Помоги проекту - поделись книгой:
А вполне сравнимым по мощности и бронированию с «Тигром» оказался тяжелый танк КВ.
Экипаж 4 чел.
Боевой вес… 28,5 т
Вооружение: 2 пулемета 7,62 мм, пушка 76 мм
Толщина брони… 45–52 мм
Двигатель дизель… 500 л.с.
Максимальная скорость… 55 км/ч
Экипаж… 5 чел.
Боевой вес… 45,5 т
Вооружение: пулемет 7,92 мм, пушка 75 мм
Броня… 80 — 110 мм
Двигатель… бензиновый, 700 л.с.
Максимальная скорость… 46 км/ч
Экипаж… 4 чел.
Боевой вес… 47,5 т
Вооружение: 2 пулемета 7,62 мм; пушка 76,2 мм
Броня… 75 — 100 мм
Двигатель дизель… 600 л.с.
Максимальная скорость… 35 км/ч
Экипаж… 5 чел.
Боевой вес… 60 т
Вооружение: пулемет 7,92 мм; пушка 88 мм
Броня… 100 мм
Двигатель… бензиновый, 650 л.с.
Максимальная скорость… 40 км/ч
Помимо Т-34 в ходе военных действий, например, на знаменитой Курской дуге эффективным оружием против танков показал себя и самолет-штурмовик Ил-2.
Ил-2 был предназначен для полета на самых малых высотах. Надежная броня — не случайно иногда этот самолет называли «летающим танком» — защищала его от пуль и осколков снарядов, что позволяло точно сбрасывать бомбы с высот до 50 м.
Вооружение Ил-2 отличалось разнообразием. Чаще всего это были две пушки ВЯ калибром 23 мм, два 12,5-мм пулемета ШКАС, а также противотанковые авиабомбы ПТАБ-2,5 в количестве до 200 шт. К этому добавлялись реактивные снаряды РС-82 — 8 шт. или РС-132 — 4 шт. По своему действию они были сравнимы со снарядами тяжелой артиллерии.
Неоднократные попытки немцев создать аналогичный самолет-штурмовик так и не увенчались успехом. А потому они были вынуждены использовать для штурмовок пикирующий бомбардировщик «Юнкерс-87», также способный бросать бомбы и вести огонь по наземным целям с высокой точностью.
Основной способ действия этого самолета заключался в бомбометании с пикирования — крутого, порой вертикального снижения с большой скоростью. При этом удавалось приблизиться к цели на расстояние 100–150 м и бросить бомбу с точностью до нескольких метров.
Пикирующие бомбардировщики нанесли нам значительный урон в начале войны. Однако в битве под Курском наши истребители настолько эффективно сбивали «Юнкерсы», что их применение над полем боя оказалось практически невозможно.
Экипаж… 2 чел.
Взлетный вес… 5870 кг
Вооружение: 2 пушки калибра 23 мм, 2 пулемета калибра 12,5 мм, авиабомбы ПТАБ-2,5 — 200 шт., реактивные снаряды РС-82 — 8 шт., РС-132 — 4 шт.
Максимальная скорость… 412 км/ч
Экипаж… 2 чел.
Взлетный вес… 5870 кг
Вооружение: 2 пушки калибра 20 мм, 2 пушки калибра 37 мм, пулемет 7,9 мм для защиты хвоста, авиабомбы общим весом до 500 кг
Максимальная скорость в горизонтальном полете… 480 км/ч
Скорость при пикировании… до 700 км/ч
Выше вы прочли лишь о некоторых образцах вооружения противоборствующих армий в годы Великой Отечественной войны. Все перечислить в журнальной публикации невозможно — для этого нужен солидный том в сотни страниц.
Но о некоторых оригинальных разработках наших специалистов мы все-таки еще вспомним.
Когда в первые дни войны выяснилось, что для противодействия танкам у наших бойцов даже гранат не хватает, в ход пошли бутылки с бензином, а потом и «коктейлем Молотова» — самовозгорающейся смесью, состав которой наши химики изобрели в считаные дни. Еще несколько недель понадобилось для налаживания массового производства.
Множество неприятностей танкам противника доставили и небольшие, весившие всего по 2,5 кг, кумулятивные авиабомбы, прожигавшие броню толщиною 70 мм. Этого оказалось достаточно для уничтожения любых танков противника, поскольку их броня сверху оказалась очень тонкой. За время битвы под Курском было израсходовано более полумиллиона таких бомб.
Причем, заметьте, их использовали на поле боя, а не для сбрасывания на крыши мирных домов, как немецкие зажигательные бомбы.
И уж конечно, многие фронтовики с признательностью вспоминают знаменитый гвардейский миномет «катюша». Впервые наша армия применила реактивные снаряды-ракеты 14 июля 1941 года по скоплению вражеских войск в районе железнодорожного узла Орша. Батарея ракетных установок БМ-13 под командованием капитана И.А.Флерова за несколько секунд выпустила по врагу 112 ракет М-13. По своему действию каждая из них была равноценна снаряду тяжелой 122-мм пушки. Железнодорожный узел был полностью уничтожен. Причем это сделали всего лишь семь боевых машин, которые после залпа тут же сменили боевую позицию.
Немцы попытались противопоставить «катюшам» шестиствольные прицепные установки (ракетные минометы и мортиры) «Небельверер-41» и др. для пуска ракетных снарядов калибром от 150 до 320 мм. Однако по своей боевой эффективности они так и не смогли сравняться с нашей «катюшей».
И все-таки войну выиграло не само оружие, а люди, его создавшие и им воевавшие. Дорого далась нашему народу эта победа. Число потерь с нашей стороны по самым скромным подсчетам втрое превышает потери противника. Но эти люди отдали свои жизни не зря. Будем же помнить о них: «Никто не забыт и ничто не забыто»…
РАССКАЖИТЕ, ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО…
Так полетим ли на «ядре»?
В одной очень старой книге прочитал, что в СССР будет создана ядерная авиация. Где же она? Собираются ли строить самолеты с атомными реакторами в наши дни?
Сергей Караваев,
г, Самара
— В 50-е годы XX века идея мирного использования атомной энергии была очень модной, — рассказывал мне бывший инженер-конструктор Павел Карпович Гонин. — Многим казалось: еще чуть-чуть и электроэнергию мы будем получать исключительно на атомных электростанциях, по морям-океанам поплывут атомные корабли, в небо поднимутся атомные самолеты и дирижабли. И даже по земле мы станем ездить на вездеходах, приводимых в движение энергией ядерного реактора…
Сбылось из тех мечтаний относительно немногое. Атомные электростанции действительно построены и работают, но их значительно меньше, чем предполагалось. По морям плавают несколько атомных ледоколов, да в океанских глубинах перемещаются атомные субмарины с ракетами на борту. А вот атомных самолетов, а тем более автомобилей что-то не видно. Почему? Павел Карпович в ответ на этот вопрос рассказал вот какую историю.
В 1959 году пермский конструктор Н.М.Цыпурин потихоньку стал приглашать коллег к участию в некоем суперсекретном проекте. И через некоторое время из Перми в столичный НИИ-1 прибыла группа молодых специалистов в составе В.Блинова, Т.Васиной, П.Гонина, В.Диканева и других. Перед ними была поставлена задача создания первого в СССР ядерного самолета.
Научным руководителем проекта был назначен М.В. Келдыш — будущий президент Академии наук СССР. Познакомившись с коллективом разработчиков, он вскоре понял, что энтузиазма молодым авиаконструкторам не занимать. Но неплохо было бы добавить к нему знаний по ядерной физике и соответствующим технологиям. Поэтому решено было действовать так: с утра разрабатывать проект, а вечером слушать лекции.
— Принципиальная схема двигателя оказалась не слишком сложной, — продолжал свой рассказ Гонин. — Его основу составляли тепловыделяющие элементы — ТВЭЛы, представляющие собой графито-урановые стержни, которые пронизаны капиллярами, изнутри покрытыми радиоактивными изотопами. Жидкое топливо, нагретое энергией радиоактивного распада, поступало в камеру сгорания, вспыхивало, и струя раскаленного газа создавала реактивную тягу.
Так все выглядело в теории. Однако на практике постоянно возникали разнообразные, порой очень сложные проблемы. Как сделать, чтобы графитовые ТВЭЛы выдерживали высокие давления? Как надежнее регулировать ядерный процесс? Как избежать аварийных ситуаций?..
Обсуждения и споры продолжались до поздней ночи. А утром — снова за работу. Так, ударными темпами, всего за несколько месяцев удалось создать первоначальный проект будущего самолета. И в назначенный срок он был представлен на «высший суд» авторитетнейших специалистов.
