82-я Ярцевская

3 августа после сорокаминутной артиллерийской подготовки части дивизии стремительно ворвались в оборону противника. Гитлеровцы оказывали сильное сопротивление, предпринимали частые контратаки при поддержке группы танков и самоходных орудий. Контратаки врага отбивались со значительными для него потерями, но он не прекращал их. Бои носили упорный характер. Обе стороны вели интенсивный артиллерийско–минометный огонь. Авиация непрерывно бомбила поле боя и ближайшие тылы неприятеля. Активно воздействовала на наступающих и авиация противника. Вторая немецкая траншея в течение дня четыре раза переходила из рук в руки. Так продолжалось трое суток, но полностью прорвать оборону в эти дни нам не удалось.

12 августа пьяные гитлеровцы численностью около батальона пехоты в сопровождении группы танков пошли в контратаку на боевые порядки 2–го батальона 250–го стрелкового полка. Встреченные интенсивным артиллерийским и пулеметным огнем, фашисты, неся потери, вынуждены были залечь перед боевыми порядками полка. Артиллеристы 2–го дивизиона 795–го артиллерийского полка под командованием майора К. К. Воронина, поддерживавшие пехотинцев, метким огнем уничтожили шесть танков и две самоходные пушки. Остальные танки и пехота стали отходить.

Командир роты автоматчиков старший лейтенант Д. П. Григорьев совместно с пулеметным взводом с разрешения командира полка атаковал с фланга отходившую вражескую пехоту. Гитлеровцы оставили на поле боя около 100 трупов своих солдат и офицеров, 8 подбитых танков и две самоходные пушки[32].

М. Ф. Кудачкин, Д. П. Григорьев — Герои Советского Союза

Во время напряженного боя часто выходила из строя проводная связь между командными пунктами и артиллерийскими батареями, что затрудняло управление артиллерийским огнем. Однако благодаря мужеству и отваге артиллерийских связистов старшины А. Е. Масловского, ефрейтора А. К. Морозова и рядового М. Н. Часовщикова связь восстанавливалась быстро. Каждый из них в течение дня под сильным огнем противника устранил по нескольку десятков повреждений.

13 августа начальник штаба дивизии полковник А. М. Захаров и командующий артиллерией А. А. Пьянков прибыли на командный пункт правого соседа — 359–й стрелковой дивизии для уточнения плана взаимодействия. С утра 15 августа намечалось нанести смежными флангами удар по противнику на узком участке фронта.

На правом фланге кроме действующего 250–го стрелкового полка вводился в бой из второго эшелона 601–й стрелковый полк. Наступление этих двух полков поддерживали 795–й артиллерийский полк и два дивизиона армейского артиллерийского полка.

Т. С. Глыва

Правый сосед — 359–я стрелковая дивизия — усиливал свой левый фланг стрелковым и артиллерийским полками.

На рассвете на левый фланг обороны противника шириной 2–2,5 километра на всю ее глубину обрушили мощный огонь три артиллерийских полка. После 30–минутной артиллерийской подготовки стрелковые полки пошли в атаку и прорвали оборону противника. Гитлеровцы поспешно начали отходить.

Особенно успешно наступали 1–й и 3–й стрелковые батальоны 601–го стрелкового полка под командованием капитана М. Ф. Кудачкина и майора Т. С. Глывы. Командир полка подполковник И. М. Пазухин умело руководил действиями своих подразделений, проявляя инициативу, смелость и находчивость.

Стремительно наступали и подразделения 250–го стрелкового полка. Большие потери врагу нанес пулеметный взвод этого полка во главе со старшиной М. П. Рагулиным. Когда у пулеметчика сержанта В. Огурцова осколком вражеского снаряда разбило пулемет, старшина Рагулин дал ему трофейный, из которого В. Огурцов уничтожил еще 18 гитлеровцев.

Несколько труднее развивалось наступление подразделений 210–го стрелкового полка на левом фланге, так как их поддерживал только один артиллерийский дивизион.

В ходе боев противник на этом рубеже потерял только убитыми свыше 1000 солдат и офицеров и большое количество боевой техники. Продолжая преследование, части дивизии овладели несколькими населенными пунктами.

Успешно и стремительно наступали части правого соседа — 359–й стрелковой дивизии.

20 августа противник пытался задержать продвижение частей дивизии на промежуточном рубеже обороны Медведево, Сафоново. Однако совместными сильными ударами с частями левого соседа— 133–й стрелковой дивизии враг был отброшен и стал с боями отходить в направлении Дорогобужа.

Основные силы противник отвел на заранее подготовленный рубеж обороны Замошье, Хотеново на подступах к городу и железнодорожной станции Ярцево. Группами прикрытия враг продолжал оказывать сильное сопротивление, пытаясь замедлить темп наступления наших частей.

На этом рубеже 82–я дивизия временно перешла к обороне, чтобы восполнить потери и произвести перегруппировку.

В августовских боях воины дивизии показали высокое мастерство, героизм, волю к победе. За героические подвиги командир дивизии наградил орденами и медалями 97 бойцов и офицеров, командиры полков наградили медалями 202 человека. Военный совет армии и командир корпуса наградили 119 человек. Всего, таким образом, было отмечено 418 солдат, сержантов и офицеров[33]. Награды отличившимся воинам вручались в торжественной обстановке.

В период наступления многие бойцы и командиры подавали заявления с просьбой принять их в ряды партии и комсомола. В напряженной обстановке не всегда представлялась возможность разобрать эти заявления. С переходом к временной обороне все они были рассмотрены, в члены и кандидаты партии принят 291 человек и в члены ВЛКСМ — 398 человек из числа отличившихся в боях красноармейцев и командиров[34].

Используя передышку, командование и политотдел настойчиво занимались укреплением всех звеньев многообразного и сложного дивизионного организма. При этом они особое внимание уделяли повышению морального духа личного состава, укреплению партийных и комсомольских организаций, подбору и расстановке командных кадров взамен выбывших из строя.

Одним из таких мероприятий было совещание командного состава и партактива, обсудившее состояние партийно–политической работы и задачи в предстоящих боях. Этому же вопросу были посвящены партийные и комсомольские собрания в подразделениях. С личным составом проводились беседы о предстоящем наступлении.

В эти же дни состоялся семинар политработников, парторгов и комсоргов подразделений, вновь выдвинутых на эту работу вместо выбывших из строя товарищей. Начальник политотдела полковник Г. Я. Севастьянов ознакомил их с очередными задачами.

Начальник штаба дивизии полковник А. М. Захаров провел занятие с командирами полков, батальонов и начальниками штабов полков по плану предстоящего наступления дивизии.

И вот дни передышки остались позади. 1 сентября дивизия вновь перешла в наступление. После мощной артиллерийской подготовки батальоны майора Т. С. Глывы и капитана М. Ф. Кудачкина из 601–го стрелкового полка стремительной атакой прорвали оборону противника во взаимодействии с частями правого соседа — 359–й стрелковой дивизии. Левее наступали подразделения 250–го стрелкового полка. Подразделения 210–го стрелкового полка заняли село Пушкино. Гитлеровцы стали отходить.

Упорное сопротивление противник оказал на заранее подготовленном рубеже обороны Замошье, Боровлево, откуда предпринимал сильные контратаки, стремясь во что бы то ни стало удержать свой рубеж на подступах к городу Ярцево. 2 сентября пехота в сопровождении танков контратаковала 1–й батальон 250–го стрелкового полка и несколько потеснила его. Заметив создавшееся положение, командир полка подполковник Койбаев приказал 2–му батальону атаковать гитлеровцев с фланга и совместно с 1–м батальоном уничтожить их. В свою очередь командующий артиллерией полковник А. А. Пьянков обрушил огонь двух дивизионов 795–го артиллерийского полка на контратакующие группы. Выдвинутый вперед пулеметный взвод старшины М. П. Рагулина пулеметным огнем уничтожил свыше 50 гитлеровцев. Особенно большие потери понес враг от огня пулеметчика этого взвода сержанта Д. С. Барабанова, действовавшего на фланге. Командир полка тут же, на поле боя, наградил сержанта медалью «За отвагу».

Контратаки гитлеровцев были отбиты. Враг, оставив на поле боя свыше 200 трупов солдат и офицеров, 9 разбитых танков, поспешно отступил[35].

Подтянув резервы, 4 сентября неприятель снова предпринял три сильные контратаки одну за другой в сопровождении танков и при мощной поддержке артиллерии. На этот раз контратаке подверглись подразделения 210–го и 601–го стрелковых полков. Однако поддерживавший действия дивизии армейский и 795–й артиллерийские полки мощным заградительным огнем срывали контратаки противника еще на дальних подступах.

Отлично действовали артиллеристы 3–го дивизиона 795–го артиллерийского полка во главе с отважным капитаном М. И. Лабуренко. Они уничтожили 15 танков, 17 пулеметных точек, подавили огонь двух артиллерийских батарей и нанесли значительный урон вражеской пехоте[36].

Начальник штаба дивизии полковник А. М. Захаров, анализируя создавшуюся обстановку, установил, что ключом обороны противника здесь является господствующая высота 207,6. Генерал И. В. Писарев приказал командиру 250–го стрелкового полка овладеть этой высотой и нанести противнику фланговый удар. Для усиления руководства и помощи на командный пункт полка прибыли начальник штаба дивизии полковник А. М. Захаров, начальник политотдела полковник Г. Я. Севастьянов и начальник разведывательного отделения майор Ф. С. Чайкин с ротой дивизионной разведки и группой саперов.

В ночь на 14 сентября подразделения 250–го полка вслед за ротой дивизионной разведки и полковыми разведчиками внезапно атаковали гитлеровцев на высоте 207,6. После скоротечной ожесточенной схватки они взяли высоту, захватили находившиеся там шесть орудий, четыре миномета и, развивая успех, нанесли удар во фланг основной группировке врага. Противник, боясь окружения, стал поспешно отступать. В ночном бою смело и решительно действовало отделение сержанта Д. Гаврилина. Оно блокировало вражеский дзот и подорвало его противотанковыми гранатами. Другой дзот подорвали солдаты отделения сержанта Г. Сковородко.

В ходе преследования 250–й и 210–й стрелковые полки очистили от неприятеля села Замошье, Федосово и другие.

В ночь на 16 сентября части дивизии, обходя очаги сопротивления, внезапно ворвались в предместье города Ярцево.

1–й батальон 210–го стрелкового полка во главе с майором М. Т. Ершовым, наступая с севера, натолкнулся на сильное огневое противодействие противника. Командир решил перехитрить врага. Имитируя взводом лейтенанта В. М. Иштерякова наступление с севера, он основными силами батальона обошел противника по опушке леса, нанес внезапный удар с северо–восточного направления и ворвался в город. С северо–запада ворвались в город части правого соседа — 359–й стрелковой дивизии, а с востока части левого соседа — 133–й стрелковой дивизии.

Противник, ошеломленный быстрым продвижением советских войск, оказался в полуокружении, поспешно стал отходить с боями за реку Вопь, взрывая за собой мосты[37].

В боях за город Ярцево личный состав частей дивизии и поддерживающего армейского артиллерийского полка показал мужество, массовый героизм, стойкость и воинское мастерство. Артиллеристы батареи старшего лейтенанта А. К. Смирнова из 795–го артиллерийского полка, ворвавшись в город вместе с пехотой, прямой наводкой уничтожили огневые точки врага, оборудованные в подвалах зданий.

Заместитель командира 2–го стрелкового батальона 210–го стрелкового полка старший лейтенант Д. Д. Кузьмин совместно с парторгом батальона сержантом П. Н. Чижик помогли командиру буквально на ходу создать штурмовые группы, распределили по этим группам коммунистов и комсомольцев и проинструктировали их, как вести ночной бой в городе. Батальон и его штурмовые группы хорошо дрались на улицах и в переулках Ярцева.

Начальник инженерной службы дивизии подполковник М. И. Палкии силами саперов 123–го отдельного саперного батальона при активной помощи бойцов 210–го стрелкового полка М. С. Левшина, Л. И. Архипова, Ф. Ф. Дана за ночь восстановил разрушенный противником мост через реку Вопь. Благодаря этому части имели возможность возобновить наступление на железнодорожный поселок и станцию Ярцево.

Противник закрепился на выгодных позициях в районе железнодорожной станции Ярцево и в течение двух дней оказывал упорное сопротивление. Подступы к станции простреливались мощным огнем с командных высот. В этот трудный момент вновь показал свое незаурядное тактическое мастерство и находчивость командир 1–го батальона 210–го стрелкового полка майор М. Т. Ершов. Демонстрируя одним взводом наступление с фронта в лоб, он в сумерках скрытно вывел свой батальон во фланг противника, внезапно атаковал врага и выбил его со станции. В это же время командир 250–го стрелкового полка А. Н. Койбаев глубоко вклинился в позиции гитлеровцев на другом фланге и занял в их тылу село Сопрыкино.

Противник оказался под угрозой окружения и начал поспешный отход.

Приказом Верховного Главнокомандующего от 19 сентября 82–й Краснознаменной стрелковой дивизии было присвоено наименование «Ярцевская». Это еще больше подняло боевой дух ее личного состава.

Продолжая преследование, части дивизии освободили населенные пункты Мушковичи, Бобры, Лукьяники, Каменка, Юшино и другие.

В этих боях неизменно отличались пулеметчики старшины М. П. Рагулина. Когда на том или ином участке наступления возникали трудности, командиры просили подполковника А. Н. Койбаева прислать на помощь взвод Рагулина. Каким‑то образом о старшине стало известно оккупантам и власовцам. Отступая из населенных пунктов, они часто оставляли на заборах и стенах домов надписи: «Проклятый Рагулин, попадешь к нам, не проси пощады. Повесим за ноги и разделаем, как свинью». Когда бойцы показывали эти надписи Рагулину, Михаил Петрович, добродушно посмеиваясь, говорил: «Ишь, прохвость!, и пас с вамп, сынки, фашисты знают, но не дождутся, чтобы мы к ним попали».

Противник оказывал упорное сопротивление на рубежах речек Хмость, Колодня и на подступах к сильно укрепленному пункту Корохоткино. Здесь пригодилось хорошее знание местности начальником штаба 210–го стрелкового полка С. Е. Нестеровым, который до войны долго работал в районах Смоленской области. Он скрытно выводил подразделения по известным ему оврагам то во фланг, то в тыл противника. Поэтому гитлеровцам не удавалось долго задерживать наступающие части дивизии. По мере приближения к Смоленску активность противника значительно возрастала. Иногда гитлеровцы по 10–15 раз переходили в контратаки значительными силами пехоты, танков, поддерживаемыми артиллерийско–минометным огнем и ударами авиации по 30–40 самолетов. Но благодаря хорошо организованному взаимодействию с соседними 359–й и 133–й стрелковой дивизиями эти контратаки успешно отбивались нашими подразделениями.

20 сентября противник на северо–восточных подступах к Смоленску шесть раз контратаковал 601–й и 250–й стрелковые полки. Каждый раз он бросал в бой до полка пехоты и около 60 танков. Контратаки отражали два артиллерийских полка, истребительный противотанковый дивизион, артиллеристы соседней 133–й стрелковой дивизии и летчики штурмовой авиации 1–й воздушной армии. В итоге острых и непрерывных контратак противника и активной обороны наших войск гитлеровцы понесли значительные потери. На поле боя они оставили свыше 300 трупов солдат и офицеров и 28 разбитых танков[38].

Двое суток части дивизии и соседи вели здесь напряженные кровопролитные бои. На третьи сутки 250–й стрелковый полк нанес удар на стыке подразделений 430–го пехотного полка противника и вклинился в его оборону. В обозначившийся прорыв вошли 1–й и 2–й батальоны 210–го стрелкового полка. В то же время части 359–й стрелковой дивизии нанесли противнику фланговый удар. В результате неприятель был выбит с занимаемого рубежа и стал поспешно отходить в направлении Смоленска.

Преследуя по пятам отступающего противника, части дивизии вместе с другими соединениями 31–й армии ночью 24 сентября стремительно ворвались на северную окраину Смоленска. Одновременно с востока наступали на город соединения 68–й армии, а с юга соединения 5–й армии.

Смоленск враг превратил в крепость. Подвалы и чердаки стали огневыми точками, минировались здания и улицы. Штурмовые группы частей всю ночь вели бон за каждый дом, за каждую улицу. К утру 82–я дивизия очистила от оккупантов северную часть и железнодорожную станцию. Остальные районы города очищали другие соединения. 25 сентября Смоленск был полностью очищен от оккупантов.

В боях за его освобождение весь личный состав частей дивизии проявил мужество и героизм. Хорошо вели ночной бой красноармейцы и командиры батальонов майоров Г. С. Глывы и М. Т. Ершова, капитана М. Ф. Кудачкина, рога разведки во главе с капитаном П. И. Аксеновым. Большую роль в уличных боях сыграли артиллеристы, особенно истребительный противотанковый артиллерийский дивизион, подразделения противотанковых ружей, группы саперов.

Потеряв Смоленск, противник продолжал отступать на запад. Чтобы затруднить продвижение наших войск, гитлеровцы на пути отступления взрывали мосты, железные и шоссейные дороги, минировали пути передвижения войск и здания предприятий и учреждений. Однако героическими усилиями личного состава саперного батальона дивизии, саперов полков все препятствия быстро устранялись. Иногда это стоило больших жертв, так как саперы работали под сильным артиллерийским огнем и ударами авиации противника с воздуха.

После ожесточенных боев части дивизии овладели селами Катынь, Турово, Г'усино и другими. Полки продолжали наступление, не обращая внимания на то, что в тылу наших войск оставались небольшие группы гитлеровцев, скрывавшиеся в лесах и оврагах, которые уничтожались вторыми эшелонами.

К. А. Егорьева (Чайкина)

Е. В. Перерва

Одна из таких. групп ночью проникла в село Бодуны и попыталась разгромить штаб дивизии и узел телефонной связи. Часовые своевременно заметили гитлеровцев и обстреляли их из автоматов. Офицеры штаба и политотдела Г. К. Безбожное, Ф. С. Чайкин, Н. А. Другое, К. А. Фетисов, С. С. Боруховский, Н. М. Макаров, И. Г. Ларичкин, С. В. Андрюнин и другие организованно отражали атаки фашистов. В более опасном положении оказались телефонистки К. Егорьева (Чайкина), О. Сафонова и Т. Кобелькова. Девушки вовремя заперли изнутри двери и десять минут отражали атаки фашистов, забрасывая их из окон гранатами, отбиваясь автоматными очередями. Егорьева (Чайкина) была ранена, но продолжала отстреливаться. Подоспевшие на помощь бойцы батальона связи во главе с подполковником П. А. Резановым и капитаном Е. В. Перерва отогнали гитлеровцев. Прибывшая рота разведки под командованием полковника А. М. Захарова добила почти всю группу, а несколько оставшихся в живых солдат сдались в плен.

В последующие дни—до 7 октября дивизия вела упорные бои с противником западнее Смоленска и 11 октября перешла к обороне.

За период с 19 ноября 1941 года по 11 октября 1943 года 82–я Краснознаменная Ярцевская стрелковая дивизия с упорными боями прошла 728 километров, освободила 418 населенных пунктов, в том числе ряд городов. Части дивизии уничтожили десятки тысяч гитлеровцев и большое количество боевой техники противника, захватили 3878 винтовок, 300 ручных и станковых пулеметов, 112 орудий разных, 57 минометов, 52 танка и 12 бронемашин, 378 грузовых автомашин, свыше миллиона винтовочных патронов, более 5 тысяч мин и 50 тысяч снарядов, авиабомб, 2 самолета, много складов с боеприпасами, продовольствием и другое военное имущество. За боевые подвиги и проявленное при этом мужество и отвагу были награждены орденами и медалями 2751 боец и офицер[39].

В одном строю

На всем боевом пути от Москвы до Днепра в одном строю с солдатами шли наши верные друзья — военные врачи, фельдшера, медицинские сестры и санитары, связисты и радисты. Они были нужны солдатам как в обороне, так и в бою.

Медико–санитарная служба дивизии, весь ее личный состав работал непрерывно, напряженно, днем и ночью. Такой уж это был участок, где требовалась постоянная и хлопотливая забота о раненых и больных.

После кровопролитных наступательных боев в медсанротах частей и медсанбатальоне всегда скапливалось много раненых. Одним оказывалась помощь на месте, других требовалось эвакуировать в армейские госпитали. А это не всегда удавалось. Порой не хватало транспорта, мешали осенняя распутица, плохое состояние дорог. Командир дивизии генерал И. В. Писарев, комиссар Г. Я. Севастьянов повседневно в любой обстановке проявляли большую заботу о раненых воинах, всячески помогали медицинским работникам. По приказанию командования дивизии саперы строили просторные утепленные землянки, в которых размещали легкораненых.

Лечение раненых, уход за ними требовали невероятного напряжения усилий со стороны медработников всёх категорий. И они самоотверженно, героически справлялись с этим делом. Врачи, медсестры, санитарки часто неделями недосыпали, по–матерински заботясь о раненых бойцах и командирах. Это был очень дружный, крепко спаянный коллектив специалистов.

Медико–санитарную службу дивизии возглавляли майор медицинской службы Е. В. Орлов и отличный хирург подполковник медицинской службы А. С. Клюев. Даже видавшие виды врачи всегда удивлялись, как хирург без сна и отдыха безошибочно производил сложные операции. А «отдыхал» он своеобразно. Сидя за столом, подремлет, бывало, полтора–два часа, освежится холодной водой — и опять за работу. Как‑то на вопрос одного из раненых «Когда ваш начальник спит?» медсестра Клава Грачева в шутку ответила: «По дороге к операционному столу. Ему не дают покоя ваши раны». И когда вскоре к ним зашел врач, они дружно заявили: «Доктор, сегодня у нас ничего не болит, просим вас поспать». Подполковник весело ответил: «Друзья! Мне лучше знать, что и как у вас болит. Вы в боях тоже неделями недосыпали. Вот добьем фашистов и тогда будем отсыпаться».

Многим бойцам и командирам Клюев спас жизнь. Раненые любовно называли подполковника «наш чародей». Это был замечательный врач, он свободно владел таджикским, узбекским, азербайджанским и украинским языками. При обходе раненых Клюев вел с ними задушевные беседы на их родном языке, успокаивал, вселял бодрость духа. От подчиненных требовал чутко, внимательно относиться к больным.

Большой любовью пользовалась у раненых хирург майор медицинской службы Татьяна Петровна Кашкарева. Одно появление в палате этой ласковой женщины с приятной улыбкой вселяло радость в сердца людей, рассеивало грустные думы. Они верили врачу и выполняли все ее советы. С таким же уважением относились больные к врачам медсанбата майору медицинской службы Н. И. Семину, старшему лейтенанту медицинской службы Ю. А. Шварц (Мещеркиной).

Самоотверженно трудились, любовно обслуживали раненых медицинские сестры и санитарки медико–санитарного батальона Зоя Иванова, Клава Грачева, Маргарита Черняк, Маша Гурова, Женя Кожевникова, Леля Швеева, Вера Матюхина, Лиля Бахтина, Зина Парфенова, Маруся Клевина, Лиза Чарушина и другие.

Медработникам часто приходилось трудиться в весьма тяжелых и опасных условиях. В период быстрых наступательных действий передовые группы медико–санитарного батальона находились в частях, а вторые эшелоны с больными и ранеными отставали на 40–50 километров. Иногда на вторые эшелоны нападали бродившие в лесах группы фашистов, оставшиеся в окружении. Тогда врачи, медсестры, санитарки вместе с легкоранеными вооружались и вели настоящие оборонительные бои до прибытия подкрепления.

Добрую память оставили о себе командир медико-санитарной роты 250–го стрелкового полка капитан медицинской службы С. В. Мошкин, командир медико–санитарного взвода старшин лейтенант медицинской службы А. И. Журавлев, командир медико–санитарной роты 601–го стрелкового полка лейтенант медицинской службы В. К. Бовкун, командир медико–санитарного взвода 210–го стрелкового полка лейтенант медицинской службы А. С. Тихонова и другие.

Санитары подразделений под сильным огнем противника выносили с поля боя раненых бойцов и командиров. Только за период августовского наступления санитар 210–го стрелкового полка Т. Ф. Тартынский вынес 148 раненых. До этого Тартынский был сам четыре раза ранен. Санитарный инструктор 601–го стрелкового полка старший сержант Д. Р. Бабич вынес с поля боя 137 раненых. Бабич смело шел, как говорят, в огонь и в воду ради спасения пострадавшего человека, он был готов на любой смелый шаг. Три ранения, полученные на поле боя, говорят об этом убедительнее всяких слов. Санитар 250–го стрелкового полка коммунист К. И. Груздев вынес за то же время 173 раненых, и сам за время войны был пять раз ранен.

Таких медицинских работников в дивизии было немало, они спасли жизнь сотням защитников Родины. Расскажем еще о некоторых из них.

Старшина медицинской службы санитарного взвода 210–го стрелкового полка Л. Ф. Колесникова добровольно вступила в армию в первый год войны. Ей было тогда шестнадцать лет. На своих хрупких плечах девушка вынесла с поля боя сотни раненых солдат и офицеров. Эта отважная патриотка не раз смотрела смерти в глаза, четыре раза была ранена. Колесникова на фронте вступила в ряды партии, вела активную агитационнопропагандистскую работу среди солдат. За боевые подвиги Колесникова была награждена орденами Славы III степени, Красной Звезды, Отечественной войны II степени и медалями.

Ю. Н. Молочкова (Чугунова)

Москвичка Ю. Н. Молочкова (Чугунова) добровольно пришла в армию также в 1941 году, когда ей было семнадцать лет. С первых дней находилась на передовых позициях в качестве санинструктора, вынесла с поля боя не одну сотню раненых бойцов и командиров. Она была трижды ранена, в том числе один раз — тяжело. Молочкова (Чугунова) неоднократно участвовала в отражении вражеских атак. Бывалые солдаты удивлялись, как эта хрупкая девочка хладнокровно глушила гитлеровцев гранатами и косила огнем из автомата. Боевые заслуги санинструктора 210–го стрелкового полка были отмечены тремя орденами и медалями.

Хорошо знали в дивизии и старшего сержанта медицинской службы операционную сестру 53–го медико–санитарного батальона коммунистку М. Ф. Черняк. В действующей армии находилась с начала войны. Она сутками простаивала у операционного стола, помогая хирургу. Заботливо ухаживала за ранеными, квалифицированно лечила их. Она охотно бралась за любое дело, даже если оно не входило в ее обязанности. Черняк, например, систематически помогала сослуживцам при эвакуации раненых в госпитали. Самоотверженный труд коммунистки был отмечен четырьмя правительственными наградами.

Санитарки 53–го медико–санитарного батальона Валя Еремина и Аня Шуева выполняли тяжелую работу, проявляли неустанную заботу о раненых. Это они ночами просиживали у постели тяжелораненых без сна и отдыха, кормили и поили их, как маленьких детей. А случалось и так, что эти хрупкие на вид девушки брали в руки оружие и стойко защищали раненых от нападения врага.

Молодой врач медико–санитарного батальона старший лейтенант медицинской службы Е. И. Шварц, несмотря на перегруженность своей работой, заботилась о повышении квалификации медицинских сестер и санитарок. Она проводила с ними занятия и помогала ухаживать за ранеными.

На войне никому не бывает легко. Одни непосредственно с оружием в руках участвуют в бою, ежеминутно рискуя своей жизнью. Другие по роду своей работы непосредственно в бою не участвуют или участвуют периодически, но также часто подвергаются опасности. К этой категории относятся связисты, медицинские работники, шоферы, пекари, прачки. Кому из них тяжелее приходится на войне, не так просто определить.

В рядах нашей армии девушек, пожалуй, было больше, чем в любой другой армии, и это вполне объяснимо.

Советские девушки, воспитанные в рядах пионерской и комсомольской организаций в духе беспредельной любви к ленинской партии, к Советской власти, к своей Родине, не могли стоять в стороне, когда над страной нависла смертельная опасность фашистского порабощения. Они с первых дней войны всеми силами рвались на фронт. Радисткам 82–й дивизии Дусе Сыч (Котляровой) и Рае Козловой (Герасименко) не исполнилось еще 16 лет, когда они ушли на фронт.

В наших подразделениях служили девушки — снайперы, пулеметчики и другие специалисты. Много девушек работало в тыловых подразделениях. Но и бойцам этих подразделений часто случалось сражаться с противником, когда ему удавалось прорываться и нападать на наши тылы. Так, в районе села Красница группа гитлеровцев одновременно атаковала командный пункт командира дивизии и блиндаж связистов. Тогда телефонистка Г. Мищенко смело вступила в бой, забросала их гранатами и огнем из автомата уничтожила десять гитлеровцев.

В поселке Елизово (Октябрь) во время ожесточенного боя фашисты окружили домик, в котором находилась радиосвязь 210–го стрелкового полка. Радистка Л. Клименко встретила их гранатами и автоматным огнем. Фашисты подожгли домик. Отважная девушка погибла смертью храбрых, но не сложила оружия. При таких же обстоятельствах дважды была ранена мужественная патриотка телефонистка центральной телефонной станции дивизии К. А. Егорьева (Чайкина).

Телефонистка Г. Мищенко неоднократно участвовала в ожесточенных боях. После тяжелого ранения она выбыла из дивизии. Телефонистки В. Клюева и Г. Мартышко в любой опасной обстановке хладнокровно и мужественно трудились, обеспечивая бесперебойную связь. Душою и опытным организатором связисток была комсорг роты связи сержант Е. Сыч (Котлярова). Жизнерадостная, смелая, она являлась примером для подруг. Надежной помощницей комсорга была Р. Козлова (Герасименко). Они в тяжелых походах были запевалами, на марше часто брали у девчат лишние вещи и переносили их на своих плечах.

Е. А. Сыч (Котлярова)