Прибытие на Марс

Зул-ка-Ред всё это время находился рядом и с отвращением наблюдал за теми возможностями, которые демонстрировал его ученик.

– Проклятые генетики, – непроизвольно вырвалось у гайрата при виде того арсенала брони, шипов и панцирей, которыми изобиловало трансформированное тело некогда бывшего человека.

Как раз компьютерная система телепортировала учителя и ученика на вершину одного из горных пиков Джандера, находящихся во многих километрах от цитадели. Вокруг были только завывания ветра и крики каких-то существ, обитавших в горных пещерах.

Сари в считанные секунды изменился до неузнаваемости. Вместо нормального человека стоял огромных размеров монстр. Ростом он был выше Зул-ка-Реда на целый метр; тело всё сплошь было покрыто панцирями, украшенными специальными шилообразными наростами. На плечах, локтевых и коленных суставах костяные наросты были намного толще, чем на остальных участках тела. Панцирный покров не скрывал огромного размера бицепсов и мышц, которые при малейшем движении картинно напрягались и перекатывались. Голова монстра выглядела как у огромного паука: четыре пары глаз, горевших ярким желтым огнем; вместо губ две пары прочных хитиновых суставов, закрывавших зубастую пасть. А поверхность черепа покрывало какое-то особое синтетическое вещество, сделанное специально для мутаций подобного типа. Но самое ужасное оружие, которым обладало мутировавшее существо – это кулаки. Каждый кулак был непропорционально большой, а наружный покров, также как и голова, отблескивал странным светом. Всё говорило о том, что перед великим гайратом стоит не просто ученик, а настоящее смертоносное оружие.

– Хорошо хоть, что рук всего две, – чуть слышно произнес Зул-ка-Ред.

Монстр взревел и победно задрал кверху голову, раскрылись четыре хитиновых скобки, и громкий рык вырвался из чудовищной пасти. Всё-таки монстр услышал слова своего учителя.

Но гайрат не стал нападать первым, несмотря на большое желание поразить противника в самый неожиданный для него момент. Вместо этого старый мастер занял оборонную позицию, отведя назад правую руку. То, что несколько минут назад было Сари, в один миг устремилось к гайрату, расставив свои опасные руки так, словно собиралось заключить Зул-ка-Реда в последние объятия. Мастер был точен: прыжок, переворот в воздухе и точный удар в голову монстра. Однако метаморф так же быстро сгруппировался и успел перехватить руку мастера. Но вместо болевого приёма монстр просто выпустил кулак гайрата, оттолкнув того на несколько метров. Зул-ка-Ред был в ярости, но не показывал этого. Еще никто, даже метаморфы, не играл с ним! Но метаморф не проявлял заботы об учителе: Зул-ка-Ред находился почти на самом краю выступа. Краем глаза гайрат успел увидеть небольшие тучки облаков далеко внизу и расплывчатые очертания синих птиц. На какой-то миг у великого мастера перехватило дыхание; пальцы рук стали конвульсивно сжимать край выступа, чтобы не дать гайрату упасть вниз. Но это была лишь секундная слабость, а такое всегда быстро проходит. И вот, спокойно встав на ноги, изобразив свою клыкастую улыбку, гайрат сделал два движения – влево и вправо. Но с такой скоростью, что перед глазами метаморфа был только расплывшийся образ мастера. Зул-ка-Ред заметил замешательство в глазах метаморфа и решил провести атаку. Сари так и не понял причину своего поражения. Просто в один миг его несколько раз сильно ударило в живот, как раз между валиками мышц. По телу монстра прокатилась волна боли. Еще удары под ребра и коленное сухожилие. А затем что-то подняло Сари в воздух и бросило на твердую поверхность камня. Поверженный ученик всё это время не отрывал взгляда от того места, где стоял Зул-ка-Ред. Гайрат не совершил ни одного лишнего движения! Сари был поражен. Это казалось ему невозможным.

