Помоги проекту - поделись книгой:
В южной части, обращенной к морю, находились пышно и торжественно украшенные личные покои Диоклетиана, включавшие, судя по плану, большое число всевозможных по конфигурации комнат, библиотеки, купальни и прочее. Перед главным входом во дворец — Вестибюлем — располагались сохранившиеся до нашего времени Перистиль — огромный, открытый зал, обрамленный колоннадой, а восточнее его — Мавзолей с высоким восьмигранным покрытием; здесь, по преданию, был погребен Диоклетиан. К западу от Перистиля размещались общественные сооружения: термы, храмы, в том числе маленький храм Юпитера.
Таким в общих чертах предстает дворец Диоклетиана в имеющейся реконструкции. Теперь нам предстоит познакомиться с тем, что осталось от этого великолепного античного памятника.
В целях обороны города постоянно поддерживали лишь старые надежные стены дворца-крепости, чем и объясняется их лучшая сохранность. Многие сторожевые башни были разобраны или разрушены — до нас дошли только три (угловые) из шестнадцати существовавших ранее.
Северная стена, где находился главный вход в резиденцию Диоклетиана, сохранилась лучше остальных, несмотря на серьезные повреждения. После второй мировой войны она подверглась реставрации, в результате которой целиком освободилась и от многочисленных случайных пристроек.
Красивая кладка из разных по размеру квадров светлого камня, умелая раскреповка сводчатых перекрытий окон и арок, выразительная, хотя и несколько грубоватая резьба капителей, карнизов, консолей свидетельствует о мастерстве местных каменотесов. Искусно обрабатывать камень они учились у своих отцов и дедов. Да и как было не перенять их мастерство и опыт, когда заказы на строительство бесконечным потоком шли не только от местной знати и городских властей, но и даже из соседней Италии, главным образом Венеции. А искрящийся на солнце, плотный белый известняк в большом количестве находился на прибрежных островах. Особенно ценился камень с близлежащего острова Брач, из него и сооружен дворец Диоклетиана.
Любопытно, что в процессе реставрационных работ известному археологу Ф. Буличу удалось обнаружить на каменных блоках стены метки далматинских каменщиков.[7] Такие метки на строительных камнях имели право оставлять только мастера высокого разряда.
Уже много веков спустя, в начале нашего столетия, югославский поэт Юрэ Франичевич-Плочар воспел труд простого каменщика:
В центре северной стены находятся так называемые Золотые ворота, к которым подходила главная дорога из Салоны. Размеры их велики — высота проезжей части достигает 6,5 метра, ширина — 4,17 метра. Две не сохранившиеся до наших дней башни фланкировали проезд. Ворота производили, да и сейчас еще производят, внушительное впечатление. Поражает размах широкого прямоугольного проема ворот и расположенного над ним огромного полуциркульного люнета. По сторонам люнета помещены большие полукруглые ниши, в которых, очевидно, раньше стояли статуи. Выше, занимая весь второй ярус, находилась чисто декоративная глухая «карликовая» аркада на небольших с резными капителями колонках, опиравшихся на великолепно очерченные, скульптурно проработанные консоли с сочными волютами. Из этого изумительного декоративного убранства ворот сохранилось не все. Почти полностью исчезли сами колонки. Но и сейчас, видя лишь четкие полукружия профилированных маленьких арок, резные капители и сильно выступающие консоли, слитые в единое гармоничное целое с кладкой ворот, мы невольно восхищаемся мастерством древних строителей, проявивших большое художественное чутье и вкус.
«Карликовые» аркатурные пояса, впервые появившиеся в римской архитектуре именно на стенах дворца Диоклетиана, были результатом переосмысления декоративных мотивов восточной архитектуры, с которой римляне познакомились во время походов в Малую Азию и северную Африку и, в первую очередь, в Баальбеке, Пальмире, городах Парфянского царства. В последующие века эти декоративные элементы вошли в практику европейского строительства. Их использует романское зодчество в самых торжественных и значительных постройках.
На месте, где находилось приспособление для спуска решетки Золотых ворот, в XI веке была устроена крохотная церковь св. Мартина. Она известна благодаря своей каменной резной алтарной преграде, удивительно лаконичной по композиции. Основание преграды и небольшая арочка на шестигранных столбиках со щипцовым навершием украшены чрезвычайно характерным для раннего средневековья рельефным стилизованным орнаментом и резными же христианскими символами — крестом, изображениями животных и голубя. Эта церковь с преградой по праву входит в ряд немногочисленных памятников романского искусства в Сплите.
Если пройти вдоль северной стены дворца по дорожке примыкающего сквера и обогнуть северо-восточную угловую башню, сильно изменившую свой первоначальный облик за многие века, можно попасть на небольшую улицу — Хрвоева, ведущую к морю вдоль восточной стены дворца. Эта стена сейчас тоже почти полностью освобождена от позднейших пристроек. Пожелтевший от времени брачский камень увит цветущими глициниями, а в швах и на выветренной поверхности его пробивается нежная зеленая трава.
В центре этой стены расположены Серебряные ворота, облик которых напоминает Золотые ворота. Но вместо декоративной аркады в верхней части находится ритмичный ряд оконных проемов, отделенных от нижнего яруса небольшим профилированным карнизом. Сохранились остатки двух боковых башен, некогда фланкировавших вход.
Юго-восточная угловая башня, выходящая к морю, значительно перестроена; на верхней ее площадке сейчас устроен ресторан.
В настоящее время море значительно отошло от дворца и вдоль его южной стены проводит одна из самых прелестных набережных Сплита — Титова обала, любимое место прогулок туристов.
К сожалению, от южной стены с ее величавой аркадой почти ничего не дошло до нас. К ее внутренней стороне были пристроены большие жилые дома, выступившие на два-три этажа выше и включившие в себя часть аркады. Многочисленные окна прорублены в толще стены, нижняя ее часть со стороны моря скрыта за пристроенными уже в начале XX столетия маленькими домиками, которые используются под рестораны и магазины.
Предполагают их постепенно разобрать, чтобы раскрыть первозданную красоту главного фасада античного дворца.
Западная стена тоже целиком скрыта постройками, но возникшими главным образом в средневековье; поэтому восстановление ее не представляется возможным.
Отлично сохранились лишь западные Железные ворота, близкие по общей композиции к восточным — Серебряным. Однако они не имеют ниш и никаких украшений. Лишь над архитравом въездной арки остался фрагмент античного рельефа с изображением богини победы Виктории. От наслоений времени в стене укрепленного дворика ворот раскрыта внутренняя лестница, ведущая на верхнюю обходную галерею и в расположенную рядом, также в стене, маленькую церковь. Над ней в конце XI столетия была сооружена небольшая приземистая квадратная в плане башенка. Это — одна из построек раннего средневековья в Сплите.
На территории бывшего дворца Диоклетиана, внутри его стен, немного осталось от античной эпохи. Значительно перестроенный в последующие века, дворец представляет собою своеобразный город в городе — в нем насчитывается более двухсот пятидесяти домов, буквально втиснутых внутрь стен старой императорской резиденции и разделенных лабиринтом узеньких улочек. В основном это постройки, возникшие в средневековье. От времени же Диоклетиана дошло до нас всего лишь несколько сооружений. Среди них — Перистиль, огромный (24,0 X 13,4 м) прямоугольный зал под открытым небом, расположенный между Мавзолеем и храмом Юпитера. С восточной и западной стороны его ограничивает строгая аркада из гранитных и мраморных колонн с коринфскими капителями, установленная на ступенчатом основании. Сильно профилированный карниз арочного антаблемента украшен сочной богатой резьбой в виде орнамента из пальмет и стилизованных листьев. Примечательно, что и здесь мы встречаемся с характерным для архитектуры Востока мотивом аркады, установленной не на столпах, а на колоннах. Впервые столь широко применяется это новшество в позднеримском зодчестве именно в архитектуре дворца Диоклетиана. В дальнейшем этот мотив будет использован и развит зодчими эпохи Возрождения.
Южная часть Перистиля является парадным входом во дворец. Она оформлена в виде портика с четырьмя колоннами из темно-красного гранита, расположенного на высоком подиуме с двумя симметричными маршами лестниц. Четкий ритм колонн и арок боковых сторон зала завершается взлетом огромной упругой арки портика под треугольным фронтоном. Многие исследователи считают, что его венчала скульптурная группа — квадрига с богиней Победы. Она акцентировала внимание на главном входе в личные апартаменты императора и придавала всему Перистилю особую торжественность.
Под основанием портика, между двумя боковыми лестницами недавно расчищен и открыт широкий проход в помещения цокольного этажа и через них к южным морским воротам. На подиуме, за колоннами, по сторонам от входа, в так называемом протироне или открытом фойе, еще в XVI–XVII веках были построены две небольшие часовенки в знак счастливого избавления города от эпидемии чумы.
Перистиль в целом очень хорошо сохранился, несмотря даже на то, что вся его западная колоннада еще в XIV–XVI веках заложена пристроенными домами знати, с небольшими балкончиками, удачно вписавшимися в проемы аркады. В этих домах были обнаружены части стен, потолков и полов различных помещений римского времени, найдены основания двух небольших, круглых в плане зданий — храма Кибелы и храма Венеры.
Восточную же аркаду время почти не тронуло; как и при Диоклетиане она свободно стоит, открывая сквозь проемы между колоннами вид на Мавзолей. У колонн, ближе к портику, лежит гранитный сфинкс — один из тех, которые раньше находились у входа в Мавзолей. По преданию, сфинксы были привезены из Египта, где украшали гробницу Тутмоса III (XIV век до н. э.).
В Перистиле при Диоклетиане устраивались различные празднества и торжественные церемонии. Ныне здесь во время фестивалей идут театральные представления; античная архитектура заменяет декорации. В Перистиле всегда масса туристов, любующихся древними памятниками или отдыхающих в тени на ступенях аркады и за столиками расположенного в центре зала кафе.
Особенно хорош Перистиль в ранние утренние часы, когда толпы туристов еще не успели заполнить дворик. В прозрачной дымке утра, оставаясь наедине с древней архитектурой, можно спокойно любоваться прекрасным портиком и изящной колоннадой, очертания которой вырисовываются на фоне особенной, по южному чистой лазури неба.
Пройдя через портик Перистиля, попадаешь в так называемый Вестибюль — большой круглый зал с купольным перекрытием. В четырех полуциркульных нишах стен раньше стояли статуи. Некогда это был один из парадных залов дворца, с мраморной облицовкой, мозаичным полом. Во втором ярусе находилась нарядная пристенная колоннада. Сейчас же можно увидеть лишь обнаженную кладку стен и перекрытия.
Вестибюль вел в личные? апартаменты императора.
Зодчие, создавшие дворец, стремились достичь эффекта нарастающего воздействия архитектурного оформления: сначала строгая и величественная колоннада Перистиля, затем парадный Вестибюль, и только после этого посетитель попадал в чрезвычайно богато отделанные приемные залы. Первый из них, центральный зал всего дворца, расположенный на одной оси с Перистилем и Вестибюлем и выходящий своей торцовой частью к «променаду» южной стены, был самым большим — его длина превышала 30 метров. По предположению ученых, он был перекрыт коробовым сводом, украшенным кессонами. Внутреннее убранство покоев Диоклетиана отличалось невероятной роскошью. Стены залов были облицованы мрамором различных цветов. Мозаичные полы поражали затейливым узором. В интерьере — обилие дорогих редких тканей, скульптуры, ваз. Многое было привезено из восточных стран после удачных походов или взято из греческих храмов и дворцов. Естественно предположить, что главный приемный зал отличался особым великолепием отделки, но, к сожалению, от этого ничего не осталось.