Совещание вел И.В. Курчатов. Присутствовали: С.П. Королев, В.П. Глушко, М.В. Келдыш, а также другие знатоки космической, авиационной и атомной техники. После доклада Цыпурина началось обсуждение разработки. Подчеркивались и сильные, и уязвимые стороны проекта. Но, в общем, его оценивали как весьма перспективный. Королев даже предположил, что в будущем подобные двигатели, установленные на ракете, позволят долететь до Луны и Марса.
Однако тут слово взял Курчатов. Худой, с болезненным, желтым лицом, он окинул зал пронзительным взглядом:
— Работа выполнена большая, грамотно и основательно. Пермяки молодцы. Однако есть одно «но»… Вы подумали о том, какова будет судьба населения, на головы которого падут радиоактивные выбросы двигателя?
Ответ руководителя группы, что, дескать, судя по расчетам, выбросы эти будут не такими уж значительными, Курчатова не удовлетворил.
— Ни грамма радиоактивных веществ в атмосферу! — категорично заявил он. — Иначе через пару десятилетий на планете нельзя будет жить…
И пояснил свою мысль так: «Представьте себе, что конструкция двигателя будет удачной. Тогда вслед за экспериментальным самолетом полетят другие. В мире начнется гонка ядерных моторов. А что делает радиация с человеком, я знаю на собственном печальном опыте…
Придумайте надежную систему защиты, иначе я не дам «добро» проекту».
На том и остановились…
Группа вернулась в Пермь. Работа над атомным авиадвигателем продолжалась. Теперь главным образом разрабатывались меры защиты, специальные замкнутые контуры, фильтры… Однако все это в комплексе получалось столь тяжелым, что сводило на нет все преимущества.
Вскоре, в 1960 году, умер Курчатов. А тогдашний руководитель СССР Н.С.Хрущев не поддержал идею развития стратегической авиации, на которую, в сущности, и был рассчитан проект. Группу в Перми расформировали; увесистые же тома отчетов оказались надолго замурованы в спецархивах.
1 —реактор; 2 —ядерный двигатель.
Так закрылась одна интересная и до недавнего времени совершенно секретная страница в истории отечественной авиационной техники. Возможно, это был первый в нашей стране инженерный проект, остановленный по соображениям экологической безопасности. Тем не менее, он не был забыт окончательно.
В Москве, в одном из отделов Российского научного центра «Курчатовский институт», стоит сравнительно небольшой — в полтора человеческих роста и в три обхвата — аппарат: физическая модель ядерного двигателя. Предполагалось, что примерно такой будет установлен на пилотируемом марсианском корабле.
По мнению одного из разработчиков аппарата, В.А. Павшука, только использование атомной энергии позволит совершить космический перелет продолжительностью 665 суток, пробыть в течение месяца на орбите искусственного спутника Марса и вернуться на Землю. Данная установка создаст реактивную тягу для преодоления силы земного притяжения и последующих маневров, а также обеспечит бортовые системы электрической и тепловой энергией.
Преимущества полета «на ядре»: максимальные мощности при минимальных размерах (в сравнении с установками других типов), наиболее компактное топливо — твердый раствор карбидов урана, ниобия, циркония. Наименьшая масса одного модуля: 50–70 т (предполагается использовать связку из 3–4 модулей). Общая масса пилотируемого комплекса порядка 1000 т. Его сборка будет производиться на околоземной орбите. Отсюда же он стартует в межпланетный полет. Тем самым исключаются любые вредные экологические влияния на биосферу.
Таковы перспективы космических разработок. Более того, в наши дни уже запущено несколько межпланетных исследовательских зондов с ядерными реакторами на борту. Ну а как дела обстоят с ядерными самолетами?
Оказывается, пермская разработка была не единственной. В декабре 1955 года наша разведка донесла: в США начались испытания перспективного стратегического бомбардировщика В-36 с ядерной силовой установкой на борту.
В противовес этому нашим правительством было тут же принято решение о доведении аналогичных работ до стадии испытаний и в СССР. И в марте 1956 года в ОКБ А.Н. Туполева начали работу по проектированию летающей атомной лаборатории на базе стратегического бомбардировщика Ту-95.
По словам непосредственного участника тех работ Д.А. Антонова, прежде всего специалисты хотели понять, можно ли создать достаточно эффективную и безопасную для экипажа конструкцию реактора. С этой целью в ОКБ были приглашены ведущие ученые-ядерщики того времени — Александров, Лейпунский, Пономарев-Степной и другие.
Поделиться книгой: