Охота Снежной королевы

— Обществу, Алиса! — Криш моментально стал серьезным. — Вот, к примеру, наша последняя встреча. Да, погибли хорошие люди, но это не наша вина. Зато теперь в мире никогда больше не будет той мерзости, что творил профессор Ланской. А вот отец Олега теперь сможет заниматься своими изысканиями на вполне законных основаниях и не быть стесненным финансово. Место под клинику уже подобрали, и меценат назначен. — Криш повернулся к Олегу и снова пристально посмотрел ему в глаза. — Только ты об этом не слышал, понял? Там проблем больше, чем радостей, без тебя справятся…

Олег кивнул. Описываемый орден пока что не вызывал ни доверия, ни энтузиазма. Легко ссылаться на всеобщее благо и к тому же ни к чему не обязывает.

Тем временем Криш продолжал:

— Все члены ордена связаны кодексом чести, обязаны во всем помогать друг другу и, кстати, потенциальным членам Круга тоже. Мы не всегда сходимся во мнениях, целях и задачах в каждый конкретный период, в средствах избавления от проблем. Члены Круга не обязаны любить друг друга, но уважать и приходить друг другу на помощь обязаны. От членов Circulus Initiat требуется твердо помнить одно — наша истинная сила проявляется только тогда, когда мы вместе! И цели у ордена уже давно сместились от поиска, укрывания и воспитания людей с необычными способностями в сторону решения глобальных мировых проблем. Нас не столь много, чтобы мы могли одним движением пальца менять мировую политику, но сил у нас достаточно, чтобы точечными ударами направлять ее туда, куда нам надо на текущий момент. Вот вкратце кто я такой и кого представляю. А теперь я слушаю ваши вопросы, которые вам, как вижу, не терпится задать.

— Вот, пожалуйста, первый вопрос, — Олег придвинулся чуть ближе к столу. — С чего мы должны вам доверять?

— Что вы, вы никому ничего не должны, — Криш развел руками. — Но поговори со своим отцом, он уже слышал о нашей организации. К тому же, мы действовали на одной стороне, или мне кажется?

— Это еще ни о чем не говорит, — буркнул Волков. — Ты ведь не просто так сюда пришел. Наверняка мы тебе для чего-то нужны.

Алиса бросила на него возмущенный взгляд. Но Олегу и без того было понятно, что Панова целиком на стороне синеглазого красавчика. Кстати, возможно, он использует специальные методики — вот и нравится всем существам женского пола от мала до велика.

— Конечно, нужны, — синеглазый обезоруживающе улыбнулся, — вы очень необычные и талантливые. Не хотелось бы, чтобы такие способности пропадали зря. К тому же, если распоряжаться ими не умеючи, можно принести очень много вреда, а иногда такие люди становятся опасными для общества.

— То есть, — Олег наклонился над столом, — мы потенциально опасны, и ваш… орден желает взять под контроль наши способности. А у нас есть выбор? Или у тебя там, под пиджаком, пистолет и есть полномочия ликвидировать нас в случае несогласия как потенциально опасных?

Криш засмеялся. Он встал, снял пиджак, продемонстрировав под тонкой, почти прозрачной рубашкой великолепную подтянутую фигуру.

— Вот видишь, пистолета нет. Или рубашку тоже снять?

— Обойдемся как-нибудь, — буркнул Волков, чувствуя, что проигрывает.

— Повторю, у вас нет пока оснований доверять мне и организации, которую я представляю, но очень надеюсь, со временем это изменится, — Криш снова развалился в кресле. — И никто ни к чему принуждать вас не собирается. Мы просто поговорим, а решение останется за вами.

* * *

В мозгу царила полная неразбериха. Алисе казалось, что голова похожа на стеклянный шарик, который встряхнешь, и там кружатся блестки. Такой растерянной и запутавшейся она не чувствовала себя еще никогда.

Сердце замирало, когда девушка вспоминала о том, как танцевала с Кришем, как легко и уверенно он вел ее в танце, как его дыхание щекотало кожу у виска, как магнетически сияли его глаза… Но, с другой стороны, при виде Олега в паре с Ольгой ее охватил такой гнев, словно посягнули на что-то глубоко личное и ценное. Даже удовольствие от общества Криша разом померкло, захотелось немедленно оттащить подругу от Олега, увести ее подальше… Это было ужасно! Алиса вполне отдавала себе отчет в том, что подобные чувства дурны и недопустимы. Она понимала все это прекрасно и тем не менее продолжала их испытывать!

Прав был отец: она — настоящее чудовище. Нормальные девушки ничего подобного не чувствуют. Они осознают, кто им нравится, не мечутся между парнями, не влюбляются в кого попало и вообще держат свои эмоции под контролем. Алиса полностью была согласна с сентенцией, утверждающей, что человек — хозяин своих чувств, а вовсе не наоборот. Однако на деле выходило по-другому. От этого хотелось плакать, но ведь слезами проблему не решить…

От переживаний по поводу собственного несовершенства ее отвлекло воцарившееся молчание. Оба — и Криш, и Олег — смотрели на нее. Щеки тут же заалели.

О чем шел разговор? Ах да, о секретном ордене и возможности какого-то сотрудничества. Это, конечно, более важно, чем ее неуместные мысли о чувствах. (Вот-вот, нормальная девушка думала бы о деле, а не разрывалась между двумя молодыми людьми, ни один из которых, заметим, явным образом не проявил свои чувства к ней и, вполне вероятно, их вовсе не испытывает.)

— Эээ… — начала Алиса, понимая, что нужно что-то сказать. — А как вы вообще нас нашли? Как вы догадались, что у меня есть… способности?

Вопрос был задан фактически случайно, но очевидно, вполне вписался в контекст разговора, а Криш давно ожидал чего-то подобного.

— Хождение по снам — не такая уж и редкость, — сказал он, положив ногу на ногу. — Ацтеки, майя, бурятские шаманы и индейцы Северной Америки изменяют сознание различными способами и ходят по снам беспрепятственно. Правда, делать это так, как получается у тебя, Алиса, умеют немногие. Это особый талант.

— Но у тебя он тоже есть? — по-деловому уточнил Олег.

— Есть, — легко согласился Криш.

— А что еще ты умеешь?

Алиса почувствовала благодарность к Олегу, взявшему нить разговора в свои руки. Теперь у нее есть немного времени, чтобы прийти в себя и направить мысли в нужно русло.

— Начну с главного, — Криш взял ручку и нарисовал на листке бумаги круг, заштриховав небольшую его часть. — Это мозг человека. Заштрихованная область — та доля, которая задействуется в обыденной жизни у обычного человека. Но есть люди, которые могут использовать гораздо больше ресурсов, — он решительно заштриховал более половины круга. — Такой мозг открыт для обучения, и я этим постоянно пользуюсь. Впервые я обнаружил в себе способности к телепатии в самом юном возрасте, практически в младенчестве, — он внимательно оглядел обоих слушателей. — И ничего удивительного. Любой младенец — сильнейший телепат, правда, телепатия у него очень выборочно направленная. Малыш может из другого конца дома почувствовать, что мать занозила палец, и тут же расплакаться от огорчения. В дальнейшем, по мере взросления, эта способность у детей теряется, а вот у меня она осталась. В школе я считался гением, но честно говоря, практически незаслуженно, поскольку не имел проблем с запоминанием информации, а при нужде мог просто брать ее из головы спрашивающего. И вот однажды ко мне пришел человек. Священник. В месте, где я жил в то время, священники до сих пор играют важную роль. Он рассказал мне об инициатах и помог понять собственную природу.

— И ты сразу ему поверил? — перебил Криша Олег.

— Сразу, — Криш кивнул. — Этот человек знал обо мне все. Он стал моим учителем и проводником. Я знал, что мои способности требуют реализации, и стал использовать их для самообучения. Я впитывал умения других людей, которые жили рядом со мной. Это было так легко, что возникало впечатление, будто я просто вспоминал то, что знал когда-то. Мой мозг словно выпустили на свободу, и сейчас я могу управлять им почти на сто процентов.

— Поучительная история, — хмыкнул Олег. — И теперь ты протягиваешь нам руку помощи и готов взять под свое крылышко? Весьма любезно! Просто спал и видел, как дядьки в черных балахонах, обозвавшие себя выпендрежно и взявшие на себя большие функции, начнут указывать мне, как думать, что делать и как жить! Мечта всей моей жизни!

— Олег! — Алиса укоризненно взглянула на Волкова: и как он может обижать Криша недоверием — разве тот не приходил к ним на помощь, разве он предлагает что-то плохое? Напротив, он дает такие потрясающие возможности, которые вряд ли представятся им еще раз!

Но сам Криш неожиданно поддержал Олега.

— Олег прав, задавая эти вопросы и сомневаясь во всем, — сказал молодой человек серьезно. — Никто не имеет права так сильно вмешиваться в человеческую жизнь. Мы не насаждаем свои взгляды и не диктуем, что делать. Мы только даем возможности развиваться в нужном направлении. Уникальные возможности. Конечно, до чего-то вы можете дойти и сами, без нас. Но зачем, когда есть те, кто покажет более легкий путь, позволит сэкономить усилия и время, чтобы не допустить критических ошибок, которые свойственны новичкам? Воспринимайте нашу организацию как вуз, только более широкой направленности. В обычном вузе вам дают определенные знания, мы помогаем открыть запоры и самим выбирать свой путь. Кстати, — он повернулся к Олегу, — попробуй-ка найти меня в Сети и связаться со мной посредством электронной почты.

— Ну, это несложно, — Волков шагнул к ближайшему компьютеру, но Криш покачал головой:

— В том-то и дело, чтобы ты не подходил к компьютеру ближе чем на полметра.

— Это что, шутка? — Олег хмуро уставился на парня.

Но Алиса, уже видевшая проявление способностей друга, которые весьма выручили их, когда ребята оказались заперты в лаборатории профессора Ланского, сочла задание вполне уместным.

— Я не стал бы давать заведомо невыполнимых заданий, — улыбнулся их молодой наставник. — У меня нет ни времени, ни желания шутить. Впрочем… — в синих глазах появились искорки, — Олег, если тебе слабо, я дам тебе свою визитку с адресом электронной почты.

Олег побледнел. И промолчал, явно приложив к этому усилия. Наверняка у него было что сказать на подобную провокацию. Но вместо этого он сосредоточился и закрыл глаза.

Алиса с интересом наблюдала за другом. Казалось, что Олег делает какую-то тяжелую работу. Вены на его висках набухли, а на переносице появилась упрямая складка. Минуты три ничего не происходило, и девушка уже почувствовала разочарование. Неужели Волков не справится?.. Но тут из кармана брошенного на стол пиджака Криша раздалось пиканье мобильного.

Молодой человек вынул телефон и, кинув взгляд на экран, хитро посмотрел на Олега.

— Ну вот, а говорил, что шутка!

Волков вытер лоб ладонью и откинулся на спинку кресла.

— Тяжело, — подтвердил Криш. — Особенно поначалу. Но если способности развивать, с каждым разом тебе будет все легче и легче. Ты не согласен?

Волков промолчал.

— А я? Что со мной? — спросила Алиса с беспокойством.

Криш взглянул на нее как-то особенно тепло.

— Мне легче помочь тебе, чем Олегу, — сказал он мягко. — Талант Олега вызывает у меня уважение, но понятен не до конца, а вот с тобой у нас похожие способности. Я знаю, что ты на верном пути. Но лучше пока поменьше возись с малышней в их снах. Ищи что-нибудь необычное. Зачастую людей с особыми способностями помогают выявить именно сны. Люди рассказывают их, нужно только уметь слушать и правильно интерпретировать. А у тебя есть возможность видеть эти сны напрямую, и таким талантом грех не воспользоваться.

Странно, после этих слов Алисе тут же вспомнился сон про танцующую среди снегопада девочку.

— Ты уже видела что-то странное, — Криш сказал эти слова без вопросительной интонации, и Алисе оставалось только кивнуть.

— Да… Наверное, я сама еще не поняла, — призналась она. — И погоди, — девушка привстала со своего места. — А как Квазимодо? Мы сможем его увидеть?

— Конечно, — синеглазый улыбнулся. — У мальчика потрясающие способности. Мы думаем перевезти его в Швейцарию, в наш главный офис, но пока он в Москве и не уедет, не попрощавшись с вами. Вы обязательно с ним увидитесь. А пока… — Криш оглянулся на Олега, — у вас есть время всё обдумать. Сегодня я вывалил на вас слишком много информации.

— Как-нибудь переварим, — ответил Волков и поднялся с кресла. — Бал окончен? Можно расходиться?

Он все еще был бледен, и, кажется, его немного покачивало.

— Бал окончен, — подтвердил Криш. — Извините, что отнял у вас возможность вдоволь потанцевать.

— Обойдемся, — Олег, не оглядываясь, направился к двери, и Алиса последовала за ним.

Проходя через холл, девушка заметила в углу какую-то тряпку. Нагнувшись за ней машинально, она узнала шелковый шейный платок Олега и зачем-то, вместо того чтобы вернуть, сунула в сумочку.

* * *

— Как прошел бал? — мама встретила ее в коридоре, выйдя на скрип двери. Похоже, она с нетерпением ожидала возвращения дочери и волновалась больше самой Алисы.

Что тут ответишь?.. Рассказать о танце с Кришем? Или о его невероятном предложении? А может, о том, как Олег отказался с ней танцевать, а сам танцевал с Олей? Невозможно. Пришлось скомкать в кармане одолженной у мамы шубки шейный платок Олега и отделаться дежурным: «Нормально». Что еще скажешь, когда всё так запутано?..

— Зря ты все-таки распустила прическу, — вздохнула мама, по-своему поняв ответ.

Алиса грустно улыбнулась. Пускай мама считает, что дочь не имела успеха и простояла весь вечер в углу — зато, опасаясь расстроить, не будет приставать с расспросами, и не придется ничего объяснять.

Кошка Маркиза, сохраняя собственное достоинство и выгнув хвост трубой, осторожно обнюхала руки хозяйки и посмотрела недоверчиво. Алиса не раз замечала, что любимица иногда понимает ее лучше, чем мама, на каком-то глубоком интуитивном уровне. У кошек особое восприятие действительности, поэтому они часто замечают больше, чем люди.

— Есть будешь? — спросила мама, помня о святой родительской обязанности: что бы ни случилось, хоть потоп, главное — чтобы дитя было накормлено.

— Нет, спасибо. Я лучше пойду к себе.

Алиса, сопровождаемая гордо вышагивающей Маркизой, прошла в комнату, закрыла дверь и опустилась на кровать. После этого бала все еще больше запуталось.

Но почему Олег не пригласил ее на танец? Может, если бы это произошло, Алисе оказалось бы легче разобраться в своих эмоциях. Она машинально погладила подвернувшуюся под руку кошку, и Маркиза громко заурчала, переключая на себя внимание хозяйки.

«Я здесь, я люблю тебя, ты для меня — главное, и что тут непонятного?» — словно спрашивала кошка.

— Ты права, — ответила ей девушка. — Пусть все будет как будет, нечего изводить себя бесполезными метаниями…

Она позволила кошке запрыгнуть к себе на колени и с наслаждением погрузила пальцы в мягкую шерсть.

— А знаешь, что мы с тобой сейчас сделаем, — шепнула Алиса любимице в розовое ушко. — Мы отправимся в мир снов и найдем ту снежную девочку. Криш сказал, что нужно искать во снах необычное. Ничего более необычного, чем она, я еще не видела.

Кошка мерно мурчала, и под этот привычный, успокаивающий звук девушка закрыла глаза и легко нырнула в сон.

Оказавшись перед серой пеленой снов, Алиса без колебаний пошла по знакомому пути. Она искала круговерть снежинок, пляску пурги, серебряный иней на странных папках с таинственными символами и замороженных людей. Но ничего этого не было.

— Э-э-эй! — позвала девушка, и ее голос разнесся в пространстве, отозвался где-то далеко гулким эхом. Но никто не откликнулся.

Когда мама через полчаса заглянула в комнату, девушка и кошка мирно спали рядышком. Причем Алиса даже не сняла свое бальное платье.

Глядя на них, мама покачала головой, но не стала будить дочь — только заботливо прикрыла ее пледом. В комнате, несмотря на работающую во всю мощь батарею, было холодно, а за окном разыгралась настоящая метель.

— Какая ужасная погода… — покачала головой женщина, ежась от холода и тоскливого воя ветра. — Хорошо, что Алиса успела вернуться, нелегко сейчас тем, кто оказался на улице…

Глава 4

Ледяное прикосновение

Проводив Алису, Олег не стал торопиться домой, а медленно двинулся по дорожке. Снегопад прекратился, и улицы, засыпанные свежим легким снегом, казались волшебными в свете фонарей. Всего пара шагов от оживленной трассы — а кажется, будто попал в сказочный лес. Проходя под нависшей над тропинкой веткой, Олег задел ее рукой, и на него обрушился целый водопад сверкающих искр. Этот импровизированный снежный душ смыл все неприятности и тревоги сегодняшнего вечера, а на сердце неожиданно стало легко.

