История лица. Мастерская физиогномического психоанализа

ДИАГНОСТИЧЕСКАЯ ФИЗИОМЕТРИКА. Как определить ширину челюсти? Проведите поперечную линию на уровне середины нижней губы, если губы толстые или отвислые, или прямо под нижней губой, если они тонкие. Таким образом вы достаточно точно определите ширину нижней челюсти. Чисто визуальный метод «по желвакам» (т. е. нижнее место прикрепления жевательной мышцы) гораздо менее прогностичен, так как связка этой мышцы крепится к нижней челюсти гораздо ниже. С «длиной» проблем еще меньше – за начальную точку отсчета возьмите середину опять-таки, нижней губы и опустите перпендикулярную линию до нижней точки подбородка.

Фактически нижняя челюсть представляет собой свод, у которого есть основание (ширина челюсти) и высота (в нашем случае – длина) потому как свод вниз. Массивность челюсти и определяется именно большой шириной и большой длиной, т. е. проще говоря, это мощная, почти треугольная кость, которая если уж и «клацнет» зубами, то… мало не покажется. Именно так, мы ведь все вышли из первобытного «вельда», где сила удара и сжатия такой челюсти, были отнюдь не спортивным состязанием. Давайте переведем на язык психодиагностики означенные морфологические признаки.

Ширина челюсти – это способность распределить усилие или внешний удар как можно по большему радиусу. Подойдет войсковая аналогия: широкий фронт. В нем есть свои преимущества и недостатки. Можно сделать фланговый обхват, но вот выдержит ли середина возможный контрудар? Опять же, обхват или захват осуществляется максимально полно, когда усилия равномерно распределяются по всему обширному периметру, то есть – массированно. В итоге – нету точки предельного напряжения, равно, как и слабого звена. Везде и всюду равномерно сжатие и возможность перераспределять силы от центра к флангам. То, что обычно подразумевается под понятием «мобильности» или «подвижности». Именно так ведет себя лягушка, у которой челюсть относительно головы достаточно широкая на вечерней охоте. Еще раз подчеркнем, что самое главное достоинство широкой челюсти – возможность работы на флангах, удачно перераспределяющая свои усилия. В генетическом плане можно рискнуть предположить, что широкая челюсть определяет силу нервной системы на выносливость или общую работоспособность. Второй, работающий здесь генетический фактор: подвижность нервной системы, или, как принято сейчас говорить, мобильность. Это, так сказать, в абстрактном варианте, если бы существовал лишь один доминирующий параметр – ширина челюсти. Но все же рискнем психологически диагностировать этот параметр – прежде всего общая работоспособность, сила, подвижность, мобильность в нанесении фланговых ударов, способность к быстрому переключению. Из житейских наблюдений добавим: люди с широкой челюстью гораздо спокойнее и увереннее. Они менее предрасположены к истериям и неврозам. Вместо того, чтобы сигнализировать окружающему миру «как плохо», они предпочитают искать лазейки, маневры, а то и «тупо», «на износ» изматывать противника. Как ни странно, но широкая челюсть сенситивна. То есть, она создает предпосылки для мобильного реагирования на сигналы внешней среды, но не в атакующем, а больше в стабилизирующем или сохраняющем плане. Проще говоря, индивиды с широкой челюстью не нападают первыми. Зато они преотлично держат удар. При условии, что длина челюсти не является маленькой. Иными словами, широкая челюсть не должна быть тонкой и легкой. То есть, мы опять же возвращаемся к результирующей схеме «ширина + длина». Но давайте все же закончим разговор о ширине, и скажем пару слов об узкой челюсти (см. схематические рисунки 2.5 и 2.6.

Узкая челюсть, безусловно, более уязвимая для бокового смещения. Другими словами, флангового удара. Прочную оборону она держать никак не в состоянии. Поэтому человек с узкой челюстью всегда предпочитает резко поворачиваться лицом к противнику, либо к иной неприятности. Так или иначе, но он всегда сосредоточен на главном направлении. Отсюда – целевая установочность и приверженность одной парадигме. Внешне, поведенчески, это иногда воспринимается как настойчивость, упорство и даже смелость. А по существу, всего лишь компенсаторная реакция узкочелюстного индивида на собственные проблемы с внешней средой.

Теперь поговорим о второй качественной характеристике челюсти – ее длине. Еще удлиненную челюсть можно назвать тяжелой, а короткую – легкой. Ведь по сути, так оно и есть. Схематические рисунки 2.7 и 2.8 иллюстрируют вышесказанное. Понятно, что легкая челюсть более подвижная и динамичная. Отсюда и соответствующий психологический портрет индивида: мобильность, легкость, оперативность и подвижность. То есть, как минимум способность быстро «включаться» и точно так же без пролонгированной паузы «переключаться». Добавим к этому еще и высокую лабильность нервных процессов, или, по-другому, – быстроту реакции на внезапно возникший сигнал. То, что мы называем «схватываемостью на лету». Недостаток тяжеловесности: легкая челюсть как раз и компенсирует мгновенным реагированием и безинерционной переключаемостью.

Тяжелая или длинная челюсть, наоборот, визуально убеждает своей основательностью и методичностью в делах и подходах. Такие люди, чаще всего, работают методом «продавливания» проблемы. Своего рода, «принцип лома», есть такое ручное приспособление, каким любители подледного лова долбят лунку. Впрочем, ассоциация на тему, если челюсть явно удлиненная и одновременно узкая. Но в целом, удлиненность ударной кости создает предпосылки для упорства, целеустремленности и крепости. То есть, если проблема не продавливается, то ее надо раскалывать. «Тяжелая» челюсть обуславливает генетическое свойство выдерживать сильный, но кратковременный стресс. Если индивид успевает повернуться к нему лицом. Не столько фигурально, сколько психологически.

Клин вышибают клином. Либо устраивают встречный бой с «тест драйвом» на прочность. Возможно также предельно упорное сопротивление с нарастающим жимом на противника, но тогда челюсть должна быть не только удлиненной, но и широкой. Поэтому для полноты психодиагностической картины уместно кратко разобрать по отдельности все четыре варианта, соотношения длины и ширины нижней челюстной кости: а) челюсть широкая и удлиненная; б) челюсть широкая и короткая; в) челюсть узкая и удлиненная и г) челюсть узкая и короткая.

ВАРИАНТ А: ЧЕЛЮСТЬ ШИРОКАЯ И УДЛИНЕННАЯ. Схематически изображена на рис. 2.9. Можно также сказать, что она широкая и тяжелая, то бишь, массивная. В народе ее еще именуют «бульдожьей». Как известно, бульдоги и боксеры достаточно флегматичные псы, но если уж в кого-то вцепятся, то мертвой хваткой. Массивная челюсть лишена мобильности и подвижности, но зато невероятно прочна и устойчива к стрессовой атаке. Ее вряд ли запросто так сломает, как очень сильный, но кратковременный стрессовый удар, так и весьма длительное и напряженное внешнее воздействие. Обратная связь у таких людей обычно замедленна, равно как и порог некой чувствительности в минуты опасности или передряг.

Их невозмутимость как раз и обеспечивается крепкой челюстью и сильной нервной системой. Адаптируются к изменениям они медленно, поскольку легко выдерживают натиск воздействующего фактора. Собственно говоря, это же свойство также можно отнести и к «минусам», поскольку вместо необходимого приспособления «крепкочелюстные» индивиды привычно готовятся к глубоко эшелонированному сопротивлению. Можно предполагать, что реакция на опасность у них генетически несколько замедленна. Ведь если все можно преодолеть, то чего надо опасаться? Собственно, их смелость – это некий сплав уверенности в собственной силе и беспечности. Подобный индивидуальный архетип закладывается с самого раннего детства, когда крепкая челюсть внушала сопливым сверстникам невольное уважение. Убеждал сам физиогномический вид, а большего, зачастую и не требовалось. Впрочем, за доказательствами в карман долго лезть не приходилось – к демонстративной истерии и неврозам личности с удлиненной и широкой челюстью не прибегают. Уж лучше двинуть в лобовую. Отсюда и соответствующая стратегия принятия решения в бизнесе и политике. Рефлексивность реагирования подменяется несокрушимой убедительностью. Представьте, на минуту образ: бульдозер на узком скользком горном серпантине. Либо дорога станет ровнее и шире, либо – заглядывайте в пропасть. Сиюминутных компромиссов не дано. К слову, времена становления бизнеса весьма нуждаются в таких вот типажах, в дальнейшем они просто выполняют функцию стабилизирующего фактора. До того момента, когда опять придется двинуть всей своей мощью.

