— Я здесь, тетя Матильда, — произнес он в микрофон, — я вам нужен?

— Силы небесные! — воскликнула тетушка. — Никак не привыкну, что твой голос идет из этой коробки. Что ты там затеваешь. Юпитер? Наверное, это очень серьезно, раз ты забыл про обед.

Обед! Только тут мальчики поняли, что им очень хочется есть. До этого момента они были слишком заняты, чтобы думать о еде.

— Да, тетя Матильда, — сказал Юпитер, — мы и вправду забыли про обед. Ничего, если с нами будет еще один мальчик?

— Да уж, конечно, — откликнулась тетя, — если у меня под ногами постоянно крутятся трое мальчишек, то от четвертого мне хуже не станет.

Это была правда. Боб и Пит обедали у Юпитера не реже, чем у себя дома.

— Я вам тут приготовила бутерброды и напитки. Приходите обедать в контору, потому что мне нужно уехать в город на несколько часов, а Титуса нет дома, так что вам. Юпитер, придется тут до вечера дежурить и обслуживать покупателей.

— Хорошо, тетя Матильда, мы сейчас идем. Через Туннель II мальчики вернулись , в мастерскую и прошли по двору в контору. Там они обнаружили несметное количество бутербродов, завернутых в вощеную бумагу, и бутылочки с лимонадом.

— Ага, вот и вы, — сказала Матильда Джонс, — ну, я поехала с Гансом на грузовике. Не оставляйте контору пустой до моего возвращения и смотрите не упускайте покупателей.

— Не упустим, тетя Матильда.

После этого заверения Матильда Джонс выплыла из конторы.

Не дожидаясь дальнейших приглашений, мальчики набросились на еду и, пока не съели по паре бутербродов и не запили их бутылкой лимонада, разговора не возобновляли.

— Юп, — сказал наконец Пит, дожевывая бутерброд с ростбифом, — а как ты думаешь, что за штука спрятана в бюсте, который мы разыскиваем? Если в нем, конечно, вообще что-нибудь есть.

— Гус слышал, как его отец упомянул какой-то «Огненный Глаз», — ответил Юпитер. — Я полагаю, что именно этот «Глаз» и спрятан в бюсте Августа Сильного.

— А что это за «Огненный Глаз»? — спросил Боб.

— Это что-то маленькое, иначе оно не поместилось бы в гипсовый бюст. Учитывая то, с какой тщательностью дядюшка Гуса его прятал, и то, что собственные имена дают обычно крупным драгоценным камням, например «Великий Могол», «Звезда Индии», «Египетский Паша», я прихожу к заключению, что «Огненный Глаз» — это драгоценный камень, который Горацио Август вывез много лет назад с Дальнего Востока, и, опасаясь потерять его, всю последующую жизнь прятался от людей.

— Ого! — У Пита даже дыхание сперло. — Только бы ты оказался прав…

— Ш-ш-ш-ш, — зашипел на него Боб, — смотри, покупатель.

Новенький автомобиль въехал во двор и подрулил к самой конторе. За рулем сидел человек в шоферской фуражке, а его пассажир — высокий худой мужчина, вылез из машины и подошел к столу с пятью бюстами.

На его левой руке висела трость полированного черного дерева. Этой тростью он легонько постучал по одному из бюстов, потом провел рукой по другому. С досадой он смахнул пыль с ладони и повернулся лицом к конторе.

Юпитер стоял на крыльце и ждал. Остальные мальчики наблюдали за этой сценой, сидя в конторе за столом. Все они испытали сильное волнение при виде этого клиента: покупатель был одет изысканно, в его черных волосах пробивалась седина. Но самое главное — на его лбу была татуировка в виде трех точек.

— Прошу прощения, — заговорил Меченый на превосходном английском, — меня заинтересовали вот эти элегантные статуэтки, — и он указал тростью на бюсты.

Юпитер, который разглядел три точки раньше других ребят, среагировал моментально. Он выпятил живот, нахмурил лицо и прищурил глаза. Юпитер и так не был худым, недруги иногда дразнили его «толстяком», и он действительно мог казаться толстым, если сам этого хотел.

— Да, да, сэр, — откликнулся Юпитер. Он говорил в нос, и любой, кто его не знал, решил бы, что имеет дело с толстым простаком.

— А есть у вас еще какие-нибудь бюсты? — ровным и бесстрастным голосом спросил Меченый.

— Еще бюсты? — переспросил Юпитер, как будто он вдруг разучился понимать по-английски.

— Да, другие бюсты, — повторил Меченый. — Я хотел бы на них взглянуть. Мне бы подошло что-нибудь более оригинальное, чем Джордж Вашингтон или Бенджамин Франклин.

— Здесь все, что осталось, — сказал Юпитер, — остальные распроданы.

— Ах, так были и другие? — В глубоко посаженных темных глазах незнакомца сверкнула искра интереса. — И что это были за бюсты?

— Не помню, — Юпитер закрыл глаза, как бы стараясь припомнить что-то. — Очень уж чудные у них были имена — Гомер, еще какой-то Могучий Август…

— Зачем он ему это говорит? — рискнул шепотом спросить у Боба Пит.