В один миг тело Сари приняло истинный облик – обычного человека, которого холодный ветер пронизывал до костей. Исчезающее тело монстра забрало с собой боль и ярость, но воспоминание осталось. Сари испуганно смотрел на улыбающегося Зул-ка-Реда, который спокойно рапортовал по спутниковой связи об их местоположении. Видя беспомощность своего ученика, старый мастер подошел к нему и сказал кульминационную фразу:

– Всё в бою определяется способностью мыслить и скоростью мысли.

Сари выглядел еще более беспомощным, а Зул-ка-Ред возвышался над ним как гора и громко смеялся. Урок по обороне, а точнее урок жизни, в очередной раз оказался выигранным старым учителем. Зул-ка-Ред заранее знал исход. А его красные, всё ненавидящие глаза сверкали так, словно светились ярким светом.

– Запомни это! Ученик!

Весенний ветер легко обдувал жилистое тело мутанта, помогая уставшим от тренировок мышцам снять напряжение.

– Сэйкен, нукитэ, удар пальцем, – шестирукое создание пыталось отточить свои навыки контактной борьбы.

Собирая из своих плотных пальцев затейливые переплетения, Стиго с точностью отбойного молотка наносил удары голыми руками по гладкой мраморной плите. Двадцатисантиметровый снаряд все еще держался и никак не желал поддаваться упорным стараниям тренирующегося бойца. Пальцы уже начинало слегка покалывать в суставах – следствие того, что при каждом ударе мрамор давал сдачи.

Постучав по снаряду еще пару раз, Стиго злобно скривил свои губы в обиженной гримасе:

– Как только у них это получается – хоть убей, не пойму. Да и зачем такому герою, как я, знать все эти трюки.

Мутант собрал из каждой пары рук что-то вроде кольца, сведя объемные кулаки на середине живота.

– Вот это сила, – похвалил собственное тело Стиго, когда ощутил напрягшиеся внутри массивного торса валики тугих мышц. – Хоть сейчас можно идти на соревнования по бодибилдингу, но только вместе с моими небольшими пистолетиками, – с этими словами шестирукое создание подошло к длинному деревянному столу, на котором лежали шесть блестящих пистолетов системы «Шмель».

Тридцатисантиметровые оружия ароматно пахли запахом оружейного масла. Обладавшие блестящим черно-фиолетовым цветом с серой гравировкой по периметру рукоятки, эти орудия также имели повышенную скорострельность, увеличенную силу удара и удлиненную на пять патронов обойму. Накинув на голое тело кожаную кобуру, сшитую специально по индивидуальному заказу, Стиго ловко водрузил в каждое из шести гнезд по «Шмелю» и, подражая героям древних фильмов о ковбоях, повернулся в сторону ненавистной мраморной плиты.

– Значит, хочешь по-плохому. Что ж, я не возражаю!

Шесть рук молниеносно выхватили огнестрельные орудия, и в течение нескольких секунд десятки выстрелов оглашали шумным эхом все помещение.

Разрывные патроны с конусообразной заточкой превратили грозный монолит в кучу мелких осколков, оставив после своей работы у ног мутанта кучу серебристых гильз.

Обойма опустела, и пружинный механизм, повинуясь встроенному лично Стиго автомату, выплюнул из нижних частей рукоятей пустые кассеты от обойм.

– Так-то мне нравится больше, – довольно проурчал мутант, проходя босыми ногами по острой мраморной крошке. Разработанная лично им модификация давно устаревшего стрелкового оружия показала себя с лучшей стороны, и это слегка льстило молодому оружейнику. Единственное, о чем горько сожалел мутант, подходя к терминалу связи, так это о том, что вместо бездушного мраморного монолита перед ним не стоял кто-нибудь живой и подвижный. Вот тут-то его детище как раз смогло бы проявить все свои достоинства в полной мере.

– Проверка заключенных, код доступа: два-три-один-ноль. Доложите обстановку.

– Простите, сэр, – пробасил синтетический голос компьютера, копируя интонации обкурившегося пьяницы, – но у нас на базе нет заключенных.

– А-а, чтоб тебя…

– Я вас не понял, – ответила машина.

Стиго вставил в свой рот блок жевательного мармелада и вступил в давно уже надоевшую ему игру вопросов и ответов.

– А как тогда ты называешь тех чудо-зверей, что населяют три сотни тарридиумных клеток там внизу, под лабораториями нашего супердоктора?

Компьютер выдал ответ тут же:

– Доктор Уолтер Ксайрс предпочитает этих существ называть научными образцами, а четыре десятка наиболее успешных экспериментов имеют свои собственные имена.

– Иди к своему доктору с этими лекциями, – Стиго давно уже пообещал самому себе, что в один прекрасный день лично расстреляет главный блок этого компьютера. – А мне выдай контрольный список личных индикаторов наших экспонатов.

– Все триста показателей в норме.

Стиго сначала хмыкнул, а потом чуть не подавился любимым мармеладом.

– Повтори еще раз, – настойчиво приказал мутант, проверяя, на месте ли запасные обоймы к его «Шмелям».

– Подтверждаю, – ответил компьютер: – все триста показателей в норме.

– Третий уровень локации, материал проекта «Бог», прототип под номером два – доложить статус! – руки сами заряжали любимые пистолеты, а ноги уже запрыгивали в кевларовые штаны. До игрушек и мечтаний сейчас не было времени. Мутант прекрасно знал, что хоть глупый компьютер и специально копирует интонации уличных пьяниц, но врать или ошибаться он никогда не станет.

– Статус запрашиваемого объекта положительный. Место нахождения – генераторная, тип поведения – дружелюбный. Не вооружен.

– ТРЕВОГА! – шестирукое тело с массой в две сотни килограммов пулей вылетело из своего тренировочного зала.

– Желаю удачи!

Очередную шутку вредного компьютера Стиго уже не слышал. Оранжевые глаза лихорадочно шарили по углам, надеясь обнаружить неприятеля.

Такой наглости мутант Стиго не мог себе представить даже в кошмарном сне. Сначала убежать из-под стражи, а затем вернуться обратно в лабораторный комплекс, где тебя мучили? Над ходом мыслей второго прототипа можно было смеяться, но между побегом и возвращением прошло несколько лет. Зачем бывшему подопытному доктора Ксайрса возвращаться? Или Алексей Дролов идёт не с пустыми руками и приготовил сюрприз.

– Охрана! В ружье! – отдавал приказы мутант, за несколько секунд добежав до главного пункта охраны лабораторного комплекса. – Сенстон, Говард и Хью – в оружейную за тяжелыми пушками. Кто сейчас в генераторной?

Сидящая за пультом слежения шатенка деловито перещелкнула клавиши.

– Никого.

– Старла, – обратился Стиго к шатенке, – пошли туда срочно группу из шести единиц. Статус: пробная разведка. Общее положение: код желтый.

«И сейчас толпа из семи-восьми вооруженных людей идет на полном ходу по мою душу. Впрочем, нет, друг Стиго, ты же не любишь разрушать, хоть ты и кажешься варваром. Тем более что я в генераторной комнате – одном из четырех сердец этого комплекса. Так что, я думаю, ты сам вскоре сюда примчишься со своими ржавыми пистолетами, и я наконец-то получу шанс отплатить тебе за твои издевательства над неподвижным человеком-амебой», – размышления нарушителя были прерваны голубым сигналом фотодиода, говорящего о готовности устройства к работе. Еще пара-тройка команд на сенсорной панели – и часовая бомба с многоуровневым электронным запалом сотрет эту часть лаборатории с лица планеты.

Оставалось лишь выставить показатели таймера, но завершить эту операцию стало делом затруднительным: с оглушительным звоном основная входная дверь генераторной комнаты слетела с петель. Группа охранников лаборатории в количестве шести человек заученным алгоритмом движений ворвалась в помещение.

Стиго хорошо натренировал свою команду охраны – ни одного лишнего действия и никаких громких фраз типа «руки вверх!». Не считая громыхания старой металлической двери, охрана не издала ни единого лишнего звука, и будь на месте нарушителя кто-то другой – его бы уже взяли. Но только не в этот раз. С ним все так просто не будет.

Водрузив верхний кожух одного из сегментов охладительной магистрали на место, человек спокойно укрылся от прямой дистанции наблюдения и продолжил свой путь в сторону лабиринта воздуховодов.