ВАРИАНТ Б: ЧЕЛЮСТЬ ШИРОКАЯ И КОРОТКАЯ, то есть легкая и мобильная с хорошей фланговой устойчивостью. Схематически она изображена на рис. 2.10.

Чаще всего такие люди ближе к круглоголовому типажу. Они легки на подъем, явно подвижны, чаще всего жизнерадостны и без проблем коммуникабельны. Они очень быстро перестраивают свою тактику и стратегию, выискивая наиболее слабые участки сопротивления внешней среды. Худой мир они предпочтут хорошей войне. Еще в какой-то степени к ним подойдет житейское правило: «не имей сто рублей, а имей сто друзей». Правда, будьте всегда готовы к сепаратным переговорам. Чем слабее челюсть и шире ее «диапазон», тем больше стремление обезопасить себя как можно большим числом союзников. Чего отчасти не хватает «легкой» челюсти, так это методичной пробивной силы с опорой на собственные возможности. Зато с адаптацией и обратной связью все обстоит как нельзя лучше. Хотите ловкого и удачливого распорядителя? Тогда такой портретный типаж как раз то, что вам нужно. Ни одна мелочь не останется без внимания и в то же время ничему его не будет уделено больше, нежели оно того стоит. Люди с широкой, но легкой челюстью не установочны и лишены предвзятого догматизма. Они смогут приспособиться к ситуации и начнут активно искать новые варианты. Даже если таковые находятся не в традиционной сфере их интересов и привычек. Мобильность переброски средств их всегда выручала. В народе в таких случаях говорят: «не мытьем, так катаньем». Главное, чтобы был достигнут положительный результат, пусть даже не в том формате, как это изначально предполагалось. Неврозов и истерик по поводу парящего журавля в небе при этом точно не предвидится. Согласитесь, тоже несомненное достоинство.

ВАРИАНТ В: ЧЕЛЮСТЬ УЗКАЯ И УДЛИНЕННАЯ, то есть узкая и тяжелая. Внешне напоминает выступающий к доле внушительный челюстной «мыс» (см. рис. 2.11).

Примечание: не забывайте ширину и длину челюсти измерять в относительном масштабе всего лица, т. е. по соотношению пропорций. На схематических рисунках стрелками указано, как это делается. Узкая и удлиненная челюсть характерна для людей системных и весьма и весьма настойчивых. Не только в действиях, но и в установочных желаниях, планах, целях, приоритетах и т. д. Своего такие индивиды добиваются во что бы то ни стало, пока вконец не иссякнут силы. Они настоящие «проходчики» и будут усердно долбить неподдающуюся породу. Если сюда же добавить волю и терпение, то результат может оказаться предсказуемым. В их пользу. Минус: невозможность отвлечься и выйти из наперед самозаданной шаблонной системы. Отсюда большая перегрузка нервов, сердца и опорно-двигательного аппарата. Если победа не будет достигнута, как предполагалось, – очень даже вероятен глубокий стресс. Вместо адаптации – попытка подчинить среду и навязать ей собственные правила игры. Причем неудачи на первоначальном этапе, только раззадоривают «удлиненночелюстных» индивидов и придают им мотивацию быть еще настойчивее. Может быть, потому кризис менеджеры из них получаются очень неплохие. Да и вообще, в менеджменте они исповедуют культ жесткого лидера, наделенного харизмой достигать невозможного. В итоге, есть опасность развития мегаломании и болезни успеха. При хронических неудачах могут появиться параноидные тенденции – «кто виноват и почему так долго не везет?». Но даже и в таком случае, удлиненная челюсть, вместо невротических слезливых сетований, спровоцирует ее хозяина в который уже раз нанести эшелонированный фронтальный удар, чтобы наконец-то прорваться к вожделенному парадизу. Чего-чего, а умения концентрировать усилия в нужный момент на одном решающем направлении индивидам этого челюстного типа – не занимать.

ВАРИАНТ Г: ЧЕЛЮСТЬ УЗКАЯ И КОРОТКАЯ, иначе говоря, легкая и выборочно целеустремленная. Еще ее обычно именуют «треугольной» (см. рис. 2.12).

Массивностью, безусловно, она не обладает. Но зато у нее есть свое достоинство: динамичность и концентрированность усилий в одной точке приложения. Где-то именно так действовали танковые клинья немецкого вермахта в первый период Второй мировой войны до появления у них тяжелых и сверхтяжелых танков. Целеустремленное продвижение на узких участках с необычайной быстротой маневрирования при серьезном фронтальном сопротивлении. Армии ведут себя, как люди, и у каждой свой стиль и характер. Чем уже треугольная челюсть, тем сильнее ее собранность и концентрированного на выбранной цели. Чем она легче – тем больше динамичность и подвижность в переносе усилий с одного локального фрагмента на другой. Фактически, в данном случае мы имеем дело с «точковым» приложением усилий. В животном мире такой очень подвижной, облегченной челюстью обладают представители семейства куньих, маленькие, но весьма кровожадные млекопитающие хищники: куницы, хорьки, ласки, барсуки. В их острые зубы еще более мелким животным лучше не попадать – шансов не стать «дичью» почти никаких. К слову, кошачьи – извечные и непримиримые враги куньих, обладают челюстью более широкой, но тоже облегченной. Бой между ними короткий и чем-то напоминает молниеносное каратэ на смертельное поражение. А в общем, для этих пушистых и с виду милых хищников принципиальна высочайшая избирательность в нападении. У людей, пусть кому-то это не покажется оскорбительным, нечто аналогичное. Чем уже и легче челюсть, тем тщательнее надо готовиться к ведению борьбы. Тем специфичнее методы и приемы. Поведение человека с узкой и легкой челюстью еще напоминает действия легкой конницы в минувшие эпохи рукопашных войн. Быстрое нападение, поиск слабого места, маневр, выбор и очередная, почти молниеносная атака. Индивиды данного физиогномического типа больше всего боятся увязнуть в длительном фронтальном противостоянии, в котором скованы фланги и победить сможет лишь более выносливый и настойчивый. Точно так же им совершенно неохота подставляться под мощный и сокрушительный стрессовый удар – челюсть не той прочности. Но кто сможет утверждать, что против «голиафа» не сыщется свой «давид»? Ловкость против силы тоже имеет шанс на победу.

И даже сравнительно малый толчок, если он в точке приложения напряжения, может породить лавину. «Слабочелюстные» индивидуумы умеют, как никто другой, наносить эффективные «акупунктурные» удары. Что поделаешь, таково их генетическое преимущество. Может быть, потому в бизнесе они достаточно эффективно продвигаются в качестве референтов, аналитиков, офис-менеджеров, достигая очень быстро уровня первых заместителей босса. Высокая чувствительность к сигналам опасности или угрозы, а также продуктивно работающая обратная связь позволяет им раньше всех выдать полезную информацию своему начальнику. Одним словом, шансы оседлать карьеру у «слабочелюстных» индивидов едва ли не самые перспективные. Если только социум не заштормит до такой степени, что нужно будет выживать одной лишь силой и крепостью. Впрочем, прокладывать фарватер можно и командой.

2.3. «СТИСНУВ ЗУБЫ», или ВОЛЕВАЯ ЧЕЛЮСТЬ

Первый помощник челюсти в стаде первобытных людей – треугольный камень.

Факт антропологии

Логически жевать не получится – тогда уж лучше быть просто в образе.

Рефлексии начинающего актера

О форме подбородка мы поговорим в следующей главе, поскольку его конфигурация характеризует особенности не столько челюстные, сколько «говорильные». А вот насколько у человека развиты так называемые «желваки» – уместно и весьма принципиально для проявления бойцовских качеств характера. Подойдите к зеркалу и стиснув крепко накрепко зубы посмотрите, как изменилось ваше лицо. Расслабьтесь и проделайте это снова. Поиграйте «желваками», как говорят в народе. Так в просторечии называется место прикрепления большой жевательной мышцы к нижней челюсти. Стиснув зубы, мы ее напрягаем и визуально заметно увеличиваем в объеме. Лицо приобретает сосредоточенный и напряженно волевой вид. Антиобраз: когда глубоко утомленный или заболевший человек наконец-то засыпает, у него нижняя челюсть невольно провисает и рот приоткрывается, могут появиться даже слюни. Это и есть стадия очень глубокого физиологического и психологического расслабления. У весьма пожилых людей так происходит и во время обычного сна, вследствие снижения общего жизненного тонуса. Если человек постоянно преодолевал какие-то трудности (к примеру, спортсмен, военный, экстремал), то состояние волевой собранности и целеустремленности непрерывно держат жевательную мышцу в тонусе. Согласитесь, в жизни мы не так уж часто, кроме разжевывания твердой пищи, стискиваем зубы. Чаще всего это происходит в больнице, да и то не по нашей доброй воле. Но бывают жизненные ситуации, когда иначе, как собрав волю в кулак не достигнешь желаемого. Длительный и мощный тонус жевательной мышцы вне пищевого жевания и формирует на лице хорошо видимые мышечные складки и рельефно выступающие связки. Тонус губных и околоротовых мышц мы будем рассматривать чуть позже. Сейчас нас интересует, насколько рельефно выделяются именно «желваки» и мышечный валик жевательной мышцы по низу щеки. Схематически «волевые складки» или «волевые каналы» вместе с желваками изображены на рис 2.13.

ФИЗИОГНОМИЧЕСКОЕ N. В .: постарайтесь не спутать мышечные валики челюсти с обвислыми щеками! В просторечии их еще называют «бульдожьими». Проблема в том, что сильно развитые щеки (а это совершенно другой психоанализ!) могут накрывать мощно развитые мышцы челюсти. О щеках мы обстоятельно поговорим тоже несколько позже. Сейчас нам важно воспринять то, что щеки гораздо сильнее обвисают, нежели челюстная мышца, и это поддается визуальной идентификации (см. рис 2.14.).

Всматриваясь в портрет, или лицо вы обязательно сможете ощутить, есть ли в обвислых складках «мускульная энергетика» или, это просто «мешки». Обязательно всмотритесь в места прикрепления мышечных связок, там где и должны быть «желваки» – четко очерченные бугорки позволят выявить мышечный каркас под покровом щек и жировых отложений.

Примем к сведению, что внушительность и визуальный «имидж» челюсти во многом зависит от демонстрации силы «желваков», т. е. четкого рельефа мышечных связок и развитости большой жевательной мышцы. Пожалуй, это и есть физиогномический критерий «индекса воли». А вот врожденная энергетика все же зависит от «костных параметров». Постарайтесь волевые параметры челюсти не упустить и должным образом оценить – человек сам кузнец своего счастья, и если наработан по жизни чисто бойцовский стиль, значит, ждите волевого натиска или прорыва. Чем сильнее желваки, тем мощнее натиск. Далее вы уже поняли: конкретика, как это будет происходить, во многом зависит от изложенной выше челюстной типологии.

2.4. МАСТЕРСКАЯ ФИЗИОГНОМИЧЕСКОГО ПСИХОАНАЛИЗА: ЛИЦО И ЧЕЛЮСТЬ

Самый последний аргумент лица…

Заметки антрополога

Чем дальше штаб от передовой, тем опосредованнее его командные решения, что не всегда значит – хуже.

Закон войсковой тактики

Чем длиннее лицо, тем автономнее действует челюсть. Это своего рода физиогномическая аксиома. Удлиненная мощная челюсть в таком случае может пойти в «отрыв», и действовать исключительно по своим установкам и генетическим предпосылкам. Но в том-то и дело, что для длинноголовых субъектов, установочность, как правило, одна, исходящая из единого директивного центра. Знаете, ситуация чем-то напоминает «красный пакет», который нужно вскрыть по сигналу «Ч» и потом действовать, не взирая на обстоятельства. Поэтому длинноголовые и длинночелюстные индивидуумы максимально втягиваются в исполнение единой общей директивы. Обратная связь, как таковая, вообще игнорируется, что лишь способствует усилению натиска и неукоснительного исполнения плана. Если к тому же челюсть мощная и волевая, значит, можно не беспокоиться за исход мероприятия – со щитом, либо на щите. То есть: «или – или». Никаких ситуационных и временных компромиссов. Наоборот, даже если «мозговой штаб» согласится на сепаратные условия, то удлиненная челюсть по своей генетической инерции все равно будет продолжать борьбу. С другой стороны, если долго продолжается дезориентация, тогда наступает своего рода депрессивный «коллапс». Особенно у явных долихоцефалов с длинноугольной челюстью. Выход из кризиса может оказаться далеко не адекватным ситуации.

Чем шире челюсть, тем мощнее противодействие мозговым установкам. Вообще, любые установочные парадигмы, планы и приоритеты в таком случае могут реализовываться далеко не по указкам «генеральной линии» поведения. Возможен поиск альтернатив, некие тактические и даже стратегические компромиссы, обходные маневры – в итоге достигается реальный эффект, который во многом может не совпадать с первоначальным «бизнес-планом». Легкая и широкая челюсть в еще большей степени адаптационна к ситуативным реалиям. Безусловно, круглоголовость в данном варианте индивиду только «на руку». Однако, явно легкая челюсть в сочетании с круглоголовостью, пожалуй, чрезмерно усиливают тенденцию искать компромиссы и приспосабливаться к сиюминутным сигналам. С другой стороны, мощная и широкая челюсть, наверное, наиболее «автономна» в достижении эффективного результата, даже вопреки отрицательным сигналам, идущим сверху, из «командного» мозгового центра. Длинноголовый субъект с широкой и мощной челюстью далеко не всегда подвержен внушению «доводам разума». И вообще, с выраженным скепсисом относится к любым умозрительным абстрактным идеям. А уж в экстремальной ситуации – и подавно. Он делает ставку «на челюсть» – и выигрывает. В противном случае его ждут саморазрушительные неврозы.

Интересно ведет себя человек с круглой головой и с узкой, треугольного типа челюстью. Установочность и выборочная целеустремленность такой челюсти вступают в противоречие с врожденной тактической адаптивностью круглого лица. По сути дела, мотивации, действия и поведение такого индивида амбивалентны, то есть в неком противоречивом стиле «или – или». Однако, очень даже могут быть и предельно удачные ходы, когда выбор цели, тактики и стратегии в гармоническом пребывает сочетании, а именно: «когда треугольная челюсть слушает круглую голову». Если же челюсть «не слушает», и определяет генеральную линию действий, то круглоголовость все же дает шанс смягчить и адаптировать к житейским реалиям целевую догматичность челюстного «треугольного» поведения. То есть, симбиоз своеобразный, но в какие-то моменты весьма продуктивный.

А вот длинная голова и легкая, но явно удлиненная челюсть того же «треугольного типа», скорее, наоборот, создают взаимные проблемы «на голову» и «на челюсть». Чтобы как-то протиснуть свои планы, приходится скрупулезно выискивать слабые места во внешней среде для приложения своих «глобалистских» устремлений. И все равно, совпадение желаний и возможностей не произойдет. При слабой челюсти удлиненная голова постоянно диктует свой примат. Планы и установки чаще всего не будут совпадать с действительным положением вещей. В итоге – неминуемы залеты, разочарования, неврозы несбыточных желаний и истерики по поводу. До большого боя дело, как правило, не доходит, ведь челюсть все же не того «калибра». А вот изощренности в провокациях, и неожиданных сепаратных кульбитов – хоть отбавляй. В результате, личная карьера может далеко продвинуться, особенно на поприще подковерной борьбы. Таковы генетические преимущества данного физиогномического типажа.

Легкая и широкая челюсть при удлиненной голове, как раз, повышает адаптивные способности индивида. Рационализм и установочность долихоцефала уравновешиваются поисковой и приспособительной динамичностью легкой широкой челюсти. Появляется возможность осуществить, к примеру, маневр, не теряя общей концептуальной направленности реализуемых приоритетов. В конце концов, пойти на уступки и не впасть при этом в глубокий невроз. Отнестись к неудачам, как к временному явлению, и самое главное, если уж так привелось, – скорректировать свою главную цель. Не в ущерб заманчивости, сделав ее более реалистичной. В общем, диалог «удлиненная голова» и «легкая широкая челюсть» представляется вполне продуктивным.

И последнее. Не путайте рационализм удлиненной головы с ударной целенаправленностью удлиненной треугольной челюсти. Функциональная сфера применения челюсти – борьба, прорыв, нападение, агрессивная защита и отстаивание собственных интересов. Тогда как удлиненная голова создает предпосылки для установочного рационального продвижения на пути к поставленной цели. Точно так же круглая голова и широкая динамичная челюсть также отличаются именно функциональным предназначением. Мобильность и динамичность удара такой челюсти не есть адаптивность в чистом виде. Опять же, ситуативные способности круглоголового индивидуума могут выражаться в нанесении целевого и концентрического удара. Для чего, треугольная челюсть подходит лучше.

2.5. ИСТОРИЯ НЕ ПРОЩАЕТ ФИЗИОГНОМИЧЕСКИХ «ПРОКОЛОВ»

С лица воду не пить, но вглядеться надо было бы.

Козьма Прутков, эссе «Гисторические конфузы»

Можно взяться за любое дело и – завалить!

Девиз пофигистов

Давайте рассмотрим небольшую галерею исторических портретов и проследим, как физиогномические предпосылки влияли на поведение тех или иных личностей.

Фридрих Паулюс

…Генерал Фридрих Паулюс обладал выступающим подбородком, но недостаточно крепкой, треугольного вида челюстью, т. е. облегченной, но, тем не менее, установочной и целевой. При этом – выражено удлиненное лицо. Паулюс был прекрасным аналитиком, но совершенно не годился для оперативных боев, где нужно быстро действовать на свой страх и риск. В доказательство: он плодотворно участвовал в разработке плана «Барбаросса», где и отметился при Гитлере, затем блистательный карьерный рост штабиста – занимал в 1940–1942 гг. должность 1-го обер-квартирмейстера генштаба сухопутных войск, а затем получил под свое командование дотоле чрезвычайно успешно действовавшую в Украине 6-ю армию. Как говорят, по протекции самого фюрера, уж больно он любил активных и послушных проводников своей «гениальной» воли. Фюрер не ошибся, ибо его «послушник» Паулюс ни на йоту не отклонился от предписаний своего вождя. Кроме того, действовал исключительно в «рационально доктринерском» духе военной тактики и стратегии. Ему бы, вопреки генплану, вывести в начале сентября 1942 года части ударной армии из затягивающей Сталинградской «мясорубки» и ударить на север и юг обходными клещами, потребовав немедля с направления группы «А» (Северо-Кавказский фронт) 4-ю танковую армию Гота. В итоге, была бы взята Астрахань и нефтяной путь оказался бы надолго перекрыт. Увязнув в уличных боях за каждый сталинградский подвал и кирпич, Паулюс системно уничтожал свои боевые ресурсы, равно как и те, что непрерывно шли ему на подмогу. Последний штрих: он так и не осмелился, опять же вопреки воле фюрера, самовольно пойти на прорыв из окружения навстречу ударной группировке генерала Гота. Дисциплинированность, установочность в веру схемы и чисто рациональное отношение к выполнению своих обязанностей не позволили Фридриху Паулюсу выйти за рамки самого себя и отчасти переиграть ход истории. Большой «гений» фюрера для своей погибели выбрал поистине подходящую фигуру. Свою чисто человеческую слабость Паулюс продемонстрировал в 1944 году, когда, находясь в советском плену, вступил в антифашистскую организацию немецких офицеров. Физиогномическое резюме: чисто генетически Паулюс не был готов к длительным мощным стрессам, тем более, продолжительное время. Его облегченная и удлиненная челюсть точно так же не позволяла осуществлять маневры и адекватно реагировать на ситуацию. Брать личную ответственность он не мог и не хотел. Зато довлеющая «долихоцефальная» рационалистичность и схематизм позволяли успешно проводить в жизнь чужой абстрактный план, гибельность которого обозначилась уже во второй половине начального этапа. Личной волевой харизмой «скороиспеченный» и вскоре плененный фельдмаршал вермахта, увы, не обладал.

Андрей Еременко

…Его противник, Еременко Андрей Иванович, командующий Сталинградским фронтом обладал широкой и достаточно мощной челюстью. Лицо – ближе к среднему типу, но тяготеет к округлому, очень хорошо выражены «желваки», отчего широкая челюсть кажется еще более мощной. Тем не менее, назвать ее «треугольной» и «тяжелой» нельзя. Способности упереться, маневрировать, искать любые зацепки и в тоже время не поддаваться слабости во время Сталинградской битвы у генерал– полковника Еременко проявились сполна. Надо отдать должное Сталину, он вовремя назначил далеко не своего «фаворита» генерала Еременко на этот «убийственный» участок. И не прогадал. Еременко умел, как никто другой, выживать в обороне и осаде, доверяя своим природным задаткам, отточенному военному профессионализму и мощной воле, закаленной самой жизнью. Даже прижатый к кромке Волги, Еременко будет продолжать сопротивляться, непрерывно маневрируя оставшимися резервами, нанося во фронт наступающему противнику «точковые» контрудары. Какая-либо схема над ним не довлела. Ему приказано было выжить.

…Средне-облегченнная, но широкая челюсть была и у Михаила Илларионовича Кутузова. Не правда ли, похожи «кармические» сценарии у фельдмаршала Кутузова и генерала Еременко? Внимательный физиогномист, правда, тут же отметит, что волевые «желваки» и сама челюсть у Еременко чуть «представительнее». И все же они сходятся в одном: оба отличались превосходным умением маневра и необыкновенным чувством ситуативной реальности, которое корнями уходило глубоко в их генетическую жизнестойкость. Оба они в критических ситуациях принимали решения отнюдь не «по плану», руководствуясь профессионализмом, чувством долга и хорошо наработанной внешней обратной связью.

…Исаак Ильич Левитан, «художник печального пейзажа» обладал выраженной долихоцефалией, высоким лбом, огромными впалыми глазами и удлиненной, но узкой челюстью. В итоге – чувствительный невротический психотип, склонный к ипохондрии. Мало кто знает, что в припадке хандры Левитан два раза стрелялся, но остался жив. И если к чему-то привязывался душой, то оставался верен до последнего дыхания. Он очень мало ездил за границу, вопреки тогдашней моде, зато пешком, с удовольствием, и с печалью в душе и сердце, бродил хуторами и селами средней России. У него так никогда и не будет семьи. Он умрет от сердечной недостаточности, не дожив до сорока лет.