Олег засмеялся и, зажав под мышкой трость, побежал под деревьями, подпрыгивая, чтобы дотянуться до веток, и обрушивая на себя новые и новые снежные водопады, не обращая внимания на то, что снег сыплется за шиворот, набивается в ботинки. Слева, по темному небу, бежала луна, то и дело ныряя в тучи. Казалось, она ему подмигивает.

— Ну что, наперегонки? — предложил ей Волков и тоже подмигнул.

Он остановился на пустыре. Запыхавшийся, но довольный прекрасной пробежкой. Проигравшая луна снова спряталась за тучами, должно быть, переживая поражение. Зато ветер набирал силу, вздымая в воздух снег, закручивая его серебряными воронками. Ветер крепчал с каждой секундой, и Олег понял, что пора бы возвращаться домой. Он огляделся, но из-за начинающейся метели знакомый пейзаж изменился. Парень не мог узнать известные с детства места. Ситуация осложнилась тем, что фонари вдруг мигнули и погасли, видимо, где-то неподалеку оборвались под грузом снега провода.

Волков пошел в сторону, где должен был находиться дом, однако непонятным образом сделал крюк и снова очутился на пустыре. Ветер леденил лицо, залеплял глаза и рот колючим снегом.

«Что за ерунда?» — удивился Олег и пошел в другую сторону, продираясь через метель уже с трудом. Ветер едва ли не сбивал с ног, и трость оказалась сейчас как нельзя более уместна.

Он шел долго и, по расчетам, должен был выйти если не к своему дому, то хотя бы назад, к школе, однако впереди по-прежнему была лишь белая непроницаемая завеса метели. Мысль о том, что он, кажется, заблудился, искренне удивила Олега. Он знал за собой способность всегда выбирать верное направление, в него словно был встроен навигатор, но почему же сегодня он дал сбой? Да и как вообще можно заблудиться в двух шагах от собственного дома, в районе, изученном с самого детства едва ли не до последнего камешка на дороге?

Невероятно! Волков остановился и попытался сосредоточиться. Все его чувства говорили о том, что он идет правильно, дом должен находиться совсем рядом, и в то же время никакого дома не было. Создавалось ощущение, что по воле неведомых сил Олег перенесся в какое-то странное место и теперь, возможно, никогда не найдет обратную дорогу, так и замерзнет здесь, в метели. Ему стало по-настоящему жутко. Единственной успокаивающей мыслью была та, что Алиса, к счастью, благополучно добралась к себе и теперь находится в тепле и безопасности.

Ветер свирепствовал. Идти стало окончательно невозможно, и Олег остановился, стараясь теперь лишь повернуться так, чтобы сохранить хоть каплю тепла, хоть немного уберечь лицо от обжигающе ледяного ветра, но и это не удавалось. Ветер, казалось, дул сразу со всех сторон, наметая вокруг плотную снежную корку.

Вскоре Олег превратился в сугроб, и сразу стало и спокойнее, и тише. Стало даже теплее. Уже не хотелось никуда идти, голова отяжелела, мысли сделались вялыми и словно чужими. Где-то в глубине души он понимал, что замерзает, но это уже совершенно не волновало Олега.

И тут до его ушей донесся странный звук. Сначала едва слышная, диковинная переливчатая мелодия становилась все громче и громче. В ней был танец летящих снежинок, позвякивающие хрустальные сосульки и бесконечные снежные степи, в которых властвует лишь не знающий границ ветер. Это была самая необычная, пугающая своей нездешностью и в то же время манящая песнь, которую Олег слышал. Он даже различил слова:

Моя тихая песня ветром,

Ветром северным в сердце стучится.

Одеяло мне поправляет

Белоснежно-седая волчица.

Проведет языком шершавым

По моим опустевшим глазницам,

А вокруг — только снег и вьюга…

Или мне это только снится…

Певучий звон все нарастал и нарастал.

Волков с трудом поднес онемевшую руку к лицу и потер глаза, счищая налипший толстой ледяной коркой снег.