Санька из Пряничного города (сборник)

Санька представила, как Колобок мокрый ходит. Не выдержала, и расхохоталась. И так она заразительно расхохоталась, что Колобок тоже не выдержал и расхохотался.

Вот стоят они вдвоем, хохочут. На их хохот остальные ребята подошли. Ничего не понимают, но тоже хохочут. А со смехом у Колобка вся злость выхохоталась.

– Слушай, Санька, а научишь меня так же метко пуляться, – просит Колобок.

– Запросто. Только уже не бомбочками, и не по людям.

– Ясное дело, эдак, с твоим прицелом весь двор мокрый ходить будет.

С тех пор Колобок со всеми дружить стал, и башни Санькины уже не разрушает.

Вверх тормашками

Папа вернулся из очередного рейса и рассказал интересный случай.

– Сегодня был шквалистый ветер и один кукурузник перевернуло. Теперь вот на крыше лежит. Завтра будем ставить на шасси.

Заинтересовало это Саньку, полночи заснуть не может. Вот бы посмотреть, как это, самолет к верху тормашками лежит? Утром рано проснулась, спать уже нет мочи. Вскочила, чаю попила, по трубе морзянкой постучала – это знак для Аленки и Андрюшки, чтобы на улицу выходили. И быстренько во двор спустилась. Вскоре и Андрюшка с Аленкой прибежали.

Что случилось?

А вот то и случилось!

– Ух, ты, вот бы посмотреть, – у Андрюшки глаза засветились.

– Так в чем дело, как в аэропорт ехать я уже знаю. Я там сто раз была. Сядем на троллейбус, и до конечной.

– Боязно как-то, – говорит Аленка, – меня бабушка не отпустит.

– Не бойся Аленка, я же с тобой буду, – это Андрюшка, как настоящий рыцарь сказал.

– А у бабушки мы отпрашиваться не будем.

Санька заговорщически подняла указательный палец вверх.

– Мы только туда и обратно. Одним глазком.

Добежали до остановки, в троллейбус сели. Сидят на задних сиденьях, радуются, ногами болтают.

Приключение!

– А как вы думаете, как будут самолет на шасси ставить? – это Андрюшка спрашивает.

– А там такие краны специальные. Самолетные.

Это Санька, конечно выдумывает. Но когда она выдумывает, она, почему-то сама потом в это верить начинает. И оттого ее выдумки очень правдоподобными получаются. И все верят.

– У этих самолетных кранов самые высокие… как их… ну, башни. И самые мощные тросы. И все у них там на кнопочках. Нажимают на кнопочку – клац – и из крана трос выезжает и сам за самолет пристегивается. Потом опять – клац – и трос натягивается и самолет поднимает.

Аленка с Андрюшкой слушают, рты раскрыли. Очень уж все это интересно.

– А потом, самый главный командир, самых сильных летчиков вызывает, и они уже самолет на шасси ставят. И мой папа тоже будет ставить.

– А твой папа билетики вам купил? – вдруг слышат они строгий голос.

Тетенька-контролер стоит над ними, возвышается, и грозно компостером помахивает.

Санька глаза расширила, ресницами захлопала. Надо же такому случиться – совсем забыла, что надо билеты на троллейбус покупать.

– Ну что «зайцы», на следующей остановке в милицию вас отведу. Будете знать, как без билетов ездить. И вдруг они слышать:

– Не надо в милицию. Это мои дети, а вот и билеты. Будьте добры!

Смотрит Санька, а это папин друг, дядя Петя, тоже летчик. И Саньку он очень хорошо знает, и вообще, они с дядей Петей друзья.

Стоит дядя Петя за контролершей, ребятам подмигивает. Контролерша билетики пробила и ушла. А дядя Петя спрашивает:

– Ну, и что мне с вами делать – детский сад?

– А мы не «детский сад», мы уже в школу ходим, – говорит Аленка.

– В школу ходите, а ведете себя, как малые дети.

Дядя Петя вообще-то добрый. Он долго сердиться не умеет. Санька об этом знает.

– Дядя Петя, ну очень хочется посмотреть, как самолет на шасси буду ставить.

– Вот оно что! Ну, что же, сделаю я вам экскурсию, но потом, Санька, чтобы непременно во всем папе призналась.

Санька губы поджала, глазами заморгала. Эх, папа накажет, это точно. Он вообще-то не наказывальщик, он ее любит, но за такое накажет. А ребята локтями с двух сторон толкают – соглашайся, мол, такое дело нельзя пропускать.

Согласилась Санька.

В аэропорту дядя Петя подвел их к панорамному окну и строго настрого сказал:

– Отсюда смотрите, и чтобы ни шагу из здания!

Далековато, конечно, но ничего не поделаешь. Самолет, вон он, на краю летного поля вверх тормашками лежит. Вокруг люди, техника. Санька даже папу разглядела. Долго самолет обвязывали, крепили. А потом и краном и руками на шасси ставили. И поставили, наконец.

– А где же специальный самолетный кран? – спрашивает Андрюшка, – я только обыкновенный заметил.

А Санька стоит, не отвечает. Она даже уже не думает о том, что папе признаваться во всем придется. И не боится уже совсем. Она о другом думает. О том, какая же это все-таки сложная, но интересная профессия – летчиком быть. Здорово, что ее папа летчик.

Глава 2.Санькины каникулы

Хатный дух в кастрюле

Однажды папа отвез Саньку в село к бабушке. И такая жизнь началась! В первый же день за Санькой уже бегала вся ребятня, начиная от голопузого Петьки и заканчивая долговязой Иринкой.

Во-первых… Во-первых, обследовали лесок за сельским клубом. Там висели такие качели, которых Саньке в жизни не доводилось видеть. Длинные-предлинные веревки свисали, чуть ли не с самых верхушек сосен. Вот это размах! На таких качелях можно и в космос. Особенно, когда звезды и луна.

Во-вторых, померили глубину местного пруда, и попытались пересчитать раков. Но тех было так много, да еще они норовили ухватить клешней, кого за палец, кого за нос. В общем, раков пересчитать не удалось. Глубиной пруда остались все, довольны.

Сидит ребятня, и ни у кого ничего больше в голову не идет. Вроде Саньке все самое интересное показали. Заскучали. Затылки почесывают, а кто-то даже домой собрался.

– Да не может быть, чтобы у вас больше ничего интересного не было, – говорит Санька, в надежде оживить друзей.

– А что у нас в селе может быть? Это у вас, в городе. Вот там много чего, – жалуется долговязая Иринка.

– Вот в городе-то, как раз и скучно, – заявляет Санька, – а вот у вас… у вас…

Она задумывается и строит хитрую физиономию.

– У вас заброшенные хаты есть! Вот!

– Ну и что? чего в них интересного, кроме битых горшков?

– Как это? – удивляется Санька, – а… Хатные духи?

Честно говоря, это она только что про Духов придумала, и название дала. А что это за духи, и откуда они берутся, она и сама не знала. Но раз уж сказала – гоп…

Глаза ребятни засветились, лица оживились.

– А они страшные, эти Хатные духи? – тихо, с опаской спрашивает голопузый Петька.

– Ну…, – Санька усердно включает фантазию, – как тебе сказать. Это, смотря с кем. Если вот, например, с взрослыми, то они страшные. А с детьми…, ну, не то чтобы страшные. Ну, они просто шутливые.

– А давайте Хатных духов встречать? – предложил кто-то.

– Ну, это надо…, – Санькина фантазия распустила крылья, – Это надо в полночь. И чтобы у каждого, с собой… кастрюля была и… половник. Вот!

– А зачем?

– А потом и узнаете.

Не придумала пока Санька, зачем кастрюли с половниками. Решила подумать об этом до вечера.

– Встречаемся в половине двенадцатого у заброшенной хаты, – таинственно произнесла она и побежала домой.

Ровно в половине двенадцатого команда подтянулась к одной заброшенной хате. Даже голопузый Петька, пришел, не побоялся. И принес с собой кастрюлю таких размеров, что в ней сам и поместится.

Продрались друзья сквозь заросли крапивы. Сердца стучат, глаза горят. И страшно и весело одновременно.

– Ну, и где, Санька, эти твои Духи?

– Сначала надо ловушку соорудить, – Санька решила фантазировать на ходу.

Рядом с яблоней нашлась старая веревка. Это как раз то, что надо для ловушки на Духов.

Привязала Санька веревку к двум деревцам. Низенько над землей. И половники на нее поразвесила.

– А теперь вы свои кастрюли ставьте, – говорит, – да так, чтобы у каждого половника, по кастрюле стояло.

Поняли ребята, как ловушку устраивать, кастрюли расставили, как Санька сказала. Только Петька голопузый свою вверх дном поставил. Кастрюля большая, а он маленький – не справился.

И только он кастрюлю поставил, как, чувствует, кто-то в ней о стенки забился.

Бом-м-м-м-м! Бом-м-м! Бом-м-м!

А кругом темнота, даже луны не видно. Да еще ветер поднялся, деревьями зашевелил. Жутко как-то сделалось. Ветер все сильнее деревья колышет, того и гляди гроза начнется.

– Хатные духи! – закричал голопузый Петька.

– Хатные духи! – закричала Санька.

Ребятня, не разбирая дороги, сталкиваясь и спотыкаясь, кинулась в рассыпную сквозь крапиву и кусты.

Санька за три секунды до бабушкиного дома добежала. Сердце колотится, в ушах стучит.

– Ну, их, этих Хатных духов, больше ни в жизнь туда не пойду. Вот только кастрюля… и половник. Что бабушка завтра скажет?

А на утро…

Саньку отругали, конечно. Не очень сильно, но все же. Кастрюля-то бабушке нужна, в чем же борщ варить? да и половник, он в хозяйстве важная вещь. В общем, волей не волей, а за кастрюлей возвращаться надо.

Бредет Санька улицею нехотя. Ну, очень уж к той хате подходить не хочется. Даже днем, когда солнце светит. Кто его знает, может эти самые Хатные духи и днем проказничают.

Подошла к кустам крапивы, а тут из-за угла вся ребятня подтянулась. Стоят, носы повесили, жалуются. Кого в угол ставили, кого ремнем угостили. И всем строго-настрого наказали кастрюли разыскать и по домам вернуть.

Вместе не так уже страшно к заброшенной хате подходить. Набрались храбрости, и пробрались сквозь кусты.

Подошли к кастрюлям, а Петькина, как подпрыгнет.

– Вот он, Хатный дух. Попался, – прошептала Санька.

Кто потрусливее, со своими кастрюлями стрекача дал. Остались только Санька, Иринка и Петька. Никак ему без кастрюли домой нельзя.

Делать нечего. Хочешь, не хочешь, а надо Петьке помочь. Набралась Санька храбрости, подошла к кастрюле и осторожно приподняла с одного конца.

Тяф!

Раздалось из-под кастрюли.

Тяф! Тяф!

Откинула Санька кастрюлю, а под ней барбос соседский. Сидит, хвостом виновато повиливает, радуется, что его из ловушки вызволили.