Покер - не для простофиль

— Нет, ничего не выйдет. Я не смогу этого сделать. Ведь они отлично знают, что я не ношу очки. Они «засекут» меня через каких-то пять минут. И что я им скажу в свое оправдание? У меня просто сдадут нервы. Наверное, я на самом деле простофиля.

«Святой» откинулся на спинку кресла, зажег сигарету и выпустил струйку дыма.

— Может, это удастся сделать человеку более опытному в таких делах? — спросил он. — Скажем, если вы представите меня своим дружкам…

Мерсер бросил на него недоумевающий взгляд, а темные глаза девушки вдруг озарились. Тонкие пальцы отважно впились в руку «Святого».

— Неужели вы готовы пойти на такое и помочь Эдди отыграться?

— А что в таких случаях должен делать Робин Гуд? Ведь я пользуюсь определенной репутацией, которую обязан постоянно поддерживать. Я даже могу взять на себя растраты за время проведения операции. — Он пододвинул к себе очки и засунул их в карман. — Пошли отсюда. Нам нужно пообедать и обсудить кое-какие детали.

Распрощавшись с Жозефиной у «Рони Плаза», «Святой» и Мерсер отправились к «Риптайду».

— Здесь мы обычно встречаемся, — объяснил ему Мерсер.

Через несколько минут Саймона представили двум другим действующим лицам в этой драме.

Мистер Йоринг, который носил пенсне, оказался маленьким, толстым, с седыми волосами и челюстями, как у бульдога. У него был жалкий, расстроенный вид, как у вышедшего в отставку бизнесмена, которого жена притащила в оперу. Его партнер, мистер Килгарри, был повыше и помоложе, у него был широкий рот, мясистый крупный нос и вульгарные манеры. Оба встретили Мерсера с нарочито подчеркнутым дружелюбием, которым тут же охватили и «Святого». Мистер Килгарри заказал всем по стаканчику.

— Как проводите здесь время, мистер Темплар?

— Превосходно.

— Мы все получаем удовольствие от пребывания в Майами, — прокаркал мистер Йоринг. — Я хочу поставить.

— Я уже заказал выпивку, — сказал мистер Килгарри.

— А я хочу заказать еще, — произнес мистер Йоринг с вызовом в голосе. Поблизости не было жены, которая могла бы силой утащить его в оперу. — Кто сказал, что сейчас у нас Великая Депрессия? Что вы скажете по этому поводу, мистер Темплар?

— У меня в последнее время не было никаких дел, — ответил Саймон.

— Вы бизнесмен, мистер Темплар? — с явным интересом осведомился мистер Килгарри.

— Мой бизнес — заставлять других делать деньги для меня, — лукаво подмигнув, «Святой» похлопал рукой по карману. — В последние дни рынок работает бесперебойно.

— Это просто замечательно, — сказал с сияющим от счастья лицом Йоринг. — Я поставлю еще один стаканчик.

— Нет, — воспротивился Килгарри. — Теперь моя очередь.

Йоринг помрачнел. В эту минуту он был похож на мальчишку, которому неожиданно запретили поиграть со своим новым пистолетиком. Затем он обнял Мерсера за плечи.

— Ты намерен играть сегодня, Эдди?

— Не знаю, — нерешительно протянул Мерсер. — Мы обедали с мистером Темпларом…

— Приглашай и его, — сердечно промычал Килгарри. — Какая разница? Ведь играть вчетвером лучше, чем втроем. Вы играете в карты, мистер Темплар?

— Большинство игр мне известно, — весело ответил «Святой».

— Прекрасно, — сказал Килгарри. — Прекрасно.

На лице Йоринга появилось озабоченное выражение.

— Я, право, не знаю. Мы обычно делаем высокие ставки.

— Меня это не пугает, — хвастливо заявил «Святой».

— Прекрасно, — снова повторил Килгарри, преодолев последние сомнения относительно того, стоит ли высказывать свое личное мнение. — Тогда по рукам. Ну, а что же нас удерживает?

Под заботливым руководством Килгарри компания взяла такси и отправилась в один из небольших отелей в «Оушен драйв» на берегу океана, где Йоринг сообщил им, что припрятал бутылочку виски, которая поможет избавиться от мук жажды во время игры. В лифте он дружески взял «Святого» под руку.

— Ну как, все в порядке, старик? Я очень рад, что встретил такого славного парня. Ты должен как-нибудь отправиться с нами на рыбную ловлю. У нас здесь свой катер, наняли на весь сезон. Тебе нравится ловить рыбу?

— Мне нравится охотиться на акул, — невозмутимо заявил «Святой».

Комната оказалась большой и неудобной, с отвратительной мешаниной позолоты, лака и парчи. В центре ее стоял уже готовый к игре карточный стол. На безобразном столике с откидными боковыми досками красновато-горохового цвета стояли бутылки с выпивкой и ведерко со льдом.

Килгарри принес стулья, а Йоринг дружески потрепал Мерсера по плечу.

— Ну-ка. Эдди, приготовь что-нибудь выпить. Пусть все чувствуют себя как дома.

Он занял свое место у стола, снял пенсне, подул на линзы и начал осторожно протирать их носовым платком. Напряженный взгляд Мерсера на мгновение встретился со взглядом «Святого». Саймон слегка кивнул ему и покрепче прижал очки к переносице.

— Ну, кому на сей раз повезет, Эдди? — пошутил Килгарри, разрывая обертку двух новых колод и бросая их на сукно.

— Вы, конечно, будете сильно удивлены, — резко ответил молодой человек, — но я намерен как следует задать вам, двум пустозвонам.

— Молодчина, молодчина, — похвалил его Йоринг.

Саймону достаточно было бросить взгляд на карты, чтобы безошибочно понять: не напрасно мистер Нэскил гордился своим производством. После этого он принялся наблюдать за спиной Мерсера, который был занят приготовлением выпивки. Йоринг все еще протирал линзы, когда Мерсер со стаканами подошел к столу. Он поставил один стаканчик рядом с Йорингом и, нагнувшись, чтобы поставить второй перед «Святым», «нечаянно» обшлагом рукава задел за пенсне и выбил его из рук Йоринга. «Святой» тут же нырнул под стол, делая вид, что хочет поймать пенсне на лету. Но, как и следовало ожидать, промахнулся и, поскользнувшись, перенес свой каблук именно на то место на ковре, куда пенсне доли секунды назад удачно приземлилось. Послышался тупой, хрустящий звук, а затем наступила долгая гнетущая пауза.

Первым заговорил «Святой»:

— По-моему, я их раздавил.

Глядя на него. Йоринг неуклюже заморгал ресницами, словно готов был вот-вот разрыдаться.

— Ужасно сожалею, — тихо сказал «Святой».

Он вновь наклонился, юркнул под стол и попытался собрать осколки. Нетронутой осталась только золотая оправа, да и та погнулась. Саймон выложил все осколки на стол, затем начал соединять их, пытаясь вставить в оправу.

— Само собой разумеется, я готов заплатить за них, — сказал он.

— Я тоже внесу свою долю, — прервал его Мерсер. — Ведь это моя вина. Мы вычтем деньги из моего выигрыша.

Йоринг беспомощно переводил взгляд с одного на другого.

— Я… Не думаю, что сумею играть без очков.

Мерсер плюхнулся на пустой стул и принялся мешать карты.

— Ладно, ладно, — беззаботно повторял он. — Не так уж все плохо. Вы можете показать нам взятку, и мы назовем вам карты.

— Ты на самом деле не можешь играть? — поинтересовался «Святой». — А я-то заранее предвкушал игру. Если играть втроем, такого удовольствия уже не получишь.

В комнате опять воцарилась тишина, еще более плотная, чем прежде. Глаза Йоринга в отчаянии бегали из стороны в сторону. Потом Килгарри резким жестом руки погасил сигарный окурок в пепельнице.

— Поздно идти на попятную. — В его голосе послышались угрожающие нотки. Он разорвал обертку второй колоды и бросил карты на сукно. — Флеш-рояль — джокер приравнивается к любой карте. Поехали.

Как это ни странно, почти час игра шла ровно. Когда Саймон подсчитал прибыль, в ней оказалось всего на каких-то двести долларов больше его стартовой ставки. Мерсер ухитрился сыграть получше. Но в их преимуществе не было ничего сенсационного. Даже волшебные линзы мистера Нэскила не могли оказать воздействия на ход игры, и везение оказалось чуть-чуть на стороне Йоринга и Килгарри.

«Святой» вел ровную, наступательную игру, терпеливо ожидая перелома. Нервы его были в полном порядке, и он часто одаривал своих соперников улыбкой, свидетельствовавшей об огромном наслаждении, которое он получает от игры. Но внутренне он был собран, словно пантера, готовящаяся к прыжку.

Наконец Килгарри предложил Мерсеру поднять третью ставку и проиграл небольшой банк на три девятки. Мерсер сделал недовольную гримасу, отбросив в сторону пригоршню фишек.

— Черт возьми, ну что это за игра? — вдруг запротестовал он. — Мы обычно так не играем. Нужно вдохнуть в игру настоящую жизнь.

— Да, — согласился с ним Саймон, — уж больно медленно она идет. Может, повысим ставку?

— Сто долларов, — резко предложил Мерсер.

Саймон глубоко затянулся сигареткой.

— Меня устраивает.

Йоринг дрожащей рукой теребил нижнюю губу.

— Я, право, не знаю, старик…

— О’кей. — Килгарри вытащил фишки по пятьдесят долларов, но было видно, что сделал он это весьма неохотно. — Играю на сто. Надеюсь, когда Йоринг купит себе новые очки, мы вновь сразимся, и игра пойдет лучше.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, — любезно ответил «Святой». У него на руках были две пары. Он взял еще одну карту и остался все равно с двумя парами. Килгарри с тремя королями не брал прикуп. Мерсер взял еще три карты к своей паре, но ему это не помогло. Йоринг взял две, и лицо его озарилось довольной улыбкой.

— Сто, — нервно сказал он.

Мерсер, поколебавшись, бросил карты.

— Плюс две сотни, — резко произнес Килгарри.

— И еще пять, — добавил «Святой».

Йоринг посмотрел на них мутным взглядом и, тяжело вздохнув, взял прикуп.

— Поосторожней! — предупредил его Килгарри.

Вдруг Йоринг издал звук, похожий на слабый стон.

— Принеси-ка еще стаканчик, Эдди, — попросил он, взял вторую колоду и начал неловко ее тасовать. Его пальцы, похожие на сосиски, плотно прилегали друг к другу.

Килгарри подтолкнул «Святого».

— Нервы сдают. Видишь, что происходит, когда наступает старость.

— Чья старость? — жалобно возразил Йоринг. — Разница-то всего три года…

— Может быть, но ты пользуешься устаревшими идеями, — грубо прервал его Килгарри. — Тебе не удалось побить ни его, ни меня.

— Но вы никогда не носили очки.

— А кто сказал, что для игры в покер обязательно нужны очки? Значит, не всегда выигрывают только карты?

Килгарри улыбался, но, когда он смотрел на Йоринга и разговаривал с ним, глаза его метали молнии. Йоринг старался избегать его взгляда и косился на карты, которые сдал себе. Там были бубновые шестерка, семерка, восьмерка и девятка, а также пиковая дама. У Саймона оказалось вновь две пары, но вместе с прикупом он собрал фулл — три и пару. Он заметил, как Йоринг сбросил даму пик, и вновь ощутил внутри приятное чувство своего всемогущества, когда увидел лежащую сверху колоды карту — это была червовая десятка.

Йоринг взял карту, неловко загнул ее край, чтобы незаметно определить, что ему выпало. Какую-то секунду он сидел совершенно неподвижно, работали только желваки. Затем с ним произошла разительная перемена. Он резко шлепнул картами об стол, вскочил на ноги и начал лихорадочно отсчитывать стодолларовые фишки.

Мерсер, сидя с сиротливой парой семерок, бездумно блефовал в течение двух розыгрышей, покуда не бросил карты в ответ на толчок ноги «Святого» под столом.

На кону стояло пять тысяч долларов, когда Килгарри нерешительно пожал плечами и взял прикуп.

«Святой» отсчитал две кучки фишек и подвинул их к центру стола.

— Еще две сотни, — сказал он.

Йоринг, пребывая в большой нерешительности, внимательно смотрел на него. Наконец дрожащей рукой он тоже подвинул две кучки фишек.

— Вот вам две тысячи, — посчитав оставшиеся фишки, бросил их небрежно в общую кучу и добавил: — И еще двадцать девять сотен.

У Саймона оставалось двенадцать сотен в фишках. Он пододвинул их к середине стола, открыл бумажник, извлек оттуда новенькие купюры и бросил на кон.

— Ставлю на три тысячи больше, знай наших!

У Мерсера на секунду прервалось дыхание, и он в изумлении прошептал: «Боже!»

Килгарри не произнес ни слова, напряженно наклонившись над столом.

Йоринг только дико вращал глазами.

— Дайте-ка мне несколько фишек, старик, — сказал он.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? — спросил его Килгарри охрипшим голосом.

Йоринг поднес стаканчик ко рту и опрокинул его наполовину. Его рука сильно дрожала, и он пролил несколько капель на подбородок.

— Восемнадцать сотен. Мне нужно приобрести еще несколько сотен. Я выпишу чек…

Саймон отрицательно покачал головой.

— Весьма сожалею. Я играю на те ставки, которые на столе. Мы об этом договорились заранее, еще до начала игры.