Далекое завтра

— Мы еще поговорим об этом до моего отъезда, — сказала Лара. — А сейчас мне лучше вернуться в дом и попытаться успокоить Беру, насколько это получится. Ничего, если дети останутся у вас подольше?

Лиам кивнул и задумчиво посмотрел ей вслед. Его жена подошла к нему и вложила свою маленькую ладошку в его большую руку.

— Ну что, девочка, разве могла ты подумать, что однажды станешь главной леди Фиакра? — попытался пошутить Лиам и обнял ее свободной рукой.

Носс вздохнула:

— Семь лет назад родители продали меня в рабство. Нет, я никогда не думала о том, чтобы занять такое высокое положение. Но я не представляла себе и приключений, которые я потом пережила с Ларой. И любви, которую я обрела с тобой, муж мой. — Она накрыла рукой живот, где очень живо брыкался ребенок. — Ты уверен, что старейшины выберут тебя?

— Уверен, — подтвердил Лиам и добавил. — А вдруг, прими я в первый раз лордство, Вартан был бы сейчас жив. — Лиам вздохнул.

— У него была своя судьба, — напомнила Носс. — А у тебя своя.

— С возрастом ты становишься все мудрее, жена моя, — поддразнил он.

— Ну так мне ведь уже почти двадцать, — с усмешкой заявила в ответ Носс. И потом снова посерьезнела. — Бедная Лара, сначала она потеряла мужа, а теперь ей придется оставить своих детей. Я ей не завидую, несмотря на всю ее красоту и магию.

— Я ей тоже не завидую: на ее долю выпало утешать Беру. — Лиам скорчил гримасу. — Когда я уходил, она была в ужасном состоянии. Мне показалось, она сходит с ума.

— Лара ее успокоит, — уверенно сказала Носс.

Однако, войдя в главный дом и увидев, в каком состоянии находится свекровь, Лара засомневалась, может ли она хоть как-то облегчить ее страдания. Старая женщина бродила по дому взад-вперед и что-то бормотала, ее длинные седые волосы раскачивались при каждом шаге. Глаза ее были как стеклянные и не выражали никаких эмоций. Трое убитых все еще лежали там, где их застигла смерть. Лара жестом подозвала слугу.

— Возьми кого-нибудь себе в помощь и убери мертвых, — приказала она. — И верни на почетное место Андрасте, только почисти ее сперва. — Она отдала слуге свое оружие.

— Нет! — завизжала Бера и ринулась к Ларе. — Ты не можешь отнять их у меня. Ту сучку — пожалуйста! Но только не моих мальчиков. Не моих мальчиков!

— Пойдемте, — строго сказала Лара. Она взяла женщину за руку и посадила у очага. — Бера, послушайте меня. Вы же не можете допустить такого позора для Вартана — нельзя оставить его тело на полу. Нужно провести церемонию прощания. Он был лордом Фиакра, как и его отец. Поэтому старейшины потребуют, чтобы Вартан получил должные почести. Что до Адона и Элин, то их похоронят где-нибудь на заброшенных землях.

— Едва вырвавшись из моей матки, Адон уже соперничал с Вартаном, — произнесла Бера. Ее глаза были полны боли. — Но Вартан никогда не жаловался. Он с теплотой относился к младшему брату. Как Адон мог так поступить, Лара? Как? Это все его жена — гадкая, ужасная женщина! Я никогда не одобряла их брак. Она всегда была жадной и злой. Из-за ее гнусностей ее собственный сын теперь остался сиротой. Что теперь будете маленьким Кэмом, Лара? Что будет с ребенком?

— Вы возьмете его на воспитание, — утешила ее Лара.

Вера посмотрела ей в глаза скорбным взглядом.

— Да, — сказала она. — Я возьму его к себе.

Лара хотела рассказать ей, что открылось в последние часы, но решила, что Бера еще к этому не готова.

— Вам нужно отдохнуть, — сказала она свекрови и помогла ей подняться. — Я сама сделаю все, что нужно. — Она жестом подозвала служанку: — Отведите леди Беру в ее покои и принесите ей немного вина. — Лара сунула руку в карман и вытащила маленькую золотистую пилюлю. — Опустите ее в вино. Это поможет ей заснуть.

— Да, леди, — ответила служанка и увела горюющую Беру.

Лара повернулась к слугам, что вошли в дом, и стала давать указания:

— Шестеро из вас отнесут тела Адона и его гадкой жены на равнину. Похороните их в одной могиле, да поглубже. Место не помечайте. Вы должны успеть до заката. Остальные займутся сооружением погребального костра для лорда. Церемония состоится через два дня, за час до заката. Перенесите его тело в банный дом, чтобы я могла начать приготовления.

Она стала смотреть, как слуги поднимают тело своего лорда. Вартан построил банный дом для нее, когда они вернулись домой после зимней войны. Жители Фиакра обычно мылись в маленьких круглых бадьях. Но Ларе хотелось ванну; такую, какой она наслаждалась, когда жила у принцев-теней. Большую ванну, чтобы в нее можно было погрузиться целиком. И искупаться вместе с мужем. И Вартан устроил ей сюрприз: построил небольшой банный дом, хотя говорил, что строит новый хлев для скота. Он привез из Прибрежной провинции мраморную ванну, а с ней еще несколько резных каменных скамей. Вспоминая об этом, Лара тихо всхлипнула. Любила ли она Вартана? О да! Всей своей человеческой частью души. А теперь она чувствовала, что снова каменеет: в свои права вступала та часть ее души, что была унаследована от феи. Чтобы быть сильной и следовать своему предназначению, она должна была снова стать феей.

Лара услышала знакомый, хотя и заметно приглушенный удар грома и увидела свою мать Илону, королеву лесных фей. Илона протянула к ней руки. Лара вскочила со своего места у очага и бросилась к ней в объятия.

— Что произошло? — спросила Илона, и Лара все ей рассказала.

— Значит, пришло время, — сказала королева.

— Я знаю, — ответила Лара. — Я уже начала устраивать Диллона и Ануш.

— Я заберу их! — властно произнесла Илона.

— Нет, я хочу, чтобы их воспитали Носс с Лиамом. Они принадлежат Фиакру. Наступит день, и Диллона изберут лордом, как раньше избирали его отца и деда.

— Избрать могут и парнишку Лиама и Носс, — мягко возразила Илона.

— Пусть — если таково будет желание Фиакра, — согласилась Лара. — Но ты должна навещать их. Обещай мне, мама! У Диллона есть определенные инстинкты, которые нельзя подавлять. Насчет Ануш я не знаю, она слишком мала. А сейчас расскажи мне, как Танос и Сирило? — справилась она об отчиме и единоутробном брате.

— Танос — это Танос, — сухо сказала Илона. — Что до Сирило, должна признать, что в нем есть все, что я только мечтала увидеть в сыне. Однажды он станет прекрасным королем. А пока что он типичный мальчишка из рода феи, со всеми обычными проказами. Особенно ему доставляет удовольствие дразнить лесных лордов. Они потеряли и часть своей территории на границе с Центроземьем. Гай Просперо скупает маленькие фермы и объединяет их в большие. Это позволяет ему диктовать цены на зерно. Ходит все больше слухов, что он может стать императором Хетара.

— Я еду на побережье, — сообщила Лара. — Я чувствую, что мое место сейчас там. Но внутренний голос так давно не говорил со мной, что я не уверена, правильно ли я его расслышала. Может, я не права, мама? Может, я должна остаться с детьми в Фиакре? Что-то меня стали одолевать сомнения.

— Меня это не удивляет, — заметила Илона. — Всего несколько часов назад у тебя на глазах был убит муж, а ты сама покарала его убийц. У тебя шок, но твои первые мысли всегда самые верные. Пришло время тебе покинуть Фиакр, дочь моя. И если внутренний голос говорит, что тебе надо направиться на побережье, значит, так ты и должна поступить. Тебе нечего бояться.

— Когда ты сказала, что у меня есть время, мне и в голову не приходило, что все так закончится, — заговорила Лара. — Я думала: почувствую, что пришло время уезжать, а Вартан будет спорить и препятствовать моему отъезду, хоть он и обещал, что не будет. Но я не ожидала, что он погибнет. Это произошло из-за меня, да, мама? Я в ответе за его смерть?

— Нет, — возразила Илона. — Это его судьба. Его ревнивому брату было предначертано его убить, потому что такова была судьба Адона. Да, на какое-то время ты отдала Вартану свое сердце и подарила ему детей, но это не имело никакого отношения к его смерти. Поверь, я говорю правду. А теперь мне пора. Все твои родные-феи прибудут на прощальную церемонию. А как ты решила поступить с телами Адона и его жены?

— Они — страшный позор для Дальноземья. Их похоронят в тайном месте без единого могильного знака, — объяснила Лара. — Они будут лишены похоронного костра, и никто из родных и близких не проводит их души в Небесную канцелярию. Они будут лежать в земле, пока не сгниют, их остатки доедят жуки и черви, а кости превратятся в прах. Их души навечно останутся в Чистилище. Даже Бера не осмелится их оплакивать прилюдно. Я жалею только о том, что у них остался ребенок.

Илона накрыла ладонью руку дочери.

— Такова воля Небесного распорядителя. До свидания, дочь моя. — Она встала и исчезла в фиолетовой дымке, оставляя за собой шлейф цветочного аромата.

Лара обернулась, чтобы посмотреть на тело мужа, и увидела, что его уже унесли. Она медленно встала и направилась в банный дом. Слуги уже положили Вартана на длинную каменную скамью. Несмотря на запятнанную кровью тунику, казалось, что он просто спит. Лара наклонилась и поцеловала его холодные губы.

— О, любовь моя, — прошептала она. — Мне так жаль. Очень жаль. — По ее щекам снова покатились слезы. Когда они иссякли, Лара села рядом с погибшим мужем и стала собираться с мыслями.

Лиам разослал гонцов по всем деревням Фиакра. А к главам других кланов? Надо послать к ним волшебных почтовиков и потом, с помощью магии, доставить на прощальную церемонию, размышляла она. Они, без сомнения, захотят отдать Вартану последние почести.

В банный дом осторожно заглянули служанки и вопросительно посмотрели на Лару, ожидая дальнейших указаний. Она поднялась на ноги. Все вместе они сняли с покойного окровавленную одежду и омыли его. Затем Лара принесла одежду, в которую надлежало облачить ее мужа для похоронного прощания. Когда оно окончится, дроги с телом поставят в центре похоронного костра, и они с Диллоном его подожгут. Бренное тело Вартана превратится в пепел под песнопения, которыми они проводят его душу в Небесную канцелярию. Для дальноземца быть похороненным в земле — сродни анафеме.

Тело покойного облачили в коричневые кожаные штаны, которые он хранил для особых случаев, и надели им него обувь: начищенные до блеска высокие сапоги. Затем натянули мягкую льняную рубашку и тунику главы Высшего совета. Лара когда-то собственноручно её вышивала, а тонкую материю и шелковые нитки они привезли из своей первой поездки в Прибрежную провинцию. Туника была насыщенного зеленого цвета, с длинными рукавами, манжеты вывернуты синей подкладкой наружу. Лара вышила на них серебряные и золотые звезды. А на груди — большой золотой круг, разделённый на восемь частей, в которых красовались эмблемы всех восьми кланов Дальноземья. Рогатый бык означал Фиакр. Конь — Ахи. Зерно и цветы — Блатму. Зерно и овощи — Гитту. Пиарас обозначался золотыми и серебряными слитками, а Тормод — разноцветными драгоценными камнями. Знаком Филана была овца, а поэтического клана Девин — арфа. В центре круга сияла голубая звезда. Вартан очень любил эту тунику, сшитую для него женой.

— А что нам делать с его волосами, леди? — осторожно спросила одна из служанок.

— Свяжем сзади, как он всегда делал, — ответила Лара.

— А руки сложим на груди? — уточнила другая.

— Нет, оставим лежать вдоль тела, — сказала Лара. — Ему бы, наверное, хотелось, чтобы туника была хорошо видна, и мне тоже этого хочется. Я хочу, чтобы все помнили, чего мы добились за все эти годы.

Закончив облачение мужа, Лара позвала мужчин, чтобы перенести тело обратно в дом. Вартана положили на носилки, покрытые белым шелком и усыпанные луговыми цветами. За них взялись мужчины Камдина, родовой деревни Вартана. В доме их уже ждали похоронные дроги, в изножье и изголовье которых стояли канделябры с зажженными свечами. Когда носилки опустили на дроги, Лара приказала оставить ее одну. Она убрала с лица мужа выбившийся локон, потом критически оглядела тунику и разгладила на груди еле заметную складку.

Все казалось ей таким нереальным. Только недавно Вартан был полон жизни, а теперь лежит холодный и неподвижный, и его большое тело на глазах костенеет. Душа уже его покинула.

Как такое могло случиться? Почему она не заметила вероломства Адона до того, как он нанес удар? Лара молча прокляла младшего брата мужа и его жену. Неужели они действительно думали, что Фиакр примет своим лордом убийцу родного брата? И им не приходило в голову, что Лара захочет отомстить за своего мужа и защитить детей? Они даже не подумали о своем собственном сыне Кэме? Она вздохнула. Похоже, что нет.

У нее оставалось еще много дел. За окнами медленно сгущались сумерки. Вернулись слуги, которых она послала хоронить Адона с Элин, они сообщили, что выполнили ее указания. Лара поблагодарила их и вернулась в покои, где до сегодняшнего дня жила с Вартаном. Она открыла переносное бюро и написала письма остальным шести лордам. Потом позвала волшебных почтовиков, объяснила им, куда надо отнести послания, и наказала подождать ответа. Во всех письмах говорилось одно и то же. Лара сообщала о смерти Вартана, просила приготовиться к магическому перемещению в день прощальной церемонии и указывала, что нового главу Высшего совета должны избрать до того, как погаснет погребальный костер. Почтовики улетели, а Лара убрала бюро и направилась к кухне.

Повар и его помощницы плакали, кто тише, кто громче, но все роняли слезы. Сделав глубокий вдох, Лара твердо произнесла:

— Начинайте приготовления к прощальной церемонии. На ней захотят присутствовать многие жители нашего клана. Также прибудут лорды других кланов. — Лара развернулась на каблуках и вышла.

— У нее холодное сердце, как у всякой феи, — произнесла одна из кухонных работниц.

— Может, и так, — согласился повар, — но, боюсь, теперь оно разбито. Никто не усомнится, что леди Лара любила лорда Вартана всем своим существом.

Лара вернулась к похоронным дрогам и увидела, что все вокруг усыпано цветами. Она улыбнулась и чуть-чуть поколдовала, чтобы цветы не завяли, пока Вартан будет здесь оставаться. Она посмотрела на тело мужа и снова поразилась, какой холодной и безжизненной выглядит его оболочка, которую когда-то населяла его душа.

— Его здесь нет, — услышала Лара рядом голос Беры.

— Да, — согласилась она. — Здесь его нет. А вы должны спать.

— Я не стала принимать пилюлю, — пояснила Бера.

— Ее должны были подмешать вам в вино, — слабо улыбнулась Лара.

— А где Адон?

— На равнине вместе с женой.

Глаза Беры наполнились слезами, она с трудом сглотнула.

— Это было необходимо, — сказала Лара.

— Я знаю, — ответила Бера, — но он тоже был моим сыном.

— Он убил Вартана.

— А ты убила его, — тихо заметила Бера.

— Да, и ни на секунду об этом не пожалела, — ответила свекрови Лара. — И жалею только об одном — что не разглядела его черное сердце до того, как он убил Вартана. Тогда ничего этого бы не произошло.

— И что теперь будет?

— Старейшины изберут Лиама новым лордом. И он переедет сюда — только этот дом у нас в Камдине достоин лорда Фиакра. А вы переедете в его дом, где и будете растить Кэма.

— А кто будет растить Диллона и Ануш? — спросила Бера.

— Я не желаю, чтобы они воспитывались в одном доме с отродьем Адона. Лиам и Носс согласны взять их к себе. Я не могу с ними остаться. Меня снова призывает моя судьба.

— Интересно, что было бы, если бы Вартан не женился на тебе? — вслух подумала Бера и торопливо извинилась: — Прости.

— Моя мать говорит, что такова была его судьба, — сказала Лара. — Я думаю, она права.

Бера кивнула.

— Твои дети знают, что произошло?

— Я рассказала Диллону. Ануш еще слишком мала, чтобы понять.

— Думаю, мне лучше вернуться к себе и принять ту пилюлю, — решила Бера. — Я так устала. И ты тоже должна немного поспать. В ближайшие дни у нас будет много дел, дочь моя.

— Я знаю, — согласилась Лара. — Я скоро пойду отдыхать. — Она проводила пожилую женщину к лестнице, которая вела к ее покоям, и снова вернулась к дрогам Вартана. — Я не знала, что все так кончится, — тихо произнесла она. — Клянусь, Вартан, я не знала.

* * *

В тот же вечер прибыли старейшины Фиакра, чтобы выбрать нового главу клана. Они хотели видеть на этом посту Лару, но она отказалась, предложив вместо себя кандидатуру Лиама. Они согласились, и Лара ушла, оставив их обсуждать его кандидатуру. Добравшись до постели, Лара даже не стала раздеваться, просто упала на нее и проспала до утра.

Когда она проснулась, уже ярко светило солнце. Лара встала и умылась. Разгладив помятое платье, она вышла в главный зал, уже заполненный людьми клана. Среди них была кузина Вартана Шоле, предводительница деревни Ривален. Она была выше многих мужчин, и Лара сразу ее заметила. Женщины без слов обнялись.

— Где Бера? — спросила затем Шоле.

— Ноша слишком тяжела для нее, — ответила Лара.

— Ты сама всем занималась?

— Вартан — мой муж.

— Ты отлично справилась, Вартан бы тобой гордился, — произнесла Шоле. — А где этот змей Адон?

— Тело Вартана еще не остыло, когда я расправилась с ним и его женой.

Шоле кивнула:

— Хорошая работа. И где они похоронены?

— Где-то на равнине, — сказала Лара.

— Дьявол возьми их обоих! — яростно заявила Шоле. — Теперь тебе одной придется править Фиакром. Это твое право, и я знаю, что ты была второй половиной мудрости моего кузена.

— Спасибо, — ответила Лара, — но я не могу. Новым лордом Фиакра должен стать Лиам. Он тебя не разочарует. Старейшинам обычно нужно три дня, чтобы собраться и все обсудить, но они прибыли еще вчера вечером. Лиам — их первый кандидат. А я скоро покину Фиакр. Судьба призывает меня за пределы Дальноземья.

— Жаль, что ты уезжаешь, — огорчилась Шоле. — Но, боюсь, Лиаму не под силу возглавить еще и Высший совет. Кого бы ты предложила на этот пост? Может, Роана Ахи? Ты ведь знаешь, если ему предложить, он сразу согласится.

Лара покачала головой:

— У Роана слишком горячий нрав. Я бы выбрала Рендора Филана. Он мудрый и вдумчивый человек. Ответственность заставит его принять этот пост. Он не подведет Дальноземье.