«В чем дело, парни? Почему равномерный переставной шаг сбит с правой стороны, а левая пара охранников, наоборот, ускоряется? А все потому, что на вашем датчике движений появилась моя тень», – сгруппировавшийся человек не имел при себе никакого оружия, иначе компьютер лабораторного комплекса давно бы уже включил сигнал тревоги. Сейчас было пять минут пятого на часах, а Стиго каждый день ровно в четыре проверяет показания микрочипов, встроенных в тело каждого из экспонатов. Все шло как по плану. Только вот сталкиваться с вооруженной охраной ему пока что ой как не хотелось. А шестерка охранников имела на вооружении как минимум лазерные ружья повышенной мощности выстрела и двуствольные автоматы с десятым калибром пуль. Странно, почему Стиго так осмелел, что допустил вооруженных мощным оружием людей в такое место, как генераторная комната? Точного мотива всех действий начальника охраны нарушитель не знал, а вот передергивать затворы автоматов нужно заранее, иначе это может выдать ваши намерения в самый неподходящий момент. Собственно, эту ошибку и совершили резвые охранники.

– Здесь чисто, – неуверенно отрапортовал темнокожий парень, держащий лазерное ружье наизготовку.

– Повтори еще раз! – рявкал голос Стиго в рации.

– Периметр чист, сэр, – подтвердил темнокожий.

– У меня… – начавшая высказывать свои подозрения беловолосая дамочка из голубых беретов неожиданно захлебнулась собственной слюной, когда сильная рука рывком дернула её шею назад.

– Уэсли! – крик темнокожего охранника прозвучал немного запоздало: обманувший датчики движения нарушитель сейчас был сзади задыхающейся женщины. Стоявшая чуть севернее от голубого берета пара охранников начала обстрел короткими очередями, но неприятель умудрился уйти из прямой зоны поражения, присев на корточки, а в следующий миг его рука уже выхватывала висящий на поясе Уэсли армейский нож. А дальше рука нарушителя в одно движение бросила холодное оружие темнокожему охраннику точно в низ живота на пару сантиметров выше паха. Это была единственная область, где костюмы охранников не имели металлизированных подкладок. Нож прошел через двойной слой прочной ткани и вошел в тело охранника. Выстрел из лазерного ружья, произведенный темнокожим солдатом охраны, пробил тело женщины насквозь, оставив на месте грудной клетки большое дымящееся отверстие.

– Огонь на поражение! – прокричал темнокожий, когда нарушитель, подняв руку уже мертвой Уэсли с зажатым в ней автоматом, выпустил в ему упор целую очередь.

Целясь в основном в область шеи и лица, нарушитель смог за пару секунд вывести второго солдата охраны из строя.

Но здесь ему пришлось тут же ретироваться – с северной стороны неслись стальные клинья автоматных пуль, причем одной даже удалось задеть руку нарушителя. Ранения, к счастью, не произошло – диверсант отделался лишь широкой саднящей царапиной, но от лазерного луча с южного горизонта уклониться будет куда как сложнее. Верная своей команде, Уэсли никак не желала отпускать свое оружие, а на разламывание конвульсивно сжатых пальцев у диверсанта не было времени. Пришлось тащить с собой тело мертвой блондинки, прикрываясь им как щитом.

Сообразив, что нарушитель не вооружен, а с трофейным оружием вышел промах, пара охранников с юга решила выйти на открытую диспозицию для более точного выстрела на поражение.

«И в этом ваша ошибка», – диверсант, подставляя стрекочущим пулям почти разорванное выстрелами тело, оторвал от перекинутой через грудь берендейки запасную обойму к автомату и швырнул её точно в сторону летящего к нему лазерного луча. Снаряд и квантовый шлейф соприкоснулись друг с другом. Патроны в кассете обоймы детонировали, превратив мирный предмет для перезарядки в подобие осколочной гранаты. Рвущиеся во все стороны пули попали в охладительную сеть, пробив контактные силовые кабели и несколько труб с горячим водяным паром. Диверсант видел, как одна из сдетонировавших пуль угодила в голову охраннику. Ранен он или мертв – сказать было трудно, да и у диверсанта были свои заботы в тот момент.

– Перестрелка в генераторном зале, – сообщил компьютер, ставя Стиго и сопровождавших его охранников в известность о происходящих событиях.

– Компьютер, – тут же проорал шестирукий мутант, – обнаружить оружие в генераторной!

– Невозможно локализовать объект, – сообщила система. – Слишком много оружия в данном помещении. Причина в ваших охранниках, вооруженных квантовыми излучателями.

– А, чтоб меня насовсем… – пробормотал шестирукий монстр, гремя своими тяжелыми башмаками по металлизированным ступенькам лестницы. – Материал проекта «Бог», прототип под номером два – доложить статус!

– В вашу сторону движется объект под номером два по воздуховодам, – сообщил пьяный голос.

– Что у тебя происходит? – это был голос Ксайрса.

Стиго ненавидел, когда в его дела вмешивался супердоктор, но сейчас ситуация требовала его вмешательства.

– Один из ваших экспериментов решил вернуться домой.

– Так уничтожь его! – приказал Ксайрс.

– Есть, док.

Эффект внезапности был потерян, оружием завладеть так и не удалось, оставалось только временно отступать, что Змей и сделал.

Оставляя за собой простреленные ряды энергоблоков и искрящийся от пуль и лазеров пол, диверсант смог-таки добраться до входной двери. Но перед уходом нарушителю повезло – автомат охранника Уэсли Штрайвер был освобожден от её мертвой хватки. Не теряя времени даром, диверсант выпустил вторую половину обоймы в сторону стрелявших в него охранников. По предсмертному крику он мог сразу же догадаться, что выстрелы попали в цель, но из шестерки пришедших по его душу кто-то все еще палил из автомата, а кто-то громко матерился. Что ж, четыре из шести – неплохой результат, тем более что проникнувший на территорию лабораторного комплекса посторонний совсем не хотел убивать всех подряд собственными руками.

– Вот ты и вернулся назад, паршивец! – Стиго картинно вскинул руки с зажатыми в них пистолетами и направил свои «шмели» в сторону раскрывавшегося люка воздуховода.

– Отставить, – сразу же произнес огорченный мутант, когда ему под ноги свалилась вибрирующая портативная машинка-разведчик. – Провести наши сенсоры с помощью модернизированной детской игрушки – очень умно. Что же, давай поиграем!

– Сэр!

– Что?

– У нас четверо убитых и один тяжелораненый, – доложила по рации Старла. – Срочно спуститесь в генераторную.

– Стайлз!

– Я, сэр!

– Я должен лично поймать этого негодяя, – произнес Стиго. – В генераторную пойдешь ты вместе с тройкой Малинно.

– Есть, сэр!

– Выполняйте, – Стиго бросил негодующий взгляд в сторону уходящего вниз по лестнице широкоплечего солдата. Его сопровождали три опытных бойца с хорошим вооружением, к тому же среди тройки Малинно был медик, а если в генераторной остался раненый, то помощь ему точно потребуется.

Стиго был рядом. Он чувствовал это. Выполнявший функции надзирателя шестирукий мутант всегда слишком хорошо выполнял свои обязанности, не стесняясь лишний раз отсыпать пациенту доктора Ксайрса сотню-другую виброударов кнута. Кошмарные создания, представлявшие собой смесь различных генетических видов на уровне ДНК, сейчас производили жалкое впечатление. Томящиеся в толстых фиолетово-черных тарридиумных клетках, все эти существа когда-то были нормальными разумными существами. И в основном в этих клетках томилось то, что когда-то было человеком. Он сам прекрасно знал, каково это – прочувствовать на собственной шкуре, когда твое тело начинает само сначала стекать со скелета, а потом точно какой-то вирус пожирать собственные кости. Как говорил Ксайрс, наблюдая за этими процессами в его теле, мозги и сознание при этом не отключаются и пациент все ясно осязает, слышит и чувствует. Кошмар. Зубы злобно клацнули, а кулаки свело приятной судорогой перетянутых мышц. Гениальный доктор использовал в своих опытах вполне живых гуманоидов: людей, гайратов, холидакеров, веэров – всех, кого удавалось купить на контрабандном рынке невольников или военнопленных. Прототип номер два как раз относился к числу последних. Попавший сюда прямо из казарм армии корпорации «Крест», он провел в этих стенах около восемнадцати месяцев, развлекая доброго доктора происходящими в его организме переменами. Именно за такие эксперименты над вполне живыми организмами доктора Уолтера Ксайрса приговорили к смертной казни в восемнадцати звездных системах.

Нечто среднее между осой и тигром, но с абсолютно человекоподобным торсом забилось в кошмарном экстазе о прутья решетки, желая добраться до возможного источника пищи.

– Прости, дружище, – извиняясь, произнес он, отходя от клетки со зверем. Да, теперь это был уже зверь. Человеческое начало в этом создании давно умерло, равно как и в самом диверсанте.

– Смотри, какой сердобольный.

Впервые за долгие месяцы мучений он посмотрел на своего надзирателя не с уровня пола и впервые за всю жизнь прямо ему в лицо смотрели стволы шести пистолетов «шмель».

– Никогда не думал, что у тебя могут быть русые волосы и карие глаза, – бросил Стиго, сверкая своими оранжевыми очами. – И всё равно ты всего лишь превратился из ползающего гада в чуть менее жалкого гуманоидика, х-ха! Не спорь со мной! – продолжал шестирукий монстр. – Я знаю, что говорю, и к тому же я – всегда прав. Это уже стало аксиомой. Пристрелите его!

Прототип номер два резко присел под стволом смотревшего ему в висок автомата, и затем точные удары локтем в живот и кулаком под колено заставили охранника по касательной упасть на пол. Диверсант схватил на сей раз оружие как следует и, падая на пол синхронно со сбитым им охранником, сумел выпустить очередь по Стиго и окружавшим его солдатам охраны.

– Как это ты так сделал? – громко и в голос спросил мутант, вспоминая только что увиденный эпизод. Самооборона – великая вещь, хоть и далеко не все приемы показывают молодым новичкам на первых трех годах обучения. – Я всё равно до тебя доберусь!

Рядом лежали два мертвых охранника, а впереди несколько созданий Ксайрса, просунув свои руки-щупальца сквозь прутья клеток, терзали тело того бедняги, на ком прототип номер два показал новый прием.

– Получайте! – Стиго, которому весь этот зверинец давно уже порядком надоел, вскинул все свои шесть «шмелей» и расстрелял содержимое ближайших шести клеток. Находившиеся внутри металлических барьеров геноморфы встретили смерть от его рук.

– Так-то лучше, безобразники! – мутант ловко обошел вдоль клеток, из которых теперь доносился жалобный скулежный стон.

– Слышишь, герой! Это благодаря тебе они так стонут! – Стиго бесшумно пробежался вдоль ряда клеток и выпустил пару пуль в гигантскую многоножку-змею. Трехглазое существо дико зашипело, злобно щелкнув своим острым языком вдоль прутьев.

– У меня хватит патронов на всех вас, недоумки! – хохотал Стиго. – Ваш супермен угрохал вот уже семерых моих людей и смог выбить глаз одному из лучших стрелков в моем подразделении частной охраны! Ты слышишь меня, герой? Ты – настоящая куча генетического мусора! И я тебя отправлю в генетический мусоросборник, слышишь?! Так это тебе говорю я, Стиго!

– Что ты там делаешь?

Это был Ксайрс. Стиго его ненавидел, но вынужден был подчиняться, ведь именно благодаря доброму доктору галактическая полиция не отправила неопознанного шестирукого мутанта на тарридиумные рудники Альфы-Лебедя, а гордо вручила пребывавшего в беспамятстве тяжеловеса в руки науки. Мутант сам в первый момент, как попал в услужение к Ксайрсу, едва не помирал от ужаса увиденных им мутаций. Учебники по генетике такого не описывают – как у вполне здоровых гуманоидов начинают отпадать уши, закрываться глаза, а затем их позвоночник выстреливает точно пуля, удлиняя метровое тело в три раза.