Помоги проекту - поделись книгой:
Профессор попрощался, и связь прервалась. Экран ноутбука погас.
Поплавский взглянул на Телицына.
– А не прокатиться ли нам в этот самый «Спайдер»? – предложил он. – Прямо сейчас. Кто знает, может, нам повезет и мы поймаем этого Плюща прямо на месте преступления?
– Кто-то должен остаться здесь и следить за видеофоном, – заметил Телицын, – на случай, если злоумышленники позвонят.
– Тогда я один съезжу.
Оксана Игоревна подсела к Афанасию и обняла его за плечи.
– Совсем что-то притих, Нафаня, – сказала она. – Ты не голодный? Может, я тебе ужин приготовлю?
Афанасий сидел тихо, но в душе у него бушевал настоящий ураган. Почему следователи до сих пор не отправились в компьютерный клуб?! Он готов был сам бежать в «Спайдер» и искать Плюща, чтобы вывести его на чистую воду.
Афанасий мельком взглянул на дверь. Ему захотелось спрыгнуть с дивана и рвануть туда прямо сейчас, ничего не объясняя собравшимся в гостиной людям.
Мальчик резко встал. Оксана Игоревна удивленно на него посмотрела. Он быстро шагнул в прихожую.
В этот момент входная дверь распахнулась.
В квартиру вошла Анастасия. На ней был длинный модный плащ белого цвета, а на плече висела элегантная дорожная сумка. Большие солнечные очки закрывали половину лица.
Мама сняла очки и удивленно уставилась на криминалистов.
– Что здесь происходит?! – обеспокоенно спросила она.
Глава 4 Что происходит и что делать дальше?
– Настя?! – потрясенно воскликнула Оксана Игоревна.
Следователи так и застыли на месте. Игнасий сам едва не проглотил свое успокоительное. Соседка тут же бросилась обниматься, но Афанасий ее опередил. Он обнял маму за талию и крепко к ней прижался.
Анастасия как-то неловко потрепала его по плечу.
– Госпожа Никитина? – удивленно произнес Поплавский.
– Да, – кивнула она. – А вы, собственно, кто? И что делаете в моем доме?
– Но вас ведь похитили! – воскликнул Телицын.
– Ах вот оно что. – Мама звонко рассмеялась. – Ну, господа, стоило ли раздувать такую шумиху из-за пустяка?!
Поплавский даже слегка побледнел.
– Что-то я вас не понимаю, – процедил он сквозь зубы.
– На меня действительно набросились какие-то местные хулиганы, – сказала Анастасия, – они увезли меня в соседний поселок. Но, как оказалось, они лишь хотели подшутить над археологами. Когда они поняли, что перепутали меня со своей знакомой, мы просто посмеялись над этой ситуацией и мирно разошлись.
– Так никакого похищения не было?! – спросил Телицын.
– Говорю же вам, нет. – Анастасия оторвала от себя Афанасия и прошагала в гостиную.
Мальчик удивленно на нее взглянул. Обычно после возвращения из своих командировок она не была с ним так холодна. Может, просто озадачена происходящим? Точно. Наверняка причина в этом.
Анастасия швырнула сумку на диван и плюхнулась рядом.
– Это все досадное недоразумение, господа, – сказала она. – А я так устала с дороги. Может, вы уже оставите мою квартиру и дадите мне отдохнуть?
– А как же Кемаль Маратович? – удивленно спросил Поплавский.
– А что с ним такое? – нахмурилась мама.
– Вы с ним не говорили? Профессор уверен, что вы находитесь в руках бандитов.
– Да как-то времени не было, – нехотя призналась мама. – У него там столько дел, я не хотела его отвлекать. Просто села в аэробус и прилетела в Кольцово.
– Решили прервать командировку? – спросил Телицын.
– Да, я вдруг решила, что мне пора взять отпуск, – заявила Анастасия, – вот и прилетела в Москву, чтобы поговорить об этом со своим начальством.
Она вдруг взгромоздила обе ноги на край журнального столика. Афанасий изумленно на нее уставился.
– У меня вечно не хватает времени на сына, – продолжала мама, – наконец мы с ним сможем съездить куда-нибудь вдвоем.
Афанасий раскрыл глаза еще шире. Пару месяцев назад, в прошлые каникулы, они с мамой и дядей Кешей летали в Киргизию и отлично провели время, гуляя по живописным Тяньшанским горам. А после отправились на Нептун, где проходил межпланетный кинофестиваль.
Она что, этого не помнит?
Тем временем Анастасия схватила его за руку и усадила рядом.
– Соскучился небось по мамочке, – заявила она, трепля его светлые волосы, – мой красавчик Афанасий.
– Ну хорошо, – несколько смущенно проговорил Поплавский, – рад, что все так благополучно закончилось… Сейчас мы вас оставим, но завтра жду вас в своем кабинете. Напишете нам заявление… Ну, в общем, уладим некоторые формальности…
– Конечно, господин полицейский. – Анастасия широко улыбнулась и вдруг подмигнула.
Следователь покраснел как помидор. Криминалисты начали собирать оборудование.
Вскоре гостиная Никитиных опустела. Лишь Оксана Игоревна не торопилась уходить. Игнасий выжидательно топтался у входной двери.
– Насть! – воскликнула соседка. – Как же тебе повезло, что все обошлось. Давайте праздничный ужин организуем? Отметим твое успешное возвращение.
– Ужин?! – Глаза мамы радостно загорелись. – Конечно, любезная. Давай. Только это… Я устала с дороги и все такое. Ты приготовь сама, а я пока душ приму.
– Конечно! – воскликнула Оксана Игоревна. – Приводи себя в порядок, а мы с Игнасием обо всем позаботимся.
Робот понял, что уйти отсюда сейчас не получится, и с обескураженным видом всплеснул пружинными ручками.
– Умница Олечка. Я знала, что могу на тебя рассчитывать, – мама поднялась с дивана и потянулась, разминая мышцы.
– Какая еще Олечка?! Я Оксана, – сказала соседка.
– Правда?! – откровенно удивилась Анастасия. – Боже, ну конечно, – спохватилась она. – Какая же я дура. Все перепутала. Прости меня, Оксаночка.
– Да чего уж, – с улыбкой отмахнулась соседка.
Мама сняла плащ и бросила его на диван. На ней оказалось короткое модное платье и огромное количество различной бижутерии. Ожерелье, цепочки, браслеты, массивные серьги… При ходьбе все это раскачивалось и звенело.
Афанасий ошарашенно на нее уставился.
Он уже совсем ничего не понимал.
Его мама никогда не носила платьев, предпочитая им джинсы и футболки. Она терпеть не могла украшения. Она никогда не позволяла себе расшвыривать сумки и вещи по гостиной, а тем более выкладывать ноги на стол. И она ни за что не забыла бы имя своей ближайшей подруги.
Что это с мамой?
Оксана Игоревна, похоже, ничего не заметила. Она отправилась на кухню. Игнасий последовал за ней, и вскоре они принялись греметь тарелками и кастрюлями, весело что-то напевая. Семья Никитиных, в отличие от многих других, не имела собственного домашнего робота. Мама хотела, чтобы Афанасий рос самостоятельным и сам мог справляться с домашними делами. Поэтому мальчик умел хорошо готовить и даже частенько кормил завтраками своего дядьку, который обычно спал чуть не до полудня.
Анастасия отправилась в ванную и забралась под душ.
Афанасий повесил ее плащ, который он никогда раньше не видел, в шкаф в прихожей, а сумку отнес в мамину комнату. Здесь он не удержался и заглянул в нее. Там лежали голографический паспорт, здоровенный кошелек красного цвета, туго набитый пластиковыми карточками, упаковку жвачек, пачку мятных леденцов и огромное количество разных тюбиков, пузырьков и баночек с косметикой.
Еще одна странность.
Мама раньше не любила жвачку и леденцы, а косметикой почти не пользовалась. Афанасий заглянул в паспорт. Он сам не знал, что ожидал там увидеть. Но ничего подозрительного в документе не обнаружил. Паспорт как паспорт, ничего особенного.
Мама вышла из ванной, и Афанасий быстро захлопнул сумку.
Она появилась в спальне, закутанная в свой махровый халат. На голове возвышалась огромная чалма из полотенца, а лицо покрывал толстый слой ядовито-зеленого крема.
– Ну что же ты тут торчишь, Афанасий?! – холодно произнесла она. – Иди уже к себе, поиграй там в машинки… Или во что вы, мальчишки, сейчас играете? Мама устала и сейчас будет отдыхать.
– Конечно, – тихо произнес Афанасий.
Анастасия плюхнулась на кровать и высыпала из сумки косметику. Она начала рыться в тюбиках и банках, а мальчик отправился к себе, не зная, что и думать.
Не Нафаня, как обычно, а Афанасий. И вообще о каких машинках речь? Ему уже двенадцать, а не пять. Он давно вышел из детсадовского возраста.
На этом странности не закончились.
Оксана Игоревна приготовила праздничный ужин, подав жаркое, пару тарелок салатов и шикарный торт с арахисовой крошкой. Мама заявила, что сидит на диете, и от жаркого отказалась. Хоть раньше обожала мясо. Зато налегала на салаты, не уставая нахваливать кулинарный талант Оксаны, а потом, несмотря на диету, смолотила почти половину торта.
И тут Афанасий окончательно уверился в том, что за столом сидит самозванка.
У его настоящей мамы была аллергия.
Пару лет назад выяснилось, что она не переносит арахис, и с тех пор мама к арахису не прикасалась.
Он едва не выронил вилку от неожиданности. И уставился на непрошеную гостью во все глаза.
Первым желанием Афанасия было броситься на эту тетку и заставить ее во всем сознаться. Сидит тут, изображает его маму и мило щебечет с соседкой, в то время как настоящую Анастасию держат неизвестно где. Но он сумел сдержать свой порыв.
Как возможно, что они настолько похожи? Эта женщина была точной копией Анастасии Никитиной. Вот только выражение ее лица иногда становилось каким-то хищным да во взгляде не было ничего доброго. А так – просто идеальный двойник.
Афанасий решил последить за ней. Ведь зачем-то она появилась в доме. Может, он сумеет выяснить что-то, что поможет найти маму?
А там, глядишь, и дядя Кеша приедет. Уж вдвоем-то они разоблачат злодейку.
Лже-Анастасия умело поддерживала разговор с Оксаной Игоревной. Да только говорила не о своих исследованиях и музейной работе, а пересказывала сплетни, которые так любят печатать в глянцевых журналах. Она болтала о сериалах, о жизни актеров и музыкантов, о курортах других планет, о модных новинках и новых бутиках одежды, открывшихся в Москве. Настоящая Анастасия никогда не увлекалась подобными вещами. Оксана слушала, разинув рот, а Афанасия это все уже тихо бесило.
– Так как там дела у дяди Хафиза? – как бы между делом спросил он.
– Отлично, – тут же ответила самозванка, – он просил передать тебе привет.
Ну-ну. Колдун, живший несколько тысяч лет назад.
Афанасий мрачно ухмыльнулся. Он хотел спросить у нее еще что-нибудь, но в этот момент раздался звонок в дверь.
– Кого еще принесло?! – нахмурилась Лже-Анастасия. Она недовольно взглянула на Афанасия. – Ты… как тебя… Афанасий. Ну-ка сходи, посмотри, кто там пожаловал.
Афанасий без особого желания пошел открывать.
На пороге стоял Михаил Владимирович Одинцев, директор Исторического музея и начальник Анастасии.
– Это правда?! – Одинцев вломился в квартиру, отпихнув Афанасия, – она вернулась?! Дражайшая Анастасия.
Афанасий и рта не успел раскрыть, а Одинцев уже вбежал в гостиную, подскочил к самозванке и начал порывисто целовать ей руки.
– Как я рад! – вопил он. – Как счастлив, что вы к нам вернулись.
Лже-Анастасия сначала слегка опешила, но быстро сориентировалась и начала жеманно улыбаться.
– Ну что вы, – промурлыкала она. – Боже, как приятно, что меня так ценят.
Афанасий недовольно скривился. Ему уже порядком надоел этот спектакль.
– Да как же вас не ценить, дорогая Анастасия?! – воскликнул Одинцев. – Вы же один из лучших наших специалистов. Я едва не спятил, когда узнал, что вас похитили.
По мнению Афанасия, этот дядька был не в себе. Михаил Владимирович давно разменял шестой десяток, и он просто обожал сплетничать с музейными старушками-экскурсоводами и рядиться в костюмы самых дурацких расцветок. Даже сейчас на нем плотно сидел ярко-розовый пиджак, из нагрудного кармана которого торчал платок желтого цвета. Макушка Одинцева давно облысела, но он отрастил длинные космы за ушами и каждый день старательно зачесывал их наверх, чтобы прикрыть лысину. А еще директор музея терпеть не мог детей и с Афанасием даже не разговаривал. Мальчик не обижался, он и сам старался держаться подальше от Одинцева. Уж больно странным был этот человек.
– Ваше возвращение просто чудо! – воскликнул Михаил Владимирович. – И так вовремя. Завтра в Историческом музее Екатеринбурга состоится благотворительная выставка. Кто как не вы сможет выступить с приветственной речью перед нашими гостями.
Услышав такое, самозванка поперхнулась куском торта.
– Какая еще выставка?! – выдохнула она. – Какой такой Екатеринбург?! Какая речь?! Да вы в своем уме?!
Одинцев удивленно на нее уставился, прекратив целовать ей руки.
Поделиться книгой: