Илиотропион, или Сообразование с Божественной Волей

Бог попустил умножиться братней зависти против неповинного Иосифа, но попустил для какого благодеяния? Не для спасения ли от голодной смерти не только его родителей, братьев и родственников, но и всего Египта? Попустил Бог нечестивому Саулу всячески озлоблять кроткого, незлобивого Давида, но не для пользы ли самого Давида и всего царства Еврейского (да, для величайшей пользы не только их, но и всего рода человеческого через потомка Давидова Христа Спасителя нашего)? Попустил Бог бросить в ров к разъяренным львам безвинно оклеветанного Даниила пророка; но для чего? для возведения его самого и друзей его на высшую степень величия и славы.

Но зачем мне рассказывать о многочисленных фактах Ветхозаветной истории, когда через попущение Божье завистливые первосвященники, фарисеи и старейшины Еврейские, по зависти, предали на распятие Единородного Сына Божьего, Иисуса Христа, и это попущение обратилось во спасение всего рода человеческого. Таким образом, от каждого попущения происходят и открываются нам величайшие богатства славы Божьей и Его благодеяний каждому человеку и всему роду человеческому. Отсюда открываются нам благость Божья и милосердие Его, щедроты, всемогущество и величество, предвидение и промысел Его. Отсюда Высочайшая мудрость и правда Его неведомыми нам путями озаряют нас, и тем самым возбуждают весьма многих, внимательных людей, к возращению добродетели, к умножению многотрудных, но славных подвигов, награждаемых обильными благодеяниями в нынешней жизни и будущей и вместе с тем ореолом славы.

О, как дивно и величественно проявляет себя Божественное промышление в повседневных своих попущениях!

Неважно от добра произвести добро, но весьма удивительно злое обратить в добро. Есть общая поговорка: "на спокойном море всякий может быть кормчим." Невелика мудрость, когда ветер попутный, корабль крепок, море не волнуется, еще и матросы корабля знают свое дело, пристань видна, — направить к ней корабль. Но иное дело, когда буря бушует на море, корабль поврежден, волны с шумом вливаются на палубу и внутрь корабля, или когда ночь темная, ничего невидно, пираты окружили корабль, экипаж малочислен и плохо вооружен; и при всем этом капитан корабля так искусно распорядился, что безбедно избежал опасности; вот это удивительное дело: капитан корабля делом доказал свою мудрость и свою опытность править кораблем

Подобное замечаем мы и в мироправлении Божьем: кажущееся нам попущение воли Божьей не ведущим к добру, Бог приводит к наилучшему концу по Своей неизреченной премудрости и правде. Чрез попущение противозаконных деяний и приключений горестных Бог иногда беззаконников превращает в честнейших друзей Своих. По Божьему промыслу, направляющему все к наилучшему концу, хитрые замыслы, направленные для вреда обольщаемого ими, часто обращаются ему в пользу и честь; делаемые на кого-либо нападения и обиды нередко умножают его силы; величайшие беззакония нечестивых утверждают многих в благочестии и добродетели и предохраняют от погибели.

Оттуда же происходит, что многие люди, на первый взгляд, уже совершенно погруженные в бездну погибели, на деле оказываются бывают через то самое спасены. Иосифу узы и темница служат к почестям и к его величайшей славе, братняя в нему зависть доставила ему больше пользы, чем благоволение всего мира. Саулова злоба доставила Давиду царский венец. Львиный ров ввел Даниила в большую честь и славу, каких не достигали и цари земные. Христос с креста вошел в рай вместе с покаявшимся разбойником, а с горы Елеонской вознесся на небеса и сел по правую сторону Бога Отца. Если бы Бог не попускал грехопадения и не исправлял допущенных, и через это не производил бы от злых деяний добрых последствий, то едва ли бы могли мы узнать присущую Богу правду, карающую злых и награждающую добрых. Но через такое допущение злых деяний мы учимся познавать пользу исследования самих попущений и осознавать, какими чудными путями Бог из величайших зол производит бесчисленное множество добра.

Об этом весьма умно выразился знаменитый ученый Боэтий, говоря: известный порядок Божественного управления всегда достигает своих целей; ибо если иногда что-нибудь и уклонится от Божественного установления в сторону, то оно хотя и другим путем, все же направляется к предположенной цели, дабы ничто не оказалось неразумным в управлении Промысла. Хотя и неудобно человеку постигать ограниченным умом и выражаться слабым словом о величайших и бесчисленных деяниях неограниченного и всемогущего Божества, но для нас достаточно удостовериться, что Бог есть творец и промыслитель всего сущего, и Сам же Он все направляет наилучшим образом к достижению наибольшего добра. А потому, если благоразумно всмотримся в многоразличные явления природы и человеческих обществ, то ничего не найдем злого (в собственном смысле) и неразумного в порядке высшего управления миром.

Итак существуют многочисленные причины попущений Божьих, примеры которых привели мы в начале этого отделения.

О попущении Божием

В начале этой 2-й главы предложено рассмотреть попущение Божье с трех сторон: а) волю Божию, б) причины попущения, и в) волю содействующую к совершению попущенного. К рассмотрению этой третьей стороны попущения Божьего мы теперь и приступаем.

Предвечный Бог еще прежде всех веков установил все то и так, что впоследствии времен намерен был Он привести и приводит в дело или исполнение. Тогда же Он предвидел и знал не только справедливейшие причины попущений зла в мире, но и имел свободную волю — как попустить, так и содействовать к совершению попускаемого действия. У богословов эта истина ясно и точно выражается словами: "Бог есть помощник всему истинно (немечтательно) происходящему и существующему." Ничего в мире не бывает и не осуществляется без посредства первой и Высочайшей причины (воли Триединого Божества).

Итак, если все, что попускает Бог, предустановленно Им от века к попущению по справедливейшим причинам, и Сам Бог благоволит являться невидимо помощником совершения (внешней стороны) попущенного деяния, то зачем мы произносим безумно на Бога и людей печальные и пустые жалобы? Зачем часто мы оговариваем и отрицаем Промысел Божий, и самые справедливые причины Божьего попущения? Почему лучше и справедливее все случившееся нам неприятное и мучительное для нас не приписываем Мы с покорностью воле Божьей и Его попущению для нашего исправления?

Зная, во-первых, что попущения Божьи бывают не без справедливых причин, во-вторых, что вся сила и все лучшее содержится в том Божьем о нас намерении, с которым сделано попущение, и которому сопротивляться нам нисколько не следует — обязаны мы тем более осмотреться и исправить себя раскаянием перед Богом в своих погрешностях. В попущениях Божьих — добрая ли воля, злая ли она — но она работает Богу, и с каким бы намерением она не работает, однако в конце концов все совершается для достижения наилучших целей.

Действительно, все святые то, что встречалось с ними в жизни (приятное или неприятное), приписывали воле, действию Божьему, потому что они не обращали своего внимания на грехи чужие, но все поступки людские рассматривали, как Божий дар или Божье попущение за свои грехи. Святые рассуждали так: милостивый Бог никогда бы не попустил ничего злого, если бы не знал Он, что оттуда произведет Он многочисленные великие благодеяния.

Подобную мысль высказал и блаженный Августин: "Бог признал лучшим злое обращать в доброе, нежели вовсе не попускать зла. Потому что Бог, будучи всеблагим, никаким образом не допустил бы зла в делах Своих, если бы Он не был столь всемогущ и благ, чтобы не мог от зла произвести благое, доброе."

Также справедливо говорил учитель Феофил: "Непостижимо Бог вмешивается в наши заблуждения и в наши грехи, не для похвалы их или принятия соучастия в них, но гнушаясь ими, ненавидя и исправляя их. Бог производит из зла много доброго, подобно тому, как бы Он огонь превратил в воду." Здесь следует упомянуть и о другом его наставлении: "Всякий оскорбляющий нас (каким бы то ни было образом), — совмещает в себе как бы два лица, действующие одно сознательно, другое бессознательно. Во-первых, он желает по злому расположению к нам действовать против нас враждебно — с намерением оскорбить нашу личность, лишить нас имущества и т. д., хотя в этом намерении своем и не всегда успевает. При успехе же своем, через попущение Божье, делается он бессознательно 2-м лицом, действующим в качестве орудия в руках Божьих, наказывающего нас или исправляющего наше поведение, и тем самым он бессознательно служит Богу."

Такими бессознательными служителями Божьими были (известные в истории): Навуходоносор, Аттила (предводитель Гуннов), Тотий, или Тотила (царь италийских Остготов), Тамерлан, и другие бичи Божьи. Таковы же Веспасиан и сын его Тит, которые ради славы и распространения Римской империи, старались уничтожить Евреев, но обманулись в том. Действительно, они были мучителями и сильными воинами — орудием гнева Божьего на народ неправедный. Евреи не могли достигнуть спокойствия и своего счастья на земле, иначе, как при пособии теплиц Нероновых. Но чтобы яснее изложить читателям означенное здесь изъяснение попущения Божьего, да будет нам позволено коснуться некоторых исследований и суждений.

Любое попущение Божье нужно принимать с покорностью

Позволь спросить тебя, возлюбленный брат христианин, оглашающий весьма часто небо и землю своими скорбными жалобами. Скажи мне, что тебя столько оскорбляет: воля ли (умысел) оскорбителя, или только его власть (возможность осуществить умысел) или и то и другое?

Ты отвечаешь меня оскорбляет и то и другое вместе.

В ответ на это скажу тебе, что ни воля злонамеренная, ни приведение ее в исполнение (власть) не могут нанести тебе оскорбления: злое намерение (воля) без власти ничтожно, и никакого вреда тебе не делает, а приведение намерения в исполнение зависит от попущения, то есть от воли Божьей, которая справедлива и свята. Тебе известно, что всякая власть от Бога, зачем же ты печалишься и жалуешься на оскорбителя за то, что он сделал тебе не другое что, как только попущенное ему Богом, иначе бы он не мог тебя оскорбить без Божьего попущения. Скажешь: противник мой нанес мне величайшую обиду. Скажи: какую? Ибо за грехи твои тебя наказывает Бог, или учит тебя терпению, или умножает твою награду за невинное оскорбление тебя — и ты считаешь себя обиженным? Этого лукавого человека, скажешь, и его злобную волю я ненавижу. Но ты всегда обращаешь свое внимание на деяния других людей, а я тебе советую лучше обратить взор свой к Богу и к своей совести (беспристрастному внутреннему оку).

Воля человеческая, хотя она и зла и нечестива, что же она могла тебе сделать? В чем ее успех? Ты не столько сожалеешь о том, что хотел тебе вредить твой противник, сколько о том, что он повредил и что мог повредить?От кого же это произошло, и почему он мог тебе вредить? Не по власти ли и воле Божьей? А если по власти и воле Божьей — то всегда по судьбам праведным и святым. Следовательно ты или умолкни или обрати свои жалобы к Божественному попущению, и это последнее запечатлей твердо в душе своей, что никогда Бог не попустит, чтобы чужая злая воля могла причинить тебе какое бы то ни было зло, которое не послужило бы тебе в пользу, если только ты сам себе самому не повредишь. И кто может сделать нам зло, если мы будем ревнителями всего доброго?

Прекрасно сказал блаженный Августин: "Не бойся врага, он на столько силен повредить, на сколько получил для того власти от Бога. Того же бойся, который силен столько сделать, сколько захочет, и который ничего несправедливого не делает, но что Он делает, то все — справедливо. А если что-нибудь, по мнению нашему, казалось бы несправедливым, то, если несомненно, что оно произошло по воле Божьей, веруй, что оно есть справедливо и истинно."

Спросишь: если кто убил невиновного человека, справедливо он поступил или несправедливо? Нет сомнения, что это несправедливо и достойно казни. Почему же Бог, спросишь опять, попустил такую несправедливость? Ты хочешь вести спор с Богом прежде, чем сделался достойным вопрошать Бога, по какой причине, Боже, Ты попустил это? Намерения Божьего о том или причины Его попущения не могу тебе, любезный мой, прямо объяснить (по необъятности Премудрости Божьей умом человеческим). Но утверждаю только, что и убивший неповинного человека действовал несправедливо, и что этого убийства не было бы, если бы Бог не попустил его по неведомой нам праведной причине, говоря другими словами — убийца совершил дело неправедное, требующее казни. Но попущение Божье — праведно и премудро по причине праведной, но скрытой до времени от нас.

Подобным образом рассматривает блаженный Августин дело об убиении Христа, нашего Спасителя. "Иуда, беззаконный предатель Христов (говорит Августин) — и гонители Христовы — все беззаконники, все нечестивцы и все погибшие. Однако Отец Сына Своего не пощадил, но предал Его за спасение всех нас." Рассуди сам, любезнейший мой, если можешь, всякое подобное дело, отдели обе его стороны (т. е. законопреступника, совершающего злое дело, от Бога, соизволяющего на попущение), потом растолкуй. Исполни перед Господом твои обещания, которые высказаны тобой перед Ним (Пс. 75:12).

Рассмотри, что сделал тебе нечестивый? Что — праведный? Тот захотел умышленно совершить зло, сознавая свою неправду; этот попустил совершиться злоумышлению, и попустил справедливо для того, чтобы воля нечестивого погибла, а праведное попущение прославилось. Не удивляйся же, что Бог попускает совершаться злу. Он попускает это по праведному Своему суду, попускает мерою, числом и весом. У него нет неправды, ты только сам всецело предайся Ему, усвойся Ему.

Для успокоения себя при нанесении нам обид известно одно только верное средство — когда тебя кто обидел или оскорбил, то ты не обращай своего внимания на злость оскорбителя, но обратись к правосудному Богу, попустившему обидеть тебя твоему противнику, и не воздавай ему злом за сделанное тебе зло — ибо оно попущено Богом для достижения целей добрых и справедливых, хотя и неизвестных тебе до времени. Этого обычая держались все святые Угодники Божьи — они не разыскивали кто и за что их оскорбил, но всегда обращали сердца свои к Богу, смиренно признавая справедливость Божьего попущения. И потому они считали нанесенные им обиды за благодеяния для себя, а своих противников — за благодетелей, говоря: вот наши истинные благодетели, ибо они не льстят нам. Те же, которые нас хвалят и величают нас в глаза — льстят нам и вредят нашему внутреннему усовершенствованию. Поэтому святые всегда мысленный взор свой обращали к Богу, во всяком деле полагались на Промысел Божий, и ожидали от Бога всего доброго.

С другой стороны, оттуда же видно (из сказанного выше) что грех, учиненный против ближнего через Божье попущение, тем не менее не дает ни малейшего смягчения вины грешника, потому только, что его противозаконное деяние дало Богу повод произвести от зла большее добро. Ибо к произведению последнего подан только повод согрешившим и не от себя, но по богатству Божественной благости, намерение же у согрешившего было злое и осталось злым. Так, например, если бы кто из злодеев, подложив огонь под хижину бедняка по злобе на него, сжег ее, а другой добрый и достаточный человек, по своему сожалению к бедняку, выстроил ему на месте истребленной пожаром хижины не в пример лучший домик, то и в таком случае не могли бы служить уменьшающими вину поджигателя ни ничтожную стоимость подожженной хижины, ни то добро, сделанное бедняку, по поводу поджога и потери им хижины.

Для лучшего уразумения сокровенных и непостижимых судеб Божьих и Его Промысла о людях предложим рассмотрение об этом в следующей главе.

III. Из непостижимых судов Божьих мы можем узнавать Его волю

В течении всей жизни мы должны часто повторять изречение царственного пророка. "Правда Твоя, как горы Божии, и судьбы Твои — бездна великая!" (Пс. 35:7), бездна весьма велика — бесконечно великая!

На эту бездну некогда, как бы перстом указывали два библейских почетных служителя Египетского царя Фараона: виночерпий и хлебодар. Оба одного царя служители, оба впали в немилость царя, оба отданы под арест и посажены в тюрьму за тяжкую вину, на обоих положил царь свой гнев. И об обоих вспомнил он во время придворного пиршества, обоих мог бы он и помиловать, если бы то угодно было правде Божьей, или же обоих осудил бы на смертную казнь при равной их вине; однако одного осудил на бесчестную казнь, а другому возвратил свою милость и поставил его на прежнее место служения — хлебодара велел повесить, отдав в пищу хищным воронам, а виночерпию велел быть в прежней его должности — предстоять царскому столу.

Таковы судьбы Божьи: одних он по праведному своему суду удаляет от своего лица, других удостаивает своего лицезрения по великой своей милости. "И кто может исследовать великие дела Его? Кто может измерить силу величия Его? и кто может также изречь милости Его?" говорит сын Сирахов (гл. 18:3–4).

Познающий дела Божьи — исправляется

Сколь сокровенны и непостижимы судьбы Божьи о Навуходоносоре, царе Вавилонском, и о Фараоне, который не знал Иосифа, о которых справедливо сказал блаженный Августин: "Один (Навуходоносор) за бесчисленные свои нечестия был наказан Богом, и через то был приведен к спасительному и весьма полезному покаянию (исправлению себя). Напротив, Фараон ожесточился, несмотря на казни Божьи, пренебрег ими, и погиб в Красном море со всем своим воинством. Оба они были люди; оба цари языческие, оба были наказаны." Почему же неодинаковый конец получили? — Один понял карающую руку Божью, вздохнул перед Богом и исправил свое поведение; другой не повиновался возвещенной ему воле Божьей, остался в своем греховном упорстве — и погиб.

Вот другой пример непостижимости суда Божьего: один из лучших царей Иудейских был Аса, который делал добро перед Богом и укрепил свое царство, ниспроверг идолов во всей земле Иудейской, истребил идолопоклонство — эту скверну первых царей в колене Иудовом и Вениаминовом, уничтожил поклонение высотам и дубравам. Однако этот славный царь, долгое время похвально царствовавший, бывший тридцать лет примером благочестивых царей, при конце своего царствования потерял свою первую славу, переменившись в своем поведении из лучшего в худшее. Он заключил в тюрьму пророка Ананию, обличавшего его в дурных поступках, казнил многих невинных граждан, и наконец, разболевшись страшно ногами, не обратился к Богу с покаянием в своих согрешениях и с молитвой о своем исцелении, но прибег к врачам и знахарям. О, как переменился он к худшему, как не похожи последние его деяния на первые! Первоначально бывший царем правды сделался самонадеянным ослушником воли Божьей, объявленной ему через пророка (2 Пар. гл. 15 и 16).

Напротив, беззаконный и нечестивый во всю жизнь Манасия, доведший народ Иудейский до той степени нечестия, что он сделался хуже тех народов, которые Богом истреблены от лица сынов Израилевых — познал в несчастье своем тяготеющую на нем руку Божью, обратился к Богу, раскаялся в своем нечестии и получил прощение и милость Божью (2 Пар. 33:9).

О Боже! суды твои — великая бездна!

Всем управляет воля Божия

Саул и Давид (первые цари народа Израильского) — как они удивительны для нас по различию над ними суда Божьего! Оба они были вначале достойны похвалы, оба тяжко согрешали с соблазном для всего царства, оба подверглись тяжким наказаниям, но как противоположно подействовали на них эти наказания! Саул отвердел в своем нечестии и бедственно скончался; Давид обратил наказание во врачевство (в лекарство) для себя, и оказался возлюбленным избранником Божьим.

