Опасный, опасный, очень опасный (сборник)

А груди у неё – тугие груши

С пупырышками алыми двумя,

И, все законы физики нарушив,

Стоят, что называется, стоймя.

А попка у неё, как два арбуза,

Идущих следом повергает в шок.

Она для ткани явная обуза,

На ней едва не лопается шелк.

А бедра у неё…

ЭМИР

(перебивая Джафара)

Слова поэта!

Отличное фруктовое меню!

И каждый день на стол мне ставить это

Я поварам в обязанность вменю…

ЭМИР хлопает в ладоши. Появляются СЛУГИ, несущие вазы с фруктами. ЭМИР жадно набрасывается на еду, ДЖАФАР не упускает случая поучаствовать в бесплатной трапезе.

ЭМИР

(спохватившись)

Но и с предметом твоего рассказа

Я всё же познакомиться не прочь.

ДЖАФАР

(услужливо)

Гюльджан живет у гончара Нияза,

Она его единственная дочь…

ЭМИР

(сладко жмурясь)

Портрет хорош, но коль с натурой вдруг там

Какая-то деталь не совпадет,

Твоя башка – учти, эксперт по фруктам! —

Сегодня ж утром с плахи упадёт!

ДЖАФАР

(осмелев)

А заодно узнать вы не хотите ль,

Где обитает этот сукин сын,

Спокойствия всегдашний возмутитель

И сеятель раздоров – Насреддин?

ЭМИР

(поперхнувшись)

С чего ты взял, ходячая проказа,

Что Насреддин сегодня в Бухаре?

ДЖАФАР

Он у того же старого Нияза

Ночует на лежанке во дворе…

ЭМИР хлопает в ладоши. Появляется СТРАЖА.

ЭМИР Внимайте, о безмозглые, приказу!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ Мы слушаем!

ЭМИР

(язвительно)

Но слышите с трудом!..

Ступайте в дом к горшечнику Ниязу!

Надеюсь, вам известен этот дом?

(СТРАЖНИКИ дружно кивают)

Доставить в мой гарем необходимо

Нияза дочь, прекрасную Гюльджан,

А гнусного злодея Насреддина

Швырнуть в набитый крысами зиндан!

Не поняли ль вы мой приказ превратно?

(СТРАЖНИКИ отрицательно мотают головами)

Ведь я вас знаю – вы такой народ:

Киваете, что всё, мол, вам понятно,

А делаете всё наоборот!

(Джафару)

А ты… Коль ты солгал о Насреддине, То будет – знай! – судьба твоя горька!

ДЖАФАР Я чист, о кладезь мудрости!

ЭМИР Гляди мне!..

(не удержавшись)

Презренный сын гиены и хорька!..

Эпизод восьмой

Ночь. Двор гончара Нияза. В доме погашены огни – видимо, все давно уже спят. Неожиданно со стороны улицы раздается громкий стук в ворота. Обитатели дома просыпаются, во дворе появляются НИЯЗ, ГЮЛЬДЖАН и НАСРЕДДИН.

ГОЛОС НАЧАЛЬНИКА СТРАЖИ

(громко)

Не дом ли это старого Нияза,

Чью дочь зовут Прекрасная Гюльджан?

НИЯЗ

(стараясь унять дрожь в голосе)

А что случилось?.. В городе проказа?

Потоп?.. Землетрясение?.. Пожар?..

Коль ничего такого не случилось,

Зачем будить людей ночной порой?

ГОЛОС НАЧАЛЬНИКА СТРАЖИ

И он ещё острит!.. Скажи на милость!..

Не зли меня! Немедленно открой!

ГЮЛЬДЖАН

Не слишком ли они бесцеремонны?

К чему такой поток нахальных слов?

НАСРЕДДИН

(тихо)

Боюсь, Гюльджан, что эти охламоны

Явились в гости вовсе не на плов!

Ночному их вторжению, родная,

Лишь я один причиной и виной!..

Пришли за мной!

ГЮЛЬДЖАН

(с тревогой)

Ты думаешь?

НАСРЕДДИН

Я знаю. Я точно знаю, что пришли за мной.

Но уровень сыскного интеллекта

Бухарской стражи очень невысок…

Выходит, в Бухаре нашелся некто,

Кто сообщил им нужный адресок!

ГЮЛЬДЖАН Но кто же тот стукач?

НАСРЕДДИН

Пока загадка!

Кто полон злобы – тот нанёс удар!..

(неожиданно)

Когда мы шли сюда, кто вслед нам гадко И мстительно плевался?.. Кто?..