— Юп ничего не делает просто так, — прошептал в ответ Боб, — давай слушать дальше.

— Август! — Лицо Меченого на секунду оживилось. — Да, я, пожалуй, купил бы бюст Августа. Для моего сада. Так, говорите, он продан?

— Да, вчера, — отозвался Юпитер.

— Имя и адрес покупателя. — Теперь Меченый говорил таким голосом, как будто отдавал приказ. — Я перекуплю у него бюст.

— Мы не записываем имен покупателей, — сказал Юпитер, — его купил совершенно незнакомый человек.

— Совершенно… незнакомый… человек, — голос Меченого опять звучал холодно и ровно. — Ясно… Очень жаль. Если. бы вы сообщили мне его имя и адрес, я заплатил бы вам за эти сведения сто долларов.

— Мы не записываем имен покупателей, — без всякого выражения повторил Юпитер. — Но иногда клиенты возвращают нам покупки. Если его вернут, мы продадим бюст вам. Вы можете оставить мне свой адрес?

— Хорошая мысль, — Меченый пристально взглянул на Юпитера. — Я так и сделаю.

Вновь повесив трость на левое запястье, он достал из кармана визитную карточку, написал на ней свой адрес и протянул ее Юпитеру.

— Вот, — сказал он, — обязательно позвоните мне, если получите бюст назад. Я вам заплачу за него сто долларов. Не забудете?

— Постараюсь, — безразлично сказал Юпитер.

— Да уж постарайтесь! — При этих словах Меченый неожиданно изо всех сил вонзил конец трости в землю. — У вас тут бумажка валяется, — сказал он, — а я люблю чистоту.

Он поднял трость и резко направил ее острый конец в лицо Юпитеру. Гус, Боб и Пит всполошились. Из трости выступало лезвие шпаги, длиной сантиметров двадцать пять, и на него был насажен клочок бумаги, валявшийся на земле.

Острие остановилось в нескольких сантиметрах от Юпитера. Тот медленно протянул вперед руку и снял бумажку. Столь же резким движением Меченый отдернул трость, и лезвие исчезло внутри ее.

— Я в скором времени навещу вас, — угрожающе сказал он, — а если бюст Августа вернется к вам до этого момента, позвоните мне.

Он повернулся, сел в машину и уехал.

СТРАННЫЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Юп дождался, когда машина выедет за ворота, и обернулся к друзьям. Он был бледен как полотно.

— Да, с таким шутки плохи, — воскликнул Пит. — Я уж боялся, что он тебя заколет.

— Это было предупреждение, — сказал Юпитер, сглотнув слюну. — Он хотел дать понять, что мне будет плохо, если я попробую его обмануть.

— Мне кажется, это тот самый человек, который приходил к моему отцу десять лет назад, — заговорил Гус, — наверняка я, конечно, сказать не могу, но он очень похож.

— И у него на лбу три точки, — добавил Боб, — и похоже, что он с Дальнего Востока, например из Индии. И эти точки могут означать, что он принадлежит к какой-нибудь религиозной секте.

— А почему ты проговорился ему, что среди бюстов был и Август Сильный? — спросил Пит. — Он прямо завелся, когда услышал про него.

— Про бюсты он явно знал и раньше, — сказал Юпитер, отрываясь от бутылки с лимонадом. — Я решил проверить, среагирует ли он на имя «Август». И он среагировал. Не исключено, что это он украл у Двиггинса копию письма.

— Но у него же нет очков и черных усов, — возразил Гус.

— Может быть, он нанял кого-нибудь для этой цели, — предположил Боб. — В любом случае он наверняка знал, что имя «Август» имеет большое значение.

— Он старался получить от меня максимум информации, — сказал Юпитер, — и я пытался добиться того же и в итоге заполучил его имя и адрес.

Он выложил на стол карточку, которую ему дал Меченый. На ней красивым шрифтом было напечатано:

Рама Сидри Ранду.

Флешивар, Индия

А под именем карандашом были приписаны название и номер телефона недорогой гостиницы в Голливуде.

— Индия! — воскликнул Пит. — Значит, Боб был прав. Но если Меченый — индийский фанатик, охотящийся за «Огненным Глазом», то я за то, чтобы мы бросили это дело. Я читал книжку про одно индийское племя, которое искало утраченную священную реликвию. Они всем готовы были глотку перерезать, лишь бы получить ее назад. — Вспомните, как этот тип смотрел на нас.

— Пока все это только догадки, — заявил Юпитер. — Боб, пришла пора проделать кое-какие исследования.

— Всегда готов, — согласился Боб, — а какие именно?

— Отправляйся в библиотеку, — приказал Первый Сыщик, — и постарайся найти что-нибудь про «Огненный Глаз». Посмотри еще, что это за город Флешивар в Индии.

— Хорошо, тогда я вернусь после ужина. А то мои родители почему-то считают, что ужинать, хотя бы иногда, я должен дома.

— Как раз кстати, — ответил ему Юпитер, — самое будет время начать операцию «Цепочка призраков».

— Ну, честное слово, — сказал Гус, когда Боб укатил на своем велосипеде, — я и представить себе не мог, во что я вас втягиваю. На Двиггинса совершено нападение. Меченый появляется как из-под земли и угрожает Юпитеру. Игра пошла всерьез, и несет она много опасностей. Я не имею права вас им подвергать, ребята. Я, пожалуй, уеду домой и забуду и думать про «Огненный Глаз». А вы бросьте разыскивать бюст Августа. Если Меченый или Черноусый его найдут, то пусть дерутся за него между собой.

— Да, Гус, хорошая идея, ничего не скажешь, — заявил Пит. — Как тебе это нравится, Юпитер?

Но по выражению лица Юпа он сразу понял, что тот ответит. Задать Юпитеру Джонс хорошенькую загадку — все равно что дать бифштекс голодному бульдогу — ни за что не выпустит.

— Мы еще только начали расследование, Второй, — сказал Юпитер. — Мы же сами искали какую-нибудь новую головоломку; а раз подвернулась такая интересная, что же, бросать ее на полдороге? К тому же имеются некоторые любопытные факты, которые я еще не успел осмыслить.

— Это какие же, к примеру? — спросил Пит.

— Я прихожу к заключению, — произнес Первый Сыщик, — что Двиггинс сам себя запер в кладовке.

— Запер себя в кладовке? — Вопрос Гуса был полон неподдельного изумления. — Зачем же он это сделал?

— Не знаю, и это — часть общей загадки.

— А почему ты решил, что он сам себя запер, Первый? — спросил Пит. Ведь он на самом деле был под замком и в довольно потрепанном виде.

— Он специально это подстроил, чтобы сбить нас с толку, — изрек Юпитер. — Ты сам подумай, Второй, пошевели мозгами. Двиггинс сказал нам, что провел в кладовке полтора часа, так?

— Ну… да, так.

— И все это время он якобы стучал в дверь и звал на помощь. А что первым делом сделал бы любой человек, оказавшийся в таком положении?

— Он бы поправил очки, — догадался Гус, — или, раз в кладовке было совершенно темно, снял бы их совсем и положил в карман. Но в любом случае они бы не болтались у него на носу полтора часа подряд.

— Думаю, что ты прав, — сказал, почесав в затылке, Пит, — и галстук бы он поправил. Ты прав. Выходит, Юп, что он специально так надел очки и галстук, чтобы мы поверили, будто он подвергся нападению.

— Надо всегда анализировать все факты, — сказал Юпитер. — Должен признаться, получилось у Двиггинса все довольно убедительно. Я бы, может, ничего не заподозрил, если бы не одно обстоятельство. Вот подойдите сюда, зайдите за письменный стол и потрогайте рукой сиденье стула.

Он встал. И Пит, и Гус потрогали стул, на котором он только что сидел.

— А теперь дотроньтесь до письменного стола, — продолжал Юпитер, — и скажите, замечаете ли вы какую-нибудь разницу между ними?

Они потрогали стол, и Гус воскликнул:

— Стул теплый, потому что ты на нем сидел. Крышка стола гораздо холоднее на ощупь.

Юпитер кивнул:

— А когда я поднимал кресло в кабинете Двиггинса, то был очень удивлен тем, что его сиденье было теплым, как будто на нем кто-то сидел минуту-две назад. А когда к этому добавились еще очки и галстук, я понял, как все было на самом деле.

А было так. Двиггинс увидел, как мы подъехали и вышли из машины. Он опрокинул стул, быстро скрылся в кладовке и там проделал все с очками и галстуком. К моменту, когда мы его обнаружили, он пробыл в кладовке, видимо, минуты две-три.

— Ого! — воскликнул Пит. — А зачем он устроил это представление?

— Чтобы обмануть нас, — ответил Юпитер. — Он хотел, чтобы мы поверили, что кто-то украл копию письма, а на самом деле ее никто не крал.

— Выходит, никакого черноусого среднего роста и в очках просто не существует? — спросил Гус.

— Думаю, что нет. Думаю, Двиггинс его просто придумал. На самом деле, очевидно, Меченый, то есть господин Рама Равдур из Индии, попросту купил у Двиггинса копию секретного послания, а Двиггинс потом выдумал всю эту историю, чтобы мы считали, что копия похищена.

— Все сходится, — признал Гус, — и к тому же это объясняет, как господин Рандур попал к нам сюда. Он тоже догадался, что эти бюсты имеют важное значение для разгадки.

— И еще он сказал, что скоро вернется, — озабоченно добавил Пит. — И не исключено, что в следующий раз приведет с собой подручных. А вдруг он не поверил, что мы не знаем, где бюст Августа Сильного? У них на Востоке очень хорошо умеют жестокими пытками заставлять людей говорить.

— Не поддавайся своему богатому воображению, — успокоил его Юпитер, — здесь Калифорния, а не Дальний Восток, и я не слышал, чтобы со времен индейцев здесь кого-нибудь пытали.

— Все когда-нибудь бывает в первый раз, — мрачно пробормотал Пит.

Гус тоже собирался что-то сказать, но в это время зазвонил телефон. Юпитер снял трубку: