Простушка и трубочист

– Не без помощи взрослого человека, – ответил Леонид, – поэтому теперь, когда я сам взрослый человек, хочется детям помочь, воплотить в жизнь их мечты, как бы это пафосно ни звучало.

– Звучит нормально, – ответила Варя, – все должны так думать.

– Ты воспитывалась в детском доме? – спросил Леонид.

– Нет, я просто люблю детей. Как к ним по-другому можно относиться? Они настолько беспомощны…

– Вот поэтому я и помогаю, – вторил Леонид.

– Тебе нужна по этому поводу какая-то известность?

– Нет, – пожал плечами Леонид. – Я это делаю не для пиара. Я вообще не очень публичный человек.

– Ты только по женщинам… Ой! Извини! Что-то я опять…

– Если бы не знал твой характер-кремень, то подумал бы, что ревнуешь. Прямо покоя тебе не дают мои похождения, – усмехнулся Леонид.

– Вот еще! – фыркнула Варвара, останавливаясь у двери со стеклянным верхом.

На стуле с деревянными подлокотниками перед столом сидела маленькая девочка с длинными каштановыми волосами и что-то чертила пальцем по поверхности стола. Лицо ее было бледным и сосредоточенным, поза напряженной. Сердце Варвары сжалось. Леонид стоял рядом и смотрел на Элю.

– Твоя воспитанница? – догадался он.

Варвара кивнула.

– Что с ней? Что она делает?

– Эля – очень хорошая девочка, ее что-то расстроило, и она снова ушла в себя.

– Так давай зайдем и успокоим ее.

– Сейчас бесполезно, она нечувствительна к каким-либо вмешательствам извне, – ответила Варя, сглатывая ком в горле, – идем дальше! Я покажу столовую.

Они поднялись на второй этаж и вошли в зал с аккуратными рядами небольших столов и стульев, симпатичными люстрами и чистым, но старым линолеумом. Пахло какой-то едой и хлоркой. На столах были цветные клеенчатые скатерти в квадратик, что придавало некоторое радостное оживление унылой атмосфере этого помещения.

Варвара прошла к окошку, ведущему на кухню, откуда выглянула весьма добродушная пожилая женщина.

– А… Варечка, очень приятно видеть тебя! Что это за красивый господин с тобой?

– Господин купит нам новый холодильник и, может быть, еще то, что вам потребуется.

Круглое лицо женщины расплылось в улыбке.

– Ой как хорошо! Старый-то холодильник совсем плохой стал, почти не морозит, трещит по швам и гудит. Мастера вызывали, он сказал, что агрегат свое отслужил, что легче купить новый. Только нам нужен большой холодильник, – посмотрела на Леонида работница кухни.

– Будет вам холодильник, самый большой и функциональный, – заверил ее Леонид.

– А еще бы отремонтировать вытяжку.

– Отремонтируем или установим новую, – сказал Леонид.

– И еще бы тарелок, а то бьют, черти.

– Тетя Марина, ну не надо уж по мелочи…

– Ничего! Ничего! – перебил Варю Леонид. – Приобретем и посуду, и кухонную утварь, и столовые приборы. А как у детей с питанием?

– Хорошо! Очень хорошо! Вера Сергеевна – наш ангел-хранитель, просто молодец! Из тех небольших денег, дотаций и спонсорской помощи, что мы получаем, она очень грамотно распределяет эти…

– Деньги?

– Ну да… Средства… Дама она у нас умная и прижимистая, то есть хозяйственная, и она умело распределяет эти деньги на весь год. Наши дети всегда сыты. Вот, например, сегодня будет борщ, каша, котлета, салат из свеклы и компот. Нормальное меню? Я считаю, на те деньги, что нам выделяют, – очень даже хорошо.

– У вас будет все… – тихо сказал Леонид, – а пока я привез в своем автомобиле четыре ящика винограда и бананы. Разгрузите.

– Кто? – не поняла работница кухни словоохотливая тетя Марина.

– Разгрузить машину надо… грузчики там… – пояснил Леонид.

– У нас нет грузчиков! Что вы! – замахала она на него руками. – У нас вообще персонала недобор! Воспитатели и учителя сами полы моют.

– Успокойтесь, я сейчас сам все выгружу, – сказал Леонид и пошел быстрым шагом в обратном направлении.

– Какой красавец! – подмигнула тетя Марина Варваре и уточнила: – Спонсор?

– Да! Только вот я не знаю, а можно ли брать продукты? Они же не прошли санитарный контроль, – обеспокоилась Варя.

– Да что ты такое говоришь?! Человек с добром! Может, все-таки приобретет этот чертов холодильник для нас. Вера Сергеевна всегда радовалась таким посетителям. Даже стол здесь накрывали и пытались их отблагодарить так, – сказала повариха.

– Я понимаю, это для пользы детей, и поэтому постараюсь взять себя в руки.

– Уж постарайся, а еще скажи ему, что во втором блоке в спальне старших детей протекает крыша.

– Обязательно скажу, – вздохнула Варя, понимая, что она и бюрократ – понятия несовместимые.

Леня сам принес несколько ящиков с великолепными фруктами и пояснил:

– Куплены в супермаркете экологически чистых продуктов, я отвечаю.

Детям накрыли столы с фруктами и тортами, которые тоже привез Леонид. Варвара была приятно удивлена тем, что Леонид оказался очень легким человеком в общении с детьми, и они тоже к нему тянулись. Он общался с ними, словно они были ровесниками. Дети обступили его и слушали открыв рот, а затем дружно уплетали фрукты. Тетя Марина радовалась. После импровизированного праздника дети ушли на уроки, а Варвара снова подумала о бедной девочке, рисующей круги, замкнутую фигуру, не имеющую ни начала, ни конца, отказывающуюся даже от еды. Настроение ей эта мысль не подняла. Леонид, между тем, принял серьезный и весьма официальный вид и проводил Варвару в кабинет директора.

– Все необходимое вам доставят в течение трех дней, а также я понял, что интернат нуждается в капитальном ремонте, что мы и будем делать во время летних каникул, когда дети закончат учиться и освободят помещение.

– Леонид, хочу напомнить тебе, что это не обычная школа, а интернат, и дети отсюда не уезжают, так как им просто некуда уехать. Так что лето они тоже проводят в интернате, хотя ремонт делать надо, я согласна, – сказала Варвара.

– У вас появился спонсор в моем лице, так что радуйтесь. Все дети в этом году поедут на Черное море в благоустроенный дом отдыха. Все расходы и организацию я беру на себя. Естественно, преподаватели поедут вместе с детьми и будут за ними присматривать. Ты не против?

– Боже мой! Леонид, разве я могу решать такие серьезные вопросы? Я не могу быть ни «против», ни «за». Я здесь временно…

– Но твое мнение? – Леня пытливо посмотрел на нее.

– Я за детей, а они ни разу не видели моря. Поэтому, конечно, они будут очень рады…

– Я тоже так думаю, – Леонид кинул взгляд на захламленный бумагами, папками, брошюрами и книгами стеллаж и бегло посмотрел на часы.

– Спешишь? – спросила она.

– У меня много дел.

– Я не задерживаю, то есть я очень рада, что… имела возможность извиниться и увидеть… – понесла несусветную чушь Варя.

– Когда это ты извинялась? – искренне удивился Леонид.

– Наверное, я сделала это мысленно, – стушевалась девушка.

– Скорее всего… но я рад, что ты это озвучила хотя бы сейчас. Я ведь тебе не сделал ничего плохого. А моя личная жизнь, тем более до встречи с тобой, значения для тебя не должна иметь никакого.

– А почему ты разграничиваешь свою личную жизнь до встречи со мной и после? – спросила Варвара, отбивая носком туфли нервную дробь.

– А я и сам не знаю! – честно ответил Леонид. – Знаю только, что мне пора. А также то, что я хотел бы еще увидеться с тобой.

– Ну, вот привезешь, что обещал, и увидимся, – промямлила Варя, не поднимая глаз.

– Я бы хотел, чтобы эта встреча носила неофициальный характер.

– А вот такие намеки и вкрадчивый голос умелого обольстителя я не люблю, – сказала Варя.

– Ты не не любишь, ты боишься, – прокомментировал Леонид и покинул ее кабинет.

«Если бы знала, что первым, кого увижу, заступив на эту должность, будет он, никогда бы не согласилась», – подумала Варвара, пытаясь перевести дух, успокоиться и сосредоточиться на бумагах с загадочными цифрами о дебете-кредите. Сосредоточиться ей удалось, но это ей никак не помогало, так как она все равно в этих цифрах не разбиралась.

– Я опоздала?! – ворвалась к ней в кабинет весьма запыхавшаяся Людмила Кузьмина.

– К чему опоздала? – не поняла Варя, с удовольствием откладывая то, что она не понимала, в сторону.

– Поговорить с этим красивым мужчиной, в которого влюбились все дети и педагогический состав.

– Если поднажмешь, то еще успеешь, – обнадежила ее Варвара. – К тому же он очень хотел, чтобы его здесь проводили поцелуями и объятиями, а я ему в этом отказала.

– Так я сейчас все исправлю! – зажглись огнем глаза Люды, и она рванула вслед за Леонидом.

Оставшись одна, Варвара снова ощутила ту внутреннюю тоску оттого, что она сидит явно не на своем месте. Она была специалистом в своем деле, а в кресле Веры Сергеевны она себя чувствовала беспомощной, и ей это очень досаждало. Но ее одиночество было недолгим.

Глава 17

Без всякого предупреждения к ней в кабинет ввалился крупный мужчина с безобразной фигурой и весьма неприятным лицом. Плечи у него были покатые, а живот, ягодицы и бедра – необъятных размеров, он словно весь обтек вниз, как гигантская капля. Лицо было круглым, красным, потным, с большим носом картошкой, мясистыми, несколько вывернутыми губами и слезящимися выпуклыми глазами. Мужчине еще не повезло, что он появился в кабинете директора после Леонида, и этот контраст сыграл явно не в его пользу.

– Здрасте… – пискнул он неожиданно для его комплекции высоким голосом, – а где Сергеевна?

– Ее нет, – ответила Варвара, почему-то испугавшись этого человека.

– Как нет?! А где она?

– Она уехала на конференцию, – ответила Варя.

– Как уехала?! На какую конференцию?! Что за дела?! – мужчина продолжал возмущаться, словно был обманутым мужем или любовником.

– А кто вы, собственно, такой? – спросила Варя.

– А я – Хоботков Евгений Петрович! – рявкнул мужчина.

– Я не в курсе ваших дел с Верой Сергеевной, – виновато развела руками Варвара.

– А вы-то кто такая? – спросил Евгений Петрович, устраивая свою пятую точку на стул, который нещадно затрещал, а жирные телеса свесились по его краям, словно студень. Картина была не из приятных.

– А я временно исполняющая обязанности директора, зовут меня Варвара Викторовна, – ответила Варвара.

– И имеете все полномочия на время отсутствия Веры Сергеевны? – спросил Евгений, прикрывая глаза толстыми воспаленными веками с редкими, остро торчащими белесыми ресницами.

– Думаю, что да… А кто же будет решать? Конечно я! – совершенно неуверенно ответила Варя, чувствуя, что человек этот был омерзителен ей во всех отношениях. До тонкого обоняния Варвары дошел специфический запах пота.

– Так тогда это совсем другое дело… Варечка… Тогда мне к вам. Я – крупный предприниматель, который скупил все земли вокруг. Места здесь хорошие, река рядом, леса, поля, Москва рядом, земля-то дорогая.

– Поздравляю вас, – не знала что ответить Варя.

– Спасибо, – Евгений кивнул. – Я скупил все вокруг, кроме земли, принадлежащей вашему интернату, – он вопросительно уставился на нее.

– Думаю, что это логично, – ответила Варя, выдерживая его взгляд, хоть ей это было сделать и непросто. Варвара чувствовала, как по ее спине тек пот под толстой и теплой материей ее пиджака. – Логично, что земля интерната принадлежит интернату.

Евгений расплылся в пренеприятной улыбке.

– Так-то оно так, но некрасиво получается. Все вокруг мое, а этот жалкий клочок земли словно бельмо на глазу. Чертов интернат мешает моим владениям. – Евгений сложил руки с короткими толстыми пальцами на жирном животе.

– Интернат не чертов, он для детей, – поправила его Варя, внезапно остро ощутив отсутствие высокого красивого мужчины, покинувшего этот кабинет несколькими минутами ранее.

– Варечка… – вкрадчиво произнес Евгений Хоботков, – вы такая молодая и симпатичная девочка. Зачем вам это?

– Я прежде всего преподаватель.

– Хотите, я сделаю так, что вы будете преподавать, где только пожелаете? Хотите за границей? Я все могу!

– Я преподаватель-дефектолог, – холодно ответила Варя.

– Для дебилов, что ли? – хохотнул Евгений.

– Я бы попросила не выражаться! Для детей, не таких, как все, – ответила Варвара, а внутреннее волнение выдал только полыхающий румянец.

– А зачем дебилам преподаватель? – спросил Евгений, нагло улыбаясь и раздевая Варвару взглядом.