все люди, которые чего-либо стоят, обладают мужеством, – сказал Нат. – И у вас оно всегда было, мисс Люсинда. Иногда, правда, это проявлялось в излишнем озорстве и непослушании.

– Я рада это слышать, – тихо сказала Люсинда, – потому что у меня такое предчувствие, будто мне понадобится все мое мужество и, может быть, еще больше.

Не сказав больше ни слова, она вышла из комнаты.

– Черт побери! – пробормотал Нат. – Разрази его гром, если он ее обидит, убью его собственными руками!

Граф Меридан, не имея ни малейшего представления о том, что он вызвал в ком-то такие кровожадные чувства, спокойно завтракал в своем доме на Беркли-сквер. В это время вошел дворецкий и объявил о прибытии полковника Холстеда, желавшего немедленно переговорить с ним. Лорд Меридан на секунду оторвался от бараньей котлеты.

– Проводите полковника сюда, – коротко сказал он, и через минуту в комнату вошел светловолосый молодой человек, одетый в сверкающий мундир полковника королевской гвардии.

– Побойся Бога, Чарльз, – воскликнул лорд Меридан. – Что за маскарад с утра пораньше!

– Мне нужно через полчаса на дежурство, – ответил полковник, – а поскольку я хотел с тобой поговорить, я решил заглянуть сюда по дороге.

– Ты бряцаешь и звенишь, как полковой оркестр, – заявил лорд Меридан. – Сядь и выпей глоток бренди. Или ты предпочитаешь кофе?

– Бренди, – это как раз то, что мне нужно, – ответил полковник.

Дворецкий наполнил его рюмку и поставил графин с бренди рядом.

– Есть будешь? – поинтересовался лорд Меридан.

Полковник передернулся.

– Мне дурно от одной мысли о еде, – ответил он. – Я лег спать сегодня в четыре утра. Сначала принц решил отправиться в Олмак, затем в Уайт-хаус, потом мы посетили несколько борделей, и только после этого его королевское высочество угомонились.

Лорд Меридан ничего не ответил на это, и спустя некоторое время полковник продолжил:

– Черт возьми, Меридан, я тебе просто завидую сегодня! Надо полагать, ты вчера играл у Брукса?

– Да, до часу ночи, – ответил лорд Меридан. – И поскольку больше не нашлось желающих играть со мной, я отправился домой.

– Рано лечь спать! – воскликнул полковник. – Вот почему ты сегодня так отлично выглядишь! Меня просто мутит, когда я вижу, с каким аппетитом ты поглощаешь эту баранью котлету.

– Я в восторге, что это тебя раздражает, – парировал лорд Меридан и подал знак принести ему еще одну.

– Честно говоря, Меридан, ты ничего не потерял, – нехотя признался полковник Холстед.

– Никогда бы не подумал, что эти чертовы послы говорили совершенно серьезно! – воскликнул лорд Меридан.

– Ты имеешь в виду этот бабский комитет в Олмаке? – поинтересовался полковник Холстед. – Уверяю тебя, они были совершенно серьезны. Они не на шутку раскомандовались. У меня появляется такое чувство, будто мной распоряжается полдюжины наполеонов в юбках!

– Я вообще не понимаю, почему люди туда ездят, – кисло заметил лорд Меридан.

– Совершенно с тобой согласен. Меня самого тошнит от их респектабельности. Но до тех пор, пока его королевское высочество желает посещать их, чтобы встречаться с ее светлостью, мы ничего не можем поделать. Но зато потом мы на славу повеселились в Уайт-хаусе. Старуха аббатиса представила нам новых хороших девочек – Бог знает, где она их выкапывает! Одна из них была персиянка или что-то в этом роде. Надо сказать, они здорово скрасили наш вечер. Жаль, что ты не присоединился к нам.

– Если ты думаешь, что я буду полночи ждать на улице, пока принц не пресытится светским обществом и не снизойдет до борделя, ты очень ошибаешься, – лорд Меридан в сердцах отшвырнул от себя тарелку. – Вся эта история в высшей степени глупа и унизительна. Если у кого-нибудь хватило бы здравого смысла, он давно взял бы бочку с порохом и подорвал этот чертов Олмак!

– Мой милый друг, ты просто злишься, что тебя выставили оттуда, – заявил Чарльз Холстед.

Лорд Меридан бросил на него такой взгляд, что у того слова замерли на губах.

– О, я совсем не хотел тебя обидеть, – быстро произнес он. – Просто тебе здорово не повезло, и все тебе сочувствуют. Я вчера прочитал объявление в газете. Значит, ты последовал совету леди Джерси? Ты не промахнулся – все говорят, что она очень хорошенькая девочка и будет отлично смотреться в ваших фамильных бриллиантах. А что она сама обо всем этом думает?

– Понятия не имею, – холодно произнес лорд Меридан. – Я с ней еще не знаком.

– Что-о-о? – У Чарльза Холстеда отвисла челюсть. – Ты хочешь сказать, что сделал предложение, даже не видя невесты?

Лорд Меридан кивнул.

– Я послал письмо ее отцу, в котором в самой изысканной форме просил ее руки, – ответил лорд Меридан. – Разумеется, он согласился, учитывая, что он должен мне тридцать пять тысяч фунтов.

– Тридцать пять тысяч фунтов! – воскликнул Чарльз Холстед. – Она обошлась тебе недешево!

– Это неважно, – ответил лорд Меридан. – Главное, она будет хорошо смотреться в фамильных драгоценностях и, несомненно, со временем порадует меня наследником. Жаль будет, если поместья достанутся моему непутевому кузену.

– Ну и холодный же ты человек! – заявил Чарльз Холстед.

– До сих пор никто не жаловался, – криво усмехнулся лорд Меридан.

Полковник Холстед запрокинул голову и громко расхохотался.

– Уж это точно. Кстати, куда подевалась Хуанита?

– Она отдыхала за городом несколько дней, – ответил лорд Меридан. – Ей нездоровилось. Кстати, сегодня она танцует в Ковент-Гардене. Не хочешь пойти взглянуть?

– Конечно, если ты приглашаешь, – сказал Чарльз Холстед. – Потом там и поужинаем, как всегда?

– Разумеется, – ответил лорд Меридан. – И по-моему, Уолтер обещал привести парочку восхитительных девочек. Он уверял меня, что ничего подобного мы еще не видели.

– Как это ему удается? – произнес Чарльз Холстед тоном глубокого восхищения. – Меня все уверяют, что у него в карманах ветер свищет, а он держит роскошных лошадей и окружает себя красотками. Кстати, я ему до сих пор должен за ту кобылу – думаешь, он будет настаивать, чтобы я с ним расплатился?

– Я бы на твоем месте просто-напросто взял на свое обеспечение одну из его девиц, – ответил лорд Меридан.

– Я бы не прочь, – с энтузиазмом откликнулся Чарльз Холстед. – Мне до смерти надоела та красотка, которую я содержу уже больше года. Она стала терять форму и даже на сцене уже не выглядит очаровательной.

– Ну так и брось ее, мой милый, – коротко произнес лорд Меридан. – Я всегда считал, что нельзя продолжать поддерживать связь с женщиной, которая тебе надоела.

– Абсолютно с тобой согласен. Сегодня вечером я присмотрю себе одну из девочек, которых приведет Уолтер.

– Он будет тебе крайне признателен, – саркастически заметил лорд Меридан.

Чарльз Холстед взглянул на каминные часы.

– Бог мой, мне пора бежать! – воскликнул он. – Кстати, я так и не сказал тебе, зачем я приходил. Я собираюсь устроить прием у себя в Ньюмаркете в конце апреля. Если хочешь принять участие, я могу пообещать тебе отличные петушиные бои и состязания между Джо Блетчером и Би – лом Фелденом – как ты знаешь, они оба являются чемпионами в тяжелом весе. Нас будет человек шесть. Ну а если кто-нибудь захочет прихватить с собой красотку – милости просим. Как насчет Хуаниты? Ты возьмешь ее?

– Какого это будет числа? – поинтересовался лорд Меридан.

– Я думаю, мы соберемся двадцать восьмого, – ответил Чарльз Холстед. – Ты можешь подвезти меня, если не возражаешь. Мне не хочется сознаваться в этом, но твои лошади гораздо быстрее моих.

– Мне очень жаль, – уныло протянул лорд Меридан, – но двадцать восьмого я не смогу. На этот день назначена моя свадьба…

– Какая неприятность, – начал было говорить Чарльз Холстед, но лорд Меридан невозмутимо продолжил:

– …но я присоединюсь к вам двадцать девятого. Я ни за что не хочу пропустить такое зрелище.

Полковник изумленно уставился на него, затем разразился громким смехом, который еще долго доносился с улицы после того, как он покинул дом.

Лорд Меридан направился в библиотеку, расположенную в дальней части дома и выходившую окнами в маленький садик.

Это была прелестная комната, уставленная стеллажами с книгами. В ее дальнем углу стоял огромный письменный стол, обтянутый кожей, на котором лежали груда писем и пресс-папье, отделанное серебром и украшенное фамильным гербом.

Он равнодушно взглянул на нераспечатанные письма, отвернулся, подошел к камину и потянул за шнур звонка.

Почти мгновенно в дверях появился лакей.

– Вы звали, милорд?

– Мой экипаж, – коротко бросил лорд Меридан.

– Экипаж уже подан, милорд.

Он прошел через холл, взял у дворецкого шляпу, трость и перчатки, спустился по лестнице, застланной коврами, и сел в карету.

– Хав Моон-стрит, 24, – сказал он стоявшему у дверцы лакею, который затем повторил это слуге, сидящему на козлах, а тот в свою очередь передал это кучеру.

Лошади тронулись, и слуга вполголоса сказал кучеру:

– Значит, она вернулась! Ну, теперь его милость повеселеет.

– Говорят, что он уже истратил на нее несколько тысяч, – ответил кучер. – Не скажу, чтобы она была в моем вкусе – больно тоща. Я люблю женщин в теле.

– Тебе нравятся женщины, похожие на лошадь, – насмешливо сказал слуга.

Поездка заняла не более пяти минут. Они остановились у небольшого, стоящего чуть в стороне от дороги дома, и слуга спустился вниз, подошел к двери и позвонил. Ему открыл лакей в роскошной ливрее.

Увидев экипаж, стоящий у крыльца, он шире распахнул двери. На его лице появилась дерзкая ухмылка.

– Она уже поджидает! – развязно сообщил он слуге лорда Меридана.

Слуга поспешил обратно к карете.

Лорд Меридан неторопливо вышел из экипажа.

– Возвращайтесь через час, – сказал он и медленно направился к дому.

Слуга проводил его в гостиную и почтительно открыл перед ним двери.

– Его светлость, – доложил он.

Женщина, лежавшая на софе, радостно вскрикнула.

– Мой лорд Себастьян! – подбежав к нему, защебетала она на ломаном английском. – Я уже не думать, что вы придет. Весь вчера вечер я ждать и ждать!

Она обвила руками его шею и подставила ему губы. Он небрежно поцеловал ее, затем уселся в кресло и закинул ногу на ногу.

– Ну-ка, дай я взгляну на тебя как следует, – протянул он. – Ну что, отдых пошел тебе на пользу?

– Спасибо, я себя опять прекрасно чувствовать, – ответила Хуанита да Рива.

Она была невысока и божественно сложена. Ее лицо обрамляли пышные рыжие локоны, своим цветом больше обязанные искусству парикмахера, нежели природе, а ее огромные черные глаза то загорались непокорным огнем, то в минуту страсти становились покорными и влажными.

Уроженка Мадрида, она была темпераментным созданием, и ее пышный бюст и чувственный рот привлекали большое количество поклонников, пока лорд Меридан не увидел ее, когда она танцевала в театре в Брайтхелмстоне, и не привез ее в Лондон.

– Ты неплохо выглядишь, – сказал он, окинув ее оценивающим взглядом, как будто он рассматривал выставленную на аукцион лошадь.

– Почему вы не приехать вчера навестить меня? – надулась она. – Я послать к вам лакея, что я вернуться.

– Я был занят, – ответил лорд Меридан. – Я покупал лошадей в Теттерсалле. Аукцион закончился позже, чем я рассчитывал.

– А прошлая ночь? – капризно спросила Хуанита.

– У меня была назначена встреча у Брукса, – ответил он.

Глаза Хуаниты сузились, и она с ненавистью взглянула на лорда Меридана.

– Что это, другой женщина?

Он покачал головой.

– У тебя нет никакого повода для ревности, – ответил он. – Однако, полагаю, ты уже слышала, что я женюсь?

Хуанита вскрикнула и прижала руки к груди.