ГЮЛЬДЖАН Джафар!

(обнимает Насреддина)

Беги!.. Храни тебя Отец Небесный!..

НАСРЕДДИН

(растроганно)

Моя Гюльджан!

ГЮЛЬДЖАН

(строго)

Впустую слов не трать!..

НАСРЕДДИН торопливо целует ГЮЛЬДЖАН и перемахивает через низкий дувал в соседний двор. Слышно, как в окрестных дворах переполошились собаки.

ГЮЛЬДЖАН

( вздыхает .)

И хлопотно же быть того невестой,

Кому всё время надо удирать!..

Старый НИЯЗ, подчеркнуто долго возившийся с засовом, наконец открывает ворота. Во двор вваливается отряд стражников во главе с НАЧАЛЬНИКОМ СТРАЖИ.

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(делает знак стражникам, и те кидаются в дом)

Ну, говори, кого ты прячешь в доме?

Ты не впускал нас – это неспроста!

НИЯЗ

Там нету никого, Начальник, кроме

Мордастого домашнего кота!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(хватая Нияза за шиворот, грозно)

Не смей меня обманывать, скотина,

Пока тебе не вырвали язык!..

Ты укрываешь в доме Насреддина,

А это преступление, старик!

Нияз (в ужасе)

Сказать такое громко! При конвое!..

Ты просто не щадишь моих седин!

(успокаиваясь)

Нас проживает в доме только двое — Гюльджан и я. Но я не Насреддин.

Из дома выбегают СТРАЖНИКИ, красноречиво разводя руками: мол, никого! Но НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ уже ничего не видит, внимание его полностью поглощено Гюльджан.

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(пытаясь обнять Гюльджан)

Гюльджан!.. Какая грудь!.. Какие плечи!..

К тебе я прямо страстью воспылал!

ГЮЛЬДЖАН

(отстраняясь)

Полегче, уважаемый, полегче!..

Не трогай там, где ничего не клал!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(продолжает исследовать анатомию Гюльджан)

Смягчись, не будь со мною так сурова!

Какие бедра, талия, живот!

ГЮЛЬДЖАН

(зло)

Не трогай, говорят тебе, чужого!

Придет хозяин – руки оторвет!..

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(насторожившись)

И кто же он, счастливый тот мужчина?

Скажи, его зовут не Насреддин?

ГЮЛЬДЖАН

(испуганно)

Не знаю никакого Насреддина!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ Так кто же твой жених?

ГЮЛЬДЖАН

(уклончиво)

Да есть один…

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ С тобой поладить – проще удавиться!

ГЮЛЬДЖАН

(одобрительно)

Хвала Аллаху, понял наконец!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ

(стражникам)

Ведите эту чёртову девицу

К пресветлому Эмиру во дворец!

СТРАЖНИКИ берут ГЮЛЬДЖАН в кольцо и выводят со двора. НИЯЗ рыдает. НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ следует за солдатами, но по дороге раздраженно оборачивается к плачущему старику.

Чего ты носом хлюпаешь уныло?

Отныне будет дочь твоя Гюльджан

Наложницей бухарского Эмира!..

Соображаешь, старый баклажан?!

И для тебя не будет в том обиды!..

Ведь если у Эмира дочь в чести,

То у тебя, о сын клопа и гниды,

Есть шанс в достатке старость провести!

НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ уходит. Некоторое время слышны только всхлипывания НИЯЗА, затем слышится какой-то шорох, и с дувала спрыгивает НАСРЕДДИН.

НАСРЕДДИН

(садится рядом с Ниязом)

Я слышал всё…

НИЯЗ

(с горьким упреком)

…И мог сидеть в овраге,

Ничем покой их наглый не смутив?!

НАСРЕДДИН

(грустно)

Ты думаешь, я одолел бы в драке

Весь этот многолюдный коллектив?

Эпизод девятый

Двор уже знакомой нам чайханы. Здесь на редкость спокойно, посетителей почти нет. Разве что НАСРЕДДИН, как всегда, незаметно пристроился с пиалой чая в уголке, да у коновязи мирно пасется ишак. Изредка из-за служебной занавески появляется ЧАЙХАНЩИК – не по необходимости, а так, для поддержания беседы: он всё ещё чувствует свою вину перед НАСРЕДДИНОМ. А за низким дувалом чайханы, на улице творится что-то невообразимое: крики, стоны, проклятия… В воздухе мелькают палки, сабли, камни.

НАСРЕДДИН

(задумчиво)

Чем нравилась всегда мне Бухара —

Что здесь покой, безветрие, жара…

А нынче вдруг такая суматоха —

Бухарцы как взбесились в семь утра!

ЧАЙХАНЩИК

(с тревогой)

Да, нынче здесь Гоморра и Содом!

Солдаты обыскали каждый дом!

Всё утро стража ловит Насреддина…

(хихикнув)

А он, как видно, ловится с трудом!

НАСРЕДДИН

Ловить меня сегодня не резон:

Сейчас на насреддинов не сезон!

А коль меня случайно и поймают,

Я тут же докажу, что я не он!..

Неожиданно во двор вваливается новый ГОСТЬ. Одет он богато, даже роскошно, но видно, что уличная перепалка не прошла для него даром.

ГОСТЬ

(отдуваясь)

Я просто выть от ярости готов!..

Я ожидал улыбок и цветов,

А получил мильёна три проклятий

Из искаженных ненавистью ртов!

ГОСТЬ проходит через весь двор и плюхается на коврик рядом с НАСРЕДДИНОМ.

НАСРЕДДИН

(сочувственно)

Но кто ты, друг?.. Представься наконец!

ГОСТЬ

Я звездочёт, философ и мудрец!..

По приглашенью вашего Эмира

К нему я направлялся во дворец.

Я ехал из Багдада много дней,

Менял в пути верблюдов и коней…

И ожидал, что здесь я буду встречен

Каскадами приветственных огней.

Но по пути к эмирскому дворцу

Солдат скопилось – точно на плацу,

И каждый норовил недружелюбно

Хлестнуть меня камчою по лицу!

И все орали хором как один:

«Держи мерзавца!.. Это Насреддин!»

Да, судя по моим рубцам и шишкам,

Он крепко чем-то им не угодил!

В какие бы дикарские края

Судьбою ни бывал заброшен я —

Нигде таких я горьких унижений

Не знал, не будь Гуссейн я Гуслия.

НАСРЕДДИН

Хоть ты мудрец, послушай дурака:

К Эмиру в гости не спеши пока…

Не во дворце, а у подножья плахи

Твоя, дружок, окажется башка!

Ты долго был в пути, а между тем

Эмир издал указ, известный всем:

Казнить тебя за то, что ты грозился

Эмиру обесчестить весь гарем!..

ГУССЕЙН ГУСЛИЯ

(в ужасе)

Я немощен и болен… КАК И ЧЕМ

Я мог бы обесчестить весь гарем?..

Я б мог их – в лучшем случае! – потрогать,

И то, боюсь, досталось бы не всем!

НАСРЕДДИН

(решительно)

Твоею озабоченный судьбой,

Я должен во дворец идти с тобой!

Я громко заявлю, что ты не бабник,

А даже и напротив… голубой!

ГУССЕЙН ГУСЛИЯ

(в шоке)

Ты спятил?.. Да жена моя тогда

Повесится от горя и стыда!

Она и так не раз меня корила,

Что я с ней вял бываю иногда!..

НАСРЕДДИН

(задумчиво)

Тогда… идём опять же во дворец,

И я там говорю, что ты… скопец

И в деле обесчещивания женщин

Ты, мягко говоря, не сильный спец!..

ГУССЕЙН ГУСЛИЯ

(в отчаянии)

С каким же я в Багдад вернусь лицом?

Я ж там считаюсь мужем и отцом!..

Там у меня детей осталась куча…

Так чем же я их делал?.. Огурцом?

НАСРЕДДИН

Ну, милый, на тебя не угодишь!

Я за тебя тружусь, а ты гундишь!..

Я чувствую, о мудрый, ты на плаху

Эмирскую стремишься?.. Так иди ж!..

ГУССЕЙН ГУСЛИЯ рыдает, плечи его сотрясаются. НАСРЕДДИН смягчается.

НАСРЕДДИН

Что ж, остается третий вариант.

Теперь расчет один – на мой талант!

А также на шикарную одежду…

Давай сюда, о модник, свой халат!

Давай сюда халат свой и чалму!

Чувяки?.. Нет, чувяки не возьму!

Такие ж есть – я слышал! – у Эмира,

А раздражать Эмира ни к чему.

(разглядывает чувяки)

Взгляни-ка: жемчуг, золото, парча…

Эмир меня удавит сгоряча!

Любой богач всегда приходит в ярость,

Когда богаче видит богача…

НАСРЕДДИН наряжается в богатые одежды МУДРЕЦА, а тот опасливо примеряет халат Насреддина.