Помоги проекту - поделись книгой:
– Нет ли, – спрашивает, – чего-нибудь поесть?
Старуха говорит:
– Чего тебе, родимый, дать – разве блинков?
Взяла жерновцы и намолола: нападали блинки да пирожки.
Боярин поел и говорит:
– Продай мне, бабушка, твои жерновцы.
– Нет, – отвечает старуха, – продавать нельзя.
Он позавидовал чужому добру и украл у ней жерновцы. Как увидали старик со старухою, что украдены жерновцы, стали горевать.
– Постой, – говорит кочеток Золотой гребешок, – я полечу, догоню!
Прилетел он к боярским хоромам, сел на ворота и кричит:
– Ку-ка-ре-ку! Боярин, боярин! Отдай наши жерновцы, золотые, голубые!
Как услыхал боярин, сейчас приказывает:
– Эй, малый! Возьми да брось его в воду.
Поймали кочетка, бросили в колодец. Он и стал приговаривать:
– Носик, носик, пей воду! Ротик, ротик, пей воду… – и вытянул весь колодец.
Выпил воду и полетел к боярским хоромам. Уселся на балкон и опять кричит:
– Ку-ка-ре-ку! Боярин, боярин! Отдай наши жерновцы, золотые, голубые! Боярин, боярин! Отдай наши жерновцы, золотые, голубые!
Боярин велел повару бросить его в горячую печь. Поймали кочетка, бросили в горячую печь – прямо в огонь. Он и стал приговаривать:
– Носик, носик, лей воду! Ротик, ротик, лей воду… – и залил весь жар в печи.
Вспорхнул, влетел в боярские палаты и опять кричит:
– Ку-ка-ре-ку! Боярин, боярин! Отдай наши жерновцы, золотые, голубые! Боярин, боярин! Отдай наши жерновцы, золотые, голубые!
В то же самое время боярин гостей принимал. Гости услыхали, что кричит кочеток, и тотчас же побежали вон из дому. Хозяин бросился догонять их, а кочеток Золотой гребешок подхватил жерновцы и улетел с ними к старику и старухе.
СНЕГУРУШКА И ЛИСА
Жил да был старик со старухой. У них была внучка Снегурушка.
Пошла она летом с подружками по ягоды. Ходят по лесу, собирают ягоды. Деревцо за деревцо, кустик за кустик. И отстала Снегурушка от подруг. Они аукали ее, аукали, но Снегурушка не слыхала.
Уже стало темно, подружки пошли домой.
Снегурушка как увидела, что осталась одна, влезла на дерево и стала горько плакать да припевать:
Идет медведь и спрашивает:
– О чем ты, Снегурушка, плачешь?
– Как мне, батюшка-медведушка, не плакать? Я одна у дедушки, у бабушки внучка Снегурушка. Меня подружки в лес заманили, заманивши – покинули.
– Сойди, я тебя отнесу домой.
– Нет. Я тебя боюсь, ты меня съешь!
Медведь ушел от нее. Она опять заплакала, заприпевала:
Идет волк:
– О чем ты, Снегурушка, плачешь?
– Как мне, серый волк, не плакать, меня подружки в лес заманили, заманивши – покинули.
– Сойди, я тебя отнесу домой.
– Нет. Ты меня съешь!
Волк ушел, а Снегурушка опять заплакала, заприпевала:
Идет лисица:
– Чего ты, Снегурушка, плачешь?
Как мне, Лиса-олисава, не плакать? Меня подружки в лес заманили, заманивши – покинули.
– Сойди, я тебя отнесу.
Снегурушка сошла, села на спину к лисице, и та помчалась с нею. Прибежала к дому и стала хвостом стучаться в калитку.
– Кто там?
Лиса отвечает:
– Я принесла вашу внучку Снегурушку!
– Ах ты наша милая, дорогая Лиса! Войди к нам в избу. Где нам тебя посадить? Чем нам тебя угостить?
Принесли молока, яиц, творогу и стали лисицу потчевать за ее услугу. А потом простились и дали ей на дорогу еще курочку.
СТАРИК И ВОЛК
У старика со старухой были паренек да девушка, петушок да курочка, пять овец, шестой – жеребец.
Прибежал к избушке голодный волк и завыл:
– Старик, старик, отдай петушка да курочку, а то съем старуху!
Жалко стало старику петушка да курочку, но делать нечего – отдал их волку.
На другой день волк опять прибежал:
– Старик, старик, отдай овечек, а то съем старуху!
Жалко стало старику овечек, а старуху еще жальче, отдал он волку овечек.
На третий день прибежал волк:
– Старик, старик, отдай жеребца, а то съем старуху!
Отдал старик жеребца. Волк наутро опять прибегает:
– Старик, старик, отдай паренька да девушку, а то съем старуху!
Старику так жалко стало паренька да девушку, схватил он кочергу и давай возить волка. Бил, бил, покуда у того брюхо не лопнуло, и выскочили оттуда жеребец, а за ним пять овец, а за овечками и петушок с курочкой.
ПТИЧИЙ ЯЗЫК
В одном городе жил купец с купчихою, и дал им господь сына не по годам смышленого, по имени Василий.
Раз как-то обедали они втроем; а над столом висел в клетке соловей и так жалобно пел, что купец не вытерпел и проговорил:
– Если б сыскался такой человек, который отгадал бы мне вправду, что соловей распевает и какую судьбу предвещает, кажись, при жизни бы отдал ему половину имения, да и по смерти отказал много добра.
А мальчик – ему было лет шесть тогда – посмотрел отцу с матерью в глаза озорливо и сказал:
– Я знаю, что соловей поет, да сказать боюсь.
– Говори без утайки! – пристали к нему отец с матерью.
И Вася со слезами вымолвил:
– Соловей предвещает, что придет пора-время, будете вы мне служить: отец станет воду подавать, а мать полотенце – лицо, руки утирать.
Слова эти больно огорчили купца с купчихою, и решились они сбыть свое детище; построили небольшую лодочку, в темную ночь положили в нее сонного мальчика и пустили в открытое море.
На ту пору вылетел из клетки соловей-вещун, прилетел в лодку и сел мальчику на плечо.
Вот плывет лодка по морю, а навстречу ей корабль на всех парусах летит.
Увидал корабельщик мальчика, жалко ему стало, взял его к себе, расспросил про все и обещал держать и любить его, как родного сына.
На другой день говорит мальчик новому отцу:
– Соловей-де напевает, что подымится буря, поломает мачты, прорвет паруса; надо поворотить в становище.
Но корабельщик не послушался.
И впрямь поднялась буря, поломала мачты, оборвала паруса.
Делать нечего, прошлого не воротишь; поставили новые мачты, поправили паруса и поплыли дальше. А Вася опять говорит:
– Соловей-де напевает, что навстречу идут двенадцать кораблей, все разбойничьих, во полон нас возьмут!
На тот раз корабельщик послушался, приворотил к острову и видел, как те двенадцать кораблей, все разбойничьих, пробежали мимо. Выждал корабельщик, сколько надобно, и поплыл дальше.
Ни мало, ни много прошло времени, пристал корабль к городу Хвалынску; а у здешнего короля уже несколько годов перед дворцовыми окнами летают и кричат ворон с воронихою и вороненком, ни днем, ни ночью никому угомону не дают.
Что ни делали, никакими хитростями не могут их от окошек отжить; даже дробь не берет! И приказано было от короля прибить на всех перекрестках и пристанях такову грамоту: ежели кто сможет отжить от дворцовых окошек ворона с воронихою, тому король отдаст в награду полцарства своего и меньшую королевну в жены; а кто возьмется за такое дело, а дела не сделает, тому отрублена будет голова.
Много было охотников породниться с королем, да все головы свои под топор положили.
Узнал про то Вася, стал проситься у корабельщика:
– Позволь пойти к королю, – отогнать ворона с воронихою.
Сколько ни уговаривал его корабельщик, никак не мог удержать.
– Ну, ступай, – говорит, – да если что недоброе случится – на себя пеняй!
Пришел Вася во дворец, сказал королю и велел открыть то самое окно, возле которого воронье летало.
Поделиться книгой: