День рождения ведьмы

Айт только вздохнул и снова поглядел на пленника. И впрямь, судя по курносой веснушчатой физиономии, лет двадцать, не больше. Удивляли волосы – слишком длинные, почти как у змеев в человеческом облике. Человеческие воины обычно стригутся коротко – им так под шлем удобнее. И на воина не похож – Айт наметанным глазом прошелся по туго связанным рукам пленника. Пахарь? Айт перевел взгляд на деревенских молодцов. Нет, с такими мышцами в здешней деревне парень бы точно не прижился!

– Развязать и привести в чувство! – отрывисто скомандовал Айт. Чего гадать, когда можно спросить.

– Это ловушка! – снова влез Тат. – Твари Прикованного специально оставили его, чтобы он попытался тебя убить! Все мы знаем, как коварны люди!

– И ото я стою тут и слухаю таке – вид кого? Вид змеюки! – сам себя спросил и сам себе ответил дядька Гнат.

– Если ты так рвешься меня защищать, может, не стоило отвлекаться на бензин? – не глядя на Тата, холодно поинтересовался Айт.

Не дожидаясь повторного приказания, несостоявшиеся Татовы «социстерники» принялись торопливо освобождать пленника от веревок. Кто-то зачерпнул крылом сверкающей воды из Молочной и выплеснул пленнику на голову. Кто-то дыхнул теплым воздухом, высушивая одежду и волосы. Застонавшего пленника бережно подхватили с двух сторон, вздернули на ноги и поставили перед Айтом. Пленник снова застонал, поднял так и норовящую свеситься на грудь голову, приоткрыл глаза… И увидел со всех сторон озабоченные драконьи морды. С во-от такенными зубами! Зажмурился обратно и попытался снова потерять сознание.

– Тебя еще водой окатить или сам очухаешься? – поинтересовался Айт.

Парень приоткрыл один глаз… увидел перед собой сохранившего человеческий облик Айта и сдавленно прошептал:

– Слышь, пацан… Твои зверюги? Скажи, чтоб отпустили.

Держащие его драконьи когти сомкнулись крепче.

– Мне послышалось или этот наглый человечек и впрямь назвал нас животными? – обиженно прогудел здоровенный оранжевый змей.

– А кто бензином нажирается, тех даже люди за разумных существ не считают, – немедленно осадил его Айт. Оранжевый попытался спрятаться за крылья сородичей.

– Будь почтителен, человек! – рыкнул Шен. – Тебе выпала высокая честь предстать перед Айтварасом Жалтисом Чанг Тун Ми Луном Рюдзин Ватацуми-но ками…

– Чуть короче, Шен. – Айт раздраженно поморщился. Шену только дай свежие уши – до завтра их титулами обрамлять будет!

– …младшим сыном Владычицы Табити-Змееногой, Великим Драконом Вод, – послушно закруглил титулование командир «дракона охранения».

Пленник приоткрыл второй глаз и с невольным интересом зыркнул на Айта:

– Непохож он на дракона…

Легким шлепком крыла Шен остановил пленника.

– Обращаться к Великому Дракону первым – привилегия, которую ты пока не заслужил, – мягко сказал он. – Жди, пока тебя спросят. Будешь отвечать, добавляй – Великий Господин. Смотреть в глаза, на вопросы отвечать быстро, четко и честно. Ты понял или тебя хвостом стукнуть?

– Не надо, – сдавленно пробормотал парень. От «легкого» шлепка Шена у него подогнулись колени. – Меня уже чем только не били, не надо еще и хвостом.

– Врет он! – буркнул отчего-то сразу невзлюбивший пленника Тат. – Прикидывается.

– Он не может врать – мы у него пока еще ничего не спрашивали, – ответил Айт. Спокойно, разбушевавшаяся вода страшнее разбушевавшегося огня, поэтому будем спокойны, как озеро в жаркий полдень. – Как тебя зовут?

– Жорик, – исподлобья поглядывая на Айта, выдавил пленник.

Так вот они какие – Жорики! Айт невольно вздрогнул, услышав имя, которым при первом знакомстве чуть не наградила его Ирка. Жалтиса она сокращала, видите ли! Нет, правильно он на Айта согласился.

– Георгий, если полностью…

– Великий Господин… – напомнил Шен.

– Георгий, Великий Господин, – выдавил парень – похоже, титулование было ему непривычным. Или стоящий перед ним шестнадцатилетний длинноволосый пацан не увязывался с Великим Господином?

– И откуда ты, Жорик, полностью Георгий? – с интересом разглядывая парня, продолжил Айт. Что-то в нем было… чуждое, но в то же время очень знакомое.

Парень снова ткнулся взглядом в змеев – словно вокруг него столпились строительные краны с заинтересованными зубастыми мордами на длинных шеях. И опять зажмурился.

– Тебя же предупреждали – отвечать быстро, время Великого дорого, – рык Шена наполнился угрозой.

– Чего отвечать-то, все равно не поймете, – сдавленно пробормотал Жорик. И совсем уже безнадежно вздохнул: – Из другого мира я…

– Так вот кто к нам ракеты притащил! – радостно рыкнул Тат. – Я же говорил!

– Какие ракеты? – пленник немедленно открыл глаза и затрепыхался в драконьей хватке. – Не знаю я ничего! Попаданец я! – выпалил Жорик и захлопнул рот, будто только что выдал свою главную тайну.

Тат взъярился еще сильней.

– Это да, – громадой змеевой туши нависая над пленником, прошипел он. – Кое в кого из наших вы и впрямь попали – теперь даже хоронить нечего. И за это, человечек, тебе придется ответить особо! Айт… Великий… Дозволь, я сожгу этого убийцу? – из пасти у него вырвался длинный язык пламени, опалив пленнику волосы.

Парень пронзительно завизжал:

– Не нада-а-а! Я ничего не знаю, я ничего не делал, говорю же, я попаданец! Нее-ет!

Морда Тата придвинулась совсем близко, и пленник заглянул в налитые огнем глаза. Извернувшись ужом между когтями державших его змеев, пленник плюхнулся на землю, на четвереньках рванул прочь, уперся лбом в лапу Шена и скорчился, закрывая голову руками и сотрясаясь от громких рыданий. Бежать дальше он и не пытался.

Кончиком крыла Айт отмахнулся от Тата. Огненный зарычал, но повиновался, отступив на шаг.

– Попаданец – это что значит? – разглядывая корчащегося на земле Жорика, уточнил Айт. – Народ или ремесло?

– Это значит, что я попал! – сквозь рыдания провыл парень и, вздымая облака пепла, принялся биться головой об землю. – Попал, попал, как же я попал!

Шен на всякий случай отодвинул лапу, точно боялся, что этот самый попаданец его укусит.

– Ой, господин Змей, я поняла! Я догадалась! – бесстрашно протискиваясь между лапами драконов, в круг вкатилась старостова дочка. – Не надо его жечь! Он – такой же, как мы! – с торжеством завопила она.

– Не такый! – выглядывая у Айта из-за плеча, немедленно отперся дядька Гнат. – Я б у вселяких змеюк в лапах валяться не став!

– Та ой, тато, який же вы непонятливый! Он как наши деды-прадеды, з человечьего мира сюда пришел!

– Лышенько, и справди! Теж от татарвы поганой тикали, га, хлопче? – немедленно преисполнилась сочувствия старостиха, высовываясь у Айта из-за другого плеча.

Пленник звучно всхлипнул и обтерся ладонью, размазывая по мокрому лицу разводы пепла:

– Не… – отводя взгляд, пробормотал он. – Какая татарва, мы в Крыму уже пять лет не были, у предков бабок нет…

– А як бы воны булы? – староста явно озадачился. – Якщо це бабки твоих предков, тобто, они ще бильш старшие предки? Воны ж давно померли!

Староста с Жориком уставились друг на друга в глубоком недоумении.

– Бабки – это деньги, – пояснил Айт. И для совсем уж непонятливых добавил: – Золото. Во всяком случае, говорит он как житель человеческого мира.

– Я и не сомневался! – агрессивно согласился Тат.

– Воны зараз сюды не тикають, воны – проваливаются, ось як пане Василь, управитель в Змеевых Пещерах, – важно сообщила старостова дочка.

Староста снова поглядел на Жорика и снова не согласился:

– Зовсим не похожий! Василь – пан поважный, розумный, он як хозяйство в Пещерах наладил! А це лайдак [5] якись!

– Я не лайдак! – пленника будто взрывом подбросило. – И не лох!

Дядька Гнат немедленно уставился на Айта, в ожидании пояснения, что такое «лох». Но Великий Дракон, не отрываясь, глядел на пленника, и на лице Айта было выражение напряженного хищного внимания.

– Я… Я дорогу в другой мир нашел! Как в кино! Никто не находил, а я нашел! И пришел! – выпалил Жорик и поглядел на Айта с явным превосходством – дескать, а ты такое можешь? Айт разочаровывать парня не стал, лишь коротко прокомментировал:

– И вот ты тут. Зачем?

– Понятно зачем – ракеты привез! – пробурчал неукротимый Тат.

Жорик посмотрел на Айта, как на клинического идиота:

– Чтоб быть крутым!

Теперь уже Айт вернул ему взгляд, выдающий глубокие сомнения в умственных способностях пленника:

– Почему вдруг?

– Потому что так всегда бывает! – с глубочайшей убежденностью объявил тот. – Ты или оказываешься великим колдуном – просто в нашем мире колдовать по законам природы нельзя, вот сам про себя и не знал! – важно пояснил он.

«Ирка колдует и не знает, что нельзя! Или для нее у природы другие законы?» – подумал Айт.

– Или, наоборот, пользуешься знаниями своего мира, там, секретом пороха… – продолжал вдохновенно вещать попаданец. – И тоже становишься самым крутым!

– Ты знаешь секрет пороха? – осведомился Айт.

Похоже, уничтожающий взгляд летал между ними, как мячик в теннисе, – пленник снова глядел на Айта презрительно:

– Какой порох? Я в экономическом техникуме учусь – на супервайзера деловых проектов!

– На мельника, чи шо? – пробормотал дядька Гнат и тут же пояснил: – Мельники – деловые очень. И со всякой нечистью знаются.

– Что ж не узнал? – не обращая внимания на комментарии, продолжал раскручивать разговор Айт. – Если в наш мир собирался.

Пленника проняло.

– Я не готовился – я рискнул! – выпалил он. – Как увидел, что они сверкающую дырку в воздухе делают и туда ящики передают, так и понял, что это проход в другой мир! И прыгнул! – и уже совсем мрачно добавил: – А мне сразу по башке – какой-то козел с рогами! – он растопырил пальцы, изображая рога.

«Уж не о старом ли знакомце-туре речь?» – прикинул Айт.

– Отметелили, а потом сами чуть не подрались, который козел с рогами и который другой козел, с пистолетом! Решали, откуда я про них узнал. И третьему козлу – без рогов, зато вот с такой мордой… – пленник продемонстрировал жестами вытянутую то ли козлиную, то ли собачью морду. – Меня сунули! Сказали, потом со мной разберутся. А он меня на такого летающего привязал, будто я мешок какой! А я не мешок!

– Помню-помню, ты не мешок, не лайдак, ты даже и не лох… – задумчиво кивнул Айт. Если «козел с рогами» – воин-тур, то «козел с пистолетом» наверняка тот самый козел с пистолетом, которого Тат зарубил! А ящики… Ящики, ящики…

– Ящики длинные? – отрывисто спросил Айт.

– Во! – пленник развел руки.

Айт критически оценил размах его рук. Если не искать точности до размеров чешуйки, в такие ящики вполне могла поместиться самонаводящаяся ракета. И даже если человек-Жорик к ввозу оружия не имеет отношения, все равно это след! Отчетливый, как от хвоста пьяного дракона!

– И где был проход в другой мир? Через который ящики таскали?

Жорик вдруг поглядел на Айта подозрительно:

– А чего я тебе должен докладывать?

Айт ответил прежде, чем Шен успел наподдать обнаглевшему человечку хвостом:

– Потому что так всегда бывает! Когда в другой мир попадаешь, тебя сперва метелят и привязывают всякие козлы, а потом приходит кто-то по-настоящему крутой… – Айт покосился на зачарованно уставившегося на него Жорика и злорадно закончил: – И вообще вынимает душу! – и в очередной раз посмотрел. Уже без всяких игр в презрение, а так, как глядел на нарушителей воли стихий, когда приходилось председательствовать в суде Владычице, да будет ее крыло над нами вечно!

Жорик, как раз собиравшийся что-то вякнуть, аккуратно закрыл рот и насупился:

– На стройке. Мы туда с пацанами вечером с бутылкой залезли, чтоб нас родаки или начальство не попалило…

Айт впервые оторвал взгляд от пленника и уставился на огненных змеев. Разноцветные от природы, сейчас все огненные были одинаково зеленые от стыда, будто не драконы, а жабы, и глядели в землю.

– А потом пацанам стало мало, и они ушли, а мне было много, и я прямо там и заснул, – продолжал Жорик.

– Ваш собрат по разуму… – продолжая изучать смущенных огненных, прокомментировал Айт. – Ну и что дальше было?

– Так проснулся и увидел! – досадливо продолжал пленник.

Глава 11 В ирий через забор

Сперва Жорик решил, что над ним прикололись. Он отлично все помнил! День был пятничный, а потому – веселый. Веселились кто как мог. Кому предки денег давали, завалились в клубешник, остальным пришлось выбирать эконом-вариант – дискотеку в родном техникуме. А там преподы бдят, чтобы ни-ни, ни глотка. Поэтому он с Валеркой и Коляном наладились с пузырем на торчащий неподалеку от техникума долгострой. Стройку эту начали древние люди, которые еще при советской власти жили. Сам Жорик, правда, говорил, что людей при советской власти древними называть нельзя, а Валерка возражал: как же нельзя, если про них в учебнике истории написано?

Так, за беседой о высоком, дружбаны пролезли в дырку в заборе и душевно устроились меж старыми арматуринами – сверху луна, вокруг кирпич, через забор завод, который вроде бы эту самую стройку строил-строил, не достроил. Там пузырь и усидели, после чего Жорик задремал.

– Вот ведь лох, с двух стаканов отключился! – сквозь сон слышал он смешки и чувствовал, как его толкают в бок, но открывать глаза было в лом.

Дружбаны еще чуть-чуть его поторкали, поржали, что вот, мол, давай, перенесем куда-нибудь, проснется – офигеет! А потом вроде и убрались, обсуждая какую-то бабку, у которой и посередь ночи можно прикупить еще.

Жорик проснулся. И первое, что подумал: дружбаны таки свой прикол осилили, перенесли, и не куда-нибудь, а в дорогущий ночной клуб, где светотехника крутая! Вокруг мерцал свет – разноцветные световые волны плавно скользили, будто поворачивался фонарь под потолком. Бледно-желтый сменялся розовым, тот – синим, вспыхивало зеленое свечение, таяло, утекая в молочную белизну, и снова наливалось золотом… Жорик зачарованно глядел на переливы света, пока в затуманенной то ли выпивкой, то ли восторгом голове не мелькнула здравая мысль – если бы у пацанов были деньги на клуб, они бы сами туда пошли, а не его для прикола тащили!

Тут же стало понятно, что свет скользит по ржавой арматуре, выхватывает из темноты брошенные строительные блоки, переползает на лотки с намертво застывшим цементом… Он лежал в укромном уголке за сложенными штабелем бетонными плитами – уходя, друганы не забыли заботливо прикрыть его белыми от строительной пыли мешками.

Он отбросил мешки и осторожно выглянул из-за плит. И увидел!

На расчищенном участке стройплощадки висело облако света. Хотя и облаком не назовешь, оно вовсе не было бесформенным, наоборот, четко очерченным, высоким и овальным, как старинное зеркало в потемкинском дворце, куда мать его в детстве на новогоднюю елку водила. Темнота вокруг яркого светового пятна казалась еще темнее, она шуршала, шевелилась, раздувалась, точно норовя извергнуть нечто ужасное… раздался душераздирающий скрежет… И двое работяг в замасленных спецовках выкатили из мрака скрипучую платформу с лежащими на ней длинными маркированными ящиками. Примерились… подхватили… Один из работяг просел под тяжестью груза, едва удержал…