…У Юлия Цезаря удлиненное худощавое лицо, с легкой треугольной челюстью. Он был весьма впечатлительным, невротичным, но благодаря наработанной железной воле (а тому свидетельство чрезвычайно сильно развитые «желваки» и мышечные «тяжи» по низу щек!) сумел даже свои недостатки превратить в достоинства. Скажем, ту же тревожность и мнительность «перековать» в отчаянную смелость. Высокая чувствительность не раз выручала его в жизненных перипетиях, и даже момент своей смерти он предчувствовал, хотя и не пожелал защищаться. О точности и молниеносности ударов диктатора и полководца Юлия Цезаря до сих пор ходят исторические легенды. «Трудно сказать, осторожности или смелости было больше в его военных предприятиях» – это фраза древнего историка Светония, из его «Жизни двенадцати цезарей». А вот еще одна, не менее показательная: «Здоровьем он отличался превосходным: лишь под конец жизни на него стали нападать внезапные обмороки и ночные страхи, да два раза во время занятий у него были приступы падучей». Как видим, генетической силы противостоять стрессам все же не хватало. К слову, у Нерона, челюсть очень широкая и весьма мощная, потому даже в последние несколько дней своей жизни, когда стало ясно, что сенат и армия приговорили его к смерти, этот чудовищный тиран не терял своего высокомерного оптимизма. «Какой великий артист погибает!» – произнося перед вырытой могилой эти слова, он все еще надеялся на чудо.

…Александр Васильевич Суворов по физиогномическому типу весьма близок к Юлию Цезарю. Смелости и воли ему было не занимать. Напористости также. Плюс врожденное чувство поиска слабых мест у противника. Как известно, крепость Измаил бралась отнюдь не психической атакой и бессмысленным забрасыванием рвов и бастионов трупами своих солдат. Но вот невнимание к своей особе при венценосном дворе великий полководец переживал очень болезненно. Челюсть у него была весьма выпяченной, и потому сдерживать себя в поклонах и реверансах он долго не мог. А то бы с него получился очень дельный придворный интриган. И еще деталь – она хоть и узкая, но сильно удлиненная и напоминает колун. То есть, опять-таки, найдя слабину у противника, раскалывать его подобно лому. При своей узкой челюсти, Суворов психологически должен был бояться боковых фланговых ударов и потому предпочитал наносить их самолично на упреждение. Но чаще всего после стремительного марша шел просто в лоб под завесой сверхплотного артиллерийского и ружейного огня в «штыковую». Суворова боялись.

…Очень мощные, тяжелые с треугольным выступом, широкие подбородки у двух знаменитых советских полководцев: маршала Жукова и маршала Конева. Плюс чрезвычайно сильно выставленная вперед нижняя челюсть. Как орудия большого калибра. Отступать у этих военачальников получалось плохо (окружение под Вязьмой в начале октября 1941 четырех армий Западного фронта, командующий Конев едва не стало причиной его ареста, Жуков его сменил, но в итоге немцы вплотную подошли к Москве), а вот идти и крушить, не взирая на громадные потери – лучших «флагманов» не сыщешь. Тем не менее, зная о стиле командования своих «бронебойных» подопечных, осторожный и мудрый Сталин для решающего обхвата Сталинграда подберет профессионально более гибких в стратегии и тактике командующих: Ватутина, Еременко и Рокоссовского. А для надежности «координатором» поставит опять же не Жукова, а Василевского, который и разрабатывал операцию. Зато Иван Степанович Конев (1-й Украинский фронт) и Георгий Константинович Жуков (1-й Белорусский фронт) возьмут Берлин раньше союзников, опять же, без оглядки на потери в самый канун войны. Выполняя приказ Сталина.

Эрвин Роммель

…Фельдмаршал Эрвин Роммель, командующий немецким африканским корпусом, обладал также хорошо выдающимся вперед подбородком. Сама же челюсть по форме, ближе к вытянутой треугольной, но не широкой. Отсюда и тактика знаменитого «лиса пустыни»: глубокие клиньевые прорывы, если надо – то в упор. Тем не менее, у селения Эль-Аламейн 8-я английская армия генерала Монтгомери в прямом противоборстве сумела сокрушить миф о непобедимости «нового германского Сципиона». В силу своего характера, Роммель легко шел на продуманный риск и никогда, в отличие от Паулюса, не боялся личной ответственности. Лицо у фельдмаршала – явно волевое. Покончил жизнь самоубийством после раскрытия заговора военных против Гитлера в 1944 году.

…У советского асса, Александра Покрышкина, казалось бы, челюсть должна быть широкой и легкой. Отнюдь нет. Типаж летчика-истребителя второй мировой войны: лицо ближе к среднему типу, челюсть уже, треугольного типа, но не настолько тяжелая, чтобы быть «ригидной». Волевые тяжи и желваки лица явно прорисовываются на старых фронтовых фотографиях. То есть в одиночном воздушном бою выживали те, у кого не сдавали нервы и кто мог осуществить маневр на поражение до конца. Отсюда почти шахматное заучивание всевозможных комбинаций боя. Как известно, сам Покрышкин гораздо выше ценил тяжелые истребители с мощным пушечным вооружением: МиГГ-3, «аэрокобра», Як-9, нежели более маневренные, но легкие. Рискнем предположить, что для штурмовой авиации Покрышкин со своей сильной и целевой челюстью подходил бы еще лучше. Впрочем, его стиль был и здесь неповторим: врезавшись в гущу боя, он атаковал методично и безжалостно, совершая с блеском отточенные маневры. Поистине, разящий кинжал в воздухе.

ГЛАВА 3. ЗАБОЛТАТЬ ПРОБЛЕМУ, или ПЛЮСЫ И МИНУСЫ ГОВОРИЛЬНОГО ПОДБОРОДОКА

Вот досада! На плато нет вершины, а так хотелось выделиться!

Тем, кто хочет доказать себе

Убойная сила пролетарского слова… Так что, и глухих оно тоже?

Недоумение красноармейца на политзанятии

Так называемый «говорильный подбородок» – это особый выступ нижней челюсти, обеспечивающий резонаторные функции для производства человеком членораздельной речи. У обезьян, к слову, его нету, у них подбородок сильно скошен назад. У питекантропов тоже, потому говорить они вряд ли могли бы. Фронтально, виз-а-виз, т. е. напротив друг друга, вы вряд ли сможете определить, насколько развит «говорильный подбородок» у вашего, скажем, собеседника. С фотографией или портретом в анфас – то же самое. Нужно смотреть в профиль. Тогда – заметно выпяченная самая нижняя часть челюсти и есть т. н. «говорильный подбородок» (см. рис. 3.1). Еще легче вам будет уяснить суть, если вы вспомните изображение «бабы Яги», которой многих из нас пугали в детстве. (см. рис. 3.2). У нее как раз «говорильный подбородок» выпячивается вперед настолько сильно, что вся челюсть представляет собой единый острый «говорильный» выступ. Бабка, как известно из детских сказок, была не в меру говорлива.

ФИЗИОГНОМИЧЕСКОЕ N. B. Постарайтесь не спутать просто выступающую нижнюю челюсть в целом (см. рис. 3. 3. вар. Б) с развитым «говорильным подбородком» (см. рис. 3.3. вар А).

Вы уже уловили в чем суть: «говорильная часть» челюсти всегда выделяется как некий карниз, или дополнительный костяной нарост, хотя сама челюсть может быть как выступающей, так и задвинутой. Потому, зрите лица и портреты в профиль! И обязательно отметьте, насколько выступает отдельно «карниз» подбородка. Для последующего психоанализа информация окажется весьма и весьма ценной!

3.1. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ «ГОВОРИЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА», или КАК ЗАБОЛТАТЬ БИЗНЕС

Сказать вовремя – и дело с концами.

Закон выдвиженца

Великая японская чайная церемония русскому человеку невдомек. А под что поболтать?

(…)

Ибо этот костяной вырост на самом переднем краю нижней челюсти во многом определяет коммуникативный, деловой, а зачастую – и жизненный стиль индивида. Здесь нет никакого преувеличения. «Слово дело есть бысть…», но некоторые личности девальвируют и то, и другое. Чем сильнее у человека развит «говорильный выступ», тем больше у него соблазн подменять дела просто словами. А проблемы не разрешать, а забалтывать. Именно в силу того, что способность к артикуляции у него от природы развита очень сильно и он очень рано, с самого младенчества начинает больше пользоваться «языком», а не руками. Выгоды очевидны, папа с мамой, бабушка и воспитатели прислушиваются и час от часу уступают навязчивым «голосовым» требованиям. Отсюда проистекает склонность личности к «монологической коммуникации» с окружающим миром. То есть больше говорить самому и меньше слушать других. Естественно, эффективность обратной связи в таком случае более чем под вопросом. Впрочем, у индивида всегда есть шанс осознать свое «говорливое» пристрастие, скорректировав «минус» на «плюс». Ведь умение хорошо говорить дает возможность успешно убеждать. Потому люди с выступающим «говорильным» подбородком стремятся занять «видное» положение. Развитый «говорильный подбородок» способствует возникновению тяги к лидерству и публичности. Если не политиком, то на худой конец преподавателем или корреспондентом. Если с телевизионной или журналистской славой не сложилось, то есть еще возможность податься в страховые или агенты по недвижимости. «Говорливость» также пригодится и на рынке; продавец, который за словом в карман не лезет, поначалу привлекает больший процент покупателей. Но!. Монологичность коммуникации и отсутствие обратной связи с «аудиторией», неизбежно приводят к потере интереса слушателей. На рынке покупатель, не получив должного резонанса на свои запросы, просто пойдет к другому прилавку, где его с должным вниманием выслушают, а не будут назойливо впаривать отсебятину. Похожие проблемы ждут и агента по продаже недвижимости. Ему нужно убеждать, но отнюдь не пламенной речью перед жильцами на их же кухне. Здесь каждое слово должно подкрепляться убедительностью – раз, и умением дельно ответить на ожидаемое – два. Одной лишь говорливости окажется мало для феномена удачной продажи. Торговля несет ощутимые потери, ставя на ключевые продажи людей «с опытом», но так и не научившихся ограничивать свою врожденную говорливость в пользу сказанного слова покупателем. Акт «купли-продажи» всегда предполагает заинтересованный диалог. К счастью маркетинговая политика жестко вести за собой покупателя постепенно заменяется новой парадигмой «услышать покупателя». Безудержно говорящий и назойливо предлагающий товар продавец уступит место «сенсорному» психологическому типу. Внушающий монолог продаваемой стороны рано или поздно перейдет в обоюдную беседу. С паузами и внимательным вслушиванием в собеседника и в саму ситуацию проистекающей речи. Хотя бы так, как когда-то умели говорить одесситы на своем легендарном Привозе.

Принято считать, особенно в политологии, что хорошо ораторствующий политик обладает несомненной харизмой. Это не так. Вернее будет сказать: псевдохаризмой. Архетип на магическое слово даже в современной человеческой популяции необычайно силен. В древнейшие времена слово было смыслом, действием, оружием, особым знанием и благодатью одновременно. Отнюдь не в метафорическом смысле. Слово открывало иные перспективы и возможности для человеческого духа. Современное ироническое «вещать» обесценилось из некогда могущественного «ведать». Точно также как «демагог» (от греч. demagogos, где demos – народ, и ago – веду, т. е. букв. – вождь народа, тот кто его ведет и указывает ему путь, более опосредовано: выразитель народных чаяний) превратилось в нечто отрицательное – политикан и болтун, прикрывающий разговорами и высокопарными рассуждениями свои корыстные цели. Тем не менее, архетипная программа верить «на слово» чрезвычайно прочно усвоена длительным периодом становления человеческого сообщества. Скажем так: политик должен уметь говорить и заявлять о себе, как истинном «демагоге», но слишком много слов и обещаний, не подкрепленных делом неизбежно вызовут контрреакцию у слушателей. В когорте приверженцев останутся лишь наиболее внушаемые, для которых важно не что им говорят, а то, что их опекают и «ведут», не давая задумываться, есть ли впереди пропасть. «Говорильный феномен» позволяет подменять не только сам смысл слов, но и действительность, которая может оказаться, ох какой нелицеприятной! Псевдохаризма увещеваний дает призрачную иллюзию разрешения реалистической коллизии.

БИЗНЕСМЕНАМ и ПОЛИТИКАМ НА ЗАМЕТКУ. Может вам, господа, и покажется несколько парадоксальным, но промоутеры с выраженной «говорильностью» смогут свести на нет самую дорогостоящую презентацию. Закон рекламного и политического промоушна неукоснительно жестко требователен: «не перебалтывайте!». Выступление не должно быть ни коротким, ни длинным, а быть емким и отвечать запросам слушающей стороны. Сделать вовремя паузу и эффектно остановиться – величайшее искусство оратора. Уметь выслушать другую сторону и увлечь за собой других – это уже магия слова. Как правило, увлеченные «говорильщики» переговоры или деловую беседу также заваливают – если слушать только себя одного, то зачем тогда партнеры? Император Нерон мог позволить казнить зрителей, засыпающих на его авторских выступлениях. И все равно плохо кончил. Есть такое хорошее понятие, сейчас подзабытое, как со-участие. Выставляя перечень требований к менеджеру по работе с клиентами, не забудьте его прописать с красной строки. Количество сделок не заставит себя долго ждать.

Отдельный аспект о межличностной КОММУНИКАЦИИ ПО «ГОВОРИЛЬНОМУ ПРИЗНАКУ». Начнем с того, что люди у которых «говорильный подбородок» не выступает, ведут себя несколько иначе. Они отнюдь не безмолвны, нет, но и заставить их «трепаться» непрерывно без остановки также не заставишь. Среди педагогов и преподавателей такие особи выглядят, пожалуй, белыми воронами. Хотя бы потому, что не испытывают, простите за образ, своего рода «говорильного оргазма» стоя за кафедрой. Они умеют и могут говорить, но еще больше предпочитают разговаривать с аудиторией, задавая ей вопросы и заставляя слушателей активно вовлекаться в преподаваемый материал. Они – настоящие мастера обучения и, как сейчас модно говорить, тренинга. Для них важнее сам процесс, нежели разговоры о нем. Опять, же, совершенно не значит, что отсутствует рефлексия. Скорее, даже наоборот. Чем больше мы говорим, тем меньше отслеживаем состояние в некой точке происходящего, а также, помимо того, бывшее прошлое и возможное будущее. Проще говоря, человек с невыступающим «говорильным подбородком» предпочитает все обсуждать в деловом и конструктивном стиле. И самое интересное, возможно даже в более жестком, чем ораторствующий руководитель.

Вот здесь и кроется проблема в обоюдной коммуникации. «Говорильщики» и «не-говорильщики» комфортно в двухстороннем общении чувствовать себя не могут. Симбиотическое дополнение по принципу «я все время говорю – ты только слушаешь» здесь не срабатывает. Каждый человек имеет право быть услышанным. Однако люди с явно выраженным «говорильным подбородком» такой возможности другим просто не дают. Очень часто, совершенно не от злого умысла или корысти ради, но, если нет обратной связи, а нравится поговорить, то кто-то должен терпеливо слушать, слушать, слушать. Если это деловое партнерство, то безоговорочного терпения может надолго не хватить. В семейной паре тоже исподволь начнет накапливаться необъяснимое раздражение друг на друга. Случайные попутчики в купе могут достать один другого гораздо раньше. С поезда сойти сложнее, а вот отойти от прилавка и больше к нему не подходить, пока не сменят продавца – запросто. Порой люди не осознают, почему они становятся очень быстро антипатичны. В рабочем офисе, с самого утра, один ярый болтун может испортить настроение всему коллективу. Если начнет рассказывать долго и в подробностях, как он провел выходные.

Понаблюдайте, гости обычно делают вид, «как им интересно» рассматривать чужие семейные альбомы. И совершенно другая атмосфера, когда листают увесистый фотографический фолиант после совместного отпуска или туристического похода. Потому как, диалог и соучастие. Сказанный пример в тему, ибо «говорильный подбородок» может проявить себя не только в вербальном, то бишь, чисто словесном выражении, но и в других вариантах коммуникативного сообщения. Навязчивым и «монологичным» можно быть и в действиях, и в поступках, а еще – в эмоциях, образах, стиле. Как ни прискорбно, но развитый «говорильный подбородок» этому также способствует.

А вот «говорильщики» друг с другом вполне могут чувствовать себя комфортно. Каждый говорит о своем, и притом оба – одновременно, но для обеих получается как бы разговор и общение. Если это полемика или выработка некоего решения, то перевести сии словесные потоки в конструктивное русло для кого-то со стороны окажется почти сизифовым трудом. Впрочем, нет, выплеснутая уйма неструктурируемой информации очень даже питательная среда для рефрейминга, или проще говоря, взгляда по-иному. Помимо, конечно, психоанализа разговаривающих и не слышащих друг друга сторон. В итоге, все могут остаться довольными, посидели, дельно обсудили и, благодаря кому-то третьему, даже смогли принять неплохое решение. А то что «болтун – находка для шпиона», так ведь есть и другая сторона взгляда: «язык нам дан для того, чтобы скрывать свои мысли». Поэтому не переживайте и не обольщайтесь, «говорливый человек» скорее принесет вам нужную информацию, нежели ее больше вынесет. Но все же нужно уметь отличать «зарвавшихся говорунов» от тех, кто легко вербально коммуникатирует, но остается при своих. Об этом далее наш разговор.

3.2. ФИЗИОГНОМИЧЕСКИЕ КРИТЕРИИ «ГОВОРИЛЬНОГО СИНДРОМА»

Смертельно поперхнулся словом.

Патоанализ скончавшегося публичного политика

«Остановите музыку! Выбросите слова из песни! Замолчите!!..»

Жертва FM-оглушения

Под утро несмолкающая любовная песнь кота так и не истощилась. Видимо, было ради чего.

Запись в дневнике одинокого поэта

Безусловно, неистового «говорильщика» выдает сам стиль ведения разговора. Плюс бросающаяся в глаза необычайная выдвинутость и развитость самого «говорильного подбородка». Об этом уже говорилось. А теперь пойдем далее. Присмотритесь, как говорливый человек держит голову. Чем она выше задрана кверху, так, что хорошо просматривается кадык на шее (у мужчин), или низ подбородка (у женщин), тем выше вероятность акцентуированного «говорильного синдрома». Попутно, проследите взгляд говорящего. Он окажется направленным поверх головы того, к кому обращена речь. При этом зрачок глаз – слегка расширен и направлен как бы внутрь самого себя. Добавим сюда же активную жестикуляцию или нервное манипулирование пальцами мелкими предметами. Если таковы приметы обнаружены, то будьте уверены – перед вами человек-«проектант», у которого «говорливость» не имеет обратной связи с окружающей его ситуацией.

Раздвоенность говорильного подбородка (кстати, встречается довольно часто, и бывает настолько выраженным, что лицо напоминает когда-то распространенный сорт яблок «заячья мордочка»), т. е. наличие выемки или ямки посредине подбородка (см. рис. 3.4), вообще-то указывает на асимметрию коры полушарий головного мозга. Другими словами, человек может «пребывать» преимущественно либо в левом, либо в правом полушарии, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Признаки «разделительной асимметрии» чрезвычайно важны для психодиагностики. Тот, у кого доминирует правое полушарие, живет преимущественно в образах и чувствах, а мышление его более склонно к иррациональности. Индивиды, у которых за «главного» является левое полушарие – логики и рационалисты. За речь отвечает также левое полушарие, и таким людям гораздо легче пользоваться словами, нежели лишенными четкой логической структурированности образами. Поэтому выступающий говорильный подбородок, да притом еще имеющий ямку, заметно усиливает говорильные пристрастия». Левое полушарие + говорильный подбородок заметно усиливают друг друга. В итоге мы имеем дело с человеком, которому доказать ничего практически невозможно. Он все может логически опровергнуть и рационально доказать свою правоту, но ни на йоту не поступится своей излюбленной парадигмой. Назовем его для образности «человек-корреляция», ибо корреляционный анализ может найти взаимосвязь между уровнем прошлогоднего снежного покрова и производством автомобилей уже в текущем году (пример классический, и автором не придуман). Если же доминирующим окажется правое полушарие (что в наши «технотронные» дни случается гораздо реже), то тогда индивид легко оперирует именно словесными образами. Проще говоря, он – поэт и художник слова. Увлекаясь, перестает замечать постылую реальность вокруг, равно как и критическое отношение к самому себе.

Одним словом, если у человека раздвоенный говорильный подбородок, то он, когда говорит, «пребывает» в каком-то одном доминирующем полушарии коры головного мозга. До монологичности «говорилки» добавляется еще фактор асимметрической «мозговой» униполярности. По сути дела, разделенность подбородка указывает на двойную акцентуировку «говорильного центра». Что сие значит на практике. А то – что будьте предусмотрительны в деловом общении с такими людьми. Как минимум, чтобы вас хоть чуть-чуть поняли, придется настраиваться на их волну. То есть перестраиваться именно на то полушарие, в котором они во время общения находятся. «Логику» придется отвечать тем же языком алгоритмов и суждений, а вот под «поэта» припасите эмоциональные дифирамбы. Но самое главное – уровень обратной связи снижается как минимум еще вдвое. Поэтому иногда куда полезнее будет просто отступить и наблюдать навязчивую игру монологического актера. Ведь с ходу переборщит, и всем сразу станет ясно, с кем придется далее иметь дело.

Ремарка по ходу: об асимметрии корковых полушарий и других физиогномических асимметрических признаках мы будем более подробно говорить далее (См. главу о губах, а также очень подробно эта тема была разработана автором в предыдущей книге).

Не менее важно проследить саму конфигурацию говорильного подбородка. Она может быть разной, но все же. Для психодиагностики несомненный интерес представляет подбородок в виде: а) срезанной пирамиды, или как его еще можно образно назвать – «плато», и б) остроконечный с выраженным пиком. Оба варианта см. на рис. 3.5).

Подбородок типа «плато» визуально оценивается как более основательный. Наше непосредственное восприятие вполне естественно, ведь любое плато или площадка на выступе, означают нечто стабильное, ну, хотя бы как место для обустройства. То бишь, эволюционный архетип. В современной терминологии подойдет образ горного «аэродромчика». Ну а для большей психофизиологической корректности можно сюда добавить такие определения выступающего плоского подбородка, как «системный» и «методичный». Подытожим: человек с подбородком «плато» – последовательный, методичный, основательный и системный. Он серьезно относится к любым своим начинаниям и ничего не оставляет на произвол. Под любую концепцию подводит прочный базис. В практических делах поступает точно так же. Понятие близкое к основательности, это – надежность. Пожалуй, в аспекте стабильности и предусмотрительности, а также в силу системного подхода можно согласиться и с таким утверждением. Но все же с оговоркой. Челюсть в виде «плато» (а говорильный подбородок есть передовой выступающий фронт челюсти!) распределяет усилия равномерно по всему периметру. Какой-то точки специального фронтального усиления здесь нет. Для наглядности представьте стену крепости, у защитников которой все силы распределены равномерно. О мобильности для нанесения точкового удара или отражения здесь речь идти не может. Наступление, как и защита – только монолитным выступающим фронтом. Индивиды, с выраженным «плато» имеют легкие проблемы с непосредственной реакцией на неожиданный стимул. Импровизация и удачный эксклюзив так же затруднительны. Зато пропаганда заранее намеченного плана пройдет, невзирая ни на что. Даже в ущерб тому же плану. Именно так поступают системные и логические рационалисты. Вообще, алгоритмическое и рациональное мышление у людей с подбородком «плато» выражено весьма сильно.

Говорильный подбородок по типу «пик», наоборот – импульсивный, ударный, концентричный. Особенности поведения такого человека – резкость, непредсказуемость, мобильность. То есть, действия по ситуации, и нанесение удара в слабое место противника. Отсюда в «говорильном плане» – ехидность, язвительность и вообще, – острословие. Еще можно добавить – задиристость. При неудачах – истерика в атакующей форме, временами переходящая даже в психоз. Ну это если совсем уж допечет. А так – реакция на внешние стимулы, самая, непосредственная, хотя зачастую эмоционально окрашенная. Неважно, как отвечать, главное, быстро и на опережение. Можно даже отчасти без оглядки на неполноту данных или на неподтвержденную достоверность сведений. Эмоциональное давление в разговоре – один из излюбленных приемов психологического манипулирования. Впрочем, при явной внешней угрозе проявится со временем, при подходящем моменте. Что, в общем-то, характерно для «говорливых истериков». А вот насчет упрямства не все так однозначно. Индивиды с подбородком «плато» более упрямы и настойчивы. Поскольку методичные и основательные. Говорильный выступ в стиле «пик» предполагает целевое, но все же более кратковременное и узконаправленное давление на собеседника. Уровень упрямства и настойчивости будет падать пропорционально степени сопротивления внешней среды. Но если вдруг отыщется там слабина. Тогда дополнительного стимула для вовлечения уже и не надо. К успеху дела также зачтется неожиданность и импровизация натиска. В разговоре – это быстрая переключаемость на различные темы с вовлечением множества нюансов. Хотя цель останется неизменной – убедить и победить соперника. Люди с говорильным подбородком «пик» очень и очень редко соглашаются на достижение взаимовыгодного консенсуса. Но впоследствии идут на худший компромисс под давлением отягчающих обстоятельств. Такова их диалектика. В разговоре и речах они следуют импульсу. Не пытайтесь в этот момент их переубеждать. Дождитесь паузы после очередного «сокрушительного блицкрига». Тогда вас выслушают.

Особое внимание при физиогномическом психоанализе уделяйте морщинам. Морщины на лице – это наружные метки и проекции акцентуированных психологических процессов. Еще по– другому можно сказать, что морщины – знаки индивидуальной кармы. То, что мы нажили, и что нам далее положено и за что придется так или иначе расплачиваться, неизбежно отразится на челе. «Бог шельму метит» – точнее не скажешь. Но морщина – не обязательно только плохо. Зачастую, мы имеем дело с недвусмысленным указанием на индивидуальную миссию личности. Понаблюдайте, морщины могут появиться даже в очень раннем детском возрасте. Собственно говоря, они, морщины, не просто феномен старения или стресса кожи, это, скорее, отдельные энергетические каналы, которые недвусмысленно указывают нам, по каким судьбоносным путям реализуется текущая жизнь индивидуума. Фактически, мы получаем доступ до картограммы жизненного сценария конкретного человека. Подобную информацию трудно переоценить. Потому, не оставляйте без внимания даже малейшую морщинку на лице.

Сейчас начнем с морщины говорильного подбородка. Эта морщина отделяет собственно говорильный подбородок от зоны рта и жевательных мышц челюсти. На рис. 3.6. схематически показано, как обычно она располагается, а именно: по всей ширине говорильного подбородка, отделяя его от зоны рта и челюсти, словно мыс. Увидеть ее, безусловно, лучше всего в анфас, хотя и в профиль она также весьма хорошо просматривается. Часто, но не всегда, такая морщина сопровождает резко выступающий говорильный подбородок типа «а ля баба Яга». Метка «говорильной морщиной» предупреждает весьма серьезно. Посудите сами: ведь она отделяет «говорильную функцию» от всего остального, тем самым недвусмысленно указывая: то, что проговаривается должно восприниматься особо и отдельно! Иначе говоря, не в контексте единой целостной деятельности, а по своим канонам и правилам. Сие значит: человек делает одно, а говорит – другое. Вполне возможно, что именно последнее – более честно и откровенно, нежели то, что он делает каждый день ради хлеба своего насущного. Хотя на проверку, почему-то оказывается противоположное: индивид яростно провозглашает истины и идеалы, по которым как раз сам жить не желает.

Отметим еще одно: говорильная морщина» утверждает – человек сам по себе упрямый, напористый, скандальный и вредный. Ко многим вещам относится чрезвычайно субъективно, то бишь – предвзято. Не очень лестная получилась характеристика. Но и подобную морщину нужно тоже заслужить. Дается ведь не каждому. Ну а какие все же могут быть «плюсы»? Да все те же по факту «говорильного феномена» – умение убежать, создавать личностную псевдохаризму, вести за собой и провозглашать. Убеждать, кстати, без тени сомнения. Хотя, опять же, здесь тот случай, когда кашу маслом испортишь. Индивид, наделенный «говорильной морщиной» собеседника меньше всего слушает. Ему «в кайф» остаться при своих убеждениях. Но и навербовать приспешников он тоже горазд. О стойкости прозелитов спрашивать не будем. Здесь важна система, когда заранее известно, что «говорить – значить заболтать». Так и путешествуют еще пока по нашим днесям мальчики «мажоры» от какой либо известной фирмы. Болтовня – сюда, а денежки положите туда. Все «разговорено», господа. Так что, если у профессионального политика или бизнесмена образовалась заметная «говорильная морщина» на подбородке – можете не сомневаться – его слова, не более, чем форма заработка для себя любимого. О принципах, чести, долге речь лучше не заводить, только потратите зря время. А вот спровоцировать на скандал или «обидку» индивида с «говорильной морщиной» очень легко. Возьмите и это себе на заметку.

Теперь к месту вспомнить о бородах и бородках. Человек ведь не случайно ее отпускает, холит, ухаживает. Вообще-то волосы на лице и теле – признак «витальной силы», по-другому можно сказать, биологической, организменной. Вспомните легенду о библейском Самсоне. Вся его невероятная физическая мощь заключалась в волосах. То есть, если человек нарочно отращивает волосы, он хочет быть сильным. Но здесь нужно уточнить: сильным биологически, на уровне организма. Добавим также, что энергетика волос иррациональная по своей природе. Эмоциональность, чувственность, экспрессия и так называемая «родовая архетипная» подпитка, затем образность и в какой-то мере интуитивность также во многом усиливаются благодаря волосам. Те же, кто хочет жестко управлять собой исключительно силой рассудка и системностью волевого подхода – предпочитают каждодневное бритье лица. Если я выбрит, значит под контролем. Со своей, личностной, стороны. Древнеегипетские и буддистские монахи потому наголо брили головы и лицо, чтобы максимально усилить личностное «я». Чтобы взамен подавить внутреннее личностное экспрессивное чувство. Заметьте, Иоанн Креститель и Иисус Христос были «волосатыми». Для них сила внутренних переживаний оказывалась первопричиной последующих мыслей. Никак иначе.

В нашем психодиагностическом аспекте важно определить, насколько борода или бородка подпитывает витальной энергией челюсть, а также говорильный подбородок. Психоанализ понятен: там где максимально востребовано, туда и посылается. Иначе говоря, волосатость усиливает доминирующую функцию личности своей витальной энергетикой. Заметьте, бородка призвана добавить индивидууму в его бойцовских или говорильных качествах, такие свойства, как: иррациональность, непосредственность, экспрессивность и, в конце концов, усилить общую энергетику своими «витальными» посылками. Отсюда несомненный психодиагностический признак: если человек в своих деяниях не уверен или, наоборот, хочет укрепиться, он обращается к базисной жизненной энергетике. Что, впрочем, друг друга не отрицает. Вам придется разгадать: это последний отчаянный провод, или, индивидуум подключил всю энергетику на себя. Вы поняли: бородка может означать, как подсознательное стремление получить дополнительные «патроны», так и желание уйти от навязанного «логического императива».

3.3. МАСТЕРСКАЯ ФИЗИОГНОМИЧЕСКОГО ПСИХОАНАЛИЗА: ГОВОРИТЬ, ИЛИ?…

Пока мы говорим – время безвозвратно уходит.

Козьма Прутков, «Из наследия Цицерона»