Здесь неуместны вопросы: почему это? и для чего? Такие вопросы происходят по наваждению духа злобы, и многих погубили бедственно: "подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?" — спросил некогда хитрейший из всех зверей жену (Еву; Быт. 3:1). На вопрос этот следовало бы было Еве отвечать лукавому зверю: "мы знаем, что Бог заповедал нам не есть плодов с (одного только) дерева познания добра и зла, но почему и для чего Он заповедал это? — Того мы не должны спрашивать у Бога, ибо Его святой воле так было угодно, причины же такой Его воли испытывать нам нельзя": "Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь" (Рим. 11:34–36).

Думаю, найдутся некоторые утверждающие, что не запрещается иногда спросить о причине той иди другой заповеди. — У кого? неужели спросить у Бога, которому одному известно, что хорошо или что только позволительно. Если слуга у своего господина, или подчиненный у своего начальника требует объяснить ему причину своего приказания или какого-либо распоряжения, то первый сочтет это за оскорбление себе, а второй примет это за бунт и неповиновение себе — ты же осмеливаешься на столь большую дерзость против Бога! Кроме его святой воли нет другой причины у промысла Божьего, подобно тому, как бы и вовсе ее не существовало.

Сколь непонятно, чудно и это — Самаритяне охотно поверили словам Господа и умоляли его остаться у них; маловерные Гергесияне, напротив, упрашивали Господа поскорее уйти от них. Неверные Иудеи ни словами, ни делами, ни знамениями и чудесами Господа не образумились и не уверовали в истину его Божественного посланничества: суды твои Господи — бездна великая!

Иулиан Александрийский, святой мученик, по причине болезни ног не могший ходить, был принесен двумя своими служителями пред судилище гонителей христианства. Один из принесших слуг был христианин, но отрекся на судилище как от Христа, так и от своего господина, и погиб в мерзком идолопоклонстве. Другой из них, по имени Евн, не изменил ни Богу, ни своему господину и остался в вере Христовой непоколебимым. Оба исповедника Христова сначала были посажены на верблюдов и водимы по городу Александрии с бесчестием и поруганием, затем подвергнуты были немилосердному биению, напоследок брошены живыми на зажженный костер дров, где в добром исповедании предали души свои Богу. Смотря на их мучения один из присутствовавших при этом воинов, по имени Веса, сострадая неповинным мученикам, начал усовещивать народ и унимать его от буйства, но был приведен к судье и оговорен, что он тоже исповедует веру Христову, и по определению судьи, приговорен к смертной казни — ему палач отрубил голову. Таким образом он получил мученический венец вместо отрекшегося от Христа служителя — христианина.

Святой Афанасий, Архиепископ Александрийский описывает в деяниях Антония Великого такое происшествие: два монаха предприняли путешествие посетить святого Антония в его пустыне. Но, идя по безводной жаркой пустыне, совершенно изнемогли от жажды без воды, и один из них уже умер, другой же находился близ смерти. Святой Антоний, находясь от них далеко, за несколько миль, сидя в своем монастыре на камне, призывает поспешно двух своих монахов и говорит им: как можно скорее бегите туда-то в пустыню, захватив с собою сосуд воды; ибо один из двух идущих к нам братий уже умер от жажды, а другой еще дышит, но весьма страдает и ослабел, если замедлите, то и другого не застанете в живых: это открыл мне Бог, когда я стоял на молитве. Получив повеление, посланные немедленно и охотно пустились в путь: найдя странников, тело умершего предали земле, другого, освежив водой и подкрепив пищей, привели с собою к святому Антонию. При этом описании Афанасий благоразумно замечает, что кто-нибудь может спросить при этом: а почему святой Антоний не послал своих монахов раньше для спасения странников, еще до смерти одного из них? Такой вопрос по истине неприличен для христианина, потому что это не было делом святого Антония, но это был суд Божий: Сам Бог изрек Свой праведный приговор над умирающим и о жаждущем — живом. Он же открыл Свою волю святому Антонию о спасении странника.

Антоний Великий сам в себе размышляя, удивляясь сокровенным и недоведомым тайнам Божиим, воззвал смиренно к Богу: о Господи, Боже мой! Тебе бывает благоугодно иногда даровать долголетнюю жизнь людям по видимому бесполезным и погруженным в бездну беззаконий, а иногда преждевременно лишаешь жизни сей людей весьма полезных для блага общества. Одни, мало прегрешившие, тяжко казнятся Тобой, другие, напротив, живут себе без всяких скорбей, счастливо, и поэтому получают дерзость совершать преступления: "выкатились от жира глаза их, бродят помыслы в сердце" (Пс. 72:7)? При этом размышлении Антоний слышит голос: "Будь внимателен к самому себе: то, о чем ты размышляешь, есть суд Божий, и ты его не исследуй и не испытывай."

О, как велики дела Твои, Господи! Весьма глубоки и помышления Твои: "Человек несмысленный не знает, и невежда не разумеет того" (Пс. 91:6. 7). По истине Ты — Бог сокровенный (не постигаемый умом Твоего творения).

В тысяча сто семнадцатом году, когда по всей Италии было землетрясение, повествует Рогерий, некоторые из жителей города Медиолана собрались в одном доме по делу об исправлении общественных нужд. Вдруг слышится со двора голос, зовущий по имени одного из числа бывших в том доме, чтобы он вышел. Тот, кого вызывали, недоумевал, кто зовет и кого, а потому медлил выходить, ожидая повторения зова. Неожиданно некто незнакомый, приблизясь к двери, просит, чтобы позванный поскорее вышел — едва на несколько шагов отступил вызванный от дома, падает дом и убивает своими развалинами всех, бывших внутри его.

Спрашивается, почему один только из бывших в доме спасен от смерти, а все прочие погибли? — Суды Господа — великая бездна! Кто не видит ясно в этом происшествии совершившихся древних чудес? Так вывел Ангел Господень Лота с его детьми из Содома, а всех прочих жителей оставил на жертву огня. Таким же чудесным образом сохранены невредимыми и многие другие люди, находившиеся вместе со множеством других людей, которые погибли от какой-либо причины, произведшей общее бедствие, общую пагубу.

В тысяча пятьсот девяносто седьмом году в Сицилии жил на месте, носившем название: "Царская Гора," упорный, непослушный человек и вел жизнь распутную. Знакомый ему благочестивый монах много раз увещевал его, чтобы он исправился и отстал от мерзкой богопротивной жизни — разврата с непотребными женщинами — но он пребывал в своем ожесточении (а быть может и в вольнодумстве и безверии) и оставался неисправимым. Прошло несколько дней после увещания его в последний раз и погиб он в объятиях непотребной женщины на ее постели, бывши нечаянно проколотым штыком. Там же другой, подобный первому, беззаконник, много лет проживший в непотребстве с бесчестной женщиной, услышав о погибели своего друга, оставил беззаконное сожитие, сделавшись целомудренным посредством наказания и погибели первого беззаконника, и остальные шестьдесят лет своей жизни пребывал в сердечном раскаянии о своих грехах.

Что сказать обо всем этом, кроме справедливого изречения: Суды Твои, Господи, бездна великая и неизмеримая!

Если Серафимы смиряются пред Богом, то тем более надо смиряться нам

Для Божественного апостола Павла было чудно и весьма удивительно определение Божье о двух близнецах Ревекки: Исаве и Иакове. Ибо когда еще они не родились, и не сделали ничего доброго или худого, на основании чего было можно предпочесть одного из них другому? Бог наперед уже сказал: Иакова Я возлюбил, а Исава возненавидел.

Что же скажем об этом? Неужели неправда у Бога? Никак!

О человек! Кто же ты, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: зачем ты меня так сделал? Невластен ли горшечник над глиной, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почетного употребления, а другой — для низкого (Римл. 9:11–13. Ис. 29:16)?

Неужели между горшечником и глиной меньше различия, чем различие между Богом и человеком, ничтожным червем? Кто же дерзнет сказать Богу: зачем Ты, Господи, так делаешь?

Святой Дорофей рассказывает: "Однажды прибыл в городскую пристань корабль с пленниками, которые были продаваемы. На пристани собралось много покупателей пленников и пленниц. В том городе жила одна богатая, весьма добродетельная и благочестивая девица; она весьма обрадовалась долго ожидаемому ею благоприятному времени для покупки себе служанки — горничной, которую сердечно желала она научить доброй нравственности и приличным женскому полу занятиям. Охотно приступает она к продавцу невольниц, которых было у него две молодых девочки, из которых одну и берет она к себе, уплатив за нее деньги по договору с продавцом.

Не успела только отойти она оттуда, как подходит к продавцу бесчестная, развратная женщина, содержательница "дома терпимости," и за небольшую цену покупает у того же торговца другую из бывших двух у него девочек и ведет ее к себе в сожительство для известной эксплуатации (торговли)."

Вот какая неравная судьба этих двух молоденьких девочек. Кто в этом событии исследует глубину и таинственность Божьих судеб? Обе с детства неповинные девочки, обе проданы, обе незнающие ни своей наступающей жизни, ни своей участи, обе, получив они доброе воспитание — сохранили бы его благовонные плоды во всю свою жизнь. Но одна отдана к наставнице доброй нравственности, христианской жизни и, воспользовалась ее наставлениями, сама сделалась доброй христианкой, подражательницей Ангелам; — другая, напротив, попала в школу мерзости и разврата, к учительнице лжи, соблазна и всех мерзостей, и сама охотно последовала примеру своей госпожи, и сделалась корыстью диавола, хотя бы могла лучше устроить свою жизнь, если бы попалась к лучшей наставнице. Но судьбы Твои, Боже, бездна многа!

Подобное, — нечто мало разнящееся от предыдущего, — нашел и узнал Григорий Великий в кругу своих родственников. Святейший этот муж имел три тетки — Емельяну, Тарсину и Гордиану, которые все три посвятили свою жизнь Христу, поступив в святое собрание девственниц (в женский монастырь). Две из них, нерушимо храня свои обеты, до конца жизни с честью пребыли в девстве. Третья, Гордиана, не внимая никаким наставлениям и не повинуясь иноческой власти, расторгла свое общение со святыми сестрами и удалилась от них в светскую жизнь, влекомая бесполезным своим сладострастием.

Суды Твои, Боже, бездна великая! "Бог высок могуществом Своим, и кто такой, как Он, наставник? Кто укажет Ему путь Его; кто может сказать: Ты поступаешь несправедливо?" (Иов.36:22–23)? Благоразумно и весьма осторожно в этом отношении выразился царственный пророк, говоря о себе Богу: "я был невежда и не разумел; как скот был я пред Тобою" (Пс.72:22). Другими словами: "Твоих судеб не испытываю я, о Боже, я ничтожен перед Тобой, подобно другим животным. Мое дело слушать Твой голос и повиноваться своему Господу, но не исследовать Твоих дел и предназначений."

Это еще не диво, что Давид, с самого детства пасший стадо скота и не занимавшийся высшими науками, так скромно понимал себя и судил о себе по доброте своего сердца и по внушению Божию. Но сами Серафимы, высшие духи — служители Божии, также поступают пред Богом. Ибо когда Слово Господне огласило небеса и землю об отвержении (Богом) Иудеев, и тогда они (Серафимы; у каждого из них по шести крыльев) двумя крылами закрывали каждый лицо свое, двумя закрывали ноги свои и двумя летали, обнаруживая, тем, что они своим разумом не могут воспарить до той высоты, на которой совершаются чудные и непостижимые дела Божьи, потому что никакой разум твари не постигает Божественных судеб Всемогущего Творца своего.

Для них достаточно знать и убежденным быть, что Трисвятой Бог есть свят, и исповедовать друг перед другом неизреченные Его Божественные совершенства, взывая к нему: Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф — полны суть небеса и земля беспредельной славы Его (видение Исаии пророка гл. 6).

Тройственно Свят Бог: Свят в Себе Самом, Свят в судах Своих, Свят в делах Своих! Если небесные разумные Духи так смиряются и исповедуют непостижимость Тайн Божественных, тем более нам, слабой персти земной, хотя и получившим по дару Божию "дыхание жизни и слово разума," прилично исповедоваться пред Богом, взывая: "Праведен Господь во всех путях Своих и благ во всех делах Своих" (Пс.144:17). Блаженный Августин оставил нам большое утешение своим изречением: "может Бог некоторых спасти и без их добрых дел, ибо Он Сам добр; не может Он никого погубить, потому что Сам праведен."

Непостижимость судеб Божиих

Часто видим мы во вселенной чудные перевороты и перемены, события неожиданные. Есть у нас достаточно дел, о каждом из которых можем вопросительно сказать: увидим, чем это кончится? Временами случается с нами самими что-нибудь удивляющее нас своей неожиданностью, и мы бесполезно ропщем и говорим: не думал и не гадал я, чтобы это так совершилось. Бедные мы невежды в предугадывании будущих событий! Подобно тому и о происходящих в настоящем времени событиях мы нелегко можем понимать истинные причины этих событий, кроме одной, обязательной во всех событиях и притом причины истинной и несомненной — случилось это, или что другое, потому, что так было Богу угодно устроить или допустить по Его премудрому, неведомому для нас, но всегда праведному и благому Промыслу. «Не суть бо советы Мои как советы ваши, ни пути Мои как похождения ваши, говорит Господь. Как далеко небо от земли, так далек путь Мой от путей ваших и помышления Мои от помышлений ваших» (Исаии 55:8–9).

Святой Григорий сказал: исследовать сокровенные причины судеб Божьих есть не что иное, как только противопоставление нашей греховной гордости Его советам или определениям. Наша обязанность, наше дело — при всяком необыкновенном событии повторять слова святого Апостола Павла: "О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!" (Римл.11:33). В земной нашей жизни мы многого никогда не постигнем разумом. Достаточно для нас знать, убедиться и несомненно веровать, что Бог не есть несправедлив, и в последний день судный не найдется никого из подсудимых, который бы сказал что либо иное Господу, кроме слов: "Праведен Ты, Господи, и справедливы суды Твои" (Пс. 118:137).

Некогда царь Давид, видя нечестивых счастливцев мира, увлекающих за собой своим примером некоторых из народа Божьего, желал уразуметь судьбы Божьи о них. Долго он размышлял о этом, но не получая никакого в том успеха, смиренно сознался: "трудно для меня уразуметь это, пока не войду во святилище Божие" (Псал.72:16. 17). Поэтому следует до будущей лучшей жизни отложить нам более полное уразумение высочайшей Премудрости Божьей, а также непостижимых в нынешней жизни судеб и последнего их конца.

Итак, перестанем и мы расширять крылья любопытствующего нашего суждения о предметах нам недоведомых. Волны безграничного океана Высочайшего Ума, непрестанно вращающиеся и возвращающиеся, восходящие и нисходящие, превосходят быстроумие всякой мудрости, не только человеческой, но и ангельской.

И как же могли бы мы постигнуть конечные причины глубочайших Божественных судеб? Кто может постигнуть Божье предопределение: зачем этот родился в язычестве, другой в Христианстве? Почему Евангельская проповедь во многих странах довольно поздно огласилась, а потому, многие тысячи людей погибли, лишась возможности спастись принятием Христова учения, тогда как в других странах оно быстро огласилось? Почему одно государство наполнено еретиками, другое свободно от всех пороков неправоверия и в нем сильно укоренилось благочестие? Почему наказание Божье за грехи одних минет (до времени), а других постигает? Почему иногда невинные в преступлении предаются суду, обвиняются и погибают, а грехи некоторых людей отзываются на их детях и дальнейших их потомках? Почему крестовые походы, в которых участвовали многие государи, принцы и князья, прилагая все свое старание для освобождения Палестины и Гроба Господня из рук неверных, остались тщетными, не достигли желанной цели?

Не станем повторять вопросов: почему Бог предоставил возможность покаяния (нравственного исправления) Адаму, а не Люциферу (Светоносцу)? Почему Иисус Христос умилосердился о падшем апостоле Петре и посмотрел на него, а не на Иуду? Почему один умирает во младенчестве, другой доживает до глубокой старости? Почему один, мало погрешив в чем либо, погибает без покаяния, другой же, долгое время пребывая погрязшим в тяжких беззакониях, наконец исправляется и получает кончину, достойную христианина? Почему один утопает в богатстве и роскоши, другой не имеет ни куска хлеба, ни копейки денег?

Беспокойный и чрезмерно любопытный ум! Зачем тебе исследовать это? Касаясь огня Божественных судеб, ты растаешь; восходя на неприступную гору Божественного Провидения и Промысла, ты упадешь, и будешь кружиться подобно тому, как ночные бабочки и комары кружатся ночью около свечи, пока сгорят — так и ум человеческий стремится дерзновенно проникнуть в тайны непостижимого пламени Божественного. Нам, смертным людям, нельзя прямо смотреть на дела Пресветлого Солнца, имея очи нетопыря (летучая мышь): сокровенные тайны Божьи для нас — непостижимы в настоящей жизни. Сын Сирахов говорит: Дивны дела Господни, величественны они, и сокровенны тайны Его пред человеками (Сир. 11:4). Не нашлось ни одного из смертных, чтобы взять у Сидящего на престоле книгу, писанную внутри и отвне, раскрыть ее и прочесть, кроме льва от колена Иудова, корня Давидова — победителя смерти (Книга эта — книга судеб Божественных, внутри — Его предведения, извне — Его промысл о вселенной. Апокалипсис, гл. 5).

Предвечный, Всепремудрейший Бог все расположил мерой, числом и весом; силе и воле Его кто противиться может? (Прем. Солом. 11:21;). Почему же мы, ничтожные, кичимся своей гордостью и дерзновенно силимся взвесить тяжесть огня, измерить скорость движения ветра или возвратить прошедший день? Достаточно для нас веровать, что причина всех причин есть Воля Божья, и кто ищет большей силы и власти, тот не знает существа Божьего. Всякая причина узнается по зависимости ее от другой, так составляется ряд причин подчиненных одна другой, и та причина, которая, по бытию своему, не была последствием предшествующей, есть первая причина, причина всех причин. Но прежде Бога и Его Святейшей Воли ничего не существовало, не предшествовало Богу, а потому причиной всех причин есть один только Предвечный, крепчайший и бессмертный Бог во Святой Троице прославляемый. Чего же ты еще доискиваешься? Бог попустил, Бог восхотел, Бог сотворил все. По справедливому и богомудрому изречению Сальвиана: "Для нас совершеннейшей правдой должна быть Воля Божья, высочайшей мудростью — добровольное и спокойное последование указаниям Божественной воли и Божьего промысла."

IV. Как узнать волю Господню

Различны власти по различным учреждениям, например: в простой избе, полной детьми; в школе — над собранными учениками; в доме, состоящем из семьи и служителей; в монастыре — из братии; в воинском лагере, собранном из отдельных полков, батальонов и других отдельных частей. Но в каждом из названных учреждений и подобных им имеется одно и то же начало к достижению благоустройства и благосостояния каждого учреждения — это начало есть повиновение подчиненных своим старейшинам, наставникам и начальникам, повиновение, приводящее различные отдельные воли подчиненных к единству, к гармонии, выражающейся во власти, организующей отдельные воли к согласному их действию. Плохо станет управлять военачальник, если он не умеет управлять и удерживать благоразумно своих подчиненных в беспрекословном повиновении закону и в исполнении ими своих законных повелений или распоряжений. Напротив, там все идет успешно и достигается предназначенная полезная цель учреждения, где, например, в доме домоправитель (хозяин), в монастырях наставник братии, в училищах учитель, в полках военачальник — ведет всех порученных ему лиц своим благоразумным наставлением, примером, словом или даже одним мановением руки — к достижению доброго конца, по своему усмотрению.

Как воин обязан быть во всем послушным своему командиру, следовать его примеру и быть готовым исполнить каждое его приказание, так, в конце концов, каждый истинный христианин должен во всю жизнь свою находиться как бы под рукою и под словом Божиим. Все то, что угодно Богу сделать с нами, к чему нас Он предназначит, что повелит — во всем том мы должны беспрекословно повиноваться Его святейшей воле. Да будет у всех нас, христиан, единственный ответ на воззвание, обращенное к нам Богом: "Се иду, Господи, как в свитке книжном (в священном Писании) предписано мне (речь идет о Христе-Спасителе). Хочу исполнить волю Твою, Боже Мой, и закон Твой у меня в сердце" (Пс. 39:8–9), в памяти, в разуме, в воле моей. Да скажет каждый из нас по примеру нашего Спасителя — воля Твоя, о Боже, лучше всех приказаний для меня, исполнение мной Твоей Воли — величайшее для меня благо.

У Савла, после того, как пораженный необыкновенным небесным светом пал он на землю и услышал голос: "Савл, Савл, что ты гонишь Меня?" — первым было вопросом: "Господи! что повелишь мне делать?" (Деян. 9:2–6). Этот вопрос да будет ежедневно повторяем каждым из нас при всяком нашем недоумении о том, как поступить нам в постигшем нас событии или сомнении: "Господи! что повелишь мне делать? какая об этом воля Твоя, всеблагий Иисусе? — открой ее мне, каким Тебе угодно знаком, чтоб я понял Ее, добрым ли словом, советом или другим каким-либо откровением. Охотно последую я Твоему благому соизволению, молитвенно внушенному мне Тобой."

Вопросу о том, каким способом можем мы познавать волю Божию во всяких делах, удовлетворит то, если мы здесь укажем на некоторые установления, или положения, посредством которых удобно открывается воля Божья: назовем их для краткости заповедями.

Заповедь Первая

Или положение, способствующее к познанию воли Божьей.

Все то, что отвлекает нас от Бога, — противно воле Божьей, все же, что приводит нас к Богу, — согласно с волей Божьей. "Ибо воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались от блуда" (1Фесc. 4:3), но не только от блуда плотского, но и от всякого заблуждения, тем более — противозаконного. Кто почувствует в себе такое заблуждение, должен сказать самому себе: это дело (предполагаемое мной), эта дружба, это приобретение (купля — продажа или что-либо другое), такой образ жизни — не сделает меня нравственно лучшим, потому что отвлекает от Бога. По крайней мере, ни это звание или профессия, ни эта дружба, ни такой образ жизни, ни это приобретение не есть божественное о мне изволение.

Заповедь Вторая

Воля Божья вразумительно и определенно изъясняется для нас законом Божьим и Церковными постановлениями. А потому мы должны при встретившемся нам каком-либо сомнении изыскивать: чего заповеди Божии и Церковные предания требуют от нас, и не только то, чего они требуют, но и то обдумать, что соответствует им (хотя точно и не определено), и сходно с их духом.

Некогда Христос указал на заповеди Божии богатому юноше, когда этот спросил Его: "что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную"? — говоря: "ты знаешь заповеди," и указал на те из них, которыми предписываются наши обязанности к ближним. Воистину "нет ничего лучше страха Господня и нет ничего сладостнее, как внимать заповедям Господним" (Сир. 23:36). Авраам богатому человеку, веселившемуся по все дни жизни земной и потом попавшему в ад, представляет в свидетели волю Божественную, открытую через Моисея и других пророков, говоря (о братьях богатого, находившихся еще в живых): "Есть у них Моисей и пророки, пусть слушают их" (Лук. 16:29); и божественный Павел апостол говорит: "Не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная" (Римл. 12:2). Благая (праведная) воля Божья заключается в десятословии (десять заповедей Божьих); Богоугодная — в Евангельских советах; совершенная — требующая, чтобы все, заповеданное Богом приводилось в исполнение нами на земле так же, как оно исполняется Ангелами на небеси.

Заповедь Третья

Эта заповедь предписана апостолом Павлом в 1-м послании к Фессалоникийцам (5:18). "За все (как за доброе, так и неприятное) благодарите; ибо такова о вас воля Божья во Христе Иисусе."

Прежде всего здесь достойно замечания то, что наша благодарность Богу за все, чтобы ни приключилось с нами, весьма благотворна для нас в положениях наших, в тревогах и скорбях, тем более тогда, когда мы что-нибудь доброе получаем. Прекрасно выразился об этом святой Иоанн Златоуст: "Потерпел ли ты нечто злое — если не желаешь, чтобы оно было злом для тебя — благодари Бога, и вот уже это зло превратилось в добро, — в этом высокая мудрость." Древние люди учили своих детей весьма хорошему обычаю, состоявшему в том, что если дитя обожжет себе палец огнем, то чтобы оно тотчас обращалось к Богу со словами: "Благодарение Богу!" — краткая, но весьма благотворная заповедь. За все, что бы ни выстрадал христианин, отягощаемый бедами, скорбями, возглашай: "Благодарение Богу!" возглашай это стократно, тысячекратно, беспрестанно: благодарение Богу! К этому присоединяет святой апостол Павел: "Духа не угашайте" — дайте в себе место Духу Святому.

Часто Бог волю Свою обнаруживает посредством сокровенных (таинственных) знаков, которыми следует руководствоваться и верить им тогда только, если из указываемого ими деяния вытекает, как его последствие — Слава Единого Бога. Далее говорит святой апостол Павел: "Пророчества не уничижайте" — то есть: толкования Божественного писания и поучений, предлагаемых в церквах, а также пророческих постановлений умных и благочестивых людей нельзя никогда презирать тому, кто желает согласовать свою волю с Божественной волей. А кто не желает слушать всего, указанного выше, тот явно не хочет уразуметь воли Божьей.

Опять святой апостол Павел учит: "Все испытывайте, хорошего держитесь, удерживайтесь от всякого рода зла." Как испытатели ходячей монеты и вообще денежных знаков, каждую монетную особь исследуют по разным известным признакам, по издаваемому звуку металла, по начертаниям, и другим знакам, и различают посредством этих исследований истинную монету от подложной (фальшивой) — первую принимают, а вторую отбрасывают — так и мы должны поступать при распознавании в каждом своем деле Божьей воли. Всего истинно согласного с ней следует держаться, а все то, что имеет в себе малейший оттенок лжи и греха, должны возненавидеть и отвергнуть от себя, как противное воле Божьей.

Заповедь Четвертая

Для уразумения воли Божьей в каком либо данном сомнительном случае есть и другие источники. Сверх упомянутых выше заповедей Божьих и церковных установлений (узаконений) сюда относятся законно избранные, истинно по христиански живущие объяснители нам воли Божьей в наших недоразумениях о ней (например: духовники, пастыри). Это — духовные и мирские судьи нашей совести, к ним относятся из мирян родители, училищные наставники, воспитатели и все законно поставленные истинные правители человеческих обществ. Приводим исторические случаи для примера:

Когда Савл, всецело предав себя Божьей воле, вопросил: "Господи! что повелишь мне делать," то не затруднил его Господь непосредственными своими приказаниями во всех подробностях, и не послал ему тотчас Духа премудрости, но как ученика послал его к Анании, сказав: "встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать " (Деян. 9:6)

Анания был достоверным изъяснителем воли Божьей Павлу, подобно тому как святой Петр — Корнилию сотнику (Деян. гл. 10). Отсюда открывается Божье благоволение изъяснять (открывать) свою волю человеку через другого человека. А потому нам не следует пренебрегать добрыми наставлениями других: "У всякого благоразумного проси совета, и не пренебрегай советом полезным" (Товит. 4:18). Последовав этому, не раскаешься. "Душа человека иногда более скажет, нежели семь наблюдателей, сидящих на высоком месте для наблюдения. Но при всем этом молись Всевышнему, чтобы Он управил путь твой в истине" (Сирах. 37:18–19). "Обращайся всегда только с мужем благочестивым, о котором узнаешь, что он соблюдает заповеди Господни, который своею душею — по душе тебе и, в случае падения твоего, поскорбит вместе с тобою. Держись совета сердца твоего, ибо нет никого для тебя вернее его" (Там же, ст. 15–17).

Для разрешения своих сомнений, как поступить согласно с волей Божьею в том или другом деле, проси совета и вразумления у своих духовных отцов и начальников наших, которым мы поручили свою совесть и всю нравственную деятельность своей жизни. Говоря вообще, обращайся за разрешением своих недоумений ко всем предержащим властям, воля которых (исключая воли на дела греховные) есть воля Божья. Все, что они советуют (кроме греха), должны мы принимать как переданное нам чрез них самим Богом и должны исполнить.

Примером для нас во всем этом служит святой апостол Павел. Описывая Галатам свои деяния после обращения своего в Христианство, он говорит, между прочим: "чрез четырнадцать лет опять пошел я (по откровению Божию) в Иерусалим с Варнавою" (Гал. гл. 2-я). Какая же была причина Павлу откладывать на столь продолжительный срок путешествие свое в Иерусалим? "Та причина, отвечает святой Павел, что там я предложил особенно знаменитейшим (т. е. верховным Апостолам)благовествование, проповедуемое мной язычникам, чтоб мне убедиться, не напрасно ли я подвизаюсь, или подвизался в нем?"

Вот так всемирный проповедник, благовествовавший Евангелие язычникам в течение четырнадцати лет в качестве как бы меньшего из апостолов, предлагает учение свое первейшим Апостолам на обсуждение, приглашая их быть как бы судьями или цензорами его проповеди с тем, чтобы в этом его учении все то, что старейшие апостолы одобрят, общим советом примут, и, согласовав со своим благовествованием, прибавят к нему что-либо или исключат что из него, всему тому и сам он станет веровать и так учить язычников. Удивительнее всего, что Павел говорит о себе "пошел я по откровению." Если он посредством откровения предпринял путь в Иерусалим, то через откровение же могло быть сообщено ему и все то, что постановлено Собором Апостольским. Но последнего то откровения и не было для того, чтобы показать, что Бог желает вразумлять человека не только посредством откровения, но и да вразумляется человек кроме того и через человека. Да и самое представление Павлом своего учения на суд апостольский было сделано не потому, чтобы сам Павел сомневался в православии своего учения. Но соборное утверждение его было нужно больше для других, как верующих, так тем более и для сомневающихся.

Такого порядка разрешения недоумений держались всегда желавшие и стремившиеся непогрешительно следовать воле Божьей — они вопрошали старейшин, принимали их добрые и полезные советы. "Остановитесь на путях своих," т. е. обратите все ваше внимание на дела свои, — говорит Господь через пророка Иеремию — "и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, идите по нему и найдете покой душам вашим" (Иерем. 6:16).

Заповедь Пятая

Если же время или место не позволяют испросить совета, человек сам в себе должен рассудить о своем сомнении относительно уразумения воли Божественной — как поступить ему согласно с ней в предстоящем ему деле. Бог не оставит молитвенного его желания — во всем исполнять волю Божию — и неожиданно разрешит его сомнение. Сомневающийся должен при этом внимательно вникнуть в сомнительное дело и обсудить обе или все стороны, между которыми заключается сомнение — в выборе же одной из них принять во внимание, которая из них благоприятнее воле Божьей, а которая слаще плотскому нашему вожделению или пристрастию. Потом, обсудив все это беспристрастно, обязан каждый делать то, что более угодно Богу, хотя бы оно нашей воле было и нежелательно, а телесным влечениям и вовсе неугодно, ибо не доставляет им никакого почти удовольствия и отрады, а только — труд и утомление. Несмотря на это мы должны последовать воле Божьей, делать угодное Богу, а не то, что угодно нашему самолюбию и плотоугодию.

Эгоизм, гордость и плотские пожелания — всегда зазорны и приближают нас к падению. Противостоять им, во всяком случае, безопасно: "Если ты удержишь ногу свою, говорит Исайя пророк, от исполнения прихотей своих ради дня покоя Господня… то будешь иметь радость в Господе, и Я возвеличу тебя на земле, говорит Господь" (Исаии 58:13–14).