Значительная часть покоев императора была разрушена или перестроена в последующие века. Прекрасно сохранился лишь цокольный этаж (обычно условно называемый подвальным), только недавно открытый для осмотра. Колоссальные реставрационные работы, проводимые здесь в течение последних десятилетий, раскрыли большую часть помещений III века н. э. с могучими купольными, крестовокупольными и коробовыми сводами, которые покоятся на мощных стенах или столпах, сложенных из огромных каменных блоков.
Эти помещения в плане своем точно соответствуют залам верхнего этажа и, таким образом, помогают представить расположение апартаментов Диоклетиана. В настоящее время раскрыты большой центральный зал базиликального типа и целый ряд других круглых, восьмиугольных или прямоугольных, большой крестообразный в плане зал под Вестибюлем, узкие коридоры, помещения терм.
Доминантой всего дворцового ансамбля являлся Мавзолей Диоклетиана, который расположен у самого Перистиля. В свое время он возвышался над всем комплексом построек дворца, сейчас он кажется более низким и приземистым из-за соседства стройной колокольни, возведенной значительно позже, в средние века.
Мавзолей — одна из центрических усыпальниц, которые в большом числе создавались в период Римской империи. Это высокое восьмиугольное в плане сооружение, завершенное восьмигранной черепичной крышей, стоит на высоком основании — подиуме. Стены его почти глухие, их суровость смягчает колоннада, необыкновенно легкая по пропорциям, поставленная на край подиума и охватившая кольцом Мавзолей. Колонны небольшие- их высота достигает лишь 6 метров (тогда как высота всего здания более 20 метров). Выполненные из темного мрамора, они прекрасно гармонируют со стенами мавзолея, выложенными из брачского камня, слегка изменившего от времени свой цвет. В настоящее время открытая галерея между колоннами и стеной используется для экспонирования античных и средневековых саркофагов.
Внутри Мавзолей представляет собой большой круглый в плане зал с купольным перекрытием. Высота зала — 21,5 метра, диаметр купола -13,5 метра. Полусфера купола, опираясь на двухъярусную пристенную колоннаду коринфского ордера, как бы парит над залом. В каждом ярусе по восемь колонн. В стенах первого яруса между стройными девятиметровыми колоннами из розового гранита расположены круглые и прямоугольные ниши, зрительно увеличивающие объем зала. Второй ярус составляют пятиметровые колонны из красного порфира. Оба яруса завершаются сильно профилированными, с большими выступами над капителями колонн, карнизами.
Купол Мавзолея выложен из кирпича, а не из бетона, что было новшеством в технике античного строительства. Его некогда украшала мозаика. Мерцавшая в полутьме Мавзолея, она придавала таинственность погребальному залу.
Особого внимания заслуживает протянувшийся по кругу стены под верхним карнизом рельефный фриз с изображениями эпизодов охоты Эрота. Полные динамики сцены охоты чередуются со статичными фигурками амуров и разнообразными масками. Во фриз включены и медальоны с изображениями, как предполагают ученые, Диоклетиана и его жены Приски, а также Гермеса в крылатой шапочке, по преданию, провожавшего души умерших в подземное царство Аида.
Внутреннее пространство Мавзолея необычайно обширно. Свет, сильным потоком проникающий лишь через входную дверь и небольшое окно над ней, эффектно освещает интерьер. Четко и необычайно контрастно выделяются объемы колонн, выступы карнизов на фоне гладких стен. Интерьер Мавзолея поражает грандиозностью размеров, монументальностью форм, благородством цветового сочетания различных пород камня.
С утверждением христианства Мавзолей был превращен в кафедральный собор св. Марии (позже переименованный в собор св. Доима). Тогда же было уничтожено многое из его первоначального убранства, был сломан и надгробный памятник Диоклетиану из порфира, стоявший в центре Мавзолея.
