Антикультурная революция в России

B. К. А ведь такая попытка уже предпринималась в 2003 году?

C. Я.В том-то и дело! Тогда с огромным трудом она была отбита. В основном благодаря Николаю Губенко, сумевшему объединить вокруг себя патриотические силы...

На безвозмездной передаче трофейной коллекции вроде бы окончательно удалось поставить крест. Но, как оказалось, именно «вроде бы». Потому что потом в прессе вдруг появились сообщения, что коллекцию отдадут за смехотворную цену, что решение такое «в верхах» уже подготовлено. Я понял: это весьма серьёзно.

B. К. И провели свою пресс-конференцию, о которой писала «Правда»?

C. Я. Да, пресс-конференцию в Фонде культуры. Участвовали в ней, кроме меня, Николай Губенко и один из самых компетентных специалистов по Германии доктор исторических наук Валентин Фалин.

Ажиотаж был большой. Отклики «демократической» прессы злобные. Опять издевались и потешались надо мной, ещё больше - над Губенко, передавшим в Генеральную прокуратуру дело Швыдкого, который в 2003 году чуть не сплавил «Бременскую коллекцию». А потом в той же прессе последовали и «политические разъяснения» - судя по всему, мне их надо было учесть.

На груди у власти

B. К. о чём конкретно шла речь?

C. Я. Пожалуйста, процитирую: «Некоторые источники в Минкультуры намекают на то, что умеренная позиция Ангелы Меркель на самарском саммите EC-Россия была обусловлена, в том числе и прорывом в истории с «Бременской коллекцией»... Конечно, рассчитывать на повторение успеха 2003 года противникам «дешёвой» реституции вряд ли стоит. Кремль возьмёт ситуацию под контроль. Дума промолчит. Телевизор не покажет. Коллекцию отдадут... Как бы то ни было, но возвращение «Бременской коллекции» - знаковое событие. На Западе к такого рода «сигналам» чутко прислушиваются... Владимир Путин в Австрии, во всяком случае, обещал двигаться по направлению к реституции».

B. К. Что же следует из того, о чём вы рассказали? По-моему, давно уже всем ясно: в нашей стране действуют влиятельные антироссийские, антирусские силы. С 1991 года они не просто во власти, но всецело определяют её политику. По отношению к культуре это особенно очевидно. Потому что зеркало состояния культуры - это телевидение, которое все каждодневно имеют возможность лицезреть. И то, что мы там видим, одинаково возмущает вас и меня. Ваша публицистика последних лет в большой мере посвящена безобразию, творящемуся на телевидении. Но разве после этой публицистики, после многолетних возмущений других авторитетных и уважаемых людей нашего Отечества стало меньше телевизионного безобразия?

C. Я. Соглашусь с вами: меньше, к сожалению, не стало. Так ведь в том числе и этим было продиктовано моё открытое письмо президенту (В.В. Путину. - Ред.), о котором вы упомянули. Напомню хотя бы одно место из него: «Что касается растлевающей роли «родного» телевидения, то лишь слепой не ужаснётся при одном виде доморощенных звёзд, среди которых «вооружены и особо опасны» Ксюша Собчак, Боря Моисеев, бескомплексная Лолита с непотребным Цекало и прочие эрнсто-пугачёвские выкормыши. Творения «мастеров литературной позы», подобные Ерофееву, Сорокину, Минаеву, полны матерщины, глумления над самыми сокровенными сторонами человеческого общения. Даже претендующий на элитарность канал «Культура» старается отвести побольше места в своём плотном графике этим уголовно наказуемым «инженерам человеческих душ».

B. К. Написали-то вы сильно, Савва Васильевич. Ничего не скажешь...

C. Я. Считайте, что это крик моей души.

B. К. Я так и воспринимаю. Да, написано сильно, только возникает тот же самый вопрос: будет ли услышано? А если и будет, то последуют ли, в конце концов, какие-то реальные меры, чтобы изменить укоренившееся положение? Ведь те самые «звёзды», которые названы вами и которые, будучи нашим национальным позором, стали прямо-таки «властителями умов» в нынешней России, Путин тоже видит, причём не первый год. Значит, его они не возмущают? Или, может быть, сказывается особая близость некоторых из них - в первую очередь Ксюши Собчак? Или продолжает действовать всемогущая сила телевизионного «рейтинга», на которую однажды Владимир Владимирович сослался, когда его просили навести порядок на телевидении?

C. Я. Конечно, я обо всём этом тоже думаю. Одиозные фигуры приближены к президенту уже в течение многих лет! Одни и те же. Пугачёва, например, мало того, что состоит в Президентском совете по культуре - её же включают во вновь созданную Общественную палату. Там оказывается и Сванидзе - жуткая русофобская личность, но совершенно непотопляемая. Такие заправляют культурой. Под началом господина Швыдкого, нанёсшего за годы своего правления ущерб культуре чудовищный.

И вот показывают по телеящику заседание руководителей регионов у президента по проблемам народной культуры. Я было подумал: слава богу, что за такое важное дело взялись! Но когда стали рассказывать, кто из губернаторов чем занимался, как Матвиенко крестиком вышивала, а теперь времени у неё нет, и показали стыдливо ушедшего в угол Рому Абрамовича, мне стало не по себе. Известно, что Рома джинсами торговал. Это тоже имеет отношение к народной культуре? А вот господин Швыдкой вдруг вспомнил о старообрядческом поселении в районе Воркуты. Кто-то ему явно шпаргалку выписал к заседанию. Шоумен якобы жаждет туда в гости, но к ним, увы, не долетишь, не проедешь. А стоящий рядом министр Соколов посетовал - денег на это нет: что делать, мол, господин президент? И Швыдкой вторит: да, что делать? Но сам же он хозяин мошны, и на похабные биеннале отпускает этот хозяин немеряные миллионы. На такую «культуру» ему хватает? Хватает на фильм «Сволочи», который все нормальные люди осудили. Ведь именно он эту гнусность обильно финансировал. Счётная палата проверяла. И что, Степашин накажет Швыдкого?

В.К. Видите, самим вам вполне понятно, что там, «наверху», всё как-то туго повязано. И если существует сегодня определённая «культурная политика» (а она существует, конечно!), то никак не может быть, чтобы шла эта политика вразрез с пожеланиями президента. Лично я в это абсолютно не верю. Да и многое из того, что вы пишете, свидетельствует о том же. Нынешняя «элита» - разве не связана она с президентом? Вот вы, скажем, возмущаетесь обильными писаниями «самого великого сейчас номинанта и премианта Димы Быкова». А он тем временем - постоянный гость на встречах с писателями самого Путина или его доверенных лиц...

С.Я. Действительно, такой высокой чести, которой удостоены сегодня Дима Быков и ему подобные, даже близко не имеют настоящие классики нашей литературы - Валентин Распутин и Юрий Бондарев. Не с ними советуется власть, а с Димой, которого я считаю просто сексуально помешанным. Вы, наверное, не читали его откровений в «Собеседнике», где он даёт интервью некоей «интимной обозревательнице» (так она там названа!) мадам Огневой. Волосы на голове шевелятся, когда читаешь такое:

«Уверяю тебя, добиться стойкой эрекции в постели под одеялом гораздо проще, чем достойно проявить себя на крыше или в кишащем энцефалитными клещами лесу... Вот я, например, до гроба буду помнить, как у меня было это в кабинете главного редактора... В метро почти было, но в последний момент кто-то вошёл в пустой вагон... На детской площадке было, на крыше нашего дома было. В ночном море - много раз, на пустынных скалах пару раз...»

B. К. Впечатляет! Экий половой гигант-умелец...

C. Я. Не думайте при этом, что непристойные беседы Дмитрия Быкова и Огневой носят мелкий кухонный характер. Берите выше! Они же, оказывается, прежде всего думают о литературе. И ей, литературе Достоевского и Толстого, адресуют свои сентенции. Потерпите и ещё немного послушайте:

«Как-то у русской литературы с эротикой традиционно не ладится... Какая русская литература способна читателя возбудить?.. Проблема в национальной ментальности». Вот как! Русская ментальность им не по душе - ущербная она у нас. И тут же Дима даёт свой художественный образец: «В будущем эротическая проза могла бы выглядеть так: «Президент любил страну всё глубже и глубже, двигался по ней мощно, и ответный стон народной любви заставлял его терять самообладание, сводя всё к единственному желанию - как можно дольше не кончать, контролировать ситуацию...»

Выдал такое и сам себя похвалил этот эротоман: «По-моему, возбуждает». А президент, наверное, услышал вопль Димы, возбудился и поручил своему полномочному представителю Дмитрию Медведеву, одному из кандидатов в «преемники», встретиться с писателями, обязательно пригласив его, Дм. Быкова. И вот уже строчит он, осчастливленный, свой восторженный отчёт в любимом «Собеседнике»...

Из-за границы тоже пригреты

В.К. Да не редкость для него подобные встречи «на высшем уровне»! Осчастливлены властью он и вся эта компания бывают регулярно. Кого назвал в газетном отчёте на сей раз?

С.Я. «Писатели,- сообщает,- представлены Василием Аксёновым, Владимиром Маканиным, Поповым, Ерофеевым, литкритиком Архангельским, его коллегой Немзером, Натальей Ивановой и Дарьей Донцовой, Успенским, Агеносовым, Слаповским, Бунимовичем, Гуцко, Романом Солнцевым, Бородиным и Веллером, ещё был Дмитрий Липскеров и Славникова тоже. Из поэтов присутствовала Римма Казакова, из главных редакторов - Юрий Поляков. От Агентства по печати присутствовал Сеславинский».

Если исключить две-три серьёзные фамилии, то остальные вызывают у меня печальные чувства.

B. К. Но остальные-то как раз и составляют «обойму власти».

C. Я. Согласен. Кстати, в конце своего болтливого репортажа Дм. Быков восклицает: «Хорошо бы он (Медведев то есть) стал президентом! Добрый, отзывчивый человек!» Стало быть, у них полное взаимопонимание...

B.К.В последнее время немало слов приходится слышать от руководителей страны и их обслуги о национальных интересах, о патриотизме, о служении Отечеству. На словах как будто ушли от привычных утверждений, что патриотизм - это последнее прибежище негодяев. Но когда видишь, на кого из деятелей культуры опирается власть, понятно становится: по существу мало что изменилось. Потому что «властители умов» - прежние, и по-прежнему пригреты они не только российской государственной властью, но и тёплой заботой с Запада. Одновременно. Вы это замечаете?

C. Я. Очень даже замечаю. И откликаюсь на это! Вот сравнительно недавно обратился с открытым письмом к послу Франции в России. А поводом стало награждение французским орденом «За особый вклад в развитие культуры» писателя Виктора Ерофеева. Помните, он значился одним из первых в списке приглашённых на встречу к первому вице-премьеру Медведеву? Этот, с позволения сказать, писатель, как и Дм. Быков, на всех президентских и прочих приёмах здесь, в России,- обязательный нынче персонаж. Но вот и французы его, оказывается, высоко оценили. «За особый вклад»! В культуру! Только в чём же он, этот вклад, реально состоит?

Не стал бы я писать своё письмо, ни в коем случае не стал бы навязывать свою точку зрения, если бы речь не шла о явном поругании русской литературы и всей русской культуры в целом. Если действительно талантливые её представители обогатили человечество нетленными плодами своего творчества, отличающимися высокой духовностью, нравственностью, отточенным художественным мастерством, то этот орденоносец ни одним из этих качеств ни в малейшей степени не обладает. Зато исповедует вседозволенность, пошлость, откровенный цинизм, позволяет себе издевательство над самыми тонкими материями, касаться которых недостойно скверное его перо.

B. К. Но если из-за рубежа Ерофеева так высоко оценили, значит, для них он представляет ценность? Чем, как вы думаете?

C. Я. А вот давайте вместе подумаем. Таким же французским орденом был награждён недавно руководитель радио «Эхо Москвы» Венедиктов. Известно, что радиостанция эта хотя и находится в России, но Россию не любит. А на Западе зачастую и поощряют таких. Разве там по-настоящему дорожат нашей историей и культурой? Нет, конечно! И вполне естественно, что разрушители русской культуры, к коим я отношу ерофеевых, дм. быковых, аксёновых, радзинских и т.п., возносятся там на пьедестал, окружаются всевозможными почестями.

B. К. Так-то оно так. Но поразительное совпадение: эти же люди, которых на Западе превозносят за их антирусскую позицию, из года в год представляют нашу страну за рубежом на международных книжных выставках-ярмарках. Не Бондарев и не Распутин, а опять они!

C. Я. Вы абсолютно верно заметили. И поскольку их туда из года в год возят - значит, такова политика нынешнего нашего государства по отношению к литературе и культуре вообще.

А премия «Триумф»? Одна из самых богатых, которые были учреждены в годы «реформ», она стала достоянием многих персонажей нашего разговора. Случайно? Ни в коей мере! Тоже своего рода политика.

Кто-нибудь скажет: да ведь это не государственная, а частная премия. Правильно, частная. Но кто её учредил и кто выплачивает? Думаю, многим в нашей стране давно уже известно: «Триумф» - премия от господина Березовского.

Поразительно получается! Главный финансист - в международном розыске, объявленном Генеральной прокуратурой России, а премию его, между тем, вручают в той же России публично, торжественно, с показом по государственным каналам телевидения. И мы должны лицезреть на экранах своих телевизоров, как чествуют птенцов гнезда Бориса Березовского, то бишь «Платона Еленина».

Я спросил президента в своём письме: «Вам за них не стыдно?» Мне - противно!

B. К. У вас там хорошо написано: «Неразборчивость и цинизм характеризуют «триумфаторов», благодарящих публично преступника Березовского - и тут же отправляющихся в Кремль за Вашими наградами. Чтобы признаться в верноподданничестве и безграничной любви к гаранту...»

C. Я. Действительно, так и бывает! Причём удивляет не столько поведение награждаемых, сколько то, что зачастую это одни и те же лица. Значит, как ни поразительно, приоритеты в культуре у нынешнего Российского государства и господина Березовского в основном совпадают. Куда же тогда идёт такая «культура»?

Затмение

Под таким заголовком поместила на первой полосе «Новая газета» истерическую реакцию члена редколлегии Юрия Роста на промежуточный результат телеигры «Имя России», выведший на первое место Сталина.

Когда ВГТРК, а точнее, команда Александра Любимова, готовилась к запуску телепроекта, подобного тем, которые уже провели в Англии и на Украине, мне довелось вместе с другими специалистами по русской истории принять участие в обсуждении сырого и отнюдь не продуманного списка 500 кандидатов, составленного устроителями шоу. Не буду перечислять все поправки, внесённые мною и озвученные в газетах, на радио и телевидении, В передаче «Национальный интерес» я предложил имя Пушкина - «наше всё» - вынести за пределы списка и, как это делается на конкурсах и фестивалях, отметить гения знаком высочайших достижений и непревзойдённых заслуг перед Россией. На вопрос ведущего, кому бы участники передачи присвоили первое имя России, я назвал Александра Васильевича Суворова - величайшего среди мировых полководцев, страстного ревнителя православия; рачительного хозяина, заботившегося о своих крестьянах не на словах, а на деле; патриота, с молодых лет заявившего, что он со своими суздальскими солдатами победит любую армию и доказавшего это всей своей блистательной воинской биографией.

Я не числю себя в рядах сталинистов и не стану петь осанну личности противоречивой, наделавшей немало ошибок. То, что сегодня русская деревня находится в коллапсе, вина не одних демократов горбачёвско-ельцинского разлива. Основы её уничтожения были заложены Лениным и продолжены волею и делами Сталина. Забывать о ГУЛАГе, которым постоянно спекулируют липовые правозащитники вроде лживого и трусливого Ковалёва, я не имею права, хотя бы потому, что мой дед, чья крестьянская доля правдиво описана в талантливейших беловских «Канунах», нашёл свою могилу в селе Шушенском, куда был сослан по мановению сталинской руки. Назвать Сталина первым именем России мне, воспитанному в духе интернационального русского славянофильства, почитающему своими учителями Аксаковых, Хомякова, Тютчева, Леонтьева, Гоголя и Достоевского, не позволили бы совесть и чувство истинного патриотизма. Но я прекрасно понимаю причины, заставившие многих моих сограждан отдать вождю голоса.

Последнее двадцатилетие, когда либеральные демократы, захватившие в свои руки всё - от уворованных народных ценностей до средств массовой информации - беззастенчиво искажали нашу историю, поручив грязную работу двурушникам-коммунистам: егорам Яковлевым, коротичам, познерам, сванидзам, шустерам, Сорокиным, Киселёвым, венедиктовым и несть им числа, лучшая часть наших людей, обречённых на глобальное вымирание, превращённых в бомжей, лишённых права голоса, вынуждена искать защиты в славном прошлом страны. Их обманули все - Горбачёвы, ельцины, Жириновские, Собчаки и Зюгановы.

Читая бездарные, лживые сталинские биографии у волкогоновых, радзинских и прочих млечиных, люди вспоминали, что именно Сталин не дал троцкистской банде превратить страну в сырьевой придаток европейских и заокеанских стран, чьи лидеры приложили немалые усилия для осуществления в России одной из самых страшных революций. Вспоминали, что именно под руководством Сталина, сумевшего, используя талант и высокий профессионализм не до конца уничтоженного Лениным и Троцким русского народа, заложить основы мощной державы, чья научная оснащённость, военная мощь, высочайшие культурные достижения и даже спортивные подвиги заставляли терпеть и признавать успехи Советского Союза самых яростных недоброжелателей. Да и жаловаться сегодня на «затмение» Рост может благодаря победе нашей армии, сломавшей хребет нацизму, а её Главковерхом, куда ни кинь, был Сталин.

«Ужас у нас один - большевизм и Сталин», - вопиет Рост. Ну а как же столь любимые им и его дружками Лиля Брик, Бухарин, Тухачевский, Литвинов? Майя Плисецкая и Сергей Параджанов выше любой богини ставят «кровавую лилечку» - гражданскую жену одного из главных чекистов СССР Агранова. Любимовский выкормыш актёр Смехов по всему миру возит хвалебную пьесу о жизни большевистских сестричек Лили и Эльзы (Триоле). А сколь почитаемы Ростом «комиссары в пыльных шлемах», одним из которых был папочка Окуджавы, чьи кровавые подвиги по сей день помнят в тех местах, где прошли его военные подразделения.

«Страна, ты одурела!» - крикнул в эфир Юрий Корякин, ужаснувшись выборными успехами ЛДПР. Теперь ясно, что это был глубокий диагноз», - рубит сплеча Рост. «Наш народ - сука», - выражение В.П. Астафьева - великого русского литератора и честного солдата.

С удовольствием цитирует либеральный журналист слова писателя - деревенщика. «Конь о четырёх ногах, да и тот спотыкается». Писатель и солдат из Овсянки не просто споткнулся, а сел в лужу, получив десятку тысяч зелёненьких из рук преступника Березовского и приняв в родном селе кровавого палача Ельцина, расстрелявшего сотни невинных людей среди бела дня у «Белого дома». Стал Астафьев на одну доску с кумиром «ростов» Булатиком, испытавшим каннибальскую радость при виде страшной октябрьской трагедии 1993 года. 42 таких же «булатика» послали тогда свердловскому большевику-убийце благодарственное письмо. Возглавил этих подписантов-каинов назначенный Горбачёвым на должность «совести нации» академик Лихачёв, быстренько сдавший своего благодетеля, перебежав в стан его врагов Ельцина и Собчака, как только они стали хозяйничать у кормушки.

Рост умудрился в своё время потихоньку общаться с Сахаровым и Боннэр - и одновременно пировать с Виташей Игнатенко, одним из яростных их гонителей. Вместе с Лихачёвым, Собчаком, Рыжовым и другими регионалами, наврав с три короба, оклеветав русских солдат во главе с генералом Родионовым, заложил он в Грузии мощную мину, которая грозит нынче взорвать мир на Кавказе. Показало в своё время телевидение, как Рост обнимается в Тбилиси с предателем Шеварднадзе, прокладывавшим дорогу к трону американскому ставленнику Саакашвили. Дёргал он кукловодческие ниточки в 1996 году, помогая вконец спившемуся Ельцину остаться у власти. Сбежавшая в Англию прокремлёвская журналистка Трегубова в грязной своей книжонке описала квартиру Маши Слоним - своего рода подпольный штаб, где Рост играл одну из главных ролей в трагедии под названием «Голосуй, а то проиграешь».

Слетал недавно антисталинист Рост в Америку на юбилей «бабы-бубасты» Боннэр, которая делает за океаном пакостей для России не меньше, чем Бжезинский, Олбрайт и Кондолиза Райс, вместе взятые. В Москве «бабины» интересы представляют Рост и неистовая, словно торговка с одесского привоза, мадам Альбац. Послушайте их выступления на «Эхе Москвы»! Мало не покажется!

Игра «Имя России» продолжается. На первое место вышел священномученик

император Российский Николай II. Видимо, следующий материал Роста будет озаглавлен «Солнечный удар». Вместе с нобелистом Гинзбургом, страстно ненавидящим православие, оплёвывающим нашего Бога и впадающим в ярость от того, что это слово пишут с большой буквы, прокричат они: «Распни Его!»

Изрыгающая злость и жёлчь «Новая газета», чтобы ещё раз, подобно телёнку, пободаться со сталинским дубом, в свойственной ей одесско-жванецкой манере публикует свой якобы юмористический рейтинг 500 великих «с учётом интереса населения к истории России, в который вошли знаменитые личности и персонажи, определившие смысл жизни в нашей (а не в «этой»? - С.Я.) стране». Вот некоторые из наиболее смачных плевков.

«Ярославна. Прообраз женщины. Своим нытьём на стене навсегда определила незавидную долю героинь русской литературы...

Соня Мармеладова. Индивидуалка. Только классика. Выезд. Преступление, наказание, тварь дрожащая - по договорённости. Недорого...

Владимир Дубровский. Трудный подросток. Внедрял в обиход россиян (хорошо, что не русских - С.Я.) новый сервис - обмен сообщениями через дупло. Занимался самозахватом. Объявлен в розыск...

Акакий Акакиевич. Aka (also known as) Башмачкин. Типичный представитель среднего класса России начала XXI века. Идеальный бренд-нейм для соляриев, фитнес-клубов и ресторанов быстрого питания...

Катерина. Луч света. Жила в тёмном царстве. Не вынесла грозы. Бросилась с обрыва. Не в свои не садись. На всякого мудреца довольно простоты...

Василий Тёркин. Фронтовой аниматор. Солдат без начала и конца, придуман для того, чтобы быть убитым в любой момент. Развлекал солдат народным рифмованным словом А. Твардовского. Родоначальник сит-даун комедии и окопной лирики...

Олег Кошевой. Неуловимый мститель. Убивал и вешал подозреваемых им в сотрудничестве с оккупантами. Задержан в группе подобных себе людей. Посмертно удостоен звания Героя Советского Союза».

Это лишь небольшая часть глумления ростовской газетёнки над Пушкиным, Гоголем, Достоевским, Островским, Твардовским и теми, кто этих зубоскалов спас от того фашизма, страшнее которого, по их мнению, лишь «фашизм русский». Они ненавидят Сталина не за его ошибки, а за победный тост, произнесённый вождём «за Великий Русский народ». Им куда проще с нынешними гарантами конституции. Например, с Путиным, по словам автора «Новой газеты» - адвоката, специалиста в области СМИ, депутата Госдумы трёх созывов Юрия Иванова, «шакалившего на ранчо у Буша, евшего лобстеров и договаривавшегося о своём преемнике Медведеве или ликвидации какой-либо военной базы».

А может, многократный депутат Иванов рубит правду-матку в глаза гарантам? После того, как Путин, многие годы пользовавшийся услугами разрушителя основ отечественной культуры Швыдкого, утомлённый кипами писем от сотен лучших людей России или прислушавшись за чашкой чая к нашептываниям своего друга Никиты Михалкова (об этом писала «Новая газета»), со словами «чтобы духа не было», изгнал вертлявого эстрадного культурного революционера, его преемник Медведев пригрел под своим крылышком несчастного Мишу, придумав для него должность в МИДе, где он будет отвечать за нашу культуру перед остальным миром. Если бывший министр А.С. Соколов зависел от Швыдкого финансово, то г-н Авдеев и шагу не сможет сделать без идейного благословения «умного советника» при губернаторе. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

И уже провожают в последний путь автора назидательной книги «Как нам обустроить Россию» Александра Солженицына «птенцы гнезда Швыдкого». Он сам и Витюша Ерофеев, которых писатель и в упор не видел, трындят о борце с тоталитаризмом по радио. Кинорежиссёр, юбилей которого только что прошёл под лозунгом «Трудно быть Богом, даже Терману», льёт крокодиловы слезы по создателю «Архипелага ЕУЛАГ», забыв, что его папа был ближайшим дружком руководителей ведомства, курировавшего систему тогдашних концлагерей. Среди остальных плакальщиков по Солженицыну выученики Егора Яковлева и лично Войнович. Первый, будучи редактором «Общей газеты» («общак»), в течение полугода из номера в номер печатал статьи, поливающие грязью убеждённого антисталиниста Солженицына за одно из наиболее мощных его произведений «Двести лет вместе». Серьёзность, деликатность и взвешенность научного труда о судьбе еврейского народа в России не помешали «демократам» вывести его автора в ранг главного антисемита. Тогда же Войнович - бездарный юморист, перевёртыш, славивший некогда комсомольцев и космонавтов, выпустил книжонку-пасквиль о «предателе и шовинисте» Солженицыне.

Ненавидящие Россию и Солженицына Чубайс и Боннэр вместе с поливавшим его ещё недавно грязью растлителем человеческих душ клоуном Кедровым показно смахивают с ресниц искусственные слезы грусти и соболезнования.

Почему же именно единомышленники врагов умершего - все эти юриилюбимовы, зоибогуславские, ельцинско-собчаковские славильщики типа сокурова -полутарковского - продолжают мимикрировать на экранах телевизоров? Почему не говорят о Солженицыне отмеченные им премией Валентин Распутин, Леонид Бородин или Игорь Золотусский? Право же, они более востребованы русским народом, чем даже члены жюри «Солженицынской премии» Сараскина и Басинский - постоянные гости телепосиделок Ерофеева, Швыдкого и Архангельского. Говоря о подлинной демократии, Солженицын прежде всего подразумевал интересы народа и лучших его представителей.

P.S. Я писал эти заметки на своей любимой Псковщине, которую злодеяния рыночных реформаторов и культурных швыдких довели до состояния реанимационного. Только в прошлом году благодаря Холму Славы, возведённому на «Сшибке» в Изборске по инициативе Александра Проханова, начались первые, едва заметные, но всё же радующие движения по дороге возрождения былой славы древнего города. За два дня до отъезда начался геноцид осетинского народа, осуществляемый бесноватым Саакашвили и его кукловодами из бушевской администрации. Мы сидели вечером с генералом Юрием Соседовым, всю жизнь посвятившим псковским ВДВ, и молодым предпринимателем Алексеем Севастьяновым, начинающим строить храм в память святых Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Над нашими головами стоял шум от самолётов, уносящих псковских десантников в Цхинвал. «Только вчера вернулись ребята с боевых учений на Кавказе - и тут же пришлось им пересаживаться с военных железнодорожных платформ на воздушные борты», - с болью и тревогой произнёс генерал Соседов.

А на следующий день красавица псковитянка Вера Гаврюшкина, выросшая в одном подъезде с великим художником, архитектором, реставратором и кузнецом Всеволодом Смирновым, едва сдерживая слезы, прошептала: «Опять псковские мальчишки летят навстречу смерти. За что нам это?» Её сын работает всё лето в Пушкинских Горах на строительстве гостиницы. А из радиоприёмника слышались визгливые голоса венедиктовых, ростов, альбацих и ганопольских, проклинающих и этих псковских десантников, и руководство страны. Они призывают нас жить под кнутом своих заокеанских кумиров, разбомбивших Югославию, утопивших в крови Ирак, пытающихся поставить на колени Иран. Когда же, учитывая законы военного времени, привлекут их к уголовной ответственности за дезертирство, предательство и ненависть к русскому народу? Когда?

Министр культуры должен быть её хранителем

Моё становление как профессионала пришлось на «имперский» советский период, чаще величаемый эпохой тоталитаризма. Не стану лукавить, легко мне этот путь не давался: книгу могу написать о самых несуразных случаях из рабочей жизни, и все они носили безобразный антигосударственный оттенок. Но вот с министрами, если исключить «русского патриота» Ю.С. Мелентьева и его серую чиновничью рать, ненавидящую меня за уважение и глубокое знание мировой культуры, вашему покорному слуге повезло.

Навсегда запомнились мне нечастые, но очень важные моменты, когда вмешательство сначала Е.А. Фурцевой, а потом и П.Н. Демичева помогали делать важнейшие открытия в области реставрации, изучения и широкой популяризации многих сотен уникальных памятников русского изобразительного искусства и архитектуры. О Н.Н. Губенко и его деятельности на посту министра культуры могу говорить лишь в превосходной степени и сожалеть о кратковременности пребывания его в министерском кресле.

Перестройка болтливым языком Горбачёва и вседозволенностью пьяного Ельцина призвала на министерские должности сначала пустоцветов и волюнтаристов образца г-на Сидорова и г-жи Дементьевой, прилежно проводивших «демократический» курс березовских, Гусинских, смоленских и Лесиных. Людям моего круга, в который входили В. Распутин, В. Белов, В. Крупин, С. Панкратов, В. Курбатов и многие другие, было указано место «у параши» и приклеен ярлык красно-коричневых. Перекрасившиеся комсомольские и партийные начальники скучковались в неокоммунистические бригады. Только вот уже не Ленин был с ними впереди, а троцкистско-лубяночные вожди типа Тухачевского, Бухарина, Лили Брик и бесконечные когорты «комиссаров в пыльных шлемах». Министры ельцинской поры поддерживали и возводили в ранг «инженеров человеческих душ» псевдодиссидентов Войновича, Аксенова, Вик. Ерофеева; «швондер-режиссёрам» фокиным, Серебрянниковым, Лунгиным и прочим «джекам-потрошителям» позволяли издеваться над мировой, и прежде всего русской классикой Гоголя, Островского и Достоевского.

При лишённом каких-либо морально-нравственных устоев непрофессиональном телешоумене г-не Швыдком начатое разрушение русской культуры превратилось в стихийное бедствие, требующее вмешательства МЧС. «Музеи - кладбище культуры», «Пушкин устарел», «Возможен ли русский язык без мата», «Из всех искусств для нас важнейшим является недвижимость» - на всю Россию озвучил культурминистр лозунги, которых постеснялись бы даже самые отвязанные анархисты.

К тому же Швыдкой по-прежнему пытается выступать в роли кукловода. Ведь по-настоящему новый министр сможет управлять культурой, если рядом не будет ведомств, подобных «Роскультуре» и «Россвязькультуре». У семи нянек дитя всегда без глазу. А если няньки при этом набраны на бирже, предлагающей товар, совсем непригодный к употреблению, то министру останется лишь наблюдать, как ведут они отечественную культуру в пропасть.

Вот почему будущего министра культуры я представляю себе человеком, который искоренит мрачное наследие швыдковщины, основные преступления которого были изложены мною в письме Президенту России В.В. Путину.

Каковы сами - таковы и сани

«Соловьёвские дуэли» смотреть становится скучно и даже вредно. Противники к барьеру вызываются, как правило, из людей мелковатых вроде мальчонки Починка. Да и остальные прямо на глазах до мышей вырождаются. Судьи, чьё мнение всегда идёт вразрез с предпочтениями десятков тысяч зрителей, вызывают презрение неприкрытым цинизмом лавочников, успевших урвать свой кусок от жирного рыночно-демократического пирога.

Ведущий разухабистого шоу, человек отнюдь не глупый, руководствуется лишь ему понятными принципами, приглашая на роль «третейских» всех этих пахнущих нафталином ельцинско-собчаковских времёнбарщевских,рубальских,Дашковых и прочих «просветителей» вкупе с разного рода мелко-средними бизнесменами и, словно саранча, расплодившимися госчиновниками.

Утомлённый больничной скукой, глянул я намедни краешком глаза на петушиный бой артиста Ярмольника с редактором одной из жёлтых газетёнок. Похвально, что «рыцарь ленинского комсомола» вступился за только что ушедшего из жизни собрата по киношному цеху Александра Абдулова. Мужская солидарность - вещь благородная, во все века приветствовавшаяся и поощрявшаяся. Да только поздновато «бывший чайником» Ярмольник пытался закрыть грудью амбразуру пошлости, разнузданности и вседозволенности «демократических» СМИ. Тем более что у питательных истоков российской журналистики нового времени стояли любимцы «царя Бориса», среди которых особой активностью отличались Ярмольник и мощная армада мастеров шоу-бизнеса, рубившая бабло сначала на открытии ресторанов и прочих источников далеко не художественной прибыли, а потом эта же «свадьба пела и плясала» под лозунгом «Голосуй, а то проиграешь», возводя на президентское кресло разложившееся туловище своего гаранта.

Сколько пошлости, скабрёзности и непристойностей выплеснули они натберезовско-гусинские телеэкраны. Не гнушаясь ничем, готовы были мелкими бесами плясать перед теми самыми папарацци, на которых сейчас смотрят презрительно и свысока. Одна соловьёвская «Асса», в которой засветились такие «гиганты мысли», как Говорухин и Гребенщиков, открыла огромные кингстоны для одурманивания молодого поколения, подсадив его на иглу самых низменных неизлечимых пороков. Теперь отцы-вдохновители осуждают подросших и превратившихся в подонков по их вине несостоявшихся учёных, строителей и защитников Отечества.

Хочу задать г-ну Ярмольнику вопрос: «Почему так досаждающие вашему кругу бесцеремонные бумагомараки, фотографы, радио- и телекорреспонденты не позволяют себе вмешательства в личную жизнь артистов Юрия Назарова, Владимира Гостюхина, Владислава Заманского, Александра Михайлова, Василия Ливанова? А ведь каждый из них является национальным достоянием, каждый вписал прекрасные страницы в историю российского кинематографа. Не лезли и не лезут «щелкопёры проклятые» на жизненную территорию Леонида Филатова, Николая Губенко, Виталия Соломина, Олега Стриженова». И знаете, в чём причина «закрытости» названных мастеров театра и кино? В глубокой порядочности и профессиональной этике, запрещающих переходить грани приличия.

Посмотрите, г-н Ярмольник, страницы журнала «Караван историй» или полосы «Светской хроники» газеты «Коммерсантъ». И если у вас не встанут дыбом волосы от описаний постельных подвигов живых и мёртвых сотоварищей, если не ужаснётесь вы от грязной кистью написанных картин бесконечных вакханалий и раблезианских трапез, ежедневно и ежечасно проходящих при участии «российской элиты» во всех точках планеты - от Москвы до Куршавеля и Майами, - то не надо обижаться на авторов описания разгульной жизни родной тусовки.

Вспомните, как отмечал свой 50-летний юбилей ваш друг и кумир альтист Башмет. Возлежа на ложе, наслаждался он дождём из пармских фиалок, доставленных по этому случаю в Москву. Ублажали цветочным приношением маэстро гетеры, руководимые Ксюшей Собчак. Когда после этого видишь, как по случаю 55-летия сего «римского патриция» все телеканалы демонстрируют встречу с ним Президента России, понимаешь, какие герои нынче востребованы. Не удостоил В.В. Путин подобным знаком внимания Валентина Распутина и Василия Белова, недавно перешагнувших юбилейные рубежи. Вряд ли кто станет оспаривать, что вклад их в классику русской литературы весом и значителен, а подвиг во имя спасения Байкала и борьба против переброса северных рек заслуживают всенародного признания.

Прежде чем выходить к барьеру и бороться с газетчиками, вторгающимися в личную жизнь невероятно расплодившихся «звёзд» театра и кино, следовало бы г-ну Ярмольнику вспомнить о пошлейших телепосиделках «ТВ+Театр», где часами под руководством абсолютно несовместимых по профессиональным данным с экраном Швыдким и Уфимцевой обрушиваются на головы налогоплательщиков несмешные анекдоты, случаи из интимной жизни давно никому не интересных участников передачи. Или прокрутить в памяти юбилейные вечера «знаковых» коллег по творческому цеху.

Например, четырёхчасовую трансляцию на одном из главных каналов ТВ торжеств, посвящённых дню рождения хозяина МХТ по-свойски циничного Табакова. Всё эфирное время восседал «кот Матроскин» на прославленной сцене театра, пожирая жареного поросёнка, которого запивал водкой из большого штофа, а сальными губами целовал в уста дары приносящих. А сколько поминок по коллегам Ярмольника неделями транслировалось по телевидению, обсуждалось на радио и в газетах. Это были люди ближнего либерального круга, а такие корифеи театра и кино, как подлинные народные кумиры Иван Лапиков, Иван Новиков, Георгий Юматов, Владимир Ивашов, уходили из жизни незаметно. Подчас даже приходилось скидываться друзьям покойных, чтобы купить похоронные принадлежности.

Чувство брезгливости вызывают регулярно телефильмы о последних днях и часах известных актёров. Словно в морг попадаешь, когда слушаешь красочные описания болезней и последних дыханий ни в чём не повинных «героев» подобных передач. Выступив в качестве свидетелей по делу о смерти бывших коллег с экрана, отправляются «сливки российской элиты», чтобы разгульно оттянуться на мистериозном празднике в честь 47-летия сценографа Бориса Краснова. Вот где любитель посмаковать чудовищные человеческие пороки Федерико Феллини смог бы снять ещё один фильм-обличение.

Самую яркую ненависть у Ярмольника, если он был искренен на соловьёвском ристалище, вероятно, вызвало бы непотребное шоу, показанное первым «эрнстовским» каналом по случаю 70-летия Владимира Высоцкого. Называлось самодеятельное представление «Наш Высоцкий». Присвоил себе народного любимца не кто иной, как «человек мира» (три паспорта - американский, израильский и российский) г-н Познер. За столами чинно были рассажены в большинстве своём «наши», то есть познеровские свояки. Смотреть это без возмущения было невозможно.

«Я не люблю, когда мне лезут в душу, тем более - когда в неё плюют», - так и хотелось крикнуть мелкому лавочнику, владельцу ресторанов Познеру, в советские годы служившему агитпроповцем и никак не могущим быть нашим для Высоцкого. После сомнительных воспоминаний о совместной работе над журнальчиком «Метрополь», изречённых писателем-пошляком Ерофеевым, вспомнилось: «Я не люблю... когда чужой мои читает письма, заглядывая мне через плечо», и «я ненавижу сплетни в виде версий». Но как умилённо внимала своему дружку поэтесса Ахмадулина, числящаяся ныне в стихотворчестве «нашим всем». Глядя на настоящего друга прославленного певца золотоискателя Вадима Туманова, на личном опыте столкнувшегося с благами горбачёвско-ельцинской демократии, выглядевшего абсолютно инородным телом на этом балу неудачи, я понял, что в 1969 ещё году пророчески пропел на всю страну Высоцкий: «Пусть впереди большие перемены - я это никогда не полюблю». Г-ну Ярмольнику чаще надо всматриваться в зеркало этих строк и не пенять на него.

Похмелье после «Афинской ночи»

Четыре года назад возвращались мы с Валентином Распутиным из райских кущ святой горы Афон. Поездку организовал крупный наш дипломат в Греции. Первое, что он нам радостно поведал, встречая на пороге посольства, была весть о снятии Швыдкого с поста министра культуры РФ и назначении на его место А.С. Соколова. Нарушив строгий Великий пост, выпили мы славного греческого вина и впали в эйфорию в связи с грядущими светлыми днями.

Дочь Распутина была тогда доцентом Московской консерватории и с огромным пиететом относилась к её ректору Соколову. «Ну, Савва, - сказал Валентин, - наступает праздник и на нашей улице. Бог правду любит». С тем и отошли мы к безмятежному сну, который обратился кошмаром, как только развернул я первую из кипы газет, предложенных милой аэрофлотовской стюардессой, и прочитал президентский указ о создании Федерального агентства по культуре и кинематографии во главе с нетонущим Швыдким, получившим неограниченные права на расходование государственных средств для уничтожения родной нам культуры. «Вот тебе, Валя, и умный надсмотрщик за Соколовым. И поверь, он на нём оттопчется». Всё дальнейшее сосуществование министра и главы ФАККа было грязной подковёрной борьбой, в которой верх всегда одерживал циничный, нашпигованный народными деньгами, ненавидящий истинную культуру вертлявый телещелкунчик Швыдкой.

Вместо скамьи подсудимых - кабинет на Смоленской площади

Меня не интересует, как и по чьей подсказке презираемый россиянами чиновник получил очередной высокий пост. Да, его обожает выпускник Университета марксизма-ленинизма, напрямую решавший многие вопросы с такими партийными бонзами, как Суслов и Гришин, бывший идеолог театра «Современник» г-н Табаков. Ныне он - демократ-рыночник, «несравненный лицедей нашего Простоквашина» (А. Смелянский) и деньги из ведомства Швыдкого черпал немеряно. Свояк Швыдкому и Марк Захаров, которому, по словам подлинного демократа-патриота Владимира Максимова, сказанным в ответ на захаровское сравнение Ельцина с Толстым после прочтения мемуаров разрушителя России, «беспредельный цинизм позволяет не угрызаться никакой совестью - сегодня он перед телекамерой сжигает партбилет (интересно, зачем он его добивался) и требует вынести Ленина из Мавзолея, а завтра с тем же пафосом будет требовать возвращения себе первого и принародной гальванизации второго; стыд для нынешнего «интеллигента» не дым - глаза не ест». Список свояков пространен, но они не в состоянии защитить Швыдкого, если строгий и справедливый суд привлечёт его к ответственности за те преступления, в которых я его обвиняю.

1. Это благодаря «стараниям» Швыдкого на наших глазах практически разрушен Древний Псков. Новые его «хозяева» смогли сделать то, что не удалось нацистским полчищам во время Второй мировой.

2. Это Швыдкой вдохновлял федеральных, московских и петербургских чиновников на срыв празднования 200-летнего юбилея Н.В. Гоголя. Они довели бы грязное дело до конца, если бы премьер В.В. Путин не обратил внимания на тревожные сигналы отдельных членов Оргкомитета, созданного по его указу.

3. Это Швыдкой назначил директором знаменитой аксаковско-мамонтовской усадьбы «Абрамцево» некоего г-на Пентковского, выученного в иезуитском колледже Ватикана.

Заявив, что даже духа мракобеса Гоголя в Абрамцеве он не потерпит, за три года «засланный казачок» практически уничтожил одну из жемчужин русского культурного наследия.

4. Это Швыдкой поставил под угрозу исчезновение отечественной школы музейной реставрации, считающейся одной из лучших в мире, разогнав основной её орган - Комиссию по аттестации реставраторов, созданную более полувека назад.