Последующие века постепенно привносили в интерьер собора новое, и в настоящее время Мавзолей является маленьким му- ¦ зеем, где соединились первоклассные образцы искусства античности, средневековья, ренессанса и барокко.
Внимание привлекает главный вход в собор — его деревянные резные врата (высота их более 5 метров, ширина — 3,60), дающие представление о творчестве блестящего далматинского мастера резьбы по дереву начала XIII века Андрея Бувины. Четкая композиция дверных створок включает двадцать восемь квадратов в резных рамках среди сплошного поля плетеного орнамента.
В центре квадратов помещены выполненные в глубоком рельефе сцены из Евангелия, с обобщенными монументальными фигурами.
Врата Сплитского собора по художественной значимости могут быть поставлены в один ряд с бронзовыми Корсунскими вратами Софийского собора в Великом Новгороде, исполненными магде- бургскими мастерами в середине XII столетия. Однако если Корсунские врата несколько суровы и строги по своему облику, то Сплитские поражают своей живописностью, великолепной общей декоративной композицией. Резные врата, исполненные А. Бувиной, восхищают богатством орнамента из виноградных лоз, среди которых помещены маленькие фигурки людей, животных, птиц, что было типично для искусства раннего средневековья. Узор удивительно сочен, изыскан, манера резьбы отличается мягкой пластической моделировкой формы. Сохранились и следы росписи врат, в которой преобладали красные, лазурно-синие тона и позолота, что в свое время еще больше их оживляло.
Сплитские врата более чем на два столетия предвосхитили знаменитые бронзовые двери (1425–1452) работы Л. Гиберти во флорентийском баптистерии, вошедшие в историю мирового искусства как непревзойденный шедевр. Деревянные врата Сплитского собора, к сожалению, менее известны. Но они, безусловно, являются первоклассным произведением средневекового искусства, ярким образцом далматинской пластики.
К замечательным памятникам средневековья в Мавзолее относятся и две скамьи для хоров (XIII век). Существует предположение, что они были созданы также Бувиной или в его мастерской- столь близок по стилю их декор к работам этого известного мастера. Высокие спинки скамей, увенчанные профилированным карнизом, почти сплошь покрыты резьбой, выполненной на проем и в низком рельефе. Резной узор, напоминающий нарядный ковер, включает чередующиеся поперечные полосы бесконечно разнообразного растительного и геометрического орнамента, в который вставлены небольшие ромбовидные и прямоугольные клейма с изображением апостолов, евангелистов и их символов.
Заслуживает особого внимания маленькая фигурка человека, склонившегося с долотом в руках, очевидно над верстаком. Ее замечаешь не сразу — она вырезана почти у самого края спинки скамьи, чтобы не нарушать общий орнаментальный узор. Прекрасно передана естественность позы, характерный облик простого ремесленника. Кто это? Возможно, сам мастер, создавший деревянную резьбу. Тогда мы имеем перед собой одно из редких автопортретных изображений народного резчика по дереву.
В XIII веке внутри собора была установлена кафедра из местного резного камня работы неизвестных далматинских мастеров. По своему художественному решению она напоминает знаменитую кафедру баптистерия в Пизанском соборе, исполненную в 1260 году Николо Пизано, Шестигранная кафедра Сплитского собора стоит на шести высоких граненых колоннах с резным- капителями сложных композиций, в которые включены изображения змей и чудовищ среди переплетенных листьев. Верхняя часть кафедры декорирована небольшой глухой аркадой на двойных колонках, под сводами которой помещены скульптуры четырех евангелистов и фантастических животных. Оригинален аналой в виде орла с распростертыми крыльями — он сидит на витой колонке, упирающейся в спину льва, который, в свою очередь, цепко вонзает когти в тело дракона. Существует предположение, что резьба кафедры связана со школой крупнейшего далматинского скульптора первой половины XIII века Родована из Трогира.
Поделиться книгой: